Юнь Мо
Демонизация Целителя

1 глава.

Тёмные тучи плотно окутывали небо, вот-вот пойдёт маленький дождик, ветер начинает нагинать деревья и гнать воду к берегу..

С высокой, тупообразной формы горы – Луньхуа Шань бежал мужчина средних лет, что-то крича во весь голос.

– Мо Синьшэ уничтожили! Наконец-то мы дождались того момента, когда наши детки смогут нормально жить! – кричал мужчина и мчался во вход маленького ограждения ордена – Печати Красного Солнца, Доужань. Эти слухи быстро разлетелись по всему ордену, уже практически из каждого угла было только и слышно: « – Мы так долго ждали! Целых три месяца осады этой горы, в которой скрывался демон.». Слухи лишь были догадками, кто мог поверить какому-то низшему, ведь никто из нефритов разных орденов ещё не спустился с горы Луньхуа Шань.

Несколькими десятилетиями ранее.. Великий, расцветающий орден – Духовного видения, Луньмо! На улице стояла молодая женщина с чёрными, длинными волосами, у неё были мягкие черты лица, выделяющиеся светло-серые глаза, маленькие румяна на щеках и добрый взгляд. Она была одета в серо-красное ханьфу. Это была молодая госпожа – Мо Сяосюэ, мать будущего наследника на место главного в ордене. К женщине подбежал маленький ребёнок, в точь – точь похожий на неё, но глаза были светло-жёлтые.

– Госпожа матушка! Я только что закончил игру на бамбуковой флейте Сяо, та которую Вы мне подарили! Вы слышали как я играл? – не стоя на месте, проговорил

маленький мальчик.

– Усянь, ты у меня оказывается такой молодец! – подбодрила малыша госпожа Мо Сяосюэ.

– И! – сделав большой вдох промычал мальчик.. – И ещё, я был в призрачной деревне, там было много странных людей, но ко мне подошла всего лишь одна очень худая девочка с закрытым лицом..

– Так и должно быть, не беспокойся. – спокойно проговорила женщина.

– Госпожа мать.. можно у Вас спросить?

– Да, спрашивай.

– Вы видите того мальчика, который стоит в том углу? – Мо Усянь указал рукой на крайний угол ограды, на которой висели знамя ордена Духовного Видения. – Он в точности похож на тех, кто был в призрачной деревне.

– Какой мальчик? – женщина медленно повернулась, и вправду, там стоял истощённый, маленького роста паренёк. – Усянь! Не смотри на него, делай вид – как-будто его нету!

– Что случилось, госпожа матушка? Вы испугались? – быстро отреагировал мальчик, встал вперёд своей матери и прикрыл её своей рукой.

– Мо Синьшэ.. ты же знаешь, чем славится наша семья? – Мо Сяосюэ встала на колени и повернула сына к себе.

На вопрос своей Госпожи матушки – Усянь помотал головой, и как только собирался сказать, что не знает, как тут Мо Сяосюэ стала продолжать.. – Мы видим духов и можем воскрешать, тех кого давным-давно не стало. Смотри – господин Мо Чжиань, твой отец – он может воскрешать разные тела. – сделав глубокий вдох, женщина посмотрела на своего сынишку, приобняла его, взяв за руку и поведя в флигель.

Женщина быстро забежала в здание, в голове у неё крутилась одна мысль: « -Раньше духов и призраков в нашем роде могли видеть только женщины, и они начинали появляться ближе к зрелости, но точно не в таком раннем возрасте..»

– Госпожа Мать, Вы хотели сказать что-то ещё? – прервал паренёк мысли своей матери.

– Усянь.. – пройдя в середину флигеля Мо Сяосюэ остановилась и повернулась к своему сыну. – Иногда, когда ты можешь видеть духов – они не всегда оказываются добрыми. Если какой-то из злых духов поймёт, что ты видишь его, то он тут же попытается овладеть твоим телом..

Орден Духовного видения – Луньмо, был единственным и наилучшим, кто владел умением воскрешать мертвецов и видеть, тех кто ходит по миру – не показываясь чужому глазу. Конечно, после того как об этом узнали все другие ордена – и в сердцах обычных людей затоился страх. А как известно – страх это предвестрик беды.

Четыре главных ордена: Орден Золотого Дракона – Луцын, Орден на Возвышенных Долинах – Гучжань, Орден Печати Красного Солнца – Доужань и Орден Сердечного Света – Лулань. Все из этих орденов и других кланов объединились, так в один день люди из ордена Золотого Дракона – врываются на территорию сыхэюань. Крики, кровь, смертоубийство, плачь детей и всхлипы женщин.

В этот день вся территория ордена была залита кровью.

Высокий мужчина, с белой кожей и красным тильаком на лбу, шёл по территории ордена в светло-жёлтом ханьфу. По его только появляющимся морщинкам на лице – можно было догадаться, что ему не меньше сорока лет. На вид чёрные глаза – это был Цын Фу Чжэн, глава ордена Золотого Дракона.

Нахмурив брови – он с цзянем в правой руке направился к безоружной женщине, которая стояла в углу джэнфана. Быстро достав бамбуковую флейту – она начала играть пронзительную мелодию, после чего за секунду возле неё появился мужчина с ростом около двух метров.

Он за одно мгновение перебил половину людей, которые окружили орден – голыми руками, не используя мечей, ибо другого оружия.

– Ах ты! Мерзавка! Посмела вызвать своего защитничка! Ничего, это будет последнее, что ты сможешь сделать. – прокричал Цын Фу Чжэн и начал увереннее приближаться к женщине.

Как только он поднял меч-цзянь над её головой, то появился другой мужчина, который перехватил его удар. Это был глава Луньмо. Он уверенно отбил меч, и крикнул женщине:

– Сяосюэ! Найди А-Сяня и уходите как можно скорее!

– Чжиань.. хорошо! – женщина в последний раз схватила своего мужа за руку и тихо вздохнула.

Сделав резкий прыжок Сяосюэ скрылась в ветках деревьев, которые были возле крыши джэнфана.

Цын Фу Чжэн хитро улыбнулся, что-то пробормотал и несколько других парней направились в ту сторону, куда убежала женщина. Мо Чжиань сжал рукоять своего меча, его голос был тихим, но полным решимости:

– Ты никогда не будешь хозяином того, что завоевано насилием. Я не отступлю.

С этими словами он сделал шаг вперёд, и воздух вокруг них наполнился напряжением. В мгновение ока – они взметнулись в бой. Мечи встретились с ярким звоном.

Цын Фу Чжэн атаковал с яростью, его удары были быстрыми и точными. Он стремился сломить защиту Мо Чжианя, но тот увернулся и контратаковал. Их мечи пересекались в воздухе, создавая искры, которые сверкали как звёзды.

Наконец, в одном из решающих моментов боя Мо Чжиань собрал всю свою силу и выполнил изящный поворот, нанося удар, который мог бы переломить ход сражения. Но, Цын Фу Чжэн оказался хитрее; он предугадал движение противника и с ловкостью уклонился, нанеся ответный удар в плечо Мо Чжианя.

Мо Чжиань почувствовал боль и упал на колено. Он не собирался сдаваться. Собрав последние силы, мужчина поднял меч и произнёс:

– Даже если ты победишь сегодня, я буду бороться за свою семью и землю до последнего вздоха!

Последний удар был решающий. Он был направлен прямо в грудь Мо Чжианя… крики прекратились, наступила полная тишина.

Мальчишку из ордена Луньмо сразу же возненавидели. Все кто видел его из взрослых – хотел убить, а из детей – били и унижали.

Спустя два десятилетия, наконец-то получилось поймать Мо Синьшэ. На вершине горы Луньхуа Шань, где облака обвивали скалы, как белоснежные шали, Мо Синьшэ стоял в напряжении, его сердце стучало, как барабан в бою. Вокруг него поднимались крики и звуки шагов – враги уже близко. Он знал, что ему не по зубам одолеть несколько орденов сразу.

Сквозь густой туман, он увидел их силуэты, движущиеся как из тени. Их лица были скрыты под капюшонами, но Мо чувствовал их ненависть и жажду мести.

– Мо Синьшэ! – раздался голос кого-то из толпы. – Ты не сможешь сбежать от своей судьбы! Сам же знал, что это произойдёт!

Мо сжал свои кулаки, готовясь к бою. Он знал, что должен сражаться не только за свою жизнь, но и за то, что осталось от его чести. Но численный перевес был слишком велик. Вокруг него уже собрались десятки врагов, готовых нанести удар.

– Уходите! – закричал он, но ответом ему были лишь насмешливые улыбки.

Вдруг Цын Фу Лонг выскочил вперед, его меч сверкал в руках, как молния. Мо успел увернуться от первого, второго и третьего удара.

– Я говорил Вам уйти.. – закрыв глаза Мо Синьшэ что-то тихо прошептал. А после крикнул: – Гуйин! Давай! Твоя очередь!

Тяжёлые, громкие шаги – за Синьшэ появился мертвец в два метра ростом, он был светло-синего цвета кожи, чёрные, запутавшиеся волосы, на нём было тёмно-серое ханьфу.

У всех адептов на лице появился некий ужас. Погода резко изменилась, на небе появились тёмные тучи, которые не давали проходить свету, стало ужасно темно. Ветер начал принимать правильную сторону, нагиная деревья влево. Птицы – резлетаясь, бушевали, чувствуя опасность.. на лице Мо Синьшэ появилась улыбка, он спокойно перекинул взгляд на мертвеца, а после опять что-то тихо проговорил..

Сию же секунду Гуйин направился в сторону недругов и стал их убивать голыми руками, сжимая голову, выворачивая шею, ломая и выдирая конечности.

К Усяню медленно начал надвигаться Цын Фу Лонг:

– Мо Синьшэ! Кто ты без этих мертвецов? Обычный человек, который ничего не может? А?! – прокричал Фу Лонг.

– Хм, дай-ка подумать, может проверим, кто я без них? – Синьшэ ногой подогнул палку и поднял её в руки. – Кто кого? Я с палкой или ты с мечом?

Цын Фу Лонг сощурился, нахмурил брови и побежал на Мо Синьшэ, тот в свою очередь быстро отпрыгнул, и из-за спины ударил его палкой, удар был очень сильный, всё же зависит не от оружия, а от правильного владения им.

Ещё один удар Фу Лонг смог отбить, но третий стал последним. Мо Синьшэ повалил младшего Цын Фу:

– Знаешь, ты мне то.. – только хотел сказать Мо, как его перебили.

– Лучше бы твою мамашу убили, когда ты был у неё в утробе! Не было бы такого чудовища! – прокричал Цын Фу Лонг, пытаясь выбраться.

Над Синьшэ резко появилась тёмная, жгучая аура, у него появился бесдушный взгляд, на лице резко натянулась улыбка.

– Только захотел пощадить тебя, но увы. – взяв Цын Фу Лонга за волосы он потощил его по земле. Быстро приподняв его, он со всей дури бросил его обратно.

Это повторилось ещё несколько раз, пока Цын Фу уже нельзя было узнать – всё его лицо было в синяках, ссадинах и крови.

На гору поднялись ещё несколько отрядов от орденов. Там был старший брат Цын Фу лонга – Цын Фу Цзюань.

– Брат! – крикнул он, и направился к Мо Синьшэ, но после резко остановился. – Отпусти его, а иначе я тебя не пощажу.

– Он говорил так же. – Синьшэ кинул Цын Фу Лонга на землю, а после промолвил.. – Гуйин, убей.

Из толпы трупов и живых людей, выскочил высокий парень, тёмно-коричневого цвета волос, с светло-голубыми глазами и в бело-голубом ханьфу.

– Мо Синьшэ, хватит. – спокойно сказал тот.

– Чжань Сюй? – Мо на секунды потерял равновесие, и отвлёкся на парня, в этот момент Цын Фу Цзюань поднял меч и пошёл на него.

Чжань быстро среагировал, и подошёл к Мо Синьше, закрыв его своим телом, а после достав свой меч, он перекрыл путь к нему.

– Чжань Цзинь Нань?! Что ты творишь! Быстро отойди от этого предателя! – крикнул Цын Фу Цзюань и встал в стойку перед Чжанем.

– Что ты делаешь? Зачем? Отойди, а-то у тебя будут проблемы! – промычал Мо Синьшэ и потянул сзади Чжань Цзиня за рукав ханьфу. Он посмотрел прямо ему в глаза, а после опять на Цын Фу Цзюаня.

В этот момент Гуйин – разорвал Цын Фу Лонга на две части, так что его торс с головой остались на земле, а ноги уже летели со склона. Цын Фу Цзюань заметил это, и подбежал ещё к еле дышащему брату, который только и дёргался, но не мог ничего сказать.

– А-Сюй! – Мо Синьшэ повернув к себе Чжань Цзиня: – Если я умру, то обещай мне жить, а сейчас прошу, уходи отсюда!

– Обещаю, но не уйду.

– Кха.. – вздохнул Мо. – Хорошо..

Пока Мо Синьшэ начал отходить от Чжаня, в этот момент Цын Фу Цзюань бросил ядовитый песок прямо в лицо. Песок тут же ослепил его, заставив закашляться и зажмуриться.

В ту же секунду, меч вонзился ему в живот, пронзив плоть и оставив горький вкус крови во рту. Он почувствовал как тёплая кровь стекает по горлу вниз. Мо Синьшэ непрерывно задыхаясь кровью, пытался разглядеть что происходит.

– Господин Мо! – зрачки мертвеца резко расширились, он повернулся на паренька и подбежал к нему.

Чжань Цзинь тоже быстро подлетел, но и в тот же момент к нему подбежал его старший брат Чжань Линь. Он схватил его сзади и потащил назад.

– Гуйин.. помогай, тому кого считаешь нужным, но не мне. – простонал Синьшэ, и протянул добрую, родную улыбку на лице.

– Но! Господин…

– У тебя нету вариантов выбора, это не предложение, а приказ.. – напоследок Мо что-то прошептал мертвецу, после чего тот с грустью, но уверенностью в глазах поднялся и подошёл к молодым господинам клана Гучжань, возле них появилась чёрная аура, которая запрещала хоть кому-то в неё входить.

Синьшэ медленно схватился за живот, в котором была кровотачащая рана, после посмотрел на алую руку. Всё в глазах мылилось, они начинали щипеть когда он их окрывал, из-за чего Мо выглядил прищуренным..

В этот момент, когда Мо Синьшэ был не в равновесии, то к нему начали подходить адепты ордена Золотого Дракона. Самым первым был Цын Фу Цзюань…

Мо услышал, что к нему кто-то шагает, и точно, что этот шаг был не добр. Он быстро поднялся, ноги практически не держали, но парень уверенно на последних силах шёл назад.

– Ты будешь страдать до последнего вздоха! – крикнул Цын Фу Цзюань. – Так же как и мой брат!

С трудом пытаясь осознать происходящее, он почувствовал, что сзади больше нету земли, Мо подошёл к обрыву. Вода под ними бушевала и пенилась, как гневное море.

– Прощай Цын Фу Цзюань. – с улыбкой простонал Мо Синьшэ.

В тот день был уничтожен последний ребёнок из ордена Луньмо. Всё это произошло из-за жалких слухов, ненависти заклинателей и обычных людей. А как бродили слухи, то если убить всех людей, которые видят иных, то набеги мертвецов закончатся!

2 глава.

Ветры зимы, как забытые тени, покидали мир, и весна, с осторожностью пробуждая природу, начинала своё шествие. В тишине утреннего света, который ещё не успел разогнать остатки ночи, в старом доме, укрытом от непогоды, медленно пробуждался тёмно-волосый парень.

Он резко открыл глаза, по телу бежал холодный пот, в глазах всё плыло.. парень начал осматриваться; вся комната была обклеина талисманами, на которых что-то было написано красной жидкостью, слева от себя на маленьком столике, он заметил бумажный войлок, на котором было что-то написано… пытаясь разобрать, то что там было написано, парень понял только несколько предложений.:

« – Доброе утро, целитель Мо Синьшэ! Я был лекарем этой деревни. . . . . . . . . . – Нашёл в старых свитках информацию о Вас, господин Мо! Прошу! Помогите моей деревне! . . . . . . . . . – Возможно из-за яда, который был нужен для Вашего призвания – у Вас пропадёт какое-то из пяти чувств.. я точно не знаю, простите! . . . . . . . . . – Спасибо большое, моё тело в Вашем распоряжении! Господин Мо Синьшэ. » – это было единственным, что смог прочитать Мо из всего, что там было написано.

« – Что? Лекарь, а смог призвать демона? Что это за лекарь такой.»

Во флигель быстро забежала пожилая женщина, с русыми, заколотыми волосами, голубо-серыми глазами и с доброй улыбкой на лице.

– Лэ Чэн! Ты лучше себя чувствуешь? Я так испугалась, когда ты слёг и не просыпался несколько дней подряд! – к Мо Синьшэ подсела пожилая женщина, а после посмотрела на паренька. – Что у тебя здесь произошло? Талисманами всё обвешенно!

– А.. я.. Момо.. не могли бы Вы принести ленту, которой можно перевязать глаза? – Мо Синьшэ быстро сориентировался.. « -Так одно из пяти чувств – это зрение.. почему опять именно зрение. Ладно.. сейчас бы разобраться во всём что здесь происходит.»

– Лэ Чэн? Что такое? Ты всё ещё себя плохо чувствуешь?

– Нет.. Всё хорошо! Просто маленькие провалы в памяти.

– Как знаешь. – дама медленно вышла из флигеля, после чего принесла ему длинную, белую ленту и добавила: – Сейчас я приготовлю поесть! А ты пока приходи в себя, отдыхай!

Мо Синьшэ, пытался поднять руку к лицу, но она была тяжёлой, как будто окутана оковами. Вокруг стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь звуками с других частей помещения и далёким щебетом птиц за окном. Синьшэ приподнялся на локтях, ощущая холодный воздух, проникающий в его кожу. Он попытался встать, но ноги не слушались. Мо закрыл глаза и сосредоточился на звуках.. глаза уже совсем не видели, всё было размыто, а через несколько минут – уже стало полностью непонятным. Мо Синьшэ быстро сориентировался и в голове набросал комнату, которую только что видел.

Сделав глубокий вдох, Усянь почувствовал запах свежей земли и цветущих растений. Весна пришла, и с ней новое начало. Он ощутил прилив решимости. Сосредоточившись на звуках вокруг себя, парень медленно поднялся на ноги. Стены комнаты казались ему знакомыми, но в то же время далекими. Мо шагал осторожно, прислушиваясь к каждому шороху.

Он потянулся к окну, надеясь почувствовать тепло солнечных лучей на своей коже. Его руки наткнулись на прохладную, тканевую рамку. Синьшэ обнял его ладонями и прижал лоб, прислушиваясь к жизни за пределами своего заточения. « – Так это всё не страшный сон, и я вправду переродился?» – подумал парень и вздохнул.

Тело стало лучше слушаться. Руки, ноги стали легче, голову больше не давит.

Мо Синьшэ нащупал руками ленту и перемотал глаза. После чего по воспоминаниям нашёл дверь и вышел.. в эти секунды Мо начал трогать свои новые руки, они были перевязаны бинтами, он захотел размотать их, но жгучая боль остановила его.

« – Чтобы завершить ритуал, то надо сделать яд из паучьей лилии, как видно Лэ Чэн вводил яд именно через запястья. Ах, понятно почему они так болят.»

Протянув руку в правую сторону – Мо Синьшэ облакотился на стенку и начал медленно идти.

Пожилая женщина стояла возле специального столика для готовки, а как только увидела паренька, то тут же к нему подбежала:

– Лэ Чэн! – голос тётушки был полон тревоги. Она подошла ближе, и он уловил её до жути знакомый аромат-смесь жасмина и свежесобранной мяты.

– Что такое Тётушка? Говорите потише пожалуйста, и… – Мо Синьшэ на секунду запнулся. – И можете рассказать, то что происходит в деревне?

– Ты уж совсем ничего не помнишь..? – женщина посмотрела на него добрыми глазами, понимая, что тот ничего не видит, она поднесла руку к щеке и произнесла; – Лэ, поберёг бы ты себя! Ладно.. люди в деревне.. они становятся как мертвецы, – произнесла она, её голос начал дрожать от волнения. – Я видела, как соседи бродят по улицам, их глаза пусты, а лица безжизненны. Они не могут спать, не могут есть, а после истощаются до смерти.. словно кто-то забрал у них душу!

Мо Синьшэ нахмурил брови, он на секунду задумался, а после предложил:

– Вы уверены? Вдруг, это лишь какая-то простуда или же..

– Нет! – женщина сделала шаг назад. – Я видела собственными глазами! Люди умирают один за другим..я уже не знаю что делать. После того как ты пытался найти способ, но безмолвно заснул на несколько недель, я.. я… – тётушка начала сжимать пальцы, её голос задражал. – Вдруг, это доберётся и до нас с тобой?

– Всё будет хорошо, я помогу этим людям.. не расстраивайтесь Тётушка! – Мо протянул улыбку на лице, по доброму сложив руки на груди. – Только если Вы сможете мне найти человека, который поможет мне ориентироваться..

– Лэ Чэн, ты не обязан!

– Я сам хочу этого, Тётушка.

– Хорошо.. я попрошу кого-нибудь из соседей тебе помочь.. – женщина медленно подошла к Лэ Чэну и погладила его по руке. – Я не знаю как это произошло, но надеюсь, скоро ты снова начнёшь видеть и всё вспомнишь!

– А! Тётушка.. А с чего всё началось? Когда начали появляться первые больные? – спросил Лэ Чэн, подняв руку к лицу.

Женщина поджала губы, молча вздохнула, и только после ответила: – Я думаю, что всё это началось из-за горы, которая находится возле деревни! И ещё, когда ты спал – тут проходила демоница! После этого вся деревня слегла!

– Горы? – переспросил парень и подумал: « – Дело становится всё интереснее.»

– Да! Ты наверное и этого не помнишь? Возле нашей деревни есть гора – Луньхуа Шань! Оттуда спустился демон в мяньи и в кровавом одеянии!

На секунду внутри Мо Синьшэ всё резко дёрнулось. В голову полезли знакомые образы. Как с его «родной» горы спускается демон в мяньи. Лэ задумался: « – Мяньи, кровавое одеяние.. случаем, это не Мракобесие Хуа? Подходит под её образ.»

– Тётушка, не беспокойтесь. Это обычная болезнь, я разберусь с этим. – Мо повёл руками, и положил свою руку на запястье женщины.

« – Обычная болезнь?» – нет, Мо Синьшэ прекрасно понимал, что если легла вся деревня, то это не обычная болезнь, как он назвал её, чтобы не беспокоить тётушку.

– Ох, надеюсь, у тебя получится. ‐ тётушка улыбнулась, хоть, и парень этого не видел – он почувствовал через благополучную атмосферу.

Выйдя на улицу Мо Синьшэ сделал глубокий вдох, он услышал как пожилая Тётушка выходит из флигеля и куда-то направляется.

Нащупывая каждый уголок земли, деревьев – Мо нашёл хорошее место; это было дерево, а под ним мягкая трава. Парень медленно сел, подгиная ханьфу. « – Какой же Лэ Чэн – удачливый, призвал меня, а тут сразу Хуа.»

Он принюхался, почувствовав странный запах, но не обратил такого большого внимания. Мо сосредоточился на другом… тепло заходящих солнечных лучей, касающихся его лица, и легкий холодок, пробегающий вдоль его рук. Но сейчас этот холодок был не только от ветра.

« – Почему Лэ не попросил помощи у кого-то другого? Я всё же не самый лучший вариант, и уверен в свитках про меня написано мало хорошего.» – его мысли прервал нежный звук… это был кот, громкое мяуканье, которое приближалось всё было – лучше и лучше слышно. К Мо Синьшэ подошёл чёрный кот и начал об него обтираться.

– Кот? Что такое? – Мо начал нежно гладить кота по шерсти.

В ответ прозвучал долгий: – Мяу, – а после мягкое мурчание.

Ещё с того момента, как Мо встал, он начал чувствовать усталость, которая переросла в слабость. Парень больше не смог держать себя и заснул под деревом, уже под утро он почувствовал утренний, холодный ветерок, который окутывал его тело. Синь хотел только встать, но понял, что на нём лежит, тот самый кот.

– Доброе утро, котик.. как поспал? – понимая, что кот не ответит, он стал проводить рукой по его ушку.

Услышав голоса и шаги за территорией двора Мо Синьшэ поднял голову и начал прислушиваться. Картина двора начала всё больше и больше прорисовываться в голове.

« – После потери зрения у меня хорошо обострился слух.» – подумал Синьшэ.

– Мне нужно будет просто следить за ним и помогать? – резкий, серьёзный голос прервал шаги. Это был голос девушки.

– Да, он ослеп в последние дни… Ему с этим нужна помощь. – ответил пожилой голос женщины.

Два человека подошли к Лэ Чэну и тётушка, которая жила с ним тихо и спокойно произнесла:

– Я нашла тебе помощника…это молодая, – хотела уж тётушка продолжить, как тут это сделала за неё дама.

– Я Гао Сяо, буду тебе помогать пока ты не начнёшь обратно видеть. – серьёзным тоном произнесла девушка.

– А, хорошо. Я Мо.... Я Лэ Чэн! – на одном моменте Мо Синьшэ запнулся.. повернул голову в другую сторону и вдохнул свежий воздух. – Так, Гао Сяо, ты сможешь меня привести к кому-то из больных?

– Да, могу. Иди за мной, на звуки.

– На звуки? – промычал Синьшэ и вздохнул. – Ладно, попытаюсь.

В этот момент тётушка уже вернулась в флигель.

Гао Сяо уверенно шагая, специально делая тяжёлые шаги, чтобы Лэ Чэну было легче ориентироваться, и вот они начали подходить к тёмному домику:

– Мы должны будем зайти в дом к старой Ли, – произнесла Гао Сяо, ее голос был серьёзен. – Говорят, она при смерти.

– Заболевают только пожилые люди?

– Нет. Все. От детей до самых сильных в деревушке.

– Понятно.. – Лэ Чэн навостро шёл за девушкой, вдруг в голову что-то пришло.– Мы не будем заходить в дом, госпожу надо будет вынести во двор.

– Что? Зачем?

– Так надо… Если мои догадки верны, то.. – Мо вздохнул, после чего он сделал глубокий вдох и почувствовал странный запах. « – Вот опять! Этот запах, я уже сталкивался с ним когда-то в детстве.. его выделяют трупы, которые не были в подчинении у моей семьи.. он действует как яд на обычных людей, но сейчас он даже жёстче, чем был раньше..» – подумал Мо и остановился на месте.

– Мы уже дошли. – строгий голос девушки прервал мысли Лэ Чэна. – Я зайду в дом, попрошу госпожу Ли выйти.

– Хорошо. Если она не сможет встать, то вытащите её во двор. – Мо Синьшэ хотел бы зайти и помочь, но сейчас он был не в силах, ибо мог удариться об каждый угол, который есть в флигеле.

Дверь была приоткрыта, и изнутри доносился тихий плач. Мо стал прислушиваться к звукам.

– Я захожу, – сказала Гао Сяо. – Жди здесь, хотя вряд-ли ты куда-то сможешь уйти.. – девушка издала тихий смешок.

Мо Синьшэ почувствовал, как она исчезает за дверью, и в этот момент он сосредоточился на своих чувствах. Он прекрасно понимал, что нужно выполнить, то что попросил Лэ Чэн.

Спустя несколько минут Гао Сяо вернулась к нему. Ее голос был спокойным, а сама она смотрела на дверь.

– Она очень слаба. Сейчас её две прислужные вынесут её.

– Хорошо..

Спустя несколько минут две молодые девушки вынесли что-то замотанное в белое, испачканное одеяло. Они раскрыли его и там показалось лицо тощей женщины, глаза у неё были закрыты и она тяжело дышала. Девушки аккуратно положили её на землю, а после посмотрели на даму и паренька.

– Лэ Чэн, иди сюда. – произнесла Гао, а после схватив его за уголок ханьфу подвела к госпоже Ли. Сразу же после этого она протёрла свою руку, и скрестила руки на груди.

Мо Синьшэ подошёл к женщине, так чтобы её голова была возле его рук, он опустился на колени и развёл руки. Не дотрагиваясь до лица Мо прикрыл её глаза руками, после чего появился переливающийся бело-зелёный свет – прямо из рук. Две девушки, которые стояли возле него сильно удивились, а Гао Сяо даже бровь не подняла.

Лэ Чэн отвёл руки от глаз Госпожи Ли и прикрыл уши, а после рот. Дыхание женщины стало легче, Мо ещё несколько минут посидел возле неё что-то тихо шептая. Лэ Чэн с улыбкой на лице поднялся с земли.

– Теперь.. ждите. – отряхнув своё ханьфу Синьшэ направился к выходу их двора, на этот раз он спокойно шёл ориентируясь по звукам и потоку ветра.

Как только парень ушёл – тут же пожилая госпожа начала кашлять и впервые спустя месяц открыла свои глаза. Две служанки сразу начали крутиться вокруг неё, расспрашивая как она, и чтобы она хотела.

– Спасибо Вам большое! – прокричала одна из девушек, и упала в колени Гао Сяо.

– Благодарить надо не меня, а Лэ Чэна. – сказала Гао. – Пусть Госпожа Ли поправляется.

В это время Мо Синьшэ шёл на звук воды, он подошёл к берегу и опустил в холодную воду руки. Синьшэ промыл их, протёр уши и нижнюю часть лица, в том числе половину носа и рта. Выдохнув, парень собрался вставать, но услышал сзади себя знакомый… :

– Мя-я-яу.

– О! Котик? Иди сюда.

Кот медленно подошёл к Лэ Чэну и начал лизать его мокрые руки.

– Ты воды хочешь? Сейчас.. – набрав в две руки воды Мо поднёс их к котику, а тот в свою очередь начал жадно пить её.

– Мя-у-у.

Это было похоже на спасибо, кот перестал пить и парень вылил остаток обратно в воду. Лэ погладил котика и взял его в руки. Он повернулся задом к воде и услышал хруст ветки спереди.

– Гао, почему ты в первую очередь пошла к госпоже Ли?

– Как ты понял.. – девушка сощурила глаза, она удивилась тому что Лэ Чэн легко смог определить, кто стоит перед ним. – Она староста деревни, слегла самая первая. Старушка Ли много делала для деревни, а значит не должна ждать очереди.

– Понятно.. сколько ещё осталось больных этим «ядом»?

– Таких как Госпожа Ли всего шесть, а подростков – девять. – промолвила Гао Сяо, и дополнила. – Нужно идти в флигель.. Тётушка Линь будет волноваться.

Лэ Чэн кивнул и подумал:

« – Оказывается Тётушку – Линь, запомню.»

– Слушай, Гао, а как я выгляжу?

– Мне конечно говорила Тётушка, что ты позабыл всё, но то как ты выглядишь.. это слишком. – девушка говорила то-ли с удивлением, то-ли с насмешкой. – Ладно, уступлю тебе. У тебя коричневые волосы, глаза были светло-жёлтые вроде бы, под правым глазом родинка… ну и единожды, я видела раны у тебя на руках.

« – Светло-жёлтые глаза.. остались значит вместе со мной. Жаль, что тело не моё, я наверное уж совсем не похож на себя прежнего.» – подумал Мо, после чего спросил: – Я красивый?

– Не в моём вкусе.

– Ай, всё.. Да-цзе, за что ты так?

– Я тебе не сестрица. – твёрдо ответила девушка, и посмотрела в сторону. – Иди давай.

– Иду, я! Иду! – гладя в руках котика промычал Мо Синьшэ, и не торопясь начинает топать за Гао Сяо.

– Пойдёшь поешь, а потом уже начнёшь всех других лечить. За сегодня думаю..ты поможешь нам с пожилыми, а завтра если будет не тяжело, то с детьми.

– Можем и сегодня всё сделать. – Лэ Чэн сказал – это и дополнил. – Я есть не хочу, а сейчас ещё день.. так что думаю, что управимся за несколько часов.

– Ты уверен? Я думаю, что это уже перебор..

– Я уверен.

Под натиском тяжёлого дня Мо Синьшэ помог всей деревне и выделил для себя несколько больших фактов:

« – Хоть, и все пожилые госпожи и господины были разные по цвету и характеру, но у них было одно и тоже заболевание.. воду я уже проверил, в ней ничего нет, а вот воздух.. везде, где я сегодня был – стоял жгучий запах остроты, который растерзал нос изнутри.. но другие его не чувствовали. » – вздохнул Лэ Чэн тихо и медленно идя во флигель… « – А молодые… подростки, они ещё хуже испытывали действия от этого «яда», чтобы их вылечить требовалось больше десяти минут.»

Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небосвод в глубокие оттенки пурпурного и оранжевого.

Мо Синьшэ не видел, как закат погружает мир в тень, но чувствовал его присутствие – тепло уходящего дня постепенно сменялось прохладой наступающей ночи. Сделав шаг вперёд, парень направился к двери скромного жилища. Вдруг, Мо обернулся:

– Удачи тебе, да-цзе! Спасибо, за то что помогла мне сегодня. – Лэ Чэн улыбнулся, а после помахал рукой и зашёл во флигель.

– Это тебе спасибо. – всё так же холодно произнесла девушка, но всё таки тоже протянула улыбку на лице.

Руки Мо Синьшэ легко касались стен, а ноги уверенно ступали по тропинке.

Зайдя внутрь, Мо закрыл за собой дверь и остановился на мгновение, позволяя себе насладиться тишиной. Внутри флигеля царила спокойная атмосфера. Но эту тишину прервала пожилая госпожа..

– Лэ Чэн! Как ты провёл день? У тебя получилось помочь нашей старосте… или..? – поинтересовалась женщина.

– Тётушка Линь, сегодня был хороший день, – произнёс он тихо, делясь своими мыслями с госпожой. – Я помог всем, кто мучался от этого «яда»..

– Всем? Лэ Чэн! Ты такой молодец! Спасибо тебе!..

– Я.. – эти слова напомнили ему его мать.. госпожу Мо Сяосюэ, которая тоже говорила с таким нежным тоном. – Я пойду посплю.

– Да! Конечно, иди высыпайся!

Мо Синьшэ зашёл в свою комнату.. он аккуратно подошёл к своей постели, сел на край и потянулся к подушке. Ему нравилось ощущать их легкость и тепло. Мо знал, что скоро уснёт, уносясь в мир снов, где не было ни слепоты, ни боли, как он думал.

Когда он лёг на спину, его мысли начали блуждать. Лэ Чэн вспомнил о соседях, о тех, кому он помогал в последние часы. Синьшэ надеялся, что утро принесёт им новые силы и надежду. Вдруг, в голову забилось время из прошлого; что нельзя так сильно выделяться, Мо Синьшэ понимал – это когда-нибудь обернётся боком.

Внезапно его разбудил холодок. Утренний ветер пробрался через щели в стенах флигеля, словно невидимый дух, напоминая о том, что ночь уже близка к завершению. Мо Синьшэ приоткрыл глаза – хотя он не видел света, он чувствовал его приближение. Холодок заставил его шевельнуться; он потянулся к одеялу и укрылся им плотнее.

Сквозь полудрему он слышал первые звуки утра – пение птиц за окном и шорох листьев. Парень знал, что скоро снова выйдет на улицу, почувствует тепло солнца на своём лице и услышит хоть какие-то голоса людей.

– Утро приходит, – произнёс он тихо, как будто обращаясь к самому себе. – Время вставать.

Собравшись с силами, Мо Синьшэ потянулся, поднялся с постели и привстал к двери. Выйдя с своей комнаты, он приметил, что тётушки Линь ещё нету.. как видно она ещё дремала. Лэ Чэн тихо прошёл на улицу, там он услышал мяуканье котика.

– Доброе утро тебе.. – Мо Синьшэ нагнулся и погладил кота. В ответ был привычный: « – Мяу » и мурлыканье.

Помимо звука природы и разных животных, он услышал голоса людей – уже более радостные..

Сегодня было особенно многолюдно – подметил Мо. Как видно слухи о его талантах разнеслись по округе всего на одну ночь, и к его флигелю начали подходить люди, каждый из которых искал помощи и утешения. Лэ Чэн, как говорили – обладал даром исцеления и большим сердцем..

– Молодой Лэ Чэн! – прокричал старенький голос.

– А?.. – Мо Синьшэ быстро повернул голову на звук и медленно пошёл на него.

– Госпожа Ли! Постойте, куда Вы летите!!! – знакомый голос девушки, который быстро приближался к пареньку, в эту секунду Лэ Чэн сразу понял кто это.

– Госпожа Ли? – удивился Мо.. – Вы уже встали на ноги?

– А ты чего думал? После твоей помощи из меня энергия, во! – пожилая дама ткнула веером в грудь целителя. – Я у тебя в долгу, Лэ Чэн! Девочки! Несите травы и вещи сюда!

Служанки быстро послушались старосту и поднести маленькие сундучки. – Вот!

– А.. – Лэ Чэну стало неловко. – Я всё равно не вижу.. могу только лишь травы почувствовать, но не одежду.

– Точно.. что-то я забыла об этом.

Так продолжалось несколько недель. Приходили разные люди, из разных маленьких и больших кланов, оставляли всякие украшения и травы для лечения.. Хоть, Мо Синьшэ и не мог понять откуда берётся этот «яд», но всё же он был рад, тому что он помогает людям, а те отвечали ему добротой.

В один день к нему решил приехать один из известных орденов.. но не уточнялось какой именно. Синьшэ согласился, потому что отказывать орденам – это тоже самое, что и на будущее подписать смертный приговор. И вот, Лэ Чэн сидит возле воды, гладит котика, который сидит на его коленях.. « – На самом деле, я уже начал привыкать.. ха.. насколько же нужно было любить жителей деревни, чтобы принять яд и кровью написать талисманы. У меня столько вопросов к Лэ Чэну.» – подумал Мо и погладил кота. « – Будь у меня возможность, то я бы уже пошёл и на рынке закупил нужных трав, но, пока у меня нету зрения, это невозможно.» Резко справа начали слышаться звуки – крики, разговоры и топот более пяти человек.

– Эй, ты не знаешь где здесь этот «Великий» целитель? – резко проговорил неизвестный голос.

– Да какой уж великий.. зачем он Вам? – Лэ Чэн намеренно сделал из себя глупого, чтобы узнать чего, да побольше.

– Просто нужен! Отвечай!

– Пока не скажите зачем… – после этих слов по лицу Мо Синьшэ прилетел шлепок, кот выпрыгнул из рук и резко начал шипеть. Лэ Чэн тихо прошептал: – Хэйсэ.. успокойся, сейчас всё сделаю.

– Фэй Чжун! Что ты творишь?! – подключился ещё один неизвестный голос. – Ты не видишь? Он слепец!

– Го Цзин, это не даёт ему право так отвечать!.

Это было два ученика ордена Печати Красного Солнца. Доужань. Фэй Чжун – с длинными, чёрными волосами, замотанными в дульку и одетый в красное ханьфу. Го Цзин – с средней длины, коричневыми волосами, и так же одетый в красное ханьфу.

– Хм, когда дисциплина в орденах стала настолько хýдой? – с хитрой улыбкой на лице проговорил Лэ Чэн. – Или сейчас всё опустилось до того, что ученики орденов, могут брать и бить обычных людей?

Фэй Чжун опять захотел его ударить, но тут Мо продолжил:

– Бейте сколько угодно, но тогда будете сами лечить больных «ядом» людей.

– Что? Вы и есть? – промолвил Чжун.

– Простите поведение моего братца, он не в себе от долгой дороги в это место. – извинился и сделал поклон Го Цзин.

– Всё нормально. Я привык.

Резко послышались крики со стороны деревни, Лэ Чэн быстро обернулся и понял по голосу, что это была служанка Госпожи Ли.

– Лэ Чэн, Лэ Чэн! Там несколько заклинателей спустились с горы! У них ещё есть кровоточащие ранения!

– Что?! – Мо Синьшэ повернулся обратно на то место где стоял, опустил перед ними голову. – Простите, можете пожалуйста подождать – это более срочное дело. Простите! « – С горы? Заклинатели? Тётушка Линь – говорила, что рядом с деревней Луньхуа Шань.. может эти заклинатели подверглись нападению мертвецов, если они конечно есть ещё.»

Мо быстро убежал, а Фэй Чжун посмотрел на Го Цзина и сказал:

– Может тоже пойдём посмотрим, а то и другие ребята устали, там.. посидим отдохнём?

– Хорошо, найдём старосту деревни и попросим здесь отдохнуть.

Мо Синьшэ быстро бежал на звуки быстрых шагов и учещённого дыхания служанки Ли. Она остановилась спустя несколько метров. Шум людей, взволнованные голоса и что-то ещё – глухие стоны раненых людей.

– Они говорят, что болезнь не обычная. Люди теряют рассудок, словно их души умирают, но тела продолжают жить. Прямо как было и у нас! – служанка обеспокоено схватила рукав ханьфу Лэ Чэна.

– Сейчас посмотрим.

Мо Синьшэ вздохнул, стараясь подавить странное чувство внутри, ощущение как будто что-то произойдёт. Но всё так же в его душе была лишь одна мысль: помочь тем, кто страдает, именно так – как и хотел Лэ Чэн. Хоть, и был малейший дискомфорт, но Мо знал, что слепота не делает его бесполезным; наоборот, она открыла ему другие пути восприятия.

Когда они подбежали к центру деревни, Лэ Чэн ощутил перемену в атмосфере. Запахи смешивались: свежесть земли и сладость цветущих деревьев терялись под гнилостным ароматом болезни. Он остановился, сделав жадный глоток воздуха, парень резко начинает кашлять..

– Срочно принеси мяньи! – крикнул Лэ Чэн, прикрывая нос рукавом.

– Д.. да! Сейчас! – ответила вторая служанка и быстро побежала внутрь флигеля.

Спустя несколько минут служанка старосты Ли – вынесла белую мяньи, которую отдала Мо Синьшэ.

– Но зачем она тебе? Боишься заразиться?

– Нет.. запах мерзкий. – Лэ Чэн быстро нацепил на себя вуаль и быстрым темпом пошёл за другой служанкой, которая показывала дорогу.

– Запах..?

Они начали всё ближе и ближе подходить к месту, где остались люди… и поблизости послышался крик:

– Лэ Чэн! – позвал один из пожилых мужчин, его голос был низким и обеспокоеным. – Нам нужна твоя помощь. Эти юнцы пришли сюда в таком плачевном состоянии! У некоторых из них есть ранения!

Парень кивнул и шагнул вперёд, ощущая вокруг себя напряжение. Погружаясь в свои мысли, он начал ощущать ауру людей – кто-то был полон страха, кто-то надежды, а кто-то… кто-то уже не был с ними.

– Дайте мне немного времени, – произнёс он уверенно. – Я постараюсь кое-что понять.

Лэ Чэн сосредоточился. Вокруг него раздались шёпоты: мольбы о помощи, крики о спасении; Мо понимал, что это были «фантомные» голоса, которые слышал только он. Резко в голову Синьшэ пришла мысль: « – Точно! Есть человек-носитель этого яда, который разносит всё по людям. Как я мог забыть..». Он начал двигаться к одному из больных, приподняв мяньи, Лэ Чэн принюхался, а потом опустив вуаль обратно, промолвил:

– Дайте мне что-то острое.

Один из больных «ядом» начал дёргаться, его открытые глаза на вид хотели выпасть.. из рта пошла белая пена. Мо нахмурился, поняв что сейчас произойдёт он ногой нашёл палку и поднял её, после что-то прошептал и разрезал шею этому человеку. На лице всех людей появился шок, как обычный целитель мог палкой отрезать голову, к тому же так, что она аж отлетела! Никто не осмелился спросить, но:

– Что Вы делаете, господин? – возразил один из парней ордена. Он был коричнево волосый, с голубыми, добрыми глазами и в небесно-голубом ханьфу.

– Юань Чжень.. имей уважение! – тихо промолвил другой паренёк.. – Простите господин! Я Цзинь Мин из ордена Возвышенных Долин, Гучжань! – поклонился парень с тёмными, собранными в хвостик волосами, добрым и спокойным выражением лица и так же с голубыми глазами.

– Орден Возвышенных Долин.. – промолвил Лэ Чэн и понял: « – Вот это я везучий.. надеюсь, дальше не появятся мои «драгоценные» друзья.»

– Госполин целитель, почему Вы убили одного из больных «ядом»? – спросил Цзинь Мин.

– Я могу вылечить только тех, кто заразился недавно.. но не могу помочь тем, кого заразил сам носитель. Если оставить такого в живых, то он продолжит всех заражать.

Два ученика кивнули. Лэ Чэн подошёл к другим раненым. Перед ним лежадо двое молодых парня, их лица искажены мукой. Один из них дрожал от лихорадки. Другой, с запёкшимися губами и пустым взглядом, казалось, уже почти потерял связь с реальностью. Лэ Чэн почувствовал, этот странный запах исходящий от их тела.

– Вот откуда берётся этот гнилой запах. Даже через мяньи чувствую. – случайно промолвил вслух Мо Синьшэ.

– Запах? – переспросил Юань Чжень, он поднял одну бровь и посмотрел на Лэ Чэна.

– Лэ Чэн чувствует то, что не чувствуем мы… бедному, уже даже мяньи не помогает! – тихо прошептала служанка Ли.

Юань Чжень и Цзинь Мин переглянулись, один что-то прошептал второму, тот в свою очередь кивнул и отошёл куда-то в сторону.

– Принесите бинты и целебные травы, которые мне дарила госпожа Ли. – уверенно промолвил Лэ Чэн, положил руку на грудь первого парня, который был ранен и сел рядом с ним.

Медленно дотронувшись до него Мо нашёл, то место где была кровавая рана. В тот момент, служанка без слов принесла всё что, тот просил. Обработав рану, которая была сбоку живота он засыпал туда целебных трав, а после перемотал бинтом. « – Ай! Что это? Хотя ладно, потом разберусь.» – Лэ Чэн почувствовал резкую горечь в ноге, отодвинул её, но не подал большого внимания этому. Парень быстро пересел, и сел возле головы парня.

– Как его зовут?

– Это Ван Мэй. – сказали парни в один голос.

– Спасибо.

Лэ Чэн поднял руки над Ван Мээм и сосредоточился. У области ладони появился чёрно-белый свет. Медленно поднося руки, то к рту, то к глазам, а после у ушам.. на ушах Мо Синьшэ остановился на более долгое время. Несколько минут подряд он держал руки возле ушей. Убрав руки с лица парня, Мо просто сел начиная что-то бубнить себе под нос. Резко Ван Мэй открыл глаза и полностью пришёл в себя. Два целых парня удивились..

Лэ Чэн сделал тоже самое и с другим раненым и отправленым «ядом». В тот момент когда Мо только начинал лечить второго, туда пришёл учитель этих заклинателей.

– Здравствуйте Чжань Цзинь Нань! – Цзинь Мин и Юань Чжень поклонились высокому парню.

Чжань Цзинь посмотрел на них и кивнул, после он повернулся на целителя, который как раз начинал делать руками эти движения. Глаза учителя резко расширились, он начал более внимательно наблюдать за движениями Лэ Чэна.

« – Что? Мне послышалось?» – повернув голову немного в сторону подумал парень. Мо Синьшэ всё это время был сильно сосредоточен, и практически ничего не слышал, после чего глубоко вдохнул. Его руки начали двигаться плавно и уверенно. Вокруг него образовалось мягкое, но тёмное свечение. Чжань Нань заметил, как юноша начинает что-то шептать. Вдруг учещённое дыхание отступило. Больной открыл глаза – в них больше не было безумия. Лэ Чэн убрал руки и вздохнул с облегчением и доброй улыбкой.

– Я закончил. – Мо Синьшэ поднялся с земли, отряхнув своё ханьфу он решил только уйти, но услышал знакомый голосок..

– Мяу!

– О, Хэйсэ, привет, иди сюда. – Лэ Чэн раздвинул руки и дождался когда кот в них прыгнет.

– Стойте! Господин целитель, а откуда у Вас это животное? – спросил первый очнувшиеся Ван Мэй. – Он похож на одного…

– Ван Мэй, это не наше дело.. учитель сам разберётся! – быстро оттолкнул его Цзинь Мин.

Лэ Чэн медленно повернулся, и поклонился с котиком на руках, хотя, тут должны были благодарить его те, кому помогли, но увы – не успели.

– Выздоравливайте! – последнее слово Мо Синьшэ, перед тем как он отдалился.

Целитель быстро ушёл к реке. Там он встал на колени, помыл руки и снял с лица мяньи. Так же убрав глазную ленту, он открыл глаза – совсем немного можно было разглядеть цвет земли, деревьев и спокойной воды.. Лэ Чэн вздохнул и набрал в руки воды, тщательно промыв глаза, подбородок, шею и в общем всё лицо он опустил глаза на руки, а после вбок.

– Хэйсэ, ты хочешь пить?

– Мяяу!! – это звучало громче и дольше обычного, кот по необычному сам подошёл и лёг в ноги..

Закат окрасил небо в нежные оттенки. « – Значит, зрение уже начинает восстанавливаться, хоть и медленно, но начинает.»

Лэ Чэн глубоко вздохнул, впитывая тепло уходящего солнца. Постепенно тишина окутала его, и Мо почувствовал, как его тело расслабляется. Тёплый ветерок нежно обнимал его, как будто кто-то заботливо укрывал его от ночной прохлады. Он закрыл глаза и погрузился в полудрему.

Внезапно Лэ Чэн ощутил что-то тёплое рядом – это было словно мягкое одеяло, накрывающее его с головы до ног. Он приоткрыл глаза, но не увидел ничего, кроме непонятных оттенков разных цветов. Однако это тепло было таким уютным и знакомым, что он не стал беспокоиться. Возможно, это был лишь фантом воспоминаний – подумал он.

Ночь прошла незаметно. Лэ Чэн проснулся от первых лучей солнца, которые пробивались сквозь окна флигеля. Тишина была почти абсолютной, лишь издалека доносился звук воды и трели утренних птиц. Он потянулся и почувствовал мягкость постели под собой – это была не земля, а его собственная чуан.

Собравшись с мыслями, он поднялся с постели и направился к окну.

« – Так… я что в полудреме добрался до флигеля и заснул? Интересно. Надеюсь, что с котиком всё хорошо. »

Как только Мо Синьшэ вышел из флигеля он поздоровался с тётушкой Линь;

– Ой, Лэ Чэн, ты начал видеть? – спросила женщина и по доброму улыбнулась.

– Да, немного вижу. – промычал Мо и ушёл во двор. Почувствовав горечь солнца парень улыбнулся. И вот к нему резко подбежала девушка, это была старшая служанка Госпожи Ли.

– Лэ Чэн.. о! Ты сегодня без ленты?

– Ага, я тебя даже сначала не узнал.. – ответил Синьшэ.

– А… я хотела узнать.. ты знаком с мастером, которого можно сравнивать с небожителями? – неугомонно она вертелась с места, на место. – Познакомь и меня с ним! Пожалуйста!!

– Что? С чего ты взяла? Кто это вообще? – Мо взял какую-то ленту с маленького столика возле флигеля, она оказалась зелёного цвета и собрал ею волосы в высокий хвостик.

– «Кто это вообще»? Лэ Чэн! Это достопочтенный учитель, который прозрачен как лёд и чист как яшма! Я видела как вчера после захода солнца – он нёс тебя в флигель!

– Вот оно что, а я думал что сам в сомнабулизмом состоянии добрался до флигеля. Эх.

– Что за реакция? – промямлила девушка, но потом всё таки понадеялась на ответ и спросила: – Так.. познакомишь??

– Я сам-то его знать не знаю. Может быть решил так отблагодарить меня за помощь их ордену.

– Ладно, я поняла. – с грустным лицом простонала девушка и медленно ушла в сторону джэнфана.

День закончился как обычно – таким же шаблоном как и раньше.

Внезапно теплые лучи солнца коснулись его лица, пробуждая его из сладкого сна. Лэ Чэн приоткрыл глаза, хотя и сам еле-как видел свои руки, и тихо зевнул, прикрывая рот.

Сегодня Мо Синьшэ знал, что хочет сделать. Недавно, он подсушал соседей, они говорили о Луньхуа Шань, где никто ничего не строит, потому что там место жилища мертвецов. Два ордена поднимались туда, чтобы уничтожить этих тварей, но ничего не получалось.

« – Ах, но я-то знаю, что эта гора не проклята и ничего такого. Всё же, я умер там, но не стал бы проклинать место, где родился.»

…

Лэ Чэн медленно поднимался по узкой тропинке, ведущей на Луньхуа Шань. Его шаги были осторожными, каждое движение тщательно продумано. На его лице играло выражение решимости, смешанное с грустью.

С каждым шагом он чувствовал, как его сердце бьётся быстрее. Лэ Чэн наклонился и коснулся земли – она была холодной и твёрдой под его ладонями. Он представил себе, как когда-то здесь росли деревья, как ветер играл в их кронах, а его родители смеялись где-то поблизости. Синьшэ улыбнулся, в голове прошли все воспоминания как холод по телу. На вершине горы его ждала маленькая поляна, где когда-то стояла сыхэюань его родителей. Лэ Чэн замер на мгновение, собираясь с мыслями. Он закрыл глаза и прислонился к обгорелому дереву. Его сердце наполнилось воспоминаниями о любви и заботе, о том, как его мать готовила еду, а отец рассказывал истории под звёздным небом.

– Матушка… и Отец. – Мо вздохнул, тёплый ветер нежно касался его лица. – Спустя столько времени, я опять с Вами, хоть.. и теперь у меня новое тело, но я всё тот же Мо Усянь.

Синьшэ опустился на колени и начал убирать уголь и мусор с того места, где когда-то стоял джэнфан. Он представлял себе, как его родители смотрят на него с небес, гордясь тем, что он нашёл в себе силы вернуться сюда.

– Временная слепота мне даёт возможность не видеть тварей, которых мы видели.. но всё я продолжаю чувствовать их присутствие. Я очень рад, что Ваши души спокойно ушли на тот свет.

Мо Синьшэ опустился и легонько поцеловал землю.

– Через неделю увидимся.. матушка и отец.

Парень собрался уходить, он встал и уверенно пошёл к той тропинке, по которой шёл сюда. Резко и неожиданно для него он стукается об что-то живое.

– Ой, простите! – случайно вылетело из рта Лэ Чэна, ему дошло, что на этой горе не должно быть обычных людей.

– Что Вы тут делаете? – спросил высокий парень, с одновременно серьёзным и добрым голосом.

– А.. я заплутал, гулял возле деревни и случайно поднялся на гору. « – Знакомый голос.» – Мо Синьшэ прищурился, но всё равно не увидел лица мужчины, заметил только размытые белые одеяния.

– Хорошо. – тихий вздох и спокойный тон заставляли довериться этому человеку. – Я Вам помогу спуститься.

– Не надо! Я и сам могу, спасибо большое! – Лэ Чэн развёл руками и попытался отмазаться. – Вам ещё скорее всего не по пути! Так что не надо.

– Мне в ту же сторону.

Лэ Чэн шёл уверенно, хотя его глаза были закрыты от света. Он чувствовал под ногами неровную поверхность камней и корней, которые пробивались сквозь землю.

Рядом с ним шёл высокий парень. Его шаги были тихими и осторожными, он часто останавливался, чтобы проверить, не сбился ли Лэ Чэн с пути. Несмотря на то что они были вместе, парень почти не говорил. Он просто следовал за Лэ Чэном, внимательно прислушиваясь к его словам и движениям.

– Знаете, – начал Лэ Чэн с улыбкой в голосе, – Я ведь даже не знаю Вашего имени.. – не услышав ответа на это он промычал. – Ну ладно, значит, будете Гэгэ!

Парень молчал, но Мо Синьшэ чувствовал, что тот слушает его. Он добавил:

– Гэгэ, Вы знали что «Мы», слепые, видим мир иначе. Для нас каждая текстура, каждый звук – это картина, которую рисует природа. Вы только представьте: ветер шепчет мне о цветах, а земля рассказывает о своих тайнах.

«Старший брат» слегка наклонил голову, словно пытаясь понять, о чем говорит его собеседник. Он был высоким и крепким, с не сильно широкими плечами и добрым взглядом. Его молчание не вызывало у Мо Синьшэ дискомфорта; наоборот, это создавало атмосферу доверия.

– Знаете, – продолжал Лэ Чэн, – Хоть, я и потерял зрение не навсегда, но иногда мне кажется, что даже так я вижу больше, чем многие из тех, кто имеет зрение.

Парень остановился на мгновение и посмотрел на своего спутника. Он знал, что Лэ Чэн не развидит его взгляда, но все равно почувствовал необходимость ответить.

– Да… – произнес он тихо, его голос был глубоким и спокойным. – Вы правы.

Лэ Чэн улыбнулся в ответ на его слова. Ему нравилось, что Гэгэ отвечал ему. Это было как находить редкие камни на дороге: неожиданно и приятно.

– Гэгэ, – сказал он, – иногда я думаю о том, как много всего вокруг нас. Я слышал разные истории: о этой горе Луньхуа Шань, о других Великих нефритов разных орденов. И задумываюсь, они ведь тоже были такими же как мы. Тоже искали что-то. А Вы что-то ищете?

– Возможно.. – произнёс тот медленно. – Я ищу… одного человека.

– Человека? Кто же это? Ваша возлюбленная, Гэгэ?

– Если так можно сказать.. то да.

Лэ Чэн повернулся на голос и улыбнулся, на щеках появились искренние ямочки, хоть, и Мо Синьшэ пока что не мог этого увидеть, но его «Старший брат» в ответ тоже улыбнулся.

Они продолжали спускаться по склону горы в тишине, которая была наполнена смыслом.

– Гэгэ, – сказал Лэ Чэн после паузы и хихикнул. – Честно, Вы такой загадочный!

Парень вновь остановился на мгновение.

– Загадочный?– повторил он тихо.

– Ага!

С этими словами они продолжили спускаться с горы, спустя несколько минут они окончательно спустились. Мо Синьшэ помахал рукой новому знакомому и убежал в свой флигель.

« – Хух, повезло, этот человек как видно ничего не заподозрил.. сумел хоть кому-то заговорить язык.. не могу вспомнить, кого мне этот голос напоминает..»

Мо Синьшэ осторожно шагал по каменной дорожке, ведущей к флигелю. Он чувствовал, как ветер нежно касается его лица, напоминая о том, что скоро будет вечер.

Когда он вошел во двор, его внимание привлекли звуки шагов, которые топали туда-сюда возле молодого дерева. Это был Жань Хаосянь, первый нефрит ордена Печати Красного Солнца, облаченный в традиционную, красную одежду, его лицо было сосредоточенным и серьёзным. Лэ Чэн подошел ближе, прислушиваясь к звукам вокруг.

« – Жань Хаосян? Значит, он всё ещё глава ордена. Интересно, как там Жань Сюнчжэн. » – Кхм.. господин, – произнес он с уважением, – Что Вас тревожит?

Жань Хаосянь обернулся к нему:

– Я Жань Хаосянь, глава клана Доужань. Целитель Лэ Чэн, мне нужна Ваша помощь. Несколько учеников заразились ядом мертвецов. Наши И Шены не справляются с этим.

– Простите, что не сделал этого вчера. Сейчас же помогу Вам. – твёрдо промычал парень.

Жань Хаосянь кивнул с благодарностью, и они направились к месту, где находились заболевшие ученики. Лэ Чэн шел за мастером, стараясь сосредоточиться на каждом шаге, и вскоре они оказались в небольшом помещении, где лежали несколько молодых людей с бледными лицами.

« – Так непривычно идти с заклинателем, который в прошлой жизни хотел убить меня. Ах, фу, запах.» – Запах, ладно.. сегодня сделаю без мяньи, ничего не случится. – тихо прошептал Лэ Чэн, наклонившись ближе. – Всё те же признаки.

Мо Синьшэ сделал тоже самое что делал и с другими, сконцентрировался, и помог трём молодым парням.. спустя тридцать минут Синьшэ вышел из помещения. Жань Хаосянь поблагодарил Лэ Чэна, за то что он помог его ученикам, а после зашёл в флигель с парнями.

Мо Синьшэ как обычно пошёл к реке, чтобы помыть руки. Подойдя он быстренько промыл лицо, на этот раз руки до локтя, а после медленно поднялся.

Зайдя во флигель он нащупал стену, следуя привычному маршруту к своей кровати, и, наконец, почувствовал мягкую поверхность матраса под своими пальцами. Все эти два дня – Мо вообще забыл, о том что нужно нормально питаться или вообще что-то делать. Но сейчас, когда он был дома, его тело начало напоминать о себе. Лэ Чэн потянулся к своей ноге, и в этот момент ощутил резкую боль, пронизывающую правую ногу.

– Что это? – прошептал он, пытаясь понять источник страдания. Температура начала подниматься, и он почувствовал, как горячие волны накатываются на его тело. Внутри него разгорелся огонь.

Резко в голову пришло то, что день назад когда он лечил молодого парня, то его кто-то укусил за ногу.

С трудом он поднялся с кровати и начал двигаться по комнате в поисках чего-то прохладного. Каждый шаг давался ему с трудом – нога словно горела от внутри, и он с трудом удерживался на ногах. Мо понял, что скорее всего гадюка могла оставить следы яда в его теле.

Внезапно его колени подогнулись, и он рухнул на пол. Синьшэ прижал голову к холодному полу, пытаясь унять боль. Темнота начала окутывать его сознание, и он знал, что не может позволить себе потерять контроль.

– Яд… – прошипел сквозь зубы парень. – Я должен терпеть..

Внезапно он услышал звуки за пределами своей комнаты – шаги и тихий голос.

– Лэ Чэн? – раздался голос тётушки Линь. – Там пришёл мужчина.. молчаливый, только твоё имя назвал и стоит.

Мо Синьшэ попытался ответить, но вместо слов из его уст вырвался лишь стон боли. Лэ Чэн только захотел привстать, как вдруг его тело перестало слушаться, и он окончательно упал, в глазах Мо Синьшэ всё резко поплыло, последний жадный глоток воздуха и парень отключился.

3 глава.

Маленький Мо Синьшэ, едва достигнувший возраста шести лет, весело шагал по зелёному полю.

С каждым шагом по мягкой траве, его сердце начинало биться ещё сильнее. У него была единственная цель – собрать красивые цветы для своей матушки Мо Сяосюэ, которая так любила цветы, что могла оставаться с ними наедине и любоваться их красотой.

На краю поля росло множество диких цветков. Синьшэ наклонился, чтобы рассмотреть их поближе. Он видел красные маковые цветы, как искры на фоне зеленой травы, и белые ромашки, которые аккуратно распустились под лучами солнца. Их лепестки, как будто только что выдолбленные из чистейшего фарфора, светились под утренним светом.

« – Как же госпожа Матушка будет счастлива!» – подумал он, когда его пальцы коснулись нежной поверхности одного из маков. Вдруг он заметил что-то необычное на краю поля. Это были ярко-синие цветы, которые, казалось, светились в тени старого дерева. Их лепестки были так ярки и насыщенны, будто их раскрасил исполнитель, использующий небесные краски. Синьшэ с восторгом кинулся к ним, его сердце забилось чаще от восхищения. Он осторожно собрал несколько синих цветков, стараясь не повредить стебли, и собрал их в один букет. Матушка мальчика всегда говорила, что цветы могут передать чувства лучше, чем слова. И он знал, что эти цветы скажут ей всё, что он не мог выразить с помощью обычной речи.

Набрав цветов, он сел на мягкую траву и принялся за свое маленькое дело – аккуратно пересчитывать собранные цветы, пересыпая их из одной руки в другую. Синьшэ представлял себе лицо матушки, когда она увидит его дар.

Через несколько минут, он поднялся и пошёл в сторону ордена. Скоро ему предстояло перебираться через ограду, которая отделяла его от их скромного ордена. В тот момент, когда он перелезал через большую каменную постройку. От этого волнения и юношеского задора его щеки порозовели, и он с нетерпением произнес:

– Матушка! Матушка! Смотрите, что я для Вас собрал!

Но что-то в воздухе изменилось. Долгое время маленький Мо не замечал, как ветер стал холодным, как стали тяжелыми облака на небе, словно предвещая бурю. Он вдруг почувствовал гнетущее ощущение, заставившее его замереть в воздухе, как если бы его остановила невидимая рука. С замирающим сердцем он снова прокричал:

– Госпожа Матушка!

В его голосе слышалась детская радость, но в ответ он получил лишь гробовое молчание. Он быстро ступал по дорожке, усеянной мелкими камешками, и не большими лужами крови, на которые Мо уже не обращал внимания. Когда он добрался до двери, его рука остановилась. Она была приоткрыта, и внутри, словно в каком-то ужасном сне, его мир рушился с каждой секундой. Ноги, не слушаясь, заставили его сделать шаг вперед, в ту тёмную пустоту, что окутала дом, который он всегда считал защитой и теплом. Заглянув внутрь, Мо не сразу осознал, что происходит. Его мир, наполненный светом, отошел на второй план перед ужасом, который раскрылся перед ним. Мягкий свет, пробивавшийся сквозь окно, отбрасывал тени на противоестественные формы, которые лежали на полу. На плитах лежали тела его родителей. На лицо Мо Сяосюэ навсегда застыло в выражении страха и боли, её руки были раскинуты в стороны, как будто она пыталась защитить себя от невидимого врага, а вокруг них, как зловещие цветы, располагались лужи крови. Мо Чжюань, который всегда защищал его от всех страхов, теперь безжизненно лежал на окровавленном полу, его сердце, читаемое в глазах, ушло в бесконечность.

Мо Синьшэ сжимал в руках свои цветы, которые, казалось, потеряли всю свою красоту, превратившись в символ полного разочарования. Слёзы незаметно заполнили его глаза, и в тот момент, когда он, наконец, осознал всю ужасность происходящего, сердце его разорвало от боли. Он упал на колени, как если бы мир вокруг него обрушился, превратившись в крошки его счастья.

– Матушка.. Отец.. – его голос срывался от всепоглощающей тоски, и он отчаянно звал их, словно взывая к их душам, которые покинули его в этот ужасный момент. Бедный мальчик, погружённый в опустошение и непонимание, смотрел на кровавую сцену, при этом в его душе раздавался гулкий голос, требующий понимания: «почему?».

Мо Синьшэ быстро поднялся, вытер слёзы с лица и положил цветы в руки своей матери. Он поклонился мёртвым телам и сделал несколько шагов к другому флигелю. Это было здание, где хранились книги, реликвии и правила. Приоткрыв дверь, он ступил на скрипучий пол, который, как всегда, отозвался под его шагами. Тихо хлюпая носом, он попытался принюхаться.. В комнате стоял привычный запах благовоний, и острое ощутимое напряжение, пронизывающее воздух. Мо замер на пороге, обнаружив служанку. У нее было строгое, угрюмое лицо, украшенное глубокими морщинами, несмотря на молодой возраст.

– Мо Усянь! – воскликнула она с ненавистью, как будто именно он был причиной всех бед. Глаза ее сверкнули, словно они могли сжигать.

Служанка сделала шаг вперёд, её чёрные глаза сверкнули яростью. В тот момент, когда она достигла его, кажется, весь мир вокруг замер, а время остановилось. Её рука стремительно потянулась к маленькому столу, на котором лежал ножик. Служанка, не говоря ни слова, с яростью положила его к маленькой ладошке Мо.

– Это всё ты! Все мертвы, и ты виноват в этом! – прошипела она, смотря на ребёнка безумным взглядом.

Мо ощутил, как холодная сталь коснулась его кожи – морозный, резкий, и в тот же момент, когда сильная боль ударила, он не смог подавить крик. Нож остался в его руке, оставляя за собой след, пронизывающий его плоть. Кровь хлынула из раны, яркая, как алая лента, стекающая вдоль его пальца, где только что не было ничего. Служанка же, стоя перед ним с удивительной жестокостью, не желала отвести взгляд. В её серебристых глазах можно было увидеть искры огня, за которыми скрывались волны бездны – глубокой, холодной, неумолимой.

Теперь, его маленькие руки потирали друг о друга, пытаясь прекратить кровь, а колени дрожали от страха, когда он отошёл в угол флигеля, где свет только едва пробивался через узкие окна, и немного приоткрытую дверь. Ему казалось, что стены этой комнаты, ранее привычные и уютные, сжались, точно желая поглотить его целиком. Он опустился на пол и множество раз начал повторять:

– Простите, простите, простите, простите, простите, простите, простите, простите, простите, простите…

Мо Синьшэ произносил это всё тише, когда он наконец-то смог немного отдышаться, то поднял взгляд на служанку. Женщина чуть наклонилась к Мо, прижала лезвие к своей нежной шеи, её рука дрожала, а лицо отразило мгновение нерешительности, но не прошло и мгновения, как это выражение было затерто беспощадным решением. Невольно Мо Синьшэ закрыл глаза, словно надеясь, что это всего лишь кошмар, что он проснётся и всё забудется. Но когда он вновь открыл их, мир вокруг него не изменился.

Женщина закрыла глаза и, словно прощаясь с чем-то, глубоко вдохнула, а затем с сильным, резким движением провела ножом по горлу. В тот же момент кровь хлынула из её раны, роскошным и ужасным фонтаном, заливая пол вокруг неё. Мо замер, его сердце остановилось, он не знал, что делать и как реагировать на ужасающее представление, разыгрывающееся прямо перед ним. Его маленькие губы всё ещё шептали: « – Простите, простите…», но теперь, с каждым новым повторением, в голосе его звучал не только страх, но и ужас, замешанный на полной растерянности. Он не мог осознать, как начать спрашивать, почему, зачем и как могло всё это произойти. И, в то время как служанка падала на пол, ее тело медленно теряло жизнь, Мо остался непонимающим, по-прежнему прижмуривая свои глаза, полные слёз.

Так продолжалось на протяжении пяти дней. Мальчик просто сидел в кровавом флигеле, лишь изредка выходя оттуда, чтобы найти что-нибудь перекусить. Синьшэ боялся выходить – всегда когда он это делал, то видел мёртвые тела заснувших друзей.

Мо сидел на холодном полу и пялил в одну точку. Вокруг него царила гробовая тишина, лишь изредка доносился шум ветра, пробирающегося в щели между старыми досками. Каждое утро он просыпался с теми же мыслями, мешающими его нехитрой детской жизни. Каждый звук, каждая тень в углу, каждый шорох, казалось, окутывал его мрачным покровом воспоминаний, что заставлял его биться в тихой истерике.

Рано утром, когда первые лучи солнца пробивались сквозь горизонт, он вышел на улицу. В воздухе витал холод наступающей зимы, уже скоро должен был пойти снег. Резко Мо Синьшэ поднялся с места, хлюпая носом он побежал к какому-то западному зданию, где взял старую лопату отца, мальчик направился в сторону выхода из ордена. Когда он достиг места за орденом, его глаза уставились в землю. Солнце наиболее ярко светило в это утро, словно будто посылало на него золотые лучи, прикасаясь к нему своей теплотой, подбадривая его. Он стал рыть, и, несмотря на нежные крики его усталого тела, место постепенно обретало форму. В конце-концов, он выкопал первую яму и протирая пот с лица, посмотрел вниз.. « – Прости… я не хотел..»

После нескольких часов, казалось, он уже стоит на грани, но упорство Мо было безмерно. Ведущие к свету лучи осеняли его рабочее место, как будто подтверждая его выбор. С трудом он закончил вторую яму и о чём-то задумался. Быстрым бегом он побежал обратно в флигель. Забравшись внутрь, он повернул взгляд на родителей, крепко лежащих на холодной земле с закрытыми глазами. Синьшэ встал перед мёртвыми телами на колени и тихо начал повторять несколько фраз друг за другом: « – Матушка, отец.. я не хотел, простите меня.. ».

С искренней решимостью, но со слезами на глазах, он аккуратно взял их за руки, пытался поднять, но силы покидали его. И сердце на мгновение ухнуло, но, собравшись, он смог перетащить их. Шаг за шагом Мо двигался к выходу. Как только он добрался до ям, то аккуратно положил тела в каждую из них, словно укрывал их от внешнего мира, закутывая в вечный покой. Слезы текли по его щекам, смешиваясь с пылью земли, и в этот момент он почувствовал невероятную ответственность.

Мальчик взялся за лопату, начиная засыпать вырытые ямы. Засыпая их, он произнес шепот молитвы, благодарности за все мгновения, которые они разделили, за те уроки, что они оставили. « – Я Вас не забуду… надеюсь, Вы простите меня.» – шептал он, и его слова сливались с ветром, уходя в бесконечность. Наконец, когда последняя ложка земли легла на свежую могилу, он встал на колени и долго смотрел на место, где покоились его родители. Маленький мальчик прикрыл глаза, позволяя слезам, которые он только что утер, свободно катиться по щекам. Они оставляли тонкие, прозрачные дорожки, которые блестели на ярком солнечном свету. Мо Синьшэ медленно поднял вверх свою маленькую ладошку, смахнув последнюю слезу. Он смотрел на горизонт, где солнце поднималось все выше. Мо опустил взгляд и, слегка покачав головой, развернулся, чтобы спуститься с вершины горы. Мо Синьшэ начал осторожно спускаться по каменистой тропе, которая извивалась между скалами, укрытыми мхом и шершавыми корнями деревьев. Ему приходилось прислушиваться к каждому шагу, чтобы не оступиться на острых камнях. Птицы щебетали в сучьях деревьев, своим звуком добавляя жизнь в эту красивую картину природы. Ветер трепал его волосы, бросая их в разные стороны. Мо с трудом пробирался по узким улочкам деревни, где жизнь кипела, словно речные потоки в теплый летний день. С каждой шагой его тонкие ноги прощали усталость, но над головою кружили мысли, напоминающие о голоде, который сжимал его живот, словно пружина, готовая разжаться. Вокруг шумели продавцы, предлагая свои товары: свежие овощи, кунжутные лепешки, сладкие фрукты и горшочки с ароматными специями. Ароматы кружили в воздухе, как легкие облака, привлекая внимание прохожих и теряя его в тот же миг. « – Если я что-то попрошу, то меня посчитают за попрошайку и сразу же прогонят.. нужно..» – подумал мальчик и посмотрел по сторонам. Мо заметил группу мужчин, которые боролись с тяжёлыми мешками риса. Один из них, старый фермер с седыми усами и добрыми глазами, едва мог поднять мешок на плечо. Синьшэ сразу же понял, что это было, то что ему нужно, и он не раздумывая подбежал к нему.

– Разрешите! Я помогу Вам! – воскликнул он, вытянув только одну левую руку так, как правая ещё не зажила.

Старший с благодарностью посмотрел на мальчика, и в его глазах блеснула то-ли хитрости, то-ли доброты. – Спасибо, мальчик! – произнёс он, и Мо, без замедления, схватил край мешка. Вместе они продвигались вперёд, и вскоре, после нескольких шагов подошли к нужному месту.

Мужчина посмотрел на Синьшэ и с улыбкой вздыхая проговорил:

– А я то думал, что ты убежишь.

– Я просто решил помочь.

В ответ на его доброту фермер отплатил ему доброй и жаркой лепёшкой, которую сам только что испек. Запах её витающего тепла вызвал у Мо чувство радости, подобного блеску звезд в безоблачную ночь. Он с весельем поклонился и негромко прокричал:

– Спасибо большое!

Синьшэ быстро пошёл в более тихую часть рынка. Он приметил себе уголок, где никто практически не проходил. Мо подбежал туда, наклонившись, он заметил маленький кусочек ткани, заложенный под один из камней. Было видно, что это кусочек старого ханьфу, выцветшего на солнце, но для мальчика это был настоящий клад. Он аккуратно достал ткань, стряхнув с неё пыль, и почувствовал, как низкое качество материи и потертости угнетали его, но всё равно это была находка. Он развёл ткань, и когда она расправилась, показав свою слегка потертую, но всё еще однородную поверхность, Мо сел на неё, как на ручной ковер, стелющийся под ним.

Мальчик взял лепёшку и с довольной улыбкой посмотрел на неё. Разломив лепёшку на две части, Мо уже готов был попробовать первую крошку, когда его уже подстерегал голод. Он закрыл глаза и отвлёкся от мира вокруг, ощущая, как эта первую часть дарит ему тепло, касаясь языка. Вкус нежного теста, пронизанного ароматом жареного лука, поднимался в его горле.

Когда Мо наконец-то смог расслабиться. Однако вскоре его спокойствие нарушили громкие голоса. Несколько детей – местных хулиганов – заметили его и начали собираться вокруг, как воробьи вокруг крошки хлеба.

– Смотрите! Урод! – закричал один из них, указывая на Мо. Его голос был полон насмешки и злобы.

Другие дети подхватили его слова, как будто это была какая-то игра. Они начали смеяться, их смех был резким и пронзительным, как треск хрустального стекла. Мо попытался игнорировать их, но это было невозможно. Дети окружили его плотным кольцом, прямым словом как хищники на добычу.

– Ты что тут делаешь, уродец? – продолжал один из мальчиков. – У тебя даже крыши над головой нету!

– Эй! Ты чего, у него ведь даже родителей нету! – посмеялся другой и поднял камень с земли.

Синьшэ крепко сжал кулаки, он бы вытерпел всё, кроме оскорбления в сторону родителей. Он понимал, что должен уйти, но что-то внутри него не позволяло просто так сдаться. В тот момент, когда один из мальчиков шагнул ближе, Мо собрал всю свою волю и резко толкнул его в живот.

Мальчик неожиданно потерял равновесие и с глухим стоном упал на землю. Его глаза расширились от удивления и боли. В ту же секунду смех других мальчиков прекратился. Они замерли, смотря на своего товарища, который корчился от боли. Взгляд Мо был полон решимости – он не собирался позволить им продолжать издеваться над ним.

– Что такое? Испугался? – выкрикнул Мо с неожиданной яростью, которая сама удивила его. Мальчики, еще недавно уверенные в своей безнаказанности, теперь начали медленно отступать назад.

– Ты что, с ума сошел? – пробормотал один из них, не веря в то, что произошло. Но страх уже овладел ими; они понимали, что Мо не был тем беззащитным уродом, каким они его считали.

– Убирайся отсюда! – закричал другой мальчик, но его голос дрожал от испуга.

В этот момент тот, которого Синьшэ толкнул, поднялся на ноги и начал кричать. Его вопли были полны растерянности. Крики эхом разнеслись по рынку, привлекая внимание прохожих.

– Матушка! Отец! – завопил он, сжимая живот обеими руками. Его голос был полон страха и отчаяния. – Этот сумасшедший ударил меня!

Словно по сигналу, из толпы начали вырываться его родители. Мать в ярком шелковом платье и отец в простой одежде спешили к своему сыну. Их лица были искажены тревогой. Они пробирались сквозь толпу людей, которые останавливались и смотрели на происходящее с любопытством.

– Что случилось? – закричала мать, когда она увидела своего сына на земле. Она бросилась к нему и обняла его.

Отец встал рядом с ней, его лицо выражало гнев и недоумение.

– Этот урод меня толкнул! – всхлипывал мальчик, указывая на Мо. Его голос намеренно дрожал от слёз и боли.

Взгляд родителей мальчика был полон обвинений и ненависти. Он знал: они не поймут его. Они увидят только урода, который осмелился причинить вред их сыну. Усянь вновь сжал кулаки, готовый к тому, что сейчас произойдет.

– Я.. – только начал Синьшэ, как тут же его перебили.

– Ты заплатишь за то, что сделал! – произнёс отец с ненавистью в голосе.

Отец мальчика вытащил из-за пояса длинную палку – простую деревянную палку, но в руках гневающегося человека она казалась смертельным оружием. Мальчик, которого толкнул Мо стоял подле них, его лицо сначала было весёлым, а в глазах его родителей горел огонь мести.

Сначала удар пришёлся по плечу Мо; он не успел увернуться и вскрикнул от неожиданности. Боль пронзила его тело, словно раскалённый нож. Он попытался отстраниться, но мужчина не собирался останавливаться. Удары следовали один за другим – каждый из них оставлял след на его теле и душе. Слёзы начали катиться по щекам Мо; он не мог сдержать их.

Толпа вокруг них замерла в ожидании; некоторые люди смотрели с осуждением, другие с любопытством. Никто не собирался вмешиваться; для них это была просто сцена из жизни деревни – обычное зрелище.

Когда удары прекратились, Мо упал на землю, весь дрожащий от боли. Он прижал руки к груди, пытаясь защититься от дальнейших атак. Слёзы текли по его лицу, смешиваясь с пылью земли; он чувствовал себя полностью беспомощным.

Отец мальчика стоял над ним с выражением триумфа на лице. Он посмотрел на своего сына и увидел в его глазах страх и недоумение. В этот момент что-то изменилось; гнев начал утихать, уступая место растерянности.

– Отец.. ты не должен был это делать! – произнёс мальчик тихо, его голос дрожал от эмоций.

Но отец лишь покачал головой в ответ на слова сына. Он посмотрел на Мо с презрением и отвернулся.

Через несколько минут все разошлись.. но Синьшэ продолжал сидеть возле стены и смотреть в одну точку. Сквозь туман отчаяния он вдруг ощутил, как что-то тёплое и липкое стекает по его руке. Он посмотрел вниз и увидел, как кровь медленно сочится из раны, оставленной ударом палки отца того мальчика. Ярко-красная жидкость контрастировала с его бледной кожей, и в этот момент Мо почувствовал странное спокойствие. Боль была острая, но.. « – Мне совсем не больно.. даже приятно? Я вправду сошёл с ума..» – такие мысли точно были не свойственны шести летнему ребёнку.

Мо медленно поднялся на ноги, его тело дрожало от пережитого шока и физической боли. С каждым шагом к выходу с рынка он чувствовал, как окружающий мир становится всё более неясным. Люди проходили мимо него, некоторые бросали осуждающие взгляды, другие же просто не замечали его. Когда он наконец вышел за пределы рынка, перед ним раскинулось широкое поле, усыпанное зелеными травами и дикими цветами. Это было место, где он всегда находил утешение, и тогда когда всё было хорошо, и тогда когда всё стало плохо. Природа, с её спокойствием и величием, казалась ему единственным спасением от мира. Он сделал шаг вперёд и остановился, закрыв глаза под лучами солнца.

Ветер нежно касался его лица, словно обнимая его, и Мо почувствовал, как напряжение начинает отпускать его. Но в этот момент он вспомнил о ране. Она щипала и пекла. Он посмотрел на свою руку и заметил, как кровь продолжает течь, оставляя за собой яркий след на коже.

Мо подошёл к небольшому ручью, который тек неподалёку. Вода была прозрачной и холодной – идеальным лекарством для его раны. Он наклонился над водой и стал осторожно промывать свою руку. Холодная жидкость обжигала кожу, вызывая резкие ощущения, но в то же время это было приятно. Вода смывала кровь, оставляя только легкое покалывание – чувство очищения. Мо поднял голову и посмотрел на небо. Облака медленно плыли по синему полотну. Вернувшись к своему ощущению боли, он снова коснулся раны. Щипание становилось всё более привычным; оно напоминало ему о том, что он живет то, что он сейчас находится прямо здесь и сейчас.

С этого дня Мо Синьшэ был ниже травы и тише воды, периодически он помогал пожилым дамам и старикам, а потом пытался изготавливать для них лекарства..

Так продолжалось ещё больше двух недель. Наступила зима, и холодный ветер стал яростно колотить по узким улочкам рынка и деревни, в которой пытался жить маленький Мо Синьшэ. Листья с деревьев, когда-то

нарядные и зелёные, теперь опали и покоились на земле, став похожими на гербарий, в котором время застыло, напоминанием о том, что жизнь, как и природа, подвержена переменам. Небо затянуло серыми облаками, и солнце стало редким гостем, большей частью прячущимся за холодной завесой зимы. Зима обострила все недостатки его существования. Ещё одно мокрое, потемневшее от времени ханьфу, которые ему дала женщина на рынке, свисало к земле из-за чего становилось ещё холоднее. В такие моменты мороз проникает в каждую жилку, и Мо чувствовал, как его кожа покрывается мурашками. Каждый вдох приносил с собой жгучее ощущение, будто он охватывал не воздух, а ледяные осколки. Хоть, мальчик и начал привыкать к такому морозу, но всё же иногда оно ужасно сильно пробирало по телу.

И вот в один из таких морозных дней, он проходил с деревни к рынку. Рядом, в небольшом ручье, лёд трескался, и река, замёрзшая вдоль берега, выглядела, как хрустальная картина. Мо остановился, полюбовавшись этим зрелищем, когда из укромного закутка его взгляд упал на нечто странное. Это было небольшое черное пятно, которое выделялось на фоне сверкающего белизны снега. Мальчик сощурил глава – мало ли это ему показалось. Но нет, когда он подошёл поближе, то и вправду – это был непонятный чёрный комок, который немного шевелился. Обойдя его, он заметил, что у него есть глаза и они были огромные и красные, даже казалось, что они не сильно светятся. Удивление охватило Мо. Он присел на корточки, пытаясь рассмотреть странный объект получше. Он не чувствовал страха – наоборот, он чувствовал любопытство.

– Так Вы ещё и безобидные бываете? – Синьшэ немного наклонил голову вбок и начал всё более лучше осматривать клубочек.

Чёрное существо резко посмотрело на Мо. Его большие глаза завораживали. – Ты видишь меня? – это было трусливо, оно начало двигаться назад, к тому же даже не делая каких-либо движений, просто летело в воздухе.

Быстро мальчик услышал, как возле него кто-то подходит – это были женщины в светло-зелёных ханьфу и тёплых шубах, а значит ордена Восточного Лотоса, клана НиньЧзинь. Женщины в ярких одеждах, украшенных разнообразными вышивками, словно живые полотна, прошли мимо, каждый шаг навевал их величественный дух. Их волосы были собраны в сложные прически, а глаза блестели от уверенности и силы, которую знали только воины. Мо с благовением поднял руки перед собой, и, с неловкой улыбкой поклонился. Женщины, не останавливаясь, прошли мимо, но их энергия оставила заметный след в воздухе. Мо почувствовал вихрь эмоций, проносящихся над ним. Он просто не мог отойти от их сияния, и когда, казалось, они исчезли в далеке, его взор вернулся к чёрному существу. К его удивлению, оно, судя по всему, тоже невольно было отвлечено зрелищем. Внезапно, как если бы его мозг охватил ясный свет, оно резко развернулось и, в мгновение ока, исчезло за деревьями, оставив лишь лёгкую полосу на снегу.

– Эй! Стой! – закричал Мо, пытаясь поймать его.

Комок стремительно мчался вперёд и вскоре скрылся за углом. Синьшэ, не раздумывая, последовал за ним. Он завернул за угол и вдруг увидел человека, сидящего на расчищенной земле. Это был бедный старик с иссохшим и болезненным выражением лица. Мо остановился в недоумении: чёрный комок заполз прямо в рот старика.

В этот момент мир вокруг замер. Мальчик почувствовал, как холодный пот выступил на лбу. Он не понимал, что происходит, но точно знал: что-то не так. Старик начал кашлять, его лицо исказилось от боли. Вокруг него и до этого были люди, но сейчас их собралось ещё больше.

– Что это он делает? – произнесла одна женщина с испуганным голосом.

– Неужели.. с ума выжил? – добавил другой.

Мо, не в силах отвести взгляд от пожилого мужчины, почувствовал, как внутри него поднимается паника.

– Господин! – Синьшэ резко подбежал к мужчине, приложил одну руку к его груди и что-то прошептал. В этот момент с его рта вылетел чёрный комок. – Вам лучше? – с натянутой улыбкой произнёс мальчик.

– Что ты сделал? – удивился мужчина. – Мне действительно полегчало. Где твои родители? Я должен отблагодарить их!

– А, а.. а! Родителей у меня нету. – Мо Синьшэ заметил, что на него направлено слишком много глаз. « – Надо быть потише, а то слишком много внимания.» Неловко он поклонился и решил делать ноги, но резко влетел лицом в чьи-то ноги. – Простите.. – промолвил мальчик и посмотрел в глаза незнакомца.

Это была женщина. В её облике было что-то особенное; её волосы, как река, струились по плечам, собранные в резкость изысканных узлов, которые великолепно подчеркивали её стройность и элегантность. На ней был ханьфу и пышная шуба. Цвета ткани переливались, отражая чистоту вечернего света – нежно-синий и светло-белый создавали эффект утренней росы, пробуждающей природу.

– Я Чзинь Линь, глава клана НиньЧзинь. Ордена Восточного Лотоса. – мягко произнесла она.

« – Ааа! я же минуту назад говорил, что надо быть тихим! Вот я балда!!!!! » – прокричал внутри себя Мо.

– Юноша, а ты случайно не Синьшэ? – спросила она, наклонив голову вбок.

Мо удивился тому, что женщина знает его имя. Он податливо кивнул и пробормотал:

– Да, я Синьшэ.

– Я была уверена, что это ты. В твоих глазах я вижу отражение госпожи Сяосюэ. А ты сильно похож на неё.. – промычала Чзинь после чего она посмотрела в сторону.

– Знаешь.. Мо, ты можешь пойти со мной в орден. Ты не должен ночевать на улице, когда есть места, где тебе будут рады.

– В орден? – мальчик на секунду замер и на его лице появилась добрая улыбка.

– Думаю, что это будет единственным разумным решением.

– Я Вам очень благодарен, госпожа Чзинь Линь! – прокричал Синьшэ и поклонился женщине, та в свою очередь приобняла его и добро улыбнулась.

4 глава.

В тот вечер, когда багряное солнце окончательно скрылось за горизонтом, оставив за собой лишь легкий налёт пурпурных и золотистых оттенков на безмятежном небе, Мо Синьшэ, только что прибывший в новое место, стоял на не высоком холме. Он, все еще переполненный «бурными» эмоциями о прибытии в клан НиньЧзинь, стоял холме, откуда открывался вид на обширные поля и леса. Ветер нежно шевелил его волосы, и он чувствовал себя свободным, как никогда прежде.

– Синьшэ! – раздался голос позади него. Мальчик обернулся и увидел девушку с длинными черными волосами, которые струились по ее спине. Это была Чэнь Хуа. Она была одета в тёплое ханьфу из тёмно-синего шелка, украшенное золотыми узорами. – Так вот как ты выглядишь!

– Привет! – смущенно ответил Мо, не зная, что сказать дальше.

– Я – твоя новая сестрица, – с улыбкой произнесла она. – Меня зовут Чэнь Хуа! Можешь называть меня старшей сестрицей Хуа. Добро пожаловать в нашу большую семью!

Синьшэ почувствовал, как в груди что-то ёркнуло, память о таких же тёплых словах его матери.. Он не ожидал такой дружелюбной встречи.

– Да.. хорошо, старшая сестра!, – ответил он, стараясь скрыть свои воспоминания.

В этот момент рядом появилась не высокая девушка с уверенной осанкой и ярким взглядом. Это была Сунь Лунг. Она была одета в простое, чёрное ханьфу, которое подчеркивало её физическую силу.

– Добро пожаловать. – промычала девушка, протянув руку в дружеском жесте. – Я тоже твоя новая «сестра», но не надейся, со мной ты будешь учиться и тренироваться.

– Эй! Сунь! Не пугай мальчика! Ты как обычно! Нельзя же так!!! – прокричала третья девица, на вид она была самой младшей. У неё были добрые черты лица, она была самая низкая из всех. Её чёрные волосы заколотые в шпильку играли с ветром, и тёмно-розовое ханьфу тоже крутилось и играло с ветром. – Ой! Я Мэй Рань! Я большую часть занимаюсь медициной, так что если нужна будет помощь – обращайся. Я тебя в обиду не дам!

– Рад знакомству! – произнёс Синьшэ с нервной улыбкой. – Да, буду обращаться если что..

– Некоторое время тебя придётся прятать, всё же в нашем клане всегда были только девушки.. – промолвила Сунь Лунг и скрестила руки на груди.

– Это всё равно не помешает. – сзади к девушке подошла Чзинь Линь, она добро улыбнулась и посмотрела на девушек.

– Госпожа Ао! – крикнула Мэй и Чэнь Хуа. Они тут же побежали в её мягкие и тёплые объятия.

– Позже ты сможешь познакомиться и с другими девушками из клана. – добавила Чзинь Линь обнимая девушек. – Лунг, отведи Мо в сянфан.

– Почему я?

– Лунг.. – взгляд девушки на секунду изменился, он стал похож на хищную кошку, которая увидела свою добычу.

– Хорошо! Поняла, сейчас же сделаю. – Сунь Лунг сделала поклон, посмотрела на Синьшэ и махнула головой. – Идём.

Они шли по извивающейся тропинке сада, ощущая холодок вечернего воздуха, который напоминал о близкой ночи. Лунг отвела взор от насыщенной зелени и остановилась на – Мо Синьшэ. Тот, казалось, был поглощён задумчивыми мыслями, осматривая оставленные во дворе вещи.

– Что-то не так? – поинтересовалась Сунь Лунг, её голос был более теплее, чем был до этого.

– Ничего, просто… здесь так красиво, – произнес Мо, снова обретая себя в этом уединении и спокойствии. Его черты, светлые и утончённые, отражали это легкое беспокойство. – Тут хорошо.

– Понятно. А.. не выделяйся пока что, всё таки госпоже Ао из-за этого будет нелегко.

Когда Сунь это говорила, то медля остановилась, они уже подошли к среднему по размерам зданию. – Вот. Если что-то понадобится, то зови.

– Хорошо, я понял, выделяться не буду!

Первым делом Мо Синьшэ забежал во флигель, пошёл вымылся в специальной бане, а после лёг спать, чтобы выспаться.

Больше всего времени Мо проводил с Мэй Рань и Сунь Лунг, его очень сильно интересовала медицина и боевые искусства. Ежедневно он прибегал к сестрице Мэй и расспрашивал её о всём; о том как проходит энергия ци, как управлять ею, как правильно лечить человека и животных. Сегодняшний день – тоже был не исключением. В дождливый и сыро-ветреный день, с самого утра, он проснулся с одной мыслью и хитрой улыбкой на лице. Мо надел зелёное ханьфу ордена Восточного Лотоса и побежал к флигелю своей сестрицы. Постепенно приближаясь к двери, Мо Синьшэ остановился на мгновение, чтобы причесать свои растрепанные волосы, и только затем постучал. Через мгновение в двери появилась высокая и тонкая фигура – это была Мэй Рань.

– Усянь! – произнесла она, приоткрыв дверь шире и приглашая его войти. – Я всё сильнее удивляюсь тебе, на дворе скоро дождь пойдёт, а ты всё равно прибежал!

Мо, обрадованный её доброжелательным голосом, бросился внутрь, быстро устремившись к столу, на котором располагались счеты с травами, сосуды с густыми жидкостями и множество высушенных растений. Запахи смешивались – то сладковатая корица, то горький женьшень, то свежий имбирь – и создавали атмосферу, в которую хочется погружаться всё глубже и глубже.

– Сестрица Мэй Рань, – начал он, не обращая внимания на возможные правила вежливости, – А… какие растения при смешивании дают ядовитую реакцию?

Разговор начинался просто, но в голосе мальчика звучала такая настойчивость, что Мэй Рань, застыв на мгновение перед ним, вновь увидела эту былую, бесстрашную искорку.

– Я скажу тебе, но.. – мягко ответила она, наклонившись поближе к Мо. – Зачем это тебе?

Синьшэ на несколько секунд замялся, затем сжал кулачки и, взглянув ей в глаза, произнёс:

– Мне всего лишь интересно. Мало-ли пригодится когда нибудь!

– Хорошо.. – Мэй прекрасно понимала, что мальчик не всё договаривает, но всё же повернувшись к нему спиной и передом к столу, произнесла: – Сочетание трав, содержащих алкалоиды, такие как белладонна и некоторые другие растения. Их множество, есть ещё деревья, из коры которых выделяется смертоносный яд.

Мо Синьшэ воспользовался тем, что сестрица развернулась, быстро подбежал к столику сзади неё и стащил что-то стащил с него.

– А! Я понял! Спасибо, сестрица Мэй!! – мальчик улыбнулся и развернувшись рванул с флигеля целительницы.

Мэй медленно развернулась, вопросительно смотря в спину Мо и негромко произнеся:

– Синьшэ..?

Девушка осталась одна в флигеле. Не придав этому большого внимания она продолжила заниматься теми делами, которыми занималась несколько минут назад.

Мо Синьшэ забежал в свою скромную комнатку и удобно уселся на кровать. Внутри было темно из-за больших облаков на небе, из-за чего мальчику пришлось поджигать свечу. Он смело вытащил из кармана маленький ножичек. Его лезвие было затуплено временем и игрой, но для Мо он был достаточно острым. Он задумчиво повертел его в руках, перед тем как должным образом воспользоваться инструментом. Чуть дрожащей рукой он прижал уголок лезвия к нежной коже своего запястья. Легкое прикосновение, и вот на руке появилась малюсенькая царапина. Капля алой крови, всего лишь на миг прервала его размышления. Взяв – то растение, которое стащил у Мэй Рань, он поднёс его сверху руки и немного надавил. На ровно-отрезанном конце стебля появилась маленькая капля сока, она капнула прямо в рану, после чего последовало жгучее движение в руке. Мо увлечённо следя за этим, сжал кулак. Похмурился, но потом когда боль в руке пропала начал разглядывать кожу вокруг царапины. Она была немного красной и с маленькими болячками вокруг. Синьшэ взял листок бумаги и кисть с чёрной чернилой, быстрыми движениями он еле-как нарисовал это левой рукой. После, он взял заготовленный кусочек чистой ткани и замотал свою руку.

На следующий день, Синьшэ уже был возле флигеля госпожи Чзинь Линь. Он нежно потёр свои ладошки, прислушиваясь к лёгкому утреннему шороху. Мальчик повернулся и увидел, что Чзинь была не в флигеле, а ходила по саду и что-то рассматривала.

– Госпожа Чзинь Линь! – произнес он, потянувшись к ней с окраины сада.

В этот момент женщина повернула голову и обняла Синьшэ добрым взглядом.

– Что такое Мо?

– Мне же можно выходить за территорию ордена? – с неподдельной решимостью произнёс Мо. Он кивнул себе на вопрос. И не дожидаясь ответа вскочил, укрываясь в деревьях. Так как он не хотел попадаться на глаза, то полез на дерево и через него перескачил за большую преграду. « – Надеюсь… в призрачной деревне будет, та чумазая девочка..» – подумал про себя мальчик, и с улыбкой побежал в сторону этого места.

Мо Синьшэ шагал по извивающейся тропинке, обрамленной раскидистыми деревьями и густой листвой, и чувствовал, как тишина леса постепенно уступает место гулким звукам забытой деревни. Каждым шагом он углублялся в загадочный мир, который некогда был ему знаком. Этот путь, когда-то был в полумраке, сейчас же наоборот, был с странными людьми и громким гулом. Он подошёл к деревне, которая должна была быть пуста. Мо заметил, что, несмотря на кажущуюся запустелость, здесь были живые существа. Он пригляделся к ним и увидел, что это не совсем люди: они были похожи на людей, однако их головы украшали рога, изогнутые и причудливые, словно обрамляющие их лица, в каких-то местах обросшие волосами, в других – покрытые шерстью. Так же были те, кто больше был похож на людей, только всё же что-то оттолкало в них. Их глаза сверкали ярким огнём, а улыбки оставляли ощущение чего-то непонятного и тревожного. Они ходили парочками, переговариваясь на языке, который полууловимо напоминал человеческую речь, но в нём слышался совершенно другой ритм, нечто примитивное и дикое одновременно. Синьшэ невольно затормозил свой шаг, пытаясь понять, что происходит. Странно, но через несколько секунд этот язык стал ему понятен, он полностью начал понимать всех существ.

Мальчик осторожно обошел любовную, мрачную группу существ и наткнулся на затененный переулок, который поглощал тени и разговоры. Тут стояли дети, точнее, маленькие создания с рогами, окружившие другого мальчика, который выглядел совершенно иначе. Он был сильно похож на человека, только уши у него были немного длинее, чем у человека. У него был шрам на щеке, который пересекал его лицо от левого виска до подбородка, оставляя за собой смутное зрение, будоражащее воображение.

– Урод! Урод! – кричали они, толкая его и смеясь при этом.

Мальчик с шрамом, казалось, не понимал, что делать, он лишь искал глазами спасение, но, к сожалению, был окружён. Его руки сжимались в кулаки, но тело, как будто утеряло возможность сопротивляться.

Когда один из детей поднял камень и попытался ударить мальчика со шрамом, Мо уже не выдержал и подбежал к ним поближе.

– Стойте! Что Вы делаете?! « – Знакомая ситуация.. надо помочь ему.» – подумал Синьшэ.

К его удивлению, их взгляды зажглись недоумением, а затем гневом.

– Урод, ты что себе дружка нашёл? – посмеялся один этих подобных ребёнку существу. – Лучше уходи пока таким же не стал!

– Я не собираюсь уходить.

К нему начал идти какой-то из детей. Это был один из самых крупных существ, с мускулистыми плечами и крепкими руками, словно скованные железом. Но когда он приблизился, вдруг его уверенность как будто растаяла. Он остановился, глядя на Мо с настороженностью.

– Эй, ты, чего остановился? – произнес другой мальчик, после чего подошёл к нему и тихо проговорил. – Ты что… простите! Простите пожалуйста!

Два существа резко упали на землю и начали склонять голову в колени Синьшэ. Затем, они быстро поднялись и убежались что-то громко бормотая под нос.

На этот раз, Мо смог лучше разглядеть мальчика; со шрамом, был одет в грязные, немного порванные одежды, которые были ему велики. Чёрные, растрёпанные волосы падали на его лоб, скрывая половину лица, в том числе и глаза. На вид он выглядел ужасно усталым, но в глубине его взгляда, несмотря на все трудности, светился дух – отчаянная искра, которая оставляла надежду в сердце.

Синьшэ подошёл ближе и с улыбкой протянул руку в его сторону. Глядя на него, он сказал с неожиданной для себя нежностью:

– Ам, ты в порядке?

Мальчик со шрамом слегка поднял голову и, казалось, раздумал в ответ. Он тоже посмотрел в глаза Мо и нервно улыбнулся.

– Т-ты сын Добродеятельной Сяосюэ? Если я не ошибаюсь, то.. ты из Луньмо? – мальчик зажмурил глаза и закрыл рукавом лицо поклоняясь.

– Что? Я сын.. матушки Мо Сяосюэ, и, как ты узнал, что я из Луньмо?

– Это видно, т-твои глаза.. они светло-золотые! Т-ты похож на..

– Глаза? Это может быть просто совпадение..

– Нет! А… прости.. – промычал мальчик и шмыгнул носом. – Несколько десятилетий назад.. м-молодая госпожа Мо Сяосюэ появилась в этой деревне, она помогала н-нам с безопасностью..

Мо Синьшэ удивлённо посмотрел на мальчика, ещё раз протянул руку, но на этот раз сам взял его и поднял:

– Моя матушка? Как она Вам помогала с безопасностью?

Ребёнок медленно встал, убрал чёлку с лица за уши и посмотрел вниз.

– В-в деревню часто захаживали заклинатели и разрушали всё что видели.. а г-госпожа Мо Сяосюэ помогала нам скрывать её своей магической иллюзией..

– Получается.. потом матушка попросила и Вас ей помочь с обучением для клана?

– Угу!

– Вау.. я ведь этого даже не знал. Спасибо! – посмеялся Мо с улыбкой на лице. – Я кстати – Мо Синьшэ!

– Я-я Хэй Сы Кун.. – простонал мальчик и положил одну руку к локтю.

Мо Синьшэ повернул голову вбок, подобно любопытному котёнку, который в краску разволновался от своей настороженности. Он вплотную подошёл к Сы Куну и принялся его осматривать.

– Почему, те мальчуганы называли тебя уродом? Ты же красивый вроде. – спросил Мо.

Хэй повернул голову в сторону Синьшэ и его губы нервно опустились, хотя только что была едва заметная улыбка.

– Я не такой как они. Н-ни физически, ни по статусу..

– И что? Давай им сдачи!

Мо посмотрел по сторонам, а после резко схватил Сы Куна за руку и повёл обратно на оживлённую улицу. Хэй Сы Кун крепко сжал руку Мо. Они шагали дальше, и высокие существа, что стояли по обе стороны улицы, с любопытством смотрели на ребят. В их жутких взглядах пролетала одновременно и агрессия, и невиданный интерес.

– Посмотри, – прошептал Мо, указывая на высокую девушку, стоящую с луком. – Она похожа на лунного зайца!

– Господин! Н-не надо смеяться, – отозвался Хэй, уставившись на большое создание, – Это же Лунная Шадо! Она умеет предсказывать судьбу!

– Эй, обращайся ко мне нормально! А не как к: «господ-и-и-ну» – промычал Синьшэ и негромко хихикнул. – И ты вправду веришь, что она предскажет судьбу?

– Д-да! Всё что находится в деревне – в-всё правда!

Мо, полный соблазнительного любопытства, направился ближе к сущности. Шум на улице стал громче, и густые клубы пара, движимые ветром, затуманивали всё вокруг. Духи умчались в стороны, оставляя после себя шлейф взвихренных туманов и звуков смеха.

– Д-давай лучше просто смотреть, – сказал Хэй Кун, идущий за ним, – Тебе ж-же говорили, что не все духи добрые!..

– Лааадно! – протяжительно сказал Синьшэ и развернулся, смело шагая в другую сторону.

Он нечаянно резко развернулся, споткнувшись о собственные ноги. В одно мгновение ему стало не по себа, и он забеспокоился, но не успел Мо даже понять, что творится, как его маленькое тельце столкнулось с чем-то мягким и неожиданным. Словно невидимая завеса распахнулась, и он с удивлением увидел перед собой женщину.

Женщина стояла прямо перед ним, высоко подняв голову, и её большие, как светящиеся изумруды, глаза смотрели на него с удивлением и враждебностью. Длинные уши, изящно вылепленные, выступали из ее прически, как листья древнего дерева, раскинувшиеся на фоне яркого неба. Длинные волосы каскадом спадали по её спине, обрамляя лицо, выдающее обаяние и величие. Она была одета в тонкое, струящееся арабанное ханьфу, ткань которого переливалась всеми цветами радуги при каждом её движении. Мо быстро приметил, что от неё вкусно пахло цветами.

– Эй! Смотри куда идёшь. – прокричала дама, после чего взяла Синьшэ за подбородок и надавила своими острыми ногтями. Резко её глаза расширились, а на лице появилась хитрая улыбка. – Так.. ты у нас человек?

– Отпусти! – Мо резко дёрнулся и рукой оттолкнул от себя женщину. Он посмотрел на неё, тихо фыркая.

– А, так ты тварь Мо Сяосюэ. Даже перед смертью успела поставить тебе печать. Ах-х, скукота.

– М-мо.. уходим. – тихо простонал Хэй Сы и взял Синьшэ за рукав ханьфу, потянув на себя.

Женщина не стала обращать на это внимания, она лишь осмотрела двух детей свысока и ушла.

Под вечер на узких улочках древнего города поднимался лёгкий ветерок, который порой играл с пыльными листьями и уносил их в сторону. Небо, завуалированное лёгкими облаками, постепенно окрашивалось в насыщенные оттенки розового и фиолетового, и маленький Мо Синьшэ, сидя на каменном бордюре, с завороженным взором наблюдал, как солнце медленно опускается за горизонт.

В этот момент к нему сзади подошёл Хэй Сы Кун и неловко тронул его плечо.

– Мо.. у-уже вечереет, тебе пора уходить..

Синьшэ, улыбнулся в ответ: – Но сейчас будет такой красивый закат.. я с друзьями частенько смотрел его..

Когда осознание того, что время уходит, Мо архитектурно сложил ладони на коленях и, наконец, решился.

– Ладно.. ты прав Хэй Сы, мне уже пора. Пока!

Демон, вскинул брови: – Т-только не беги, уже темно ты м-можешь упасть..!

Но Мо лишь кивнул, нежно помахал рукой и, не дождавшись ответа, помчался по улочке. Когда мальчик подошёл к ордену, то ловко забрался на дерево и перелез через него на территорию НиньЧзинь.

Мо Синьшэ увидел, что госпожа Чзинь Линь была в саду и разговаривала с его сестрицей Сунь Лунг. Он попытался тихо проскочить, чтобы те его не заметили. Госпожа Чзинь, моментально почувствовав движение, обернулась к нему. При взгляде на Мо, её взгляд, полный нежной заботы, стал строго сосредоточенным, когда она заметила следы, нанесённые на его нежную кожу. У него на щеках остался след от той дамы из призрачной деревни. Это резко пришло ему в голову и он начал мешкаться.

– Усянь, что с тобой произошло? – произнесла она, наклонив голову.

– Я упал с дерева в колючие кусты! – быстро пробормотал Синьшэ и улыбнулся.

С улыбкой, почти скрытой, Лунг, стоявшая рядом, не смогла сдержать легкого вздоха. Чзинь Линь подняла бровь, и тоже тихо вздохнула, переглянувшись взглядами с Сунь Лунг.

– Мо, скажи мне правду. – сказала она, её голос стал чуть более строгим, но с оттенком беспокойства.

Усянь в ответ на это, сжал кулаки и приложил одну руку к груди. Он посмотрел на госпожу Чзинь и произнёс:

– Я вправду упал! – Мо посмотрел вниз, после чего поклонился и продолжил: – Госпожа Чзинь Линь, я пойду в флигель, чтобы отдохнуть. – он выровнялся повернулся и не дождавшись ответа ушёл.

– Госпожа Ао.. – тихо произнесла Сунь Лунг и посмотрела в спину мальчика. – Вы уверены, что брать его это хорошее решение?

– Да, он ещё не привык, ты же по себе знаешь какого-то это потерять близких.

– Простите, да, Вы правы. – девушка сделала шаг назад и сложила руки на груди, наблюдая за Синьшэ, который всё дальше отдалялся.

Всё это время Мо больше уходил в сферу медицины, но в когда ему исполнилось восемь лет, он резко заинтересовался боевыми искусствами.

5 глава.

В тихом уголке клана НиньЧзинь, где утренний туман обвивал деревья, маленький Мо Синьшэ сидел на большом, толстом дереве, внимательно слушая разговор старших за каменными стенами сыхэюань. Его сердце колотилось от волнения, когда он услышал о «ловле демонов и истреблении мертвецов» – соревновании, которое проводилось каждые пять лет между кланами.

– Говорят, что победитель получает не только славу, но и могущество, – произнес один из мужчин, его голос звучал как гром среди тишины. – Это шанс продемонстрировать свои навыки и защитить наш мир от темных сил.

Мо знал, что это не просто игра. Соревнование было настоящим испытанием для нефритов, где они сражались не только за честь своего клана, но и за безопасность своих домов. Его воображение рисовало картины битв с демонами и мертвецами, которых нужно было одолеть.

« – Но.. ведь демоны и мертвецы не всегда злые, нужно смотреть от территории где они появляются.. вот так же как и эти бестолковые, чёрные фантомы, которых я ежедневно вижу.»

Словно прочитав его мысли, рядом с деревом появилась Чзинь Линь.

– Ты слышал о соревновании? – спросила она, присаживаясь рядом. В её голосе звучала легкая насмешка, но в то же время и понимание.

– Да! – воскликнул Мо, его глаза блестели от восторга. – Я хочу участвовать! Я хочу стать великим нефритом и победить!

Чзинь Линь улыбнулась, но в её взгляде читалось сострадание.

– Мо, – произнесла она мягко, – Когда-то я была такой же как и ты.. до следующего соревнования осталось пять лет. Ты ещё слишком мал, чтобы участвовать. Но это время можно использовать с пользой. Тебе нужно учиться и тренироваться.

Мо опустил голову, разочарованный. Пять лет казались вечностью для мальчика, который мечтал о приключениях и славе.

– Но я могу начать тренироваться сейчас! Я буду сильнее всех! – настаивал он, поднимая взгляд на Чзинь Линь.

– Я знаю, что ты сможешь стать сильным нефритом для нашего клана, – ответила она с теплотой в голосе. – Но сила не всегда измеряется мускулами.

Мо кивнул, хотя в глубине души он всё ещё мечтал о мгновенной славе. Он чувствовал, что время летит слишком медленно, но слова Чзинь Линь оставили в его сердце надежду.

– Я буду ждать этих пяти лет! – произнес он решительно. – Вы дали мне дом, накормили и одели, а я сделаю так, чтобы о Вашем клане узнал каждый человек!

– Хорошо. С этого дня ты будешь тренироваться с другими девушками. – Чзинь Линь не смеялась, она знала эти слова. Ведь, когда-то сама девушка говорила так же своим родителям..

С этими мыслями Мо Синьшэ каждый день усердно тренировался. Его день начинался с стрельбы из лука, а заканчивался сражениями с госпожой Сунь Лунг.

Солнце ещё не озарило мир своими первыми лучами, на заднем дворе клана НиньЧзинь, среди цветущих вишневых деревьев, Мо Синьшэ стоял с мечом в руках. Он был одет в простую тренировочную одежду, которая немного великовата для его не большого телосложения.

– Держи меч правильно! – раздался строгий голос Сунь Лунги. – Сосредоточься!

Мо, стараясь сосредоточиться, поправил хватку на рукояти меча.

– Хорошо! Теперь сделай первый удар, – сказала девушка, показывая движение рукой.

Мо сделал глубокий вдох и, собравшись с духом, выполнил движение. Меч с легким свистом рассек воздух, и он почувствовал прилив энергии. Это было удивительное чувство – ощущать силу в своих руках.

– Не спеши, – заметила Сунь. – Каждый удар должен быть точным и осознанным. Повторяй за мной.

Мо продолжал тренироваться, и вскоре его тело начало привыкать к движениям. Он сосредоточился на каждом шаге, погружаясь в ритм занятий. Время летело незаметно, и вскоре он почувствовал усталость, но не собирался сдаваться.

– На сегодня хватит. Подойди сюда. – строго промолвила девушка, засунув меч в ножны.

– Да, Госпожа Сунь.

– Что это? – девушка схватила Мо за руку и подняла рукав ханьфу. На руке была царапина, которая покрылась маленькими точками. – Синьшэ, не «экспериментируй» со своим телом. У тебя в роду уже были люди, которые погибли от ядов.

– Мне было интересно..

– Что тебе было интересно?! Смотреть как тело начнёт разлагаться? – Сунь Лунг не сдержалась, и накричала на мальчика. – Прости. Будь аккуратней. Иди к себе в флигель, я позже зайду обработаю тебе руку. – девушка потёрла глаза и тихо вздохнула.

Мо Синьшэ заметил, как резко из серьёзной девушки – она стала заботливой и волнительной.

Мальчик направился в свой флигель, где мог бы побыть наедине с собой. Закрыв за собой дверь, он сел на пол, облокотившись о стену. Оглядываясь вокруг, Мо увидел свою кровать – простую, с низким изголовьем и периной, утопающей в толстом слое мягких подушек, которых он сам сделал. В его воображении начали возникать образы – яркие и живые. Он представил себе маленькую бело-салатовую птичку кукарачу, известную своим мелодичным кукуканьем. В его мыслях она была такой же легкой и воздушной, как облака на небе. Он видел ее перья, переливающиеся на солнце, и представлял, как она парит в воздухе, свободная и счастливая. Открыв глаза, Синьшэ посмотрел на кровать. Но вдруг что-то привлекло его внимание: на кровати появился странный силуэт. Сначала это было лишь смутное очертание, но постепенно оно стало четче. Синьшэ прищурился, стараясь понять, что это может быть. Мо Синьшэ затаил дыхание. Птичка появилась будто из ниоткуда, её бело-салатовые перья сверкали в тусклом свете комнаты.

– Привет? – продолжительно промычал мальчик и уставил на птицу.

И вдруг птичка начала кукукать. Звуки были мелодичными и чистыми, словно сама природа решила заговорить с ним через эту маленькую птицу. Она сделала несколько прыжков, а после подлетела. Сначала она опустилась на край его покрывала, осторожно присаживаясь на холодный пол. Затем, словно проверяя безопасность своего нового места, она сделала несколько шагов к его голове. Кукушка остановилась на его длинных волосах, нежно ухватившись за них своими крошечными лапками. Её перья касались кожи головы мальчика, вызывая приятное щекотание. Мо Синьшэ хихикнул, но потом последовал звук боли от выдёргивания волос: – Ай, ай, ай! Что ты делаешь?

Птичка устроилась поудобнее на его волосах, перестала кукукать,просто наблюдая за всем. В этот момент в комнату зашла Сунь Лунг. Она вошла в комнату с корзиной, полной бинтов и мазей. Ее лицо было серьезным, но в глазах читалась забота.

– Мо, это я. – сказала она тихо, присаживаясь рядом с ним. – Покажи руку..

Она остановилась и удивлённо посмотрела на Синьшэ, после чего продолжила:

– Духовное животное?

– Духовное животное? А.. ну да, наверное..

– Красивый, ладно. Показывай руку.

Мо вздохнул и протянул ей запястье. Сунь Лунг осторожно обработала рану, ее руки двигались уверенно и быстро. Она наложила бинт, стараясь не причинить боли.

– Ты должен быть более внимательным к себе, – продолжала она, не поднимая глаз от работы. – Я не хочу терять ещё одного близкого человека из-за таких шуточек.

Мо молчал, вслушиваясь в ее слова. Он чувствовал тепло ее рук и понимал, что несмотря на строгий тон, она искренне заботится о нем. В этот момент все его чувства, которые боролись внутри – растаяли.

– Извините меня, Госпожа Сунь Лунг… – наконец произнес он. – Я обещаю быть осторожнее.

Она подняла взгляд и сквозь серьёзное лицо – сделала маленькую улыбку, но после сразу же её убрала и посмотрела в сторону.

– Хорошо. Но больше – не делай таких вещей на своём теле.

Они сидели рядом в тишине, и Мо понимал: несмотря на её строгий характер Госпожи Лунг – добрая, и таким способом заботится и волнуется о нём. Кукарача на голове Синьшэ стихла и по-видимости заснула.

…

Ежедневно с раннего утра Мо Синьшэ тренировался не покладая рук. Мо тренировался сам, когда Сунь Лунг предлагала ему помощь, то тот отказывался. Сначала он выполнял медленные и плавные движения. Каждый раз, когда меч пересекал воздух, он издавал тихий звук. Постепенно его движения становились все более быстрыми и резкими. Он выполнял сложные комбинации – атаки и защиты, повороты и уклонения – каждый элемент был проработан до мелочей.

Сунь Лунг наблюдала со стороны, она молча стоял, сложив руки на груди.

– И? Как он занимается? – сзади подошла госпожа Чзинь Линь, она по доброму улыбнулась и посмотрела на Лунг.

– Скажу Вам честно.. – девушка вздохнула. – Он в прямом смысле; сын неба, но жаль, что строптивый. Синьшэ обладает идеальным талантом, но мятежным

духом.

В это время Мо Синьшэ – опустил меч и закрыл глаза. Погрузившись в медитацию, он сел на землю под раскидистыми ветвями дерева. Его дыхание стало ровным и глубоким.

– Мо учится на лету, видит свои ошибки, и мне даже не надо показывать их.. – промычала Сунь Лунг и посмотрела в сторону.

– Ты верно сказала; сын неба, жаль строптивый. – подметила женщина, кивнула, после чего развернулась и ушла.

Но, на следующий день Мо Синьшэ решил отдохнуть от тренировок и выйти «подышать свежим воздухом».

– Ахх! Думаю, что если пропущу одну тренировку, то ничего не произойдёт. – хихикнул Мо.

Рано утром, когда солнце ещё не поднялось, он выскочил из ордена Восточного Лотоса и пошёл по его любимой тропинке. « – Хм.. я еженедельно захожу в призрачную деревню, может прогуляться ещё где-то?», Мо Усянь хитро улыбнулся и пошёл совсем в другую сторону. Он загрёл в густой лес где был выступ горы Синьлуншань, на которой находился орден Возвышенных Долин – Гучжань.

Хотя, Мо всё равно этого не знал, он просто шёл туда, куда глаза глядят. Внезапно его внимание привлекли голоса – они доносились из-за поворота за горой, Мо замер и прислушался. Это были голоса заклинателей, адептов другого ордена, которые обсуждали что-то важное.

Заинтригованный, он решил подойти ближе. Стараясь не шуметь, он стал красться по тропе, пока не достиг небольшой поляны, окруженной высокими деревьями.

Здесь он увидел группу заклинателей, которые стояли в кругу и обсуждали свои планы. Мо заметил, что среди них, даже нет, чуть выше, на выступе был третий нефрит ордена Возвышенных Долин – Чжань Цзинь Нань. Он выделялся среди остальных своим спокойным и уверенным поведением.

« – Ваа, смотрите на него какой серьёзный!» – хихикнул Мо, после чего решил забраться на дерево неподалеку и наблюдать за происходящим сверху. Он быстро нашел подходящее дерево с широкими ветвями и ловко забрался на него. Сидя на одной из веток, он укрылся в листве, чтобы его не заметили. С высоты ему открывался прекрасный вид на поляны и горы вокруг.

Третий нефрит стоял на выступе скалы, получилось так, что он был немного выше остальных. Его взгляд был устремлен вдаль. Даже за такое расстояние Мо почувствовал эту гордость, которая исходила от маленького нефрита.

« – Они были на ночной охоте? Или что? Почему они здесь собрались?» – Мо Синьшэ потёр свою воображаемую «бородку» и опять хихикнул.

Однако вскоре его внимание отвлекло что-то другое. Он заметил, как из-за деревьев появился человек с мечом в руке. Этот человек двигался тихо и осторожно, но Мо инстинктивно почувствовал угрозу.

Мо быстро оценил ситуацию: незнакомец приближался к Чжань Цзиню с явным намерением напасть. Он знал, что у него не было времени раздумывать. Без колебаний он спрыгнул с дерева, приземлившись мягко на землю и мгновенно выхватив свой меч из ножен.

– Аээ.. аж забыл как.. а! Чжань! – закричал он, стараясь привлечь внимание мальчика.

Чжань Цзинь обернулся в тот момент, когда Мо уже успел подбежать к нему и встать между ним и нападающим. Меч Мо Синьшэ сверкал на солнце, отражая свет и создавая ощущение мощи и решимости.

Нападающий остановился, его глаза метнули искры удивления и злости. Он явно не ожидал встретить противника так быстро.

– Стоп. Ты же тот демон? – Мо резко остановился и наклонил голову вбок. – Ну.. который Хэй Сы Куна уродом обзывал? Только в росте – ты немного изменился, а так лицо всё тоже.

– А! – воскликнул демон и сделал шаг назад.

– Ихих, иди сюда! – Мо Усянь посмеялся, после чего пошёл на парня с мечом.

И вдруг, со стороны послышались голоса адептов ордена;

– Чжань Саньши! Что произошло? – робко звучал один голос.

И резко на демоне появился талисман, после чего парень задёргался и с всхлипами сжёгся.

– Блин. – промычал Синьшэ, вогнал меч обратно в ножны, сложил руки на груди и вздохнул.

Чжань Цзинь Нань медленно поклонился Мо, после чего выровнился и кивнул.

– Ты помог третьему нефриту! Спасибо тебе большое! – проговорил адепт ордена и поклонился.

– А! Не надо, всё нормально! Я тогда это.. пойду, да.. – промямлил Синьшэ и только собирался уходить, как у него спросили:

– Из какого ты клана?

– А.. из Северного Дракона! – Мо Синьшэ это выдумал, понимая, что ему пока нельзя говорить откуда он.

– Северного Дракона? Не слышал о таком.. – подметил один из парней.

В этот момент Мо Синьшэ уже скрылся за деревьями.

Когда мальчик прибежал обратно в орден Восточного Лотоса, то лёг на свою кровать и задремал. Позднее вечером его к себе позвала Сунь Лунг и спросила:

– Мо, сегодня с утра тебя не было. Ты плохо себя чувствовал? – произнесла девушка.

Мо Усянь был уверен, что сестрица Сунь Лунг уже всё знала, а спрашивает для того, чтобы удостовериться:

– Нет. Я чувствовал себя нормально, – начал мальчик и после продолжил: – Я решил прогуляться, потому что иногда нужно отдыхать от тренировок.

Глаза Сунь Лунг открылись шире, она улыбнулась и кивнула:

– Молодец, что сказал правду.

– Я сказал, то что должен был. – промычал Синьшэ, поклонился и спросил: – На этом всё?

– Да, можешь идти.

Мо облегчённо вздохнул, и когда вышел из флигеля Сунь Лунг хитро улыбнулся: « – Ура, я сейчас пойду дальше спать! Надеюсь, что сейчас не появится какой нибудь демон или дух, а иначе, я убью его двумя руками!»

Ничего такого не произошло. Мо Синьшэ вернулся в свою спальню, и лёг там отдыхать.

6 глава.

Когда Мо Усяню исполнилось ровно тринадцать лет, его рано утром к себе позвала госпожа Чзинь Линь. Когда тот подошёл к флигелю, то на секунду остановился, после чего постучал в дверь.

Через мгновение раздался мелодичный голос женщины:

– Входи.

Мо толкнул дверь и вошёл в комнату. Он тут же поклонился и спросил: – Госпожа Чзинь Линь. Для чего Вы звали меня?

Линь сидела за столом и что-то писала на свитке, внезапно, она отложила кисть и посмотрела на него с серьезным выражением на лице. – Синьшэ, – произнесла она, ее голос был тихим, но в нем звучала нотка тревоги.

– Ты ведь знаешь о ордене «Золотого Дракона»?

Лицо Мо изменилось; с весёлого оно тут же стало грустным и одновременно серьёзным. – Да, знаю.

Госпожа Чзинь Линь вздохнула, словно собираясь с мыслями. Она подняла чашку с чаем и сделала глоток, затем поставила ее обратно на столик.

– Появились некоторые слухи.. – произнесла она медленно. – В последнее время я слышала много разговоров о том, что они вновь собираются напасть на маленькие кланы и ордена.. но.. поговаривают что, они будут использовать часть от печати из ордена.. Луньмо.

Синьшэ ахнул, глаза раскрылись шире, он сделал шаг назад, после чего вздохнул и посмотрел на госпожу Чзинь.

– То есть.. в тот день, они забрали печать моих родителей?

– Верно. Как я знаю – эта печать помогала управлять мертвецами?

– Да.. так вот почему когда, я вернулся в орден то, не смог её почувствовать.. – промычал Мо, смотря в сторону и складывая руки на груди.

– Почувствовать?

– А.. ну, да? Я не знаю как Вам объяснить, но это как-бы.. чувствовать её ауру? Или что-то такое..

Голос женщины затих, и Мо Синьшэ почувствовал гнетущую атмосферу вокруг них.

– Вы хотите чтобы я что-то сделал? – тихо спросил Синьшэ.

– Нам нужно..

Резко дверь распахнулась и туда влетела Чэнь Хуа. Её дыхание было частым, а лицо светилось возбуждением. Она остановилась на мгновение, чтобы перевести дух, а затем, не дожидаясь разрешения войти, произнесла с трепетом:

– Госпожа Ао! Удача на нашей стороне! В их орден собираются приехать зарубежные танцовщицы! Вы уже нашли кого-то кто будет..

– Зарубежные танцовщицы? – повторила она с лёгким оттенком недоумения в голосе. – Откуда ты это узнала?

Чэнь Хуа, остановилась и посмотрела на Мо Синьшэ, но после всё равно продолжила:

– Я сегодня была на рынке, и получилось так что немного подслушала. – женщина посмотрела вниз.

Чзинь Линь задумалась, её мысли начали рисовать картины экзотических танцев под звуки незнакомых мелодий. Её лицо медленно озарилось улыбкой – сначала робкой, но затем широкой и хитрой.

– Танец… – произнесла она, почти шёпотом. – Это пойдёт в нашу пользу..

Чзинь посмотрела на Синьшэ, после чего хихикнула.

– Вы думаете… – начала Чэнь Хуа, но её голос прервался от волнения.

– Когда они приедут?

– Говорят, что завтра, примерно после часа Кролика. – ответила Хуа, и опять посмотрела на Мо.

– Синьшэ, – на этот раз произнесла Чзинь Линь мягким голосом, – Я прошу тебя выйти на минуту.

Мо Синьшэ кивнул, после чего сразу же вышел их флигеля. Сегодня его больше не впускали во обратно. Хоть, туда и забегали две его сестрицы с удивлённым лицом, но всё же не впускали..

Светало. Первые лучи солнца пробивались сквозь тонкие занавески, отбрасывая нежные тени на пол, покрытый мягким ковром из шерсти. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь мелодичным пением птиц за окном. Мо Синьшэ, ещё не проснувшийся от сладкого сна, уютно укутался в свои одеяла. Его лицо, обрамлённое длинными каштановыми волосами, выглядело спокойным и невинным. Вдруг дверь распахнулась с лёгким скрипом, и в комнату вбежали несколько нарядных девушек, словно вихрь, наполняя пространство яркими цветами своих платьев. Они были одеты в лёгкие шёлковые ткани, переливавшиеся на свету всеми оттенками радуги. Их лица были раскрашены яркими красками, а волосы украшены изысканными заколками и цветами. Девушки, смеясь и переговариваясь между собой, словно не замечали, что разбудили спящего юношу.

– Быстрее, быстрее! – скомандовала одна из них, держа в руках обширное платье из ярко-красного шёлка, украшенное золотыми вышивками. – У нас нет времени! Он должен быть готов!

Синьшэ открыл глаза, но мгновение спустя снова закрыл их, не понимая, что происходит. Он попытался подняться, но девушки уже окружили его, начав быстро снимать его одежду. В его голове мелькали мысли о том, что это за странные действия, но прежде чем он успел осознать ситуацию, его уже одели в платье.

– Что вы делаете? – воскликнул он с недоумением, но его голос был заглушён смехом и суетой вокруг.

Девушки не обращали на него внимания. Они были увлечены своей работой: одна из них приподняла его руки и натянула на него платье, другая уже начала заплетать его волосы в сложную прическу. Синьшэ почувствовал, как по его коже пробегает холодок от неожиданности и растерянности.

– Не бойся! – сказала одна из девушек с доброй улыбкой. – Ты будешь выглядеть прекрасно! Это всего лишь маскарад!

– Маскарад? – переспросил он, всё ещё не понимая сути происходящего.

– Да! Ты будешь танцовщицей! Ты сможешь проникнуть в Орден Золотого Дракона и узнать их секретики! – ответила другая девушка, накладывая на его лицо тонкий слой пудры.

Мо Синьшэ открыл рот и замер от удивления. Теперь ему дошло, почему сестрицы вчера так суетливо бегали туда-сюда. « ‐ Я запомню это, госпожа Чзинь Линь и Чэнь Хуа!..», мысль о том, что ему придётся переодеться в девушку и притворяться танцовщицей, казалась ему абсурдной.

Девушки продолжали бегать вокруг него: одна из них осторожно пририсовывала к его лицу брови из черного цвета, другая наносила румяна на щеки. Синьшэ чувствовал себя как будто в ловушке – он не мог вырваться из их рук.

– Но я не умею танцевать! – наконец произнёс он, когда одна из девушек принялась завивать его волосы в сложные локоны.

– Нечего страшного! Ты там особо танцевать и не будешь!

В этот момент в комнату вошла Мэй Рань. Её лицо было бледным и печальным. Она остановилась на пороге и уставилась на Синьшэ с горьким выражением на лице.

– Синьшэ… – произнесла она тихо, словно не верила своим глазам.

В этот момент в флигель забежала Сунь Лунг и посмотрела на Мэй:

– А-Мэй, до сих пор смириться не можешь? – спросила добро девушка.

– Ну он же парень! Из него женщина некудышная будет!!

– Честно, я тоже так думаю.. но уже всё решили..

– Сестрицы, помогите! – промычал Синьшэ с щенячьим взглядом.

В этот момент одна из девушек закончила с прической и отступила назад, чтобы оценить результат своей работы. Она обернулась к остальным:

– Посмотрите на него! Он выглядит прекрасно!

Синьшэ посмотрел на своё отражение в зеркале – длинные волосы были собраны в высокую прическу с золотыми заколками, а платье обтягивало его фигуру, подчеркивая каждую линию. Лицо сияло от румян и пудры; он выглядел как настоящая танцовщица.

– Ух ты, вот это я красотка! – мнение Мо Синьшэ резко изменилось, он хитро улыбнулся и начал любоваться собой в зеркале. – Если мне выпал такой шанс, то пропускать его нельзя. Хех.

Сунь Лунг подошла ближе и положила руку ему на плечо: – Только попробуй сказать, что тебе это понравилось..

– А… нет.. Вы чего..

Лицо Лунг стало серьёзным, она стукнула Мо по спине, и негромко прокричала: – Ах ты маленький жук!

Резко Мо Синьшэ задумался, а потом улыбнулся и сделал несколько шагов к выходу из флигеля:

– Я скоро вернусь!

Девушки быстро обернулись, но наряженного парня уже не было видно.

Среди ярких красок и звуков, Мо Синьшэ, облачённый в роскошное платье, словно вырвавшееся из сказки, стремительно двигался к своему другу Хэй Сы Куну. Подбегая к знакомой аллее, где обычно встречался с Хэй Сы Куном, Мо Синьшэ остановился на мгновение, чтобы привести в порядок своё дыхание. Он посмотрел на себя в отражение яркого витрины лавки с шелковыми тканями: его лицо было нежно раскрашено румянами, а глаза сияли загадочным блеском. Он не мог не восхищаться тем, как удачно ему удалось преобразиться. « – Как же я выгляжу потрясающе!» – подумал он и с гордостью расправил плечи.

Когда он наконец достиг места встречи, его взгляд упал на фигуру друга. Хэй Сы Кун стоял у стенда с оружием, внимательно рассматривая мечи и кинжалы. Его черные волосы были собраны в высокий хвост, а на лице читалась сосредоточенность. Синьшэ почувствовал прилив радости и волнения. Он медленно подошёл ближе, стараясь не привлекать лишнего внимания.

– А-Кун! – весело позвал он, стараясь придать своему голосу мелодичность и женственность.

Хэй Сы Кун обернулся и на мгновение замер, уставившись на своего друга с недоумением. Его глаза расширились от удивления. « – Кто это?» – мелькнуло в его голове. Перед ним стояла девушка с изящными чертами лица и грациозной фигурой. Платье подчеркивало её талию и плавные линии тела.

– Привет! – произнёс Мо с игривой улыбкой. – Как тебе мой новый образ?

Хэй Сы Кун продолжал смотреть на неё с недоумением. Он не мог понять, кто перед ним. Он шагнул ближе, прищурив глаза.

– Т-ты… ты кто? – спросил он, всё ещё не веря своим глазам.

Синьшэ почувствовал лёгкое раздражение от того, что его друг не узнал его сразу. Он вздохнул и с гордостью поднял подбородок:

– Я Мо Синьшэ! Как тебе мой новый наряд? Я выгляжу великолепно, не правда ли?

В этот момент Сы пригляделся внимательнее. Его глаза засияли от осознания. Он резко шагнул назад и вскрикнул:

– Синьшэ?! Это ты?!

Мо кивнул с широкой улыбкой:

– Да-да! Это я! Разве я не прекрасен?

Хэй Кун покачал головой в недоумении:

– Я не думал что, ты один из этих..

На лице Синьшэ появился шок, он посмеялся и промычал:

– Нет, ты что?! Я всего лишь иду на одну так сказать миссию!

Но Хэй Сы Кун лишь усмехнулся и щёлкнул пальцами. В одно мгновение вокруг него разразилась тёмная ци – воздух наполнился искрами чёрного света, и перед Синьшэ возникла новая реальность. Хэй Сы Кун изменил свой облик: его фигура стала более женственной, грудь округлилась под одеждой, а волосы распустились по плечам.

Теперь перед Синьшэ стояла девушка с яркими чертами лица и игривым взглядом. Хэй Сы Кун улыбнулся:

– Вот так-то! Все ддемоны могут изменять свой облик по желанию. Это всего лишь игра!

Мо удивился:

– Мне чтобы притвориться женщиной понадобилось больше часа…, а ты это смог сделать за две секунды, к тому же в прямом смысле стал женщиной!

Хэй Сы Кун засмеялся:

– Ну.. да, ты же человек..

Синьшэ сложил руки на груди и уже без смеха продолжил:

– Ладно.. те самые из ордена Золотого Дракона.. всё это время у них была печать Луньмо!

– Печать?

– Да, та самая, которая помогала и Вам и ордену Луньмо.

– А, тебя получается послали именно туда?

– Прямо в точку.

Мо Синьшэ кивнул и продолжил:

– Ну ладно.. я пойду, а то меня госпожа Чзинь Линь убьёт!

– Ага, только не выделяйся сильно!

Усянь помахал рукой, после чего развернулся и убежал.

…

В зале Ордена Золотого Дракона царила атмосфера ожидания. Огромные двери, украшенные резьбой драконов, распахнулись, и в помещение вошёл Мо Синьшэ. Вокруг него кружили другие танцовщицы, каждая из которых была в своём уникальном наряде, созданном для того, чтобы очаровывать и завораживать.

Зал был огромным, с высокими потолками и расписными стенами, украшенными изображениями драконов, символизирующих силу и мудрость. Пол был выложен гладкими плитами из белого мрамора, которые отражали свет и создавали ощущение бесконечности. В воздухе витал сладковатый аромат цветочных настоек и благовоний, создавая атмосферу праздника и торжества.

Мо Синьшэ чувствовал себя одновременно взволнованным и нервным. Он знал, что его ждёт важная роль в этом великолепном событии, но пока ему было сказано просто наблюдать и привыкать к обстановке.

« – Значит.. сюда приглашены все ордена, кроме Восточного Лотоса? Ах, как же низко.»

Первые два дня были посвящены подготовке, а его действия начнутся лишь позже. Он смотрел на других девушек, которые уже начали разминаться и готовиться к выступлениям. Их движения были грациозными и плавными, словно они были частью самого воздуха, который их окружал.

Мо Синьшэ смотрел на них и восхищался, всё же для него это было впервые.

Наступила ночь. Мо дождался когда все девушки лягут спать и вошёл в тот флигель, где те спали. Он быстро прошёл к своей постели в углу комнаты, стараясь не разбудить никого из них. « – Ужас, так непривычно быть в одной комнате с такими… девицами. Я вообще на них не похож. Да и то, что это дамы – меня уже убивает.».

Мо сел на свою чуан, и достал из маленького кармашка специально подготовленный талисман. Парень поднёс палец ко рту и прокусил его, из него пошла маленькая полоса алой крови. Быстрыми движениями Мо Усянь нарисовал на талисмане человечка, и сверху на нём кровью написал заклинание.

Когда Синьшэ закончил, то сразу же положил талисман на себя, после чего тот растворился. Парень закрыл глаза и сделав большой глоток воздуха, лёг обратно на чуан.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.