# Наше прекрасное лето

Дафна Нойз

Лена Тарасова не ожидала, что спустя годы снова встретит Влада Никонова – лучшего друга детства, с которым когда-то была неразлучна. Но их дружба оборвалась внезапно и без объяснений, оставив лишь вопросы и недосказанность.

Теперь их семьи едут отдыхать вместе на дачу, и Лена надеется наконец понять, что же тогда произошло. Старые чувства начинают оживать, но разобраться в них мешает не только прошлое, но и неожиданное появление бывшего парня Лены.

Сможет ли она раскрыть тайну давнего разрыва и решить, кого хочет видеть в своем будущем? Или старые раны и новые сомнения снова разведут их с Владом в разные стороны?

Теплая летняя история о дружбе, первой любви и выборе, который меняет всё.

## Часть 1. Глава 1

Теплый май закончился холодным февралем. Как странно далекими и одинокими кажемся мы теперь. Еще вчера переплетения рук, такие родные поцелуи и нежные слова кажутся чужими. В душе пустота, а на сердце боль лишь при одном воспоминании о том, что нам посчастливилось пережить. В воздухе будто все еще слышен твой аромат, а на теле чувствуются прикосновения, оставленные на участках кожи будто еще вчера. В голове закрадывается мысль, что ты навсегда потерял что-то важное и больше никогда не сможешь его обрести. Образы все стоят перед глазами, вспоминаются первые встречи, первые касания, первые поцелуи и долгожданные слова. Как странно осознавать, что это было со мною. Как странно думать, что это был ты.

Я захлопываю тетрадь, оставляя вместе со словами все чувства, что еще теплились где-то в груди, изредка выдавая болевые ощущения и спазмы в самом сердце.

Эти отношения закончились уже давно, но только сейчас я смогла по-настоящему их оставить, перевернуть страницу и начать с чистого листа.

Это всегда помогает. Выговориться тетрадке и забросить ее в нижний ящик, который уже третий год заедает, издавая тихий скрип, будто насмехаясь. Тебя опять разбили, и я единственный, кто может тебе помочь.

Я смотрю на чистую страницу, а после рисую жирный вопрос. А что дальше? Что меня ждет?

На первых отношениях ничего не заканчивается, но сейчас кажется, будто больше ничего не будет. Меня больше никто не ждет.

– Лена! – слышится мамин крик с первого этажа. – Давай быстрее, Никоновы уже ждут!

Я подрываюсь из-за стола, еще раз оглядывая комнату в поиске вещей, что я могла забыть. Делаю круг, возвращаясь к письменному столу и смотрю на открытую тетрадь.

Дальше ничего не будет. Разве нет? Но все же прячу его в ручную кладь, будто чувствую, что там, на отдыхе, может что-то произойти.

Летний роман? Простая интрижка? Я не из тех девушек, что могут так легко крутить парнями, но ведь иногда можно дать себе волю?

Чемоданы собраны, я бегу к выходу, но в последний раз оглядываю родную комнату на чердаке нашего домика.

Оставляю в памяти каждую деталь, вбираю в себя каждый запах аромосвечей(ведь у меня их коллекция), будто покидаю дом на годы, а не на оставшийся месяц лета.

Пол внизу скрипит, оповещая о том, что родители выносят последние сумки к машине, и я бегу по лестнице.

– Все взяла? – небрежно кидает мама, скорее для меня, чем для себя. Я киваю, погружаясь в свои мысли.

Нас ждет месяц в домике у озера, который принадлежит нашим соседям, Никоновым. Мы живем с ними в дуплексе, и наши семьи дружат столько, сколько я себя знаю. Семейные праздники, помощь и совместный отдых. Даже сейчас, родители взяли отпуск в одно время, чтобы вместе провести время в домике за городом.

Отец загружает вещи в багажник, а мама разговаривает с тетей Светой. Я подхожу к папе, ставя чемодан на пол и только тогда замечаю Влада, облокотившегося на соседнюю машину.

Влад Никонов давно не живет у родителей. Он уехал в университет четыре года назад и лишь изредка приезжал домой. Мы иногда виделись на праздниках, но чаще всего я слышала о нем лишь в рассказах тети Светы на семейных застольях, или когда мама разговаривала с ней по телефону. Да и мы давно не общались с Владом. Он старше меня всего на пару лет, но в детстве мы были не разлей вода. В средней школе наши пути разошлись, интересы поменялись.

Я помню Влада как мальчика, лазающего на яблоню. Помню, как он учил меня кататься на велосипеде, а после лечил мои разбитые коленки, после совместного падения в цветочную клумбу. Помню, как он тащил во двор каждого щенка и котенка, порой пытался затащить домой, но тетя Света устраивала скандалы. Он был добрым и веселым, но в какой-то момент замкнулся. Сначала я думала, что он закрылся от меня. Нашел новых друзей в школе, но после я поняла, что он замкнулся от целого мира. Все реже шутил, меньше гулял, лишь учился и во двор выходил только что бы почитать, садясь под ту самую яблоню.

– Мам, а Влад с нами поедет? – тихо спрашиваю я маму, пока тетя Света стоит у своей машины.

– Да, он назад переехал после университета. В этом году же окончил.

Это стало для меня новостью, которая отчего-то разлилась теплом по всему телу. Наверное потому, что теперь на семейных праздниках и отпусках я не буду одна, хоть мы и не слишком общались, лучше молчать вдвоем, чем в одиночку сидеть среди родителей, вспоминающих времена, что мы не застали.

Влад окончил университет и вернулся в родной город. Очень неожиданно. Его старшая сестра не вернулась домой. Окончив университет пять лет назад, она нашла там работу, а через год вышла замуж. Сейчас она ждет ребенка, и Никоновы уже планируют совместную поездку на первые именины нового члена семьи.

Я киваю Владу, садясь в машину, прижимая к себе сумку. Ехать четыре часа, но я серьезно подготовилась, накачав побольше музыки и книг. Ну и что, что я не прочитаю их все? Главное, что у меня будет выбор. Да и кто знает, что меня ждет в домике. Может мне станет настолько скучно рядом с Владом, что я не буду вылезать из комнаты, зарывшись в истории. В истории, где все хорошо, где царит любовь, эпическая, яркая и настоящая. Такая, какой не было у меня и может никогда не будет. Реальность не такая радужная, и заканчивается даже любовь. По крайней мере у меня. Она пришла поздно и закончилась внезапно. Впереди было прекрасное будущее, которое разбилось на сотни кусочков, без шансов на то, чтобы вновь все собрать.

Да и не хочется. Это решение было правильным, хоть и приносящим невероятную боль.

– Не хочешь пересесть к Никоновым? – за мыслями я не замечаю, как родители усаживаются в машину, а отец заводит мотор. – Наверное будет веселее ехать с Владом. Обсудите, что произошло за последнее время. Ему наверное есть, что рассказать.

– Нет, – только не сейчас, я пока  не готова. – Мы еще успеем проговорить, но сейчас я собираюсь спать. Кто придумал вставать в пять утра в поездку?

Да и о чем нам разговаривать с Владом? Если говорить о новом, то нужно начинать с класса шестого. Потому что после этого времени я ничего не знаю о Владе Никонове. Лишь то, о чем рассказывала тетя Света. Как он закончил с красным аттестатом девятый класс, а после и одиннадцатый, получив медаль. Как он поступил в хороший университет на юриста. Как он встречался с двумя девушками, правда с одной из них все было несерьезно и они расстались через несколько месяцев, а со второй он повстречался почти два года, а она бросила его ради какого-то мотоциклиста с «наколками», как выразилась мама Влада.

Об окончании университета мне еще никто не говорил. Возможно берегли до этого момента, но я более чем уверена, что и диплом у Влада красный. Без единой четверки. Гордость семьи и пример для подражания. Жаль, что это вечно напрямую касалось меня.

Какое-то время я даже ненавидела Влада. Влад, Влад, Влад. Слышалось отовсюду, каждый день.

– Влад победил в олимпиаде по биологии. Почему ты так не можешь?

– Влад окончил девятый класс на пятерки. Разве сложно хоть немного учиться лучше?

– Смотри, Влад опять вышел во двор с книгой. А ты наверное даже не знаешь как они выглядят.

Какое-то время я даже пыталась. Учила те предметы, что давались мне плохо, но все равно не могла их понять. Пренебрегала сном, чтобы готовиться к контрольной, читала в свободное время книги. Это единственное, что мне удалось. Я полюбила литературу и в трудное время пряталась в воображаемых мирах, сбегая от реальности. Ведь в ней я захлебывалась от обиды, что не могу стать такой, как Влад, не могу поменять себя и стать кем-то другим.

Но как бы больно и обидно это не было, ненависти к Владу не осталось, ведь позже я поняла, что он вовсе не виноват и также как и я, не может быть просто другим. Он такой. Тихий всезнайка, наверняка знающий все на свете. И ему чертовски повезло, что учеба – это его сильная сторона.

***

Через четыре часа мы останавливаемся возле кованных ворот на въезде в частный сектор. Вот уже несколько лет он стал курортом, а большинство домиков в округе стало сдаваться. Владельцы, прожившие у озера всю свою жизнь, предпочитают отдыхать за границей или в больших городах, а свои домишки сдают приезжим. А кто-то уже давно покинул глушь, перебравшись поближе к цивилизации. Туда, где кипит жизнь, а время пролетает незаметно.

Здесь у озера все иначе. Свежий воздух, медленная размеренная жизнь. Время течет и правда  долго, особенно потому, что здесь нет связи. Совсем.

Мы наконец проезжаем в сектор, называя номер дома и фамилию владельца. Нас пропускают без вопросов, как обычных туристов, взявших домик в аренду. Вот только этот дом давно принадлежит Никоновым. Тетя Света родилась здесь, а после уехала в город. В доме еще жили ее родители, но с тех пор все изменилось. Сначала умер отец, тогда еще даже Влада не было, а его сестре Валерии было пять лет. А лет десять назад не стало и бабушки Влада. Дом много лет также сдавался приезжающим, но потом тетя Света решила и самим ездить сюда. Это место стало их дачей и домом отдыха.

Правда не всем это нравилось:

– Лучше бы мы поехали в Турцию, – проворчал дядя Андрей, выгружая чемоданы, как только мы остановились у небольшого домика. – Свет, вот почему нельзя было просто взять всем путевки?

– Потому что я устала от перелетов, вечных скитаний по отелям, неинтересным экскурсиям. Зачем это все, когда у нас есть такое хозяйство? – звучало, как отговорка, но все знали, что для тети Светы это место особенное. Здесь она выросла, это ее родной дом.

Они обсуждали это уже несколько раз, но дядя Андрей будто бы любил выводить тетю Свету из себя, напоминая о том, как ему не нравится эта глушь.

– К тому же, посмотри. Теперь деревня больше похожа на курорт. У озера все-таки. Столько людей, и музыка с пляжа играет. Не хуже Турции. Вот когда я маленькой была, тут было очень уныло. Мы веселились как могли, на озере летом купались, катались на велосипедах, и все друг друга знали. А сейчас никого не осталось. Все новые и новые люди. У нас хоть участочек есть, а где-то просто дома без заборов.

Здесь и правда было шумно. Дом находился недалеко от озера и оттуда уже была слышна громкая музыка и крики людей. Я была здесь однажды, когда мы сажали картошку. Тогда было тише, но отовсюду также слышался запах шашлыка.

– Зато денег тратить не пришлось, – вклинилась в разговор моя мама, проходя ко входу. – Только вот на продукты. А в Турции сейчас такие денжища заламывают, что целый год копить нужно. А зачем? Чтобы похвастаться в социальных сетях? Мы уже старые для этого. Уже и не хочется никуда. Вон, пусть молодежь об этом думает. У них еще все впереди. Влад, помоги занести сумки.

Сегодня Влад был одет в обычную футболку и шорты, что совсем не вязалось с его образом. Он предпочитал классическую одежду, туфли вместо кроссовок и поло, вместо спортивной футболки. Видимо, Никоновы и правда воспринимали это, как поездку на дачу.

Я наконец получила свой чемодан и поднялась вслед за Владом, осматривая дом. Все осталось прежним, кажется, что со времен царя Гороха. Никоновы сделали здесь ремонт, когда сдавали дом, но мебель осталась все та же. Из темного дерева, с хрустальной посудой за стеклом комода и коврами на стенах. На кухне даже стоял квадратный пузатый телевизор с двумя антеннами, торчащими в разные стороны.

– Куда мне поставить сумки? – впервые обратилась я к Владу. В доме было четыре комнаты, но я ни разу здесь не оставалась, поэтому половину из них даже не видела.

Он поправляет очки на переносице, что всегда так невероятно ему шли, предавая некую харизму. Я давно не видела его так близко, поэтому даже забыла о его едва заметной родинке возле глаза. Влад здорово изменился за эти годы, стал мужчиной, но в его глазах я все еще хотела найти того мальчишку, что стал моим первым настоящим другом.

– В дальнюю комнату. Я провожу.

Я не ожидаю большего, но отчего-то мне становиться невероятно грустно от того, что мы когда-то потеряли общение. Влад обращается ко мне как и ко всем. Немногословно, будто отмахивается от мухи. Он берет чемоданы и даже не смотрит в мою сторону, доходя до двери спальни.

Внутри комнаты располагается односпальная кровать с меховым одеялом. Стол и стул, а также много игрушек. Куклы, плюшевые зверюшки, детские книжки. Здесь также застыло время. В этом году Лера обзаведется своим ребенком, а в ее комнате все также, как и двадцать лет назад.

На столике стоит фотография всей семьи хозяев, включая и бабушку Влада.

– Очень уютно. Вы часто оставались здесь у бабушки? Я помню лишь, что летом вы уезжали куда-то без нас. Вы ездили сюда?

Влад кивает, затаскивая чемодан в комнату. Лишь только он все еще держит его в комнате, и я даже начинаю завидовать. Мой старенький чемодан смог удержать его внимание намного дольше, чем я за все время, после нашего «расставания».

– Если что-то понадобиться, я в комнате за стенкой.

Он быстро уходит, а я улыбаюсь тому, что даже здесь нас разделяет одна стена. В дуплексе с самого детства наши комнаты находились в одном месте на чердаке. Мы часто стучали друг другу банальным шифром. Три быстрых, коротких и один большой. Повторить два раза и ждать ответа. Если за стенкой слышаться те же звуки, значит можно собираться и выходить на улицу.

Вряд ли Влад все еще помнит то время, но те воспоминания давно отпечатались на подкорке моего сознания. Врезались в сердце теплом и покоем.

Отчего Влад так изменился? В его глазах больше не видно того веселого мальчика. В его глазах лишь безразличие и печаль. Что-то явно произошло тогда и нас разделили не просто разные интересы, а что-то, что Влад не смог рассказать даже мне,как самому близкому тогда человеку, не считая семьи. Я чувствую, что есть что-то  еще, и в голове сразу возникает навязчивая мысль, разобраться в этом.

Я кидаю ручную кладь на кровать, отыскивая в ней тетрадку. После жирного вопроса отчеркиваю пустое место линией, начиная новую главу книги своей жизни. Дальше ничего не будет говоришь? Тогда почему ты так резко зацепилась за нового человека, а, Лена?

Но Влад не новый человек в моей жизни. Он первый человек, вошедший в мою жизнь, и отчего-то теперь я чувствую необходимость вернуть его обратно.

Мне не хочется думать о том, что он временное новое увлечение после расставания с Лешей, и что так я пытаюсь заткнуть дыру в сердце, заполнить ее Владом. Но я уже пишу строки, которые мне так хочется сказать Никонову, которые останутся лишь простыми словами, выведенными на полосатой бумаге:

Солнце или луна? Кажется мне, что ты всегда выбирал солнце, потому что только под ним мы были счастливы. Помнишь ту яблоню в саду, где на верхушке, что казалось такой далекой, яблоки всегда были слаще и вкуснее? Ты готов был забираться туда, несмотря на страх, чтобы мы вместе могли насладиться плодами, под этим самым деревом в твоем саду. А помнишь, как я разбила окно из твоей рогатки на первом этаже в кухне? Твои родители кричали тогда так громко, что мой папа прибавлял звук на телевизоре, чтобы заглушить их ругань и рыдание твоей сестры. Ты взял вину на себя, чтобы я не боялась, ты вступился за меня, хоть знал о последствиях. Ты был моим солнцем, и я всегда бы выбрала его.

Но что теперь? Что ты выберешь теперь? Солнце давно зашло, уступив место вечной ночи, с одинокой и молчаливой луной, что больше не светит так же ярко, как раньше. Помоги мне вернуть день, помоги мне вернуть тебя…

## Глава 2

– Ну конечно это красный диплом. Все как Влад и мечтал. Мы хотели, чтобы он и в магистратуру пошел, но решили повременить. В юридической фирме его отца как раз не хватает рук. Пока поучится на практике, а там уж и в магистратуру можно будет, если все у него сложится. А я уверена, что так и будет. Мы никогда не сомневались во Владе.

Тошно слушать хвастовство тети Светы. Влад у них всегда золотце и гордость семьи. А пока мы нарезаем овощи для салата, ее просто не заткнешь.

– А вот наша даже и не думает стараться. Как вот в школе это началось, так и продолжается. Еле-еле предметы закрывает. Вот какой из нее учитель получится?

А нечего было пихать меня в первый попавшийся университет. Я хотела в театральный поступить, да не срослось. Но говорить об этом в слух я конечно же не решаюсь. Мало мне того, что мама вечно меня принижает, не хватало еще поссориться перед тетей Светой.

– А Ленка ведь актрисой стать хотела. Я помню, как она устраивала нам концерты в детстве. Еще и Влада затаскивала, видно было, что не хотел, а ведь шел и позорился. Смеху то было.

– Да, вот только не поступила она в свой театральный. Даже тут все завалила, хотя и грезила этим с пеленок. Заявила мне, что год перетерпит, на курсы пока походит и с новыми силами попробует. Но это же она целый год потеряла бы, вот я и уговорила ее в педагогический. Хорошая профессия, зато стабильный доход. Деньги всегда будут, – мама изредка посматривала на меня, будто проверяла, хватит ли мне смелости сказать что-то против. А я давно все решила, выучусь на учителя, пройду театральные курсы и на все кастинги буду пробоваться. У нас много артистов, что без образования выступают, может и у меня получится.

– У нас Лерка такая же была. Из под палки в медицинский запихнули, а она и его не окончила. Благо замуж удачно вышла, да там и осталась. Но я все равно переживаю, вот если муж от нее уйдет, куда она без образования и с ребенком на руках?

Я уже не слушала их разговор, ухватила первую готовую тарелку с салатом и выскользнула во двор.

Чистый воздух, какого не встретишь в городе, пробился в легкие вместе с ароматом шашлыка от мангала дяди Андрея. Почти в конце двора перед самодельной беседкой наши мужчины установили мангал. Влад стоит рядом с нашими отцами, наверняка также удивляясь их разговорам. Надеюсь, не меня обсуждают. Я хоть у отца и любимица, но под влиянием мамы многое наговорить можно.

Я прохожу к беседке, краем уха ловля конец фраз:

– … ну конечно, совсем уже взрослая. Жениха бы найти и все на этом.

Ну конечно про меня, кто бы сомневался. Иногда мужчины хуже женщин. Те еще сплетники.

На столе уже лежат столовые приборы, но я делаю вид, что правильно их раскладываю. К маме с тетей Светой возвращаться не хочется, да и очень уж интересно, участвует ли в разговорах старших Влад. Какого он обо мне мнения? Думает ли обо мне? Вспоминает ли о детстве?

Но мне не удается услышать их разговор, объект моих мыслей подходит ко мне и перехватывает одну из вилок, крадя помидор из салата.

– Эй, мы еще не сели за стол. Не посягай на мой кулинарный шедевр раньше времени.

Я все еще чувствую холод между нами. Такой непреступный. Будто бы мы совсем чужие люди. Будто бы никогда не знали друг друга.

Но Влад улыбается моей шутке, глядя из под очков голубыми глазами, и кажется что-то все же теплеет.

– Не такой уж это и шедевр. Простой помидор, заправленный майонезом, – отвечает он, бросая мне вызов.

– Тогда прошу проследовать на кухню и показать простым смертным, как же все-таки приготовить салат с помидорами и огурцами так, чтобы получился настоящий шедевр. Думаю, тетя Света будет безмерно рада, что ее сын еще и на кухне на все руки мастер.

Улыбка сразу спала, будто я сказала что-то обидное. Ну вот, а я только поверила в чудо.

– Я лишь теоретик, Ленок. И думаю, что сюда больше подходит масло, – он кладет вилку обратно, но все же улыбается мне, прежде чем вернуться к нашим отцам. Улыбка получается не очень искренней, натянутой и даже немного грустной.

Кажется в этом году я решила примерить на себя роль детектива. Главное правильно сыграть и вжиться в роль. Поэтому ноги уже несут меня в комнату мимо мамы с тетей Светой, которые лишь успевают что-то мне прокричать. Тетрадь лежит под матрасом, почти надежно спрятанная. Конечно любой, кто захочет тут все обыскать, сразу полезет под матрас, но моя цель лишь скрыть его от любопытных глаз. Я отступаю место, выстраивая цепочку из слов, сказанными мной Владу:

Кухня. Салат с помидорами и огурцами. Тетя Света. Мой язвительный тон.

Я вычерчиваю слова «кухня» и «салат». Вряд ли они могли его так обидеть. Но последние два пункта вполне себе могут стать причиной для обид.

Но что же из этого верно? Влад любит свою маму, а то, как она гордится сыном… В голове не укладывается, что у них могут быть ссоры и обиды. А что касается меня, разве я так тревожу Влада? Может ли та стена между нами стать причиной его обид? Навряд ли. Мир не крутится вокруг меня, но я все же оставляю последние слова незачеркнутыми. Каждое из них может стать ключом к разгадке Влада Никонова и внезапного прекращения общения. А я ведь и правда могу быть причиной. И тетя Света тоже. Может на тот момент ей не хотелось, чтобы светлый ум общался с такой разгильдяйкой, как я.

Но все это догадки, и только Влад знает настоящую причину. А я все еще решительно настроена наладить с ним хорошие отношения.

Я беру с тумбочки телефон, на котором в оповещениях «висят» два новых сообщения от подруг. Хоть здесь и нет связи, вай фай в доме работает прекрасно, поэтому хотя бы внутри я могу общаться с подругами. Вот только, хочется ли мне этого?

Оля: В городе все также скучно и очень жарко. Завидую…

Ее ответ на последнее мое сообщение о том, что мы доехали. Она единственная, кто из нас троих никуда не поехал. Ее приоритетом стала летняя подработка в цветочном.

Вероника: Уже хочу встретиться с вами. Надеюсь, после поездок мы встретимся?

Мне не хочется думать о конце поездки, но я и правда бы хотела увидеться с подругами. Мы учимся на одном курсе и часто ходим после пар в кафе. Такие посиделки всегда нечто удивительное, когда сидишь с дорогими тебе людьми, ешь и общаешься на любые темы. Тогда хочется вывернуть душу, не думая о том, что получишь осуждение. Его и не будет. Подруги всегда поддержат тебя во всем, направив на путь истинный.

Вот только пока мне не хочется рассказывать про Влада. Да и ничего в наших отношениях пока непонятно. По возвращению, я обязательно встречусь с ними и расскажу о замечательных каникулах, а пока лишь пишу краткий ответ.

Я: Конечно встретимся.

Но он так и не приходит подругам, потому что вай фай еще предстоит подключить. Но только позже.

***

За столом шумно, хоть нас здесь всего шесть человек, двое из которых сидят и молча поглядывают друг на друга уже минут двадцать. Мы сидим с Владом напротив друг друга, поэтому то и дело встречаемся глазами, смущенно их отводя.

Ну что ж, в этот раз ход за мной, поэтому я выжидаю момент молчания и произношу:

– Я читала в интернете, что здесь по вечерам танцы в местном кафе. Можем ли мы с Владом сходить?

Влад прожигает меня взглядом, а я смотрю лишь на родителей.

– Конечно, развлекайтесь, ребята, пока можете. Вот мы в молодости на танцы ходили. Там и знакомились, и гулять вместе начинали. А сейчас такого нет, только клубы ночные, – начала моя мама.

– А я не очень то хотел бы идти туда. Что там делать, Лен? Музыку и дома послушать можно, – он произнес это для меня, но в этом момент моя мама замолчала, поэтому теперь родители вслушивались в наш разговор.

Я наколола на вилку тех самых помидоров, на зло наслаждаясь их вкусом, и ответила:

– Ну и не ходи. Я одна пойду, может парня себе найду на этот месяц.

– Ты ведь не такая… – но договорить он не успел, его прервала тетя Света.

– Влад, иди с Леной, ее одну отпускать в такое время не стоит. Да и вдвоем веселее будет, правда же?

– Да, эх, молодежь, только дома сидеть и могут, – подхватил папа. – А Лену одну отпускать не стоит, деревня хоть и маленькая, туристов много. Мало ли что произойти может?

И Влад сдался. Лишь пару раз посмотрел на меня осуждающим взглядом, но все же, отпускать меня одну ему тоже не хотелось. А если бы попробовал переубедить, я бы стояла на своем. Так было всегда, если он еще помнит о тех временах.

После ужина, я раскрыла на кровати свой чемодан, подбирая хоть что-то, что может хотя бы отдаленно походить на вечернее. Все-таки, почти в клуб идем. Но вариантов было совсем немного. Летний сарафан в цветочек, юбка в клетку и легкое платье на тонких лямках по фигуре, чуть ниже колена. Соблазнительно обтягивающее, но не очень открытое.

Я остановилась на последнем. Оно было универсальным и подходило для разных событий. Главное – правильно его обыграть. Поэтому в ход пошли украшения, которые я выбрала к нему, а также единственные босоножки на большом каблуке. Сумку взяла небольшую, с ремешком через плечо, но спрятала его внутрь, неся ее в руках, как клатч.

С макияжем особо возиться не стала, лишь подкрасила тушью ресницы, а на губы нанесла блеск.

Все выглядело очень мило, но чего-то не хватало, а когда Влад постучал в дверь, меня осенило. Мне не хватало кавалера, что проводил бы меня в незабываемый вечер.

На Владе была белая рубашка и брюки. Я видела его таким много раз, когда он приезжал домой. Это стало его стилем после поступления в университет. Наверное стал готовится к тому, что костюмы станут его частью в работе адвокатом. Но ему шло, особенно с его очками.

– Прекрасно выглядишь, – произнес он, стоя в дверях.

– А ты выглядишь очень мило. Не знаю, говорила тебе это или нет, но костюмы тебе очень идут.

– Знаю, поэтому и ношу так часто, – он вновь искренне улыбнулся, и мне захотелось, чтобы улыбка не сходила с его лица целый вечер. Я не хотела видеть его хмурое лицо, пустой и безразличный взгляд. – Пойдем.

Дорога была ужасной, и я в который раз пожалела о том, что надела босоножки. Сначала мы шли по тропинке от нашего домика на дорогу. Тропинка шла в гору, и я успела натереть мозоли. На дороге то и дело попадались камни, но самым страшным стал пляж, по которому нужно было пройтись до лестницы, ведущей на холм с кафе. Я позавидовала людям, живущим на том холме, позавидовала Владу, что так предусмотрительно надел кеды, что немного портили его официальный образ, позавидовала впереди идущим девушкам во вьетнамках. А ведь вьетнамки мне даже никогда  не нравились.

Музыка из кафе была слышна еще на пляже, но пока мы дошли до места назначения, танцевать перехотелось. Влад лишь смеялся всю дорогу, смотря на мои мучения. А я была рада, что хоть так смогла его развеселить.

– По напитку? – прокричал он мне в ухо, пока я осматривала полупустой танцпол. Пару ребят нашего возраста, люди постарше и пожилая пара. Не вечер, а сказка.

– Возьми мне что-то на свой вкус. Так пить хочется.

Он кивнул, а я села на диванчик. Хоть атмосфера неплохая. Лиловый свет от фонариков, диваны по бокам от танцпола, пару столиков в дальнем углу и бар. Все для отдыхающих.

Влад вернулся через пару минут с напитком оранжевого цвета и долькой апельсина. Выглядело как обычный сок, но я сразу почувствовала алкоголь, ударивший в голову. Я выгнула бровь, глядя на Влада, а он наклонился ко мне, говоря:

– Может хоть так скучно не будет.

Но веселее не стало. Появилось лишь странное чувство, что все это ошибка, что этот момент не для нас. Все казалось наигранным, музыка слишком громкой, а босоножки тугими. Влад чужим человеком, которого я встретила сегодня утром и так и не успела познакомиться ближе.

– Ты был прав. Не нужно было сюда идти.

Я встала с дивана, залпом допивая коктейль. В голове помутнело, и мне пришлось сделать усилие, чтобы стоять прямо. Вот уже два стакана в моих руках, вот я отдаю их бармену, вот мы выходим из кафе, а я вдыхаю свежий воздух, что дает мне протрезветь, делая мысли яснее.

Но алкоголь все еще в моей крови, и это делает меня чуточку смелее. Я расстегиваю босоножки, беря их в руки и иду к лестнице, спускаясь к пляжу. Ног касается холодный металл, а после они утопают в уже остывшем песке, царапаются ракушками, но это кажется более правильным, чем мой женственный вид и душное кафе с громкой музыкой.

– Хочешь верь, хочешь нет, но танцы под такую музыку никогда не приносили мне удовольствие, – я сажусь прямо на песок около озера, не думая о том, что будет с платьем. Кажется алкоголь развязывает мне язык, потому что дальше меня не остановить. – Я люблю медленную музыку, иногда грустную, с глубоким смыслом. В некоторых песнях мне больше нравится текст, и на это прежде всего я обращаю внимание.

Влад плюхается рядом, несколько раз осматривая место, явно дорожа брюками. Слегка опьянен, но все еще в обычном состоянии. А в этот момент внутри меня все эмоции сворачиваются в клубок, который в мгновения ока затягивается где-то в груди, оставляя лишь пустоту. Мне неважно, что будет с платьем, неважно сколько сейчас времени, неважно что меня беспокоило до этого. Мне хотелось лишь говорить с Владом как раньше. Обо всем и ни о чем одновременно.

– Я тоже не поклонник таких мест, поэтому и не хотел идти туда, но ты меня заставила. Уловка с родителями – это против правил. Я был не готов.

– А мне было все равно куда идти, лишь бы с тобой и подальше от дома, где ты мог скрыться в своей комнате, – вываливаю все как на духу и будь что будет.

– С чего такое рвение? – лицо не выражает ничего, как и всегда. Но раньше я видела на нем радость и веселье. Лишь пару часов назад. А теперь, он вновь закрылся и отгородится глухой стеной.

– Я только сейчас поняла, как мне не хватало нашей дружбы. Она была особенной. Может, мы сможем ее вернуть?

Он смотрит вдаль, туда, куда всего несколько часов назад зашло солнце. Темный горизонт, соприкасающийся с волнами, на которых белыми бликами отражаются звезды и луна.

– Не знаю, можно ли что-то вернуть. Мы изменились и стали намного старше, столько воды утекло… – я расстраиваюсь, не до конца понимая истинный смысл его слов, но он заканчивает предложение, не давая мне окончательно расклеиться. – Но мы можем начать все заново. Новая дружба, новые мы. Как раньше уже точно не будет, мы ведь не дети.

Я бросаюсь ему на шею, не успевая даже подумать о том, что делаю. От него пахнет морским бризом или мне все это кажется. Сегодня я ни в чем не уверена.

– Тогда пойдем. Нечего тут сидеть целую ночь, – я пошатываюсь, едва принимая вертикальное положение. Мир крутится с безумной скоростью, но мне удается устоять.

Мы выходим с пляжа, холодный асфальт обжигает босые ступни, и я надеваю босоножки. Правда, теперь меня шатает еще сильнее, поэтому Влад громко вздыхает и хватает меня за руку, когда я чуть было не спотыкаюсь о камешки.

– Боже, кто заставлял тебя надевать эти каблуки? – он хмурится, выглядывая из-под своих очков.

– Как это кто? Мода конечно. Согласись, что в них я выгляжу более женственно, – конечно могло хватить лишь простого платья, чтобы подчеркнуть свою женственность, но чтобы подчеркнуть платье – нужны каблуки. Ну что женственного в платье с кроссовками или в платье со сланцами? Можно было надеть босоножки с прямой подошвой, но такого эффекта не было бы. Мода и сочетание сложная штука. Мне понадобилось много лет, чтобы в этом разобраться, как хорошо, что у девушки подобное в крови. А вот для парня такие очевидные вещи слишком сложны для понимания, поэтому я вовремя умолкаю, не вдаваясь в подробности.

Влад лишь вновь вздыхает, осматривает меня с ног до головы, будто что-то прикидывает, и уже через мгновение земля буквально уходит у меня из-под ног, а я оказываюсь у него на руках. Радикальное решение проблемы.

– Я мог бы заставить тебя идти босиком, как ты делала это ранее, но дальше песка не будет, а я не могу заставить даму идти по камешкам.

– Ага, так и скажи, что просто хотел быть ближе. Ты ведь всегда хотел вернуть нашу дружбу. Так ведь?

Но он молчит. Опять. Каждый раз, когда я задаю вопрос, он замолкает, да еще и делает это с таким лицом, будто бы вопрос слишком глуп, чтобы на него отвечать. И что это? Он так закрывается от меня или и правда считает, что я задаю глупые вопросы? Ну да, куда мне до отличника и просто умного парня, окончившего юридический?

Кажется, я и правда задаю много вопросов. И как же Владу повезло, что они все звучат только в моей голове, так и не найдя выхода.

Но помимо вопросов в моей голове мелькает еще один голос, который ликует. Из-за того, что он здесь, со мной. Несет меня на руках так легко, будто бы делал это сотню раз. Будто бы все как раньше.

Я прижимаюсь к нему, опуская голову на его плечо, а его дыхание учащается.

– Что-то не так? – хоть один вопрос находит выход, но вряд ли он ответит.

Влад хмурится, очки сползают на самый кончик носа, а моя рука сама тянется, чтобы их поправить. Он мотает головой и все-таки отвечает:

– Не думай, что мне так легко тебя нести. Ты очень тяжелая, и я не хотел это говорить, чтобы тебя не обидеть.

– Тогда просто отпусти. Тут совсем чуть-чуть осталось. Дойду я, – я болтаю ногами в воздухе, но он лишь крепче перехватывает меня. Странно то, что он еще ни разу не посмотрел на меня. Даже когда взял на руки или когда ответил на мой вопрос.

– Просто не дергайся, и мы не свалимся вместе.

Слова действуют на меня как успокоительное. Я вновь прижимаюсь к нему, расслабляясь и слушая его дыхание. Легкий ветерок, тихие шаги, ночное небо и тепло, исходящее от него – глаза слипаются, а я засыпаю, так и не дождавшись прибытия домой.

Сквозь сон я чувствую, как Влад опускает меня на кровать, снимая босоножки, а после укрывает одеялом. Может это сон и если это так, то я не хочу просыпаться.

## Глава 3

Но я все же проснулась. Голова была слишком тяжелой и болела, во рту было сухо, как в пустыне и мне срочно требовалось принять душ.

Я открыла окно, впуская свежий воздух и прохладу прекрасного лета. В этом году не было ужасной жары и не нужно было включать кондиционер или плавиться под солнцем.

В саду слышались голоса родителей, а также запах вкусной еды. Свежей выпечки и, кажется, бекона.

Я собрала ванные принадлежности, взглянула в маленькое зеркальце и ужаснулась. На мне все еще была вчерашняя косметика, которая размазалась по лицу. Под глазами были синяки. Хотя, может это тушь так скаталась. А на голове настоящее птичье гнездо.

Я прошмыгнула в коридор, все же опасаясь, что кто-то из родных зайдет в дом или того хуже, увижу кого-то из Никоновых, а особенно Влада.

Но удача оказалась не на моей стороне. Дверь в ванную открылась перед тем, как я коснулась ручки и вышел Влад. Он был без очков и казался даже привлекательнее, чем обычно. У него оказались большие глаза, что так тщательно скрывали стекла очков. Волосы были мокрые, и капли стекали вниз по футболке, оставляя круги.

– Ужасно выглядишь, – только и произнес он, обходя меня. Я тут думаю о том, как он прекрасен, а он обходит меня, да еще и смотрит с таким призрением, будто бы я какая-то бродяжка.

– Уж прости, надо было оставить меня на улице, – я фыркаю и оставляю его в коридоре в полном недоумении. Пусть думает, что я еще и свихнулась.

Правда, как только первые капли в душе падают на лицо, я прихожу в себя и жалею обо всем. Что произошло вчера, что случилось только что. Я опустилась ниже некуда перед Владом. Не удивлюсь, если наша воскресшая дружба треснет по швам так и не начавшись. И кто вообще заставлял меня пить вчера? Ну серьезно, почему я не отказалась? Почему не взяла апельсиновый сок?

Окончательно прихожу в себя и выхожу из душа. Зеркало запотело, и я провожу ладонью, вырисовывая черточку, в которой видно два моих карих глаза. Синяки все еще на месте, но уже не такие черные. Все же тушь постаралась.

Я неспешно одеваюсь и выхожу из ванной, вдыхая свежий воздух. И не успеваю насладится прохладой, после парилки в ванной, как передо мной вновь появляется лицо Влада.

– Вышла наконец-то, – только и произносит он.

– Ты все это время тут стоял?

– Ну, вообще-то нет. Я сходил на улицу, чтобы позавтракать, но родители выгнали меня, сказав без тебя не возвращаться. Все уже давно готово, пошли.

Я бездумно иду за ним, но, проходя мимо комнат, быстро закидываю полотенце в свою.

– Ты же не злишься на меня?

Он идет быстро, и я едва успеваю за ним, немного припрыгивая.

– За что? – коротко и ясно, но звучит как гром среди ясного неба.

– За вчера. Я немного перебрала, а после ты нес меня на руках, а я еще и заснула… – я быстро умолкаю, потому что Влад недоуменно на меня смотрит. Так, будто я говорю какую-то несусветную глупость. Я даже начинаю сомневаться в том, что все, что произошло вчера – было на самом деле. Может мне правда все приснилось? Я настолько напилась, что даже не помню как мы добрались до дома после танцев. Неужели я правда все придумала или все это сон? А мы вообще разговаривали на пляже?

Влад все еще молчит и я решаюсь спросить:

– Ведь ты же нес меня вчера на руках? И мы все еще друзья?

– Да, не переживай, ты не настолько напилась. Выпила лишь бокал, как и я. Я просто удивлен тому, что ты думаешь, что за это стоит извиняться. Мы ведь друзья.

– Друзья.

Разговор заканчивается, как только мы садимся за стол. Наши родители переглядываются между собой, а я уже готова к расспросам о том, как мы провели вчерашний вечер.

– И как? Чем вы занимались вчера? – не заставляет себя ждать моя мама. Она обращается к Владу, и я надеюсь, что он умолчит о том, что я вчера напилась. Как же хорошо, что утром я не встретила кого-то из них.

– Было скучно. Молодежь привыкла танцевать в клубах, поэтому такие танцы не для них. Никого не было. Мы немного потанцевали и посидели на пляже, а после пошли домой. Ничего такого.

Я шумно выдыхаю, и все оборачиваются ко мне. Ну вот, не могла сделать это потише, Лена? Мама прищуривается, зная, что я что-то скрываю.

– Просто рада, что Влад умолчал о том, что ему пришлось нести меня на руках, потому что я натерла ноги. Но раз уж от вас ничего не скроешь, скажу: ты была права мама, пора мне перестать надевать каблуки, когда я иду гулять.

Это отвлекает маму, и она начинает причитать вслух, жалуясь тете Свете. Так, как она делает это всегда.

– Постоянно ей говорю, ну что за девчонка? Пока сама куда-нибудь не вляпается, не слушается. И как мне прикажете с ней быть? А если она не послушается меня в следующий раз в чем-то более серьезном? Я не хочу становиться бабушкой в столь раннем возрасте.

– Мама! Это тут причем?

Влад и мой отец хихикают, а я лишь хмуро смотрю в тарелку. Сейчас они с тетей Светой поймают одну волну и беззаботное утреннее обсуждение превратиться в их прекрасный диалог, суть которого будет в осуждении собственных детей. Простые жалобы, но с умным видом.

– Да-да. С Леркой также было. А теперь что? Уехала черти куда. Без пяти минут как замуж вышла, а уже ребенка родила. Я вот считаю, считаю и думаю, а ведь она уже беременная замуж выходила. Наверняка по «залету» расписались. А что если муж ее бросит? Куда нам ее с ребенком принимать? Итак места мало.

– Мам, – решил вмешаться в их разговор Влад. – Ничего там такого не было. Они уже давно поженились бы, просто откладывали, деньги копили на свадьбу. У вас брать не хотели. А тут пришлось поскорее все сделать. Лере не хотелось, чтобы все судачили, что они из-за ребенка расписались. А ты слухи эти нелепые распускаешь. Знаешь как ей потом стыдно будет?

Тетя Света лишь повернулась к нему и смерила таким взглядом, что я на месте Влада замолчала бы и продолжила есть. Но одно меня радовало. Они забыли про меня и про то, с чего начали. С Лерой мы никогда не общались, но теперь я почувствовала в ней родственную душу и была безмерно благодарна.

– Владислав, я разве спрашивала у тебя об этом? Я говорю, что вижу. Да, стыдно, но это правда. Никаких слухов. А этот ее Пашка, Сашка, да он ведь смотрит на нее, как на любого другого человека. Нет в глазах искры, нет ничего такого, что говорило бы о том, что он ее любит. Нет, может у него и есть какие-то чувства, или были  раньше. Но все давно прошло. Он просто к ней привык. А вот появится какая-нибудь деваха, что искры разожжет и никакой ребенок Алешку не остановит, – она глубоко вздохнула, вспоминая внука. – Ванечку жалко. Без отца мужчине расти нельзя. Вон как Андрей Влада воспитал. По его стопам пошел. А я видимо упустила где-то Лерку.

– Упустила, не упустила, а это видимо все девочки такие. Говори, не говори – все по-своему делают. Вот пока сами не обожгутся – не послушаются. А зря! – опять включилась моя мама, полоская меня. – У нас все-таки опыта наверное побольше. Не первый год живем, да, Лена?

Но сегодня с утра я была мастером говорить то, о чем потом жалею, поэтому следующие слова вырвались намного быстрее, чем я успела их обдумать:

– Ну ты же девочка, мама. Тебя не переубедишь, все по-своему надумаешь.

Я заметила краем глаза, как недовольно глядел на меня папа, как мама была возмущена, а тетя Света выпучила глаза. Лишь дядя Андрей ел, как ни в чем не бывало, впрочем как и всегда. Взгляд Влада я понять не могла. Он смотрел на меня не отрываясь, не выражая никаких эмоций.

Я никогда не перечила родителям перед всеми. Да даже дома потакала им и их желаниям. Всегда была тихой и спокойной. Старалась не лезть на рожон. Но в последнее время чувства просто переполняли меня. Что-то надломилось в тот день, как я рассталась с бывшим парнем. Не знаю, изменил ли он меня, но выводы я сделала большие. Тогда долго думала о нашем расставании. Решалась выйти из отношений, в которых не получала отдачи. Но всегда возвращалась к тому, что дело было все-таки во мне. Что я не могла удержать интерес парня к себе. И сколько бы подруги не убеждали меня в обратном, я склонна была думать, что все дело во мне. Человек не смог меня понять, но может и мне стоило бы измениться?

Сотни мыслей и чувств. Множество сценариев и собственный анализ на протяжении прошлого месяца. Я отпустила, но в голове все так же сидели сомнения и непрошеные чувства. Выразить все на бумагу помогло на время. Но видимо ненадолго, раз теперь я срываюсь на окружающих. Еще и ситуация с Владом, в которой мне нужно разобраться.

Иногда кажется, что от чувств и мыслей меня разорвет. Тетрадь всегда в моей комнате, но не все чувства можно выразить в слова.

Я не сказала ничего плохо матери, но в первый раз подала собственный голос. Уже через несколько минут она забудет об этом, но в следующий раз уж точно начнет что-то подозревать.

– Вот видишь, Свет. И как им что-то объяснять?

Они вновь продолжили обвинять нас во всех бедах, но я больше не слушала. Хотелось лишь поскорее управиться с завтраком и сделать новую запись в тетрадку. Это иногда помогает разобраться в себе и своих чувствах.

***

Я помирилась с другом детства. Я помирилась с тобой. Но так странно и непонятно. Видеть тебя, слышать, гулять с тобой, но не узнавать того мальчика рядом с собой.

Ты все еще закрываешься. Чтобы я ни делала, как бы не пыталась. Может мой напор и есть причина твоей скрытности?

Может мне нужно отступить? Может не стоит лезть в твою душу, раз ты сам не хочешь это, раз не просишь?

Как много «может». И как найти ответ и точные формулировки? Как узнать о чем-то и понять, если ты не хочешь меня впустить?

Я бы оставила тебя. Честно. Мы ведь не общались все эти годы, и я отпустила тебя, потому что ты не хотел оставаться рядом. Потому что я оказалась больше тебе не нужна…

Но теперь ты нужен мне. Как никогда. И я надеюсь это не потому, что я хочу отвлечься от прошлых чувств и отношений. Мне хочется чего-то нового. Это правда. Но в этот раз к тебе что-то тянет. Те не забытые чувства между нами с детства. Сейчас, в этом доме, в этой глуши, рядом, все воспоминания вновь нахлынули. Радостные моменты, запахи, эмоции, вкусы. Кажется тогда я чувствовала себя живой.

Я чувствовала себя живой рядом с тобой.

Я поставила точку на размышлениях и кое что поняла. Мне кажется, это осознание пришло ко мне еще давно, много лет назад, но я попросту не брала его во внимание. Не хотела ничего портить. Влад нравился мне. Всегда. И совсем не как друг.

Мог ли он быть моей первой любовью? Это мне еще предстоит выяснить, но сейчас я уверена, что запросто могу влюбиться во Влада. Он уже вызывает во мне теплые чувства. Я путала их с чувствами чего-то родного, что ты ощущаешь рядом с другом. Но кажется они оказались бабочками, которые мечутся в животе при влюбленности.

Теперь осталось проверить мою теорию, но не стоит забывать, что я все также раскрываю Влада. Его причину бросить меня тогда. Его причину сторониться меня сейчас.

В дверь постучали, и я поспешно закрыла тетрадь, отодвинув ее в кучу каких-то бумаг на столе. Лера любила рисовать, и там точно завалялась парочка ее работ. Я обязательно еще их посмотрю.

Дверь открылась прежде, чем я сказала: «войдите», что немного возмутило меня, но я тут же улыбнулась, когда увидела за ней Влада.

– Прости, если мешаю, но родителям не очень понравилось, что ты сидишь в комнате. Они решили сходить на пляж и попросили тебя позвать.

– Да, хорошо, секунду. Я переоденусь.

Он кивнул и скрылся за дверью.

Пляж – отличное развлечение в этой глуши. Раньше там был лишь небольшой зеленый бережок с землей, омываемый озером и образующий грязь. Но хорошо, что туда завезли песок.

Я достала черный купальник, вьетнамки, больше ошибку с каблуками не повторяем, черные очки и джинсовые короткие шорты.

Когда я почти была готова и делала пучок на голове в дверь вновь постучали, но на этот раз не вошли без моего разрешения

Это вновь был Влад:

– Родители сказали тебя поторопить. Ничего брать с собой не надо, твоя мама взяла крем для загара и, не поверишь, меня попросили найти волейбольный мяч.

– Хорошо, я почти готова.

Я все же взяла маленькую сумку, положив туда телефон и футляр для солнечных очков, еще раз взглянула на себя в зеркало и вышла из комнаты.

– Полотенца она взяла?

– Ага, – бросил Влад и покрутил в руке мяч.

Последний раз я играла в волейбол в школе. У меня хорошо получалось подавать, но лишь снизу, а вот с отбиванием иногда выходили проблемы. Особенно когда для одноклассников это не просто игра на уроке физкультуры, а целый турнир. Все на нервах, нервируют тебя, отвлекают и кричат, если ты не словил подачу или отбил мяч не в ту сторону. Поэтому, обычно игры такого рода заставляли меня нервничать, а игра превращалась в пытку.

На пляже я играла лишь раз. Тоже в школе с небольшой компанией. Это нравилось мне гораздо больше. Вокруг песок, который если что, сможет смягчить падение, а меньше народу – меньше нервов и больше интереса.

Я оглядела Влада. Простая майка и шорты, вьетнамки на ногах. Таким мне его видеть не доводилось. Кудряшки красиво отливали на солнце рыжеватым, даже медовым, а голубые глаза становились еще светлее. В них не бушевал океан, а плескалось тихое теплое озеро. Прямо как в этой деревне. Такое нежное и спокойное, вдали от толпы.

На пляже было не жарко, а приятно тепло. Ветерок дул не так сильно, как утром, а песок был теплым, нежели в прошлую ночь.

Прошедшая ночь все еще была туманом в голове и не имела четкое очертание. Это произошло со мной, но все было будто бы со стороны. Я сидела перед Владом, но чувства говорили за меня, ничего не тая.

Я отвернулась от воды, чувствуя румянец на щеках. Влад кажется следил за мной и, поняв мой стыд, ободряюще улыбнулся, давая мяч.

– Будешь в моей команде, подруга? Давай покажем старикам, что их авантюры ни к чему хорошему не приводят и им пора отдыхать отдельно от нас.

Я улыбнулась в ответ и прокричала родителям:

– Кто готов к тому, чтобы мы показали вам класс? Учтите, проигравший вечером моет всю посуду. Без посудомойки!

Никоновы лишь рассмеялись. Кажется Влад рассказывал, что его мама была спортсменкой. Но к волейболу, слава богу, отношения не имела. Бег – вот ее стихия.

– Я готов посостязаться с профессионалами, – ответил мой отец, а тетя Света встала с ним в пару. Оставались лишь самые неспортивные, но я быстро схватилась за дядю Андрея, уводя его в нашу команду. Все-таки, мужчина сильнее женщины в спорте.

На пляже висела сетка, натянутая руководством, что делало игру более интересной.

– До скольки играем? – спросила тетя Света, явно готовая побеждать.

– До пятнадцати хватит, – ответил Влад.

Я встала на позицию сзади Влада, рядом с дядей Андреем. Получился треугольник, который можно было менять по ходу игры.

Присела, положила мяч в левую руку, приложила правую кулачком к нему, а после отвела.

Раз. Два. Три.

Я стукнула по мячу. Игра началась.

Влад с отцом хорошо играли в паре и чувствовали друг друга на «площадке». Один мог отбивать мяч вверх перед собой, а после отбегать, чтобы второй забил. Мой папа любил отбивать мяч прямо перед нашей стороной сетки, что вечно выходило нам боком. Он делал это, когда перед сеткой стоял кто-то из высоких мужчин, которые не успевали вовремя наклониться или отбежать, чтобы кто-то из задней линии успел отбить. Я хорошо подавала, иногда так сразу набивая очки, но и тетя Света была в этот хороша. У нее была прекрасная и сильная верхняя подача и отбивать мяч после нее было немного больно. В конце игры мои руки были красными и горели.

В итоге победили все же мы, но с отрывом всего в два очка.

Я отбила последний мяч, и он упал перед тетей Светой, которая не успела среагировать. Для меня это была личная победа, поэтому я обрадовалась как никогда в жизни и прыгнула на шею Влада. Он подхватил меня на руки и прокрутил, прежде чем поставить на место.

День удался еще на этом моменте, но я не знала, что будет дальше. Для себя я уже решила, что это день лучший за последнее время, да даже за целый месяц.

Я забыла обо всем. О разбитом сердце, о проблемах в выборе жизненного пути. Существовал лишь пляж и наша маленькая компания. Моя семья.

Мне было безразлично происходящее вокруг, а ведь на пляже были еще люди. Вот дети в надувных нарукавниках плескаются в воде, вот на суше стоит их мама, крича что-то самому младшему. Под деревом сидит молодая парочка. Девушка лежит головой на плече парня , читая книгу, в которой она явно нашла смешной момент и показывает его своему молодому человеку. К сетке уже направляется новая команда волейболистов, видимо наблюдавшая за нами со стороны и следившая за счетом.

Но передо мной сейчас лишь Влад. С пропотевшей майкой и опущенными на самую переносицу очками. Со своими смешными кудряшками, лезущими в разные стороны. Такой же красный как и все остальные. Наверняка и я сейчас похожа на рака, нежели на привлекательную молодую девушку. Но ничего не может испортить мое настроение и ощущения от совместно проведенного времени с моей семьей.

Иногда случается, что простые моменты на веки остаются в нашей памяти, проникая не только в душу, но и сердце. Моменты, которые прокручиваешь в голове, вызывая улыбку. Теплые, невинные и вроде бы самые обычные, но наполненные эмоциями больше, чем когда либо. Маленькие мгновения, ставшие большими воспоминаниями.

## Глава 4

Этот день был особенным, пока все волшебство момента не сгубило озеро.

Ладно, на самом деле мне легче винить простую воду, чем признать, что дело в нас. Не только во мне, не только во Владе, а в нас обоих.

Но начнем все сначала и по порядку.

Мы окончили наш импровизированный матч по волейболу и решили отпраздновать победу, искупавшись в прохладной воде.

– Ты тоже пойдешь? – сказал Влад на пути к озеру.

– Ну да, как я могу пропустить такое? – я собрала растрепавшиеся волосы в идеальный пучок и сняла шорты, бросив на одеяло под деревом.

– Кажется мне, что ты не умеешь плавать. Еще год назад ты чуть не утонула на отдыхе. Мама все рассказала.

Тетя Света была главной сплетницей, поэтому я не могла на нее обижаться. Ей становилось плохо, если какая-то тайна не вышла наружу, а виновник «торжества» не был пристыжен. А мне и правда было немного стыдно. Тогда я позорно чуть было не утонула на мелководье. Я плыла, вернее просто гребла руками, касаясь ступнями песка, за папой, но у меня свело ногу судорогой. Она потянула меня на дно, я наглоталась воды, но папа вовремя меня вытащил.

– Ну и что, что не умею? Поплескаюсь у берега. Мне этого будет достаточно.

Я гордо прошла мимо Влада, виляя бедрами, но тут же смутилась. Вспомнила, что на пляже мы не одни.

– Да подожди ты, Ленок, – он схватил меня за руку, а глаза приняли извиняющийся вид.

Вообще, у него очень хорошо получалось выражать все свои эмоции и чувства глазами. Не даром говорят, что глаза – это зеркало души. А в его голубых глазах можно было увидеть много. Жаль, что они чаще всего были спрятаны за очками. Но когда они сказывались на нос, можно было уловить столько эмоций.

– Я не хотел тебя пристыдить. Просто хочу предложить тебе поплавать у меня на спине. Мы заплывем дальше мелководья.

Такой жест доброй воли тут же вызвал улыбку на лице, и я больше не злилась на него. Злиться я начала заранее, потому что мне казалось, что Влад начнет высмеивать меня и попросит позорно остаться на берегу.

Я кивнула, и мы отправились к озеру. Вода была прохладной, и мне нужно было привыкнуть к ней, поэтому я постепенно заходила в воду, пока не оказалась в ней по бедра. Я собиралась медленно приседать вниз, скрестив руки на груди, вот только Влад вновь схватил меня за руку и быстро опустил в воду вместе с собой.

Вынырнув, я завизжала и начала брызгаться во Влада водой. Он принял мою игру. Солнце красиво блестело на воде, отражая лучи. Мы весело смеялись, а впереди был целый месяц в деревне вдали от цивилизации.

Когда я перестала злиться на Влада, я смогла рассмотреть его, а также проверить свою теорию. Мое сердце билось быстрее, когда я осматривала его мокрые кудряшки. Очки, которые он снял перед тем, как мы отправились к воде, больше не закрывали его невероятные голубые глаза и родинку под глазом. При солнечном свете я разглядела небольшую ямочку на щеке про ухмылке. Но мое сердце остановилось, а меня бросило в жар, когда я рассмотрела рельеф мышц, по котором стекала вода. Но еще более волнительно мне стало, когда я коснулась Влада, залезая на спину и крепко обнимая его за широкие плечи.

Возможно Влад и не был красавцем, не был идеальным парнем. Но сейчас я видела идеал мужчины, свой типаж, а сердце то бешено билось, то останавливалось вовсе, как и мое дыхание.

Кажется теория была верна. Я не хотела быть другом с Владом. Мне хотелось большего, но я не знала, была ли готова к этому, после недавнего расставания.

– Держись крепче, – произнес он и поплыл по воде.

Я знала, что ему не было тяжело. Вода делала меня легкой как перышко, но отчего-то дыхание Влада сбивалось еще до того, как он начал заплыв. Могла ли я надеяться на то, что наши чувства могли быть взаимны?

Но кроме этого была более важная проблема. Она испортила нашу дружбу тогда. Она же и испортила этот незабываемый день.

– И все же, ты расскажешь мне, почему мы прекратили общение? Мне кажется, что у нас все было хорошо, а потом ты просто отдалился.

Влад напрягся и выплыл назад, стряхивая меня с плеч.

– А ты не понимаешь? Это ведь так очевидно.

Я хмыкнула:

– Видимо нет, раз я спрашиваю об этом спустя много лет. А ты все также молчишь и закрываешься.

В его глазах ярость. И я надеюсь, что не я стала ее причиной.

– Все просто. У меня появились другие интересы. Учеба. Я сидел целыми днями за книгами. Ты же видела.

– И что с того? У тебя было свободное время. Ты ведь сидел в саду не с геометрией или историей. В твоих руках были художественные книги, никак не связанные с программой по литературе в нашей школе. Это время ты мог бы уделять мне.

Влад вздохнул:

– Ты даже сейчас не понимаешь. У нас были разные интересы. Ты хотела устраивать свои детские шалости, играть в домашнем театре. А я хотел изучать литературу и зарываться в новых историях.

Я на минуту замолчала, но лишь чтобы сменить тон на спокойный. Во мне тоже поднялась злость, но я не хотела кричать. Я была права в следующих словах, а такие вещи лучше говорить спокойно, чтобы сбить с толку собеседника.

– Нет, Влад. Это ты не понимаешь. У нас были разные интересы, да. Я поняла это еще тогда. Но ты что-то не договариваешь, либо и правда меня не знаешь или просто не хочешь понять. В любом случае, если бы мы общались до сих пор или просто поговорили тогда, ты бы знал, что я начала читать из-за тебя. Да, Влад, я полюбила книги, как и ты. Не классические правда, а легкие романы, увлекательные детективы, необычные фэнтези. Все из-за тебя. Ради тебя. Друзья разделяют интересы, находят компромиссы. Да делают что угодно, лишь бы сохранить дружбу. Есть и было что-то еще, Влад. И я узнаю, что именно, – я развернулась, упав в воду ладонями вниз, поднимая брызги вокруг себя. На мгновение ушла под воду, но быстро вынырнула. Я видела, что Влад бросился мне помогать, но я увернулась от его рук. – И да, вот еще. Сколько бы ты меня не отталкивал, я обещаю тебе, что ты от меня так просто не отделаешься. Я оставлю тебя лишь в том случае, если ты убедишь меня в том, что тебе не нужна наша дружба. А пока, тебе придется терпеть мою компанию. Как тебе повезло, что этот месяц мы живем в одном доме.

Наконец, я покинула Влада и с горем пополам выбралась на берег. Мне казалось, что мы наладили отношения. Конечно это непросто вернуть то, что было между нами. Я не надеялась, что мы тут же без всякой неловкости станем лучшими друзьями и будем доверять друг другу все секреты. Но то, что Влад всегда считал нас такими разными, что наша дружба распалась на кусочки, как неправильно собранные пазлы – ни за что не поверю.

Я не детектив, но чую, что ответ на поверхности. Он есть где-то в моей голове, нужно лишь систематизировать знания на бумаге и найти неизвестную переменную.

Озеро испортило то хрупкое между нами, что нам на мгновение удалось построить. Но это лишь иллюзия и может даже хорошо, что мы поняли это раньше, чем разошлись навсегда из-за секретов и недосказанностей.

***

Я вновь села за тетрадь, что заменяла мне личный дневник и помогала лучше думать.

Вы когда-нибудь думали о том, как выглядело бы хранилище в вашей голове? Я думаю, что моим хранилищем стали бы полки с книгами или такими тетрадками. Все было бы систематизировано по алфавиту и годам, а книги по жанрам. Порядок в голове – порядок в жизни. Жаль, что в моей голове чаще всего происходит хаос из мыслей. И чтобы его понять и разобраться в нем, нужно лишь записать все на бумагу.

Итак, вспомним детство. Одно из воспоминаний так ярко вторгалось в мое сознание, что я вижу его будто наяву.

Влад сидит под широким деревом в их саду, которое растет тут уже третье поколение. Его ветви с густой листвой настолько широкие, что отбрасывают тень для отдыха. Как-то в детстве дядя Андрей весил здесь качели, сделанные из шины, но веревка быстро порвалась, а новые так и не повесели. Времени не было.

Влад читает «Великий Гэтсби» в старом издании. Потрепанном, заклеенным в некоторых местах скотчем. Со стертой обложкой, но все еще яркими выбитыми на корке золотистыми буквами.

Очки съезжают до кончика носа из-за того, что он так погружен и низко склонился к книге. Он на автомате поправляет их, но не отрывается от чтения и будто бы не замечает никакой проблемы.

Ветер раздувает страницы, поэтому Влад крепко держит их, быстро перелистывая. Закладка лежит у его ног, сдутая с привычного места рядом еще пару минут назад.

Шелест листвы заглушает шелест страниц, но я все равно бы сбилась со счета. Так быстро Влад их переворачивает, явно дойдя до какой-то увлекательной сцены.

Я стою за своим забором, выглядывая в щель, что образовалась здесь в первый год нашего переезда, но никто и не собирается ее чинить. Слишком уж легко перемещаться через нее между нашими садами, а не проходить вокруг, да еще и выходить за территорию. Наши мамы как-то хотели снести общий забор, но отцы посовещавшись подумали, что иногда каждому нужно свое пространство.

Я зову Влада пару раз, но он делает вид, что не слышит меня. Именно делает вид, потому что страницы прекращают перелистываться, а глаза Влада не бегают по строчкам. Но он все также напряжено смотрит в книгу, не моргая.

– Влад, ну пошли посмотрим что-нибудь. Сегодня мне разрешили провести несколько часов за телевизором, пока папа будет на какой-то деловой встрече. Ну хочешь, даже футбол посмотрим.

Влад отмахивается от меня как от назойливой мухи:

– Прости, нужно готовиться к допам, – бубнит он и захлопывает книгу.

Во двор выглядывает его мама, подтверждая слова Влада:

– Влад! Сколько можно прохлаждаться? У тебя скоро репетитор по Английскому, – на ее плече кухонное полотенце, а с дома до меня долетает запах котлет. – Привет, Леночка.

Я киваю, а она скрывается за дверью, оставляя ее приоткрытой. Влад машет мне на прощание и уходит вслед за матерью, окончательно закрывая дверь.

Что-то в этом воспоминании точно имело разгадку на мучащий меня вопрос.

Я отчеркнула прошлую запись, чтобы полностью сосредоточиться на новой, и написала несколько слов:

Великий Гэтсби, дополнительные занятия, мама.

Что-то из этого точно стало главной причиной. Возможно Влада слишком увлекла книга, и он хотел проводить свободное время за чтением, а не играть со мной в глупые игры. Все же мы перешли в среднюю школу, но Влад старше меня. Он мог перерасти это и не хотел расстраивать меня, признавая мою незрелость. Просто, глупо прекращать общение из-за того, что тебе стали интересны книги. Опять же, после этого я решила попробовать читать и мне понравилось. Мы могли бы читать вместе, проводить книжные вечера, обсуждать прочитанное. Я всегда разделяла его интересы. Знала о его любови к футболу и даже слушала о прошедших играх, хоть они и не были мне интересны. Я даже стала покупать те же хлопья, что и Влад, потому что производители проводили акцию, где в каждой пачке можно было найти карточку игрока из сборной. Поэтому, смена интересов – не повод для прекращения общения. Думаю, он никогда бы так не поступил.

Я зачеркиваю «Великий Гэтсби», да простит меня Фицджеральд. Книга тут не при чем, и мы оба об этом знаем.

Дополнительные занятия? Все возможно. Многие годы я думала о том, что наше общение с Владом прекратилось из-за того, что ему не хватало на меня времени. Он был так занят учебой, участвовал во всех олимпиадах, какое-то время писал в школьной газете, но быстро оставил это дело. У меня до сих пор в личных тетрадках того времени лежат вырезки с природными зарисовками Влада.

Я думала, что когда школа закончится, мы вернемся к нашему общению. Но Влад отдалился уже навсегда. Уехал в другой город в университет и даже не попрощался.

Возможно, что ему и правда не хватало на меня и мои шалости времени. А после он понял, что наше общение ему и не нужно. Он чувствует себя комфортно и так, поэтому восстанавливать то утерянное – лишь время тратить.

Пока эта версия казалась самой правдоподобной, но мне не давало покое одно. Как можно было бросить что-то настолько прекрасное? Я страдала без нашей дружбы. Вспоминала веселые моменты. Иногда, когда происходило нечто хорошее, моим первым порывом было рассказать об этом Владу. Но ему это было ненужно. Он сидел за очередной книгой, а я проживала взлеты и падения одна. Хотя раньше я всегда чувствовала поддержку и знала, что есть тот, кто всегда останется на моей стороне, чтобы не произошло.

Я не стала вычеркивать второе слово и перешла к третьему слову: «мама». Тогда она очень давила на него. Тетя Света любила держать все под контролем. Я знала о том, что она расписала будущее своих детей. Знала о том, что она возлагала на Влада большие надежды, потому что старшая дочь их не оправдала и пошла против ее планов.

Могло быть и так, что Влад попросту сосредоточился на том, чтобы выполнить идеальный план матери, стать для нее золотым ребенком. Но причем тут наше общение? Может тетя Света запретила нам общаться?

Моя мама любила рассказывать матери Влада небылицы про меня и мою жизнь. Ну ладно, в основном все было правдой, но то, как мама преподносила эту правду тете Свете, да еще и так приукрашивала… Это могло вызвать негативные чувства ко мне. К тому же, они всегда проводили параллель между мной и Лерой. Эта теория тоже имела место быть. Но только не вязалось одно. Почему тетя Света всегда, даже сейчас, подталкивала нас к друг другу на совместных праздниках и встречах? Для вида? Или потому, что знала, что теперь Владу не свернуть с пути, потому что он уже много добился? Опять же, все звучало очень логично.

Я подчеркнула два последних слова для пущего эффекта. Мне удалось сузить свои теории, теперь осталось лишь прорабатывать их, задавать Владу и его семье наводящие вопросы, но главное, чтобы никто ничего не понял. Ну а также чаще наблюдать за поведением тети Светы. Ее отношению ко мне и Владу, а также к нам по отдельности.

Я положила тетрадь на край стола, полистала рисунки Леры. Здесь было много этюдов, природы деревни, а также портреты семьи. Она была талантливой художницей, и я уверена, что сейчас она рисует гораздо лучше, если такие шедевры получались у нее а подростковом возрасте. Мне бы хотелось когда-нибудь посетить ее галерею. Приятно находиться в местах, которые были чьей-то заветной мечтой. Особенно когда ты видел, как человек старался и шел к ней. Это дает вдохновение. Моим подругам понравилось бы, если бы они увидели меня на экранах телевизора, а не в школе за учительским столом.

Я подскочила со стула. Совсем забыла про то, что так и не подключила интернет на телефоне. Наверное там куча сообщений от девочек и может еще что-нибудь важное.

Я отыскала телефон на дне ручной клади, которую бросила в шкаф. Батарея держалась из последних сил, поэтому подключила его на зарядку и отправилась на поиски пароля от «вайфая», единственного источника интернета.

Через некоторое время отыскала роутер в зале и переписала себе на ладонь пароль, а после вернулась в комнату и подключила. На экране тут же всплыло множество сообщений. Здесь был чат с подругами, отдельные сообщения от них мне в личные, а также чат с одногруппниками, который я тут же закрыла. В нем никогда не писали ничего интересного летом.

Я прочитала сообщения от подруг, которые беспокоились о том, куда я пропала. Не потерялась ли в глуши и не умираю ли я со скуки. Решила ответить им голосовым в общем чате, чтобы не рассказывать одно и тоже каждой по отдельности.

– Привет, простите, что пропала. Забыла, что здесь нет сети, только сейчас «вайфай» подключила. С нами поехал Влад, так вот, пытаюсь наладить наши отношения. Все-таки, целый месяц под одной крышей жить будем. Да и к тому же, вы бы видели какой он красавчик. Еще лучше, чем раньше. Как-нибудь добуду фотографию для вас, не переживайте. Целую.

Через несколько минут я услышала звук пришедшего сообщения. Ответила моя подруга Вероника, так же голосовым:

– Боже, Ленка. Надо брать быка за рога, пока вы живете так близко. А то он опять укатит в свой город через месяц, как его там…

Я улыбнулась и записала ответ:

– Он больше туда не вернется. Сюрприз! Но думаю, что в доме родителей он жить больше не будет. Снимет квартиру где-нибудь в центре. Хотя, зная тетю Света, у него давно уже стоит где-нибудь купленная квартира.

Я вспомнила, как мы перестукивались с Владом через общую стенку, а теперь за ней одиноко и пусто. Иногда я делаю так, когда ностальгия накатывает волнами, портя настроение.

Сейчас моя рука опять потянулась к стене, но я вовремя вспомнила о том, что в данный момент Влад находится за ней.

– Тогда еще лучше. Теперь он от тебя не сбежит, если ты посуетишься. Город то маленький.

Я вновь улыбаюсь. Общение с подругами всегда вызывает у меня улыбку и иногда возвращает в жизнь.

Вероника всегда отвечала самая первая на сообщения. Сколько бы времени ни было, чтобы она не делала. Ну разве что кроме тех моментов, когда она любила поспать днем, особенно после учебы. Тогда до вечера от нее ни слуху, ни духу, но я всегда жду ее ответа.

Она была милой девчонкой. Любила короткие стрижки, много необычных украшений с камнями и минералами, а особенно сережки, которые меняла каждый день. Она предпочитала осенние цвета в одежде: оранжевый, зеленый, желтый, иногда красный. Ничего яркого, но и не тусклого. Много рубашек и водолазок, коричневые джинсы и милые ботинки. Ничего слишком, но и не так скромно как казалось.

Ника отлично училась, везде была номер один и даже метила в студенты года, хоть и скромничала. Она подрабатывала репетитором несколько раз в неделю, не так часто как ей хотелось бы. Да и зарплата была небольшой.

Другая подруга, Оля, заходила в чат нечасто. Она часто работала, сначала в общепите, а потом прочно засела в цветочном. Мы видели ее на парах раз в месяц, но именно с ней у меня были самые прочные отношения. Она любила звонить мне по телефону, и кто так делает в наше время, во время перерывов или в свои выходные. Могла бы быть отличницей, но ей приходилось платить за сессию из-за вечных пропусков.

Оля выглядела как ангел. У нее была женская энергия, которой мы все завидовали. Проходя по улице, она собирала столько мужских взглядов за раз, сколько ни я, ни Вероника и в жизни не получали. Ей могли сделать более трех комплиментов в день, но она лишь отмахивались, когда мы указывали ей на это. Ее ответом было то, что она ничего особенного и не делает и не замечает того, что замечаем мы.

Она могла бы быть моделью или актрисой, но не любила то, как получалась на фотографиях. Ей было дано многое, но она не ценила этого или попросту не замечала.

Оля обладала харизмой, могла заболтать любого, а также безвозвратно очаровать с полуслова.

К ней клеилось множество парней, но она выбрала одного единственного и жила с ним уже целый год.

Оля и Вероника были полными противоположностями, но кажется именно здесь закон притяжения сработал как надо.

Оля была знатоком в отношениях и встречалась с многими до своего нынешнего парня, Вероника еще ни с кем не встречалась. Одна была огнем, другая спокойствием. Но объединяло их одно – высокие амбиции и мечты, а также я и мои замечательные истории из жизни.

За все время у меня были лишь одни отношения, мне лишь три раза предлагали встречаться, а целовали лишь два парня. И даже в этих ситуациях все было не так радужно. Первый, что предложил встречаться, сделал это на спор, второй был хорошим другом, но исчез, когда получил отказ. Третий стал моим парнем и он же поцеловал меня впервые. Второй поцелуй был в начале этого лета, когда я пыталась залечить свое сердце от разрыва и ходила на свидания со всеми подряд.

Со мной не происходило ничего грандиозного, но все эти события каждый раз становились интересным сериалом для моих подруг, которые все еще оставались рядом.

Пока я размышляла над сообщением Ники, в сети появилась Оля. Сейчас она должна была быть на работе. Видимо вышла на «перекур».

Оля: А он хоть красавчик? А то в твоих историях про него он выглядит как восьмое чудо света, но мы его еще ни разу не видели.

Оля: Скинь фотку.

Сообщение выбило меня из колеи. И где же я найду ей «фотку» прямо сейчас? На столе в комнате, а также в зале есть парочку фотографий Леры и Влада, но им там лет по двенадцать. Вряд ли Оля захочет увидеть именно ее.

Я вышла из чата и вбила в поисковую строку «Влад Никонов». Наверняка он есть в социальных сетях, даже если выглядит так, будто перенесся сюда прямиком из двадцатого века. Этакий поэт серебряного века, в костюме, с книжкой в руках, но с небрежной прической и шальным характером.

На мой запрос вышло слишком много Владов Никоновых, но интернет давно переступил ступень гениальности и определял человека, который нужен был тебе с вероятностью в ста процентов. По геолокации, по месту жительства, по возрасту, по месту учебы и так далее. Но самое интересное, что теперь не нужно было вбивать всю информацию в фильтры, система сама «прочитает твои мысли» и все поймет.

Иногда я скучаю по тем временам, когда найти нужного человека в социальной сети было целым квестом. Особенно когда твой объект слишком мало распространяется о себе в интернете. С другой стороны, теперь найти человека очень легко, но все равно очень пугающе. Интернет получил интеллект, хоть и искусственный. Не удивлюсь, что следующей бедой на планете станет ни вирус, а самое настоящие восстание машин.

Итак, нужный мне Влад был первый в списке, поэтому я тут же зашла на его страницу. В ней был такой же порядок, что и в комнате Влада. Я была там лишь раз, но до сих пор помню, что она выглядит так, будто бы там никто не живет. На «стене» на странице нет ни одной записи, всего несколько фотографий. Никакого статуса или лишней информации.

Я просмотрела фотографии. На главной Влад после церемонии вручения дипломов, стоит около своего университета и улыбается в камеру. Лицо видно прекрасно, и я будто бы воочию вижу, как Влад поправляет очки, удобнее берет свой красный аттестат, улыбается не камере, а стоящему за ней человеку.

Я сохранила фотографию, потому что она очень удачна, чтобы показать ее подругам. Не скажешь, что в жизни он выглядит гораздо лучше. Камера прекрасно передает его настоящего, но в жизни он и правда симпатичнее, а когда улыбается, не натянуто, не позируя, появляется его милая ямочка, и сердце тает.

Мой палец листает дальше, и на третьей фотографии я замечаю рядом с ним девушку. Я слишком хорошо помню ее. Как-то на новогоднем ужине тетя Света хвасталась девушкой Влада. Ее звали Юля. Тогда она показалась мне симпатичной, но теперь я видела все больше недостатков и не могла поверить, что когда-то Влад выбрал именно ее. Крашенные в черный длинные волосы, немного пухлое лицо с отчетливыми щеками, хоть сама Юля была вполне себе худенькой. Карие, почти черные глаза и никакой изюминки. Обычная девочка с выведенной за контур губ помадой и длинными стрелками.

Она не выглядела идеально, как все эти девушки, которые уделяют своей внешности слишком много времени и просыпаются в пять часов утра, чтобы нарисовать ровные брови и сделать укладку. Она просто была. Самовыражалась как могла и плевала на мнение окружающих.

Возможно в этом они с Владом и сошлись. Он любил людей, которые привыкли быть собой.

Оля спросила меня где я и куда пропала, и я поспешила закрыть страницу Влада от греха подальше и скинула фотографию в чат с подругами.

Оля: Ну ладно, и правда красавчик.

Оля: Боже, правда красавчик. Я бы пополнила таким свой список.

Я лишь посмеялась и стала ждать еще сообщений от Оли. Она любила добавлять, любила писать много отдельных сообщений и обсуждать ситуацию с разных ракурсов и точек зрения.

Оля: Слушай, а у него работа то есть? С мамой не живет?

Я вздохнула. Началась типичная проверка по главным пунктам Оли Москвиной.

Я: Да, начинает этим летом работать адвокатом. В компании отца конечно, но с самых низов. Есть квартира в городе. Еще вопросы?

Оля: То, что в квартире хорошо, с низов тоже неплохо. Сразу видно, что богач обычный, так что тут осторожнее надо быть. Но то, что с низов может уму разуму научит, и все хорошо будет. А то встречалась я с одним богачом…

Я: Помню, можешь не рассказывать. Да и Влад никогда не вел себя как типичный богач. Он не такой. С ним пару минут пообщался, уже понял какой он простой. Да и Никоновы никогда своим богатством не кичились.

Оля: Ну ладно, ладно. Ты сейчас что угодно можешь о нем сказать. Пока недостатков и не увидишь. Все потом придет. Ну что могу сказать, в друзья ему добавляйся и давай, действуй.

Тут в обсуждение подключилась Ника.

Ника: Сейчас это все обсуждать смысла нет, соглашусь. Надо расколоть орешек. Потом все ясно будет. И не мелочись, еще «лайк» на фотку поставь.

В такие моменты они очень раздражали меня, но я понимала, что все это они делают для моего блага и пора следовать их безумным советам.

Они продолжили обсуждать последние сплетни, а я быстро вернулась на страницу Влада, пока не передумала и отправила заявку в друзья, а после быстро вышла, вернувшись к обсуждению с подругами.

Будь что будет. Пора что-то менять в своей жизни. Время быстротечно и, может быть, я когда-нибудь пожалею о том, что не отправила заявку Владу сегодня, поэтому я рискую. Лето – время, когда пора жить на полную катушку. Только жаль, что оно так быстро кончается.

## Глава 5

Влад

В детстве я любил лишь две вещи. Чтение увлекательных книг и футбол, который я смотрел почти каждые выходные с семьей друга.

Книги спасали меня от внешнего мира. Большого, порой жестокого и опасного. Спасали от моей жизни, которая начинала походить на ад. Мой личный ад, где любое решение принято за меня, а жизнь расписана на годы вперед.

Наверное хорошо знать, что будет дальше. Меньше страданий о том, чтобы найти себя. Меньше мороки и лишних мыслей и переживаний. Идеальная жизнь, где форс-мажорам нет места.

Но что если все, что решили за тебя совершенно тебе не подходит? В расписанной жизни нет ничего для тебя комфортного. Нет любимых вещей, только ненавистные занятия, ненавистная специальность и ненавистная работа.

Я мог бы отказаться. Мог бы найти себя в чем-то другом, вот только видя, как семья отдаляется от старшего ребенка, что идет к своей мечте, жизнь кажется еще большим адом.

Я любил футбол не только потому, что мне нравился этот вид спорта. В гостях у друга я видел любящую сплоченную семью, которая совершенно искренне любит своего ребенка. Которая проводит время вместе, чтобы сплотиться еще больше и построить доверительные отношения друг с другом. Да, такое я узнал еще десятилетним ребенком. Анализировал себя, анализировал людей вокруг.