Крыса
Александр Валериевич Кожевников

© Александр Валериевич Кожевников, 2025

ISBN 978-5-0067-2986-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Крыса

Там, где кончаются миры, там начинается речь (с) автор неизвестен.

ПРОЛОГ

На самом деле все описываемые события не могли происходить в мире победившего апокалипсиса. Главная героиня скорее всего попыталась бы убить главного героя из засады, а в случае неудачи вышла бы контакт и попыталась бы хитростью и манипуляциями вытащить из него то, что ей нужно, а потом убила бы. Главный герой, в ответ на хитрость и манипуляции, попытался бы максимально использовать главную героиню в своих целях, а потом откупился бы ей от преследователей. И это были бы отличные завязка, конфликт, мотивы и кульминация для сюжета. В данной же повести герои действуют нелогично, конфликт размыт и мотивы их неясны.

Но автор надеется, что хотя бы в одном из множества вероятностных миров ещё осталось место для нелогичности, эмпатии, альтруизма, чувства долга и прочих вещей, существование которых невозможно в мире победившего апокалипсиса.

И хотя бы в одном из миров его герои действовали именно так.

Глава 1. В сумерках, на холме

Темнело как-то непривычно быстро. Зато отблески костра, как и сам костёр, были видны издалека, ещё от подножия холма. Спотыкаясь сослепу и поминая некстати сломавшиеся очки, Лохматый выбрался наверх. Перевёл дух, поправил рюкзак, подхватил чехол с гитарой и двинул дальше. У костра, естественно, не ждали, но не удивились.

– А – а – фигеть! – растягивая слова, расплылся в улыбке Дюк. – нет, вы только посмотрите, кого к нам чёрт принёс! В который раз сообщаю тебе, что ты – сволочь. Где тебя носило, м-м-э-э-рзавэц, на Купала?

– Хоть бы раз сообщил что-нибудь интересное… – отмахнулся Лохматый. – Ну, в Полтаве меня носило, а что?

– На Ивана Купала-а-а… – пропела Ники и чмокнула его в небритую щёку.

– Ты, собственно, на чём? – поинтересовался Папа, пожимая руку. – До электрички ещё до фигища времени.

– Стопом до Коротояка. А оттуда – пёхом.

– Какая пошлость… – горестно вздохнул Дюк, – хоть бы раз, как все нормальные люди, приехал на собаке.

– И немедленно выпил! – Сег протянул кружку с чем-то горячим и непонятно пахнущим.

– Это что? – осторожно заглянул в кружку Лохматый. – Настой цветков папоротника?

– Настоящий бразильский напиток истинного мачо! Матэ! Не будь я Великий Кузьмин, если это не так!

– Э-э-э… а как, собственно, его пить?

– Молча!

Лохматый поднёс к губам кружку. И немедленно выпил.

Здороваясь со всеми по очереди, он заметил на отшибе незнакомого хмурого парня, уткнувшегося в ноутбук.

И хотя бы в одном миров его герои действовали именно так.

– Привет. Лохматый.

– Оно и видно, – протянул руку парень, – Сэйв.

Рукопожатие было крепким, но каким-то безразличным. После чего он снова уставился в экран.

Маленькие коготки проскребли по плечу и из хайра высунулась любопытная мордочка с бусинами глаз.

– Ааааааа!!! Это ещё что?! – радостно завизжала Ники

– Мудрая крыса Кассандра.

– Ой-ой!.. какая прелесть!.. Терпеть их не могу!.. Убери её, пожалуйста, от меня подальше!

При слове «крыса» парень вздрогнул и не сфокусированным взглядом обвёл пространство. Неуверенно и виновато улыбнулся. Протянул руку, по-прежнему глядя куда-то мимо и сквозь.

Мудрая крыса Кассандра настороженно обнюхала каждый палец и, сочтя результат удовлетворительным, бодро поскакала по протянутой руке на плечо и далее в нагрудный карман.

– Свой человек, – ободряюще улыбнулся Лохматый, – Правда, Кэсси?

Кэсси усиленно вертелась в кармане, устраиваясь поуютней. Она явно решила свить там гнездо.

Хмурый парень Сэйв ещё раз вздрогнул, ещё раз неуверенно улыбнулся и вернул животное исконному владельцу. Животное протестующе сопело.

Хлопнула крышка ноутбука.

– Куда?! – крикнула вдогонку Ники.

– Дров соберу, – не оборачиваясь, ответил Сэйв, – от вас, разгильдяев, только бардак, разброд и шатания.

– Чего это он? – глядя вслед ссутулившейся фигуре, спросил Лохматый.

– Ты вот чего, – Ники ухватила его под локоток и едва не усадила в костёр, – ты его пока не трогай.

– Да-а-а, – помешивая в котелке какое-то варево, протянул Дюк, – некстати, ты, Кожедубников, живность завёл…

– Да ну вас, – обиделся Лохматый, – то не то поёшь, то не туда наливаешь, то не там сидишь. Когда на Шатрище двинем?

– Завтра. Всё завтра, – бросил Ярик, – белки твои ещё недолетели. Вот их дождёмся и двинем.

– А с Сахалина-то хоть вернулись?

– Вернулись, – ответил Сег, – так что расслабься и не пыли. И немедленно выпей.

Лохматый принял кружку, в которой плескался истинно шотландский скотч («не будь я Великий Кузьмин!») – этот запах он уже помнил.

Тряхнул головой – перед глазами всё стояла вздрагивающая спина в латаннам – перелатанном комке. Он никак не мог понять, что же он сделал не так. Пить совершенно не хотелось.

***

Он засёк её с полчаса как, но не придал этому особого значения. Всего-то нужно было пройти несколько районов до прохода (он уже почуял его) и двигать дальше своей дорогой. Заброшенных, полуразвалившихся домов, живущих своей непонятной жизнью, в которую ни в коем случае не следовало совать носа. Когда-то он был её частью. Потом ему надоело.

Растрескавшийся, местами – вставший дыбом, местами – зияющий дырами, поросший блеклой травой асфальт… Обшарпанные, уже дающие трещины, а то и роняющие вниз целые плиты, стены – крошево бетона внизу – такие места он обходил с особой опаской. Мёртвые глазницы окон. Одиноко развевающаяся дурацким флагом, выцветшая штора. Вынесенные вместе с коробами двери подъездов. Подломленные, частично и совсем, упавшие столбы и фонари – стелющиеся под ногами змеи проводов, хрустящее под подошвами стекло. Падающее на голову кистенем солнце, душная тень. Кое-где – чёрные, высохшие, ещё стоящие – мёртвые – деревья.

Он не собирался застревать надолго. В этом умирающем городе. В этом мире.

Пару раз она мелькнула в подворотнях, а теперь держалась на небольшом расстоянии, удачно не попадаясь на глаза. Но он всё равно чувствовал: настороженный поток внимания и одиночное присутствие. Указать их источник с точностью в плюс минус пару метров не составило бы для него особого труда (пара – тройка ходок по междумирию обостряет чутьё до безобразия), поэтому он даже не смотрел в её сторону, просто шёл, прикидывая, как быть дальше.

Особой угрозы не было. Светить проход желания не было также. Равно как и выяснять намерения. Пускать всё самотёком было нельзя.

В конечном итоге ему всё-таки стало любопытно. Сделав вид, что перешнуровывает берцы, он выбрал момент и нырнул в примеченный подъезд. Поднялся парой этажей выше и пристроился на лестничной площадке – посещение заброшенных квартир вызывало приступы тошноты. К тому же отсюда было минимум четыре пути отхода – раньше этот дом был какой-то общагой, а в местах подобного рода он всегда был, как рыба в воде.

Шаги, послышались сверху, даже не шаги, а едва уловимое приближение – ходила она правильно. В одном из набедренных карманов – всегда наготове – дремал нож. В другом – «Эфа». Потом на пролёт упала тень.

– Сэйв? Не стреляй…

Он вздрогнул. Так его не называли уже лет пять. Имя было из прошлой жизни.

– Мир тебе, – она осторожно спустилась, сохраняя безопасную дистанцию. Раскрытые ладони, худющая, гибкая, с выбивающейся из под банданы гривой тёмных волос.

– Мир.

– Сэйв? Колючка? – она натянуто улыбнулась, – я думала, ты пойдешь верхом, через крышу по пожарке. Ты всегда любил щастать по крышам… Торопилась – перехватить.

От ладоней едва уловимо тянуло фальшью. Страх, настороженный интерес, удивление, неуверенная радость и какая-то мелкая ложь. Ложь он всегда чувствовал особенно остро.

– Почему Сэйв? – чтобы как-то потянуть время, спросил он.

Имя!? Имя никак не хотело вспоминаться…

– Зануда и перестраховщик. Всегда оставлял кучу резервных копий. Я думала – тебя убили.

– Я тоже, – какое-то связанное с ней слово, до боли простое, никак не хотело всплывать из глубин памяти. Пять лет – немалый срок. – А почему – Колючка?

– Потому что ты был невыносим. И с тобой невозможно было ужиться. Никому, кроме Нэйт… – она осеклась и замолчала.

Верно – к этой части своего жизненного архива ему хотелось обращаться меньше всего.

Он поднял на неё взгляд и понял, что всё это время она буквально поедала его глазами. Видимо ждала какой-либо реакции. Видимо – не дождалась. Но напрягало совсем не это. Он никак не мог понять, чего ей, собственно, надо.

– Это всё?

– Откуда ты взялся?

– Если это всё, то я пошёл. И не советую падать на хвост.

– Зачем ты здесь, Сэйв? Откуда?.. – повторила она.

– Не твоё дело. У меня своя дорога, у тебя – своя. Попутчики не принимаются.

– А если кому-то нужна помощь?

– Незаметно, чтобы ты в ней нуждалась. К тому же у меня нет времени. Почти нет, – он никак не мог понять, почему она раздражает его, но не до такой степени, чтобы воткнуть ей палец в шею и бесследно сгинуть. – Поэтому либо ты вернёшься туда, откуда шла, либо поваляешься здесь с час без сознания – этого мне хватит за глаза. Пока что у тебя есть возможность выбирать.

– В данном случае помощь нужна тебе.

– Да?! А вот с этого места поподробнее…

Она присела на ступеньку рядом. Не далеко, но и не близко, как раз, чтобы в случае чего успеть. Сама настороженность.

– Помощь нужна тебе, Сэйв, – повторила она, – я, конечно, могу потребовать услугу за услугу, но, надеюсь, оценишь и так. Несколько дней назад здесь засветилась небольшая тусовка. Человек шесть. В брониках и обвешенные таким количеством всего, что их решили пощупать. Хотя и ежу за милю было понятно, что это профи, причём крутые. Но сам понимаешь – нынче всюду дефицит.

«Да», – подумал он, – «снаряга нынче на вес золота. Чем больше на себя навесишь, тем меньше шансов дожить до утра. Нужно косить под голь перекатную, типа меня – комок, берцы, рюкзак – не на что позариться. Однако ж не побоялись…»

– И?

– Те, кто щупал, накрылись в полном составе, а было их человек двадцать, и явно не дураков. Больше желающих не нашлось – забились кто-куда, пока не понеслась зачистка. Но зачистка почему-то не понеслась. Зато теперь эта тусовка рыскает в окрестностях и чего-то вынюхивает. А может и кого-то?

– С чего ты решила, что это касается меня?

– А с того, что вдруг появляешься ты, которого все уже давно считают почившим. И гуляешь по Бродвею незнамо откуда неведомо куда, типа шланг – шлангом. И надолго здесь задерживаться не собираешься. Если эта тусовка по чью-то душу, то кроме как по твою вариантов больше нет. А самое интересное, что кажется эта тусовка очень и очень не местной. Прям как ты сейчас.

Всё-таки сели на хвост. Но где? Кто? Ждали, конечно, его. Что им надо? Явно не гашение обликов – тогда послали бы незаметного одиночку, впрочем, его бы он почуял. Предложение, от которого не отказываются? Он давно уже ни на кого не работал, и не собирался, посему хвосты обрубал особо старательно. Теневые разборки? Или опять – тёмные?

– Что от меня требуется?

– Пока что до фига требуется тебе, – Сэйв.– Тебе от меня.

– Всё, что мне требуется – это пройти через этот долбанный город, не застревая в нём и больше никогда здесь не появляться. Но ни в коем случае не от тебя. А я пока торчу здесь и веду задушевные беседы.

– Там, куда ты идешь, Сэйв, тебя ждут. А если не ждут, то отпасут на подходе, и ты всё равно никуда не пройдешь. Тебе сейчас надо залечь в нору и переждать. Или очень – очень незаметно просочиться туда, где тебя не будут ни ждать, ни искать, и опять таки залечь в нору. Пока эта тусовка не уймётся и не свалит туда, откуда её сюда послали. Таким образом, Сэйв, тебе нужна нора, вписка, и человек, который очень незаметно на неё проведёт. Который знает здесь всё, как свои пять пальцев. То бишь я.

Тут она тоже была права – за пять лет здесь многое могло измениться. Но гарантии, что если он тихо исчезнет, его не перестанут искать – никакой. Особенно, если это тёмные. Особенно, если они по брови обвешены аппаратурой и стволами – рано или поздно засекут следы и найдут. С другой стороны – если застрять больше определённого срока, проход закроется. Тогда – ждать, пока появиться новый и потом его искать. Не факт, что появится близко – зона соприкосновения здесь большая и разреженная.

Сообщать это вслух он, конечно же, не собирался. Нужно было оценить обстановку, а для этого предлагаемый вариант подходил вполне. Невыясненным оставалось только одно.

– Так чего тебе всё-таки надобно, добрая фея? – спросил он. – Или ты предпочитаешь быть золотой рыбкой?

– Лучше свалим подальше отсюда, – она поднялась, разминая затёкшие ноги, – ты говорил, у тебя мало времени – если будет тут торчать как хрен в конопляном поле, так оно может и вовсе закончиться.

Это он тоже чуял. Тучи над головой сгущались. Угроза уже была явной, сформировавшейся и достаточно близкой. Пол – часа, максимум минут сорок до контакта.

– У нас мало, – поправил он (она как-то странно посмотрела на него), – теперь уже у нас. Уносим ноги… – отсутствующее имя так и не перестало быть помехой, но теперь – второстепенной.

Глава 2. Нора

Нора была раздражающе уютной.

Пол застилали остатки древних ковров, ныне лоскутами сшитых в единое, рябящее в глазах, целое. Под ними, видимо, был какой-то утеплитель – проминались они сильнее, чем следовало бы.

Стены были забраны остатками вагонки, местами даже более-менее целой, но более чем разнородной и разноцветной. Потолок был просто и незатейливо залит чем-то серо-голубым и пористым.

«Из армейских заначек? Небось, когда растаскивали склады. Кто, интересно, теперь их держит?…»

Остатки, бывшие когда-то мебелью, скромно терялись посреди такого буйства отделки. Явно угадывался только журнальный столик и огромное лежбище в углу, бывшее когда-то диваном и ныне заваленное спальниками. Тоже армейскими – летом не жарко, зимой тепло и спи хоть на голом снегу.

Также присутствовали: кресло, ныне лишившееся спинки и подлокотников, кухонный стол, собранный из каких-то ящиков и стойка с аппаратурой – как ни странно – работающей. Помимо безобидной деки и разбросанных вокруг колонок присутствовало много чего, бросавшегося в глаза самопальным, армейским и ещё бог-весть каким происхождением.

На журнальном столике дремал ноут неизвестной модели – «Эльбрус 2020» – гордо гласила полустёршаяся надпись на крышке.

– Голодный? – донеслось из соседней комнаты.

– Догадайся с трёх раз, – крикнул он в полуоткрытую дверь, – сама-то как? Может чем поделиться?

– А что у тебя вкусненького?

Напряжёнка со жратвой присутствовала во все времена и с каждым годом становилась всё сильней.

– Тушняк, сублиматы, концентраты… – он подумал, стоит ли продолжать, и продолжил, – сгущёнка, шоколад, спирт, чай, кофе… Потанцуем?

– Курить есть?

– Нету. Боксёры.

– Ну и на фиг ты такой сдался? Боксёр… Ладно, делись кофе и сгущёнкой, если не жадный – потанцуем.

– Жадный… а кому сейчас легко… – расстегнув клапан рюкзака, он вытащил пару упаковок кофе и несколько тюбиков сгущенки.

Рядом с ноутом они смотрелись особенно убойно. Ощущение реальности происходящего смазалось и приняло форму дурацкого сна, из которого никак не можешь выбраться, потому что влом просыпаться, но который всё больше и больше раздражает. Первый признак увязания в межреальности.

«Не хватало ещё романтического вечера при свечах…»

– Ты чего смурной? – ткнула она его кулаком в плечо и упала рядом, – Ну и куда мне столько? Привыкну, загурманюсь – захлебнусь потом слюной. Или жаба задушит. Хорошо живёшь, Сэйв.

– Ты тоже, – он кивнул на ноут и стойку с аппаратурой.

– Ну, кто во что горазд, – она сгребла кофе и тюбики и опять унеслась в соседнюю комнату.

Энергии ей было не занимать.

Как будто не они только что преодолели несколько километров через какие-то руины, подвалы и не пойми чего ещё. Не ползли черепашьим ходом по коммуникациям метро (то ли она хорошо видела в темноте, то ли знала всё на ощупь), к норе по тесному лазу, который – он вряд ли засёк бы в этой темноте.

– Лови, – в его руках оказалась кружка с кофе. Горячим – откуда, интересно, у неё вода, и на чём она её греет? – сгущёнку добавляй сам. Вот тебе хрустики, – на стол хлопнулась пачка крекеров, – остальное сейчас будет. Или ты предпочитаешь сначала поесть?

– Нам ли до предпочтений? – он глотнул и едва не обжёгся, – откуда дровишки?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.