Александр Агарев
Дороги и мосты маршала Прошлякова

© А.Ф. Агарев, текст, 2020

© Издательский дом «Контраст» (ИП Аладышева Г.Е), оформление, 2020

© Издательство «Зёрна», 2025

От автора

Во имя исторической справедливости

Предлагаемая вниманию читателей книга посвящена истории многолетней успешной деятельности А.И. Прошлякова, прошедшего славный путь военного инженера от курсанта и младшего командира до Маршала Инженерных войск Советской Армии. В книге раскрываются ранее неизвестные страницы деятельности А.И. Прошлякова, посвятившего свою жизнь защите Родины – в период укрепления обороноспособности страны в предвоенные годы, во времена тяжелейших испытаний, выпавших на долю Советского государства и его граждан в Великую Отечественную войну 1941–1945 годов, в обусловленном «холодной войной» противостоянии Запада и Востока в послевоенный период.

Актуальность исследовательской работы, проведённой в связи с подготовкой этого издания, определяется тем, что в настоящее время, в канун 75-летия Великой Победы над немецким фашизмом и его союзниками, в мире появилось немалое количество политиков и творцов исторических мифов, желающих пересмотреть итоги Великой Отечественной войны и обесценить роль Советского Союза в разгроме гитлеровского фашизма. Однако, именно сегодня, когда участников войны и свидетелей Победы среди нас всё меньше, всё большее количество представителей новых поколений проявляет очевидный интерес к источникам нашей Победы, к судьбам людей, которые её приближали и совершили.

И сегодня, пожалуй, как никогда актуально воспринимаются слова нашего выдающегося земляка – писателя Константина Симонова: «Общий ход войны у всех нас на памяти. Нет человека, который бы не знал, куда мы отступили в сорок втором – до Волги, и куда мы пришли в сорок пятом – в Берлин. И о каком бы дне войны мы не писали или о её последнем дне, – мы всегда должны держать в памяти и в своих чувствах весь ход войны, все её испытания, все её поражения и победы.

Только изобразив всю меру наших несчастий в начале войны и весь объём наших потерь, можно показать всю длину нашего пути до Берлина и всю меру усилий, которых потребовал от партии, от народа, от армии этот бесконечно длинный и бесконечно трудный день!»[1].

Война стала временем тяжелейших испытаний для нашей Родины. Героизм рядовых солдат, самоотверженность тружеников тыла и военный талант полководцев позволили разгромить фашистские орды и освободить мир от «коричневой чумы». Особый интерес в изучении истории войны сегодня представляют подробности биографий всех без исключения её участников, в том числе и удивительных судеб военных инженеров, которых во время Великой Отечественной войны не случайно называли «чернорабочими войны».

В ряду многих и многих этих великих тружеников фронта, во многом определивших новое качество управления войсками в сражениях Второй мировой войны, Алексей Иванович Прошляков занимает особое место, потому что его боевой опыт складывался из уроков поражений 1941 года, преодоления наступательного напора фашистских орд в 1942-м, достигшего величайшего напряжения противостояния на берегах Волги в Сталинграде, давшихся великими усилиями побед на заключительном этапе войны, завершившемся в Берлине[2].

С судьбой маршала инженерных войск А.И. Прошлякова, оставившего заметный след в истории военного строительства в советском государстве, пересекаются яркие судьбы связанных с ним командиров, военачальников, полководцев разных лет. В том числе и судьба другого нашего земляка – уроженца Рязанской земли, будущего Маршала Советского Союза С.С. Бирюзова… Их боевые пути не раз пересекались в годы Великой Отечественной войны, когда воинский долг приводил этих выдающихся полководцев современности на одни и те же плацдармы, к участию в одних и тех же боевых операциях.

В книге повествуется о жизни и деятельности А.И. Прошлякова в годы, предшествовавшие Великой Отечественной войне, о подвигах и напряжённой службе солдат, офицеров, рабочих и служащих в годы военного лихолетья, о работе по подготовке высококвалифицированных офицерских инженерных кадров в послевоенные годы, о ратной службе, направленной на укрепление обороноспособности СССР.

В документально-исследовательской работе, базирующейся на архивных данных и личных свидетельствах участников событий, повествуется о разных периодах инженерного обеспечения деятельности Вооружённых Сил страны.

Вместе с тем в основу данного повествования положены автобиографические воспоминания А.И. Прошлякова «Краткие записки о пройденном пути».

Следует заметить, что они охватывают 72 года жизни автора и являются не чем иным, как экскурсом в его прошлое, причём основные разделы изложены маршалом по памяти, сделана попытка передать существо событий, сформулировать собственный взгляд на те факты и явления, в соответствии с тем возрастом автора, в котором они происходили.

На мой взгляд, А.И. Прошляков в силу объективных причин не мог писать в те годы более подробно о свой службе. Следует учитывать, что архивы Министерства Обороны периода Великой Отечественной войны были закрыты. Военные мемуары многими участниками событий только замышлялись, только начинали ложиться на бумагу и публиковаться. Военно-политическая цензура была достаточно строгой. А.И. Прошлякову приходилось опираться только на собственную память и доступные ему документы периода войны и первых послевоенных лет.

Сегодня есть уникальная возможность дополнить его рассказ о деятельности по руководству инженерными войсками новыми архивными документами, неопубликованными ранее воспоминаниями ветеранов войны, материалами из семейных архивов. Все это позволило существенно дополнить его портрет ранее неизвестными штрихами. Знакомство с этими документально-историческими свидетельствами в значительной степени помогает ответить на вопрос, какими именно усилиями была достигнута Победа. Этот пласт советской истории не имеет аналогов в ряду исторических событий современного мира, в опыте развития мировой цивилизации.

Книга предоставляет читателям возможность наиболее полно проследить жизненный путь А.И. Прошлякова и оценить его роль выдающегося военного специалиста, его существенный личный вклад в достижение Победы в Великой Отечественной войне, внесённую им лепту в укрепление обороноспособности страны в послевоенный период.

Детские и юношеские годы

Семья была многолюдной

Алексей Иванович Прошляков родился 5(18) февраля 1901 г. в селе Голенищево Сапожковского уезда Рязанской губернии (ныне это Чучковский район Рязанской области). Отец его в это время работал слесарем-механиком на сельскохозяйственных машинах в имении помещика.

Семья была по обычаям того времени многочисленной – одиннадцать человек. Отец – Иван Константинович Прошляков

– стал слесарем-инструментальщиком железнодорожного депо станции Бирюлёво Рязано-Уральской железной дороги. Мать – Александра Алексеевна Прошлякова – была домашней хозяйкой. Сестра Алексея Прошлякова, Анфиса, работала делопроизводителем-машинисткой. Другая сестра, Ольга – учительница, воспитывала племянниц Веру и Юлю – дочерей умершего брата Владимира. Сестра Ираида – директор школы. Брат Владимир

– машинист паровоза. Брат Константин – директор школы. Брат Василий – полковник инженерно-авиационной службы. Брат Борис – инженер-строитель. Так рассказывал Алексей Иванович Прошляков о своей семье в воспоминаниях.

Отец с семьёй переехал на постоянное место жительства на станцию Бирюлёво, когда Алёше Прошлякову было полтора года. Там Прошляков старший и нанялся на работу слесарем-инструментальщиком в паровозное депо.

«Детские годы до поступления в школу – Бирюлёвское железнодорожное училище, – отмечал позднее А.И. Прошляков, – были довольно безрадостными из-за тяжёлых материальных и квартирных условий».

Семья в одиннадцать человек занимала одну комнату с убогой обстановкой в перенаселённом деревянном двухэтажном доме без коммунальных удобств. Одежда переходила с плеч на плечи, обувь – с ног на ноги по мере подрастания старших

детей, в штопанном и залатанном состоянии, которое не позволяло, особенно в зимнее время, выходить из дому на улицу. Так, до поступления в училище в 1908 году, он безвылазно и просидел дома.[3]

Способности мальчика

Следует отметить, что Алексей к моменту поступления в училище уже умел писать буквы и читать букварь. С ранних лет ему очень нравилась музыка. Особенно любил слушать игру на балалайке и гитаре. Но приобрести какой-либо инструмент семье было не на что, и мальчик сам умудрялся мастерить балалайки, натягивая вместо струн нитки или проволоку, и пытался играть на таком импровизированном «инструменте».

В училище, между тем, не оставили без внимания обозначившиеся способности мальчика. Его взяли в школьный и церковный хор, а также в струнный оркестр, где ему вручили балалайку.

С 1911 по 1913 годы Алексей Прошляков учился в Бирюлёвском двухклассном железнодорожном училище. В 1913 году он окончил 5-й класс Бирюлевского железнодорожного училища, сдав все экзамены на «отлично» с получением похвального листа.

В 1903 году близ товарной станции Бирюлёво Рязано-Уральской железной дороги было открыто двухклассное смешанное железнодорожное училище на 200 человек. Училище помещалось в одноэтажном деревянном особняке и состояло из трёх классных комнат.[4]

Железнодорожные училища открывались управлениями железных дорог преимущественно для детей своих рабочих и служащих. Ведь для работы на железной дороге нужны были грамотные рабочие и служащие.

Всего в России в 1911 году насчитывалось 585 железнодорожных училищ, в которых обучалось 99 094 человек.

Необходимо подчеркнуть, что все начальные школы имели цель – способствовать развитию в детях начал нравственности и осознанной религиозности, а также дать им элементарное образование. Курс одноклассных школ включал Закон Божий (той религии, которая исповедовалась учащимися, преподавался, как правило, представителем духовенства), арифметику, русский и церковнославянский языки (кроме школ в местностях с неправославным населением); велись занятия по чистописанию, по возможности вводились занятия рукоделием, ремеслом, церковным пением. В старших отделениях двухклассных училищ продолжалось изучение предметов одноклассной школы, а также преподавались основы истории и географии России, геометрии, черчения, естествознания.

Необходимо отметить, что обучение в начальных школах (за исключением уездных училищ, с 1858 года) было, как правило, бесплатным. Эти школы финансировались казной (38,6 % – к 1911), из земских сборов (22,5 %), городскими (13,3 %), крестьянскими и казачьими (10,9 %) органами самоуправления. Важное значение имела благотворительная помощь (7,3 %). Из казны в значительной части финансировались начальные школы на окраинах Российской империи, а также железнодорожные (69,5 % – в 1911), церковно-приходские (62 %), еврейские (51,9 %), инородческие (47,9 %), станичные (37,3 %), земские (37 %), школы грамоты (42,4 %), приходские (36,2 %) училища.

Нередко определяющим в судьбах обучавшихся в таких учебных заведениях детей и подростков становился тот факт, что выпускники этих училищ получали право поступать по экзамену в сельскохозяйственные школы, учительские семинарии и на различные курсы.[5]

Учительская семинария

Алексей Прошляков решил поступать в учительскую семинарию, что было весьма непросто. Судите сами. Необходимо было сдать вступительные экзамены, коих было немало. А. Прошляков выдержал один из первых своих жизненных экзаменов, получив следующие оценки: русский язык письменный и устный – хорошо; арифметика письменная и устная – хорошо; славянский язык – удовлетворительно; история – хорошо и география – хорошо.[6]

Таким образом, успешно сдав экзамены, в 1915 году А. Прошляков поступил в Рязанскую Александровскую учительскую семинарию и в 1919 году окончил её.

Обращает на себя внимание тот факт, что пятеро детей из семьи рабочего после окончания железнодорожного училища поступили в учительские семинарии. Такое положение А.И. Прошляков объяснял очень просто: «не столько призванием каждого, а, главным образом, экономическими соображениями».

Дело в том, что в Рязанскую Александровскую учительскую семинарию на полную стипендию с проживанием в общежитии в стенах семинарии принимали только уроженцев Рязанской губернии. Такие условия были выгодными для семьи – дети получали среднее педагогическое образование и не нуждались во время обучения в дополнительном содержании.[7]

Достойно внимания содержание программ, по которым обучались семинаристы. Известно, что в 70-х годах XIX века царское правительство стало ограничивать открытие земских учительских семинарий и учительских школ. Вместо них создавались казённые учительские семинарии, в которых должны были воспитывать будущих учителей для народа в духе православия и «преданности престолу». Выработанное в 1870 году «Положение об учительских семинариях» и инструкция 1875 года предписывали учащимся семинарий неуклонное исполнение православных обрядов и требований православной церкви, посещение богослужений, соблюдение постов, говение, в свободное время – чтение книг религиозного содержания.

Здание Александровской учительской семинарии в г. Рязани

Курс учительских семинарий был установлен трёхлетний (после революции 1905 года он стал четырёхлетним). В семинарии принимались главным образом окончившие двухклассные училища. При учительских семинариях создавались общежития, большинство семинаристов получало стипендии: казённые и земские. Сначала учительские семинарии были только мужскими, впоследствии стали открываться и женские. К 1 января 1917 г. в России действовала 171 учительская семинария. В них преподавались: Закон Божий, русский язык и литература, математика, естествознание, физика, география, история, рисование, пение, педагогика, методика первоначального обучения. Во многих семинариях (особенно в земских) преподавались также ручной труд и сельское хозяйство.

При этом учительские семинарии по сравнению с гимназиями и реальными училищами давали меньший объем общеобразовательных знаний. В периодической печати нередко указывали на этот их недостаток. Положительной стороной учительских семинарий была педагогическая подготовка учащихся.

Преподавались педагогика с элементами психологии и истории, методика преподавания в начальной школе русского языка и арифметики. Педагогическую практику учащиеся семинарий проходили в существующих при них образцовых школах.

В расписании – ручной труд и сельское хозяйство

В Александровской учительской семинарии наравне с чистописанием, математикой, Законом Божьим, церковнославянским языком, историей, географией и педагогикой воспитанники изучали бондарное и столярное дело, пчеловодство. Проводились также занятия по земледелию, садоводству, огородничеству, ветеринарии, медицине. Словом, возвратившись в деревню, молодой учитель мог и дом себе поставить и хозяйством обзавестись, огород посадить, домашнюю скотину подлечить… Он мог стать полноценным сельским жителем и обеспечивать семью не только учительским трудом, но и сельским хозяйством. Следует отметить, что в Александровской семинарии уделялось внимание и изящным искусствам – студентов учили рисованию, черчению и пению. Местный хор был на хорошем счету в городе и часто участвовал в службах в Троицкой церкви.

Не чуралась семинария и передовых педагогических взглядов, поддерживая актуальные для того времени начинания. Так, в 1892 году педагогический совет учебного заведения направил прошение в Санкт-Петербург, в Главную физическую обсерваторию при Министерстве народного просвещения о помощи в организации Рязанской метеорологической станции на базе Александровской учительской семинарии. Обсерватория не только поддержала инициативу провинциальных любителей метеорологических наблюдений, но и помогла с оборудованием, прислала флюгер, пару дождемеров, термометры и гигрометр.

Одним словом, первая Рязанская метеорологическая станция была оборудована по последнему слову техники конца XIX века. Результаты работы метеостанции были востребованы – метеопрогнозы печатались в губернской и уездной прессе.[8]

Обращает на себя внимание тот факт, что при поступлении в учительскую семинарию будущие педагоги должны были уметь читать, владеть письмом и арифметическим счётом. Также обязательным условием было знание молитв и основных церковных правил. Для тех, кто не был уверен в своих познаниях, работал класс подготовки с трёхлетним обучением. Преподавание в нем велось студентами-семинаристами. На старших курсах для них это служило серьёзной педагогической практикой.

Как уже отмечалось, помимо базовых предметов воспитанников обучали бондарному ремеслу, столярному делу и пчеловодству. Проводились курсы земледелия, садоводства, огородничества, ветеринарии, практической медицины. Образование было всесторонним, кроме наук большое внимание уделялось ремёслам и практическим знаниям. Всестороннее обучение заставляло сосредотачиваться на занятиях, не отвлекаясь на посторонние дела. Здесь Алексей Прошляков учился организовывать своё время, осваивать большой объём разнообразных знаний, получал навыки и нарабатывал опыт обращения с разнообразным рабочим инструментом. Вместе с тем юноша учился жить и работать в коллективе, осваивал правила мужской дружбы и товарищества, участвовал во внеучебной деятельности учительской семинарии.

Каждый год семинария выпускала почти сотню воспитанников. Обучение было полностью бесплатным, а для проживания прибывших издалека имелся пансион. После окончания обучения выпускники подлежали распределению в уезды, где были обязаны отработать не менее шести лет. Избежать распределения можно было, уплатив Земству денежную компенсацию оплаты обучения в размере 300 рублей. В своих воспоминаниях Алексей Иванович подчёркивал, что чувствовал себя постоянно обязанным порядку, установленному в семинарии, учёбе и воспитательной работе демократически настроенных преподавателей.

Первые годы революции застали А. Прошлякова в семинарии.

Позднее он писал:

«В среде преподавателей были демократически настроенные наставники, деятельность которых была направлена на осознание семинаристами крайней необходимости завоевания победы и укрепления пролетарской революции».[9]

Пролетарское происхождение и трудная жизнь в рабочей среде до семинарии, демократичность взаимоотношений между преподавателями и учащимися, среди самих учащихся во время учёбы в семинарии значительно укрепили в Прошлякове в сложный период революционных перемен убеждённость в правильности пути, по которому вели за собой народ большевики.

До весны 1919 г. в семье Прошляковых, как и в других семьях, было очень тяжело с продовольствием. Кое-как перебивались на мороженом картофеле да на скудном пайке хлеба. Перед Алексеем стояла дилемма: продолжить учёбу или подумать о том, как помочь семье пережить эти трудные времена.

Юношу всё же тянуло к учёбе. И он решил поступить учиться на физико-математический факультет Московского университета. Одновременно, чтобы хоть как-то помочь семье, он поступил в Москве на работу в Народный комиссариат продовольствия станционным эмиссаром по Московскому железнодорожному узлу, затем – в Главное управление снабжения продовольствием армии. Это позволило ему несколько улучшить положение семьи. Но при этом, отдавая всё время работе, Алексей Прошляков не смог посещать занятия в университете, куда ему удалось поступить.

Да к тому же в 1920 году, после его болезни, с него была снята бронь, освобождавшая от призыва в РККА, которая выдавалась служащим Главного управления снабжения продовольствием армии. 17 мая 1920 г. Варварским военкоматом г. Москвы А. Прошляков был призван в ряды Красной Армии.

Начало службы. Первые годы армейской жизни

Позднее А.И Прошляков вспоминал:

«Первые дни моей службы в армии, – Кострома, 7-й Запасный стрелковый полк. Размещался он в деревянных бараках. Одеты мы были по возможностям молодой республики Советов для запасных частей – в старое поношенное солдатское обмундирование и лапти. С утра и до позднего вечера с нами проводились занятия для подготовки из нас пополнений маршевых рот. Основным обучением было изучение оружия и строевые занятия. Обучение вели унтер-офицеры старой армии».

Однако такое положение вещей сохранялось недолго. Уже к концу второго месяца обучения в полку отобрали всех имевших среднее образование призывников и направили в Москву в 1-й Запасный стрелковый полк. Полк тогда был размещён в лагерях на Ходынском поле. А. Прошляков был определён в роту, укомплектованную красноармейцами со средним образованием. Вскоре роту посетила группа командиров с целью отбора красноармейцев, отвечавших требованиям службы в понтонных частях. А. Прошляков согласился стать понтонёром. Отобранных красноармейцев перевели в город Тутаев на Волге. Всех направили в школу младшего командного состава при Отдельной запасной понтонной роте при Тутаевском уездном комиссариате по военным делам.

Красноармеец А.И. Прошляков

С этого определяющего события и началась служба А. Прошлякова в инженерных войсках. Следует отметить, что тогда в армию призывались молодые люди, не имевшие опыта военной службы, поэтому требовалось организовать эффективную систему их боевого обучения. Подготовка рядового состава инженерных частей проводилась в отдельных запасных инженерных частях и подразделениях, организационно входивших в систему запасных частей и соединений внутренних военных округов, а также действующих фронтов Красной Армии. Каждый фронт получал в своё распоряжение определённые районы, на территории которых самостоятельно организовывал призывы.

С середины 1919 года каждая армия имела свои отдельные запасные инженерные роты, находившиеся сначала в ведении начальников инженеров армий, а затем (с начала 1920 года) перешедшие в подчинение Управления формирования армии.

Запасная инженерная рота состояла из четырёх взводов: двух сапёрных, одного дорожно-мостового и одного подрывного. Взвод имел небольшие постоянные кадры и 100 человек переменного состава. С апреля 1920 г. было разрешено переменный состав держать в тройном комплекте. Запасная инженерная рота отправляла на фронт пополнение целыми подразделениями – взводами, а иногда и ротами.

7 августа 1919 г. была создана одна запасная армия для подготовки резерва главнокомандующего. За период с июля 1919 г. по декабрь 1920 г. в ней, кроме инженерных частей и подразделений, входивших в состав сформированных армий, дивизий и бригад (в общей сложности четыре стрелковые дивизии и тридцать стрелковых и кавалерийских бригад), были подготовлены и отправлены на фронт понтонный батальон и сапёрная рота.[10]

Красноармейцы, обучавшиеся в школе младших командиров (полковой или ей соответствующей), в течение первого года получали законченную подготовку командира отделения, на втором году подготавливались к выполнению функций помощника командира взвода запаса.

В своих воспоминаниях А.И. Прошляков отмечал:

«В школе царил энтузиазм в учёбе, патриотический подъём, который выражался в стремлении как можно скорее попасть в действующую армию».

Алексей Прошляков подал заявление о желании поехать на фронт и (одновременно) с просьбой о приёме в партию. Заявление было быстро рассмотрено в соответствующих инстанциях, и Тутаевским уездным комитетом партии курсант Прошляков был принят в партию большевиков без прохождения кандидатского стажа. Несмотря на это, его просьбу отправить на фронт не удовлетворили и оставили в школе до полного окончания курса.

Уставы, строевую подготовку, сапёрное дело и особенно понтонное дело, он освоил так, что сам мог уже командовать отделением, а по понтонному делу – и взводом. Он уже умел организовывать десантные переправы, собирать паромы и управлять ими на воде, различными способами наводить понтонные мосты.

В октябре 1920 г. в школе был осуществлён выпуск. А. Прошлякова назначили на должность командира отделения в роту и оставили при школе. На зиму роту передислоцировали в Петроград. Она вошла учебной понтонной ротой в Отдельный минно-понтонный дивизион. Алексея Прошлякова, как окончившего учительскую семинарию и отлично знавшего понтонное дело, назначили командиром взвода, а затем заведующим понтонным классом. Основной его обязанностью было преподавание общеобразовательных дисциплин во всех взводах учебной роты и проведение занятий по понтонному делу.

Но будущий маршал инженерных войск хотел получить высшее военное образование и подал рапорт на поступление в Электротехническую академию, в которой с 1918 года готовились кадры для инженерных войск РККА. Осенью 1922 года он прибыл в академию, но мандатная комиссия не допустила его даже к экзаменам по той причине, что он имел подготовку всего лишь школы младшего командного состава. Так что А.И. Прошляков вернулся в дивизион на свою должность.

До весны 1923 г. особых событий в учебной понтонной роте не происходило. Однако вскоре было объявлено, что один из командиров взводов роты должен срочно отправиться в распоряжение начальника инженерных войск Туркестанского фронта. Поскольку А. Прошляков был моложе остальных и не связан семьёй, он сам изъявил желание поехать. Наконец-то осуществлялось его давнишнее желание попасть в действующую армию.

На Туркестанском фронте

Прибыв в Ташкент, А. Прошляков явился в штаб Туркестанского фронта к начальнику инженерных войск Рустейко и получил назначение на должность командира взвода школы в 4-й Отдельный понтонный батальон, который располагался в Чарджоу.

Как вспоминал сам А. Прошляков, для него это было лёгким делом, понтонное дело было его стихией.[11]

Первые занятия посетил сам командир батальона Коняев и, увидев, что А. Прошляков умело проводит занятия, сопровождая наставления конкретными практическими заданиями, отлично знает понтонное дело, перестал их посещать, доверив это дело молодому командиру.

Вскоре А. Прошлякова назначили командиром 2-й роты. В начале августа 1923 г. батальону была поставлена задача – принять от сапёрной роты строительство моста через каньон реки Пяндж на дороге Шерабад – Дербент. Принять работы от сапёрной роты послали А. Прошлякова с отделением понтонёров 2-й роты.

По прибытии на место выяснилось, что проекта моста пока нет, да и сапёрного подразделения там уже не было. Таким образом, А. Прошляков со своими людьми стал рабочей силой по заготовке лесоматериалов. К счастью, они захватили с собой продольную пилу, что позволило немедленно приступить к заготовке брусьев и настилочных досок. Пришлось провести изыскательские и проектные работы. В конце концов, мост был построен, а молодой ротный проявил себя, как, умелый организатор различных видов военно-инженерных работ. Осенью 1924 года А. Прошляков был назначен начальником школы батальона.

Хочется сказать также и о том, что инженерным частям и подразделениям в те годы приходилось непосредственно участвовать в боевых действиях против интервентов и белогвардейцев во взаимодействии с пехотой, кавалерией и артиллерией, что вызывалось тяжёлой обстановкой на том или ином участках фронта. В Центральной Азии вторая половина 20-х годов была беспокойной, социалистическое строительство осложнялось борьбой с басмачеством.

Командир саперной роты А.И. Прошляков, середина 1920-х годов

Большая группа инженерных частей и подразделений, а также воинов инженерных войск за участие в борьбе с басмачеством, за успехи в боевой подготовке и восстановлении народного хозяйства была награждена орденами, личным именным оружием и ценными подарками.

Так, постановлением Президиума ВЦИК СССР от 13 июля 1927 г. за отличие в бою против басмачей 12 сентября 1925 г. в районе крепости Якши-Кельды награждены орденом Красного Знамени командир отдельного сапёрного полуэскадрона 8-й Туркестанской кавалерийской бригады Б.И. Ветцель, помощник командира взвода этого же эскадрона Н.М. Григоренко, командир отделения И.Р. Вегнер, красноармейцы Я.А. Стукалов, П.И. Приходько, И.Д. Слащинин, Т.С. Матвеенко, Г.М. Жаринов, К.К. Савотеев, Д.Н. Кофаков.[12]

Отчислен по собственному желанию

В августе 1925 г. А. Прошлякову разрешили обучение в Московском инженерном училище. Там он был зачислен в группу курсантов-командиров на первый курс. Учёба началась с азов, как для первокурсников из рядовых и гражданской молодёжи. Это его не устраивало. Прошляков просил командование изменить программу или перевести его на выпускной курс. Начальник училища приказал отчислить его из училища по собственному желанию с направлением в свою часть. Пробыв в Московском инженерном училище четыре месяца, он вернулся в свой 4-й Отдельный понтонный батальон на Туркестанский фронт.

Вскоре А. Прошляков получил назначение на должность помощника командира батальона по хозяйственной части. В этой должности он находился с сентября 1926 г. по август 1927 г. – дня выезда батальона в город Старицу Калининской области в состав Московского военного округа.[13]

Выполнившие на «отлично» задачу № 13? из «Нагана», в центре – майор Прошляков, Старица, 02.03.32 г.

Батальон прибыл в Старицу осенью 1927 г. В Первую мировую войну в городке размещался запасной сапёрный батальон. Особо малы были складские помещения для понтонного парка, малы конюшни и пищеблок, не было клуба. Штаб батальона размещался в небольшом деревянном здании вне городка. Все постройки городка требовали капитального ремонта. Размещение, подготовка капитального ремонта, приведение в порядок понтонного парка, заготовка на зиму овощей, дров, поставка батальону мясопродуктов – всё это было обязанностью помощника командира батальона по хозяйственной части. К зиме в основном всё было сделано.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Симонов К. Уроки истории и долг писателя. Заметки литератора // Наука и жизнь. 1987. № 6. С. 47.

Вернуться

2

Инженерные войска в боях за Советскую Родину ⁄ Цирлин А.Д. [и др.]. М.: Воениздат, 1970.

Вернуться

3

Прошляков А.И. Краткие записки о пройденном пути. М.: Военно-инженерный университет, 2003. С. 15.

Вернуться

4

Подробная история храма // Храм Святителя Николая Мирликийского в Бирюлёве: [сайт].URL: http://www.st-nikolas.ru/istoriya/podrobnaya-istoriya-chrama.

Вернуться

5

Двухклассные народные училища // Учебные материалы онлайн (inf{aT}studwood.ru): [сайт]. URL: https://studwood.ru/1336190/pedagogika/ dvuhklassnye_narodnye_uchilischa.

Вернуться

6

ГАРО. Ф. 620. Оп. 1. Д. 152.

Вернуться

7

Прошляков А.И. Краткие записки о пройденном пути. С. 16–17.

Вернуться

8

Миловзорова О. Александровская семинария Ц Медиарязань: информационное агентство: [сайт]. URL: https://mediaryazan.ru/ekskursia/detail/142933.html

Вернуться

9

Прошляков А.И. Краткие записки о пройденном пути. С. 17.

Вернуться

10

Инженерные войска в боях за Советскую Родину [Электронный ресурс] // «Милитера» («Военная литература»): [сайт]. URL: http://militera.lib.rU/h/engineers/01.html

Вернуться

11

Прошляков А.И. Краткие записки о пройденном пути. С. 22–25.

Вернуться

12

Россия и СССР в войнах XX века. Потери вооруженных сил: Статистическое исследование ⁄ под ред. Г.Ф. Кривошеева. М.: Олма-пресс, 2001.

Вернуться

13

Прошляков А.И. Краткие записки о пройденном пути. С. 27–41.

Вернуться