Дионисий Шервуд
Шёпот пепельных земель

Тени среди звезд

Обсерватория университета расположилась на самой вершине холма, в стороне от городского шума и света. Это было место, где студентам и исследователям предоставлялся шанс заглянуть в неизведанные дали вселенной, открывая для себя тайны, которые человечество пока не могло понять или объяснить. Образовавшиеся за годы работы коллективы астрономов гордились своими исследованиями, и здесь, среди старых и новых телескопов и современного оборудования, витала атмосфера академического превосходства.

Лена, сотрудник обсерватории, была одной из тех, кто больше всего увлекался этим глубоким, почти мистическим исследованием космоса. В свои тридцать лет она уже заслужила признание в научном мире, но всё равно ощущала внутреннюю пустоту. Невозможно было избавиться от ощущения, что её жизнь – это просто повторение монотонных дней, где наблюдения и исследования казались тщетными, а ответы на вопросы оставались за горизонтом.

Сегодня, как и почти каждую предыдущую ночь в последние месяцы, Лена снова сидела в своём кабинете перед экранами мониторов, где отображались данные с телескопов, и просматривала аномалии, которые наблюдала на небе. Звезды и планеты выстраивались по своим привычным орбитам, но что-то было не совсем так, как вчера. С каждым днём число странных аномалий увеличивалось. Звезды исчезали с изображений не по законам физики, а как будто их поглощала неведомая тень. Лена пробовала объяснить это с помощью обычных астрономических теорий, но всё равно не могла отмахнуться от ощущения, что буквально перед ее глазами происходит нечто очень необычное.

– Лена! Степанова! Ты снова на рабочем месте? – вывел ее из состояния задумчивости голос профессора Селиванова. Она вздрогнула и перевела взгляд на него, стоящего в дверях её кабинета. Профессор был старым другом и наставником, всегда готовым предложить свою помощь, но редко вмешивающимся в исследования своих коллег.

– Да, просто тут творится такое… – ответила она, не отводя глаз от экрана. – Смотри, здесь и здесь. Видишь, это не совпадает с предыдущими снимками. Непонятно почему, но эти аномалии происходят в одном и том же месте.

Профессор подошёл ближе и наклонился над её плечом, следя за движущимися изображениями на экране. Он был высоким, с седыми волосами и проницательными глазами, которые, казалось, видели больше, чем все остальные люди.

– У тебя есть гипотезы? – спросил он, поглаживая подбородок.

– Возможно, это что-то вроде влияния на космические тела энергией, источника которой я еще не нашла, – начала она, слабо веря в собственные слова. – Но эти данные противоречат всему, что мы знаем. И вот эти изменения в яркости. В этом есть нечто сверхъестественное.

Профессор задумался.

– Сверхъестественное? Ты серьёзно? Мы же говорим о звездах и пустоте, Лена. В космосе, для науки, не может быть ничего сверхъестественного.

Но Лена ощущала, как странное чувство тревоги снова и снова охватывает её. Каждое наблюдение укрепляло её веру в то, что нечто необычное происходит в этом участке космоса.

– Может быть, ты прав, – сказала она. – Но есть ещё один момент. Я нашла упоминания о подобных аномалиях в древних текстах. В них говорилось о культе, который верил, что тень одной звезды может поглотить другие. И что-то ещё про нечто тёмное.

Профессор скептически хмыкнул, но его взгляд стал более настороженным.

– Не стоит углубляться в мифологию, Лена. Мы все же учёные, а не любители фольклора. Придерживайся научных методов.

Но Лена, по никому неведомым причинам, в уже не могла отказаться от этих мыслей. Она была уверена, что эти аномалии не случайны. И нечто, сидевшее в ней глубоко, наводило её на мысль, что это не просто космическая научная загадка, а нечто гораздо более древнее и опасное.

***

Через несколько суток, в свою ночную смену в обсерватории, Лена наконец заметила кое-что ещё более тревожное. Она была поглощена своей рутинной работой, когда вдруг экран её компьютера начал пульсировать ярким светом. Это был тот самый участок небес, который она наблюдала последние несколько недель, только теперь звезды начали исчезать, как если бы их поглощал невидимый огонь.

Она быстро включила дополнительные датчики и начала их проверку. Все приборы показывали нормальные параметры, но сама картина в космосе выглядела как-то неправильно. Лена скользнула рукой по клавишам, пытаясь проверить координаты, но её глаза не могли оторваться от экрана.

Неожиданно экран погас, и она оказалась в темноте. Лена находилась в абсолютной тишине, ощущая, как каждое её движение теперь раздаётся эхом внутри помещения. Её сердце забилось быстрее, когда она вдруг почувствовала рядом странное присутствие. Она ощутила, как тень накрывает её кабинет, но в окно не проникал ни один луч света. В этот момент ей вспомнился старый миф о боге ночного неба, который был изгнан за то, что его свет затмевал солнце.

Усмехнувшись, Лена взглянула на приборы. Они снова включились, но теперь на экранах отображались странные символы и изображения, которые она не могла расшифровать. На одном из экранов возникла тень, но не от неё. Это была тень чего-то большого, старого и темного.

Вдруг её осенило.

– Проклятье… – прошептала она. – Это не аномалия и не ошибка в данных.

Она не могла отвести глаз от экрана. Там, в пустоте космоса, что-то двигалось, а её память вдруг напомнила ей описания тех древних ритуалов, о которые она буквально недавно читала в книге, богато иллюстрированной фотографиями страниц старых манускриптов. Это напоминало предвестие, описанное там. Всё было связано с тем богом, который был изгнан с небес. Тень которого теперь возвращалась. И кто-то… или что-то… снова пыталось пробудить его.

Лена почувствовала кожей лица холодный ветер, несмотря на закрытые окна. Тени в её кабинете стали длиннее, и она едва боролась с подступавшей паникой. В её голове начали всплывать обрывки фраз из древних текстов, словно они сами собой начали просачиваться в её сознание.

Её пальцы дрожали, но она не могла остановиться. Она продолжала анализировать данные, несмотря на усиливающееся чувство, что она теперь больше, чем просто наблюдатель.

Лена не могла избавиться от ощущения, что её ночные исследования теперь не имеют ничего общего с очередным научным экспериментом. Каждый последующий день она погружалась в поступавшие данные, каждый день становилась всё более поглощённой загадкой, которая всё глубже уходила в прошлое, в темные уголки знаний, скрытых от научного мира. И чем дальше она углублялась в это, тем больше её охватывала тревога, словно сама вселенная пыталась ей что-то сказать – что-то страшное и неведомое.

Она не могла объяснить странные сигналы, которые приходили с её приборов. Они были не такие, как обычно, и чем больше она погружалась в их изучение, тем больше тех становилось. Звезды, которые были ещё недавно яркими и стабильными, начали тускнеть и исчезать, как если бы их поглощала невидимая тень. Это наблюдение заставило Лену ощутить, как тонкая нить научного любопытства превращается в пугающую реальность. В небе появилось нечто, чего-то не было видно ни глазу, ни точному прибору, и, тем не менее, это самое нечто затмевало небо. В её сознании начинала формироваться пугающая гипотеза, что это вовсе не космическое явление.

Её пальцы нервно бегали по клавишам, пока она снова и снова проверяла данные. Аномалии, заключённые в графиках и координатах, становились всё более отчетливыми. Звезды пропадали, и теперь не только самые мелкие светила. Процесс исчезновения начинался с того, что звезда сначала тускнела, затем словно "впитывала" в себя свет других объектов. А потом появлялось совершенно пустое пространство, которое не могло быть пустым по определению, но стало таковым.

– Так не бывает, – прошептала Лена, проводя рукой по вискам, пытаясь сосредоточиться.

В этот момент она услышала хорошо знакомое пошаркивание ботинок на толстой подошве. Это был профессор Селиванов.

– Ты совсем потеряла счет времени, Лена? Или, может, действительно обнаружила нечто великое? – его голос был тихим, но довольно строгим.

Лена вздрогнула, оглянувшись на старого наставника. Он стоял в дверях её кабинета, скрестив руки на груди, с тем выражением лица, которое не сулило ничего хорошего. Он знал её слишком хорошо, чтобы не заметить её напряжение.

– Профессор… я не могу понять, что происходит, – Лена откинулась на кресло, устало закрыв глаза. – Смотрите, звезды продолжают исчезать. Я уже перепроверила данные и ошибки нет. Что-то затмевает их.

Селиванов шагнул к столу и посмотрел на экраны, но его лицо не выражало ни удивления, ни страха.

– Ты нашла аномалию, Лена. Но такие вещи, так или иначе, случаются. Возможно, ты просто не учла все параметры. Небо, это не стабильная структура, оно меняется. Происходящее можно объяснить выбросами энергии, космическими ветрами, но не богами. Не будь наивной.

Лена не смогла удержаться от внутренней боли из-за этих слов. Она прекрасно понимала, что он прав. Сколько раз она слышала те же самые аргументы, столько же раз пыталась их опровергнуть. Но сейчас она чувствовала, что ответ крылся не в простых вычислениях.

– Нет, – тихо сказала она, – это что-то другое. Я обнаружила не только исчезновение звёзд, а еще вот это. Посмотрите на эти координаты. Это точно не космическое явление. Это явление точно не поддается никакому научному объяснению.

Она указала на определённую точку на экране. Всё вокруг этой области казалось как бы растянутым, словно сама ткань вселенной была смещена. Но больше всего удивляло то, что в этой точке не было никаких звёзд, а только чёрное пятно, которое медленно, почти неуловимо, расширялось.

Селиванов нахмурился.

– Этого не может быть.

Он взял листок бумаги и записал на нем несколько координат, будто сверяя их с чем-то. Лена не могла поверить, что он оставался настолько спокойным. Она продолжала следить за экраном, и чем дольше она смотрела, тем больше ей казалось, что эти аномалии не случайный процесс. И то, что было скрыто в пустоте, постепенно становилось всё ближе.

– Это совпадает… – сказал Селиванов, выпрямившись. Он казался старым и измотанным, но что-то в его взгляде теперь было настороженным, будто он что-то вспомнил. – Но это невозможно. Ты же знаешь, что древние культы… Всё это давно забыто.

– Я нашла упоминания об этом, профессор, – продолжала Лена, ощущая, как нарастает её возбуждение. – Я не могу поверить, что вы даже не хотите вникнуть в это. Посмотрите на эти распечатки копий древних манускриптов. В девятнадцатом веке, ещё до появления современных технологий, исследователи нашли упоминания о "темных пятнах" в космосе. Я думала, что это мифы, но теперь я начинаю сомневаться.

Селиванов вздохнул и скинул очки на стол. Его глаза, обычно такие спокойные и уверенные, теперь казались отрешёнными.

– Лена, когда-то давным-давно я читал эти тексты. Но это лишь древние сказания. Культ, который с ними связан, был уничтожен ещё в древности. Тёмные пятна – это не больше, чем мифы и аллегории.

– Но это не мифы, – перебила его Лена, тыча пальцем в экран. – Профессор, посмотрите на эти совпадения. Эти пятна… они говорят о забытом боге ночного неба. Боге, чьё существование затмевало свет солнца. Он был изгнан, и теперь его тени возвращаются. Это всё связано.

Селиванов молчал, но Лена видела, как выражение его лица меняется. Он задумался.

– Ты действительно веришь в это? – спросил он, и его голос на этот раз прозвучал куда как мягче, как будто он всеми силами своего разума все же пытался найти в её словах хоть что-то рациональное.

Лена снова кивнула.

– Я не знаю, что это. Но если мы немедленно не начнем серьёзное исследование этого феномена, мы рискуем остаться в неведении, когда тень этого бога начнёт распространяться. Все это, конечно, далеко от научных теорий. Но я чувствую, что мы находимся на пороге нечто такого, что может изменить буквально всё.

Селиванов стоял в молчании. Он повернулся к окну, и Лена увидела, как его лицо осветилось светом далеких фонарей. Он стоял так, словно пытаясь досконально разобраться в том, что она произнесла, и что-то разгадывал и в её словах и в том, что было между ними.

– Хорошо, Лена, – сказал он, наконец. – Я помогу тебе. Но если это окажется ошибкой, если все это окажется лишь псевдонаучной чепухой, я… я буду вынужден поставить тебя на вид. Но если это правда… если действительно есть связь с чем-то древним… то мы должны быть готовы.

С этим он тихо вышел из кабинета, а Лена осталась стоять перед мониторами.

***

Лена проснулась среди ночи с ощущением, будто только что вернулась из другого мира. Сон, который она не могла назвать просто сновидением, а скорее переживанием, продолжал оставаться с ней, как невыносимая тяжесть на её сознании. Это было больше, чем обычное видение. Это было нечто реальное.

Она шла по бескрайним просторам космоса, её тело невесомо скользило в пустоте, а перед глазами мелькали тёмные облака и тусклые звезды. Однако самые жуткие моменты начинались, когда она встречала этих странных существ. Они были как тени, едва различимые, но настолько могучие, что вся её сущность дрожала при их приближении. У этих существ не было глаз, но она чувствовала их присутствие – словно они могли смотреть сквозь неё, как сквозь пустоту. Они не говорили, но что-то невообразимо страшное передавалось через каждое их движениее. Лена пыталась кричать, но её рот был пуст, как и сама вселенная вокруг.

И вот, когда она пыталась оторваться от этих чудовищных образов, её сознание начинало поглощать неведомые символы – линии и формы, которые врезались в её память так, будто они были частью самого её существования. В том мире не было границ, не было времени. Были только тени, которые плели свои узоры по тёмному пространству.

Лена пришла в себя с глубоким вдохом, с глазами, распахнутыми, как у зайца, внезапно ставшего добычей. Её сердце колотилось, а в ушах звенела тишина, как после удара грома. Она приподнялась на локтях, пытаясь успокоиться, но не могла избавиться от ощущения, что эти существа, эти тени, всё ещё рядом.

Проведя рукой по лбу, она вскочила с кровати и направилась в лабораторию. Нужно было понять, что происходило. Нужно было найти объяснение.

Как всегда, она первым делом проверила телескопы. Однако то, что она увидела на экране, не могло быть объяснено одним лишь научным языком.

Телескопы – старые, но надёжные – были направлены на вполне обычные координаты. Но экран показал не то, что она ожидала. Вместо привычного вида созвездий и звёздных карт, приборы начали фиксировать неопределённые точки, которые не должны были там быть. Пучки света, блеск которых не совпадал с данными, словно устремлялись в область пустоты, которая, по её расчётам, не должна была существовать. Телескопы как будто "смотрели" на темные пятна в космосе, и одно из них, непроглядное, не имеющее физической формы, было прямо перед ними. Точно так же, как она видела это в своём сне.

Лена вскочила, обвела взглядом лабораторию. Лампы на потолке начали мигать. Она подошла к одному из старых приборов и повернула ручку фокусировки. Однако объектив, казалось, не реагировал – или он "уходил" в ту самую точку, на которую не должен был быть настроен.

– Это невозможно, – прошептала она, чувствуя, как странная дрожь пробегает по её коже. Появилось ясное ощущение, что на неё кто-то смотрит. Но никого рядом не было.

Однако было ещё кое-что. На экране компьютера, где обычно отображалась карта звёздного неба, появилось нечто странное: странные символы, которые никак не могли быть связаны с её вычислениями. Это было похоже на древние руны, какие она когда-то видела в манускриптах. Точно такие же символы она видела в своих снах. Знаки, которые передавали тени – темные и древние, как сама вселенная. Она не знала, что они значат, но чувствовала, как каждый символ отдаётся волной ужаса.

Лена быстро выключила экран, но символы оставались в её голове, кружащиеся, как туман. Тяжело дыша, она присела в кресло. Её ладони стали влажными от пота, а сердце бешено колотилось. Всё происходящее не могло быть случайностью.

Она знала, что все эти аномалии начались после того, как она углубилась в исследования старых текстов о забытом боге. Она снова и снова вспоминала те строки, которые прочитала: "И когда ночь поглотит свет, и звезды обратятся в тень, он вернется. Власть его будет невообразимой, и его тени поглотят свет небес. Он пришел из пустоты, и он снова будет среди нас".

Лена глубоко вздохнула. В её голове звучали слова, которые она не могла понять. И вдруг она осознала, что сама не контролирует то, что с ней происходит. Эти тени, эти знаки… всё, что она изучала, возвращалось к ней. И это не было просто исследованием.

Внезапно компьютерный экран снова ярко вспыхнул, словно его поле кто-то принялся заполнять с той стороны. Лена вскочила и подошла ближе, пытаясь найти объяснение, но её руки замерли над клавиатурой. На экране появилось изображение, которое она сразу узнала. Это был силуэт – тень, чёрная, бесформенная. Она видела это в своих снах, она ощущала, как эти тени проникали в её душу.

– Нет, нет… – Лена почувствовала, как её голос становится глухим, будто она пыталась вырваться из каких-то невидимых оков.

Она нажала комбинацию клавиш, что бы выключить экран, но он совершенно не реагировал на ее манипуляции. Тень на экране становилась всё более отчётливой. И вот, когда она уже собралась отключить все приборы, на экране возникло изображение древнего символа, который она видела все в тех же древних книгах. Тот же знак, тот же узор.

Её руки задрожали, когда она поняла: это не просто ошибка. Это не просто случайность. То, что она изучала, не могло быть чем-то бессмысленным. Оно было живым, оно проникало в её реальность.

– Кто ты? – прошептала Лена, оборачиваясь вокруг, как будто ожидая, что кто-то выйдет из темноты лаборатории.

Но ответа не было. Только тень смотрела на нее.

Лена не могла больше просто сидеть и наблюдать. Каждое утро, каждую ночь, каждый взгляд на небо приносил с собой новые вопросы, на которые не было ответа. Если раньше она все же допускала мысль, что это всего лишь аномалии, случайные перебои в работе приборов или оптические иллюзии, то теперь её интуиция, возможно, впервые в жизни, ясно сказала ей, что это не так. Всё, что происходило, не было случайностью. Аномалии, эти странные тени, символы, которые она видела на экране… Они были связаны с чем-то древним. Чем-то могущественным. Чем-то, что когда-то было забыто и теперь возвращалось.

Лена взяла с полки старую папку, которую давно отставила в сторонку и почти забыла о ней. В университете была целая библиотека по астрономической мифологии, и в одной из её секций она случайно наткнулась на эти древние тексты, относящиеся к забытому культу, поклоняющемуся богу ночного неба. Эти тексты, по словам библиотекаря, были почти уничтожены, но несколько экземпляров чудом уцелели в архиве.

Лена листала пожелтевшие страницы, пытаясь разобраться в том, что было написано на смутно знакомых рунах. Вдруг её взгляд зацепился за несколько слов, которые заставили её сердце пропустить удар. "Темный бог", "Сумеречный господин", "Тень Вечности". Эти фразы были связаны с богом, который, как рассказывал миф, был изгнан в пустоту космоса миллионы лет назад. И его имя – теперь Лена осознавала это с жутким предчувствием – было связано с теми самыми тёмными пятнами, что она видела в своих снах, и с теми знаками, что заполнили её разум.

Она прочитала дальше. Бог ночного неба был существом, поглощённым тьмой, и его культ использовал астрономические явления для своих ритуалов. Каждое затмение Солнца, каждая необычная аномалия на небесах использовалась как точка отсчёта для поиска пути к его пробуждению. Культ верил, что, нарушив порядок света и тьмы, они смогут вернуть своего бога на Землю и обратить мир в вечную ночь, навсегда лишённую солнечного света.

Один из последних ритуалов, о котором говорилось в тексте, был направлен на затмение Солнца. Это было не просто физическое затмение, а мистический акт, который должен был искоренить свет, вырвать Солнце из его небесного пути и поглотить его свет тенью. И этот ритуал, по словам текстов, был завершён тысячелетие назад, когда бог был изгнан в бездну космоса.

Но что теперь, Лена пыталась понять, происходило с её исследованиями? Эти аномалии, её сны, странные помехи на экранах – это были не случайные события. Дело было не в показаниях приборов. Это было возвращение. Возвращение забытых тёмных сил. И она могла почувствовать это. Её разум, который только вчера был сфокусирован на обычных звёздах и научных данных, теперь тянуло в другую сторону – в ту бездну, куда были изгнаны те силы, о которых рассказывали эти тексты.

Лена провела весь вечер в изучении манускриптов, перелистывая их страницы, чтобы найти хоть какой-то ключ к тому, что происходило. Среди запылённых папок, затёртых рукописных записей и прочих архивных материалов она обнаружила ещё одну странную деталь – рисунки, выполненные старинным стилем, которые показывали символы и знаки, очень похожие на те, которые она видела в своих видениях. Эти символы имели связь с конкретными звёздами, с определёнными участками космоса, и Лена поняла, что они могли быть использованы для точного вычисления времени пробуждения этого бога.

"Неужели это правда?" – прошептала она, стоя перед столом, полном древних манускриптов. Что-то неведомое начинало захватывать её. Она пыталась сопротивляться, но оно уже слишком сильно проникло в её мысли, в её сознание.

В это время к ней пришла Ирина, её коллега и друг, с которой Лена делила лабораторию и часто обсуждала свои исследования.

– Лена, ты что-то не в себе, – Ирина заметила её напряжённое выражение и подошла ближе. – Ты не спишь? Ты выглядишь, как призрак.

Лена подняла взгляд и заметила, как Ирина замерла на месте. Её коллега внимательно оглядывала разложенные на столе рукописи.

– Ты… Ты нашла это, да? – Ирина наконец заговорила, её голос был полон тревоги.

Лена кивнула, медленно, с тревогой, понимая, что она не может больше оставаться в одиночестве с этим знанием.

– Ты не понимаешь, Ирина, – Лена тихо произнесла, не веря своим собственным словам. – Эти аномалии… эти тени… это всё не случайность. Это не просто ошибка в вычислениях. Этот культ, этот бог… Он возвращается. И мы… Мы стали его частью.

Ирина шагнула назад, её лицо побледнело, как если бы она чувствовала, что что-то ужасное уже надвигается.

– Ты говоришь, что он возвращается? Лена, ты… Ты уверена? Это какие-то старые легенды, мифы.

– Мифы? – Лена вспыхнула, её глаза загорелись, как если бы сама истина ожила в её душе. – Это не мифы. Это реальность. Я вижу его. Я чувствую его. И теперь… теперь я не могу остановиться.

Ирина вглядывалась в Ленины глаза и медленно, с ужасом, отступала, не в силах принять всё происходящее.

– Мы должны что-то сделать, Лена, – прошептала она, едва сдерживая дрожь в голосе. – Если это правда… если это действительно так… мы должны остановить его.

Но Лена уже не слышала её слов. В её голове продолжали звучать слова из манускрипта. Символы. Тени. И, самое главное, «Зов ночи». Этот зов был так силён, что её разум постепенно поглощал его, как туман, затягивающий всё вокруг.

– Нет, Ирина, – сказала она, и её голос был теперь твёрд. – Это уже не остановить. Мы слишком поздно вмешались.

Тёмные силы вернулись. И ничто, что они могли бы сделать, уже не могло изменить этого.

Каждый новый день приносил Лене всё больше странных изменений. Она могла бы сказать, что это просто усталость, или, возможно, накопившийся стресс, но внутри неё росло нечто большее – ощущение того, что она, возможно, уже не контролирует свою жизнь. Восприятие реальности стало искажаться, как если бы невидимая рука тянула её в глубины, из которых нет возврата.

Лена сидела в лаборатории, глядя в экран компьютера, но мысли её были далеко от науки. На экране снова появлялись те же символы – неясные, древние, пугающие. Она не могла их понять, но чувствовала, что они были знакомы, что она знала их значение. И что важнее – что её мозг вёл её к ним, как к неотвратимой цели.

Медленно, словно под давлением невидимой силы, Лена начинала терять интерес к обычным астрономическим исследованиям. Исследования звёзд и планет стали лишь пустыми усилиями, которые не могли дать ей того, что она искала. Всё, что она хотела, теперь заключалось в одном – найти артефакты, книги, древние тексты, которые помогут ей завершить тот ритуал, который, по её убеждению, уже был начат.

В её лаборатории стали часто появляться книги, которых она никогда не покупала и не заказывала. Старые фолианты с выцветшими страницами, с изношенными кожаными переплётами. Книги, которые кто-то оставлял на её столе, а Лена даже не помнила, как они туда попали. Внутри них были изображения, схематические карты, рисунки, похожие на те, что она видела в своих видениях. И вот однажды, переворачивая страницы очередного тома, она наткнулась на описание древнего ритуала, который должен был пробудить тёмного бога ночного неба. На иллюстрации был изображён человек, стоящий в круге, окружённом звездами и символами, и по всему кругу текли тёмные линии, словно тени, связывающие его с чем-то огромным и непостижимым.

Лена чувствовала, как её душа отзывалась на эти слова. Как если бы сама ткань её разума начинала изменяться, чтобы соответствовать этим символам и концепциям. Она не могла больше отвернуться. Что бы там ни было, она была частью этого.

Она подняла голову и взглянула в окно. Небо было ясным, без единой тучи, но в его безбрежной глубине что-то казалось неправильным. Те самые тёмные пятна, которые она наблюдала на экране телескопа, теперь стали частью её восприятия. Это не были просто аномалии в космосе. Это были… знаки. Признаки того, что что-то пробуждается.

Лена почувствовала, как напряжение в её груди усиливается, а дыхание становится глубоким и прерывистым. Она не могла найти успокоения. Она не могла найти способа замедлить свой ум, остановить мысли, которые переплетались с этим мракосветом.

Звуки. Шепоты. Она начала слышать их всё чаще.

Её коллеги замечали её странности. Ирина, с которой Лена когда-то была хорошими друзьями, пришла к ней в лабораторию как-то вечером, когда Лена сидела в углу, глядя на экран с непонятными символами.

– Лена, – Ирина произнесла её имя с настороженностью в голосе. – Ты как? Ты опять не спала?

Лена подняла голову, её взгляд был чужим, каким-то отстранённым.

– Я… я нашла это, – Лена с трудом произнесла, ощущая, как её слова не звучат, а как будто исходят от кого-то другого. – Я нашла способ. Я должна завершить ритуал.

Ирина шагнула вперёд, её лицо было обеспокоено, но в её глазах уже читался страх.

– Лена, ты говоришь про то, что не имеет смысла. Ты не можешь… ты не должна этого делать!

Лена ощутила нарастающее раздражение. Она не могла больше понимать, почему Ирина не видит того, что видит она. Почему она не понимает, что они, все эти люди, не могут остановить то, что должно произойти.

– Ты не понимаешь, Ирина. Ты просто не понимаешь! – Лена вскочила с места, её глаза были широко раскрыты. – Я должна это сделать! Это моя миссия. Это единственный путь. Этот древний бог… он вернётся, и я помогу ему. Я буду частью этого!

Ирина отступила, её лицо побледнело. Она нервно огляделась по сторонам, как будто пыталась найти какой-то выход из этой ситуации.

– Лена, пожалуйста… подумай! Ты теряешь себя. Ты уже не та, что была раньше. Ты… ты не можешь просто так все разрушить.

Лена сделала шаг вперёд, её голос стал твёрдым и уверенным, словно эти слова вырвались из её уст независимо от неё самой.

– Я не разрушу. Я освобожу. Это веление, Ирина. Мы все потеряли связь с этим миром, с тем, что действительно важно. Я не могу позволить ему уйти снова в тень. Я не могу. Я должна быть его проводником.

Ирина, не зная, как реагировать, молча стояла перед ней, но Лена уже не замечала её. Она чувствовала, как каждое слово, произнесённое ею, всё больше поглощает её, утягивает её в бездну, в ту самую пустоту, которую она начинала ощущать как дом.

В её голове снова начались шепоты. Они стали громче, настойчивее. Искажённые голоса, которые не принадлежали ни одному живому существу, эхом отдавались в её сознании. Они просили её двигаться дальше. Они требовали от неё действий. И Лена знала, что её выбор уже был сделан. Она не могла вернуться назад.

С каждым днём её восприятие реальности становилось всё более зыбким. Она перестала различать, где заканчивается её собственная жизнь и где начинается нечто более старое, более страшное. Каждое её движение казалось частью огромного космического ритуала, в котором она была не только наблюдателем, но и исполнителем.

Её друзья, её коллеги, мир вокруг неё – всё это становилось всё более чуждым и неважным. Единственное, что имело значение теперь, – это завершение ритуала, пробуждение бога. Того самого бога ночного неба, чьи тени уже начинали возвращаться на Землю.

Лена продолжала поиски. Теперь она уже не просто искала тексты и артефакты – она искала знаки. Знаки, которые могли бы подтвердить, что она на правильном пути. И, как бы странно это ни звучало, она начала видеть их повсюду.

Лена провела несколько бессонных ночей, углубляясь в древние манускрипты и священные тексты, что она нашла в библиотеке университета. Но один из них, скрытый в закопченной от времени коробке, который она случайно обнаружила в старом хранилище, вызвал у неё особое чувство. Странный, полузабытый фолиант, покрытый пылью и с обложкой из жесткой кожи, его страницы слегка пожелтели и стали хрупкими от времени. Этот манускрипт не был таким, как другие, и в его содержимом было нечто тревожное. Он словно звал её, подсказывая ответы на вопросы, которые она не задавала явно, но которые давно уже жили в её сознании.

Найдя нужную страницу, Лена на мгновение затаила дыхание. Там было предсказание. И оно касалось солнечного затмения, которое должно было случиться в ближайшие дни. Именно в этот момент, согласно древнему культу, бог ночного неба должен был пробудиться, и сила его достигнет максимума. Это затмение – последний шанс. Если ритуал будет проведен именно в это время, он завершит то, что было начато тысячелетия назад.

Текст был написан на старом языке, который Лена плохо знала, но её внимание было настолько сконцентрировано, что она, казалось, могла читать его, будто интуитивно понимая каждое слово. Особое внимание привлекло одно предложение, которое зацепило её душу, как ледяной стержень: "Когда свет Солнца поглотит темные тени, и небесные тела соединятся в ночной череде, отдай ты часть своего света, чтобы открылся путь в небеса."

Она не сомневалась: это был момент, которого она так долго ждала. Ритуал должен был быть завершен в момент полного затмения. Но была и другая важная деталь -жертвоприношение. Точное значение этого термина не было раскрыто в тексте, но Лена не могла не почувствовать, что это скорее всего было не просто символическим актом.

По мере того как дни приближались к моменту затмения, Лена чувствовала, как её разум всё больше поглощают темные силы, скрывающиеся в этой древней магии. Она не могла остановиться. Её желание завершить ритуал становилось столь же сильным, как и необходимость вдохнуть в себя эту космическую тьму, что, по её мнению, вернёт мир к его истинному состоянию.

Ночь перед затмением Лена не спала. Всё вокруг было тихо, только в её голове гудели эхо голосов и шепотов, подталкивающих её к действию. Она стояла в обсерватории, в центре которой ее трудами появился древний ритуальный круг, начерченный старинной пылью и каменными плоскостями. Это место было почти священным. Древние артефакты, найденные ею в ходе исследований, теперь лежали перед ней – свечи с черным воском, кристаллы, на которых, по её словам, были записаны слова самого бога, и другие реликвии.

С каждым часом Лена ощущала, как её тело становится всё более холодным, как будто её душа уже начала уходить, уступая место чему-то большему. Она чувствовала, что, возможно, это не она должна будет закончить этот ритуал. Её разум, которым как будто управлял кто-то другой, уводил её в темные уголки мира, где слова, символы и звезды сливались в единое целое.

Когда на небесах стало темнеть, Лена почувствовала, как её сердце бьется все быстрее. Она была готова. Оставалась лишь одна последняя часть. В момент, когда Лена взглянула в окно и увидела, как лунный свет окрашивает ночное небо, она знала, что это был тот самый момент. Затмение приближалось. В эту ночь Солнце должно было исчезнуть за тенью Луны.

Она встала в центре круга, взяв в руки один из древних кристаллов. Он был покрыт пепельной пылью, но когда Лена прикоснулась к нему, он начал светиться ослепительным светом. В воздухе витал запах чего-то горящего, чего-то старого и неизведанного.

"Ты готова, Лена?" – прозвучал голос в её голове. Тот самый голос, который она слышала каждую ночь, он теперь стал её другом, её проводником. Он не был человеческим, и она знала, что это был не просто её разум, а что-то более величественное.

Лена закрыла глаза и склонилась над кругом. Она произнесла слова из манускрипта, зная, что именно они откроют путь. В момент, когда последние звуки заклинания слетели с ее губ, тьма вокруг неё стала непроглядной, и каждый символ, который она произнесла, казался отголоском древней магии, способной пробудить бога.

Снаружи, через окно, Лена увидела, как солнце начало исчезать. Тени длиннели, небо становилось всё более черным, а тьма постепенно поглощала свет. В этот момент она почувствовала, как её сердце замирает, и её тело теряло свою форму, становясь частью неведомого существа, как если бы вся энергия космоса вбиралась в неё.

Затмение. Весь мир поглотила тьма.

Но это не было обычным затмением. Это был момент, когда всё в мире замедлилось, как если бы сама вселенная затаила дыхание. В ту секунду Лена почувствовала, как её душа, как слабый огонь, начинает угасать, поглощаемая этим бесконечным, всепоглощающим космосом.

Она отдала часть себя.

Словно сжимая свою душу, Лена почувствовала, как её сознание, её "я", отделяется от её тела и становится частью великой тени. Вокруг неё возникли странные искаженные формы, невероятные существа, с которыми она теперь была едина.

В этот момент она поняла: всё, что произошло, было лишь началом. Бог ночного неба возвращался. И Лена уже не могла быть просто наблюдателем. Она была его проводником, его первым шагом в этот мир.

Солнце, возвратившееся на свой обычный путь, не вернуло Лене привычного ощущения мира. Всё теперь стало иным. Тень, которую она освободила своим ритуалом, оказалась гораздо сильнее и опаснее, чем она могла представить. Она ощущала это в каждой клетке своего тела, в каждом движении, в каждом слове. Её глаза были мутными, взгляд расплывчатым, как если бы она смотрела через туман, в котором не было ни времени, ни пространства.

Лена стояла в центре обсерватории, как статуя, взгляд её был направлен на пустоту, которая когда-то была небом. Теперь это было не небо, а пустое пространство, где всё было окрашено в черный цвет, словно сама вселенная больше не могла удерживать свет. Небо поглотило Солнце, как она и предсказала, но то, что последовало за этим, было не тем, что она ожидала.

Каждый раз, когда она закрывала глаза, она видела его. Его тень. Божественное, пустое существование, из которого исходила безбрежная тьма. Его облик не был ясным, он менялся, как если бы её разум не мог вместить его форму, но она знала, что он рядом. Он был всегда рядом. И его шепот стал частью её существования.

Её мысли становились всё менее связанными с реальностью. Кажется, что её разум пытался отделиться от её тела, будто что-то другое взяло его под контроль. Она шептала что-то бессвязное, не понимая, что говорит, и всё меньше ощущала себя человеком.

– Лена? – голос Игоря, её друга и коллеги, был далёким, как эхо, как если бы он говорил из другого мира. Он стоял в дверях, его лицо было полно тревоги. – Что ты… что ты сделала?

Лена повернулась к нему, её глаза были пугающе холодными и пустыми. Она не узнавала его. Всё, что она ощущала, это была та темнота, которая пронизывала её сознание. Его присутствие, его слова не имели значения. С каждым словом тень становилась всё сильнее.

– Ты не понимаешь, Игорь, – её голос был глухим, неестественным, почти не человеческим. – Он возвращается. Мы все теперь станем частью его. Весь мир будет поглощён. И это будет прекрасно.

Игорь шагнул к ней, его руки дрожали. Он был обеспокоен, но и отчаянно пытался пробудить Лену, вернуть её. Он не мог понять, что происходит. Она ведь была нормальной, она была его другом. Но сейчас… сейчас она была какой-то иной.

– Лена, я прошу тебя, вернись! Ты не понимаешь, что ты сделала! Это не твой путь! Тебе нужно остановиться!

Но Лена уже не слышала его. Она смотрела в его глаза, но в её сознании всплывали тени. Эти тени становились всё более реальными, и они начали шептать – что-то угрожающее, что-то, что она не могла понять. С каждым мгновением её тело становилось слабее, её дыхание было тяжёлым, а её пальцы, как холодные ветви, всё больше скользили по книгам, артефактам, окружавшим её.

– Ты не спасёшь меня, Игорь, – прошептала она, но её слова тонут в шуме, который существовал вне зависимости от её воли. – Я теперь его сосуд. Он вернётся. И поглотит свет мира.

Он хотел подойти ближе, но вдруг что-то в комнате изменилось. Тени начали двигаться. Они не просто темнели, они расползались, заполняя воздух, растягиваясь, как чернильные пятна, растекающиеся по воде. Из воздуха начали появляться непонятные фигуры, призрачные и расплывчатые, словно отголоски древних сил.

Игорь почувствовал, как земля под ним начала трястись. Его глаза расширились от ужаса, когда он увидел, как одна из этих фигур направилась прямо к нему. Силы, которые он не мог объяснить, начали окружать его, и его сознание взорвалось от страха и непонимания.

– Лена… что происходит?! – его голос сорвался на крик.

Лена стояла в центре комнаты, её тело было неподвижным, её глаза закрыты, но её лицо выражало блаженство – не человеческое, а чьё-то более древнего и тёмного. Она почувствовала, как её душа наполняется, как из неё вырывается нечто, что она не могла остановить.

Тени начали заполнять обсерваторию, охватывая пространство, как облако. Игорь видел, как лица людей, которых он знал, начинали исчезать из реальности, как если бы они растворялись в темных фигурах, которые выходили из пустоты. Коллеги, исследователи, даже студенты – все они исчезали или теряли рассудок.

Внезапно Игорь почувствовал, как его тело стало тяжёлым. Он пытался вырваться, но не мог. Тени обвивали его, проникая в его сознание, затмевая разум. Он кричал, но его крик утонул в темноте, как если бы его слова были поглощены тенью, как и всё, что было вокруг.

Лена молчала, её разум уже не был её. Она слышала голоса. Голоса тех, кто был до неё, кто был частью этого культа. Они пришли. Он пришёл. Бог ночного неба.

Внезапно, мир вокруг неё начал исчезать. Небо стало не чёрным, а пустым, словно несуществующее. Она чувствовала, как её сознание поглощает эта пустота, как её тело становится частью этой вселенской тени. В её голове звучал голос, который она уже не могла игнорировать:

"Ты готова. Мы вернём мир в его истинное состояние. Он поглотит все живое, и мы будем царить в тени."

И с каждым словом её человеческое "я" исчезало, растворяясь в бескрайной тьме.

***

Тьма поглотила все.

Лена стояла перед огромным окном своей обсерватории, её взгляд устремлён на небо, но теперь это не было просто небом. Точно так же, как и её собственная жизнь, небесный свод перестал быть частью привычного мира. Его бескрайняя пустота, тянущаяся до горизонта, теперь была необъятным морем без звезд, без света. Небо стало черной вуалью, натянутой над миром. Это не было туманом или облаками – это была сама тьма, за которой скрывался забытый бог, чье присутствие теперь заполняло её сознание.

Лена чувствовала, как её тело, когда-то принадлежащее человеку, уже не было ей подвластно. Тень бога проникла в её мысли, она стала неким вместилищем, некой связующей точкой между этим миром и тем, что был раньше. Её тело стало пустым сосудом, наполненным этим могучим, неизмеримым космическим существом, которое когда-то царило на небесах, но было изгнано, скрыто от глаз человечества. Теперь оно возвращалось, и она была его вратами.

Голос, который она слышала, был её голосом и не её голосом одновременно. Он звучал в её голове, резонируя с её сознанием, и каждый его отклик ощущался в её теле как болезненное предвестие великой перемены.

"Ты освободила меня. Ты освобождаешь всех нас."

Лена не могла вспомнить, когда она перестала быть просто женщиной, а стала тем, кем была сейчас. Когда её разум растворился в тени, когда она согласилась стать сосудом, когда эта вселенская тьма заполнила её. Она не могла вспомнить этих моментов. Всё слилось воедино. Её тело было чужим, её душа была и её, и не её.

Она ощущала, как её собственное восприятие мира изменяется. Небо теперь было не просто плоской темной массой, оно было новым космосом, который подчинялся только её воле и воле того, что она освободила. Она стала частью этого космоса, частью бесконечной тьмы, и теперь она видела мир глазами, которые могли охватывать не только Землю, но и всё, что лежало за её пределами.

Игорь, её старый коллега, исчез. Он исчез так же, как и все остальные. Она не знала, что с ним стало. Возможно, он стал частью того, что было освещено этим новым небом. Или же он растворился в пустоте, которую она освободила. Все, кто стоял вне тени, кто не разделял её страсть, исчезли. Все, кто не стал частью этого вечного цикла, погибли или сошли с ума.

Лена могла слышать их шепоты, их крики, исходившие из других миров, из других времён. Эти люди, те, кто пытался спастись, кто не мог понять, что произошло, теперь были частью неизбежного конца. Их страх и отчаяние не имели значения – тьма не оставляла места для спасения.

"Все будут поглощены. Все будут частью этого великого цикла, который снова начнётся. Это уже было и будет снова."

Она вновь закрыла глаза. С каждым её вдохом реальность становилась более неясной. Она ощущала, как вся жизнь на Земле начинает медленно и неумолимо затухать. Планеты, звезды, галактики – они все становились частью пустоты, частью этого великого цикла, от которого не было иного пути. Каждое живое существо, каждая душа, которая не была поглощена, теперь была на грани исчезновения. С каждым мгновением её сознание поглощала тень.

"Это и есть моя судьба," – думала Лена. – "Это и есть моё истинное предназначение – быть частью того, что я освободила. Я больше не человек. Я – нечто другое. Я – не бог. Я – не человек. Я – лишь тень."

Она стояла у окна, и её взгляд был направлен не на Землю, но на пустое, бескрайнее пространство, которое теперь было её домом. Но она не ощущала одиночества. Тьма стала её новой реальностью, а её тело стало частью этой реальности. Теперь, когда она смотрела на это бескрайнее черное полотно, она видела не просто пустоту. Она видела бесконечное множество миров, миров, которые она могла поглощать, изменять, так же легко, как скользит по воде перо.

Тени, которыми она стала, все больше наполняли её сознание. Голоса, которые она слышала, теперь стали частью её собственного "я". Они говорили с ней в снах, они говорили с ней наяву, и с каждым словом тьма становилась всё более реальной, а её существование – всё более незримым. Она перестала быть частью человеческого мира, она уже не могла различить, где заканчивается её физическое тело и начинается пустота.

"Ты освободила нас. Ты освободила меня."

Её голос, теперь не совсем её, повторял эти слова, но она не могла понять, что это означало. Она стала частью этого цикла, частью этой бескрайности. Она была в тени, и тень была в ней. И это было всё, что существовало.

Небо – его теперь не было. Тьма стала новым небом. Свет исчез, и он больше не вернётся. Солнце поглотил тот, кто был забытым богом, и теперь оно стало лишь воспоминанием о том, что было. Мир, который был, исчез. И Лена теперь была его частью, частью тени, которая не знает конца.

Слуга Змея

Песчаная буря, казалось, никогда не утихала. Она была не просто ветром – она была живым существом, дышащим и ревущим в пустыне, словно сама земля жаловалась на своё существование. Артем стоял у окна временного лагеря, сжав губы, наблюдая, как золотистая пыль покрывает всё вокруг, превращая день в ночь. Через несколько часов буря утихнет, и снова станет ясно. Ну, почему он выбрал именно это место для своей последней экспедиции?!

Он понимал, что должен был бы быть счастлив – наконец-то настоящая археологическая находка, шансы на открытие чего-то великого, но внутри было что-то другое. Он не чувствовал удовлетворения от своей работы, хотя знал, что она важна. Это было нечто иное, нежели усталость от изнуряющих исследований. Он начинал понимать, что смысл его жизни теряется где-то между песком и камнями, между древними руинами и забытыми текстами, что его карьера была чем-то вроде бегства от реальности.

Группа археологов, с которой он работал, прибывшая сюда по его настоянию, была немногочисленной. Этот старый город, затёртый временем и песками, был в глубоком забвении на протяжении веков. Местные жители избегали этого места, а те, кто решился отправиться сюда, быстро исчезали, теряя себя в песках и миражах. Впрочем, такие мелочи не могли остановить их. Артем знал, что для историка это была золотая жила.

– Ты как, Артем? – раздался знакомый голос за спиной. Это был его коллега, Игорь, молодой специалист, который также был частью экспедиции. – Никак опять в себе копаешься?

Артем чуть повернулся и встретился с его взглядом. Игорь выглядел беспокойным, хотя, даже несмотря на его молодость, он всегда пытался поддерживать оптимизм в себе и окружающих. Он всегда говорил, что "всё будет хорошо", даже когда происходили странные вещи. И вот теперь, когда буря захлестнула лагерь, этот светлый взгляд казался странно наивным.

– Ничего подобного, просто размышляю, – ответил Артем, отводя глаза к песчаному горизонту. – Думаю о том, что это может быть последняя экспедиция для меня.

– Понимаю, – Игорь подошел ближе и присел рядом. – Но ты же сказал, что уйдешь, только если не найдём ничего интересного, а мы ведь только начали! Ты сам же говорил, что сюда и прибыли не просто так.

Артем вздохнул. Он знал, что Игорь был прав, но эти слова, какими бы ни были они правильными, не приносили ему успокоения. Он устал от поисков чего-то, что так и не давало ему ощущения завершенности. Вот уже несколько лет он проводил эти экспедиции, и в каждом следующем месте он всё больше ощущал, что его работа не имеет большого значения. Только сухие факты, потери и бессмысленные раскопки. Всё, что он находил – это останки погибших цивилизаций, за которые он платил своей душой. Даже здесь, в этом забытом городе, его исследовательский ум не мог остановиться. Что-то было не так.

Город, в котором они работали, когда-то был величественным – его руины, разрушенные временем и песчаными бурями, до сих пор хранили следы древней цивилизации. Здания, некогда величественные, теперь представляли собой обломки, напоминающие гигантские каменные змеи. Считается, что эти древние люди поклонялись змеевидному божеству, которое приносило жизнь и плодородие. Из множества храмов и пирамид, окружающих центральную площадь, Артем знал, что некоторые скрывают в себе настоящие секреты. Однако археологи часто ошибались, и никто не мог точно сказать, что скрывается здесь на самом деле.

– Ты уверен, что мы здесь что-то найдем? – снова спросил Игорь, ощущая атмосферу сомнений, охватившую их. – Это место… оно какое-то странное.

– Не знаю, Игорь. Но мне кажется, что этот город… он что-то скрывает, – ответил Артем, глаза которого были прикованы к разрушенной пирамиде, которую они обнаружили накануне. – Есть вещи, которые нельзя объяснить.

Игорь в ответ только кивнул, и на его лице мелькнула тревога. Однако Артем заметил, как его коллега всё же был заинтригован. Они оба чувствовали, что находятся на грани чего-то, что вряд ли можно было бы понять до конца.

Вскоре к ним присоединились другие члены экспедиции. Среди них был и старый профессор Мартынов, который возглавлял эту экспедицию и был человеком, не склонным к сомнениям. Он был стар, но несмотря на свою преклонную возраст, его энергия и амбиции могли бы соперничать с кем угодно. Однако, как и Артем, профессор часто сомневался в том, что они смогут раскопать здесь что-то действительно стоящее. Эти сомнения были не просто интеллектуальными. В их глазах читалась усталость.

– Я верю, что мы здесь найдем ответы, – сказал Мартынов, оборачиваясь к команде. – Может, это и будет последняя наша экспедиция. Но мы должны всё исследовать, всё…

Его голос был решительным, но в его глазах Артем уловил ту же тревогу, что и у себя. Не было никакой гарантии, что это место даст ответы. Но было одно, что их объединяло – жажда разгадать тайны, которые скрыты за стенами разрушенных храмов.

Тем временем буря усиливалась, и все решили укрыться в лагере до её окончания. Но Артем не мог успокоиться. Его мысли снова вернулись к змеевидному божеству. Слишком много загадок было связано с этим местом, и, возможно, именно эта экспедиция должна была стать его последним испытанием. Но что если его интуиция, которая всегда подводила его, в этот раз ошибалась?

Ещё несколько часов спустя буря начала стихать. Артем продолжал сидеть у окна, смотря, как её последние порывы разрывают горизонт, и в глубине его души закрадывалась мысль: "если бы я знал, что именно скрывает эта земля, не был бы я в другом месте… или не жил бы я другой жизнью?"

***

В первые несколько дней после завершения бурь, когда песок наконец-то утихомириля и земля снова стала видимой, группа археологов с новым энтузиазмом принялась за работу. Каждый уголок заброшенного города скрывал в себе неизведанные тайны, а руины древних храмов обещали массу находок. Для Артема, который уже успел изучить множество подобных мест, каждая минута, проведенная в этих пустынных просторах, ощущалась как шаг в неизведанное.

Одна из самых впечатляющих построек находилась в самом центре города – большая пирамида, почти полностью скрытая под слоями песка. Примерно через три дня упорной работы им удалось раскопать её в нижней части, и уже тогда они поняли, что нашли нечто необычное. Под камнями и пылью скрывались гигантские статуи змеевидных существ, сложенные в невероятно сложную композицию, создавая иллюзию, будто они вытягиваются в бескрайнее небо.

Профессор Мартынов и остальная команда начали снимать верхний слой песка, и через несколько часов работы открылась глубокая ниша, вырезанная прямо в скале. Внутри неё стояла гигантская каменная плита, покрытая сложными узорами и изображениями. В середине каменной плиты, была встроенная меньшая, золотая плитка, испещренная похожими знаками. Во всем этом древнем искусстве был заложен глубокий и, пока, непонятный смысл. Плиту было невозможно не заметить. Она переливалась тусклым светом, как будто содержала в себе внутреннюю силу, которая не была доступна разуму. Даже через толщу песка ощущалась её энергия.

– Это невероятно, – прошептал Игорь, подходя к плите. – В точности, как в мифах о змеевидном боге.

Артем тоже подошел ближе, чувствуя, как что-то тянет его к этому артефакту. Но это было не просто любопытство. Это было ощущение, будто сама плитка была наполнена какой-то древней волей, словно она звала его.

– Не трогай её, – сказал профессор Мартынов, заметив, как Артем протягивает руку. – Нам нужно больше времени, чтобы изучить этот предмет. Возможно, это очень не простая реликвия.

Но Артем, несмотря на предупреждения, не мог оторвать взгляда от плиты. На ней были выгравированы изображения змеевидного бога – чудовища, извивающегося в гигантском кольце. Глаза его были лишены человеческой формы, а вместо них чёрные провалы, зловещие и холодные. Вокруг его тела располагались странные символы, которые никто не мог расшифровать.

Тогда, под давлением какого-то внутреннего импульса, Артем всё-таки коснулся плиты. Прикосновение было легким, почти случайным. И вот в этот момент произошло нечто странное. Почти мгновенно на плите вспыхнул свет – тусклый и холодный, но такой сильный, что по коже прошёл ледяной трепет. Артем ощутил, как его руки начинают дрожать, а дыхание становится тяжёлым. Ему казалось, что нечто из плиты пытается проникнуть в его разум. Он отдернул руку, но эффект от касания никуда не ушел.

– Что с тобой? – спросил Игорь, заметив его напряжение. – Ты бледнеешь.

– Ничего, всё в порядке, – соврал Артем, даже не пытаясь скрыть дрожь в голосе. Он понимал, что сейчас не время говорить о том, что он чувствовал, но внутри него нарастало странное беспокойство.

После этого дня Артем стал замечать за собой нечто необычное. Каждую ночь, едва погружаясь в сон, его разум поглощался видениями, и эти видения становились всё более яркими и реальными. Он видел того самого змеевидного бога, который извивался в темных пространствах пустыни. Его глаза, пустые, словно отверстия в бескрайних ночных небесах, смотрели прямо в душу. Звезды, которые были его глазами, сверкали так ярко, что казалось, что они могли растерзать его сознание.

Эти сны были не просто ночными видениями – они становились его реальностью. В одном из них, когда он снова оказался перед этим змеевидным существом, он почувствовал, как его тело будто расплывается в темном космосе. Вся пустота вокруг была наполнена дыханием этого существа, и его силуэт становился частью неба.

Когда Артем просыпался, всё вокруг казалось обычным, но внутри его головы оставалась тяжесть, как будто сам воздух был пропитан этим зловещим присутствием. Он пытался забыть эти видения, но каждый раз они возвращались, и всё больше заполняли его мысли.

– Ты выглядишь усталым, – заметил Игорь на следующее утро, когда они снова начали раскапывать храм. – Ты плохо спал?

– Да, просто один сон не давал покоя, – ответил Артем, но его голос звучал неуверенно. – Что-то здесь не так, Игорь. Это место… Оно как будто хочет мне что-то рассказать, и я не уверен, готов ли я узнать это.

Игорь молча кивнул, но выражение его лица говорило о том, что он тоже что-то чувствовал. Возможно, это была просто интуиция, но когда они продолжали исследовать храм, вокруг всё чаще ощущался странный холод, и тени в углах становились всё более глубокими, как будто скрывали в себе нечто, чего не должно было быть на земле.

Вечером того дня, когда Артем сидел в лагере, он снова ощутил странный холод, хотя вокруг было жарко, и воздух буквально кипел от палящего солнца. Этот холод пробирался в его кости, и он понял – он уже не мог отступить. Он стал частью чего-то большего, чем просто археологическая экспедиция.

В ту ночь, когда все ушли спать, Артем снова увидел его – змеевидного бога, чей взгляд был полон такой силы и тьмы, что ему казалось, будто этот взгляд мог разорвать его самого. И в этом взгляде была не просто угроза, а вызов.

И Артем понимал, что он не мог не ответить на этот вызов.

***

С каждым днем Артем все больше ощущал, что что-то непонятное, что-то зловещее происходит с ним. Он не мог точно понять, что именно, но странные события нарастали. Поначалу это были мелочи – мимолетные вспышки в краешках глаз, неясные шепоты, которые исчезали, как только он пытался сосредоточиться на них. Но с каждым днем эти явления становились всё более настойчивыми.

Однажды ночью, когда песчаная буря снова накрыла лагерь, Артем проснулся от странного ощущения в груди, как будто его сердце билось не в такт с его телом. Ветер завывал за стенами палатки, но внутри её было странно тихо. Почти гробовая тишина.

Он пытался повернуть голову, но она как будто была заторможена, тяжела. Страх охватывал его, но он не мог понять, откуда он пришел – это был не обычный страх. Это было ощущение, что нечто чуждое, зловещее, проникает в его тело и разум, вытягивая из него всё, что оставалось человеческим.

С трудом повернув голову, он увидел нечто странное на своем столе. Его дневники, которые он оставлял на тумбочке рядом, теперь лежали открытыми, страницы перелистывались сами собой, как будто невидимая рука писала что-то в них. Он встал и шагнул к столу, не в силах оторвать взгляд от страниц.

Те символы, что он видел на плите древнего храма, теперь появились в его дневниках. Те же самые, зловещие и непонимаемые современным человеком. Но теперь они выглядели как нечто живое, будто они начинали танцевать на странице, словно дыхание какого-то древнего существа, скрытого в этих знаках.

Артем с трудом оторвал взгляд от этих таинственных символов и положил руку на свою голову, пытаясь сосредоточиться. Он рухнул обратно на свою постель и закрыл глаза. Его разум словно утонул в этих знаках, и теперь они звучали в его голове – не в виде слов, а в виде ощущения, что они говорят с ним, зовут его. И голос этот был тихим, но абсолютно уверенным.

"Ты чувствуешь это, не так ли?" – шептал голос. Он был странным, отдалённым эхом, как будто шёл откуда-то издалека, из самой пустыни. В его звучании было что-то властное, несущее угрозу и обещания силы. "Ты видел, как я жил и как я умер. Ты осознаешь, что ты – мой проводник. Ты – тот, кто должен вернуть меня в этот мир."

Артем вздрогнул и снова попытался встать, но его тело было словно прижато к земле. Невозможная тяжесть навалилась на него, как будто кто-то огромный надавил на его грудь. Он понимал, что это уже не игра его воображение, это не просто последствия усталости и стресса. Он знал, что это нечто реальное. И теперь это нечто говорило с ним, прямо в его сознание.

С трудом поднявшись на ноги, он направился к выходу из палатки. Но как только его ладонь коснулась ткани полога, всё вокруг него потемнело. Песчаная буря, что бушевала за окном, затихла. Тишина была непривычной, словно мир вокруг больше не существовал. Вместо песка и пустынных ветров, он ощутил неестественный, пронизывающий холод.

И вот тогда он увидел его. Тень. Змеевидная тень, расползающаяся по стенам палатки, растущая, как туман. Из её формы вырисовывался силуэт огромного змея, извивающегося в пространстве, его глаза были пустыми, как чёрные дыры. Он почувствовал его взгляд – не физически, но как-то глубже, в самой его сущности.

Тень змея начала сжиматься, вытягиваясь в сторону Артема, и он словно говорил ему: "Ты свободен, но теперь ты нужен мне. Я – твой господин, и ты будешь моим слугой."

Сердце Артема забилось так сильно, что казалось, оно вот-вот вырвется из груди. Он пытался отвернуться, но не мог. Его тело будто окутала сила, и он почувствовал, как его воля начинает таять. Но в какой-то момент, словно что-то внутри его разума сопротивлялось, он стиснул зубы, поднял руки, и вот, против всех сил, он произнес тихо:

– Я не… не стану твоим слугой.

Глаза змея на мгновение потускнели, а затем начали проникать в его душу ещё сильнее. Звук, подобный раскатам грома, прошёл через его тело. Это было не просто слово, это был приказ.

"Ты не можешь избежать этого. Ты уже мой, Артем. Ты стал частью меня, ты стал частью того, что я пробудил. И как только ты примешь свою роль – ты обретешь силу, которая заставит твое сердце биться в унисон с моей волей."

Артем был в ужасе. Он понимал, что должен бороться, но как он может победить то, что уже проникло в его мысли? Он почувствовал, как его собственная душа начинает подчиняться зловещему голосу. Тень змея поглощала его сознание, она как будто начала влиять на каждый его шаг, на каждый его выбор. Это было не просто ощущение страха – это было ощущение, что он теряет себя.

Но несмотря на это, где-то внутри его оставалась искра сопротивления. Он знал, что ему нужно найти способ освободиться от этого влияния, и что, если он не сделает этого, он станет тем, чего боится. Слугой древнего змеевидного бога.

– Я не буду твоим слугой, – повторил Артем, с каждым словом становясь всё более уверенным. – Я… не стану.

Но голос в его голове не исчезал. Он становился лишь громче. Тень змея не отступала. И на этот раз Артем почувствовал, как тьма наполняет его сердце, и он понял, что борьба только начинается.

С каждым днём Артем ощущал, как его контроль над собой ускользает, как песок через пальцы. Тень змея, которая впервые коснулась его сознания, теперь неотступно следовала за ним, разрывая его связь с реальностью. Всё, что казалось знакомым, начало искажаться. Он не мог понять, когда точно это началось – точно не с того момента, как он оказался в пустыне, а скорее с того момента, когда он прикоснулся к плитам, с их невообразимыми знаками и символами. Там, среди древних руин, началась его настоящая битва.

Коллеги стали замечать, как он меняется. Сначала это были мелочи – редкие, незаметные. Артем становился всё более молчаливым, его глаза теряли тот яркий, живой блеск, который был в них раньше. Он часто уходил в пустыню ночью, не объясняя почему, и оставался на несколько часов, запертым в темных песках, как будто где-то там он искал ответы. Но Артем не мог найти ответы. На самом деле, он уже не был уверен, что ищет их.

Однажды вечером, когда команда сидела за ужином, обсуждая следующий этап раскопок, Артем почувствовал странное напряжение в воздухе. Было жарко, несмотря на ночь, и воздух, казалось, был тяжелым. Он поднес стакан с водой к губам, но его рука слегка дрожала. Он увидел, как его пальцы невольно сжимаются, как будто кто-то невидимый давит на них, и едва не выронил стакан из рук.

– Тебе не здоровится? – спросила Ксения, одна из коллег, сидевшая рядом. Она была моложе Артема, учёным-археологом, специалистом по древним культурам. Артем лишь кивнул, улыбаясь напряжённо, но в его глазах не было того искреннего облегчения, которое бы он ожидал от таких простых вопросов.

Он заметил, что все смотрели на него, но не было в их взгляде ни сочувствия, ни понимания. Это были просто взгляды на человека, с которым что-то не так. А Артем прекрасно понимал, что с ним действительно что-то не так.

Его сознание всё больше наполнялось смутными мыслями. Он не мог остановить их, и не знал, как это произошло. Он стал замечать, как стены вокруг него начали казаться не такими прочными, как раньше. Казалось, они начали трескаться и расползаться, а пустота, окружающая его, была всё более ощутимой.

Тем не менее, ночные видения продолжались. Но теперь они стали яркими и реальными, как дневной свет. Он видел змеевидное существо снова и снова, теперь оно не просто стояло перед ним – оно было внутри него. Он чувствовал, как его кожа меняется, как его сердце бьется в такт с его тенью. Он переставал быть просто свидетелем. Он становился частью этого.

Однажды ночью, когда Артем лежал в своей палатке, не в силах уснуть, его тело вдруг дёрнулось, и он открыл глаза. В темноте перед ним стояла неясная фигура – змея, но она была не совсем физической. Это было как размытое существо, состоящее из тени, которое смыкалось и извивалось, как живой дым. Артем пытался встать, но не мог. Он чувствовал, как его тело словно теряло свою форму, как если бы его воля была стерта, а место её занял чуждый, тёмный голос.

– Ты – мой, Артем. Ты не можешь избежать этого. Мы – одно. Ты знаешь, что я – твоя истинная суть. Ты никогда не был человеком. Ты – слуга.

Его голос звучал так, что Артем едва мог отличить его от своего собственного внутреннего голоса. Он вздрогнул, но не мог двинуться. Дух змеи овладевал им, подчинял. Он ощущал, как его тело откликается на эти слова, как его душа стремится принять эту тень, как если бы это было естественно.

– Я не слуга! – крикнул Артем, стиснув зубы и стараясь подавить этот голос. Он не мог позволить себе стать тем, чего боялся. Он знал, что не может уступить. Но это становилось всё сложнее и сложнее. С каждым новым видением, с каждым проблеском этой тени, он чувствовал, как теряет свою суть.

День за днем Артем продолжал ощущать, как его реальность расплывается. Он заметил, что пустыня начала изменяться. Это был не эффект жары или усталости. Пески под ногами становились неестественно темными, а воздух начинал источать странное свечение, как если бы сама земля была пропитана древним злом.

В один из таких дней, когда группа исследовала очередную часть разрушенного храма, Артем почувствовал, как его ноги начали двигаться независимо от его воли. Он стоял среди обломков, и вдруг понял, что не контролирует свои движения. Его тело двигалось, словно под воздействием внешней силы, и он не мог остановить его.

– Артем, ты в порядке? – издалека крикнул Сергей, один из его коллег. Артем обернулся к нему, но вместо обычного ответа он услышал, как его собственный голос ответил странным, глухим тоном:

– Я… не могу… больше.

Сергей подбежал к нему, с тревогой глядя в его глаза.

– Ты говоришь как-то странно… ты не перегрелся на солнце?

Артем не мог ответить, потому что в этот момент он снова почувствовал, как его сознание уходит в тень, как оно поглощается её присутствием. Он понимал, что он больше не был тем человеком, каким был раньше. В нём уже не было прежней воли, прежнего желания. Он был на грани того, чтобы стать тем, кем он так боялся стать – слугой змеиного духа.

– Я… больше не я, – едва шепнул он, оглядываясь на своих коллег, но в его глазах не было страха. Были только пустота и растущее ощущение того, что он теряет свою душу.

Сергей подошел ближе, заметив, как измученно выглядит Артем. Он схватил его за плечо.

– Артем, что с тобой? Ты ведь не можешь просто сдаться! Мы все с тобой! Мы справимся!

Но Артем больше не мог отвечать. Он чувствовал, как его тело начинает служить чему-то другому, чему-то, что давно должно было быть забыто, но теперь оживает. И как бы он не пытался, он всё больше ощущал, что его воля уступает этому злу.

***

Артем снова оказался в храме. Он не знал, как он сюда попал, но он чувствовал, что именно здесь, среди этих камней, поглощенных песчаной бурей, всё и начнется. Буря стихла, но её эхом было слышно что-то, что тревожило его. Это не был ветер. Это был зов. Призыв, который не отпускал его.

Он стоял один, в тусклом свете лампы, отражаясь в осколках плит, которые начали трещать и издавать странный звук, как будто что-то шевелилось под их тяжестью. Артем не мог понять, что это было, но что-то подсказывало ему: именно здесь он встретится с тем, с чем не хотел бы сталкиваться.

– Ты пришел. Я знал, что ты вернешься.

Голос был не просто звучанием в голове, это было что-то гораздо более реальное, чем всё, что он когда-либо слышал. Он не мог понять, откуда он исходил, но он знал, что это не просто мысли, не просто галлюцинации. Это был Дух змеи.

Внезапно тень, сначала едва заметная, начала сгущаться в центре храма. Она расползалась, покрывая камни, словно вдыхая в них жизнь. С каждой секундой тень становилась более ощутимой, чёткой, пока наконец не приняла форму. В ней не было ничего человеческого, только извивающиеся контуры, напоминающие змеиные тела, но со множеством переплетающихся, изменчивых образов. Он ощущал, как её присутствие наполняло пространство, как если бы сама пустота вокруг него затягивала его.

Тень обвивала его тело, сжимая его в своих кольцах. Он не мог пошевелиться, не мог избавиться от этого ощущения, что он больше не единственный хозяин своего тела. Он чувствовал, как что-то ползет в его голову, как что-то скользит внутри его сознания, оставляя холодный след.

– Я – это ты. Мы – одно, Артем. Я не просто существо, я часть тебя. Ты всегда искал смысл, ты всегда искал могущество. Я могу дать тебе всё, что ты когда-либо хотел.

Артем не мог сказать ни слова. В его голове царила пустота, но из этой пустоты вырывался его страх. Страх того, что всё, что он знал и любил, всё, что определяло его как человека, исчезнет. Он думал о своей жизни, о своей работе археолога, о том, как он всегда стремился разгадать тайны прошлого, но теперь понял, что он стал частью самой страшной из этих тайн.

– Ты был всегда слабым, Артем. Ты постоянно стремился к чему-то большему. Ты искал ответы в древних текстах, ты искал меня. Я дам тебе то, о чём ты мечтал. Ты станешь бессмертным, ты будешь править миром, ты станешь моим слугой, и вместе мы восстановим наше царство.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.