Инна Лушникова
Видение

Видение

Едва забрезжил рассвет, когда Петрович запряг колхозную кобылу Белку и вывел ее из кошары. Он по обыкновению что-то бормотал себе под нос. Надо сказать, старик постоянно так делал: то пел, то разговаривал с животными, то просто бормотал мало различимую бессмыслицу. В последнее время, с тех пор как уже долго не приходило никаких известий от его сыновей, он почти постоянно что-то бормотал себе под нос, разговаривая сам с собой.

Его сыновья уже больше двух лет воевали в составе 28 Армии. Казалось бы, не далеко от дома, но писем не было. Старика беспокоило еще и то, что с фронтов приходили вести одна печальнее другой. Когда немцы двинулись на Кавказ, в калмыцких степях шли страшные бои. В этих боях с фашистами сражалась 28 Армия. Много полегло народу. Вот и о сыновьях Петровича с тех пор не было ничего слышно: похоронки не было – это обнадеживало, но неизвестность лежала на сердце тяжким грузом. Это все больше угнетало старика. С каждым днем он становился все мрачнее, молчаливее. Все время бормотал себе под нос. Казалось, только тяжелая работа помогала ему не сойти с ума от своих горьких раздумий.

В это утро Петрович раньше прежнего запряг кобылу, погрузил в сани бидоны с молоком, бочки с рыбой и мешки с валенками – это все, что нужно было доставить к причалу для погрузки на баржу. «Все для фронта, все для победы!» – буквально кричал лозунг, написанный крупными белыми буквами на красной ткани и натянутый над входом в Правление колхоза. Сегодня как раз нужно доставить груз для фронта. Всего несколько дней грузилась баржа, на которую каждый колхоз присылал свои подводы с продовольствием. Петрович чувствовал величайшую ответственность перед армией. Его грела мысль о том, что он не просто помогает фронту, он кормит и одевает своих собственных детей, воюющих с фашистами. И вот, движимый этой самой ответственностью, Петрович двинулся бодрой походкой в путь.

Зимнее солнце, вынырнув из-за горизонта, теперь поднималось, выбрасывая свои лучи за ореол холода, пытаясь высвободится и согреть землю, но морозные оковы не давали ему свободы. Так в неравной борьбе оно пыталось развернуть свои лучи и засиять в полную силу, но мороз крепко сковал все вокруг, и само солнце не могло пробить его ледяную мощь. Рано. На улице середина февраля. Только-только вступил в свои права февраль 1943 года. Тот самый переломный февраль. Петрович, шагая по дороге, смотрел вперед. Он даже слегка улыбался и щурился от сияющего на солнце снега. Лошадь, стуча копытами по замерзшей дороге и выпуская из ноздрей клубы густого пара, легко несла груженые сани. Вокруг не было ни души! Только старик и лощадь. Однако путь предстоял не близкий. И, по всем подсчетам, до места они смогут добраться только к вечеру.

Когда большая часть пути была уже позади, а впереди показались мачты и трубы – приметы порта – старик сказал:

– Ну вот, Белка, скоро доберемся. Погрузим молочко и рыбку на баржу. Будет нашим солдатикам пропитание.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.