Эмре Гюль
Истлевшие руины. Эпоха зеркал

Original title:

YOZLAŞMIŞ HARABELER: AYNALAR ÇAĞI

Emre Gül

На русском языке публикуется впервые

Гюль, Эмре

Истлевшие Руины. Эпоха Зеркал / Эмре Гюль; пер. с тур. Е. Айдынбаш, Л. Бенковича. – Москва: МИФ, 2025. – (Чердак с историями + МИФ).

ISBN 978-5-00250-017-8

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

Yozlaşmış Harabeler: Aynalar Çağı

Text by Emre Gül

© Ren Kitap Yayın Dağ. San. Tic. Ltd. Şti.

Russian translation rights arranged through Kalem Agency.

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «МИФ», 2025

* * *

«Чердак с историями + МИФ»

Серия-коллаборация «Чердак с историями + МИФ» объединяет молодежные истории зарубежных и русскоязычных авторов. Их герои ищут свое место в мире, влюбляются, делают трудный выбор и проходят через испытания, после которых уже не остаются прежними.

Серию помогает создавать книжный скаут Алина, основательница и автор сообщества «Чердак с историями». Алина пишет: «Я стараюсь отбирать книги, в которых автору удается погрузить читателя в историю, в которых есть идеальный баланс между живыми героями, проработанным миром и смыслами».

Больше информации о канале «Чердак с историями» по QR-коду!

Dear Russian readers, I hope you enjoy this book!

Говорят, что боги, именуемые Созиданием и Уничтожением, властвовали над пустотой.

Хаос же был богом времени…

И призвал Хаос время.

И разделились земля и небо.

И появилась непроглядная темная брешь.

Темноте был дарован свет, ибо солнце поместили на небо.

И покрыла тьма солнце, и назначены на свои места были звезды.

Ночь создавала дни, время создавало сутки.

Суша отделилась от воды, пламя обожгло глину.

Говорят, что одним лишь дуновением человеку был дан лик по образу и подобию божьему.

И произросла богиня из земли.

И одарила богиня земли мир жизнью.

И породила она землю, развесила небо, разлила воды.

Боги сотворили миры: людей и других существ…

Но все твари пренебрегли пророками. Вера утратилась, души – сгнили…

Говорят, что они склонятся, вновь обратятся к свету.

Пери[1] преклонили колени и подчинились,

Но человечество отвергло сей призыв.

Говорят, что приказано им было лишиться всего.

И отправился человек в путь исследовать мир, и обрел он все для жизни.

И украл он огонь у богов, а воду набрал из слез.

И окропил он землю кровью, а воздух загрязнил своей жадностью.

Говорят, что к нему должен быть послан пророк из рая.

Пусть предостережет развращенный народ, призовет человечество к свету…

Но женщина воспротивилась, отказалась преклонить колено.

Боги окрестили ее дьяволом. Дьявол слеп, дьявол нем…

И изгнали из рая, в райских садах был совершен первый грех.

Говорят, что дьявол затуманил разум человека.

Он проник в его сердце, посадил в мире людском семя греха.

Бог забрал того, кого ниспослал им, но отказал в своей милости.

Он изгнал дьявола в ад.

И лишил бог человека бессмертия, и даровал он вечность пери.

Говорят, что человечество побороло свои страхи, а сила его превзошла оную богов.

Время безвозвратно шло, и люди, опьяненные властью, стали править землей.

И наслали боги кару, но человеческая гордыня предопределила конец света.

Говорят, что боги пришли в смятение и объявили человечество своим врагом.

И послали боги знамение в мир пери, приказав им обуздать человека.

И увидены были кошмары, и развращены были души, и принесен был свет.

Хаос просочился в мир, и человек открыл для себя магию.

Мир людей пал во грех.

Мир пери пал во грех.

И боги, именуемые Созиданием и Уничтожением, послали на землю прекрасных богинь, сияющих светом, тем самым вдохнув в развращенный народ частичку своей сущности, дабы вновь отстроил он цивилизацию. Богини тьмы и света, пожертвовав бессмертием ради новой жизни, вели за собой уверовавших в них людей.

Когда миры отделились друг от друга, древняя цивилизация погрузилась в сон в другом измерении.

В том волшебном, недоступном никому и сберегаемом Хранителями Зеркал.

В тот день Эпоха Зеркал вступила в самую холодную зиму.

1. Отражение в зеркале

«Если кто-то во сне толкает тебя в пропасть, значит, впереди грядут великие печали, тяжелые дни, твоя жизнь перевернется с ног на голову, ты долго не сможешь прийти в себя, а затем останешься совершенно один».

Мгновение тишины…

«Если во сне ты видишь змею, значит, тебя ждут трудности и в ближайшее время ты столкнешься со своими страхами. Такой сон также означает сильных врагов и тайную опасность. Если во сне змея обвивается вокруг твоей ноги, это можно трактовать как хороший знак. Такое положение указывает, что после некоторых решительных действий ты станешь всеобщим любимчиком, а трудные дни останутся позади.

Тем не менее, увидев во сне змею, лучше быть начеку. Испокон веков они олицетворяют человеческие страхи. В древние времена люди ставили перед дверьми глиняные фигурки змей, так как верили, что статуэтки оберегают дом от плохих сновидений. Ночных кошмаров очень боялись, они считались настоящей бедой. Люди верили: стоит увидеть плохой сон, и злые духи тут же начнут преследовать жильцов дома и досаждать им».

Раздался звук блокировки экрана телефона. Отвернувшись от туалетного столика, я взглянула на кровать и встретилась взглядом с Эрином. Он отложил мобильный в сторону и смотрел на меня, широко улыбаясь.

Последнюю неделю я просыпалась от одного и того же сна, точнее кошмара. Каждую ночь меня толкал в пропасть человек, которого я не могла разглядеть. Падая, я видела, как незнакомец превращался в змею и обвивался вокруг моей ноги. Этот кошмар не давал мне спать.

Но я совершила непоправимую ошибку, рассказав об этом самому близкому другу – Эрину. И вот уже сорок пять минут он выводит меня из себя чтением дурацких толкований снов в интернете.

– Это тебя Смотритель Кошмаров преследует, – прокомментировал Эрин. Я закатила глаза: какая чушь. Но Эрин этого не увидел, так как я стояла к нему спиной. Он продолжил: – Другого объяснения, почему ты каждую ночь видишь один и тот же кошмар, просто нет!

– Когда мне было пять и я не хотела спать, бабушка пугала меня такой же ерундой. – Я набрала кистью из палетки тени цвета гранатового цветка и начала наносить на веко. – Она говорила, что если я не усну, то придут ночные джинны и съедят мои глаза и придется мне спать всю жизнь.

Рассказывая о бабушкиных байках, я захихикала. Я была трудным ребенком, поэтому бабушке приходилось пугать меня всякими страшилками. Эрин откликнулся:

– Мы оба знаем, что это правда.

Я убрала кисть от глаза и нахмурилась:

– Что именно?

– Отражающийся Город. – Эрин с волнением выпрямился и сел на кровати. – Мироны существуют!

Любая бестолковая информация, истории, которые пересказывали все кому не лень, или сказки про пери привлекали Эрина. Ерунда про Отражающийся Город из той же серии. Но мне было так все равно на эти байки… насколько не все равно было моему лучшему другу.

– Да ты что! – с деланым удивлением произнесла я и посмотрела на него через плечо. – И какой же мирон рассказал тебе об этом? Или они предоставили тебе письменное заверение, что они настоящие?

– Дурочка ты, Рена! – Эрин попытался отбиться. – Они – древнейшая раса. Самая древняя в истории… Ты насмехаешься над великим миром, который был дарован людям богами. Только не говори, будто не знаешь, что именно они жили на земле в далекие времена, когда ничего не существовало.

– Не говорю, – я пожала плечами. – Как ты сам заметил, они остались в далеком прошлом. Зачем мне вообще думать о том, что болтают там и сям о существах, которых сейчас уже и в помине нет?

– А затем, что они существуют. Мы не можем не считаться с ними только потому, что они оставили мир нам и ушли в другое измерение. Глупо думать, будто их нет только потому, что мы их не видим, – заупрямился Эрин. – К тому же, если ты заметила, кошмары только у тебя. Мне, например, никакие ужасы не снятся. Я вообще снов не вижу, сплю спокойно. Почему? Потому что я верю в миронов, уважаю их. Поэтому они меня любят и не хотят, чтобы я был на нервах.

Какая чушь…

– Ладно, – сказала я, медленно выдыхая. – Они существуют.

Иногда с Эрином невозможно было договориться, сколько ни спорь.

Он твердо верил, что жизнь в Отражающемся Городе есть и древнейшая раса до сих пор существует. Я же верила, что все это если и могло быть, то в далеком прошлом. Верить в наши дни, что некие мироны продолжают жить в каком-то волшебном городе или даже стране, казалось невообразимой чушью.

После того как я согласилась с Эрином, он успокоился и продолжил что-то смотреть в телефоне. Чтобы прервать повисшую между нами тишину, я решила спровоцировать его:

– Кстати, Эрин, никакой ночной кошмар не портит мне настроение так, как твое лежание на моей кровати и чтение дурацких толкований снов из интернета. И это тогда, когда я готовлюсь к самому волнительному свиданию за последние несколько лет… Поверить не могу!

Тут я уставилась на свое отражение в зеркале.

– Вы всего лишь пойдете на вечеринку, – Эрин ответил без особого энтузиазма и положил ногу, которую до этого свесил, обратно на кровать. – Это вообще свиданием не считается.

– Для первого раза вполне неплохо, – парировала я, пожимая плечами и открывая блеск для губ. – Или ты так обиделся из-за того, что я иду на праздник в честь дня рождения твоей бывшей?

Эрин был на взводе с тех пор, как узнал, что я пойду на эту вечеринку.

– Сто лет уже прошло, Рена, – когда он говорил о прошлом, его низкий голос становился вдруг каким-то слишком высоким и мягким. – Много воды утекло с тех пор.

– Хотя недавно ты все повторял ее имя, когда уснул на диване в гостиной.

Эрин явно разозлился, что попался, и, багровея, начал искать, чем бы кинуть в меня. Я резко отвернулась и подняла руку, чтобы остановить его.

– Не смей! – сказала я, еле сдерживаясь, чтобы не расхохотаться. – Ты мне макияж испортишь!

Пару секунд он еще раздумывал, бросить ли в меня подушку-игрушку или нет, но успокоился и кинул ее на место.

– А ты тогда перестань лезть ко мне! И совсем не нужно напоминать о прошлом. Между прочим, уже целый месяц мне нравится кое-кто другой.

– Потому что ты парень, – попыталась уколоть я Эрина. – Вам всегда кто-то нравится.

– Это просто подло!

На этот раз маленькая подушка прилетела мне прямо в голову. От неожиданности меня качнуло. Теперь была моя очередь багроветь от гнева.

– Да я никогда в жизни никого не предавал, ни в одних отношениях! – возмутился Эрин.

– Дурак! – заорала я. – Ты мне волосы растрепал!

Повернув голову, я попыталась рассмотреть в зеркале свой затылок. Потом среди помад и блесков на туалетном столике отыскала расческу и стала терпеливо приводить в порядок свои русые локоны.

– А ты просто ужасная подруга! – сказал Эрин с сожалением. Я посмотрела на него. – Это же верх неэтичности – идти на вечеринку по случаю дня рождения бывшей своего лучшего друга!

Мне стало интересно, почему он ни с того ни с сего заговорил об этом.

– Ты отлично знаешь, почему я туда иду.

– Ты идешь ради Нэйта.

Я кивнула.

– То есть ты готова предать меня ради этого блондина?

Детское поведение Эрина убивало во мне желание идти куда-либо. Если так продолжится, я буду согласна надругаться над своей кожей и стереть макияж влажной салфеткой, а затем избавиться от платья, переодеться в пижаму и всю ночь сплетничать с ним обо всем на свете.

Было очевидно: если он услышит, что я могу отказаться от своих планов, то проест мне весь мозг. Поэтому я ничего не ответила и продолжила краситься. Мне нравилось, что происходило между мной и Нэйтом. И не потому, что он был красавчиком с золотистой шевелюрой. Мне было приятно проводить с ним время, потому что у него доброе сердце.

Встретившись в зеркале глазами с отражением, я сказала про себя: «Ну ты и лгунья!» Ладно, он, конечно, красавец. Но это не единственная причина, почему он мне нравится.

– Да если бы меня швыряли о стены, жгли на адском огне, заставляли бутылками пить яд, я бы все равно даже не подумала предать своего лучшего друга.

Я посмотрела краем глаза на Эрина и увидела, что он очень серьезен. Эрин расстроено наклонил голову и погладил плюшевого медведя, который лежал у него на коленях.

– Эрин?

Я повернулась и откинулась на спинку стула в ожидании, пока он посмотрит на меня. Семья моего дедушки жила с семьей Эрина в одном районе. С самого детства мы были с ним не разлей вода, поэтому сейчас мне было очень больно видеть его таким грустным.

– Ты в порядке?

– Я ничего ей не сделал, – грустно пробормотал он. – Она выбрала быть вместе с тем ублюдком только потому, что он популярнее, богаче и симпатичнее меня.

Со времени их расставания прошло уже несколько лет. Эрин запретил называть ее имя, поэтому я даже и не помнила, как звали ту девушку. Но у меня внутри все сжалось оттого, что Эрин до сих пор грустил.

– Это она потеряла тебя, – сказала я и встала со стула. – Ты самый красивый, талантливый, харизматичный парень в мире. В тебя невозможно не влюбиться. О твоем интеллекте даже и говорить не надо. Потерять тебя могла только полная дура!

Я села рядом с Эрином, положила свои руки на его и погладила их.

– Это просто жуть – видеть задницу своей лучшей подруги, когда она садится рядом, чтобы утешить.

Меня охватил ужас, а глаза чуть не выскочили из орбит.

– Если ты задумала светить в этом наряде прелестями всю вечеринку, то под утро точно окажешься в объятиях Нэйта.

– Ты просто ужасен! – я сильно ударила Эрина в плечо. – Думай тут еще о тебе!

Я зло встала, вернулась к туалетному столику и села на стул, пытаясь прикрыться так, чтобы ничего не торчало из-под моей короткой юбки. Мы собирались пойти на роскошную вечеринку, поэтому я выбрала смелое мини-платье, но идти на праздник не было уже никакого желания.

Взяв телефон, я коротко написала Нэйту, что хочу пойти в какое-нибудь другое место вместо вечеринки. А потом приблизилась к зеркалу, вооружившись тушью.

Я закончила с правым глазом и быстро облизнула губы, которые открываются сами собой почти у каждой девушки, когда она красит ресницы.

– На вечеринку не пойду, – заявила я решительно и немного отстранилась от зеркала.

Лицо Эрина преобразилось. Я с удивлением посмотрела на него, подумав, что не подозревала, насколько для него это важно. Если бы я знала, давно бы отказалась от этой затеи.

– Почему? – спросил он, пытаясь оставаться равнодушным. – Что-то случилось?

– Для первого свидания с Нэйтом я бы предпочла более тихое место, – я тут же придумала отмазку. – Без разницы, куда пойдем, но будет точно веселее, чем на этой дурацкой вечеринке.

Я радовалась, что наконец-то спасена от принудительного похода на этот праздник жизни. Туда собирались пойти друзья Нэйта. Меня он тоже решил пригласить, а я почему-то чувствовала себя обязанной там быть.

Эрин продолжал что-то делать в телефоне и, пожав плечами, ответил только:

– Как знаешь. Но я все равно проведу этот вечер с Герой. Ты можешь делать что угодно, только вернись домой целой и невредимой.

Гера – мой пес, которого я нашла у дверей своего дома в дождливый вечер год назад. Я не собиралась заводить собаку и хотела передать его в какой-нибудь приют или найти другого хозяина, но с того дня Гера поселился у меня. Дать имя греческой богини золотистому ретриверу, при виде которого я каждый раз просто с ума сходила от умиления, наверное, было большой глупостью. Но Эрин уверял, что эта кличка отлично ему подходит. Поэтому я согласилась. А еще потому, что Гера все-таки очень красивое имя.

– Ты ведь выведешь Геру на прогулку? – Я продолжала краситься, в то же время поглядывая на телефон, чтобы не пропустить ответ от Нэйта. – Если он покакает, не оставляй ничего на дороге.

Эрин только глубоко вздохнул вместо ответа.

– В холодильнике есть еда. Если проголодаешься, поешь. А в шкафу полно всяких чипсов и орешков.

Эрин, совершенно не стесняясь, почесал свою видневшуюся из широкого ворота бордовой футболки грудь и сказал:

– Считай, что я все уже сожрал.

– Гера немного поволнуется после моего ухода. Поэтому первые несколько минут дай ему зайца, пусть поиграет. Потом он успокоится, – наставляла я.

– Я не первый раз с Герой остаюсь, – бросил Эрин, не отрываясь от телефона и даже не глядя на меня.

– И не смей никого сюда звать, пока меня нет! – сказала я, изображая маму и тряся пальцем прямо перед носом Эрина.

– Этот придурок еще не пришел? – не выдержал Эрин. – Уходи уже!

Я наносила румяна, когда мне пришли два сообщения от Нэйта. Эрин смотрел на меня краем глаза, пока я читала их:

«Почему ты передумала идти на вечеринку?»

«Какие-то проблемы?»

Я сразу начала печатать ответ:

«Нет… Просто Эрин – мой самый близкий друг, и я решила, что будет неправильно забить на его чувства и пойти на день рождения его бывшей».

Он был онлайн, поэтому ответил почти сразу:

«Но Элис очень обидится, если я не приду».

«Может, тогда заглянем туда всего на полчасика?»

Нет.

Они все были из одной компании, поэтому я отлично понимала его желание быть у Элис в такой день. Но своего друга я тоже ценю, поэтому написала, что решила подумать об Эрине и не хочу идти на вечеринку.

«Если хочешь, иди. А я не хочу».

Тут же пришел ответ:

«Ты злишься».

Мне не на что было злиться. Наоборот, я радовалась, что все отменилось. Но и немного расстроилась из-за того, что зря столько времени потратила на подготовку.

«Нет».

«Клянусь, я не злюсь».

Эрин своими любопытными взглядами давал понять, что ему очень интересно, о чем мы переписываемся с Нэйтом.

«Ты уверена?»

Я знала, что он не видит моего лица, поэтому смягчилась и попыталась снять напряжение между нами:

«Уверена».

«Все-таки мы оба думаем о своих друзьях. Лучше всего нам будет провести этот вечер врозь».

Только я собиралась погасить экран, как пришли новые сообщения:

«Думаю, что так».

«Ладно… А мы увидимся еще?»

Я улыбнулась, глядя на экран.

«Увидимся».

«На настоящем свидании».

Я выключила экран, но потом от Нэйта пришло сообщение «Договорились». Прочитав его, я села перед Эрином.

С любопытством он спросил:

– Ну что?

– Сегодня отмена. – Я пожала плечами и честно призналась: – Ты был прав. Нэйт выбрал вечеринку, а не меня.

Я надула губы и повернулась к зеркалу. Увидев шикарное отражение, я снова расстроилась: вся эта красота была сделана зря.

– Забей, – пожал плечами Эрин. – Я и так не хотел, чтобы ты туда ходила.

Я захихикала и честно призналась:

– Я тоже.

– Но тебе не нужно было отказываться из-за меня. – Эрин поднялся. – К тому же ты так долго собиралась.

– Это был экзамен для него. Он выбрал не меня, ну и как знает. – Я закатила глаза, а потом посмотрела на себя в зеркало. – Пойду хоть мусор выброшу. Чтобы макияж не совсем зря пропадал.

Мы переглянулись, и в комнате раздался наш смех.

– Ты ведь не расстроилась? – Эрин внимательно изучал мое лицо, а я отступила на шаг.

– Конечно, не расстроилась. Просто я давно уже ни с кем не флиртовала. Нэйт разбудил во мне это волнение. Приятный парень, мне бы хотелось с ним повстречаться. Но не судьба. – Я прикусила нижнюю губу и подняла брови. – Вот и все. Не из-за чего расстраиваться.

– Ну и отлично, – произнес он решительно. – Только посмотри на тех, с кем ты встречаешься. В этом парне вообще нет ничего примечательного. И перспективы в нем нет.

– Мы студенты, – сказала я, вздыхая. – Я не собираюсь думать о перспективах людей, с которыми просто весело провожу время.

– Он вообще какой-то никчемный. Ты и работаешь, и учишься. Даже если хочешь просто пофлиртовать, ну неужели с таким?

– Я люблю свою работу, – ответила я моментально. – А еще и бабушку с дедушкой. Если бы мне не нравилось, я бы не работала.

Мой дедушка был зеркальным мастером. У нас была небольшая милая лавка, которая передавалась из поколения в поколение. Бабушка помогала дедушке, они вместе занимались магазинчиком. Я тоже уже много лет подрабатывала в свободное время, чтобы хватало на карманные расходы. Мама находила эту лавку абсолютно посредственной, но для меня она была дневником детских воспоминаний, и я очень любила проводить там время.

Наша семья жила на другой стороне пролива, но и тут тоже был мой дом. Родители почти всегда были в командировках, поэтому мое детство прошло здесь.

Дедушке я обязана своим дизайнерским талантом и золотыми руками. Он начал наставлять меня, когда я была еще совсем маленькой, и всегда был рядом, помогал развивать мои способности. Когда я подросла, дедушка обучил меня всему, что связано с зеркалами.

И обучил настолько хорошо, что восемь месяцев назад я заключила свой первый договор на заказ. Если у меня получится создать роскошный дизайн для зеркала, привезти из заграницы необычные камни и инкрустировать его ими и если все это понравится дедушке, то он обещал полностью передать в мое владение эту милую лавку, в которой прошло мое детство. Если же у меня ничего не получится, то я должна буду оплачивать все счета магазина из своего кармана.

Я погрузилась в эти воспоминания и забылась. С момента, как мы спорили с Эрином о том, что у Нэйта нет перспектив, между нами повисла довольно продолжительная пауза. Но Эрин прервал мою задумчивость:

– Меня бесит, что ты до сих пор стоишь передо мной такая красивая. Давай уже быстрее возвращайся в свое обычное домашнее состояние, – пошутил он почти сонным голосом.

Я нахмурилась:

– Ты прав, но сначала мусор…

Грустно вздохнув, я направилась к двери.

Последний раз я оглянулась на Эрина. Он безмятежно лежал на кровати, и у меня не было сомнений, что через пару минут он уснет окончательно. Я хихикнула и пошла на кухню.

Там я взяла со стола наваленные друг на друга мусорные пакеты, поставила их у входной двери. Рядом тут же нарисовался Гера, я погладила его и крепко поцеловала в голову. Затем быстро вышла из дома.

С первого же шага на улице мне стало не по себе от пронизывающего ветра. Небо было таким хмурым, что у меня внутри будто все тоже сразу похолодело и потемнело. Вокруг ни души. Стало беспокойно, то ли оттого, что несколько уличных фонарей были разбиты, то ли оттого, что эта ночь ощущалась мрачнее предыдущих. Повисшая чернота была похожа на ту, что постоянно снилась мне в последнее время.

Я вдохнула, пытаясь ухватиться за облегчение, которое появилось после решения не идти с Нэйтом на вечеринку. Я не могла поверить, что уже через пару минут избавлюсь от мусорных пакетов, а затем весь вечер проведу дома.

Подняв глаза, я посмотрела на небо. Не было видно ни одной звезды. Даже полную луну скрыли плотные облака, и от нее остались лишь неясные очертания.

Я снова задумалась, но вдруг послышался чей-то голос из темноты. Вздрогнув, я потрясла головой, чтобы прогнать глупые страхи. Только я собиралась пойти к дому, как меня окликнул хриплый голос незнакомца, но на улице никого, кроме меня, не было. Просто невозможно.

«Отгадай загадку».

Я чуть не закричала от этого шепота, которым будто обожгло мое ухо, у меня участился пульс. Решив, что просто нахожусь внутри кошмара, который никак не отпускает, я попыталась переключиться на другие мысли. Но ничего не получилось. Как только я избавилась от пакетов с мусором, тут же с силой ущипнула себя.

Мое лицо скривилось от боли, я начала растирать руку, оглядываясь по сторонам. Рука болела, а это значило, что я не сплю. Последние два дня я слишком много работала, и на сон времени не оставалось. Может, поэтому-то мой разум и затеял эти игры, чтобы я наконец выспалась.

В последний раз я оглядела все вокруг.

Уже был конец апреля, но погода стояла совсем не весенняя. Я обхватила себя руками, чтобы согреться, и поежилась. Из-за дикого холода, который расходился от спины по всему телу, у меня аж зубы свело.

Сегодня была какая-то особенная ночь. Она предвещала нечто плохое. И это ощущение проникло внутрь меня.

Я сказала сама себе:

– Всё в порядке. Спокойно. Все хорошо.

Но сердце мое было не на месте.

Когда я повернулась к дому, то заметила Геру, который смотрел на меня из окна в кухне, и сильно испугалась. Наверное, я совсем не ожидала его там увидеть, и его глаза, светящиеся в темноте, показались мне зловещими. Однако мордашка была настолько милая, что я все же улыбнулась.

В один миг подул сильный ветер – и волосы закрыли мне лицо. Я запаниковала и шагнула назад.

«Отгадай загадку».

Шепот, принесенный ветром, проник в самое сердце. Испуганными глазами я еще раз огляделась, чтобы понять, откуда он звучит. Но кому он принадлежал и откуда исходил, так и осталось неизвестным, потому что на этой проклятой улице я стояла совсем одна.

– Мне нужно хорошенько выспаться, – пробормотала я и помотала головой. Тут я решила немного подшутить над собой: – Дорогая, да ты начала слышать голоса из параллельной вселенной.

Мне вдруг стало страшно стоять посреди пустой улицы с дурацкими голосами, поэтому я быстро зашагала к дому.

Подуспокоилась я лишь после того, как зашла внутрь и закрыла дверь на три замка и цепочку.

Когда я повернулась, напротив меня уже сидел Гера с высунутым языком. Он смотрел мне прямо в глаза, вилял хвостом и ждал, пока я его приласкаю. Конечно, он даже не подозревал, что до смерти меня напугал.

– Чуть до кондрашки меня не довел! – Я подошла к Гере и стала гладить его шею. – А где же Эрин?

Гера ответил хриплым лаем, а я весело улыбнулась. Уверена, Эрин до сих пор валяется на моей кровати и, скорее всего, уже спит.

Я села на колени и гладила Геру минут пять, встав с пола только тогда, когда услышала сверху звук спускаемой в туалете воды. Следом из уборной вышел Эрин.

– Рена? – Эрин появился на лестнице. – Ты выбросила мусор?

Я кивнула и, тяжело опустив плечи, направилась к нему:

– Ты погуляешь с Герой? Я очень устала. Вчера всю ночь до утра работала в мастерской и спала очень мало.

– Почему?

– Хочу доделать зеркало, которое обещала дедушке, к его дню рождения, – сказала я весело. – Если у меня все получится, то, думаю, он будет счастлив.

– Это невероятно крутой сюрприз, – сказал Эрин, скалясь. – Давай ложись тогда. Я погуляю с Герой, не переживай.

Он почесал голову, стриженную под ежика, и, ухмыляясь, отправил Гере воздушный поцелуй.

– Гера! Гера! – Эрин хлопнул в ладоши, чтобы привлечь внимание собаки. Гера весело побежал к Эрину и прыгнул прямо к нему в руки. – Завтра у нас пары рано начинаются, так что не теряй время и иди спать.

– Ты прав, – вздохнула я, думая о раннем подъеме. – Тогда я пошла. Гера – на тебе.

– Договорились.

Эрин похлопал меня по плечу, еще раз сказав не переживать. Я направилась к лестнице. Пока Эрин копался в ящике гардероба в поисках поводка для Геры, я уже поднялась на второй этаж и зашла в ванную. Прежде всего мне надо смыть макияж.

Вернувшись в комнату, я первым делом сняла платье. Затем надела пижаму, которую положила еще утром на кресло рядом с окном.

Телефон я перевела в беззвучный режим, чтобы он не мешал мне спать, и положила на прикроватную тумбочку. В последнюю очередь я выключила ночник, натянула до самых плеч тонкое одеяло и вскоре погрузилась в сон под звуки дождя на улице.

Мне казалось, что мой разум, так же как и тело, быстро сдастся и уснет, но не тут-то было.

Я бежала в лесную чащу. Деревья вокруг были невероятно огромными, с такими густыми кронами, что закрывали собой весь небосвод. Следом за мной летели вороны. А среди воронов был человек, который ранил мою душу каждым своим шагом. У меня совсем не было времени, чтобы остановиться и посмотреть на его лицо, скрытое в тени. Потому что вороны, летевшие за мной, хотели меня растерзать. Они были очень злы, и я совсем не знала почему.

Я сбежала.

Я бежала изо всех сил, пока не стала задыхаться.

Так начинался кошмар, который я видела каждую ночь. Не знаю, от кого, почему и куда я бежала с таким остервенением. Но оказывалась я на краю пропасти, еле дыша от долгого, изнуряющего бега.

– Отгадай загадку.

Этот кошмар отличался от других – голосом. Тем самым, что я слышала, когда ходила выбрасывать мусор, и звучал он ясно. В других снах его не было.

– Отгадай загадку.

Я все бежала и бежала.

Когда кто-то хриплым вороньим граем начал произносить загадку, у меня на затылке волосы от страха встали дыбом. От ужаса я не могла стоять на ногах, но каким-то неведомым образом продолжала бежать.

– Ты смеешься – я смеюсь,

Ты рыдаешь – я кривлюсь.

В твоем лице – мои черты.

И я всегда там, где и ты.

Голос замолк.

Стояла тишина. Слышно было только, как вороны хлопали крыльями, да еще и удары моего сердца, которое словно хотело вырваться из грудной клетки. Я бежала, пыталась сбежать, но страх почти поглотил меня, и я никак не могла ему помешать.

– Кто же я, скажи.

Я подошла к пропасти, подняла голову и посмотрела вверх, на небо. Луна была яркой и слепила глаза, будто солнце.

Уже через минуту передо мной стоял он. Но ночные тени закрывали его лицо, и я могла разглядеть только глаза, и то немного. Вокруг него было облако из тумана и пыли.

Вороны взвились в небо и закрыли собой луну так, что вокруг воцарилась тьма. Человек, который преследовал меня в кошмарах, подошел еще ближе.

Я дрожала. Я плакала.

Оглянулась: там чернотой зияла такая пропасть, что дна не видно. Но вдруг где-то внизу я заметила искру. И буквально через пару секунд эта искра превратилась в пожар.

Пламя жаждало поглотить мое уставшее тело, но подчинялось таинственному человеку. Поэтому словно ожидало от него приказа, чтобы сжечь меня, превратить в пепел. Я не могла вздохнуть. Слушая треск огня совсем рядом со мной и сжимаясь от ужаса, я ждала момента, когда человек сбросит меня вниз, в пропасть, так же как он делал в предыдущие ночи.

Он шагнул вперед и на одном дыхании повторил свою загадку:

– Кто же я, скажи.

В его голосе была какая-то нота, тональность, которую я раньше не слышала ни у одного человека. Сердце мое забилось сильнее прежнего. Почему он повторял одно и то же?

В глубине его окутанных ночью глаз отражалось бушующее море. Когда его зрачки сверкнули под лунным светом, я подумала, что превращусь в камень. Его взгляд словно пронзал душу, и мне не хватило смелости продолжать в них смотреть, поэтому я зажмурилась, дрожа всем телом.

Я сглотнула и заговорила, пытаясь избавиться от страха, который сковал мое горло.

– Кошмар, – произнесла я треснувшим голосом. – Смотритель Кошмаров.

В памяти у меня всплыли рассказы Эрина, и я ответила не задумываясь.

Но я не угадала.

Вдруг он схватил меня за руку и сжал ее так, что его ногти впились в меня, несмотря на то что на мне была кофта с длинными рукавами.

Незнакомец с силой притянул меня к себе. Я растерялась и, чтобы не упасть, облокотилась на него. И в этот миг мое тело ощутило такую стужу, исходящую от этого человека, будто я упала в сугроб. Парализующий холод прокатился по мне с ног до головы, и тут на секунду я смогла разглядеть его лицо.

Он резко толкнул меня к краю пропасти и, не задумываясь ни на секунду, сбросил. Пока я руками пыталась ухватиться за воздух, человек исчез.

Вдруг у меня заболела нога: оказалось, ее обвила гигантская черная змея. И пока мы вместе летели на дно пропасти, она ползла по моему телу от колена вверх. Я закричала от ужаса и вырвалась из лап этого кошмара.

Я проснулась.

Вот и еще одна ночь, когда грань между реальностью и сном стиралась. Открыв глаза в холодном поту, я все еще тяжело дышала от страха и дрожала от пережитого во сне. Сердцебиение отдавалось аж в горло, а в ушах стоял шум.

Я взяла с прикроватной тумбочки графин с водой и стала пить прямо из него небольшими глотками. Когда вода кончилась, я поставила графин обратно, а губы вытерла тыльной стороной ладони.

Темнота пугала. Я оглядела комнату, а потом потянулась к ночнику и включила его.

Убедившись, что в спальне безопасно и, кроме меня, тут никого нет, я выдохнула и прислонилась спиной к изголовью кровати. Я знала, что все уже кончено и можно спокойно спать до самого утра, ведь в предыдущие дни было именно так. Сначала кошмар, а потом ровный, глубокий сон…

Я попыталась расслабиться, глубоко вдыхая и выдыхая. С каждой секундой мое дыхание становилось ровнее. Но только до момента, пока я снова не услышала хриплый голос…

– Отгадай загадку.

Это был не кошмар. Голос, который я слышала, был самый что ни на есть настоящий. И он был рядом. Я могла поклясться, что не сплю. Но не сумела бы объяснить, почему до сих пор слышу тот самый голос. Кажется, я схожу с ума. Чтобы убедиться, что это не сон, я дернула себя за волосы. Боль была вполне себе настоящая. Я не спала, но кошмар все равно не отпускал меня.

Вслед за шепотом в комнате воцарилась тишина. Я сбросила с себя тонкое одеяло и встала с кровати.

И сразу направилась к окну. Я открыла его – и тут же промозглый воздух будто пронзил мое тело. Холод помог прийти в себя, я высунулась и осмотрелась.

Никого не было.

Я еще раз окинула взглядом все вокруг, насколько хватало глаз, а потом выпрямилась и закрыла окно. Пульс ударами отзывался в моем теле.

– Хей!

Я вздрогнула. Или голос из сна продолжал говорить со мной, или я потихоньку схожу с ума.

– Посмотри сюда!

От страха, что в комнате есть кто-то еще, я просто оцепенела. В ушах раздавался сумасшедший, заглушающий все стук сердца, которое словно собиралось выскочить из груди.

– Хей!

Мне казалось, что если я замру, то голос не будет говорить со мной ни в комнате, ни в другом месте.

Может, это сон? Я уже была не так уверена, что не сплю.

Не теряя времени, я вышла из комнаты и побежала в ванную. По пути остановилась у лестницы и посмотрела вниз. Эрин и Гера еще не вернулись.

Открыв кран на весь напор и набрав полные ладони, я начала умываться холодной водой, чтобы прийти в себя.

Все еще тяжело дыша, я несколько раз ополоснула лицо и почувствовала себя намного лучше.

Не поднимая головы от раковины, я вытянула руку, чтобы взять полотенце и хорошенько вытереться. Мне стало интересно взглянуть на себя после пережитого страха, и я подняла глаза на зеркало. Я была уверена, что увижу бледное как снег лицо и красные от усталости глаза.

Но минуту…

Моего отражения не было!

Я просто перестала дышать от увиденного, точнее от неувиденного. Тело будто исчезло, и пульс словно замедлился. Этого не может быть! Я смотрела в зеркало, но моего отражения в нем не было.

От потрясения у меня пересохло во рту. Я выронила полотенце и, когда его конец коснулся моей ноги, спешно закрыла рот руками, чтобы никто не услышал мой крик.

Я подумала, что не в себе, и помотала головой. Потом хорошенько протерла глаза кулаками и краем глаза снова посмотрела в зеркало.

Передо мной было все так же пустое зеркало. Себя я в нем не видела!

Я чувствовала, что вот-вот потеряю сознание. Поэтому вместо того, чтобы побежать, я направилась в комнату, еле переставляя ноги. Шаги мне давались с большим трудом, от каждого скрипел паркет. Голова все еще плохо соображала, я была словно во сне.

Остановившись перед дверью, я попыталась настроить себя на хорошее:

– Не бойся, не бойся, не бойся…

Я повторяла и повторяла эти слова про себя и, открыв дрожащей рукой дверь, вошла в комнату.

Там горел ночник и было довольно светло. Я поискала глазами телефон. Он лежал на прикроватной тумбочке. Я сглотнула, чтобы хоть как-то избавиться от сухости во рту, но у меня ничего не вышло.

Перед тем как подойти к тумбочке, я взглянула на напольное зеркало. Меня интересовало только одно: увижу ли я свое отражение или нет.

Все еще мокрой рукой я потерла лицо и направилась прямо к напольному зеркалу. Когда до него осталась пара шагов, я замерла. Мне нужно было лишь поднять голову и посмотреть в отражение.

Несколько минут я глубоко дышала, набираясь смелости. Когда я наконец собралась с духом, то сжала кулаки так, что ногти впились в ладони, и подняла голову. В худшем случае я просто сойду с ума оттого, что не увижу своего отражения. Но произошло совсем не то, чего я ожидала.

Произошло кое-что похуже… Худшее из возможного! Или невозможного…

Моего отражения не было, но прямо напротив меня, внутри зеркала, стоял совершенно другой человек. Тот, кто сталкивал меня в пропасть в кошмарах… Тот, кто с воронами гнал меня через весь лес… Тот, кто повелевал огнем… Тот, кто мог менять внешность… Тот человек, который прятался в ночи и пронзал зловещим взглядом душу… Он стоял в зеркале и смотрел мне прямо в глаза. А я уставилась на чужое лицо, которое видела впервые так четко и ясно…

У меня потемнело в глазах. Отступив, я чуть не упала.

Я открыла было рот, чтобы спросить, что происходит, но все пережитое оказалось слишком тяжелой ношей для моего тела. Сознание покинуло меня, от страха мои колени подкосились, и я рухнула на пол.

2. Смотритель кошмаров

«Вставай, юная смертная…» – меня будто огрело голосом, прозвучавшим в голове. Я почувствовала такую боль, словно мой мозг клевали вороны. Все еще без сознания, я лежала на полу, но Смотрителя Кошмаров это не волновало, и он продолжал свои пытки:

«Тебе нужно найти, тебе нужно узнать… Ответ верный тебе нужно дать».

Должно быть, он получал большое удовольствие от этой игры. Мне никак не удавалось разомкнуть вдруг отяжелевшие веки, поэтому еще некоторое время я не могла открыть глаз. Мой мозг бодрствовал, в отличие от тела. Последнее, что я помнила перед обмороком, – лицо незнакомца в зеркале.

Когда я вконец продрогла оттого, что лежала спиной на холодном паркете, то слегка пошевелила пальцами.

– Открой глаза, взгляни на меня.

После приказа незнакомца мои глаза послушно открылись, и я ждала, пока они поймают фокус.

– Взгляни же в зеркало, взгляни.

Во всех его фразах был определенный ритм. Его голос звучал завораживающе мелодично. Я не могла этого описать, не могла объяснить: мелодия просто впечаталась глубоко-глубоко в душу. Голос заставлял дрожать от страха каждую клеточку моего тела. И в мире больше не было другого такого голоса. Но кто же это?

Опершись на локти, я снова попыталась подняться, но не смогла согнуть правую руку. Я опять упала и застонала от боли в ключице:

– Проклятие!

– Полностью согласен.

Вздрогнув от голоса, я прикусила нижнюю губу, чтобы не закричать.

И приподняла голову. Незнакомец выглядел встревоженным.

С силой, которая вдруг появилась от страха, я выпрямилась. Чтобы успокоиться, я старалась дышать ровно и глубоко. Но когда снова увидела его, то поняла, что успокоиться не получится. Сердце билось настолько сильно, что у меня запросто могла случиться паническая атака. От волнения я принялась озираться по сторонам.

Когда мои глаза встретились с его, такими же опасными, как ночь, я, задыхаясь, попыталась упереться в пол дрожащими ладонями. Но что бы я ни делала, ничего не помогало. У меня снова и снова темнело в глазах, подкатывала тошнота. Я чувствовала себя так, будто вот-вот потеряю сознание.

– Взгляни на меня!

На его требование я лишь помотала головой. Я могла поклясться, что он слышит биение моего сердца и чувствует запах моей тревоги, который уже смешался с воздухом вокруг, что он заметил мое лицо, перекошенное от боли.

– Подойди к зеркалу и взгляни мне в глаза.

Чего он хотел от меня? Возможно, я должна спросить у него, но…

До этого мне казалось, будто что-то сильно сжимало сердце. Но сейчас это ощущение проходило, и мое дыхание выравнивалось. Я почувствовала спокойствие, в голове смолкли все голоса. Словно кто-то взял и вырвал с корнем страх из моей груди.

Сначала краем глаза я посмотрела в ту сторону, где находилось зеркало. Потом собрала всю свою храбрость, повернулась и посмотрела незнакомцу в глаза.

Человек напротив меня прикоснулся ладонью к зеркалу и что-то зашептал. Я не знала, на каком языке были слова, которые слетали с его губ. На ладони у него светилось облако черной пыли. Оно было похоже на звездную ночь… Какое-то волшебство.

Судороги, которые сковывали мое тело, прошли. Сердцебиение пришло в норму. И это сделал он. Я больше не боялась.

Несколько минут назад мне нужно было держаться за что-нибудь, чтобы обрести равновесие. Сейчас же я просто выпрямилась.

– Ты… – Я была спокойна, но слова все равно застревали в горле. – Кто ты такой?

Я прислонилась спиной к кровати, так что зеркало было прямо передо мной.

В его глазах появился какой-то непонятный мне дерзкий блеск. Губы его не двигались, и я подумала, что он оставит мой вопрос без ответа. Я воспользовалась этой паузой, чтобы изучить его.

Он был таким же, как и во сне. Холодным… От него исходил такой холод, что становилось трудно дышать.

Я слышала, что Отражающийся Город населяет множество рас. Много рассказывали об образе жизни их представителей, о том, как они выглядели. Все они описывались по-разному, но про всех говорили, что это божественные существа, не похожие ни на кого.

Но незнакомец был не таким.

Передо мной стояло существо, похожее на нас.

То есть на людей.

Выглядел он как красивый двадцатилетний мужчина. Но в его глазах читалась вековая мудрость, было ясно, что он многое пережил. Однако пугал не его облик. Не его голос. Не его взгляд. Пугала его красота.

Его лицо, несмотря на бледность, было невероятно привлекательным. Даже когда он прятался в тени, его божественная красота бросалась в глаза.

Его волосы были не такими, как в моем сне, а абсолютно белыми. Седина придавала ему особое очарование, хотя в моем сне волосы у него были черные, как вороново крыло. Мне даже стало любопытно почему. И вообще мне многое в нем было интересно.

Тень падала на его лицо так, что черты заострились. И клянусь, эти черты прямо-таки кричали, что мне надо бежать от него и спасаться как можно скорее.

Я так увлеклась разглядыванием незнакомца, что не заметила движения тени. От неожиданности я вздрогнула.

– Кто ты такой? – повторила я вопрос.

Незнакомец сидел так же, как и я, – прислонившись спиной к стене. Одно его колено было выше другого, и он положил на него руку. В другой руке он держал маленький кинжал.

Он поставил кинжал острым концом вниз, указательным пальцем прижав верхнюю часть рукояти с восхитительным изумрудом. Большим пальцем незнакомец резко ударил по стальному лезвию – и кинжал, издав тонкий звук, закрутился вокруг своей оси.

Мы оба следили за кинжалом, пока тот не остановился. Я не понимала, где находится этот мужчина. Мне казалось, что он где-то посередине неизвестности: в зеркале я видела лишь его.

Кинжал замер.

Незнакомец поднял голову и посмотрел на меня. На этот раз лицо его не было напряженным, выражение смягчилось.

– Ты знаешь, кто я.

Я не обратила внимания, что он снова отводит взгляд, и ответила:

– Смотритель Кошмаров.

Он тут же поднял голову, словно я назвала его по имени. На этот раз его взгляд был другим. Будто он смотрел мне не в глаза, а куда-то вглубь моей души и искал там что-то.

Мне стало не по себе.

– Подойди и разгадай загадку.

Я помотала головой, отказываясь. Я ждала, что его взгляд станет жестче из-за моего неповиновения, но его лицо не изменилось.

– Подойди и разгадай загадку, – он говорил, и в его голосе звучала божественная мелодия, в его словах слышался особый ритм.

Я заметила, что во сне другими были не только волосы. Тон его голоса тоже был другим. В моих кошмарах голос был настолько пугающим, что становилось тревожно. Сейчас же его голос, как и лицо, был спокойным и мягким.

Вдруг я замерла и задержала дыхание. Он внимательно разглядывал комнату. Я не знала, зачем он это делает, но тоже невольно осмотрелась.

– Если ты скажешь, кто ты, я разгадаю загадку.

На мгновение идея поторговаться с ним показалась разумной, но, когда он резко перевел на меня взгляд, я тут же передумала.

Теперь его внимание захватила не моя комната, а мои глаза. Он выглядел задумчивым. Я дала ему время и ничего не говорила. Может быть, он размышлял над моим предложением.

Я выпрямилась, когда он глубоко вздохнул. Наверное, собирался что-то сказать. Было бы хорошо, если бы он отбросил свои дурацкие манеры и объяснил, кто он и что делает в зеркале.

Он нахмурился. Мог ли он читать мои мысли?

Я решила, что сумею его обмануть, и повторяла про себя одно и то же: «Это не ерунда, это не ерунда, это не ерунда…»

Выражение его лица не изменилось, и, поняв, что это не помогло, я опустила плечи. Правда, я была на грани сумасшествия, так как совершенно не знала, что мне делать. Может, надо было слинять из этого дома побыстрее. Сбежать не оглядываясь.

– Если разгадаешь загадку, я скажу, кто я.

Я нахмурилась. Меня разозлило, что он ответил мне моим же условием. Но я не настолько обезумела, чтобы препираться с тем, кого абсолютно не знала и не понимала.

– Ладно. – Я подалась вперед и встала с пола.

Подойдя к зеркалу, я села скрестив ноги буквально в паре шагов от незнакомца.

Загадки я не помнила.

– Можешь повторить?

Он посмотрел на меня так, что я почувствовала себя полной дурой. Но уже в следующее мгновение у меня в ушах зазвучали слова. Хоть моя просьба и была выполнена, я удивилась, что загадку произносил не тот, кто смотрел на меня из зеркала. Голос был похож, но это был не он. Или он. Неважно…

«Ты смеешься – я смеюсь,

Ты рыдаешь – я кривлюсь.

В твоем лице – мои черты.

И я всегда там, где и ты».

В голове у меня все перемешалось. Он что, и правда хотел поиграть со мной? Мы, люди, перестаем играть в глупые угадайки еще в начальной школе. Но, может, у древней расы, которая живет тысячи лет, загадки – единственное развлечение?

Чушь какая.

Незнакомец снова будто нахмурился. Он что, слышит мои мысли?

Сидеть стало неудобно, и я пошевелилась. Решив проверить, может ли он читать мои мысли, я начала его по-разному обзывать про себя.

«Придурок».

Брови его были сдвинуты, но выражение лица не изменилось.

«Мерзавец».

Я смотрела ему прямо в глаза. А он смотрел в мои, но все равно не выглядел разозленным.

«Черт, запертый в зеркале».

Я едва не расхохоталась. Буквально на секунду я отвела взгляд, потому что мне было тяжело сдержать смех, пока незнакомец смотрел на меня пустыми глазами.

Прошла еще минута, но никакой вспышки гнева я не заметила. Даже наоборот. Он уже не хмурился, и выражение его лица немного смягчилось. Это значило, что он не читал моих мыслей. Хорошо.

Я отбросила в сторону свои подозрения и сосредоточилась на загадке:

«Ты смеешься – я смеюсь,

Ты рыдаешь – я кривлюсь».

Кто же это смеется и плачет вместе со мной?

Я размышляла над разгадкой и уставилась на картину на стене, словно в зеркале совершенно никого не было.

Казалось, мой ответ был настолько важен, что он не сводил с меня глаз. Почему эта загадка имела для него такое значение? Или не для него, а для кого-то другого?

– Семья, мама, подруга, – я быстро перечислила возможные варианты, и мой взгляд упал на зеркало, будто должно произойти какое-то волшебство… Но ничего не случилось.

Значит, мои ответы были неверными.

– Видимо, это не про человека, – снова сказала я вслух.

Он смотрел на меня как на идиотку. Это было понятно по его насмешливому и высокомерному выражению лица.

– Хватит на меня так смотреть, – огрызнулась я. – Ты мешаешь мне сосредоточиться.

Он покачал головой, словно молил о терпении, и отвел взгляд. С чего это он меня послушался?

Я перестала хмуриться и снова принялась размышлять. Но сконцентрироваться на поиске разгадки все равно не могла, потому что меня мучила совесть. Я считала, что слишком грубо обошлась с ним. Мог ли он обидеться?

Но думать о таком глупо. Когда я вспомнила, что Смотритель Кошмаров много ночей подряд мучил меня жуткими снами, чувство вины тут же испарилось. Если его не терзает совесть, когда он надо мной издевается, то и мне нечего расстраиваться из-за того, что я резко ответила ему.

Я еще раз проговорила загадку про себя и выдвинула новую версию.

– Может быть, тень? – спросила я взволнованно. – Тень.

Она же за мной каждый день ходит.

Но тень не подходила к другим частям загадки, и я расстроилась.

Я не знала, что произойдет со мной, когда я найду отгадку, но меня охватило любопытство – очень хотелось узнать правильный ответ.

– Зеркало? – закричала я. Этот вариант пришел в голову совершенно неожиданно, и я не смогла сдержать эмоций. – Ты что, глаза закатил?

Да, да, он закатил глаза. Я закипела от возмущения:

– Если такой умный, сам угадывай!

Это был уже второй мой резкий выпад в его сторону. Он не ответил.

Если все, кто живет в Отражающемся Городе, такие, то они, должно быть, ужасно скучные. Он ни на что не отвечал, и мы даже поспорить и поругаться не могли. Все мои слова повисали в тишине. Это было просто неприлично.

– Может, это душа? – спросила я, немного погодя. – Наша душа ведь проживает все те же чувства. И всегда с нами, куда бы мы ни пошли.

Я подняла брови, словно спрашивая, в правильном ли направлении мыслю, но он опять никак не отреагировал. Значит, ответ «душа» неверный.

Качая головой и охая, я продолжала смотреть на него. Однако он даже не глядел на меня. Видимо, счел, что я – случай безнадежный.

Я сидела и то пыталась разгадать загадку, то прокручивала все то, что случилось со мной за последний час. После нескольких минут наедине с хаосом своих мыслей я выпрямилась, словно на меня снизошло озарение.

В голову мне пришел отличный ответ, и я могла поклясться, что в этот раз нашла отгадку.

– Отражение! – сказала я четко. – Правильный ответ – отражение!

Он поднял на меня взгляд. Его подбородок замер. Он криво улыбнулся, и эта улыбка так и осталась у него на лице, которое будто залилось ночным блеском. Клянусь, в тот момент я просто онемела и не могла выговорить ни слова.

Даже если до этого момента я сомневалась, то теперь убедилась: он – высшее существо. От его улыбки исходило какое-то волшебство. Высшее существо, древняя раса, повелитель… Я была готова поверить в его существование, кем бы он ни был.

– Ты угадала. – Он посмотрел на меня с гордостью, и от этого взгляда все внутри меня наполнилось счастьем.

Когда он резко встал с места, вместе с ним поднялась и я. Сделав всего один шаг, я оказалась у самого зеркала.

Я смотрела на него с любопытством, будто ждала чего-то, и сказала:

– Теперь твоя очередь.

Но он даже не взглянул на меня. Мои слова его не заинтересовали.

Он снова коснулся ладонью зеркала, поднял голову и посмотрел вверх. Он тоже не знал, что должно произойти дальше. По выражению его лица было понятно, что он, как и я, чего-то ждал.

– И что сейчас будет? – Я не постеснялась задать ему еще один вопрос: – Ответ же верный? Это подействовало?

Он держал руку так, будто что-то проверял. В его глазах мелькало любопытство вперемешку с тревогой. Он тщательно осматривал все углы зеркала, я же пыталась понять, что именно он пытается сделать. Проклятие! Да я просто сгорала от нетерпения, а он даже не посчитал нужным мне что-либо объяснить.

Через некоторое время он положил и другую ладонь на зеркало и теперь крепко держал его обеими руками. Каждый раз, когда он прикасался к стеклу, чтобы забрать мои страхи, происходило одно и то же: его ладони испускали облако черной блестящей пыли. Я же замирала от ужаса, следя за полетом этих крупинок.

– Еще, – прошептал он. Я не поняла, о чем он говорит, и помотала головой. – Еще.

– Что? – спросила я, нахмурившись.

– Тебе нужно найти, тебе нужно узнать… Ответ верный тебе нужно дать, – он снова принялся за свое.

Я закатила глаза. Он говорил, постоянно оглядываясь то через правое, то через левое плечо, будто там кто-то стоял и он передавал мне то, что слышал от кого-то. И правда… Там были другие?

– Подойди и прошепчи… Тебе нужно дать верный ответ.

Я слегка наклонилась к зеркалу и прошептала:

– Отражение.

Я не знала, почему сразу, без лишних вопросов выполнила то, что он приказал. Я тут же отступила.

Опять ничего не произошло. Это начинало меня злить.

С плаксивым выражением лица я тонко вскрикнула:

– Хватит! Игра окончена! Отвечай, кто ты такой?

Он смотрел не на меня, а за меня, куда-то в сторону. То, что он видел, должно быть, было ему неприятно, и еще некоторое время он продолжал щуриться вдаль.

Я с опаской обернулась. В комнате, слабо освещенной ночником, ничего не было.

Я уже хотела было повернуться обратно к зеркалу, как вдруг почувствовала сильную боль в запястье. Я закричала. Незнакомец из зеркала протянул руку и так крепко сжал мое запястье, что я чуть не заплакала от боли. От страха кровь в жилах словно застыла. Я дернулась, чтобы высвободиться.

Но мужчина продолжал удерживать меня, одновременно пытаясь дотянуться второй рукой. Лицо его становилось мягче, на нем даже появилась улыбка, а глаза светились, словно звезды.

Мое тело тем временем будто накрыло жутким ночным морозом. Я вырывалась так настойчиво, что у меня началась одышка.

– У тебя получилось, – сказал он, ступая на паркет моей комнаты одной ногой.

В страхе я хотела отбежать назад, но не смогла: он все еще сжимал мое запястье.

– У тебя получилось выпустить меня. – Он выглядел одновременно и удивленным, и довольным.

Я же, напротив, помертвела от ужаса.

– Что? Ка… как? – я заикалась, не в силах нормально говорить.

Он отпустил мою руку и шагнул в комнату второй ногой. Теперь он полностью вышел из зеркала. За ним все озарилось изумрудным светом, и спальню наполнило огромное туманное облако.

Смотритель Кошмаров, которого я освободила, расхаживал по комнате, а за ним двигался свет. Этот свет не пропадал, продолжая будто висеть в воздухе, оставляя своеобразный след после Смотрителя Кошмаров. Я же вся тряслась в такт ударам сердца и изо всех сил старалась не упасть.

Меня словно пригвоздило к полу, я не могла пошевелиться или сделать хотя бы шаг в сторону. Когда мужчина проходил мимо меня, я заметила, какой он высокий. Смотритель Кошмаров держался ровно и глядел прямо перед собой.

Я с любопытством наблюдала за ним. На его плечах была длинная мантия, которая тянулась за ним по паркету. Мне стало не по себе от этого шороха. Хоть его наряд и был старомодным, незнакомец выглядел великолепно.

Было что-то средневековое в его длинной черной тунике с открытым воротом. Она вполне подходила к его черным брюкам. Завораживающим был контраст этого наряда с блестящими длинными черными сапогами. В желтом свете ночника золотое шитье на тунике сверкало. Мантия держалась на плотных подплечниках, из-за чего плечи Смотрителя Кошмаров казались очень широкими. Рядом с ним я почувствовала себя маленькой.

Ножны на его бедре пустовали – кинжал был в руках.

Смотритель Кошмаров остановился около кресла рядом с окном и на каблуках повернулся ко мне. Мантия легко обвила его тело. Он смотрел прямо на меня из-под пряди белых волос, спадавшей на глаза.

Едва я зашевелила высохшими губами, собираясь что-то спросить, как он приставил указательный палец ко рту, будто просил меня помолчать.

Я снова послушалась и не стала ничего говорить. Сначала он принюхался. Затем поднес ладони к подбородку и соединил пальцы обеих рук. После немного наклонил голову и принялся бормотать слова, которые я совсем не понимала.

Теперь облако, окутывающее его пальцы, было не только черным. Комната окрасилась в изумрудный цвет. В страхе я отступила и снова чуть не упала.

Он медленно разомкнул пальцы. Вытянул руки на уровне плеч и повернул ладони к потолку. Светящиеся облака пыли теперь были в каждом уголке комнаты.

– Эй! – Я больше не собиралась выполнять его приказы. У нас был договор, свою часть я выполнила. Теперь была его очередь. – Эй!

Смотритель Кошмаров не ответил.

И телом и душой он был сосредоточен на том, что делал. Перестав шептать, он поднял голову, открыл глаза и посмотрел на меня.

– Три дня, – сказал он спокойно. – Три дня мне надо быть здесь, на человеческой земле.

– Что значит «здесь»? – Я не могла поверить своим ушам.

Что вообще происходит?..

– Здесь, – повторил он. – В твоем смертном доме.

– Да кто ты такой? – резко спросила я. – Следуй договору и отвечай на мои вопросы.

Он опустил руки, сделал шаг назад и уселся в кресло. Это меня взбесило. Я скрестила руки на груди, встала прямо перед ним и начала допрос:

– Отвечай.

– Ты знаешь, кто я такой. – Он пытался отвязаться от меня этим дурацким ответом, просто невероятно!

– Нет, не знаю! – закричала я. – Что ты такое?

Надеюсь, тот, на кого я так орала, все же не был божеством.

Он оставил мои крики без внимания.

У меня снова участился пульс, как тогда, когда я только его увидела. Стало тяжело дышать. Я не была уверена, отчего так колотится мое сердце: от злости или от страха. Я не могла мыслить логически и еле стояла на ногах. А еще пыталась унять панику, но все происходящее оказалось слишком большим грузом.

В отличие от меня, мужчина напротив был невозмутим. Руки он положил на подлокотники кресла и внимательно оглядел меня с ног до головы. Затем поднес правую ладонь к подбородку и потер друг о друга указательный и большой пальцы. Слова, вылетавшие из его рта, будто резали меня изнутри, но в то же время я успокаивалась. Пульс замедлился, паника ушла, разум вернулся. Я бы хотела, чтобы он делал это вечно: чувство было прекрасное. Не бояться, быть смелой, мыслить рационально… Ощущения невероятные!

– Теперь говори, – сказал он и опустил руку.

– Что это ты со мной делаешь?

– Вы очень нервные. Неясно, чего от вас ждать, когда вы боитесь. В такие моменты вам надо успокоиться.

Я хотела обидеться на подобное высокомерие, но не смогла – из-за его манипуляций с моим сознанием.

– Ты не можешь говорить обо мне, будто о каком-то животном!

Он опять не счел нужным ответить. Я решила, что будет лучше снова задать ему свои вопросы, нежели продолжать препираться.

– Что ты делал в зеркале? – спокойно задала я новый вопрос.

– Меня туда заточили, – ответил он коротко.

– То есть как? – Я присела на край кровати. – Почему?

– Долгая история. Я провел там около сотни лет.

У меня перехватило дыхание. Он говорил, что находился там почти на протяжении двух человеческих жизней.

– Каждый день был пыткой, – продолжил он.

– Здесь? – я указала на зеркало.

Он грустно опустил подбородок. Я хотела знать, почему его заперли именно в моем зеркале.

– Я будто застрял в чистилище, – задумчиво сказал Смотритель Кошмаров.

– Почему?

– Долгая история. – Он опять пытался уйти от ответа.

Я вздохнула.

– Ладно. А почему ты не вернулся в Отражающийся Город?.. – Не договорив, я заметила на среднем пальце его правой руки изящное кольцо. Было очевидно, что это талисман. – Что ты делаешь в нашем мире?

– Отражающийся Город, – повторил он, смеясь. – Миенас.

– Миенас?

– Это название страны пери… Миенас, – объяснил он. – А Отражающийся Город – это один из регионов Миенаса.

– Пери существуют… – тихо пробормотала я и уже громче спросила: – Так ты что, пери?

– Нет.

Я совсем запуталась. Некоторое время мы молчали, и я пыталась осмыслить все, что сейчас услышала.

– Но ты ведь сказал…

– Пери существуют, просто я не из них. Они – наш народ, жители трех королевств. А мы – мироны, высшие существа. Мы правим пери.

Я слушала его и размышляла, все ли правильно понимаю.

Это утомляло.

– А ты из какого королевства?

– Кейбос.

Хоть это и звучало очень круто, я никак не отреагировала на незнакомое мне название.

– Королевство Кейбос. Самое главное из всех королевств. Нам принадлежит все, и мы – ключ ко всему… Мы рушим и строим заново… Мы выжигаем и уничтожаем… Мы приносим смерть и даруем жизнь.

Я сглотнула. Мне снова стало трудно дышать, будто тени в его голосе обвились вокруг моей шеи. Сердце тут же забилось, словно птица в клетке.

– А другие королевства?

Он оставил и этот вопрос без ответа, и я перешла к следующему.

– А ты? – голос у меня дрожал. – Ты и есть Смотритель Кошмаров?

– Да, это я, – сказал он высокомерно. – Повелитель Дворца снов и кошмаров.

Я не могла ничего выговорить, будто язык проглотила, – просто стояла и смотрела на него. Тело сковало, а все слова вылетели из головы. Я не нашлась, что ему ответить.

– Почему ты не вернулся туда?

Он нахмурился.

– Я смогу вернуться только через три дня, – сказал он мрачно.

– Почему через три дня? – выпалила я. – Если ты такой всесильный, почему не вернулся сразу к себе во дворец?

– Я сказал, что был в заточении сто лет. – Тут он будто потерял терпение. – Время ослабило мои силы, сделало немощным. Точнее, у меня забрали мое пламя. То есть большую часть моих сил… – Он коротко вздохнул. – Через три дня, когда кровавая луна осветит ночь, мои силы, хоть и всего на несколько минут, вернутся ко мне.

– А что с твоим дворцом? С твоим народом?

– Не знаю, – при этих словах в его взгляде мелькнула грусть.

Если он был королем, то как его народ мог не заметить отсутствия правителя? Народ устроил бы бунт. В истории столько случаев, когда из-за подобных происшествий рушились целые империи.

– Как же так получилось? – Я сменила тему, и он тотчас посмотрел на меня. – Ты говоришь, что сто лет был в заточении в зеркале, но я вижу тебя впервые. Почему?

Конечно, если не считать множества раз, когда я видела его в ночных кошмарах.

– Не знаю, – ответил он коротко. Смотритель Кошмаров хотел, чтобы я отстала, или правда не знал? – Я думал, что буду гнить там вечно. Поэтому ты была моим единственным развлечением. Я много лет издевался над тобой во снах. – Он засмеялся. – Благодаря тебе я многое узнал о смертных. Жалкое существование длиною в двадцать лет. Вы не живете – вы только бегаете туда-сюда, чтобы выжить. Для меня было честью разнообразить такие скучные будни кошмарами.

– Должно быть, ты противный мерзавец. – Я заскрежетала зубами от злости, когда услышала, что он не только был причиной моих кошмаров, но и получал от этого удовольствие.

– Я Повелитель Хаоса, Кошмаров и Тьмы. Это и есть источник моего существования. – Он повел плечом, словно ничего не мог с этим поделать.

Я собралась было поругаться с ним, но передумала, потому что в голову мне пришел еще один вопрос:

– А загадка?

– Хранители Зеркал… Это было их требование. Когда меня заточили в зеркало, я исчез из воспоминаний всех вокруг. Поэтому никто и не пришел, чтобы меня спасти. Ведь меня никто больше не знал. Но я ухватился за связь, которая возникла между нами. Хранители поставили условие для моего освобождения – разгадать загадку.

Я совсем запуталась. Не обращая внимания на пронзающую боль в висках, я гадала, какая же связь могла быть между нами.

– Что за связь?

Он пожал плечами, давая понять, что не знает.

– Мое отражение… – Я замялась. – Почему пропало мое отражение?

Я боялась того, что услышу. Мне хотелось просто закрыть уши руками, но я должна была все узнать. Мне надо было понять, что происходит.

– Ты исчезаешь, – ответил он, вставая, – потому что проклятие зеркала задело и тебя.

– К-как? – В легких у меня не осталось воздуха, и от паники я захрипела: – Я…

– Да, – сказал он. – Сначала пропадет твое отражение. Затем и ты сама… Никто больше не вспомнит о тебе. А потом тебя, как и меня, заточат в зеркале… Ты окажешься в Зазеркалье. Оттуда не выбраться, но не расстраивайся…

– Почему?

Он выпрямился, словно что-то знал.

– Если бы ты была такой же, как я, – бессмертной, то это превратилось бы в бесконечную пытку. Но ты смертна. Твоя короткая жизнь быстро закончится, и ты умрешь там.

– Как мне спастись? – спросила я, чуть не плача.

– Не знаю. – Когда он произнес это, из моих глаз потекли слезы. – Если бы я знал, то не сидел бы там сто лет.

Он был прав.

У меня свело живот, но я не придала этому значения. Я впилась ногтями в ладони, чтобы не потерять сознание.

– Помоги мне, – сказала я, продолжая плакать. – Я не хочу в заточение.

Просто невероятно: я стою и умоляю о помощи древнее существо, в которое никогда не верила. Но после всего, что мне довелось увидеть, сомневаться в проклятии зеркала не приходилось.

– Я не могу тебе помочь.

Услышав отказ, я захлебнулась в плаче.

– Прошу, – взмолилась я. – У тебя есть могущество. Дворец, королевство… Помоги мне.

Он замер.

Не услышав ответа, я вытерла глаза тыльной стороной ладони и всмотрелась в лицо мужчины. Все было размыто, но я смогла разглядеть его задумчивое выражение.

Молчание длилось несколько минут, но в конце концов он снова заговорил:

– Пойдем со мной в Миенас.

Я всхлипнула и потерла глаза.

– Сейчас я слаб. Но когда вернусь в свою страну, заново обрету силу. Только тогда я смогу тебе помочь. – Он остановился.

– И?

– Все это время ты сможешь оставаться в моем дворце в качестве прислуги.

Мне показалось странным и глупым, что он хочет взять меня служанкой в свою страну, где полно пери.

– Я…

– Не говори мне, что подумаешь над моим предложением. – Он резко встал. Я тоже подскочила. – Ты правда считаешь, что у тебя есть другие варианты?

Смотритель Кошмаров был прав, но почему он так рассердился?

Я не была бессмертной, как он, и не собиралась проводить остаток жизни посреди пустоты в зеркальном заточении.

Тяжелыми шагами я направилась к зеркалу. Хотела проверить, увижу ли свое отражение.

Но его не было.

Я просто стояла напротив зеркала и не видела своего дурацкого отражения! Стиснув зубы, чтобы сдержать слезы, которые снова подступали к глазам, я решила глянуть на Смотрителя Кошмаров через плечо.

– Ладно, – сказала я дрожащим голосом. – Я пойду с тобой.

Так я могла спастись от зеркального проклятия и стать прежней. Неважно, сколько времени это займет. Если я планирую вернуть свою жизнь и прожить ее так, как хочу, то должна решиться на это.

Миенас был единственным выходом.

– Отлично, – сказал он, медленно кивая. – Я перед тобой в долгу за то, что ты спасла меня из зеркала. Не сомневайся, Рена, я отплачу тебе за это.

Он в первый раз обратился ко мне по имени. Мне стало зябко оттого, как он произнес мое имя своим холодным, словно ночные заморозки, голосом.

– Как тебя зовут? – спросила я, с тревогой разглядывая его лицо. На миг я забыла о проклятии. Может, было глупо интересоваться именем Смотрителя Кошмаров, но это был единственный вопрос, по-прежнему крутящийся у меня в голове.

– Ариен, – ответил он, и тьма вокруг него словно выбила эти буквы в моей памяти.

Про себя я повторила это имя: «Ариен».

Свидетель двадцати с лишним лет моей жизни. Повелитель Хаоса, Кошмаров и Тьмы.

Пока я смотрела в его глаза, отражавшие свет ночи, а мое сердце в страхе билось в груди, у меня возник еще один вопрос. Он сказал, что останется здесь на три дня, прежде чем отправится в Миенас.

Как я должна прятать Смотрителя Кошмаров на протяжении этих трех дней?

3. Зеркальное проклятие

Я сидела по-турецки на кровати. Ариен расположился в кресле и изучал меня.

Все мои мысли были о Миенасе, куда я согласилась отправиться, чтобы снять с себя проклятие зеркала. Что же это за место? Я уже пожалела, что так быстро приняла предложение Ариена. Все развивалось слишком стремительно. С одной стороны, заклинание Ариена успокоило мои чувства. И вместо того чтобы запаниковать и испугаться, я сосредоточилась на его рассказе и том, чтобы все это переварить. С другой стороны, все равно казалось, будто я поторопилась.

В заклинании Ариена были плюсы и минусы. Из плюсов: если бы не оно, я бы уже давно сошла с ума или умерла от остановки сердца. Из минусов: на сердце у меня все равно было тяжело. Внутренности словно сжимались, и очень хотелось кричать. Будто я приняла успокоительное… Бывает так, когда хочешь плакать, но не можешь. Заклинание Ариена вызывало именно такое чувство.

– Ты правда много лет наблюдал оттуда за моей жизнью? – Я посмотрела на Ариена, а когда мы встретились взглядами, указала подбородком на зеркало.

– К сожалению, да. – От его слов я вспыхнула от ярости. – Твоя жалкая жизнь была намного мучительнее проклятия зеркала.

Я открыла было рот, чтобы выругаться, но передумала. Вполне возможно, он был не таким, каким казался, и ему ничего не стоило рассечь мое тело пополам клинком, который он держал в руке.

Еще несколько минут мы сидели в тишине. Я успела успокоиться и решила сменить тему, задав другой вопрос:

– Почему тебя заточили в зеркало?

Он положил указательный палец на кинжал, который внимательно изучал, а другой рукой держал ножны. На миг я подумала, что он делает вид, будто не слышит, и отвернулась. Через минуту я вздрогнула от голоса Ариена:

– Дух зеркала… – Он замолчал. Лицо его побелело.

– А?

Он ничего не ответил и прищурился так, что тень от длинных ресниц упала на его темно-синие, цвета ночи, глаза. Его взгляд стал более пугающим, и я подумала, что сглуплю, если продолжу задавать ему такие вопросы.

Я опустила голову и стала изучать свои руки, сплетенные в замок. Мой взгляд упал на пижаму с глупым рисунком, которая была на мне. Я прикусила губу. Мне стало вдруг стыдно оттого, что я сижу напротив Лорда Кошмаров, прибывшего из королевства Миенас, в странной зеленой сатиновой пижаме с дурацкими зебрами.

Не поднимая головы, краем глаза я посмотрела на него и увидела, что он все еще наблюдает за мной. Я с восторгом изучала его наряд. А он, уверена, посчитал мою пижаму такой же глупой, как и моя жизнь.

Вздохнув, я прогнала эти мысли из головы, потому что для беспокойства у меня были проблемы посерьезнее. Например, я не знала, когда начнет действовать проклятие, из-за которого мне предстоит попасть в Зазеркалье и остаться гнить там навечно.

Я сглотнула и, почувствовав, будто мое горло царапали тысячи осколков, скривилась от боли. Мне необходимо было поговорить с Ариеном, чтобы найти ответы на свои вопросы и немного отвлечься.

– Так я твоя спасительница?

Он посмотрел на меня так, будто я была какой-то букашкой. Мои страхи вновь ожили, несмотря на его заклинание. Но отступать я не собиралась. Ведь я спасла его из заточения. Кроме того, он сам признал, что благодаря мне избавился от вечных пыток.

– Можно и так сказать.

«Можно и так сказать»? Мерзавец.

– То есть ты обязан мне жизнью? – Я хотела усмехнуться, но, увидев его грозный взгляд, тут же приняла равнодушный вид. И правда, ляпнула ерунду. Разве мог бессмертный быть обязанным мне жизнью?

Он не снизошел до ответа. Этим бессмертным, свысока смотрящим на людей, не помешало бы научиться для начала нормально общаться! Я просто поверить не могла, что нахожусь у себя в спальне с существом, которое было настолько грубым и невоспитанным.

Уже несколько часов я пыталась убедить себя, что это какой-то кошмар, я вот-вот проснусь – и все вокруг меня пропадет. Но проклятие зеркала и Ариен были настоящими. И все это происходило здесь, в моей комнате.

– Ты должен рассказать мне.

– Что ты хочешь узнать? – Он напрягся. В его осанке чувствовалась древняя сила. Каждый миг, когда я начинала думать, что все это просто страшная шутка, его аура словно била меня по лицу и приводила в чувство.

– Всё.

– Ты многого не поймешь, – снова эти уничижительные взгляд и тон.

Я глубоко вдохнула от ощущения, что стараюсь напрасно, и замолчала. Все, чего мне хотелось, – получить ответы на вопросы и хоть немного разобраться в происходящем. Но Ариен отказывался мне помогать.

– Ты ведь можешь менять свой облик? – я снова попытала удачу. Он уставился на меня так, будто ждал пояснения, и я продолжила: – В моих кошмарах ты превращался в змею и обвивал ногу. Ты и правда умеешь так?

– Жители Кейбоса не меняют обличья, – он выгнул бровь, будто ему стало противно. – Это удел народа королевства Оррения.

– Королевство Оррения?

– Да. – Он шумно дышал через нос, но не выглядел рассерженным. – Грязь и слизь – это их стихия. Они обожают менять свой облик. – Он скривил губы. – Кроме того, не я превращался в змею в твоих снах, а Энфер.

Это имя я слышала впервые. Неужели был еще кто-то, кто мог управлять моими кошмарами?

– Энфер? – спросила я, нахмурившись. В моем голосе звучало любопытство. – Это еще кто?

– Мой главный хранитель. И мой самый преданный слуга. Энфер может менять облик. В большинстве случаев он охраняет мои земли в обличье ворона. Летает вдоль границ королевства. Проще говоря, обеспечивает безопасность с воздуха.

Первый раз он объяснял что-то так долго. Я в удивлении слушала его, открыв рот. И кивнула в знак того, что поняла.

– Энфер из Оррении?

Если так, то почему он служит другому королевству?

– Да, много лет назад он был пери из народа Оррении. Но он оставил свое королевство и спрятался у меня. Это запутанная история… – Очередная долгая история, о которой он не хотел рассказывать.

– И все орренийцы могут менять обличье?

– Нет, – ответил он почти сразу. – Только те, кто из королевства. И те пери, которые были выбраны и обучены на благо королевства… Народ этого не умеет. В каждом королевстве есть разные по силе и влиянию классы. Чтобы попасть в тот или иной класс, пери проходят отбор по способностям. Когда завершается их обучение, они поступают на службу королевству.

– Классы? – В моей голове крутилась новая информация, и эти знания буквально бились друг о друга и падали.

– Ты не сможешь узнать обо всем за один день. Да и не нужно тебе это, дитя человека, – сказал он презрительно. – Миенас таких, как ты, проглотит, уничтожит. Ты и так там недолго пробудешь.

Я пробормотала что-то вроде того, что все поняла, но мой мозг по-прежнему старался сложить пазл из новых фактов. С одной стороны, я пыталась усвоить то, что Ариен рассказал мне о Миенасе. С другой – размышляла, как спастись от проклятия зеркала, ведь даже Ариен не смог избавиться от него в течение сотни лет.

Меня охватило уныние, я пыталась не думать о том, что хотела узнать у Ариена. Я оперлась спиной на изголовье кровати, вытянула ноги и сложила руки на груди. У меня все еще болела голова, и с этой болью я погрузилась в тишину.

– Это всё?

Я с удивлением посмотрела на Ариена.

– Кому-то тут стало скучно? – захихикала я. – Если ищешь, с кем поболтать, позови Энфера.

Он убрал пальцы со стального кинжала, откинул назад прядь волос, которая спала на его ресницы, и ни разу за это время не моргнул. Он смотрел на меня, и в глазах его светился гнев.

– Он во Дворце снов и кошмаров. Он забыл обо мне, как и все остальные.

Я вздрогнула, так как не ожидала, что он ответит.

– У меня в сердце колет, – сказала я и надавила кулаком на грудь в надежде, что боль ослабнет. Но это не помогло, только хуже стало, аж лицо перекосилось.

– Твои страхи ждут момента, – заметил он.

– Ты их выпустишь?

Сделай он это, я бы жутко страдала и осталась под обломками смешанных чувств. Я бы не выжила под таким грузом.

– Если ты хочешь…

Он еще не закончил мысль, но я уже помотала головой.

– Нет, не хочу, – спешно проговорила я. – Не думаю, что справлюсь с этим.

На этот раз он кивнул, гневно вынул кинжал из ножен и направил его прямо на меня. Я выпрямилась и в панике села в кровати на колени. С испугом я наблюдала, что же он сделает дальше. У меня пересохло во рту так, что стало трудно говорить.

– Ты что делаешь? – с визгом спросила я.

– Ничего. – Он закрыл один глаз и держал меня на мушке. Я замерла. Через миг он уже опустил руку, убрал кинжал в ножны у бедра и снова откинулся на спинку кресла.

Я поняла, что боялась напрасно, расслабилась и тоже откинулась, но на изголовье кровати.

– Когда ты схватил мое запястье, я подумала, что ты потянешь меня в зеркало, – озвучила я свои мысли, но тут же столкнулась с презрительным взглядом Ариена.

Он склонил голову к плечу с таким выражением, будто просил высшие силы даровать ему терпение. На миг он закрыл глаза, вздохнул и облизнул нижнюю губу. С коммуникацией у него явно проблемы. После тысячи прожитых лет он считает разговор с двадцатитрехлетним человеком бесполезным. Какое жуткое неуважение с его стороны.

– Прежде чем называть людей злыми, ты должен придумать, как тебе самому быть более вежливым.

По его выражению лица было ясно, что он ничего не понял. Он смерил меня быстрым взглядом, и все это время про себя я молила о том, чтобы он не перерезал мне глотку своим кинжалом.

– Спи уже, – сказал он с дьявольской улыбкой. От этой гримасы сердце стало биться сильнее.

– С чего бы это? – храбро парировала я. – Чтобы ты преспокойно издевался надо мной во сне?

Я подняла брови, словно требовала отчета, и ждала, что он ответит.

– Да.

– Почему ты не ищешь себе место для ночлега? – начала ругать его я. – Через три дня придешь и заберешь меня.

Он не ответил. Вот бессовестный!

Я больше ни о чем спрашивать не стала, так как он раздраженно запрокинул голову. Еще вчера я была обычной девушкой, которая видела дурацкие кошмары, работала в лавке своего дедушки, жила вместе с собакой и общалась с лучшим другом. А сейчас я оказалась проклята и разговаривала об этом со Смотрителем Кошмаров.

– Ты управляешь всей страной?

Он покачал головой.

– То есть существуют и другие лорды?

Вдруг я подумала об Эрине. Если бы все это случилось не со мной, а с ним, он бы сошел с ума от счастья. Одно из древних существ, которыми он так восхищался, стояло прямо передо мной. И было настоящим.

Кстати, а где же Эрин с Герой?

– Страной управляют три королевства. У каждого королевства свои границы. Никто не имеет права пересекать их без разрешения. Ни народ, ни обитатели дворцов. Никто, – он говорил резко, но глаза выдавали его. Напротив меня сидел встревоженный лорд, который не видел дворец сотню лет и не знал, в каком состоянии находятся его владения.

– Как думаешь, что тебя ждет, когда ты вернешься?

Вообще-то мы оба знали ответ. Судьбу королевства, оставшегося без правителя, представить нетрудно. Судьбу довольно кровавую…

– Ты говорил, что после заточения в зеркало о тебе все забыли… Но раз твой плен кончился, их воспоминания вернулись, да? Как думаешь, твой народ вспомнил тебя?

Я задавала вопросы один за другим, а он не успевал на них отвечать, но в один момент мы замолчали, потому что внизу хлопнула дверь.

– Рена! – это был голос Эрина.

Я вскочила с кровати. От охватившей меня паники я не знала, что делать.

– Рена!

– Избавься от них!

Я зло оглянулась, чтобы посмотреть на отдавшего приказ, но он даже не смотрел в мою сторону.

– Как? – только и смогла спросить я. – Да и зачем?

Он поднял левую руку с подлокотника и протянул ее вперед. Изящным движением он согнул запястье, и его пальцы вдруг задвигались в каком-то своем ритме. Из кончиков пальцев потекла тьма и очень быстро – я даже не успела ничего сообразить – закрыла мою комнату на ключ. Я стояла и от увиденного не могла даже пошевелиться.

– Отправь их обоих!

Мало ему было рассказывать мне всякое весь вечер, так он еще приказывать начал, не собираясь объясняться! Мне же было важно понять, зачем мне исполнять его повеления.

– Скажи почему.

Заметив, как сильно он сжал кулаки на подлокотниках кресла, я поняла, что терпение его на исходе. Он встал, что-то бормоча, и сделал пару шагов. Несмотря на то что он был в паре метров, на меня упала его тень.

Смотря мне в глаза, он осторожно шагнул в мою сторону и встал прямо передо мной. В этот момент меня охватила сильная тревога, и я попыталась унять стук собственного сердца.

Вдруг он наклонился ко мне. От страха я перестала дышать. Вообще я не была коротышкой, но рядом с ним выглядела малюткой. Темнота его тени сгущалась и мешала мне дышать.

Он протянул голову к моему плечу, лизнул мое ухо. Тишину нарушало его шумное дыхание.

– Потому что мы не одни в этом доме, – тихо прошептал он, но в моей голове будто забили колокола. – Избавься от них, кем бы они ни были.

Он отпрянул и выпрямился.

– Но… – начала было я, потому что совсем ничего не поняла.

Ариен понюхал воздух, а затем пробормотал:

– Волшебство.

И еще несколько раз втянул ноздрями воздух:

– Здесь есть кто-то еще. Я чувствую его запах.

– Что? – вскричала я, и Ариен тут же нахмурился. Я растерянно посмотрела на дверь и спросила, повернувшись к нему: – Где? Какое еще волшебство?

Внутри у меня все напряглось от тревоги, дыхание замедлилось, и закружилась голова.

– Эрин, – прошептала я и почувствовала, как от холода в животе треснул голос, – мой самый близкий друг.

Я беспомощно посмотрела в глаза Ариену.

– Это Эрин пришел? – спросил он таким тоном, будто знал его вечность. Мне сначала показалось, что Ариен насмехается надо мной. Но ведь он правда знал Эрина много лет… Он был свидетелем всех наших разговоров, даже самых ужасных и постыдных. Минуту… Ариен знал и обо мне абсолютно все!

– Мог прийти кто-то еще? – Я вздрогнула от его голоса.

И помотала головой – чтобы прогнать эти мысли из головы и ответить на вопрос Ариена. Голос снизу был голосом Эрина и никого другого.

– Отправь их, – повторил он, и я почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

Вся моя жизнь была построена на лжи. Я только что узнала большую тайну самого близкого друга. Ариен чувствовал исходящий от него запах волшебства.

Я нахмурилась от удивления и даже не подумала скрыть это от Ариена. Мне уже надоело изображать равнодушие. Каждая следующая его фраза повышала накал ужаса в моей душе.

– Ты уверен? – спросила я и, не дожидаясь ответа, задала новый вопрос: – Эрин тоже один из вас?

– Возможно.

– Что это значит? – меня переполняла злость. – Ты можешь сказать точнее?

– Внизу Эрин и твоя собака, – ответил он, и я кивнула. – Один из них не из этого мира.

– Что? – во рту пересохло. – То есть как? Ты хочешь сказать, что Гера может быть пери?

Я еще не оправилась от удивления, что Эрин может быть пери, а сейчас мозг просто отказывался понимать, что им мог оказаться Гера.

– Отправь обоих, – он смотрел мне в глаза и ждал, что я повинуюсь.

Я помотала головой, будто отвергая все его слова и все происходящее.

– Нет, – пробормотала я, не обращая внимания, как изменился тон моей речи. – Это неправда, нет.

Мой дрожащий голос покинул тело, слабо просочившись сквозь холодные пальцы Ариена. Он сжал мое горло рукой – и я снова смогла заговорить, хотя и с трудом.

– Оставь меня! – От злости я ударила его коленом в живот и, бросившись прочь, освободилась от гнета его тела. – Ты лжешь! – выдавила я сквозь зубы. – Ты не имеешь права вмешивать их в свои игры!

– Глупая девчонка! – Он отвесил мне оплеуху. – Только подумай: из-за проклятия зеркала они хотят до тебя добраться. Зачем мне тебе врать?

– Да, но почему?

В его глазах цвета полуночи все было ясно как белый день.

– Делай что я говорю.

– Нет.

– Они пришли из Миенаса, – его глаза светились от злости. – За тобой.

– Что? Зачем? – я заикалась, от сухости у меня жгло в горле и было трудно говорить. Как такое вообще возможно?

– Я чувствую его запах. – Он посмотрел на дверь словно охотник, лежащий в засаде и услышавший какой-то шорох. – Это оррениец, которого отправили за тобой.

– Но что им от меня надо?

Зачем моему самому близкому другу или моей собаке за мной следить?

– За тобой пришел Пронзающий Души.

– Что за Пронзающий Души? – я закричала, поскольку уже не могла сдержаться.

Ариен тут же бросился ко мне, закрыл мой рот рукой и прижал меня к себе. Я вздрогнула от ледяного холода, который исходил от его тела.

– Лорд Родас, – прошептал он сквозь зубы, словно даже говорить было опасно. – Он лорд Дворца душ и земли. И в то же время он Пронзающий Души. Должно быть, он направил за тобой одного из своих слуг.

Это было самым разрушительным и опустошающим, что я узнала за сегодня. С Герой я пробыла год, с Эрином вообще много лет. Они оба занимали особое место в моей жизни. Без них я себя не представляла.

– Что будем делать?

– Попроси своего друга уйти домой. И собаку пусть заберет, – подбородком он указал на дверь. – Не думаю, что он почувствовал мой запах, так как я еще слаб. Но если он подойдет ближе к комнате, то может в любую секунду обнаружить меня.

У меня кольнуло в сердце, когда я услышала лай Геры, и я не смогла сосредоточиться на том, что говорил мне Ариен.

– Он и так думает, что я сплю. Если буду молчать, ничего не случится, – прошептала я.

– Собака может захотеть в комнату, – ответил он, поднимая брови. – Им нужно уйти из дома.

– Что будет, если он узнает о тебе?

– Мне придется его убить, – резко ответил Ариен. – По соглашению между королевствами, если я убью кого-то из другого королевства, то будет запущено право кровной мести.

На секунду он замолчал, но я понимала, что его рассказ не закончен.

Тишина затянулась, поэтому я в нетерпении спросила:

– И?

– Если королевство убитого потребует права кровной мести, вместо того чтобы воевать с нами, нас будут судить. Если будет решено, что убийство совершено неправомерно, мне нужно будет выбрать кого-то из своего народа, одинаковой ценности с убитым, и принести его в жертву.

Я слушала Ариена открыв рот. От таких жестоких традиций у меня сперло дыхание.

– Не слишком ли это первобытное понимание справедливости, а?

Он пожал плечами, давая понять, что это не очень-то и важно:

– Забравший жизнь должен взамен отдать жизнь. Так заведено с самых первых веков.

Я удивилась еще больше.

Меня охватил ужас, и я замолчала. У меня не было слов, потому что все они покинули разум и оставили меня в одиночестве.

– Они поднимаются.

Я нахмурила брови, потому что ничего не слышала. Видимо, он чувствовал все на более тонком уровне, поэтому замечал и воспринимал все раньше.

– Поторопись!

Он не выглядел встревоженным. Скорее, ему было все равно, просто не хотелось марать руки в крови.

Я глубоко вдохнула и прерывисто выдохнула через рот, стараясь сохранить спокойствие. Открывая дверь ключом, я через плечо бросила взгляд на Ариена. Он внимательно наблюдал за моими движениями.

Когда я вышла из комнаты, шаги Эрина слышались уже довольно близко. В панике я захлопнула дверь и на носочках добежала до лестницы. Эрин заметил меня на полпути и остановился.

– Я забыл, что ты спишь, – улыбнулся он. – Извини, что громко звал тебя. Разбудил?

– Нет, – прошептала я, пытаясь спрятать за уши свои взъерошенные волосы. Проблемы у меня были не только с волосами: в голове перемешались все мысли. Только вот кто их приведет в порядок?

– Ты в норме? – спросил он, тщательно и с подозрением изучая мое лицо. – Какая-то ты бледная. И глаза странные… Будто испугалась чего-то.

Я улыбалась, чтобы скрыть волнение. Вдруг мне в голову пришла одна мысль, и я начала спускаться по лестнице. Дойдя до Эрина, я взяла его под руку и потащила вниз. Он задавал вопросы один за другим, но я пропускала их мимо ушей, пока мы не дошли до гостиной.

Все было хорошо, пока я не заметила сидящего на полу в холле Геру. Земля ушла из-под ног, когда я увидела его невинную мордашку. Год я любила его больше себя, он был самым дорогим мне существом… Словно родным ребенком.

Один и тот же вопрос крутился в моей голове, и от этого вопроса мне становилось дурно.

Что бы ранило меня больше? Если бы шпионом оказался Эрин или Гера?

Я не думала, что смогу ответить. Мне было бы одинаково больно, кто бы из них ни оказался шпионом, посланным королевством Оррения.

Эрин ворчал, потому что я тащила его за руку, а Гера тут же подбежал, запрыгнул грязными лапами мне на плечи и стал облизывать мое лицо.

– Гера! – сказала я глухим голосом. – Сынок… Родной мой.

Это могли быть последние минуты, когда я так к нему обращалась. Или последние минуты, когда я разговаривала с Эрином. Не ночь, а самое настоящее проклятие. Моя жизнь просто перевернулась с ног на голову. Я узнала о Смотрителе Кошмаров, о том, что меня могут заточить в зеркало, если я не поеду в Миенас, о том, что целый год со мной рядом находился шпион. Не представляю, как все это вынести.

Я погладила Геру по шее, поцеловала в макушку и встала.

– Идем, – прошептала я Эрину и повела его в гостиную.

– Ты расскажешь мне наконец, что происходит, Рена? – Эрин был слишком нетерпеливым и любопытным и больше уже не мог сдерживаться.

– Спокойно, – тихо произнесла я и через плечо посмотрела на Геру.

Он улегся на полу, положил голову на передние лапы и пытался уснуть. Я улыбнулась его невинной позе.

Эрин потряс меня за руку, и я, собравшись с духом, повернулась в нему. Еще на лестнице я придумала дурацкую отмазку и, чтобы быть более убедительной, решила озвучить ее, опустив глаза, будто сильно стесняюсь.

– Я…

– Да?

– Я была не одна, – от стыда у меня покраснели щеки. – Наверху…

– Кто? – Эрин спросил с выражением, полным ужаса. Некоторое время я смотрела на него, ничего не понимая. – Кто наверху?

– Нэйт, – улыбнулась я, а про себя молилась, чтобы он поверил. – Он позвонил после того, как ты ушел. Сказал, что на вечеринке ему стало скучно, и спросил, хочу ли я провести время вместе.

– И?

– Я сказала, что дома одна, и пригласила его сюда, – хоть мои слова и были неправдой, но от стыда я не могла смотреть Эрину в глаза.

– Это что, шутка? – удивился он. – Вы сейчас… с Нэйтом наверху…

– Да, – подтвердила я и нахмурилась. – Именно поэтому я так быстро с тобой спустилась вниз.

– Я, значит, иду гулять с Герой, а ты тут же домой кого-то зовешь? – он поднял брови и посмотрел так, что мне стало не по себе.

– Не кого-то, а парня, который мне нравится, – ответила я. В ответ Эрин наградил меня презрительным взглядом. Я же старалась не обращать на это внимания, так как историю с Нэйтом придумала только для того, чтобы спровадить Эрина домой.

– Я же тебе говорил, – разозлился он. – Я же говорил тебе, что он хочет только переспать с тобой. И ты повелась?

Он тяжело вздохнул.

Эрин всегда читал мне целые лекции о том, какой Нэйт мерзавец и что ему не нужны серьезные отношения. Я же Нэйта всегда защищала. Сейчас этот спор оказался для меня спасительным.

– В смысле, это мое желание, – парировала я. – Мне не нужны серьезные отношения. Не переживай, я не мечтаю выйти за него замуж.

– Дура, – сказал он, словно выплюнув это слово. – Дура ты.

– Я просто развлекаюсь, – продолжила врать я. – Поэтому прошу самого милого и самого близкого своего друга немного подсобить мне сегодня.

Я посмотрела на него щенячьими глазами, пытаясь выглядеть как можно милее. Этому я научилась у Геры.

Эрин, ничего не сказав, закатил глаза. Я почувствовала, что у меня подступают слезы, поэтому быстро отвернулась. Как хорошо, что в гостиной не горит свет. Почти все мое лицо была скрыто в темноте, поскольку в гостиную сейчас падали лишь лучи от люстры в холле. Мы с Эрином слишком хорошо знали друг друга: если бы свет был включен, он сразу бы догадался, что что-то не так, и начал бы пытать меня вопросами.

– Ладно, – сказал он обреченно.

Я взяла его за руку и тихонько погладила.

– Спасибо, – прошептала я. – За меня не волнуйся, хорошо?

Я вздрогнула от холода, который пронзил мою ладонь, и по всему телу пошли мурашки. Мне тут же вспомнился холод, исходящий от Ариена, но тело Эрина было ледяным, потому что он вернулся с улицы.

Мы вместе вышли из гостиной, и Эрин тут же направился к гардеробной. Он достал из ящика поводок Геры, который совсем недавно туда положил. А я стояла у лестницы и наблюдала, как мой лучший друг надевает на моего сыночка поводок. Будто прощаясь с ними…

Гера обрадовался, что снова пойдет на улицу, и весело бегал туда-сюда, виляя хвостом. Мне хотелось схватить его и заплакать, и, чтобы не дать волю слезам, я прикусила нижнюю губу. Как делала уже много-много минут…

Эрин сначала собрал Геру.

Высвободившись из рук Эрина, Гера весело прыгнул в мои объятия. Я крепко его поцеловала, взяла за передние лапы и подняла на задние, затем хихикнула. Но смех получился каким-то горьким, поэтому я даже не посмотрела на Эрина и продолжила гладить Геру.

– Хорошо тебе развлечься, крошка.

Я отпустила лапы Геры.

Эрин достал кошелек из заднего кармана брюк и подошел ко мне. Когда он протянул мне то, что было у него в руке, я изумилась.

– Ты должна быть осторожна, – сказал он очень серьезно. – Сейчас не то время, чтобы становиться матерью.

– Эрин! – от неловкости я готова была провалиться сквозь землю. Вообще я стыдилась не этих вещей, а того, что из-за своего вранья выглядела в глазах лучшего друга легкомысленной девушкой, которая только и делает, что выжидает подходящий момент, лишь бы зазвать в дом мужчин, пока никого нет.

– Не нужно стесняться. – Он потрепал меня по плечу. – Будет ужасно, если ты родишь в двадцать с небольшим.

Я закатила глаза, но взяла то, что было у него в руке, и засунула в карман пижамы. Затем сложила руки на груди и стала ждать, пока они уйдут.

– Ну, мы побежали, – сказал он, уходя. Я помахала им рукой.

Когда дверь закрылась, я вздохнула и, выключив свет в прихожей, направилась к лестнице. Я сразу пошла в комнату – сколько же всего мне надо узнать у Ариена. Особенно об Эрине и Гере…

Открывая дверь, я громко спросила:

– Вы что, можете преспокойненько, когда захотите, являться в наш мир?

Хоть мы и были в доме одни, я все равно закрыла за собой дверь.

Когда же я повернулась, то не увидела Ариена на прежнем месте. Я посмотрела на кресло.

Его не было.

У меня стучало в ушах. Весь мир словно ушел у меня из-под ног, когда я поняла, что нахожусь в комнате совершенно одна.

Смотритель Кошмаров исчез.

Ариен, которого я спасла от вечного заточения в зеркале, бросил меня в руки проклятия и испарился.

4. Истлевшая тайна

Тьма…

Черная тьма…

Прошлым утром я была обычным человеком, а уже ночью сидела на кровати проклятая и лишенная отражения. Сидела и не обращала внимания на то, как мысли, словно ядовитый плющ, опутывали мое тело и душу.

Мой самый близкий друг мог быть подосланным пери.

Моя собака, которую я любила больше жизни, могла быть подосланным пери.

После своего спасения из многолетнего зеркального плена меня оставил Смотритель Кошмаров.

Проклятие зеркала могло поглотить меня в любой момент.

В эту ночь я поняла, что моя жизнь уходит в пустоту, а я ничего не могу сделать, кроме как вот так сидеть и наблюдать за этим. Я осталась совсем одна. И как назло, на меня опять свалились все мои страхи, которые Ариен так прекрасно погасил своим волшебством.

Я сидела на кровати по-турецки, когда вдруг решила посмотреть в напольное зеркало в надежде увидеть свое отражение. Какая-то часть меня считала, что во всем виноват Ариен, а раз его нет, то все должно стать как прежде. Споря сама с собой, я повернулась к зеркалу – и, замерев, ощутила приступ жестокого разочарования.

Моего отражения там не было – и сердце окутали страх и печаль.

Я не собиралась искать способ самостоятельно попасть в Миенас. Мне было неведомо, возможно ли это вообще. Еще несколько часов назад я отрицала факт существования этих миров, а сейчас думала, как избавиться от проклятия, которое выбрало меня своей жертвой.

– Я ошиблась, – буркнула я себе под нос и вцепилась в одеяло. – Я должна была сначала получить ответы на все вопросы и только потом выпустить его.

Когда я отгадывала загадку, то даже не представляла, что меня ждет. Я, как дура, поверила ему и сделала все, что он говорил.

Мне надо было уснуть. Может, все это было частью кошмара, и, когда настанет утро, мы с Эрином будем есть на кухне блины и, смеясь, обсуждать все это.

Надеюсь…

Молясь о том, чтобы это желание из самых глубин моего сердца исполнилось, я откинулась на спину, но тут же поднялась, потому что под головой почувствовала плюшевого медведя. От его глаз, которые впились мне в спину, стало неудобно, даже больно. От злости я с силой швырнула игрушку в темноту, даже не глядя куда. Вообще я хотела выместить всю свою злость на Ариена.

– Эй, полегче, – от этого голоса, который совершенно внезапно раздался из темного угла комнаты, я зашлась в крике. Но через короткое время сияние, наполнившее пространство, поглотило все мои страхи.

– Почему вы, люди, такие? – Мое сердце на минуту остановилось от холодного голоса Ариена, и я тут же зашлась в приступе кашля. Я поверить не могла, что Ариен был здесь.

Мое горло разрывало от кашля, я была уверена, что от приступа стала пунцовой. Из глаз текли слезы.

– Вам никакие враги не нужны, – он продолжал бормотать. – Ваша глупость и становится вашим концом. Всегда…

Я была уверена, что последние его слова – намек на что-то, но от кашля у меня уже болели легкие, и не было возможности спросить у Ариена, что он имел в виду.

– Постой-ка, – сказала я, вытирая слезы. – Это сон или правда? Ты разве не ушел?

Все перемешалось. Я могла поклясться, что была совершенно одна, когда зашла в эту комнату. Куда же он уходил и когда успел вернуться?

– Правда, – комнату наполнил его объемный голос, в котором было множество оттенков.

– Поклянись! – Только сболтнув это, я поняла, насколько глупую вещь сказала. Но было уже поздно, поэтому я просто прикусила нижнюю губу, ругаясь про себя.

Несколько секунд между нами была тишина, но после я не увидела, а практически услышала его насмешливую улыбку, когда он сделал вдох через нос. Я нахмурилась и откинула назад волосы, упавшие на лицо. Несмотря на то что невидимая сила в его глазах пыталась справиться со мной, я продолжила:

– Докажи, что мы не во сне.

Забирая мои страхи, Ариен хотел, чтобы я мыслила рационально. Я же, наоборот, становилась дурой и испытывала его терпение.

– То есть это… Ты, должно быть, подкован в этих вопросах. Твои кошмары очень реальны, и я не могу отличить явь от сна.

Глупая Рена, глупая…

Я сама не знала, чего добивалась, делая Смотрителю Кошмаров такие комплименты, но в одном я была уверена: у меня отлично получалось проваливаться сквозь землю.

– Если бы ты сейчас спала, я бы управлял всем вокруг. Будь уверена, первым делом я бы заткнул тебе рот.

Я не знала, как ответить на эту насмешку в его голосе, в которой чувствовался отзвук гнева.

– Куда ты уходил?

Я не ожидала от себя этого вопроса. Если я хотела что-либо разузнать, то мне нужно было сделать все так, чтобы не разозлить его. Потому что я не знала, на что и как он отреагирует.

– Я уходил, чтобы узнать, кто из них шпион, – отвечая на мой вопрос, Ариен снова играл со своим кинжалом. – По правде говоря…

Он замолчал и, вздохнув, решил не продолжать:

– Забудь, неважно.

– Что?

– Все, что я скажу, будет слишком странно для твоего мира. Забудь, – объяснил он, и я не смогла сдержать смех.

– Все, что со мной произошло сегодня, было слишком странно для моего мира. – Я пожала плечами, скрестила руки на груди и поджала губы так, чтобы дать понять, насколько тяжелым был груз всего пережитого за этот вечер. – В моем мире ни у кого не пропадает отражение, а из зеркала не выходит Смотритель Кошмаров, никто не оказывается проклят просто так.

– Самое большое ваше проклятие – жить в этом мире. – Презрительного выражения его лица я не видела, но с легкостью представила себе.

Ариен мог быть прав, но бесило, насколько он был высокомерен и произносил эти слова как оскорбление. Кому-то надо было осадить наглого Смотрителя Кошмаров.

– Ты можешь колдовать, живешь уже кучу тысяч лет, ты лорд у себя в стране, но не думай, что можешь так просто оскорблять других.

От злобы у меня все тело напряглось, словно натянутая тетива. Я со страхом сжала кулаки, готовясь защищать себя.

– Повелитель.

Ах вот оно что. Он повелитель. Пфф!

Повелитель Дворца снов и кошмаров…

Пока мое робкое дыхание срывалось с губ, я пыталась, прищурив глаза, разглядеть во тьме Ариена. Я была уверена, что разозлила его. И все равно хотела увидеть выражение его лица.

– И что мы будем сейчас делать? – я сменила тему разговора, так как чувствовала, что пора положить конец повисшему между нами молчанию.

Не дождавшись ответа, я оперлась на локоть и потянулась, чтобы включить ночник, который был позади меня. Я нажала кнопку – и комната озарилась желтым светом.

Когда я повернулась обратно, Ариен внимательно смотрел на меня и, наверное, думал, какая же я жалкая. Именно об этом могло думать такое высокомерное существо, как он.

– Мы будем ждать кровавого полнолуния, – ответил он спокойно.

– Знаю, – огрызнулась я. – До этого времени что мы будем делать?

– Ты будешь как можно меньше говорить и не будешь беспокоить меня.

Он сидел в моей комнате, да еще в самом ее центре, и так со мной разговаривал! У меня опять все внутри вспыхнуло от гнева, и я нахмурилась.

– Да что ты! – сказала я слишком высоким голосом, который звучал неприятно, но мне было все равно. – Тебе разве не нужно быть благодарным за то, что я спасла тебя? В твоем дворце разве не учат вежливости?

– Мы прежде всего учимся уважению.

По крайней мере, он мог говорить с подколами, когда хотел.

– Я спасла тебя из заточения. Ты должен уважать меня!

И вообще должен на колени встать, лорд недоделанный, ты мне жизнью обязан!

– У меня нет уважения к тем, кто ниже меня по статусу, – сказал он, чеканя слова. – Это ты меня уважать должна. Например, можешь называть меня «мой господин».

– Ты не мой господин, – огрызнулась я, но он только улыбнулся. Его улыбка была той самой, от которой становится не по себе.

– Если хочешь быть заточенной в зеркале, то, конечно… – начал угрожать он, и я поняла, что Ариен настоящий тиран. – Не забывай, чтобы жить, тебе нужен я.

По его тону было ясно, что с ним лучше ладить.

Я не стала ничего отвечать. Мне хотелось наговорить ему много всего, но я все-таки решила промолчать и проглотить все свои слова. Я уставилась на картину, которая висела над туалетным столиком, и стала ждать, когда гнев внутри уляжется.

– Завтра мне нужно на учебу. У Эрина тоже пары, поэтому Гера должен вернуться домой. Что будем делать? – Я оторвала взгляд от картины и повернулась к Ариену.

Он крутил в руках кинжал и, посмотрев на меня, поймал мой взгляд на лезвии. Несмотря на слабый свет в комнате, изумруд на рукояти отразился в его глазах.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Notes

1

Пери – волшебные существа в турецкой мифологии. Можно сравнить с феями или эльфами. Тут и далее примечания переводчиков.

Вернуться