Трэвис Миллс
Возвращение
Пошаговая инструкция и тактика борьбы с травмой и ПТСР от солдата, вернувшегося с войны

Посвящается моей семье и военным, которые пожертвовали жизнью ради своей страны

© Богданов С.М., перевод на русский язык, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Предисловие Джоко Уиллинка

Каждый сталкивается с трудностями. Никто не застрахован от ошибок. Все мы страдаем.

В трудные времена некоторые ломаются. Позволяют обстоятельствам, случайностям и событиям управлять их поведением, диктовать эмоции и определять судьбу.

Они занимают пораженческую позицию. Смиряются с неудачей.

Они уходят от действительности и тянут время.

Они сдаются.

Но есть и другие люди, с противоположным отношением к жизни, – те, кто борется и побеждает невзирая на невероятные трудности.

Из всех людей, которых я когда‐либо встречал в своей жизни, Трэвису Миллсу довелось пережить самые жуткие и травмирующие события, с которыми только может столкнуться человек. И он имеет дело с этими серьезными проблемами постоянно, каждый день, снова и снова.

Несмотря на это, к жизни он относится позитивнее всех, кого я знаю или когда‐либо знал. Его эмоциональное состояние всегда положительное. Его юмор всегда на высоте. Его восприятие мира – чистая сила воли.

У него самые страшные ранения, которые только можно себе представить. Однако он сам выбирает судьбу и неудержим в стремлении жить полноценной жизнью.

Трэвис Миллс – один из моих друзей, один из моих героев и самый вдохновляющий человек, которого я когда‐либо встречал.

Трэвис получил невероятные травмы. Во время службы в Афганистане самодельное взрывное устройство, достаточно мощное, чтобы уничтожить бронетранспортер, оторвало ему руки и ноги. Он стал инвалидом с четырьмя ампутированными конечностями. В момент шока и отчаяния большинство людей были бы сосредоточены на себе. Но первая реакция Трэвиса была иной: он сказал, чтобы медики позаботились о его боевых товарищах. Он думал, что умрет. Трэвис выжил – несмотря ни на что и благодаря мастерству и решимости врачей.

Его битва была далека от завершения. На самом деле это было только начало. Вернувшись в США, Трэвис отправился в практически непосильное путешествие к выздоровлению и адаптации. Бесчисленные операции. Мучительная боль. Галлюцинации. Борьба за то, чтобы остаться в живых.

Затем ему пришлось заново учиться жить. Научиться пользоваться протезами конечностей. Ходить, есть и выполнять, казалось бы, обычные задачи, такие как одевание и чистка зубов. Ему пришлось воссоздать и свою личность, поскольку теперь он больше не мог служить в армии. Самое важное – ему необходимо было переосмыслить, как быть достойным мужем и отцом, которого, как он понимал, заслуживает его семья.

Этот путь не был легким. Мне не приходит на ум ничего, с чем было бы труднее справиться.

Трэвис преодолел все препятствия. Он преуспел во всех сферах жизни. Писатель, владелец бизнеса, основатель влиятельной благотворительной организации, востребованный оратор и преданный семьянин. Признанный источник радости и света для всех, кто с ним сталкивается.

Без сомнения, Трэвис Миллс превратил трагедию в триумф. Из жертвы превратился в победителя. В игре жизни Трэвис Миллс – абсолютный чемпион.

К счастью, Трэвис еще и щедр. Он делится опытом, приобретенными знаниями и алгоритмами действий, которые использовал, чтобы преодолеть боль и страдания, наполняя жизнь значимыми достижениями.

«Возвращение» – инструкция по эксплуатации, руководство пользователя, столкнувшегося с жизненными трудностями. Трогательные истории борьбы с обстоятельствами в сочетании с фирменным юмором Трэвиса повествуют о том, как относиться к неудачам, с честью проходить через травмирующие события и преодолевать выпадающие на нашу долю испытания.

Трэвис дает прагматичные советы о том, как относиться к постигшим нас несчастьям. Он объясняет, как сообщать о наших бедах таким образом, чтобы они не господствовали над нами. Он указывает на критическое различие между самообвинением и личной ответственностью. Он учит контролировать эмоции и поведение, предлагает метод преодоления страхов, рассказывает о привычке и преимуществах благодарности.

В этой книге ярко проявляются лидерские качества Трэвиса. Он понимает, что нам нужны конкретные инструкции. Вот почему в каждом разделе описывается действенная тактика, которую можно использовать для продвижения. Трэвис четко говорит, что делать, если мы обнаруживаем, что заигрались в игру с обвинениями. Дает пошаговые инструкции, приближающие к цели. Предлагает разные варианты системы поддержки. Он даже обучает методам, помогающим создавать позитивный настрой. Эта книга – дорожная карта, отображающая путь Трэвиса через травмы и страдания к душевному покою и удовлетворенности жизнью.

В книгу включены случаи из жизни, выходящие за рамки опыта Трэвиса. Он делится историями других людей, переживших катастрофу и не сломавшихся. Исследует, чему они научились, размышляет, как их знания можно передать другим. Мы прочитаем о Лиз, чей муж, пилот стратегического бомбардировщика, был сбит пьяным водителем. Молодой вдове пришлось одной воспитывать двоих детей. Мы познакомимся с Рэем, ветераном, страдающим от чувства вины выжившего и потери идентичности. И с Анной, переживающей сложный развод. Как эти люди справились с трудностями? Именно на этот вопрос Трэвис и отвечает в своей книге.

«Возвращение» – напоминание о том, что наш человеческий опыт не уникален. Мы все испытываем тяготы. Чувствуем себя одинокими. Большинство из нас полагают, что никто не в состоянии понять разлад и тьму в нашей жизни. Но это не так. Страдания универсальны. Трудности неизбежны. И если кто‐то в мире понимает, что такое трудности и страдания, так это Трэвис Миллс.

К счастью для нас, Трэвис знает и путь сквозь эту тьму. Он понимает, что и как делать, и делится этим с нами.

Эта книга – мастер‐класс по восстановлению, обновлению и поиску нового себя. Трэвис не оправдывается. Трэвис не жалуется. Трэвиса не сдерживают трудности, с которыми он сталкивается. Они помогают ему двигаться вперед. Давайте будем стараться походить на Трэвиса.

Для меня он – лучший пример высоты человеческого духа.

Спасибо, Трэвис, за то, что поделился с нами жизненными уроками.

Спасибо, что показал нам как жить.

Спасибо за то, что ты мой герой.

Джоко Уиллинк

Май 2023 г.

Вступление

В жизни каждого бывает момент, который никогда не забыть, – тот, что полностью меняет траекторию жизни.

Свой момент я пережил не в жаркий день в Афганистане 10 апреля 2012 года, когда сбросил свой рюкзак и случайно привел в действие СВУ, предназначенное для грузовика. Не в тот самый день, когда чуть не умер и был серьезно ранен (хотя должен заметить, это был действительно паршивый денек).

Нет. Мой момент настал примерно восемнадцать месяцев спустя, когда я был один в спальне небольшого ранчо родственников в Техасе. Сидя на краю кровати, я смотрел на фотографию молодого солдата в маленькой серебряной рамке. В ярко‐оранжевой бейсболке и с улыбкой, достойной рекламы зубной пасты, он гордо стоял в окружении своего отделения, ухмыляясь под афганским солнцем.

Этим солдатом был я, штаб‐сержант армии США Трэвис Миллс из 82‐й воздушно‐десантной дивизии. Фотография была сделана всего два года назад, но это была другая жизнь. Я больше не был тем мужчиной с фотографии и никогда больше им не буду. В этот момент я испытал беспомощность. Ярость. Отчаяние. Страх. И все это одновременно.

Все мы переживаем подобные моменты.

Я вдруг с ужасом осознал: моя армейская жизнь закончилась, я никогда больше не буду носить форму. Никогда не буду отдавать приказы. Не буду сражаться за свою страну. Я уже не был старшим сержантом Трэвисом Миллсом в третьей командировке в Афганистан. В армии все было предельно ясно. Четкие задания и продуманные стратегии их выполнения. Я знал, что мне нужно делать и как этого добиться. А теперь все было так… непредсказуемо.

Я знаю, что мне не следует этого признавать, я ведь бывший боец 82‐й воздушно‐десантной дивизии, но на глазах навернулись слезы. Я рыдал, пытаясь вдохнуть побольше воздуха, чтобы перевести дух.

К счастью, вошла моя жена Келси. Я вытер глаза остатками правой руки, пока она устраивалась рядом. Увидев покрытое красными пятнами лицо, жена заглянула мне в глаза и, потирая мне спину, успокоила: «Все будет хорошо. Мы есть друг у друга, и ты знаешь, что нам по силам все пережить. Все будет хорошо». Больше Келси ничего не сказала – в этом не было необходимости. Помогло одно лишь то, что она была рядом.

Я знал, что она права. Келси и моя дочь были рядом на каждом этапе моего выздоровления в Военно‐медицинском центре имени Уолтера Рида. Мои родители, ее родители и все родственники тоже поддержали меня. Меня поддерживали (и до сих пор поддерживают) мои однополчане. Я знал, что оказался в числе счастливчиков. Многим боевым товарищам не удалось вернуться домой. Были и те, кто смог вернуться, но не получил такой поддержки, как я. Некоторые все еще несли на себе груз памяти о войне, от которого, похоже, почти невозможно избавиться. В тот момент в объятиях Келси я принял сознательное решение не дать врагу победить. Я должен был отпустить этого парня с фотографии, иначе не смог бы двигаться дальше. Я подумал: «Ладно, я больше не тот Трэвис. Это старый Трэвис. Эта запись на доске уже стерта. Но фломастер у меня, и я могу начать все заново». Я оказался на распутье: мне предстояло выбрать – двигаться вперед или назад. Мои жизненные устремления были прямо передо мной, а не на той фотографии.

Человека на этой фотографии больше нет. Выбор был очевиден. Мне чертовски ненавистна мысль о том, что я никогда не почувствую своей ладонью руку жены и не смогу подбросить в воздух сына. Но для меня уже существовало лишь одно направление движения – вперед.

Почти каждому из нас суждено пережить несчастья и болезненные утраты. Болезнь, развод, насилие или жестокое обращение, потеря работы или любимого человека – этот список можно продолжать. 70 процентов взрослых в США (около 223 миллионов человек) хотя бы раз в жизни переживали ту или иную травму [1]. В среднем 30 процентов американцев страдают от депрессии или тревоги (это статистические данные до начала пандемии COVID-19) [2]. Многие из нас сталкиваются с собственными жизненными трудностями. Никто не может изменить то, что произошло, но у каждого есть выбор, как с этим справиться. Вот что я вам скажу: нас определяют не трудности, нас определяет то, как мы реагируем на эти трудности. Меня постигло очень тяжелое несчастье, но я не позволю ему диктовать мне, как жить. Тот момент в Техасе стал для меня откровением. Именно тогда я осознал, что мне предстоят еще и серьезные эмоциональные испытания, хотя я и преодолел огромные физические трудности. Это был решающий момент. Он заставил меня повернуться не к прошлому, а к будущему и всему хорошему, что ожидало впереди. Я научился отделять травму от трудностей. В этой книге я изложу шаги, которые помогли не сбиться с пути в тяжелые времена. Подчеркну: важно не то, что вы испытываете трудности, а ваше отношение к ним.

Что я имею в виду? У меня бы никогда не появилось возможности сделать то, что я сделал со своей жизнью, если бы 10 апреля 2012 года не взорвалось СВУ. Я не ученый (у меня целых три почетные докторские степени, но Келси всегда говорит, что это не делает меня настоящим ученым). Не буду делать вид, что у меня есть ответы на все вопросы, – каждый проходит через дерьмовые времена по‐разному. Некоторые сочтут, что мое восстановление после полученных травм было чем‐то невероятным. Я бы так не сказал и никогда не скажу. Точно так же как травма принимает разные формы, она влияет на каждого по‐разному. Я получил ценные знания и хочу их вам передать. Не в моих силах избавить вас от страданий и (буквально) оказаться в вашей шкуре. Но я могу показать, как лучше справляться с тяжелыми жизненными обстоятельствами. Я готов предложить свет во тьме и приоткрыть дверь в надежде, что это поможет вам исцелиться, восстановиться и жить с чувством благодарности судьбе. Вы увидите, что вовсе не обязательно страдать до конца своих дней, даже если и было очень больно. Я помогу вам обрести ваше новое «я».

В этой книге я предлагаю двенадцать принципов, которые помогли и продолжают помогать мне в трудные времена. Некоторые из них основаны на потрясающей концепции, которая становится все более популярным и многообещающим противоядием для людей с посттравматическим стрессовым расстройством. (Национальные институты здравоохранения определяют посттравматическое стрессовое расстройство как расстройство, «которое развивается у некоторых людей, переживших шокирующее, пугающее или опасное событие».) Концепция называется посттравматическим ростом. Согласно ей, под воздействием сильного стресса человек способен полностью переродиться. Впервые я познакомился с этой концепцией в рамках Warrior PATHH, учебной программы посттравматического роста, разработанной фондом Boulder Crest Foundation для оказания помощи тем, кому довелось воевать, в частности ветеранам боевых действий в разных горячих точках планеты после 11 сентября 2001 года, а также сотрудникам экстренных служб. Меня настолько увлекла эта программа, что мой фонд – Фонд Трэвиса Миллса (TMF) – тоже начал предлагать этот курс. Программа Warrior PATHH предназначена для ветеранов боевых действий, но для меня стал очевидным тот факт, что ее основные постулаты могут быть полезны всем, кто переживает трудные времена, а не только военным или сотрудникам экстренных служб. Эти методы помогут любому независимо от того, сталкивается ли человек с последствиями акта насилия или жестокого обращения, экономических трудностей, развода или серьезного заболевания. Сила этих концепций на протяжении всей книги будет подкрепляться личными историями людей из всех слоев общества, которые в конечном итоге одержали победу в великом противостоянии. Когда я переживал самые тяжелые времена, я всегда чувствовал себя менее одиноким, слушая о том, как другие справляются с жизненными невзгодами. Надеюсь, что истории успеха этих людей, мой друг, способны вдохновить и вас. Вы продолжите чтение этой книги и внесете позитивные изменения в свою собственную жизнь.

Хоть я и ветеран 82‐й воздушно‐десантной дивизии, обещаю: здесь не будет курса молодого бойца. Однако и на снисходительность рассчитывать не стоит. Впереди много работы. Но не сомневайтесь: мои практики помогут вам в процессе исцеления. Вы начнете проявлять упорство, стремясь вести продуктивную и даже счастливую жизнь. Я надеюсь, что голоса в этой книге станут для вас хором надежды, пробивающимся сквозь вашу собственную тьму.

ПРИНЦИП № 1
Эта собака не охотится

Перестаньте терзаться и спрашивать «Почему?»

Летом 2020 года я посетил своего приятеля Дэвида Вобору, чтобы пройти персональную тренировку в его Фонде адаптивного обучения (ATF) в Далласе, штат Техас. Это бывший полузащитник профессионального клуба «Сиэтл Сихокс» из Национальной лиги американского футбола. Я познакомился с ним на дне рождения в Далласе в начале 2014 года. За стаканом виски он очаровал меня настолько, что я согласился стать его подопытным кроликом при создании уникального тренинга, ориентированного на мои травмы. Мы подружились. Ему так понравилось мне помогать, что в конце концов он основал фонд, который адаптирует методики тренингов к проблемам травмированных ветеранов и спортсменов. В один из моих последних вечеров там я устроил барбекю для примерно двадцати мужчин, присутствовавших на недельном семинаре. Солнце клонилось к закату, ребята начали собираться у костра, наслаждаясь гамбургерами и пивом. Кто‐то предложил оценить прошедшую неделю. Одно цеплялось за другое, постепенно беседа стала излишне откровенной. Любой, кто меня знает, скажет, что я избегаю подобных розовых соплей. Просто мне это не по душе – открыто говорить о чувствах перед кучей незнакомцев. Так что я пробрался в тихий уголок, надеясь переждать там этот благостный момент. Вдруг заговорил парень по имени Брюс, который пострадал в автокатастрофе и был парализован ниже пояса.

– Просто приходится жить дальше. И всё. А если я вдруг задумываюсь, то в конце концов плачу. Хуже всего то, что я не понимаю почему. Почему это произошло, почему это случилось именно со мной…

Джо, главный консультант, ответил:

– Давай копнем поглубже…

«О нет, этому не бывать», – подумал я.

– Нет. Не стоит этого делать, – сказал я, на этот раз вслух. Группа удивилась моей эмоциональности. Я и сам себе удивился. Я ведь хотел просто лежать, наслаждаясь костром.

Консультант окинул меня взглядом и спросил:

– О чем это вы?

– Нет смысла разбираться почему, потому что вы никогда не получите желаемого ответа.

– Что вы имеете в виду?

– Брюс хочет разобраться в том, почему именно он попал в такую передрягу. Раньше я тоже пытался так делать. Но правда в том, что «эта собака не охотится». Я имею в виду, что вы никогда не получите ответ на свой вопрос. Так зачем же разводить всю эту дребедень? Вы лишь отдаляете тот момент, когда сможете принять то, что не в силах изменить, и жить дальше. В этой жизни мне не дано узнать ответ на вопрос, почему я стоял именно там, где меня поджидало закопанное в землю СВУ. Это бой, в котором ты не выиграешь. Никогда. Так почему бы просто не смириться с этим?

В воздухе повисла тишина, лишь из леса позади нас раздавалось громкое стрекотание певчих цикад. Я беспокоился, что говорил слишком много и резко. Некоторые не готовы к суровой правде. Но примерно через минуту я увидел, что многие кивнули головой, молча согласившись.

Поверьте, мне потребовалось много времени, чтобы понять все это. Первый отвратительный «почемушный» эпизод случился, когда после ранения я лежал на больничной койке и не знал, как выглядит мое будущее. Моя жена подтвердит, что я не раз пытался дать ей возможность уйти. Зачем оставаться с мужчиной, неспособным обнять? Взять на руки маленькую дочь? Если верить в Того, кто наверху, разве не стоит задать Ему вопрос, почему он сыграл со мной такую злую шутку? Я чувствовал себя лейтенантом Дэном, который в знаменитом фильме жалуется Форресту Гампу: «Я должен был умереть там вместе со своими людьми. Но теперь я всего лишь чертов калека, безногий урод! Посмотри. Посмотри на меня. Знаешь ли ты, каково это – не иметь возможности пользоваться ногами?.. Этого не должно было случиться. Только не со мной». Но ни у кого не было ответа – ни у врачей, ни у семьи, ни у приятелей. Никто из нас не получит ответа, почему с нами происходят плохие вещи, пока мы не подойдем к тем самым жемчужным вратам, ведущим на Небеса.

Несколько месяцев внутренние демоны терзали меня этим вопросом. Потом я пришел к новому пониманию старой южной поговорки «Эта собака не охотится». Так говорят, когда идея или мысль не приносит желаемых результатов, как собака, которая не способна больше охотиться. Все эти «А что, если…» и «Почему это произошло?» лишь отдаляют момент принятия произошедшего. Я решил смириться с тем, что не получу ответа. В конце концов, я жив, а многие из боевых товарищей лишились этой роскоши.

Мучительные чувства могут долго преследовать тех, кто пережил потерю. Возьмите Митча, моего приятеля, с которым я познакомился через TAPS, Программу помощи жертвам трагедии, организацию, которая поддерживает семьи солдат, погибших при исполнении воинского долга. В детстве он потерял отца, в двадцать девять лет – сестру‐близнеца, а шесть месяцев спустя у его девятилетнего ребенка был диагностирован неизлечимый рак. Митчу потребовалось долгое время, чтобы отойти от пропасти, но примерно через год после смерти сына он сумел оправиться и теперь часто говорит о скорби с людьми по всей стране. Он использует другую отличную метафору, сравнивая вопрос «Почему?» с попыткой убрать ртуть со стола. Ртуть не только опасна, но и настолько скользкая, что ее невозможно удержать. Это великолепный образ, говорящий о тщетности попыток.

Не возрождайте боль

Я всегда начинаю выступление с шутки. Просто потому, что склонен использовать юмор, чтобы растопить лед. Всегда немного неловко, когда я выхожу на сцену на двух металлических ногах и размахиваю протезом руки. Обычно в зале возникает пауза, у всех дыхание замирает, для нового вдоха каждый раз требуется минута. (Я всегда расслабляю такими фразами: «Надеюсь, на этот раз все пройдет хорошо, а то последнее выступление произвело эффект разорвавшейся бомбы…» Банально, правда? Но это помогает поднять настроение.)

При первой встрече вид моего тела вызывает у людей смущение, ведь это наглядное свидетельство того, через что мне довелось пройти. Того, что со мной случилось что‐то очень плохое.

Но на этом всё. Со мной случилось что‐то очень плохое.

Глагол в прошедшем времени.

Всё это осталось позади.

Я живу дальше.

Вот так просто. Однажды вечером в 2014 году, после премьеры моего документального фильма в Колорадо, ко мне подошел ветеран. По его глазам я понял, что он по‐прежнему испытывает душевные муки. Он спросил: «Скажите… вы все так же спрашиваете себя, почему это случилось с вами? Должно быть, вы думаете об этом постоянно».

Я ответил: «Вовсе нет. Я принял то, что произошло, и живу дальше. Это было тяжело, но я очень доволен своей жизнью и своей семьёй. Жизнь продолжается».

– Вы лжете. Это невозможно.

– Да нет, я говорю вам правду. Мне пришлось сделать выбор: двигаться дальше или застрять в своих переживаниях. Если бы я продолжал думать о том трагическом дне, то переживал бы свою травму заново – снова и снова. Я бы повторно себя травмировал. Невозможно двигаться дальше, если не прекратить это. Мне нужно было думать о жене и детях, и я принял решение забыть о прошлом. Чтобы не скатиться в пропасть, потребовалась самодисциплина, но я знал, что должен справиться ради себя и своих близких. Я решил не оставаться раненым.

Он сказал мне, что я лгу, во второй раз, а затем в третий. Он настаивал на том, что я пускаю пыль в глаза. Мне не нравится, когда меня называют лжецом, но было искренне жаль беднягу – его боль была такой острой. Зная, что он ветеран, который, возможно, страдает посттравматическим стрессовым расстройством, я не мог заставить его мне поверить. К сожалению, я пересекался и с другими людьми, которые приходили к такому же выводу. Как у меня получилось так хорошо адаптироваться? Возможно, я слишком жизнерадостный и энергичный. Но я горжусь тем, через что мне пришлось пройти, достигая того, что имею сегодня. Было обидно слышать, что меня называют лжецом. Я надеюсь, что со временем тот человек нашел хороший способ исцелиться и примириться со своим прошлым.

Смиритесь с неопределенностью

Возможно, ваши страдания не связаны с физической травмой или болезнью. Это могут быть разорванные отношения, смерть родителя или увольнение с любимой работы. Когда вам трудно, вы теряете контроль над собственной жизнью. Утрачивается заведенный порядок, жизнь, которую вы знали и любили. Вы грустите, беспокоитесь и даже злитесь. Нормален и вопрос «Почему?», поскольку нам, людям, свойственно искать понимание, определенность и завершенность. Человеческий мозг не предназначен для того, чтобы справляться с обширной психологической неопределенностью. Это может вызвать сильную тревогу, поскольку для мозга неопределенность означает опасность [1]. Желание получить ответ вполне естественно. Без понимания, почему что‐то произошло, может возникнуть ощущение, что перед вами простирается огромная пустыня неизвестного.

Остановите руминации[1]

Заведя шарманку «почему» и пытаясь найти определенность, вы попадаете в ловушку чрезмерного обдумывания. Если не остановить этот цикл вопросов, вы останетесь в тупике, будете злиться или грустить. Хотите так жить?

Поначалу понадобится решимость. Вам нужно выйти за пределы «почему». Как только сделаете это, начнете осознавать открывающуюся перед вами возможность – принятие. Это не обязательно означает, что вы уже справились с трудностями, но свидетельствует о том, что вы в состоянии двигаться дальше. Я не помню, кто сказал: «Используй прошлое и не позволяй прошлому использовать тебя». Более правдивых слов не сыскать.

Это непросто, особенно для людей с посттравматическим стрессовым расстройством, которое, как известно, приводит к чрезмерным руминациям [2]. Однако это необходимо. Я не могу отменить вчерашний день или то, что случилось десять лет назад. Точно так же и вы ничего не можете поделать со своим разводом или потерей работы. Это часть жизни. Но знаете что? Изменить ситуацию не всегда в нашей власти. Но в наших силах изменить свое отношение к ней. Я знаю, это проще сказать, чем сделать. Но я смотрю на это так: никакие руминации не вернут мне волшебным образом руки и ноги (хотя это было бы круто, не правда ли?). Поэтому я люблю говорить: «Не раздумывайте, перенастраивайтесь». Возьмем, к примеру, термин «раненый боец». Я так не говорю. Я называю себя перенастроенным солдатом, поскольку слово «раненый» намекает на бессилие. Однажды вы стали жертвой преступления или пострадали от чего‐то другого, но вам не обязательно оставаться жертвой и дальше. Я был ранен один раз (тяжело), но отказываюсь быть раненым до конца своих дней. Так что не становитесь жертвой неопределенности. Не давайте ей власти, иначе она будет править вами.

Я не люблю отдаваться и на милость судьбы. Некоторые говорили: «Может быть, таков был Божий план для тебя». Я не сомневаюсь в их добрых намерениях. Если бы был религиозным человеком, возможно, поверил бы сам. Вместо этого я думаю: «И в эти планы входило то, что меня взорвут? В самом деле?» Мне нравится думать иначе: то, что меня не убивает, делает меня сильнее. Это концепция посттравматического роста, к которой мы еще вернемся. Крайне важно сознавать: все, через что мы проходим, делает нас теми, кем мы являемся сегодня. Я не тот, кем был за день до моего несчастного случая. Сейчас я сильнее.

Погружаясь во тьму, люди теряют возможность видеть будущее. Не верят, что ситуация изменится к лучшему. Не поймите меня превратно. Совершенно естественно задаваться вопросом, почему с вами это случилось. Желание получить ответ (хороший или плохой) – нормальное. Мы ищем смысл в том, что с нами произошло. Мы стремимся обрести чувство завершенности. Нам кажется, что это позволит двигаться дальше. Мы пытаемся обдумать проблему, чтобы лучше в ней разобраться, но иногда наш мозг перегружается и мысли выстраиваются в бесконечный порочный круг. Если мы пережили серьезную травму, то такая зацикленность на прошлой трагедии грозит перерасти в катастрофическое мышление. Нам может казаться, что это событие – доказательство того, что нас и дальше будут преследовать злоключения. Из‐за этого мы развиваем катастрофизацию как защитный механизм и постоянно пребываем настороже [3].

Руминации напоминают застрявший в грязи автомобиль. Вы давите на газ, но не двигаетесь с места. Вы расстраиваетесь и злитесь, но грязь снова и снова окатывает грузовичок. Чтобы выбраться, нужно думать по‐другому. Что касается меня, то я подумал так: мои конечности не отрастут, так что я могу либо вечно хандрить по этому поводу, либо изменить свой образ мыслей. Это было осознанное решение. Я продолжаю следовать ему и по сей день, но далось оно очень легко. Альтернатива не только заставила бы меня увязнуть в трясине, но подточила бы мое здоровье со временем, вызывая беспокойство, депрессию, проблемы со сном и питанием [4]. Руминации угрожают и вашим отношениям. Даже если вас поддерживают близкие, со временем они могут устать от негативных мыслей и отдалиться от вас.

Не много ли у вас руминаций?

Вот некоторые признаки того, что вы, возможно, слишком много думаете о том, что произошло:

Вы часто задумываетесь: «Почему это случилось со мной (моей семьей)?»

Вы нередко задаетесь вопросами: «А что, если бы я не сделал x, y или z? А вдруг это привело бы к иному результату?»

Вы размышляете над тем, какой была бы ваша жизнь, если бы этого не произошло.

Вы постоянно прокручиваете в своей голове несчастный случай (происшествие).

Вы считаете, что произошедшее с вами – вопиющая несправедливость.

Вы вините себя: «Я не сделал того, что помогло бы избежать травмы».

Подобный тип мышления невозможно включать и выключать по своему желанию. Нам необходимо работать, переучивая свой разум, чтобы разорвать этот порочный круг. Вот несколько советов, которые помогают мне, когда голову наводняют мысли:

1. Отметьте для себя, в какое время суток вы наиболее склонны к руминациям. По утрам? Вечерами, когда пытаетесь заснуть? Можете ли потратить это время на что‐то более позитивное? Способны ли бросить себе вызов и спросить, почему так думаете? В ваших мыслях есть рациональное зерно? Они имеют отношение к реальности? Как подобный тип мышления вам помогает? Я утверждаю, что он не принесет вам ни малейшей пользы.

2. Вы постоянно вините себя? «Ах, если бы я только сделал x, y или z!..» Такие мысли тоже непродуктивны. Некоторые любят говорить, что они, наверное, плохие люди или сделали что‐то не так в прошлой жизни, раз попали в такую передрягу. Но рационален ли подобный ход мыслей? Подумайте долго и усердно о том, продуктивны ли они и к чему вас приведут. Если вы не в силах остановиться, ограничьте негативные мысли. Засеките время и установите предел тому, сколько будете предаваться руминациям. Пять‐десять минут в день – максимум.

3. Поговорите с кем‐нибудь. Например, с другом. Если чувствуете, что вам нужна дополнительная помощь, найдите хорошего психотерапевта, который специализируется на работе с горем и травмами.

4. Подолгу гуляйте на свежем воздухе или занимайтесь спортом. Это помогает отвлечься, а также отлично поднимает настроение и проясняет голову.

Перепишите сценарий

Легче увидеть путь, если взглянуть на свою жизнь через призму выбора: застрять на одном месте или двигаться вперед. Сделав это, вы сможете взять на себя обязательство бросить вызов этой части себя и намеренно выбрать противоположное. Переписать сценарий. Вам необходимо признать, что в жизни есть две вещи, которые мы можем контролировать: наше отношение к происходящему и наши усилия. Все остальное вне нашего контроля. Не важно, насколько слабые карты вам сдали. Только вы решаете, как их разыграть. Вы сами выбираете, как реагировать на сложившиеся обстоятельства и как повлияет ваш опыт.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Руминация – постоянное прокручивание в голове негативных мыслей. (Прим. ред.)

Вернуться