Виктория Райн
Развод. Вернуть себя

Пролог

Лиза.

– Вы так похожи на Монро, – вскинул бровь Дамир Николаевич, наш новый директор. – А какая вы настоящая? – вопрос, заданный им внезапно вывел из равновесия.

– Обычная, – пожала плечами и смутившись, ответила ему.

Кажется, после этих слов моя жизнь и перевернулась с ног на голову. Корпоратив, на который мы пришли с мужем, вдруг стал слишком шумным, люди вокруг навязчивыми и изрядно пьяными, а воздух накалился и проходил в лёгкие с трудом.

Встала из-за стола и, натянув на лицо маску с фальшивой улыбкой, ушла в дамскую комнату. Зайдя в помещение, оперлась руками на раковину и стала судорожно дышать. Подняла глаза к зеркалу и стала разглядывать себя, словно с них только что спала пелена.

Отражение показывало яркую блондинку, с пышными кудрями и ярко-алой помадой на губах. Небольшая родинка нарисована ради поддержания образа, а в глазах пустота. Ведь это действительно не я. Это пародия на Мэрилин Монро, а не Елизавета Коваль, которой я являюсь на самом деле.

Прав новый директор. Меня здесь нет. Ведь это обычный корпоратив, а не костюмированная вечеринка, на которой все надевают маски. Из всей собравшейся компании лишь я притворяюсь кем-то другим.

Включаю ледяную воду и мою в ней руки, желая сбить начинающийся жар. Прикладываю охлаждённые ладони к пылающим щекам, но это не помогает. Поднимаю вновь глаза к отражению и не выдержав, зачерпываю воду в ладони. Выплёскиваю её на стекло и смотрю, как она растекается, искажая поверхность.

– Это не я, – хочется кричать мне, но из груди вырывается лишь всхлип.

Себя настоящую я уже давно потеряла и даже не помню, как она выглядит. Одна из женщин, подошедшая ко мне, издеваясь спросила, сколько я зарабатываю, чтобы брать на прокат винтажные вещи. Даже те, с кем я работаю давно, уже не знают, как я выглядела раньше.

– Мне нужно во что бы то ни стало вернуть себя вновь, – решительно заявляю я своему отражению.

Глава 1

Лиза.

С Антоном, моим мужем, мы познакомились ещё в студенчестве. Вместе учились на финансистов, списывали друг у друга, а после он сделал мне предложение. Любовь закрутила водоворотом, не давая всплыть и ещё тогда услышать первые звоночки того, что любимый ищет во мне кого-то другого.

Его слова о моей схожести с Американской актрисой льстили. Я считала их комплиментами. Ещё бы, ведь Мэрилин Монро, секс-символ многих мужчин и поколений. Стараясь держать интерес мужа и угодить ему, сама стала всё больше подражать стилю, внешности красавицы актрисы и становиться её копией.

Сегодня, впервые услышав слова от совершенно чужих мне людей, задумалась над тем, что произошло. Всё просто. Я потеряла себя. Стала кем-то другим. Надела личину знаменитости, не являясь ею. Самое ужасное в этой ситуации, что я совершенно этого не замечала и лишь хотела нравиться собственному мужу.

– Лизок, ты плачешь, что ли? – входит в дамскую комнату секретарь бывшего и уже нового директора нашей компании.

– Представляешь, кран ни с того ни с сего, как брызнул, – обвожу в воздухе рукой разводы на стекле и своё слегка закапанное платье.

– Да? Надо сообщить кому-то из персонала. Думала, нас в приличное место поведут. Такое событие, а тут даже краны нормально не работают. Позорище.

Она встаёт к чистому краю зеркала и подкрашивает губы алой помадой. Она высокая и яркая брюнетка. На ней такой цвет выглядит просто сногсшибательно. Про подобных Инге обычно говорят – ноги от ушей. Всё, что ни надень, однозначно будет к лицу. Да и косметика нужна лишь для того, чтобы подчеркнуть достоинства, а не скрывать недостатки, как у меня.

– Что-то ты грустная. Думаешь, новый директор будет суровее предыдущего? – задаёт мне вопрос она. – Слушай, ну красавчик же. Несколько лет в Америке жил. Учился за бугром. Завидный жених.

– Кто?

– Дамир Николаевич. С луны свалилась, что ли? Ты вообще слышала, что я тебе говорила?

«Кого ты пытаешься обмануть, Лиза? Себя или окружающих? Они, наверное, давно думают, что у тебя не все дома, раз тебе удалось настолько вжиться в чужой образ. Точно, у тебя раздвоение личности! – веду мысленный диалог сама с собой. – Есть шанс всё исправить. Просто смыть с себя весь раскрас и вновь вернуть свою внешность».

– Знаешь, у меня что-то разболелась голова. Я, пожалуй, пойду домой, – натянуто улыбаюсь ей и выхожу из уборной.

Возвращаюсь к столу и пытаюсь привлечь внимание мужа. Слегка трогаю его за плечо, встаю рядом, а он так увлекательно что-то рассказывает коллеге, что влезть в разговор напрямую не решаюсь. Они чокаются рюмками, и только после этого Антон поворачивается ко мне.

– Что? – он уже изрядно окосел, но пока ещё в состоянии самостоятельно вернуться домой.

– У меня голова разболелась, да и тебе уже пить хватит. Поехали домой?

– Ты что меня перед коллегами позоришь?! Тебе надо, я не задерживаю. Езжай, – скидывает со своего плеча мою руку.

– Тош, пожалуйста.

В мгновение ока его глаза наливаются злостью, желваки начинают ходить ходуном, но он промаргивается. Делает вид, что я не совершила оплошность, назвав его самым нелюбимым сокращением его имени.

– Наливай, – отворачивается он от меня, и я понимаю, что домой я действительно поеду одна.

Есть, конечно, вариант сидеть и ждать, когда он напьётся, а после едва не на себе тащить его в такси и прочее. Но я не нахожу в теле столько сил на это и просто подхватываю сумочку с рядом стоящего стула. Спешу к начальнику и ещё раз, поздравив с выходом на «пенсию», покидаю вечеринку.

Возле ресторана дежурит такси, и я тут же сажусь в него. Дома, едва переступив порог, иду в ванную смывать косметику и срываю чёртово платье, которое тоже является пародией на известный всему миру наряд Монро. Закидываю его в стирку и тру лицо, словно пытаясь сорвать с себя маску. Мочу волосы и растягиваю их пальцами, чтобы выпрямить кудри.

Поднимаю глаза к отражению и плачу. То, что я вижу просто ужасающее зрелище. Меня трясёт от эмоций, и я встаю под контрастный душ. Горячая-холодная и вода смывает с меня переживания. Уносит с собой то, кем я притворялась.

Когда наконец тело скрипит от чистоты, и голова немного проясняется, принимаю решение завтра же сходить за краской и вернуть волосам прежний цвет. Пшеничный, а не этот блонд, который в один миг опротивел.

Обретя наконец хоть какое-то подобие спокойствия, я выхожу из ванной и слышу, как в пороге копошится муж. Вздыхаю, понимая, что он наверняка пьян, и иду к нему.

– Помочь? – спрашиваю Антона, но муж отмахивается от меня.

– Пошла прочь! Не смей даже открывать свой рот, – ни с того ни с сего орёт он на меня.

– Ты пьян, завтра поговорим.

Новая волна дрожи расползается по телу, ведь я ещё ни разу не видела его в таком состоянии. Перегаром от него несло так, словно он пил деревенскую самогонку, а не дорогой коньяк, щедро презентованный начальством.

– Да пошла ты! – летит мне вдогонку, но я не реагирую на его слова.

Смысл связываться с таким? Трезвый пьяному не товарищ. Ложусь в постель и надеюсь, что у него хватит ума лечь спать на диване, а не тащиться в комнату ко мне.

Прислушиваюсь к его действиям. Сначала он какое-то время возится с обувью и одеждой, потом идёт в ванную, и я жду так долго, что приходят мысли о том, что он просто там уснул. Но дверь стукается о стену, отлетая, видимо, от его толчка. Вздрагиваю, но через несколько минут наступает тишина. Не решаюсь проверить его, а вскоре засыпаю.

Глава 2

Лиза.

– Какого хрена ты вчера опозорила меня перед всем коллективом? – Будит меня громкий голос мужа, вошедшего в комнату.

– Доброе утро, – я подскакиваю на постели от его резкого окрика и пару секунд недоумённо хлопаю на него глазами.

– Ни хрена оно недоброе!

Срывает с себя рубашку, в которой так и уснул, вернувшись домой. Бросает рядом со мной её на постель и роется в шкафу. Достаёт из него свои домашние вещи.

– Ещё бы, столько выпить, – зачем-то произношу я, и его ноздри хищно втягивают воздух.

– Не твоё дело. Скажи-ка лучше, почему сбежала с корпоратива?

– Я же говорила. У меня заболела голова, а ты ехать со мной отказался, – оправдываюсь, видя, что он не в настроении.

– Ещё раз так поступишь, пеняй на себя, – оскаливается Антон.

– Я не сделала ничего, чтобы заслужить хамское отношение. Почему ты со мной разговариваешь в таком тоне?

– Нервы ни к чёрту оттого, что начальник сменился. Кто его знает, какие порядки наводить теперь начнёт. И вообще, башка трещит, сходи за пивом или на худой конец за минералкой, – бросает он мне и уходит в душ.

Сижу как оплёванная и не понимаю, с чего вдруг поведение мужа так резко изменилось. Может и правда просто похмелье на него так действует? Но это не первый его загул, за совместную жизнь всякое бывало. Но раньше такого за ним не наблюдалось.

Встаю с постели, собираю его вещи, чтобы отнести их в корзину для белья, и вспоминаю о том, что пообещала себе перекрасить волосы. Ванная занята, ведь у нас совмещённый санузел и выдохнув иду на кухню.

Муж, конечно же, закрылся и не дал нормально привести себя в порядок. Чтобы не нарваться на его повторный гнев, умываюсь в кухонной раковине, а вместо зубной пасты использую мятную жвачку. Это временная мера, вернусь и приму душ, заодно волосы покрашу.

До магазина шла в задумчивости. Едва не попала под колёса машины, пока переходила дорогу, и в очередной раз за утро услышала много нового о себе. В парфюмерном попросила помощи консультанта и, объяснив ей своё желание изменить цвет волос, выбрали краску.

Вернулась, к тому времени, как Антон выплыл из ванной. Распаренный и подобревший, но всё ещё, видимо, с головной болью. Прошла на кухню и выставила на стол то, что он попросил купить. От мужа, конечно, не услышала и слова благодарности, но за несколько лет почти привыкла к этому. Все мои действия для него данность.

Пока муж пошёл похмеляться, я закрылась в душе и принялась за работу. Самостоятельно красить себе волосы оказалось не очень удобно, но записываться к мастеру и ждать ещё неделю для того, чтобы сменить цвет я просто не готова.

Кажется, что даже секунда промедления может заставить передумать. Засекаю время, через которое нужно смыть краску. Заматываю полотенце на голове, чтобы муж не увидел раньше времени мою самодеятельность.

– Кушать хочешь? – задаю вопрос, заходя в зал, где сидит Антон.

Он уже явно захмелел, и головная боль превратилась в новый виток пьянки.

– Нет. Не мельтеши, а то матч из-за тебя не слышу,– бубнит он в ответ и, закинув ноги на стеклянный столик, прогоняет меня прочь.

Кривлюсь от запаха перегара в комнате и ухожу. Принимаюсь за готовку и не могу найти объяснения его поведению. Даже несмотря на то, что я под его давлением изменилась, он не вёл себя так, как сегодня. Все его действия всегда были словно просьбой, а после корпоратива превратились в сплошные приказы.

Таймер на телефоне показывает, что пора, и я, выключив плиту, тихонько крадусь в ванну. Едва успеваю промыть волосы, как муж стучит в дверь.

– Что ты там заседаешь?! Выходи!

– Сейчас, – наскоро заматываю вновь волосы и возвращаюсь на кухню.

Сколько ещё проходит времени, не знаю. Но я успеваю приготовить первое, второе и компот. Всё, как любит мой муж. Как можно тише проскальзываю мимо него в комнату и прикрыв дверь, смотрю результат своей деятельности.

Это, конечно, жуткая пародия на мой естественный, но передо мной уже явно не тот человек, которым я была ещё утром. Расчёсываю пряди пальцами и вижу боковым зрением, как в комнату открывается дверь.

– Что за хрень у тебя на голове твориться? Из крана пошла ржавая вода и застряла у тебя в волосах? – хохочет муж, указывая на мой эксперимент.

– Нет, специально перекрасилась.

– С чего вдруг? – напрягается он.

– Захотелось сменить имидж.

– Верни всё как было. Этот цвет тебе не идёт, похож на детскую неожиданность, – кривится он, тыкая пальцем в район моей головы.

– Уже не получится, – напрягаюсь от его слов. – К парикмахеру я только через неделю смогу попасть, к ней лишь по предварительной записи.

– Это всё из-за нового директора, да? Тоже не можешь удержать себя в трусах?!

– О чём ты, Тош?

– Сколько раз просил не называть меня так! Ещё и при коллеге вчера такое брякнула. Совсем страх потеряла?!

– Антон, ты почему так со мной разговариваешь?! – пытаюсь осадить его тон и обратить внимание на неприемлемость его поведения.

– Ты такая же продажная, как и все остальные! – кричит мой муж, перестав себя сдерживать окончательно.

– С ума сошёл?!

От его слов и неизвестно откуда взявшихся претензий начинает трясти. В груди всё замирает от страха, ведь такой скандал у нас впервые. Вижу какой-то дикий блеск его глаз и ещё больше не понимаю, что с ним творится.

– Что за больные фантазии?!

– Все вы, как с цепи сорвались, стоило начальнику смениться! Запахло баблом, да?! Я научу тебя ценить то, что имеешь, и не смотреть на других мужиков! – вижу, как он замахивается, а потом теряю сознание от удара.

Глава 3

Лиза.

– Лиза, Лизонька! – хлопает меня по щекам и тормошит муж. – Очнись, милая. Прости меня, я не хотел, чтобы так вышло.

С трудом открываю глаза и понимаю, что один из них пульсирует болью. Чувствую, как он постепенно начинает наливаться и веко увеличивается в размере. Память воспроизводит занесённую руку и как на повторе вижу кулак, летящий к моему лицу.

От воспоминаний тут же начинает трясти, и я в ужасе пытаюсь подняться. Отодвинуться от Антона подальше, а он ползёт по кровати следом, что-то приговаривая.

– Не трогай меня! – выкрикиваю и, выставляя перед нами ладонь, не зная, что ещё от него можно ожидать.

Он меня ударил! Просто взял и врезал кулаком в лицо! Как мужик мужику, а не хрупкой девушке, которой я являюсь. Притрагиваюсь рукой к правому глазу, именно на него и пришёлся удар.

Пальцы дрожат, а в голове стоит звон. Антон у моих ног и что-то там лопочет, а я с трудом принимаю новую действительность.

– Пошёл вон из комнаты!

В груди дыра, ведь поднять руку на женщину – последнее дело. Как часто говорят, если раз ударил, то и второй не за горами. Сейчас он выпивший и вполне может быть, просто не контролирует себя, но это его нисколько не оправдывает.

– Я тебе сейчас из морозилки что-то принесу. Чтобы снять отёк, – пытается он исправить содеянное и лебезит передо мной.

– Уходи!

Со всей возможной злостью отвечаю ему. Не могу сосредоточиться пока на чём-то кроме пульсирующей боли и шума в голове. Словно мне не просто в глаз дали, а сотрясение организовали.

– Сейчас, сейчас, – бормочет Антон и выходит из комнаты.

Слышу, как муж начинает греметь морозильной камерой, доставая что-то из неё, а после всё же возвращается.

– Приложи. Должно помочь.

– Как ты мог?! – из глаз катятся слёзы, а пострадавший горит огнём.

Он вновь начинает приближаться ко мне, а в груди растёт страх. Новый, ранее мной не испытываемый и совершенно неконтролируемый. Такой, наверное, проживают жертвы маньяков или кого пострашнее, и он настолько силён, что парализует тело, не позволяя сдвинуться и на миллиметр.

– Лизок, я же не специально. Сама меня спровоцировала. Зачем с собой чёрте что сотворила?

– Я всего лишь хотела стать собой.

– Ты же у меня такая красавица была, а сейчас на пугало похожа.

Его слова вскрывают внутреннюю рану, и я, наконец, отмираю. Начинаю сопротивляться. Пока только голосом, но я уже не бездейственное бревно, которым была всего минуту назад.

– Ты сделал из меня свою марионетку! Слепил пародию на зарубежную актрису! Ты хоть помнишь, как я выглядела до всего этого?!

– Конечно. Вон свадебные фотографии стоят, – указывает рукой на снимок у прикроватной тумбы. – Сейчас ты красавица, а раньше была так себе. С пивом – потянет.

– Убирайся! Пошёл вон! – кричу на него, а саму трясёт от эмоций.

– Не смей разговаривать со мной в таком тоне, я всё ещё твой муж.

– Ты не мой муж. Ты чудовище! – выплёвываю ему практически в лицо, а его глаза вновь наливаются непроглядной тьмой.

– Приложи, – опять трясёт в воздухе чем-то замороженным он, но уже без прежней ласки в голосе. Это не просьба-приказ.

– Я завтра же подам на развод!

– Серьёзно? – усмехается он и садится на постели. – И кому ты такая распрекрасная нужна? Неужели и вправду директору новому дать решила? – выплёвывает он, словно его обвинения имеют под собой хоть малейшее основание. – Тебе недостаточно того, что я зарабатываю, да? Решила повилять перед ним задницей?!

– Ополоумел? При чём тут Дамир Николаевич?! Это ты ударил меня!

– Подумаешь, немного вышел из себя. Нечего было меня провоцировать. Будешь и дальше так верещать, да прикидываться овечкой невинной, придётся научить тебя манерам.

– Ненавижу тебя! Ты просто отвратителен! – кривлюсь от его бахвальства. – С бабой драться и права качать много ума не нужно. Никогда не думала, что ты такое говно.

– Ах так, сейчас посмотрим, как ты запоёшь! – он хватает меня за ногу и резко дёргает на себя.

От неожиданности и невозможности скорректировать падение бьюсь затылком об деревянное изголовье, и в глазах вновь расцветает фейерверк. Теряюсь на пару секунд в пространстве и ему достаточно их для того, чтобы подмять меня под себя. Прижимает своим телом к постели, да так, что и не вывернешься с первого раза. Опомнившись, начинаю извиваться под ним. Кричать, но он зажимает рот рукой.

– Тише, сучка. Я тебе покажу, кто в доме хозяин. Научу, как вести себя с мужем, – его рот с запахом перегара и недавно выпитого пива прислоняется к щеке.

Меня передёргивает от этого касания, и я начинаю биться активнее. Двигаю ногами в разные стороны, желая столкнуть его с себя, но он сильнее. Перемещает руку на губах так, что закрывает и нос.

В ужасе стараюсь вдохнуть и не могу. Глаза мечутся в поисках хоть какой-то защиты. Изворачиваюсь в попытке избавиться от его руки, но всё тщетно. Жаль, что поблизости нет ничего, чем можно было бы его хорошенько стукнуть.

– Вот так. Прости, но я не буду ласков сегодня. Твоё сопротивление не на шутку меня завело, – он трётся об меня явно эрегированным членом, а я едва не теряю сознание из-за нехватки кислорода.

Его свободная рука вдруг оказывается у моих пижамных штанов и начинает стягивать их. Пытаюсь в очередной раз втянуть воздух, но мне удаётся лишь слега приоткрыть рот. Кусаю его ладонь изо всех сил, и он, наконец отдёргивает её.

– Дрянь, – по лицу прилетает пощёчина.

Хватаю воздух ртом и то ли от его удара прикусываю губу, то ли так сильно впилась в его руку, что прокусила до крови. Чувствую солоноватый привкус во рту и, наконец, вдыхаю полной грудью.

Глава 4

Лиза.

Хватаюсь за горло и жадно вдыхаю так нужный сейчас кислород. В голове бьётся только одна мысль – жить! Я хочу жить, а муж меня чуть не убил! Мало того, он ещё и завёлся от всех зверств, что вытворил. Чудовище, просто моральный урод, если, ударив первый раз, не почувствовал ни капли вины.

– Сука! – взревел Антон, словно раненый медведь. – Как я теперь работать должен? У меня же сейчас рука распухнет!

«Конечно, а как я, коллегам на глаза с таким лицом показываться буду, его мало беспокоит. Козёл! – мысленно костерю его на все лады, но рот уже стараюсь не раскрывать. Мало ли отчего его опять накроет. В следующей стычке можно и не выстоять, все же силы не равны».

– Дай сюда! – отбирает принесённый им ранее пакет с чем-то замороженным и прикладывает к пострадавшей от моих зубов руке.

Молчу. Вновь принимаю сидячее положение и настороженно слежу за его действиями. Жду новой порции его гнева, но уже придвинулась ближе к краю и если что могу попробовать или рвануть прочь, или ухватить стоящую рядом стеклянную фоторамку. Ту самую, на которой был изображён день нашей свадьбы. В этот миг мы были счастливы, а я не превратилась в жалкую пародию чужой личности.

Антон встаёт с кровати и выходит из комнаты. Я выдыхаю, но легче всё равно не становится. Судорожно соображаю, как быть дальше. Родни у меня здесь нет. К свекрови идти не вариант, она встанет на сторону сына. Практически уверена, что она скажет что-то из серии: сама напросилась или бьёт – значит, любит.

Мои родители живут в другом городе, и добраться до них так просто я не смогу. Завтра на работу и не выйти на неё без объяснений, будет проблематично. Хватаю телефон и вбиваю в поисковик: Что делать, если бьёт муж?

Мне высвечивается куча разных ссылок, и я тыкаю в первую попавшуюся. Там советуют тут же обратиться в больницу и засвидетельствовать побои. После идти в полицию и подать на него заявление. В первый раз не посадят, но административное нарушение и штраф дать могут. Откладываю телефон в сторону, думаю.

Слышу, как хлопает входная дверь, и с облегчением выдыхаю. Наконец, наступает откат, и я начинаю плакать. Меня трясёт от рыданий и пережитого ужаса. Глаз уже заплыл настолько, что я едва им что-то вижу. Минут десять я позволяю себе выплакать весь страх и боль, а после иду к зеркалу. В ужасе смотрю на ещё вчера прекрасную Мэрилин, а сегодня побитую и страшную Лизу Коваль. Бреду на ватных ногах к холодильнику и теперь сама роюсь в поисках чего-то холодного.

Прикладываю к повреждённому участку и вздрагиваю от контраста температур. Подхожу к окну, пытаясь отследить, куда ушёл муженёк. С каким-то диким восторгом отмечаю, что его машины во дворе уже нет.

– Придурок. Ещё и пьяным за руль сел, – усмехаюсь я на его тупость. – Господи, сделай так, чтобы его ДПС остановила и прав лишила. Хоть какое-то наказание этому недомужику, – просила я в потолок, надеясь быть услышанной высшими силами.

Возвращаюсь к столу и сажусь на стул. В голове всё ещё звенит, но одно я знаю точно: все чувства к Антону выгорели. На их месте осталась лишь выжженная пустошь. Смотрю на часы и понимаю, что пока муженька нет, нужно действовать.

В первую очередь иду собирать в сумку вещи первой необходимости и попутно штудирую сайты аренды жилья. Пока что ищу посуточно, а там уже в тишине и покое смогу поискать что-то более постоянное.

Жить с этим уродом я больше не намерена. Значит, нужно подать на развод, но о том, как это сделать, буду узнавать не здесь и не сейчас. Нужно бежать, а после разгребать всё остальное.

– А если бы я его не укусила? Он бы меня задушил? – всплывает зудящая мысль. Словно если я найду на неё ответ, что-то изменится.

Он поднял на меня руку. Пытался практически изнасиловать и искать оправдания его поступкам, я не намерена. Уже у порога осознаю, что с таким лицом бродить по городу не вариант, хватаю с полки очки и выхожу из совместно купленной квартиры без сожаления.

Уже сидя в автобусе, бронирую жильё недалеко от работы. Да, она явно несвежая, но мне сейчас главное – быть в безопасности. Стоит решить вопрос с больничным, ведь я просто не могу идти на работу с таким глазом.

– Хотя думаю, нужно всё же показать всей компании истинное лицо моего ненаглядного? – приходит мысль, но я отмахиваюсь от неё. – Нет, нужно сделать всё по правилам. Обезопасить себя от этого гнилого человека на всю оставшуюся жизнь.

Значит, после того, как я размещусь на квартире, нужно идти в больницу. Сегодня выходной, но какие-то дежурные врачи и поликлиники работать должны. Чётко выстраиваю в голове план действий и немного перевожу дух.

До нужной остановки и дома добираюсь быстро. Встречаюсь с хозяйкой квартиры, а она заинтересованно меня рассматривает.

– Пьёте? – выдаёт она, а я аж открываю рот от шока.

– Нет. С чего такие выводы?

– В очках. В такую погоду они не нужны, – указывает она на хмурое небо.

– Муж избил. Из дома сбежала.

Как на духу говорю ей я. Мне нужна эта квартира, но после моих слов раздаётся её тяжкий вздох. Недоумённо смотрю на неё.

– А если он тебя найдёт? Разборок и драк мне не надо. Я одна, без мужика. Ни за тебя, ни за меня вступиться некому будет.

– На этот случай полиция есть, – не выдерживаю я.

– Деньги вперёд. Предоплату верну, только если в квартире будет чистота и порядок.

«Ну почему мне так везёт? – горестно вздыхаю я и выполняю все её требования».

Хозяйка квартиры отдаёт мне ключи, и я наконец-то оказываюсь в безопасности. Только это временное пристанище. Небольшая передышка перед главной битвой за свою свободу и жизнь.

Глава 5

Лиза.

Всё так же с помощью интернета нахожу ближайший травмпункт и решаю начать с него. Как обычно, впереди меня уйма народа и живая очередь. Вздыхаю от того, сколько придётся проторчать в больнице, и понимаю, что возможно именно сегодня уже не успею в полицию. Хотя у них же также должны быть какие-то дежурные.

В очередной раз ищу необходимую информацию, но так и не нахожу. Зато женщина средних лет, которая сидит в очереди передо мной и задумчиво рассматривает.

– Муж? – немного подаётся ко мне она с вопросом.

Молча киваю, подтверждая её слова. Не рассказывать же ей всю подноготную. Вижу её впервые, да и не хочется нагружать человека своими проблемами.

– Правильно. Не оставляй безнаказанно, – поддерживает меня она. – У меня сестра с таким вот уродом полжизни прожила. Всё ради детей молчала, пока он её на больничную кровать не отправил. Половину рёбер сломал, тогда и развелась, наконец.

Молчу. Слушаю и поглядываю на часы. Усталость и волнение берут своё, а ещё желудок начал урчать, ведь в нём не было и крошки с самого утра.

– Тебе жить-то есть где? Ушла, от козла надеюсь?

– Квартиру сняла, – ответила я, ведь дальше молчать уже не получалось.

– Вот и правильно. В полицию обязательно сходи. Заявление на него подай. Пусть его по полной прижучат.

– Как раз после больницы и собиралась, – киваю разговорчивой женщине.

– Записывай.

– Что? – недоумённо повернулась я к ней.

– Номер. Зятёк мой. Молодой, но парень толковый. В полиции недавно не успел ещё до нормальной должности дослужиться, но вдруг тебе помощь нужна будет. Ты ему скажи, что от тёщи, он всё в лучшем виде сделает.

– Неудобно как-то, да и не думаю, что с такими уликами, – указываю на глаз, – возникнут проблемы. Заявление они принять обязаны.

– Что ты, нашу полицию не знаешь. Да и чёртову мужскую солидарность ещё никто не отменял. Пиши, говорю. Не пригодится, так и ладно, – она всё же диктует номер, а я заношу его в телефонную книгу.

Правильно она говорит. В жизни всякое случается. Я ведь и подумать не могла, что буду убегать от собственного мужа, который когда-то казался идеалом.

Наконец, подходит очередь моей случайной знакомой, и она покидает меня, спеша на приём к врачу. Перевожу дух и проверяю наличие документов и полиса. Мне нужно будет просить оформить больничный лист.

– Удачи тебе, девочка. Даже если на коленях ползать будет, не прощай. Такие не меняются, – даёт последние наставления женщина и мы расстаёмся.

Захожу в кабинет. Протягиваю документы и рассказываю сложившуюся ситуацию. Врач, немолодой мужчина, выслушал, осмотрел и также ничего не говоря, стал печатать что-то на компьютере.

Понимаю, что как-то не так идёт осмотр, и начинаю сама просить направление к окулисту, ведь повреждена именно эта часть лица. Открыто говорю о том, что возможно у меня сотрясение, и прошу это зафиксировать.

– Всё верно? – флегматично спрашивает меня он, протягивая только распечатанный лист бумаги.

Вчитываюсь. Стараясь не упустить никаких деталей и подтверждаю написанное. Медсестра в это же время протягивает несколько бумажек и рассказывает про анализы и какого числа нужно их сдать.

– Это направление на МРТ. Сейчас пройдёте его и вернётесь к нам. Без очереди, – предупреждая мой вопрос, отвечает доктор.

Сделав все необходимые процедуры, которые назначил врач, вернулась к кабинету и протянув листки, села в ожидании вердикта.

– Серьёзных повреждений головы и мозга нет. Гематому мазать вот этим, – указывает мужчина пальцем в листок, на котором продолжает что-то писать. – Больничный на пять дней начиная со дня обращения. Если будут мучить головные боли, принимать любое обезболивающее.

– Вы передадите информацию о побоях в полицию? – обращаюсь к врачу с важным для меня вопросом.

– Конечно. Придёте закрывать больничный лист, ещё раз вас осмотрим. Всего доброго, – прощается со мной медсестра, а врач лишь скупо кивает на все её слова.

Не откладывая в долгий ящик, ищу ближайшее отделение полиции и иду к нему. На входе сидит дежурный, и я спрашиваю, куда мне обратиться с побоями. Он пару секунд меня рассматривает, а потом протягивает мне лист бумаги, предлагая написать заявление.

– Разве я не пойду к кому-то на беседу и прочее?

– В течение нескольких дней вам позвонят и пригласят.

– Но это долго.

– Девушка, вы от меня сейчас чего хотите? Я заявление приму, куда и кому нужно передам. Там уже вышестоящие разберутся. Сейчас ушлых дамочек знаете сколько? Они в качестве устрашения сами «на кулак» падают. Может, вы ради денег это сделали? Не дал вам муж на платьице, вот и мстите ему.

– Что вы такое говорите? Разве с подобным шутят? – возмущённо смотрю на него своим опухшим глазом, а он даже ухом не повёл.

– Конечно. Все так говорят, а потом через день бегут заявление забирать.

Отошла в сторону, написала всё, что могла вспомнить. Тот самый форум рекомендовал не упускать даже малейшей детали, и я последовала его наставлениям. Прикрепила, как советовали на одном из форумов документ, что выдали в больнице, и протянула бумагу полицейскому. Тот, в свою очередь, как-то нехотя положил лист рядом и занялся своими делами, всем своим видом показывая, что во мне не заинтересован.

– Я могу идти? – уже изрядно злясь спросила мужчину.

– Не задерживаю, – ухмыльнулся он, а я словно оплёванная пошла на выход.

«Возможно, мне всё-таки пригодится номер, который мне дала говорливая женщина в поликлинике».

Глава 6

Дамир.

Захожу в здание нашего офиса, и все работники, едва не выстраиваясь в шеренгу, приветствуют меня. Девушки и женщины всех возрастов в самых лучших нарядах и при полном боевом раскрасе.

Ожидаемо. Теперь я для них цель номер один. Холост, с прекрасным образованием, и в кошельке приятно сверкает карта с множеством нулей на счёте. Приветственно киваю и иду к рабочему месту.

Меня встречает Инга. Мой секретарь и, как выразился прошлый руководитель: качественный поставщик сплетен и интриг. Окидываю её взглядом и задаюсь вопросом: она спала с прошлым начальником?

– Здравствуйте, Дамир Николаевич. Сегодня у вас платный график, и он расписан практически по минутам. Хотела уточнить предпочтения в еде и напитках. Кофе и чай делаю сама, на обед и ужин можем заказать доставку, – её алые губы растянулись в улыбке, а я пропутешествовал глазами по одежде секретаря.

Белая, довольно прозрачная блузка, настолько, что сквозь неё легко просматривается дорогое кружевное бельё. Несколько пуговичек раскрыты, чтобы подчеркнуть ложбинку и выдающиеся полушария груди.

Чёрная юбка, но кожаная и настолько короткая, что если она вдохнёт поглубже, то я увижу край её чулок. Немыслимо высокие каблуки, которые я, наверное, встречал только в стрип-клубах.

– Минут через десять зайдите в кабинет и обсудим все ваши вопросы, – отвечаю Инге и опахала вместо ресниц, что приклеены на её глаза, томно опускаются.

Зашёл в новое место обитания и сбросив портфель на стол, с удовольствием остановился у панорамного окна. Город был как на ладони. Казалось, что я лечу высоко над землёй и нужно хорошенько присмотреться, чтобы разглядеть людей внизу, мельтешащих словно муравьи, и спешащих по своим делам.

Сегодня мой первый рабочий день в качестве главы компании и спустя всего несколько часов я уже готов рвать и метать. По моим подсчётам и анализам не сходится ни одна бумага с той, что мне предоставил бывший руководитель.

– Какого хрена здесь творится? Как вообще компания всё ещё на плаву? – взревел я и соскочил с занимаемого места.

Стал расхаживать по кабинету, соображая, с чего или точнее кого, нужно начинать проверку кадров на воровство. Провёл руками по волосам, взъерошивая их. Челюсти сжал настолько, что едва не раскрошил все зубы.

– Инга, зайди ко мне, – плюхнулся в кресло и вызвал секретаршу.

– Дамир Николаевич, вызывали?

«А то я неясно выразился!»

– Мне нужен список работников отдела финансов, включая бухгалтеров и прочий люд.

– Зачем? Я могу и так вам их назвать, – вышагивая, словно она сейчас на подиуме, идёт ко мне девушка, покачивая бёдрами.

– Ты спала с прошлым директором? – задаю вопрос я, который предрешит исход наших взаимоотношений.

– Нет! Что вы! Он же старый!

Наигранно округляются её глаза и рот. Хороший такой. Рабочий, я бы сказал.

– Кроме кофе и мелких поручений, что ещё входит в твои обязанности?