Алексей Ниров
Контактёр. Книга 3. Маятниковый ход

Глава 1

1

– Елена Петровна, прочитайте, пожалуйста, что я тут с ваших слов записал, и если все указано верно, то распишитесь здесь, здесь и ещё вот там и там, – старший оперуполномоченный уголовного розыска капитан милиции Долгов Артём протянул оформленный бланк протокола допроса в качестве свидетеля полной хорошо одетой женщине бальзаковского возраста, сидевшей на стуле с другой стороны его рабочего стола, и карандашом показал на документе места, в которых ей необходимо было поставить свою подпись.

Елена Петровна, поправив на своем аккуратном носике массивные очки, взяла из рук оперативника бумаги и принялась их внимательно читать. Через несколько минут, закончив ознакомление с содержанием протокола, она расписалась там, где это было необходимо, и вернула его обратно милиционеру.

– Что теперь с этим молодым человеком будет? – не выказав каких-либо эмоций спросила она.

– Не знаю, – спокойно ответил капитан, – это суд будет решать. Многое зависит от того, что в материалах уголовного дела, которое следователь через прокуратуру в него направит, будет собрано. Если этот парень, пытавшийся украсть из сумки вашей знакомой те денежные средства, что впоследствии были обнаружены при нём, ранее не был судим и по месту жительства, работы или учебы характеризуется положительно, то, скорее всего, получит пару лет условно.

– А если был и характеристики отрицательные, то что?

– То, всё равно, судья будет решать, с учетом всех обстоятельств дела, которые могут, как смягчать, так и отягчать вину преступника и влиять на назначение ему наказания. Вам это интересно?

– Не очень, – заключила женщина. – Я могу идти?

– Да, конечно. Вас проводить? Чтобы вы не заблудились в коридорах нашего отдела.

– Спасибо, не надо. Я запомнила дорогу, пока к вам в кабинет шла.

– Это хорошо, что запомнили, – отметил Артём, внимательно посмотрев на свою собеседницу. – Большое спасибо за помощь. До свидания.

– Всего доброго, – произнесла Елена Петровна, обращаясь как к Долгову, так и к другому сотруднику милиции, который сидел за другим соседним письменным столом, встала и не спеша вышла из служебного кабинета.

Через пару минут, когда удаляющиеся звуки шагов женщины стихли, растворившись в многочисленных коридорах здания отдела внутренних дел, второй милиционер – старший оперуполномоченный уголовного розыска Привольнов Вадим спросил своего коллегу:

– По какому материалу такая важная дама сейчас покинула стены нашего замечательного учреждения?

– По вчерашней краже в клубе, по проспекту Тракторостроителей, – пояснил Артём. – Вернее, по покушению на кражу.

– Это, по которому две гардеробщицы видели, как парень из сумки деньги вытаскивал, пока его друг хозяйку этой сумки и её подругу отвлекал? Их потом на выходе из клуба сами сотрудники и задержали.

– Да, по нему.

– Понятно, – резюмировал Вадим и добавил. – Я пошёл домой. А то время – девятнадцать часов тридцать пять минут. Сегодня день спокойный, можно пораньше уйти. А ты как?

– Я тоже домой поеду. Только ответ на отдельное поручение следователя подготовлю и протокол допроса Елены Петровны к нему приобщу, чтобы завтра с утра всё передать.

– Ладно, – спокойно заметил Привольнов, вставая из-за своего стола. – Тогда я тебя не буду ждать. Пока погода хорошая, можно с ребёнком и женой погулять. Когда ещё получится это сделать? Поэтому, до завтра.

– Пока, – сказал капитан, мотнув головой закрывающему за собой дверь коллеге.

Через десять минут Долгов тоже вышел из здания отдела и направился к остановке общественного транспорта.

Артём не спеша брёл по асфальтированной дорожке, наслаждаясь мягкой и теплой погодой осеннего вечера. Проходя мимо здания школы, он, как обычно, бросил взгляд на центральный вход данного общеобразовательного учреждения, над которым висел плакат с надписью: «С 1-ым сентября 2000 года». Оперативник отметил про себя, что с указанной на плакате даты прошло почти десять дней, и его давно нужно было снять. Милиционер не успел развить своё недовольство отсутствием расторопности персонала школы, так как вдалеке показался автобус с нужным номером рейса, приближающийся к его остановке, от которой капитана отделяло достаточно внушительное расстояние. Мужчина был вынужден перейти с шага на легкую рысь, с одновременным «переключением» мыслительного процесса с анализа содержания надписи школьного плаката на подсчёт его собственной скорости передвижения, необходимой для того, чтобы успеть добежать до остановки в момент прибытия на неё вышеуказанного общественного транспортного средства.

2

Когда Артём разогревал ужин и впоследствии его потреблял, то он всё это время в своем окне, на кухне, на внешнем нижнем откосе–отливе, наблюдал за мирно сидящим голубем. Птица аккуратно расположилась на горизонтальной металлической поверхности, временами поворачивая голову в сторону человека, заглядывая внутрь помещения.

Закончив ужинать и переместившись в спальню, оперативник заметил этого же пернатого, который перебрался на отлив окна данной комнаты, внимательно рассматривая её убранство.

Мужчина открыл форточку и откинул занавеску так, чтобы она не мешала проникновению в помещение свежего воздуха. Человек следил за птицей, с волнением ожидая, когда же она залетит в комнату.

Через несколько минут, видимо, удовлетворившись результатом наружного наблюдения, голубь впорхнул в открытую часть окна, сел прямо на пол перед человеком и замер. Пернатое создание не двигалось абсолютно. Мужчина оставил только небольшое освещение, закрыл сначала форточку, а затем полностью затянул окно светонепроницаемыми занавесками.

Спустя минуту из голубя появилось свечение, которое трансформировалось в голографическое изображение. В нём хорошо просматривалась человекообразная фигура. Долгов в чертах внеземного лица узнал представителя коренного населения планеты Хейкир – Орзес Тага.

– Приветствую тебя, Артём! – произнесло изображение. – Если смотришь эту запись, значит, дрон в виде птицы нашёл тебя, и ты понял, что он от меня. Соответственно, помнишь об оговоренном способе экстренной связи между нами. Сейчас у меня возникла необходимость воспользоваться ею. Мне срочно необходимо встретиться с тобой. Я буду ждать тебя сегодня на окраине города, в котором ты проживаешь, в двадцать три часа ночи в месте, схематично указанном на карте, проекция которой появится сразу после окончания моего сообщения. Она будет высвечиваться до тех пор, пока ты не нажмешь на кнопку, расположенную под правым крылом голубя. Если ты захочешь просмотреть это сообщение ещё раз, нажми такую же кнопку под левым крылом. Надеюсь на скорую встречу.

Изображение инопланетянина пропало, и его сменила появившаяся схема с точкой встречи. Она была расположена на окраине города, в лесном массиве, в котором в декабре прошлого года произошли события, в результате дальнейшего развития которых и состоялось знакомство человека с хейкирянином.

Внимательно изучив проекцию карты и запомнив расположение предполагаемого места встречи, мужчина наклонился к птице-дрону. Аккуратно отогнув правое крыло голубя, он нашёл и несильно нажал нужную кнопку.

– Я всё понял, – четко и внятно произнёс оперативник, обращаясь к крылатому посыльному, – буду в указанном тобой месте в двадцать три часа.

Человек подошел к окну, одёрнул штору и открыл форточку.

Птица около минуты сидела неподвижно, затем взмахнула своими механическими крыльями и вылетела на улицу через открытую часть окна.

– Н-да, – с чувством произнёс милиционер, мысленно восторгаясь техническими возможностями хейкирян, – и не отличишь от настоящего голубя. Мне бы такого для работы.

Мужчина посмотрел на часы и, подсчитав в голове время, которое он потратит на то, чтобы добраться да места встречи, осознав, что у него имеется около часу до выхода из дома, бухнулся на диван.

3

– Очень рад нашей встрече, – сделав соответствующий приветственный жест рукой и наклонив голову, произнёс Орзес Таг, обращаясь к Артёму.

– Взаимно, – ответил ему человек, чуть кивнув.

Долгов пару минут назад в полной темноте подошёл к небольшой поляне, расположенной в лесном массиве на окраине города, и фонариком на батарейках освещал небольшой участок местности, чтобы сориентироваться в окружающей его обстановке, как к нему тихо подобрался его знакомый хейкирянин. Он был в своём обычном плаще, а одетый на его голову шлем чуть светился и в области лица находился в прозрачном состоянии.

– Ты теперь можешь на нашем языке разговаривать? – спросил человек, после завершения процедуры приветствия.

Инопланетянин отрицательно покачал головой и протянул землянину вкладыши для установки их в слуховые каналы и маленький коммуникатор. Оперативник вложил вкладыши в уши, а коммуникатор положил в нагрудный глубокий карман рубашки.

– Нет, – произнёс хейкирянин, дождавшись, когда его собеседник произведёт все необходимые манипуляции с переданным ему для общения оборудованием, – на вашем языке я не говорю. Но выучил приветственную фразу, чтобы показать тебе свое уважение и сделать тебе приятно.

– Тебе это удалось – мне приятно, – улыбнувшись, ответил Артём и, посмотрев по сторонам, добавил. – Я так понял, что предстоит разговор между нами, вести который в данных окружающих нас условиях очень неудобно. Поэтому – веди.

Орзес Таг чуть усмехнулся словам человека и сделал жест рукой, приглашающий следовать за ним.

Хейкирян двигался впереди, так как находящийся на нём шлем позволял ему видеть даже в полной темноте, поглотившей окружающую, густую растительность, а человек следовал за ним, святя себе фонариком. Они шли по ночному лесному массиву около пяти минут. Достигнув нужного места, инопланетянин остановился.

– Нужно немного подождать, – сказал он.

– Подождём, – в тон ему произнёс мужчина.

Через пару минут рядом с ними в воздухе появилось свечение. Оно становилось ярче. Затем образовавшееся круглой формы, почти трёхметровое в диаметре пятно стало стабильно прозрачным.

– Прошу, – пригласил Орзес Таг землянина первым пройти в образовавшийся между планетами проход.

Оперативник выдохнул и почти привычным движением шагнул в светящуюся окружность.

Очутившись на другой её стороне, человек осмотрелся. Он находился в огромном пустом ангароподобном помещении, в котором бывал ранее неоднократно. После того как к нему подошёл хейкирянин, и яркий круг в воздухе погас, Долгов спросил:

– Как обычно, в комнату для визитёров?

– Да, – ответил инопланетянин, – в неё.

Орзес Таг, сняв со своей безволосой головы шлем, провёл Артёма в хорошо знакомое ему помещение, где они удобно расположились, рассевшись на подстраивающуюся под анатомическое строение тела мебель.

– В последний раз мы виделись чуть более месяца назад, – начал разговор милиционер, психологически подготавливая себя к любым, даже неприятным новостям. – И судя по срочности проведения встречи, опять что-то случилось?

– Да, – серьезно ответил инопланетянин, – случилось.

– А я так надеялся, что ты пригласил меня для того, чтобы просто выпить чашечку кофе в непринужденной дружеской беседе, – горько съязвил оперативник и, сделав небольшую паузу, добавил. – Рассказывай.

Хейкирянин, должно быть, хотел что-то ответить человеку насчет «кофе» и «дружеской беседы», но передумал. Он непроизвольно погладил рукой свою лишённую волос голову и, выждав немного, принялся объяснять:

– Ты, наверное, помнишь, что я, во время твоего последнего визита ко мне, через средства массовой информации выступил с обращением к общественности планеты Хейкир, в котором рассказал о моей встрече с тобой на Земле несколько месяцев назад, а также об обстоятельствах нашего последующего контакта. Этим выступлением я сознался, что нарушил правила Совета Истинных Традиций при исполнении их решения, вынесенного по моему обращению. Каково же было моё удивление, когда мне стало известно, что после этого обращения моя популярность среди населения планеты не то чтобы не уменьшилась, а увеличилась на определённое количество процентов. Ты понимаешь, что я, как кандидат на конкретную, официальную, политическую должность, постоянно наблюдаю за этим важным для меня показателем. Но к теме нашего разговора последний факт отношения не имеет.

Через несколько дней, прошедших с этого выступления, после того, как закончились все твои «приключения» на Орфалие и Зарконе, и ты вернулся к себе на Землю, ко мне подошёл один мой хороший знакомый. Он, в своё время, был очень дружен с моим отцом и пользовался его заслуженным уважением. Этот хейкирянин является достаточно известным и почитаемым учёным на моей планете. Он попросил меня помочь другому научному деятелю, у которого возникли определённые финансовые и технические сложности в его исследованиях, и который занимался изучением культуры и истории отсталых аборигенных планет. В том числе и планеты Земля.

Не обижайся на слово: «отсталых». Я не хотел тебя оскорбить.

Этого учёного историка зовут Стогнуб Заптурий. Он с планеты Клотрия. Клотринианцы гораздо старше землян как разумная раса, а потому они более совершенны в техническом и научном развитии, чем вы. Внешне представители обеих планет практически ничем друг от друга не отличаются. Только у клотринианцев мужчин имеется небольшой специфический рудиментарный костяной нарост на верхней части головы. Но за густым волосяным покровом его не видно и если представителя Клотрии не стричь слишком коротко, то даже я не отличу его от человека. Наверное, поэтому они так увлеченно изучают культуру аборигенных планет, на которых проживающее там население так похоже на них, и не знает, что является объектом наблюдения.

После беседы с моим знакомым хейкирянином, попросившим меня оказать помощь этому клотринианцу, я сам собрал информацию о нём из различных источников. Мне стало известно, что он достаточно молод, но, несмотря на это, популярен в определенных научных кругах своими работами и трудами по исследованию разумных форм жизни нескольких планет.

Вскоре я встретился со Стогнубом Заптурий. Мы долго с ним разговаривали. Он рассказал мне о том, что долгое время изучает культуру и историю Земли. В его распоряжении имелось необходимое оборудование для осуществления прохода на вашу планету. С его слов, он был на ней несколько раз, изучил основные языки, имеющие хождение у вас, а потому накопил достаточно сведений, для формирования общего представления о вашей расе. Так как внешних отличий у него с землянами не было, то ему не составило особого труда всё это осуществить, не скрываясь от людей, но сохраняя в тайне своё истинное происхождение и цель своего визита на планету. Ему немного не хватало информации, чтобы полностью закончить своё исследование. В этот момент что-то произошло с его оборудованием, которое, в связи с технической неисправностью, не позволяло ему попасть на Землю и закончить его научную работу. К сожалению, финансовое положение не предоставляло ему возможности осуществить дорогостоящий ремонт указанного устройства. От нашего общего знакомого учёного он узнал о моём недавнем обращении к общественности Хейкира, и о том, что я неоднократно бывал на вашей планете и имею определённые знания о ней.

Из состоявшегося разговора я понял, что Стогнуб Заптурий очень глубоко изучил вашу культуру и обладает обширными познаниями в историческом развитии земной цивилизации. Сам же клотринианец узнал от меня о том, что я имею техническую возможность с помощью принадлежащего мне оборудования переправляться на Землю в места, скрытые от глаз людей, что позволяет мне сохранять втайне от них данный факт. Я рассказал ему, что периодически открываю проход на вашу планету с целью снятия информации с установленной у вас аппаратуры. С какой именно аппаратуры и какую конкретно информацию снимаю, этого я ему не сказал.

Немного подумав, он поведал мне, что у него в рабочем состоянии осталось портативное устройство, предназначенное для осуществления прохода, но у которого не хватает мощности, чтобы выполнить межпланетный «изгиб пространства» и перейти с Клотрии или Хейкира на Землю. Только находясь на вашей планете, он мог перемещаться в любую её точку. Но не дальше. Поэтому он попросил меня оказать ему помощь в проходе с Хейкира на Землю в те точки, которые я открываю в своих целях. А, оказавшись там, он с помощью своего портативного маломощного оборудования сам доберётся до нужного ему места.

Так как основные точки прохода на вашу планету у меня оборудованы в глухих местах на Чукотке, то, после непродолжительного размышления, я согласился ему помочь. Мне было приятно поспособствовать научным изысканиям молодого исследователя, что отчасти льстило моему самолюбию. Я в этом тебе признаюсь, как самому себе. Учитывая тот факт, что никаких особых затрат и дополнительных усилий мне это не стоило.

В первый раз он попал на Землю с моей помощью через три дня после того разговора. Я открыл проход в точке, расположенной на Чукотке. Он перешёл туда вместе со своим устройством для передвижения по планете и остался там. А через день, в назначенное время я вновь открыл проход там же, где оставил Стогнуба Заптурий. Он меня ждал и поэтому без проблем вернулся обратно на Хейкир.

Подобным образом я переправлял этого клотринианца на Землю, а затем забирал его ещё четыре раза. И всегда всё проходило без каких-либо сложностей или проблем.

В последний раз он прошёл на вашу планету четыре дня назад.

Через два дня он должен был вернуться обратно. Но когда точка прохода открылась на обычном месте, то Стогнуба Заптурий там не было. Я обнаружил там только его портативное устройство для перемещения внутри Земли. Изучив его показания, я установил, что клотринианец через небольшой период времени после того как попал на Землю в последний раз, открыл точку прохода, находящуюся возле города, в котором ты, Артём, живешь, и перешёл туда. Находясь на Чукотке, устройство через двадцать четыре часа открыло точку прохода в этом же месте для возвращения исследователя. Но он этого не сделал. Или не смог сделать. Его устройство было заранее запрограммировано им, а потому оно через каждый час открывало проход туда и закрывало вновь. Так это оборудование работало до тех пор, пока у него не закончилась энергия, необходимая для изгиба пространства, и оно отключилось. Но Стогнуб Заптурий так и не появился. Это подтверждали и мои средства наблюдения, установленные возле межпланетной точки прохода на Чукотке.

В клотринианце находится вживленный в его внутренности микродатчик, чтобы в случае любой непредвиденной ситуации имелась возможность дистанционно определить местонахождение его носителя. Это всегда делается специально для исследователей, работающих на аборигенных планетах.

Вчера я доставил с Хейкира на Землю несколько дронов-невидимок, которые в течение суток провели полное сканирование поверхности вашей планеты. Результат был отрицательный. Этого вживленного в него датчика они не обнаружили. Я понял, что здесь исчерпал все возможности самостоятельного поиска Стогнуба Заптурий. Учитывая тот факт, что последняя точка прохода, в которую ушёл исследователь, находилась в непосредственной близости с местом твоего проживания, я решил обратиться к тебе, Артём за помощью в его поисках. Естественно, я, понимая наличие у тебя определенных полномочий, надеюсь на твоё содействие в обнаружении клотринианца.

Орзес Таг замолчал, вопросительно смотря на Долгова. Тот тоже ничего не говорил, сосредоточенно разглядывая невидимую точку на стене комнаты, осмысливая услышанное. Так, в тишине, прошло около трёх минут.

– Если я тебя понял правильно, – наконец, произнёс землянин, – то ты хочешь, чтобы я провел у себя мероприятия по поиску этого пропавшего Стогнуба Заптурий. Так?

– Да, – быстро ответил хейкирянин, – именно так.

– Ты понимаешь, что оказание мной помощи тебе в поисках этого исследователя не гарантирует того, что мы обязательно сможем его найти на Земле?

– Конечно, понимаю.

– Ты хочешь, чтобы я провёл что-то конкретное? Или набор мероприятий я могу сам определять?

– Конечно, ты сам определяй, что тебе необходимо сделать для местонахождения клотринианца. Только ты, зная ваши местные особенности окружающей обстановки, можешь подобрать соответствующие способы и методы проведения поисковых мероприятий для достижения необходимого результата. Я полностью доверяю твоему профессионализму и здесь ничего посоветовать тебе не могу.

– Понятно, – произнёс капитан и вновь задумчиво уставился на стену, медленно спросив. – А ты знаешь, почему Стогнуб ушёл в последнюю точку прохода, расположенную именно рядом с городом, в котором я проживаю?

– Нет, – чуть подождав, ответил инопланетянин.

– Он знал о моём существовании? Ты ему что-нибудь говорил обо мне?

– Да, знал. Я ему рассказал о тебе и как найти тебя. Но у меня с ним была договоренность, что он может обратиться к тебе только в экстренных случаях. То есть, когда у него совсем не оставалось бы возможности решить возникшие перед ним проблемы, непосредственно угрожающие его безопасности или жизни. Тогда у меня сложилось впечатление, что он в полной мере осознавал серьезность и важность нашей договоренности и не стал бы искать тебя без соответствующей необходимости.

– Понятно. У тебя есть его изображение, описание внешности и того, во что он был одет?

– Да, есть, – сказал Орзес Таг, доставая из внутреннего кармана своего плаща несколько небольших карточек и протягивая их Артёму. – Я всё это подготовил, когда собирался на встречу с тобой. Эти изображения были сделаны в момент, когда он в последний раз перешёл на Землю. На обратной стороне одной из карточек имеется словесное описание его внешности и того, во что он был одет.

– Это хорошо, – отметил оперативник, взяв из рук хейкирянина карточки и внимательно рассматривая их. – Этого индивида я точно не видел. Необходимо будет узнать у соседей, может он приходил ко мне домой, когда я был на работе, и кто-то из них его заметил. У него была ещё какая-нибудь одежда с собой? Чтобы он мог переодеться в случае необходимости.

– Нет. Во всяком случае, я её не видел. У него была с собой небольшая сумка, но я не думаю, что он в ней одежду носил.

– Понятно. Ты сказал, что твои поисковые дроны-невидимки не обнаружили на Земле вживленный в исследователя микродатчик. О чём это может свидетельствовать? Его можно выключить как-то, находясь здесь? На какое расстояние он посылает сигнал? Этот сигнал можно как-то заблокировать?

– Используя ваши инструменты и приборы, этот микродатчик обнаружить и выключить нельзя. Сам сигнал с него обнаруживается в радиусе более одной тысячи километров поисковыми дронами-невидимками. Они дважды обследовали поверхность Земли и не смогли его обнаружить. Если бы клотринианец на ней находился, то они «засекли» бы датчик, так как заблокировать его излучение вашими приспособлениями, либо поместив в какое-нибудь специальное помещение, невозможно.

– Микродатчик будет работать в мёртвом теле носителя?

– Да, будет. Причём, достаточно долгое время.

– Его могут обнаружить люди, вскрыв труп носителя?

– Нет. Он слишком маленький. Без соответствующих приборов, которых у людей нет, его не смогут найти.

– Если мёртвое тело клотринианца вскроют, то по внутренним органам люди смогут понять, что оно не является человеческим?

– Скорее всего, нет. Я не буду это однозначно утверждать, так как не знаю это точно. Но могу об этом спросить у соответствующих специалистов.

– Да, поинтересуйся, пожалуйста.

– Хорошо, узнаю.

– Значит, исходя из того, что ты мне рассказал, этот клотринианец сейчас находится не на Земле. Так?

– Возможно.

– Почему, возможно?

– Потому что, теоретически, он сам мог извлечь и выключить микродатчик, находясь на вашей планете. Он бывал на ней до того, как я начал ему помогать в этом, поэтому имел возможность раньше перенести на Землю все необходимое для этого оборудование.

– Зачем ему это?

– Я не знаю. Возможно, кто-то из других представителей разумных рас прибыл на Землю, извлёк из Стогнуба датчик и выключил его. Я не могу исключать и ещё какой-нибудь «неожиданный» вариант, при котором это устройство перестало работать. Именно поэтому я к тебе за помощью и обратился.

– Понятно. Но чтобы подтвердить или опровергнуть какое-либо предположение, нужно будет изучить образ жизни Стогнуба Заптурий, установить его связи, окружение, как по месту жительства, так и на работе, наличие врагов или недоброжелателей. Этого я сделать не смогу, так как эти мероприятия невозможно провести, находясь на Земле. Поэтому ты сам займешься выяснением всех этих обстоятельств.

– Придётся, – с видимой неохотой произнёс хейкирянин.

– Ты можешь узнать, непосредственно перед тем, как клотринианца переправил на Землю, и в течение суток после этого, на неё ещё кто-либо проход открывал из других мест?

– Технически сейчас это установить не получится. Можно только постараться собрать сведения об этом путем получения информации из мест, где имеется соответствующее оборудование. И я так понимаю, что этим вновь придётся заниматься мне.

– Правильно понимаешь, – подтвердил оперативник и продолжил. – Где именно был на Земле Стогнуб в те несколько раз, когда ты ему помогал попасть сюда?

– Один раз – в городе Москва, три раза – в городе Санкт-Петербург, и в последний раз – в городе, где проживаешь ты. Это удалось установить из просмотра показателей обнаруженного портативного устройства, принадлежащего клотринианцу.

– И что он там конкретно делал?

– Конкретно, не знаю. Но все его исследования были направлены на изучение вашей культуры и истории. В последнее время его интересовала именно Россия.

– А до того, как поломалось его оборудование, и ты начал ему помогать, в каких местах на моей планете он был? Тебе это известно?

– Да, известно. Он был на всех ваших континентах и посетил несколько столиц наиболее крупных государств, которые внесли весомый вклад в развитие культуры и имели значение для исторических событий вашей планеты. Санкт-Петербург, Рим, Лондон, Париж, Пекин, Токио, Вашингтон, Сидней, Сан-Паулу, Каир, Дели и ещё несколько крупных городов. Во всяком случае, сведения об открытии точек прохода возле этих городов я также обнаружил, изучив показания его портативного устройства для передвижения. Он более двух лет занимался только исследованием Земли, поэтому у него было время, чтобы посетить все указанные мной места.

– То есть в Санкт-Петербурге он был до того, как ты ему стал помогать?

– Да.

– А в каком из городов он был чаще всего?

– Большее количество раз Стогнуб Заптурий открывал точку прохода именно в Санкт-Петербурге.

– И насколько чаще, по сравнению с другими городами, он туда осуществлял проход?

– Раза в три. Может и больше. Я не считал.

– Необходимо установить точно. Это может быть важно и иметь значение к пропаже исследователя. Получится это сделать?

– Да, конечно, – разочарованно выдохнув, произнёс Орзес Таг и вновь погладил свою лысую голову.

– В целом, после анализа всех имеющихся на данный момент сведений, у тебя имеется какая-нибудь гипотеза, объясняющая его исчезновение? Или предположения о причинах и обстоятельствах данного факта?

– Нет, – уверенно заявил инопланетянин, – ни гипотез, ни предположений.

– Понятно, – резюмировал милиционер и принялся рабочим, почти официальным тоном излагать. – Сегодня среда. Через пять минут наступит четверг. Исходя из указанного тобой промежутка времени, ты доставил Стогнуба Заптурий на Землю утром в это воскресенье. Значит, мне придётся проверить ближайшие прошедшие воскресенье и понедельник, так как именно в эти два дня с ним могло что-то произойти. Тогда я завтра у себя в течение дня постараюсь собрать все данные о необычных происшествиях или событиях, которые произошли у меня в городе в этот период, а также получить любую информацию, которая может иметь отношение к пропаже клотринианца. Тебе необходимо будет узнать, кто, кроме тебя, знал о его последнем визите на Землю. Также нужно будет установить его точное место жительства и работы. И если сможешь, то собери там о нём хоть какие-нибудь сведения. Поговори со своим знакомым учёным, который тебя попросил помочь этому историку. Может он что-нибудь интересное расскажет. И ещё раз посмотри показания его оборудования, которое ты обнаружил после его пропажи. Необходимо точно узнать, сколько раз он был в Санкт-Петербурге, и насколько это число отличается от количества посещений других городов. Возможно, если внимательно изучить данные его приборов, какую-нибудь систему или закономерность из них выделить получится. Понятно?

– Абсолютно, – без особого энтузиазма ответил хейкирянин.

– Время позднее и в данный момент иных «прорывных» идей, которые могли бы помочь в его обнаружении, у меня нет. Да и информации тоже пока слишком мало. Поэтому возвращай меня обратно на Землю. Завтра встретимся в том же месте и в то же время, что и сегодня. И обсудим предварительные результаты проведенных мероприятий. Согласен?

– Да, конечно.

4

Входная дверь открылась, и в кабинет стремительно вошёл оперуполномоченный уголовного розыска Голованов Пётр. Он, увидев своего соседа по кабинету, сидящего за своим рабочим столом, что-то внимательно читающего, бодро произнёс:

– Привет, Артём. Я думал, что сегодня с утра на работу первым приду. А ты здесь. Давно пришёл? Что смотришь?

– Здорово, Петя, – отозвался Долгов. – Я приехал полчаса назад. Изучаю оперативные сводки по городу с прошедшего воскресенья по настоящий момент.

– И нашёл что-нибудь?

– Нет. Ничего интересного. Всё как обычно. Кражи, грабежи, разбои и хулиганки, разбавленные сообщениями о полученных гражданами телесных повреждениях различной степени тяжести и выездами на семейные скандалы. Даже пару убийств на бытовой почве было, по которым лица, их совершившие, установлены. Никаких экстраординарных событий или преступлений не случилось.

– А ты что-то другое ожидал увидеть? Или что-то конкретное искал?

– На первый вопрос – возможно, на второй – не знаю.

– Н-да? Какими-то странными вещами ты вдруг начал интересоваться. Что-то случилось?

– Нет, ничего, – медленно ответил Артём и, переведя свой взгляд с журнала оперативных сводок на коллегу, спокойно спросил. – Ты же в воскресенье от нас на суточное заступил? Я в дежурке график посмотрел. Там было указано, что ты.

– В воскресенье? Да, я дежурил. А что?

– Не было в тот день чего-нибудь необычного? Может сообщения от граждан какие-то непонятные поступали, или выезды куда-нибудь по необъяснимым происшествиям совершали?

– Не было ничего такого необычного в воскресенье, – немного подумав, видимо, вспоминая события того дня, ответил Головин. – Рядовое суточное дежурство. Всё, как всегда.

– Понятно.

– Из всего необъяснимого – это сейчас твои вопросы ко мне. Ты можешь мне нормально сказать, что ты хочешь узнать?

– Нет, – разочарованно ответил Долгов. – Я и сам не знаю толком, чего искать.

– Классно! Дело ясное, что оно тёмное. Какой-то ты сегодня «мутный». С тобой всё в порядке?

– Да, в порядке. А утром в понедельник тебя Захаров сменил?

– Да, точно, – вновь, немного подумав, ответил Петя, – Олег меня поменял.

– Понял. Спасибо…

Спустя десять минут Артём постучал и сразу открыл дверь кабинета, который занимал старший оперуполномоченный Захаров.

– Привет, – сказал первый, войдя внутрь помещения и протягивая руку второму оперативнику, расположившемуся за своим рабочим столом. – Ты не занят, Олег?

– Здорово, Артём. Пока не занят, – ответил сидевший, пожимая протянутую кисть. – А ты что-то хотел?

– Да, хотел. Ты в понедельник Голованова с суточного дежурства поменял?

– Да, я. А что?

– Да, так. В тот день что-нибудь необычное было? Может что-то непонятное привлекло твоё внимание? Сообщение, происшествие, событие, выезд или что-то другое?

Захаров, смотря на своего коллегу отрешённым взглядом, почти минуту «рылся» в своей памяти.

– Не было ничего такого, – наконец, ответил он. – Обычный, ничем не примечательный понедельник, и такое же было дежурство. А тебя что-то конкретное интересует?

– Конкретного ничего нет. Так, полюбопытствовал.

– Понятно. К сожалению, ничего другого я тебе о «загадочных» событиях понедельника сообщить не могу.

– Ладно. И на этом спасибо.

– Не за что.

Долгов закрыл за собой дверь, бодрым шагом прошёл до конца коридора, спустился этажом ниже и направился к «любимому» кабинету всех оперов отдела.

– Приветствую, Петрович, – сказал капитан, войдя в указанное помещение.

– Здорово, – не поднимая головы, ответил ему сидящий за своим рабочим столом начальник уголовного розыска майор милиции Сорокин Владимир Петрович, который, как обычно, изучал содержание какой-то бумаги. Большая стопка других документов лежала перед ним на столе и ждала своей очереди для прочтения и перенаправления соответствующим исполнителям.

– Вот, подпиши, – произнёс оперативник, протягивая принесённый с собой бланк.

– Что это? – беря из рук подчиненного листок, устало спросил Сорокин с видом человека, приговоренного навечно к работам в качестве гребца на галерах.

– Это – ответ на отдельное поручение следователя с приложением к нему протокола допроса свидетеля, – пояснил Долгов.

– А-а-а, – издал гортанный звук майор, ставя свою подпись в нужном месте.

– Слушай, Петрович, – забрав документ, сказал Артём, стараясь аккуратно сформулировать свой вопрос. – Ты же в курсе всего, что происходит на нашей территории. Информация обо всех происшествиях и преступлениях тебе поступает от всех наших оперов, а также от других «добропорядочных» граждан и иных источников. За последние пять дней к тебе не попадали сведения о чем-нибудь таком необычном, непонятном, загадочном?

– Ничего себе, ты вопросики задаёшь, – слегка удивился начальник, подозрительно смотря на собеседника. – Ты что, вчера на тренировку ходил? И там сильный удар в голову пропустил? Завязывал бы ты со своей рукопашкой. Отобьёшь себе остатки мозгов. Мне иногда кажется, что их и так немного осталось.

– Ничего я не пропускал, – нетерпеливо ответил капитан. – Можешь нормально ответить?

– Конечно, могу, – спокойно продолжил Сорокин. – Вся моя работа здесь – это калейдоскоп увлекательных приключений, в которых нет ничего общего с обычной нормальной жизнью. Абсолютно. Здесь в таком изобилии непонятные, можно даже сказать, «сказочные персонажи» обитают, причём как среди криминального контингента, в отношении которого мы работаем, так и среди подчинённого мне личного состава отдела. Сколько здесь работаю, а не перестаю удивляться! Мне иногда кажется, что я в каком-то серпентарии оказался. Или в виварии. А если ближе к содержанию твоего вопроса, то в цирке-шапито. Сам выбирай, какой именно тебе из этих вариантов нравится.

– Ну, Петрович, – разочарованно протянул оперативник, – я ведь не то имел в виду, спрашивая тебя. Понимаешь?

– Я понятия не имею, что ты имеешь в виду, – начиная раздражаться, ответил майор. – Что ты мне голову морочишь своими вопросами? Для этого у меня вышестоящее начальство имеется, которое само успешно справляется с данной функцией. Не было у нас ничего такого загадочного за последние дни. Обычный дурдом, в котором постоянно приходится крутиться, как волчок в известной игре. Ясно?

– Да, – уныло произнёс подчинённый.

– Вот и хорошо. Тогда иди, работай. И через пятнадцать минут собираемся на утреннюю планёрку.

5

Артём сидел за рабочим столом у себя в кабинете. После оперативного совещания у Сорокина он успел опросить одного молодого человека по материалу проверки, находящемуся у него в производстве, подготовить несколько сопроводительных писем в различные инстанции, составить пару ответов по отдельным поручениям из следствия, подшить папки с документами. Сейчас оперативник ждал одного мужчину, которого вызвал накануне, чтобы допросить по старому нераскрытому уголовному делу, следствие по которому было возобновлено.

Из головы капитана не выходил вчерашний ночной разговор с Орзес Тагом. Пока никаких сведений, имеющих отношение к данному разговору, он найти не смог. Милиционер всё больше сомневался в том, что он, вообще, сможет их получить.

Настенные часы показывали одиннадцать часов дня.

Долгов поднял трубку стационарного телефона и стал набирать номер абонента. В течение всего утра он несколько раз звонил своему знакомому – сотруднику «убойного отдела», то есть отдела по раскрытию преступлений против личности Управления Уголовного Розыска при Министерстве майору милиции Петрову Алексею, которого хорошо знал, с которым вместе работал по нескольким уголовным делам, и который в течение двух последних часов никак не поднимал трубку своего служебного телефона.

– Слушаю вас, – наконец, послышался знакомый голос с того конца провода.

– Лёха, привет, – радостно произнес капитан, – это Долгов Артём. Можешь говорить?

– Привет, Тёма. Да, могу.

– У меня к тебе есть один деликатный вопрос. Только не удивляйся. У тебя сейчас есть время?

– Да, есть. Спрашивай.

– Меня интересуют какие-нибудь необычные или непонятные преступления по твоей линии, совершённые в период времени с утра воскресенья по настоящий момент. Может, неопознанные тела где-нибудь находили? К вам же в Управление вся информация попадает о таких преступлениях, совершенных на территории всего нашего субъекта федерации. Но наш город не бери – я по нему всё проверил. Меня интересует только информация по оставшейся части.

– Что это тебя вдруг, – удивлённо заметил Петров, – начали интересовать преступления, совершенные за пределами нашего города – столицы республики? Или ты на своей территории уже всё раскрыл? И решил распространить своей передовой опыт на оставшуюся часть нашего субъекта?

– Долго объяснять. Так ты можешь вспомнить что-нибудь необычное?

– Навскидку, нет. Дай подумаю, может и вспомню что.

В трубку было слышно, как опер из Управления громко выпускает ртом воздух, издавая соответствующий звук губами, и что-то перелистывает. Эти звуки доносились в течение нескольких минут.

– Ну вот, – возобновил разговор Алексей, – я посмотрел общеминистерские сводки. Ничего такого необычного за последние пять дней не было. Несколько убийств было, но они, слава богу, все раскрыты и виновные – установлены. А из некриминальных, тоже ничего необычного. Хотя, можно сказать, нелепые.

– Это как?

– В понедельник, один мужик под поезд попал – погиб. Находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. В воскресенье другой мужчина утонул в реке. Тоже был пьяный. Имеются свидетели. Ещё в воскресенье погибла женщина. Она, находясь под воздействием крепких спиртных напитков, заснула и умерла от отравления угарным газом. Есть свидетели, что у неё в квартире давно имелись неполадки с газовой колонкой. Во всех случаях личности погибших установлены. Всё, кажется.

– Понятно.

– Подожди. Кое-что нашёл. Молодая женщина погибла от удара в неё молнией. Её тело вчера поздно вечером обнаружили и пока проводили все необходимые процессуальные действия, не успели в сводку включить. Значит, в завтрашней пройдет. Теперь точно всё. Что-то потребуется дополнительно?

– Нет, наверное. Хотя, – чуть помедлив, задумчиво произнёс Долгов, – можешь мне продиктовать фамилию, имя, отчество и дату рождения всех этих четырех погибших.

– И мужчин, и женщин?

– Да, всех. На всякий случай.

– Могу. Записывай.

6

Рабочий день четверга медленно двигался к своему окончанию.

Долгов, собрав оформленные за сутки и подготовленные для подписи документы, направился к начальнику розыска.

Открыв первую, он услышал доносящиеся из-за второй двери кабинета Сорокина громкие недовольные крики хозяина помещения.

Артём и все оперативники отдела знали о выдающейся способности их руководителя объяснять в доходчивой форме своим «провинившимся» подчиненным их ошибки и нарушения, допущенные в ходе осуществления ими своей профессиональной деятельности. Иногда, процедура разъяснения подкреплялась крепкими, а в редких случаях, и непечатными словами, которыми Сорокин искусно владел и которые филигранно применял, воспроизводя их в высоком звуковом диапазоне с максимальной громкостью исключительно в воспитательных целях.

Дабы не мешать благотворному процессу обучения подчинённого, воплощенному в виде бурного монолога разъярённого начальника, и, заодно, чтобы не попасть под «горячую руку» майора, оперативник тихо отошёл от второй двери, прикрыл первую и стал ждать снаружи окончание «бенефиса» Сорокина.

Через пять минут дверь кабинета открылась и из неё, как из дочернего подразделения преисподней, вышел оперуполномоченный Лоськовский. Его красное лицо было покрыто потом. Он, держа в руках тоненькую папку и увидев Артёма, покачал головой и с видом нашкодившего воспитанника детского сада смог произнести только:

– Да уж!

– Я могу туда зайти? – спросил его Долгов, мотнув головой в сторону помещения, из которого совсем недавно доносились громкие крики. – Или лучше попозже зайти? После того как он там успокоится?

– Не знаю, – ответил краснолицый сотрудник, постепенно приходя в себя. – Как хочешь.

– Что, получил таблетку бодрости?

– Да. Если быть точным, то в данном случае – клизму бодрости, – он ещё раз покачал головой и молча побрёл по коридору в сторону лестницы.

Немного подумав, капитан всё же зашёл в кабинет к Сорокину.

– Вот ведь, наберут по объявлению, – возбуждённо-недовольным тоном, как будто жалуясь, буркнул майор, увидев вошедшего оперативника, – а мне потом мучайся с такими чудо-работниками. Можно сказать даже, со сказочными персонажами. Это в продолжение нашего утреннего разговора.

– Ты это про кого? – спросил подчинённый.

– Да, был тут до тебя один. Вышел только что. Ты что, его не встретил?

– Лоськовского? Встретил. Красный весь.

– Ничего, пусть краснеет. Ему полезно. А это что? – как обычно спросил майор, немного успокоившись и увидев протянутые оперативником бумаги.

– Так, на подпись по мелочам, – ответил Артём, – и несколько документов, которые ты сам просил подготовить.

– Хорошо, оставь. Чуть позже посмотрю.

– Ладно. Так что случилось? А то он от тебя с таким лицом вышел, как будто ты его во всех смертных грехах уличил.

– Да ну его. Раздолбай! – сердито заметил начальник розыска и принялся объяснять. – Во вторник утром в дежурную часть поступил звонок из гостиницы «Столица». Кто-то из работников её администрации пояснил, что у них пропала одна из клиенток, которая заселилась в воскресенье утром. Она расположилась в забронированном заранее номере и оставила там свои вещи, после чего, днём этого же дня вышла из гостиницы. Больше её там никто не видел. Во второй половине дня понедельника в гостиницу начали названивать из Питера, с её работы и родственники пропавшей. Коллеги заселившейся сказали, что она весь день не выходит на связь, а такого быть не должно, так как она приехала по рабочим вопросам для участия в каком-то научном симпозиуме, проводимом у нас в городе. Они сами созвонились с устроителями данного мероприятия и от них узнали, что эта девушка на этот слёт учёных так и не пришла и среди его участников не зарегистрировалась. Она характеризуется как ответственный и дисциплинированный работник, и раньше с ней не было такого, чтобы бесследно пропадала. Примерно то же самое сказала им и её мама. В администрации гостиницы подождали до утра вторника, но эта девушка там не появилась. Поэтому ближе к обеду они позвонили нам. И вот со вторника у нас имеется материал по факту её пропажи, который находится у Лоськовского на исполнении. А буквально час назад мне из Питера её мама позвонила. Даже не знаю, каким образом она мой телефон нашла. Спрашивала о результатах поисков. Я, конечно, дежурными фразами её успокоил и заверил, что мероприятия с целью обнаружения дочери ведутся. Потом вызвал к себе Лоськовского. А он по нему в течение почти трёх суток ничего не сделал! Совсем ничего. Даже бумажки ни одной не написал. Раздолбай!

– Да ладно, не переживай ты так. Мало ли людей пропадает. Город у нас большой. Объявится ещё. Может, кавалера какого нашла. Вот и потеряла голову. Поэтому, возможно, на связь ни с кем и не выходит.

– Вполне вероятно. Да, я не столько о ней, сколько об отношении этого раздолбая к своим профессиональным обязанностям переживаю. Ну как так можно? За три дня ничего не сделать! Как с такими работать?

– Вот так и работать, – пожав плечами, сказал оперативник и, немного подумав, спросил. – А почему о пропаже девушки в оперативных сводках за последние пять дней ничего не было? Я их все за эту неделю просмотрел, но такой не помню.

– Потому что телефонный звонок из администрации гостиницы зарегистрировали в журнале учета иной входящей информации. И явных признаков преступления нет.

– Понятно, – догадался капитан и развил мысль далее. – Дежурный подумал также же, как и я сейчас, поэтому не стал включать это сообщение в сводку.

– Именно так. А сейчас эта Лантратова мне служебный телефон обрывает.

– Лантратова? Это кто такая?

– Это – мать пропавшей девушки. Та тоже Лантратова. Кажется, её Варварой зовут. Имя какое редкое!

Долгов молча смотрел на начальника, мысленно «роясь» в своей голове.

– Как, говоришь, пропавшую зовут? – спросил он.

– Лантратова Варвара. А что?

– Ничего, – медленно ответил он. – А у тебя её полные данные есть?

– Конечно, – ответил майор и посмотрел в свой рабочий ежедневник, – пришлось все данные переписать, на случай если её мама мне вновь позвонит. Лантратова Варвара Игоревна, родилась девятнадцатого марта тысяча девятьсот семьдесят четвертого года в городе Ленинград, проживает в городе Санкт-Петербург. Адрес тебе нужен?

– Пока нет.

– А зачем это тебе?

– Да так, на всякий случай.

– А-а-а, – протянул Сорокин, пристально всматриваясь в подчиненного, – на какой всякий?

– На любой, – произнёс оперативник, развернулся и направился к входной двери, возле которой добавил. – Ты мои документы проверь и подпиши. А я минут через двадцать их у тебя заберу. Будешь здесь через двадцать минут?

– Да, конечно.

Выйдя из кабинета начальника, Артём сразу же направился на своё рабочее место.

Набрав нужный ему номер телефона, он слушал, как в трубке монотонно гудят сигналы вызова.

– Алло, Лёха, ещё раз привет, – произнёс оперативник, когда услышал на том конце провода всё тот же знакомый голос. – Ты мне сегодня утром продиктовал данные четырех лиц, погибших за последние пять дней в результате несчастных случаев. Помнишь?

– Конечно, помню.

– Одна из погибших – Лантратова Варвара Игоревна, тысяча девятьсот семьдесят четвертого года рождения. Это ты мне такие данные дал.

– И что?

– А ты можешь посмотреть, она местная или приезжая? И где конкретно она погибла?

– Лантратова – это которая умерла от удара молнии? – спросил Петров, видимо, сам себе напоминая личность девушки, о которой сейчас зашла речь. – Это случилось в городе Семёновск. А местная она или приезжая, я не знаю.

– Ого. Семёновск, это в шестидесяти километрах от нашего города. А кто обладает всей информацией о ней?

– Это тебе лучше позвонить в отдел милиции данного города, и там всё точно узнать.

– У тебя имеется их номер телефона?

– Лично у меня – нет. Но на соседнем столе моего коллеги лежит заветный справочник, в котором я могу найти его.

– Да, пожалуйста, посмотри.

– Сейчас.

В трубке было слышно, как Алексей медленно перелистывает страницы справочника. Так длилось минуты три.

– Нашёл, – донесся в трубке голос оперативника из Управления. – Готов? Тогда, записывай.

7

– Петрович, это снова я, – немного возбужденно произнёс Долгов, входя в кабинет Сорокина. – Подписал документы?

– Да, – ответил начальник и кивнул головой на небольшую стопку, лежащую на краю стола, – вон, возьми.

– Спасибо, – ответил подчиненный, присаживаясь у стола.

– Судя по выражению твоего лица, – неторопливо произнёс майор, – и по тому, как ты тут расселся, я понимаю, что ты хочешь мне что-то сказать. Говори, не тяни.

– Я, кажется, обнаружил пропавшую из гостиницы «Столица» Лантратову Варвару Игоревну.

Старший из мужчин немного удивленно изогнул одну из своих бровей и внимательно посмотрел на капитана.

– И где же она? – стараясь сохранять спокойствие, спросил он.

– В Семёновске.

– Опа! Опаньки! Опатуленьки! – всё-таки не выдержал хозяин кабинета. – Что же она там делает?

– К сожалению, ничего. В данный момент находится в местном городском морге. Она погибла от удара в неё молнией.

– А ты как об этом узнал?

– Я только что разговаривал с сотрудником уголовного розыска городского отдела внутренних дел Семёновска. Её тело там вчера вечером нашли на территории старого городского кладбища. Как я сказал, в неё попала молния. При погибшей обнаружен паспорт и билет, из которого следует, что она железнодорожным транспортом прибыла в наш город утром в воскресенье. Все данные совпадают. Я проверил. Она была одета в темно-серые брюки, белую сорочку с короткими рукавами и светло-розовую кофточку. На ногах светло коричневые туфли. При ней имелась темно-синяя кожаная дамская сумочка. Стрижка короткая, что-то вроде каре. Похожа на пропавшую?

– Да, – медленно ответил начальник, предварительно посмотрев в свой рабочий ежедневник. – Что же она там делала? Как туда попала?

– Не знаю. Но следов, свидетельствующих о применении в её отношении насилия, на теле не обнаружено.

– Н-да. А откуда ты узнал, что она погибла в Семёновске, чтобы с тамошними милиционерами связаться?

– В Управление позвонил Петрову Лехе. Он сказал и телефон в Семёновске дал.

– Понятно. Значит, материал по её поиску можно прекращать.

– Выходит так.

– Только для этого сначала нужно будет из Семёновска все необходимые документы получить: копии паспорта, свидетельства о смерти и документов, которые местные милиционеры оформили. Дабы быстрее это сделать, лучше самим туда съездить. Лоськовского туда пошлю. Потом.

– Да, так будет быстрее.

– Не повезло девушке, – жалостливо заметил начальник, сокрушенно покачав головой. – Я представляю, как на это отреагирует её мама. Она обещала, что мне завтра перезвонит. Судя по разговору, который я имел сегодня с ней, она человек адекватный и вменяемый. Надеюсь, истерик и скандалов она мне не устроит, после того, как я сообщу ей трагическую новость о её дочери. Несчастная женщина!

– Да, ей не позавидуешь. У неё есть дети, кроме погибшей?

– Не знаю.

Сорокин в очередной раз сокрушенно вздохнул, после чего его взгляд вновь стал серьёзен и сосредоточен.

– У тебя ещё что-то? – деловым и официальным тоном произнёс майор.

– Пока нет.

– Значит, иди, работай и меня не отвлекай, – а когда подчинённый почти вышел из его кабинета, он добавил. – Вечернее совещание сегодня проведу на полчаса позже – я буду занят в обычное время. Предупреди остальных.

– Хорошо, – сказал капитан и закрыл за собой дверь.

8

– Почему ты думаешь, что смерть этой девушки как-то связана с пропажей на вашей планете Стогнуба Заптурий? – спросил Артёма Орзес Таг.

Он, держа в руках только что снятый со своей лишённой растительности головы шлем, с интересом смотрел на Долгова, ожидая получить от того объяснения.

Хейкирянин и человек стояли на той же лесной поляне, на которой встретились накануне. И время было то же. Так как, со слов инопланетянина, в очередной раз проход должен был открыться только минут через сорок, и вблизи никого из посторонних не было, то они решили обсудить всё здесь, чтобы не терять времени даром. Артём быстро рассказал инопланетянину результаты проведённых им дневных мероприятий, после чего последний и задал свой вопрос.

– Я не говорил тебе, что уверен в этом на сто процентов, – отвечая на него, произнёс человек, заметив в свете, излучаемом шлемом инопланетянина, свое отражение в его лысине. – Уж очень странными мне показались совпадения того, что девушка из Санкт-Петербурга, которая приехала к нам в город утром в воскресенье, то есть в то же время, когда в нём должен был находиться твой исследователь, пропадает на несколько дней. Затем её находят в другом небольшом городе, расположенном в шестидесяти километрах от моего, погибшей от удара молнии. Естественно, я понимаю, что это вероятно простое совпадение трагических обстоятельств. Но для этого мне необходимо провести ряд проверочных действий, хочу быть абсолютно в этом уверенным. У вас или у клотринианцев имеется оружие, эффект от применения которого будет похож на удар молнии? Мог Стогнуб Заптурий убить им земную девушку так, чтобы складывалось впечатление того, что это был несчастный случай?

– Ты имеешь в виду оружие, которое поражает цель мощным импульсом электрической энергии? – спросил Орзес Таг.

– Типа того. Но это может быть не обязательно импульс. Не исключено, что электрическая энергия на неё воздействовала и не в течение краткосрочного периода времени.

– На Хейкире такого оружия нет. Это точно. А насчет клотринианцев, я могу узнать. Но на это мне потребуется время.

– Понятно. А ты что-нибудь нашёл интересное, что может иметь отношение к пропаже твоего исследователя?

– Пока нет, – без особого воодушевления ответил хейкирянин. – Я в очередной раз просмотрел и проанализировал все данные его портативного оборудования, с помощью которого он перемещался внутри Земли. До того, как Стогнуб Заптурий обратился ко мне за помощью, он был в городе Санкт-Петербург пятнадцать раз. И три раза – после.

– То есть всего восемнадцать. А другие города он сколько раз посещал?

– Москву – в общей сложности пять раз, а в других городах – не более трех-четырех раз.

– Н-да. Чем-то его внимание привлёк Санкт-Петербург. Как думаешь, чем?

– Не знаю. Придётся изучить его последние записи. Но для этого необходимо будет попасть туда, где клотринианец работал и жил. Я установил, где он остановился на Хейкире, когда работал вместе со мной. Помимо этого узнал нахождение его места жительства и работы, до того как он обратился ко мне. Но пока я нигде из указанных объектов не был.

– А ты разговаривал с тем ученым, который первоначально просил тебя об оказании помощи молодому исследователю?

– Да, разговаривал. Он тоже ничего важного не сказал, так как сам толком не знает все тонкости работы Стогнуба Заптурий за последнее время.

– Ясно. У тебя всё?

– Да, к сожалению.

– Негусто.

– Извини, – слегка обиженным тоном произнёс инопланетянин, непроизвольно погладив свою лысину, – у меня сейчас достаточно сложный и напряженный период времени, когда решается вопрос о моей последующей политической карьере. Поэтому я не могу заниматься только поисками клотринианца. Тем более что мне необходимо получить законные основания для проникновения и осмотра мест, где он проживал и трудился.

– Да я тебе никаких претензий и не высказываю. Поэтому не следует передо мной оправдываться. Что ты так распереживался?

– Действительно, что-то я разнервничался. Это потому что приходится одновременно делать несколько дел. В итоге, толком не успеваю ни там, ни здесь.

– Успокойся. Я завтра, в течение дня постараюсь точно установить, имеет ли отношение смерть девушки к пропаже твоего исследователя. Исходя из этого и будем дальше действовать. Через несколько минут наступит пятница, по окончании которой у меня на работе начнутся два дня выходных, которые я могу полностью посвятить поискам Стогнуба Заптурий. Понятно?

– Да, – радостно ответил Орзес Таг и после небольшой паузы продолжил с просьбой и одновременно с жалостью в голосе. – Тогда, если у тебя будет свободное время, окажи мне помощь в осмотре жилья и места работы клотринианца? У тебя в этом есть опыт, которого не имею я. Я помню, как ты установил убийцу своего коллеги тогда на Зарконе. Поэтому говорю об этом так уверенно. Мне придётся приложить максимум усилий, чтобы получить на Хейкире все необходимые разрешения для этого. Поможешь?

– Ну, не знаю, – неуверенно произнёс человек. – На Хейкире тебе потом никто не задаст вопросов о том, что делает человек на вашей планете? У вас это не запрещено?

– Так никто и не узнает там, что ты – землянин. Я всем буду представлять тебя как клотринианца, который ищет своего сопланетника. Я же говорил тебе, что внешне человек практически ничем не отличается от представителя населения планеты Клотрия. Мне твоя помощь, именно там, очень нужна.

– Я подумаю над твоей просьбой. Завтра, с учетом всей полученной за день информации, и приму решение. Может быть, к тому времени, ничего осматривать и не придется, и не потребуется мне к тебе на Хейкир идти.

– Хорошо, – с видимым оптимизмом сказал хейкирянин. – Тогда до завтра. На этом же месте, в это же время?

– Да, до завтра.

9

– Доброе утро, Петрович, – бодро произнёс Долгов, войдя в кабинет начальника.

– Здорово, – буркнул тот, расположившись за своим заваленным бумагами столом, держа в руках кружку с горячим, свежезаваренным чаем. – Что-то ты сегодня рано. Не спиться ранним пятничным утром?

– Пораньше пришёл, хочу с документами поработать, – ответил подчинённый, присаживаясь напротив. – После твоего вчерашнего разноса Лоськовского, решил все свои бумаги проверить. Не очень то хочется самому испытать то, что ты вчера ему устроил.

– Это правильно, – удовлетворенно отметил Сорокин, осторожно отхлебнув из кружки, прищуривая один глаз. – Когда наведён порядок в документах – работается легче и спится спокойнее. Так что ты хотел?

– У меня на «руках» имеется материал проверки по полученной бумаге, на которой зафиксированы признательные показания одного осужденного, содержащегося в исправительно-трудовой колонии номер четыре, расположенной в сорока километрах от города. В них он сознается в ранее совершенном преступлении на нашей территории. Поэтому мне придётся в эту колонию съездить и опросить его там, с целью уточнения всех обстоятельств указанного в его показаниях деяния. Надо принять обоснованное решение по данному материалу.

– Понятно. То есть тебе нужна машина – съездить туда. Так?

– Да, именно так.

Майор в очередной раз отхлебнул из кружки и молча посмотрел в окно, что-то «прикидывая» у себя в голове.

– Чтобы развеять твои сомнения в необходимости этой поездки сегодня, – продолжил подчинённый, – я могу собрать все аналогичные бумаги, имеющиеся на руках у оперов нашего отдела, и опросить всех необходимых лиц, которые содержатся в указанном исправительном учреждении. А я могу взять с собой Лоськовского. Пусть мне поможет. После того, как я закончу там все дела, мы вместе можем доехать до города Семёновск, до которого от этой колонии остается чуть менее двадцати километров. В нём я помогу ему нормально поговорить с местными милиционерами и собрать все необходимые нам документы для прекращения материала в отношении Лантратовой.

Сорокин, внимательно выслушав капитана, вновь перевёл свой оценивающий взгляд с него на окно, в котором открывался «живописный» вид на соседнее серое жилое и многоэтажное здание. На достаточно большом расстоянии, на балконе указанного дома, расположенном на одном уровне с кабинетом начальника уголовного розыска, стоял, опираясь на поручень, и курил солидный мужчина в выцветшей майке с тоненькими лямочками. Казалось, что они не выдержат тянущего их вниз выдающегося вперед груза огромного пивного пуза, порвутся и откроют всем находящимся на улице гражданам всю скрытую данным одеянием «красоту совершенного» тела курившего на балконе субъекта. Видимо, устав любоваться «балконным Аполлоном», майор вернул свое внимание на присутствующего в его рабочем помещении оперативника.

– Ничего такого срочного и экстренного у нас пока нет, – спустя некоторое время вслух начал размышлять сидящий с кружкой в руках мужчина, – поэтому лучше тебе сегодня вместе с раздолбаем Лоськовским съездить в колонию, а затем в Семёновск. А то он и там «наколбасит» чего-нибудь.

– Ну, так что? Даёшь машину?

– Да, бери. Я сейчас предупрежу дежурного, чтобы он, сразу как придет этот «супер-опер», направил его ко мне. Я ему всё объясню. И не уезжай без моей команды. Мне нужно у всех наших сотрудников собрать все бумаги, по которым проходят лица, содержащиеся в четвертой колонии. Понятно?

– Да, конечно, – утвердительно кивнул головой оперативник и после небольшой паузы спросил. – Ты говорил, что тебе сегодня должна мама погибшей Лантратовой позвонить. Так?

– Да. А что?

– Запиши её домашний номер телефона. Или любой другой номер, по которому с ней можно будет связаться.

– А тебе зачем?

– Мне он не нужен. Но может понадобиться нам потом. Или операм из Семёновска, у которых находится в производстве материал по факту обнаружения тела её дочери. Что-то подсказывает мне, что у них точно нет её телефона. Надо же будет им тоже чем-нибудь помочь, чтобы они были заинтересованы в нас и предоставили все необходимые документы по их материалу.

– А-а. Понятно. Хорошо, возьму. Что-то ещё?

– Нет, пока.

– Тогда иди, готовься к поездке.

10

Долгов и Лоськовский сидели в кабинете начальника уголовного розыска ОВД города Семеновск капитана милиции Калинина Сергея Николаевича, которому только что разъяснили цель своего визита.

Они, после утреннего инструктажа у Сорокина, без проблем добрались до исправительно-трудовой колонии номер четыре, там быстро сделали все необходимые им дела и к обеду прибыли в город Семёновск.

– Могли бы запрос нам отправить, а мы вам все необходимые документы почтой и отправили бы, – спокойно произнёс Калинин, выслушав пояснения приезжих оперативников. – Неужели так хотелось сюда, за шестьдесят километров от вас, ехать?

– Мы по своим другим делам тут недалеко были, – ответил Артём, – поэтому, заодно, решили небольшой крюк сделать и к вам заехать. А учитывая то, как наша почта работает, то ваш ответ на запрос неизвестно когда пришёл бы. А у нас сроки «горят».

– Тогда понятно, – согласился с приведёнными аргументами местный начальник розыска.

Он по внутреннему телефону связался с дежурной частью и попросил пригласить к нему кого-нибудь из оперативников.

– Вызывали? – менее чем через минуту после этого звонка в кабинет вошел молодой парень.

– Да, – ответил Сергей Николаевич, и рукой сделал приглашающий подойти поближе жест, поочередно обращаясь ко всем присутствующим. – Вот, знакомьтесь. Это – лейтенант милиции Прокопьев Олег. А это опера из столицы нашей республики. Они приехали по материалу, который находится у тебя.

Два приезжих оперативника и один местный поочередно представились и пожали друг другу руки.

– А по какому конкретно материалу? – спросил Прокопьев.

– По факту обнаружения тела Лантратовой, – пояснил Долгов.

– Понятно. А вам это зачем?

– У нас на неё тоже материал. Только по факту её пропажи.

– Так, – прервал их диалог Калинин, – Прокопьев, забирай наших гостей к себе. Объясни и покажи им всё, что у тебя есть по этому происшествию. Понял?

– Да.

– Если будут какие-то вопросы или нужна помощь, – обратился начальник к приезжим сотрудникам, – не стесняйтесь, спрашивайте. А сейчас мне необходимо съездить кое-куда. Буду через час.

Трое оперативников вышли из кабинета руководителя подразделения. Прокопьев повёл иногородних сотрудников в своё служебное помещение.

– Значит, – продолжил лейтенант прерванный разговор, расположившись за своим рабочим столом и дождавшись, когда гости сядут на предложенные им места, – у вас тоже на неё материал имеется?

– Да, – ответил Лоськовский, – Лантратова Варвара в воскресенье утром приехала в город и заселилась в гостиницу. Должна была принять участие в научном симпозиуме, проходящем у нас. В обед из неё ушла, и больше никто эту девушку в городе не видел. А в среду вечером вы её тело на своем кладбище нашли. Смущает только то, что между пропажей погибшей и её обнаружением прошло несколько дней. Где она была всё это время? И как попала в ваш город? Что тебе удалось установить по факту её гибели?

– На данный момент только то, – продолжил отвечать местный оперативник, – что Лантратова Варвара погибла от попадания в неё мощного разряда электрической энергии, что на её теле нет следов насилия и что на момент обнаружения трупа, после гибели, прошло около трех дней. Это мне в среду эксперт-криминалист сказал, участвовавший при осмотре места происшествия. А вчера это же подтвердил и судмедэксперт, производивший вскрытие тела. Я с ним по телефону разговаривал. Так что, скорее всего, она погибла в день своего исчезновения. Прибыла она к нам в пятнадцать часов двадцать минут в воскресенье на рейсовом междугороднем автобусе, который из вашего города выехал в четырнадцать часов десять минут того же дня. Я установил водителя данного транспортного средства и опросил его. Он узнал в погибшей молодую женщину, что приехала в указанное время в автобусе под его управлением. Она была одна. Вместе с ней никого не было. Во всяком случае, этот водитель никого вместе с ней не заметил. Опрошенный мной сторож старого городского кладбища сказал, что обнаружил её в среду, вечером случайно, при обходе его дальней части. Но он не знает, когда и как она туда попала. Раньше эту девушку в нашем городе никто не видел и никто её не знает. Пока на этом всё.

– А кто-нибудь видел, – подключился к разговору Долгов, – как и когда на это старое кладбище пришла Лантратова?

– Нет, таких лиц установить не удалось, – пояснил Прокопьев. – Там недалеко от входа на кладбище стоит небольшой ларёк, в котором цветами торгует баба Наташа. Очень удобное место. Рядышком, с другой стороны дороги, расположен парк, в котором постоянно гуляют влюбленные парочки. Поэтому она в основном им цветы продает. Ну и редким посетителям кладбища, которые к старым могилам родственников приходят. Она почти всех, кто туда идёт, видит. Но Лантратовой ни в воскресенье, ни в какой-либо другой день не заметила.

– Этот сторож каждый день в ту часть кладбища ходит, в которой он вечером в среду обнаружил её тело? Могло оно там пролежать незамеченным с воскресенья?

– Да, могло. В воскресенье вечером у нас в городе начался дождь, который с небольшими перерывами шёл до утра среды. Поэтому сторож в ту дальнюю часть кладбища в указанный период времени не ходил. Туда, в эти три дня, никто не ходил. Это кладбище старое, там лет сто как никого не хоронят. Лишь изредка кто-то из стариков на него приходит, своих давно умерших родственников помянуть. Даже представить не могу, чего она туда пошла. Она же не местная, и родственников у неё в нашем городе нет, и не было. Я проверил.

– Получается, что сторож раз в три дня до дальнего участка кладбища доходит?

– Да, так.

– Не слишком ли редко он это делает?

– Редко, согласен. В дождь на кладбище очень скользко. А Захарыч, так мы сторожа зовем, уже старенький. Не дай бог, упадёт, поломает себе что-нибудь. Поэтому он не ходит туда под дождём.

– Так может ему давно пора на покой? На пенсию. Тогда взяли бы на его место помоложе, чтобы хотя бы раз в день обход делал.

– На покой ему давно пора. Но за те деньги, которые там платят, туда никто не пойдет. А помоложе тем более. Приходится пользоваться тем, что есть.

– Понятно, – разочарованно выдохнул Артём, после чего немного подумал и спросил. – В воскресенье, когда у вас дождь начал лить, молнии тоже были?

– Сторож говорит, что видел вдалеке на кладбище вспышки, похожие на молнии. Учитывая его показания и характер повреждений на теле погибшей, я практически стопроцентно уверен, что она погибла от удара молнии.

– Сторожа проверили? Вдруг, он заинтересован в смерти Лантратовой? Поэтому и даёт такие показания.

– Кто? Захарыч заинтересован в её смерти? Ха! Вы не знаете его. Захарыч – божий одуванчик. Он и мухи не обидит. Его у нас в городе знают почти все. В том числе и я. Этот дедуля точно никакого отношения к её смерти не имеет. В этом я уверен. Однозначно.

– Как ты сам думаешь, если она сама туда пришла, то зачем?

– Я говорил, что не знаю. Необходимо с её родственниками переговорить, знакомыми, близкими. Может быть, они что-нибудь пояснят. Вы с ними не разговаривали об этом?

– Пока нет. Но, скорее всего, придётся.

– Ещё вопросы есть? – спросил хозяин кабинета, спустя несколько секунд молчания.

– Пока, нет.

– Тогда говорите, что вам нужно из документов, имеющихся у нас для приобщения к своему материалу?

– Заверенные копии её паспорта, свидетельства о смерти и документов, свидетельствующих об обнаружении её тела на территории вашего города, – бодро отчеканил Лоськовский.

– Понятно, – заключил Прокопьев. – У меня есть почти все эти бумаги, кроме свидетельства о смерти. Оно сегодня утром должно было быть готовым, но я не успел забрать его. Если вы съездите, заберёте и привезете мне его, то я, пока будете мотаться туда-сюда, подготовлю и заверю все остальные копии документов. Идёт?

– Нам нетяжело съездить, – сказал Долгов, – только скажи и покажи куда. И позвони туда, чтобы нам это свидетельство выдали. Мы же всё-таки неместные милиционеры. И хотелось бы с судмедэкспертом поговорить, который вскрытие тела Лантратовой производил.

– Хорошо, – радостно заявил лейтенант, потирая руки. – Это недалеко. В одном здании ЗАГС, бюро судебно-медицинской экспертизы и морг расположены. Только входы во все эти учреждения с разных сторон. Я туда позвоню, и вам все дадут. И с судмедэкспертом можете поговорить. Я, правда, не понимаю, зачем вам это. Но если вы хотите, то я предупрежу и договорюсь с ним. Смотрите сюда.

Местный оперативник подошёл к большой карте на стене, на которой был схематично изображен город Семёновск.

– Наш отдел находится вот здесь, – указал он карандашом точку на карте. – А здание ЗАГСа, морга и судмедэкспертов находится вот здесь. Видите? Хорошо. Ехать следует вот так. Понятно? Хорошо. Зайдёте с этой стороны здания.

– Да, – отметил Долгов, смотря за траекторией движения карандаша. – Всё понятно. Это совсем недалеко. Доедем быстро. А кладбище, на котором Лантратову нашли, где? И где конкретно её тело обнаружили? Покажи.

– Вот кладбище, – продолжил водить карандашом по карте Прокопьев. – А вот место, где её тело нашли. Прямо рядом с могилой, на которой большой каменный крест с выбитым ангелом стоит. У растущего рядом дерева, в стволе, имеется обгорелый след от попадания в него молнии. Запомнили?

– Да, тоже поблизости. И кладбище, вроде бы, не большое.

– Конечно, не большое. Город-то у нас маленький. А новое кладбище – за городом.

– Ладно. Тогда мы поехали, а ты позвони, чтобы нас ждали.

– Хорошо, позвоню.

11

Когда оперативники прибыли в указанное Прокопьевым место, свидетельство о смерти было готово, но лежало в кабинете начальника данного учреждения, уехавшего недавно на обед. Подчиненные сказали, что он появится примерно через час.

Лоськовский остался ждать руководителя, чтобы, как только он появится, можно было сразу забрать указанный документ.

Долгов же отправился поговорить с судмедэкспертом, который производил вскрытие.

Так как последний находился в том же здании, но с другой его стороны, вход в которое осуществлялся через отдельную дверь, то Артём нашёл его через пять минут. Показав свое служебное удостоверение и представившись, он, без долгих предисловий, начал быстро задавать ему вопросы:

– Это вы проводили вскрытие тела Лантратовой? Вам звонил Прокопьев?

– Да, я. Указанный вами сотрудник мне звонил, – ответил эксперт.

– Хорошо. А как мне к вам можно обращаться?

– Меня зовут Никита Леонидович.

– Очень приятно.

– Взаимно.

– Вы уверенны в том, что Варвара Лантратова погибла от попадания в нее молнией?

– Да, абсолютно.

– Почему?

– На её теле имеются следы, свидетельствующие о поражении его электрическим током огромной мощности, вследствие чего произошла остановка сердца. В моей практике имеется два случая вскрытия тел людей, погибших от удара в них молнии. Кроме того, имеются подробные методические материалы, составленные на основе соответствующих эмпирических данных. То, что я увидел, когда производил вскрытие, полностью совпадает с признаками, характерными в подобных случаях. Поэтому я полностью уверен в своих словах.

– Понятно. Но, может быть, вы всё-таки заметили что-нибудь необычное? Не совсем характерное тому, что указанно в ваших методических материалах.

– Наверное, нет, – немного подумав, ответил эксперт.

– Почему наверное?

– Потому что меня немного напряг тот факт, что входное и выходное повреждения на коже и внутренних органах и одежде погибшей располагаются так, как будто молния ударила в тело и вышла из него под ровным прямым углом. Точно девяносто градусов. Так, словно погибшая стояла прямо и в неё ударила молния, которая была подобна прямому и параллельному плоскости земли вектору. Либо же погибшая лежала на земле и в неё, под ровным перпендикулярным углом, ударила сверху молния, разряд которой представлял собой ровную, прямую линию. Но, как сказал мне Прокопьев, при осмотре места происшествия, там, где было найдено тело погибшей, обнаружено дерево, на котором имеется след от удара молнией. Что исключает возможность выдвинутого мной последнего предположения. Вот только это мне показалось немного странным.

– А такого быть не может?

– Ну почему же не может. Вероятно, может. Я с такими случаями не сталкивался никогда, и не видел такого в методических описаниях. Но это не значит, что теоретически этого не может быть. Понятно?

– Более чем.

– Вас что-то интересует помимо указанного мной?

– Наверное, нет. Большое вам спасибо, что уделили мне своё время.

– Не за что. До свидания.

– Всего доброго.

12

Выйдя из здания, после разговора с судмедэкспертом, Долгов увидел Лоськовского, который стоял возле их служебной машины.

– Что, решил свежим воздухом подышать? – спросил Артём коллегу.

– Нет, – ответил тот. – Начальник приехал и отдал мне свидетельство о смерти.

– Что-то он быстро. Час же не прошёл?

– Должно быть, те «бабульки», которые остались на рабочих местах в обеденное время, ему позвонили и сказали, что к нему приехали сотрудники милиции из другого города и ждут его с «нетерпением». Вот он и примчался, нормально не «покушамши».

– Понятно, – усмехнувшись, заметил капитан и сел в автомобиль. – Тогда давай, съездим на кладбище.

– А там-то, что делать? – недоумённо спросил младший из сотрудников.

– Посмотрим на место, где нашли тело Лантратовой.

– Зачем нам это?

– Мне интересно. А тебе?

– Мне – нет. Я не понимаю, зачем нам на это тратить своё время.

– Ладно, не брюзжи как старый дед. Здесь же недалеко. Быстро туда смотаемся и обратно к Прокопьеву вернёмся.

– Хорошо, – с видимым недовольством согласился Лоськовский, – поехали.

Дорога до кладбища заняла не более десяти минут. Маленькая сторожка, которая стояла возле входа на него, была закрыта на висячий замок.

– Захарыч, наверное, отправился обедать, – предположил Долгов.

– Да, скорее всего, – подтвердил второй оперативник

Вдвоём, они быстро прошли в калитку огороженного деревянным забором места последнего пристанища умерших много лет назад людей.

По надгробным памятникам и крестам, а также по густой, многолетней растительности, которая плотно окружала их и узкие натоптанные дорожки, было сразу видно, что кладбище очень старое. Осмотрев ближайшие окрестности, у Артёма сложилось впечатление, что он находится в полноценном лесу, на территории которого разбросаны древние могилы. Так часто друг от друга расположились большие и немолодые деревья. Блуждая между ними, по указанным Прокопьевым признакам, милиционеры нашли место, где было обнаружено тело Лантратовой. Каменный крест с выбитой на нём фигуркой ангела, немного покосившись, возвышался над небольшим бугорком земли. В четырех метрах от него свои могучие, обильно покрытые крупными листьями, ветви-лапы раскинул крепкий и высокий дуб. На высоте груди человеческого роста, в его стволе, покрытом жёсткой и неровной корой, хорошо просматривалась свежая глубокая обожжённо-обугленная выбоина округлой формы.

– А вот и след от попадания молнии, – показав на данное повреждение в дереве, спокойно произнёс Лоськовский.

– Да, вижу, – подтвердил Долгов, окинув взглядом окружающий их участок местности.

– Ну, и что делать дальше будем? – спросил его коллега.

– Ты осмотри вон ту часть кладбища, – сказал Артём, указав рукой в соответствующую сторону от каменного креста, – а я – противоположную.

– Да? – подозрительно заметил старший лейтенант. – А почему мне досталась большая часть, а тебе – меньшая?

– Потому что, когда я закончу осматривать свою более малую часть, – ответил ему капитан, – то хочу поговорить с продавщицей цветочного ларька, который расположен недалеко от входа на кладбище. Видел его?

– Да, видел. А с ней ты о чём собрался беседовать?

– Так, обо всём понемногу. Хватит бурчать, иди, смотри.

– И что я «должен» искать?

– Что-нибудь подозрительное, на твой взгляд.

– Ладно, – недовольным тоном произнёс Лоськовский. – Тогда, как закончу осмотр, я сразу иду к машине. Там и встретимся.

– Хорошо, – согласился капитан, смотря в спину удаляющемуся коллеге.

Осмотр места обнаружения тела Лантратовой и оставшейся «его» части кладбища не дали какой-либо дополнительной информации, имеющей отношение к обстоятельствам гибели девушки. Поэтому милиционер направился к выходу из этой заросшей многочисленной растительностью «скорбной обители».

– Добрый день, – осторожно произнёс Долгов, после того как вошёл в цветочный ларек и увидел сидящую за прилавком очень пожилую женщину. – Баба Наташа? Простите, но мне вас так представили.

– Да, можете меня так называть, – неожиданно энергично встала и бодрым голосом произнесла женщина, с интересом разглядывая оперативника. – Вы что-то хотели?

– Да, – ответил милиционер, показывая ей своё служебное удостоверение. – Уголовный розыск, капитан Долгов. Я хочу задать вам несколько вопросов по поводу обнаружения позавчера, вечером, на близлежащем кладбище тела молодой женщины.

– Это, которая погибла от удара молнии?

– Да. А вы об этом, откуда знаете?

– Так меня вчера Прокопьев опрашивал по данному факту. Он всё и рассказал.

– Понятно. Скажите, вы видели погибшую Лантратову Варвару в воскресенье или последующие дни?

– Нет, не видела. По тому фото, описаниям одежды и внешности, которые мне дал Олег, я точно могу сказать, что этой девушки я ни в воскресенье, ни ранее, ни позже не видела. И фамилии такой не слышала.

– Что за фото он вам показывал?

– Из её паспорта. Я поняла, что при ней паспорт был.

– Поясните мне, пожалуйста, может ли быть так, чтобы она прошла на кладбище, и вы её не заметили?

– Конечно, может. Я же не всегда смотрю туда. Я иногда читаю, пока нет никого в ларьке. Или когда посетителями занимаюсь. Поэтому она и прошла незаметно для меня. К тому же, в воскресенье, ближе к вечеру, дождь сначала заморосил, а затем усилился до ливня. Никого не было, поэтому я пораньше закрыла магазин и ушла домой. Может быть, она после этого на кладбище пришла.

– Вы не заметили что-нибудь необычное в тот день? Я имею в виду, в воскресенье. Или в последующую пару дней?

– Нет, – задумавшись на несколько мгновений, ответила женщина – Ничего подозрительного или выдающегося я в тот день не видела. Так как это был обычный воскресный день, то в соседнем парке гуляли люди. Я заметила несколько пар влюбленных юношей и девушек, и три-четыре молодых семьи с маленькими детьми, которые отдыхали там же. У меня они в тот день всего четыре букета купили. И буквально двух или трёх человек я заметила, которые шли в сторону кладбища. Из них двое приобрели у меня небольшие букетики для возложения на могилку.

– Я смотрю, вы точно помните количество товара, проданного в тот день?

– А как же. Я же по специальности бухгалтер. Поэтому всё, что касается цифр по реализации продукции принадлежащего мне ларька я помню хорошо. Так же, как я запомнила одного из мужчин, который тогда купил один из указанных букетов. Красивый такой. Сразу так захотелось стать молодой, привлечь к себе его внимание, – кокетливо заметила пожилая женщина, игриво сверкнув хитрыми глазками. – Лет сорок назад он от меня так просто не ушёл бы.

– Чем же так привлёк ваше внимание этот мужчина? Неужели настолько красив был?

– Особенным красавцем его не назовешь. Но было в нём что-то притягательное. Во всяком случае, для меня. И я сразу поняла, что он нездешний.

– Почему?

– У него очень приятная и грамотная речь. У нас в городе, к сожалению, так не разговаривают. И одет он был не как жители нашего города.

– Во что же это?

– Да как будто во всё обычное, но вот сидела на нём одежда очень элегантно. Ни складочки, ни помятости на ней не было. Это сейчас так редко можно встретить в современных мужчинах.

– Н-да? – удивленно, даже немного обиженно заметил Артём.

– Я, конечно же, лично вас не имею в виду, – как будто оправдываясь, слегка застенчиво отозвалась баба Наташа.

– Естественно, я в этом и не сомневался,– в тон ей пролепетал мужчина, после чего продолжил обычным, деловым голосом. – А вы смогли бы его узнать, если бы ещё раз увидели?

– Конечно.

– Уверены?

– Абсолютно.

– Тогда, пожалуйста, посмотрите на несколько снимков. Может быть, кто-то из запечатлённых на них похож на этого мужчину? – сказал оперативник, вынул из своей рабочей папки несколько фотокарточек, которые он заранее взял с собой, когда собирался к этой поездке, а сейчас разложил их на прилавке, прямо перед пожилой женщиной.

Она вытащила из-под прилавка очки в большой и красивой оправе и, одев их себе на глаза, принялась внимательно и неторопливо рассматривать заботливо разложенные милиционером прямоугольные куски фотобумаги, на которых были отображены лица нескольких мужчин. Остановившись на одной из карточек, баба Наташа некоторое время глядела на неё, то пододвигая к себе, то отдаляя, вытягивая вперед свою руку.

– Вот этот мужчина купил у меня цветы в воскресенье, и о котором я вам сейчас говорила, – наконец, произнесла она, передавая капитану это фото.

– Вы уверены в этом? – уточняюще спросил оперативник.

– Да, абсолютно уверена, – решительно ответила женщина. – Он даже одет был так же, как на этом фото.

– Но вы даже не просмотрели оставшиеся снимки полностью.

– Если вы хотите, то я могу сделать то, что вы просите. Но я точно уверена, что это он.

– Понятно, – сказал мужчина и посмотрел на то, что отдала ему хозяйка цветного ларька.

Это была одна из тех карточек, отданных ему вчера Орзес Тагом, на которых был запечатлен Стогнуб Заптурий перед тем, как отправился на Землю. Её оперативник положил вместе с другими фотоснимками лиц, представляющих для правоохранительных органов определенный интерес. Они составляли его личную базу данных.

Артём старался внешне казаться спокойным, чтобы всем своим видом не выдать охватившего его возбуждения.

– Сколько было времени, когда он зашёл к вам в воскресенье в ларёк? – медленно и как можно более равнодушным тоном спросил капитан.

– Точно не помню. Но это было незадолго до того, как начался дождь. То есть ближе к вечеру.

– Вы не заметили, как и во сколько он уходил?

– Нет, не заметила. Я же говорила, что после того как полил дождь, быстро закрыла этот ларёк и ушла домой.

– До этого воскресенья или после него вы видели этого мужчину?

– Нет. Точно.

– Когда начался дождь в воскресенье, вы не обратили внимание на появление молний? Они были? Если да, то где?

– Я видела со стороны кладбища всполохи, которые бывают при молниях. Но грома я не слышала.

– Сколько их было?

– Я не считала. Кажется две или три. Точнее сказать не могу.

– Спасибо большое, – поблагодарил оперативник пожилую женщину, положил все фотокарточки себе в папку и направился к выходу.

– Вы записывать ничего не будете? – спросила милиционера хозяйка ларька.

– Нет, – он отрицательно покачал головой и добавил. – Спасибо вам большое. Всего доброго.

– До свидания, – пролепетала она, проводив уходящего мужчину долгим взглядом.

13

Подойдя к машине, Артём заметил Лоськовского, который сидел неподалеку на скамейке.

– Всё, закончил? – спросил последний.

– Да, – ответил капитан, открывая служебный автомобиль. – А ты? Нашёл что-нибудь интересное?

– Это как сказать, – загадочно ответил старший лейтенант, садясь на переднее пассажирское кресло.

– Я не понял, – удивлённо посмотрел на него Долгов и слегка возбужденно продолжил. – Говори нормально, что ты там обнаружил?

– Ого! Спокойнее, – миролюбиво ответил молодой сотрудник. – Ничего такого важного я не нашёл. Зато увидел ещё один след от молнии.

– Где?

– Там же на кладбище.

– Далеко от места, где тело Лантратовой обнаружили?

– Да, далековато.

– Пошли, покажешь.

– Куда? Туда? Не пойду. Я устал мотаться по этим буеракам. И всё из-за какого-то материала, в котором я не усматриваю никакого криминала. Тебе надо – ты и ходи.

– Тогда объясни, где это, и как к этому месту добраться.

– Хорошо.

…Менее чем через десять минут Долгов стоял возле другого дерева, на котором было хорошо заметно повреждение, оставленное молнией. Обгорело-обугленное углубление в его стволе было таким же свежим, как и то, что находилось непосредственно в месте обнаружения тела Лантратовой. И форма его была такой же. Оперативник внимательно осмотрел все вокруг. Но ничего, что заслуживало бы дополнительного внимания, он больше не обнаружил. Артём стал записывать к себе в рабочий ежедневник предположительные координаты этого места, с указанием всех индивидуальных признаков расположенных рядом объектов и могил. Закончив с этим, капитан направился к выходу из кладбища.

Он молча сел в машину, в которой дремал Лоськовский.

– Ну, что? – спросил последний, открыв заспанные глаза. – Теперь, домой?

– Да. Только заедем сначала к Прокопьеву. Отдадим ему свидетельство о смерти и заберём все подготовленные для нас документы. А вот после этого – домой.

– Точно. Я и забыл, что к нему заехать придётся. И по дороге, желательно, заскочить в какую-нибудь столовую или кафешку. А то с утра – не жрамши. Так и до язвы желудка не далеко.

– «Не жрамши», – передразнил коллегу Долгов и продолжил своим обычным голосом, обращаясь к нему же. – Поехали, трудоголик-проглот. Будем надеяться, что Прокопьев подскажет, где здесь недорого, вкусно и без опасности последующего отравления желудка покушать можно.

14

– Петрович, мы прибыли, – довольным тоном доложил Долгов, входя в кабинет Сорокина.

– Хорошо, – отреагировал тот. – И каковы результаты вашей поездки?

– Результаты положительные. В колонии опросили всех, кого надо было. В Семеновске тоже всё сделали и забрали имеющиеся у них документы, которые необходимы для приобщения к материалу, находящегося в производстве Лоськовского. Я считаю, что мы удачно скатались. Вот только терзает меня одно сомнение.

– Какое же?

– Мы были на том месте кладбища, где обнаружили тело погибшей Лантратовой. И там я видел на большом дубе след, оставленный ударом молнии, которым предположительно её и убило. След этот расположен от земли на высоте уровня груди человека. Это все отражено в протоколе осмотра места происшествия, составленном ими в среду.

– Ну и что в этом может вызвать твоё сомнение? Попав в Лантратову, молния затем поразила и дерево.

– Да, всё так. Только я разговаривал с их судмедэкспертом, который производил вскрытие тела. Исходя из всех полученных мной данных получается, что направление удара молнии было прямо перпендикулярно положению тела погибшей, и параллельно поверхности земли. Какой-то прямолинейный удар молнии получается.

– А что сказал эксперт? Такое может быть?

– Он сказал, что, теоретически, да, может.

– Тогда я не пойму, почему ты сомневаешься. И для чего ты в процессе сомнений дополнительно мне мозг «выносишь». Мне ведь заняться нечем. Да?

– Подожди, Петрович, не кипятись. Мы с Лоськовским обследовали почти всё кладбище. На достаточно большом расстоянии от места обнаружения тела Лантратовой мы увидели другое дерево с точно такими же по форме глубине и иными характерными признаками след от удара молнии, на такой же высоте.

– Я надеюсь, что другое тело вы там не нашли?

– Слава богу, нет. Но складывается такое впечатление, что в этом, втором выявленном нами месте удара молнии, её сила форма и направление были точно такими же, как и в первом, на котором обнаружили труп пропавшей у нас девушки. Два абсолютно одинаковых удара молнии. Все это не очень похоже на случайные, хаотичные, неконтролируемые и неповторяющиеся природные явления.

– А что на это говорят сотрудники в Семёновске?

– Ничего не говорят. Они это второе место не нашли и о его существовании даже не знают. Вернее, они его и не искали. Их вполне удовлетворила версия того, что Лантратова погибла от воздействия на неё природного явления. Поэтому осмотром небольшого участка, прилегающего непосредственно к месту, где находилось её тело, всё и закончилось. Дальше от этого места они ничего не осматривали и не искали.

– Н-да, – задумчиво произнёс начальник розыска, продолжив неторопливо рассуждать. – Своими предположениями ты сейчас ставишь под сомнение эту удовлетворяющую их версию, переводя факт обнаружения тела Лантратовой в криминальную плоскость. И тем самым, возможно, «повесишь» им нераскрытое преступление. Убийство. Вот они тебе «спасибо» скажут. И это после их помощи нам с документами. Ты это понимаешь?

– Понимаю, – ответил оперативник. – Поэтому я ничего не сказал им об этом. Тем более что в данный момент это всего лишь мои сомнения, не подтверждённые каким-либо образом.

– Наверное, ты правильно сделал, что не сказал, – утвердительно подытожил майор. – Во всяком случае, пока.

– Я могу дать тебе телефонный номер начальника их уголовного розыска, – продолжил Долгов. – Ты можешь позвонить ему и довести до него то, что я тебе сейчас рассказал.

– Чего же ты сам оперативнику, у которого находится материал по факту обнаружения тела Лантратовой, не сказал об этом.

– Этот оперативник – молодой лейтенант. Он парень хороший, но как специалист – ещё «зелёный». Нарубит по незнанию таких «дров». Поэтому лучше ты, если хочешь, позвони его начальнику. Пусть он принимает решение, что с этой информацией делать.

– Ладно. Я подумаю над этим, – сказал начальник, взяв из рук подчиненного бумажку, на которой был написан соответствующий номер телефона. – Всё? Или у тебя что-то есть ещё?

– У меня всё. Тебе мама погибшей звонила?

– Да, звонила.

– Ты ей всё рассказал?

– Да, коротко.

– И как она?

– Мягко говоря, в шоке. Варвара была её старшая дочь. Очень положительная, правильная, сильно любящая мать. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.

– Понятно, – хмуро отозвался Артём. – Ты её номер телефона взял?

– Да, вот, – ответил Сорокин и показал на небольшой листок, лежащий на краю стола.

– Спасибо.

– Сейчас у тебя всё?

– Нет. Слушай, Петрович. Завтра – суббота. Я по своим делам из города отлучусь. Постараюсь за два выходных дня эти дела завершить. Но могу и не успеть. Поэтому я тебе сейчас рапорт на отгул на понедельник напишу, на тот случай, если к понедельнику не успею вернуться. Если же всё сделаю к концу воскресенья, то в понедельник выйду на работу, и рапорт можешь порвать и выкинуть. Хорошо?

– Ладно, – согласился майор, – неси свой рапорт. Но постарайся вовремя свои дела закончить, и в понедельник выйти на работу. Понял?

– Так точно.

– Ну, теперь то всё у тебя?

– Так точно, всё.

– Тогда иди, работай. И рапорт не забудь занести.

Глава 2

1

– Значит, Стогнуб Заптурий всё-таки имеет отношение к гибели девушки на Земле. Так? – спросил Орзес Таг Долгова, выслушав его пересказ о проведённых за этот день мероприятиях.

Человек сидел на предмете, внешне похожем на удобное кресло, в комнате для визитеров, расположенной в ангароподобном помещении на Хейкире, куда он с Земли вместе с инопланетянином перешёл полчаса назад.

– Подожди, – не ответив на вопрос хейкирянина, Артём задал свой. – Ты узнал о наличии у клотринианцев оружия, эффект от применения которого будет похож на удар молнии, посе чего остаются следы, подобные тем, какие я обнаружил на двух деревьях на Земле?

– Да, узнал, – ответил Орзес Таг. – У клотринианцев имеется многофункциональное ручное стрелковое оружие, способное поражать цели различными боекомплектами. В зависимости от конкретных условий применения поражающими элементами в нем могут быть плазменные фотонные вакуумные и электрические заряды различной степени мощности. Последние, в случае их использования в отношении землян, могут иметь эффект поражения, схожий с ударом молнии, то есть с тем, что убило указанную тобой девушку.

– Лантратову Варвару.

–Что?

– Так погибшую звали.

– А-а-а. Запомню.

– Вот сейчас, после представленной тобой информации, давай перечислим известные нам факты и подумаем вместе, может ли Стогнуб Заптурий быть причастен к гибели Лантратовой Варвары на Земле.

– Давай.

– Во-первых, исследователь за короткий период времени восемнадцать раз побывал в городе Санкт-Петербург, в то время как другие города Земли он посещал в разы меньше. Лантратова тоже проживала в этом городе. Во-вторых, клотринианец прибыл в город, в котором проживаю я, в прошедшее воскресенье утром. Девушка прибыла туда же и тоже утром в воскресенье. В-третьих, наиболее вероятно, что она погибла в Семёновске в воскресенье, а её тело впоследствии было обнаружено там же на кладбище. Вечером того же дня Стогнуб Заптурий также был на указанном месте. В-четвертых, у клотринианцев, представителем которых является пропавший исследователь, существует оружие, имеющее эффект поражения, схожий с ударом молнии. То есть с тем, что убило девушку. И последнее. То, что он пропал, можно воспринять, как бегство с места преступления и попытку скрыться. Все перечисленные факты не являются прямыми доказательствами того, что это он убил ее. Но в совокупности, они дают основания обоснованно подозревать его в этом.

– Отчасти я с тобой согласен, – после минутного раздумья отметил хейкирянин.

– Почему – отчасти?

– Потому что последний факт – его пропажа не очень согласовывается со всеми оставшимися. Он нелогичен. Если бы клотринианец совершил это убийство, то ему нужно было всего лишь вернуться обратно на Хейкир, как он это обычно делал. Соответственно, я бы не обратился к тебе, а ты бы, без информации, полученной от меня, не начал бы вести активные поиски и не узнал бы о погибшей девушке. Сотрудники в Семёновске списали бы это происшествие на несчастный случай. На этом всё и закончилось бы. А Стогнуб Заптурий продолжил бы вести свою обычную жизнь.

– Здесь я тоже с тобой только отчасти соглашусь.

– Вот как!

– Да, так. Он мог не подумать о том, что ты обратишься ко мне. Или неожиданно запаниковал после убийства, у него случился нервный срыв, и поэтому он скрылся.

– Но почему он тогда оставил свое оборудование для передвижения по Земле? Как он смог отключить датчик, вживлённый в него? Где он сам? Как смог покинуть Землю? Если он, конечно, её покинул.

– Я сейчас не могу дать ответы на все твои вопросы, – произнёс человек, задумчиво потирая подбородок. – Возможно, имеются какие-либо причины, которые позволят объяснить его исчезновения. Пока у нас не хватает всей полноты информации для однозначных выводов по сложившейся ситуации. Необходимо искать дальше.

– Вот тут я с тобой полностью согласен.

– Необходимо собрать максимально возможную информацию о самом Стогнубе Заптурий, а также о Лантратовой Варваре. Если принять за рабочую версию ту, в которой клотринианец причастен к гибели девушки, тогда придётся установить, почему именно она стала его жертвой. К сожалению, сегодня вечером я не смог поговорить с её матерью. Я звонил ей несколько раз, но трубку телефона, который она оставила для связи, так никто и не взял. А у тебя что? Ты смог получить все необходимые разрешения, чтобы осмотреть помещение, в котором он остановился на вашей планете, а также там, где он постоянно проживал и работал?

– То помещение, в котором Стогнуб Заптурий остановился на Хейкире, мы осмотреть сможем. Он ни с кем на моей планете отношений не поддерживал, кроме того учёного, просившего меня помочь ему. Это я установил точно. А вот с местом его постоянного проживания и работы – не так всё просто. Он проживал не на Клотрии, а на одной из её колоний – планете Цефил. Так как я не заявлял о пропаже исследователя, то официального расследования пока нет. Соответственно, не могу получить официального разрешения на осмотр его жилища. Мне можно будет это сделать только с разрешения членов его семьи. К сожалению, у Стогнуба Заптурий нет родственников, проживающих на Цефиле. Они все раскиданы по разным планетам их галактики. Наиболее близко находящаяся к месту его проживания родственница – это двоюродная сестра. Она находится на Порзуне. Тоже одна из колоний клотринианцев. Это пока всё, что я смог узнать.

– Значит, следует осмотреть помещение, в котором он остановился здесь, а также на планете Цефил. Когда можно будет это сделать?

– Из твоего вопроса следует то, что ты согласен мне помочь при осуществлении осмотра на Хейкире. Так? – с надеждой в голосе спросил Орзес Таг.

– Да, – с неохотой согласился землянин, – согласен. Раз уж я влез в это дело, то придётся довести его до конца. К тому же, мне хочется установить, как именно погибла Лантратова Варвара. И если её убили, то необходимо будет попытаться установить лицо или лиц, которые это сделали.

– Благодарю тебя, – радостно произнёс хейкирянин. – Твоя помощь здесь мне очень нужна. Приступим к осмотру?

– Так ведь ночь же. Будем прямо сейчас это делать?

– Это на Земле сейчас ночь, – усмехнувшись, ответил инопланетянин, – а на Хейкире – утро.

– Ну, если утро, то тогда поехали на осмотр, – сказал человек и, немного подумав, добавил. – Или пошли, или полетели. Как тут у вас передвигаются?

– Мы передвигаемся здесь двумя основными способами: воздушным, то есть перемещаемся на летательных аппаратах за счет гравитационного поля Хейкира, либо же подземным, по находящимся под поверхностью планеты тоннелям, используя магнитное поле её ядра.

– А на поверхности планеты у вас дорог нет? Вы по ней не передвигаетесь совсем?

– В том понимании, в каком дороги используются на Земле, нет. Так мы поверхность Хейкира не используем. У нас давно поняли, что занимать на ней под дороги огромное плодородное пространство, пригодное для биологической, активной жизни, крайне неэффективно. Поэтому вся логистическо-дорожная сеть проходит под поверхностью планеты. Вы – земляне, со временем это тоже поймете. В данное время у вас пока нет соответствующих технических и экономических возможностей.

– Возможно, – согласился оперативник. – Так как мы туда доберёмся?

– Проскользим по подземной магистрали. Капсулы доставки, за счёт магнитного поля дорожного полотна, как будто скользят по нему, тем самым двигаясь в нужном направлении и с необходимой скоростью. И запомни, что для всех ты – клотринианец, ищущий пропавшего сопланетника. Понял?

– Да, понял. А зовут меня как?

– Так же, Долгов Артем. Хейкиряне, в подавляющем большинстве, не разбираются в именах землян и клотринианцев, и они для них никакой разницы не представляют. Поэтому везде следуй за мной.

– А разговаривать или задавать вопросы другим лицам я могу?

– Конечно. Твой коммуникатор, который я тебе сегодня дал, запрограммирован на все языки, которые известны хейкирянам. А их очень много. Но без особой необходимости лучше ни с кем не разговаривать. Поверь мне.

2

Артём вместе с ОрзесТагом, находясь в ангароподобном помещении, на устройстве, отдаленно похожем на лифт, спустились вниз. Там, в слабоосвещенном закрытом пространстве, они пересели в капсулоподобный аппарат, непонятным для человека образом закрывшийся т внешнего пространства. Через пару секунд оперативник почувствовал лёгкое вдавливание своего тела в эквивалент земного кресла, в котором он находился, и понял, что капсула стремительно набирает скорость. Спустя минуту капсула открылась, и инопланетянин первым вышел из неё. Следуя за ним, человек пересёк несколько вытянутых коридорообразных помещений, в одном из которых их поджидал один высокий хейкирянин.

Увидев подошедших Орзес Тага и Долгова, он молча кивнул и поднёс правую руку к своей груди. Артём, на всякий случай, отвечая на приветствие, сделал то же самое.

Далее, они втроём двигались по многочисленным, лишённым окон и дверей коридорам. Наконец, они остановились. Незнакомый хейкирянин произвёл какие-то манипуляции в стене, и в ней образовался проём, размерами напоминавший дверной, за которым виднелось помещение, похожее на большую комнату.

Кивнув благодарно незнакомцу, Орзес Таг вошёл в неё, жестом пригласив землянина сделать то же самое. Когда человек оказался внутри комнаты, то проём исчез, оставив на том месте стены, где он только что находился, ровную поверхность.

– Это помещение, в котором находился Стогнуб Заптурий в перерывах между посещениями Земли всё то время, пока я ему помогал в этом, – пояснил хейкирянин.

– Н-да уж! – удивлённо отметил капитан, внимательно окинув взглядом данное место. – Комната, мягко говоря, не изобилует предметами интерьера и мебели. Он тут, прямо таки, в спартанских условиях жил.

– В спартанских? – спросил Орзес Таг, по выражению лица которого было понятно, что он пытается, но пока не может понять смысл этого слова.

– Прости. Это синоним к словам -неприхотливых, суровых и так далее.

– Понял, – успокоившись, отметил инопланетянин. – У большинства проживающего на нашей планете населения похожее на это жильё. Начнём осмотр?

– Да, приступим. Только тут осматривать-то нечего!

В комнате имелись предметы, похожие на кровать, стол и пара небольших кубов, которые использовались в качестве табуретов. Исследовав их и ничего не найдя, хейкирянин подошёл к одной из стен, в которой образовался проём, открывший вид на множество полок, на которых были разложены различные вещи и непонятные аксессуары. Это было что-то вроде скрытого в стене шкафа.

Орзес Таг начал вытаскивать по очереди из «шкафа» каждый объект, называл его, объяснял Артёму его назначение, внимательно осматривал, после чего клал на пол комнаты. Человек, в случае, если его не удовлетворял процесс изучения предмета напарником, вновь исследовал его.

– Мобильный хронограф. На нём обычно хранят личные или рабочие записи, – пояснил лысый инопланетянин, вынув из «шкафа» очередной аксессуар похожий на маленькую коробочку, и обратился к человеку. – Не трогай его. Закончим с другими вещами, а затем просмотрим его содержимое.

– Хорошо, не буду трогать, – успокоил его оперативник.

Так как предметов и вещей было немного, то их осмотр не занял много времени.

– Кажется, всё, – заключил хейкирянин.

– Что теперь будем делать? – спросил Долгов.

– Изучим содержимое памяти его хронографа.

– Каким образом?

– Путем просмотра его визуализированных файлов.

– Это мы здесь будем делать?

– Нет, конечно. Вернёмся ко мне в центр и там просмотрим. Разобьём массив на две части, и каждый свою часть изучит. Так будет быстрее.

– Понял. Тогда обратно идём? Вернее, скользим.

– Да, возвращаемся.

3

– Кажется, я нашёл что-то интересное, – воскликнул Долгов, сняв со своих глаз просмотровые очки.

Он вместе с Орзес Тагом пару часов назад вернулся обратно к нему в центр, где последний подключил к устройству – хронографу, обнаруженному в ходе осмотра места проживания Стогнуба Заптурий на Хейкире, дополнительные приспособления, при помощи которых удалось скачать содержимое его памяти. Скопированный массив хейкирянин разбил на две части, одну из которых просматривал сам, а вторую – доверил человеку для ускорения процесса ознакомления с тем, что было записано на нём. Он показал землянину, как пользоваться просмотровыми очками, чтобы можно было ускорять, замедлять, останавливать, перематывать вперёд или назад сделанную самим клотринианцем запись.

Одев указанный прибор, оперативник около двух часов в ускоренном режиме просматривал записи, на которых Стогнуб Заптурий, очень похожий на земного молодого мужчину, рассказывал о результатах своих действий на Земле, совершенных с момента оказания ему помощи Орзес Тагом. В целом, эти файлы содержали сухие перечисления тех сведений, которые исследователь смог получить в свои последние визиты на голубую планету. Они имели отношения к каким-то историческим событиям и культурным достижениям России на определённых временных этапах. От монотонного повествования ничего не говорящих человеку данных, его сильно клонило в сон. Пока он не «наткнулся» на две короткие записи, просмотрев которые, позвал своего «напарника».

– Что там? – спросил хейкирянин, подойдя к Артёму.

– Ты можешь вывести звук и изображение наружу, чтобы смотреть не через очки? Я перекрутил этот кусок на начало. Посмотри его, – ответил тот.

– Да, конечно, – ответил инопланетянин и нажал какие-то кнопки.

В воздухе, прямо перед оперативником высветилось голографическое изображение Стогнуба Заптурий, которое было статичным.

– Готов, Орзес? Включаю.

Изображение ожило и заговорило:

– Сегодня я, наконец-то, нашёл её. Раньше их семья проживала в центре – на Васильевском острове, но недавно они переехали, и мне понадобилось много времени, чтобы установить место, где она проживает в данный момент. И вот сегодня я его обнаружил. Имея её фотографию, мне пришлось с утра простоять возле этого дома почти два часа. Я увидел того, кого искал. Она была точно такой же, как на фотокарточке. Девушка вышла из подъезда и направилась к остановке общественного транспорта. Там она встретила другую молодую женщину, с которой вместе села в подошедший автобус. Я тоже зашёл в него, но с другой двери. Они сидели на задних местах и о чем-то возбужденно болтали. Вернее, она что-то рассказывала второй женщине. Подойдя ближе, я смог услышать часть её слов. Девушка говорила, что через несколько дней поедет на научный симпозиум в город, расположенный на реке Волге, и там, возможно, найдет «это место». Она была очень взволнованна этим, так как очень хотела увидеть его, и оно много для неё значило. Затем они вышли из автобуса. Когда объект наблюдения проходил мимо меня, я смог получить то, что мне было нужно. Мне удалось проследовать за ними, не приближаясь ближе, чем на пятьдесят метров. Так как она была не одна, и вокруг находилось много людей, то я не решился сделать то, что планировал. Мне нужно было тихое, безлюдное место, где мне никто не помешал бы. Поэтому я решил подождать.

На этом запись прервалась. Долгов, посмотрев на хейкирянина, промолвил:

– Сейчас, подожди. Там ещё один небольшой кусочек записи естью. Он был сделан через пару дней. Я его тебе поставлю.

Через несколько секунд голографическая фигура клотринианца вновь появилась в воздухе. Она вновь продолжила говорить:

– Запущенный мною два дня назад минидрон всё это время наблюдал за ней. Поэтому сейчас я знаю точную дату и время, когда она приедет в тот город на Волге. Я решил, что именно там, на «том месте», я встречу её и сделаю то, что хотел. Это будет символично. И само место очень удобное. Там тихо, и почти никого нет. Мне никто не будет мешать. Пока все.

На этом запись закончилась.

Оперативник, внимательно смотря на «напарника», спросил:

– Ну? Что ты думаешь об этом?

Орзес Таг, как обычно, поглаживал свой лысый череп.

– Не знаю, – медленно произнёс он. – Думаю.

– И после просмотра этих записей, ты сомневаешься, что он точно причастен к гибели Лантратовой Варвары? – удивлённо спросил человек.

– Но он же не сказал, что хочет убить её, – ответил инопланетянин.

– Вот только этого он и не сказал. А ты как думаешь, что он хотел с ней сделать? В тихом, безлюдном месте, в котором никого нет, и где ему никто не помешает? Как он сам сказал. А?

– Не знаю.

– Как раз такое очень удобное место для совершения убийства.

Безволосый собеседник, сосредоточенно задумавшись, упорно наглаживал рукой свою лысину. Артёму казалось, что тот сейчас протрет тонкую кожу на своей голове, вследствие чего он сможет ознакомиться с цветом костей черепа хейкирянина.

– Да, – произнёс, наконец, Орзес Таг, – я думаю, что Стогнуб Заптурий, если мы его найдем, может нам рассказать о том, как погибла Лантратова Варвара.

– То есть ты не думаешь, что это он её убил?

– Все собранные тобой доказательства, которые ты трактуешь как неопровержимые, являются косвенными. И даже вот эти две записи – тоже. Поэтому я не могу однозначно утверждать, что клотринианец является убийцей этой девушки. Во всяком случае, пока.

– А тебе не кажется, что совокупность этих косвенных доказательств образует определённую систему улик, из которой можно сделать только один вывод?

– О том, что он является её убийцей? Конкретно в данном случае – нет, я так не считаю.

– Понятно. И что ты предлагаешь?

– То же самое, что и раньше. Найти Стогнуба Заптурий. Вот тогда мы узнаем от него, что же произошло на Земле, на том кладбище.

– Я так понял, – выждав небольшую паузу, стал размышлять землянин вслух, – что здесь, на Хейкире, больше ничего о нем мы узнать дополнительно не сможем. Необходимо осмотреть его постоянное место жительства и работы и там поговорить с его близкими или знакомыми. Как, говоришь, эта планета называлась? Чифирь?

– Цефил, – поправил хейкирянин. – Я кое с кем связывался и узнал, что Стогнуб Заптурий там не появлялся. А так как он жил один, то необходимо будет договориться с его родственниками, чтобы с их разрешения осмотреть его жилище.

– Да, я помню. С двоюродной сестрой, которая живет на ближайшей планете. А можно без неё осмотр там провести? Негласно?

– Нет, нельзя. У них там строго с этим. Нарушать их законы я не хочу и не буду. Поэтому вчера я связался с ней и договорился о встрече на сегодня. Через два часа она должна будет прибыть к точке прохода на Порзуне. Я отсюда открою проход, и она перейдёт к нам.

– Она сама сюда придет?

– Да, сама. Ей так удобнее. Если она согласится на осмотр, то мы сразу отсюда отправимся на Цефил. А если не согласится, то вернётся на Порзун.

– А она может не согласиться?

– Конечно, может. Но я не думаю, что у нас с этим возникнут проблемы. Ведь она – женщина. Сделаем серьёзные, умные лица. Скажем ей много красивых, можно даже высокопарных, ничего не значащих слов. Отвесим пару комплиментов, и она согласится.

– Думаешь?

– Уверен в этом. Я всё-таки политикой в последнее время занимаюсь. Убеждать кого-либо в чем-то – это мой «конёк».

– Ладно. Раз ты так уверен, то можно быть спокойным, – удовлетворённо заметил землянин. – Только я об одном хотел тебя попросить.

– Слушаю тебя, Артём.

– Я сегодня на Земле целый день работал. Потом к тебе поздно вечером на встречу пришёл. Затем осмотр жилища клотринианца вместе с тобой проводил и изучал содержимое хронографа. Пока последнее делал, чуть не заснул. В общем, мне нужно немного отдохнуть. Поспать. Хотя бы три-четыре часа.

– Понятно, – уверенно заявил инопланетянин. – Я тебя отведу в знакомое тебе помещение. Там ты сможешь отдохнуть и поспать пару часов. Я дам тебе кое-что. Ты это выпьешь. Этот раствор позволит тебе за это короткое время сна полностью восстановить свои силы. Будешь, как капустка! Так ведь у вас говорят? Видишь, как я хорошо изучил, в свое время, вашу культуру? Правда я так и не понял, причём в этом выражении овощная культура, которую вы выращиваете у себя. Но звучит прикольно!

– Я поражен глубиной твоих познаний, простирающихся на необъятные просторы нашего фольклора, – с иронией ответил оперативник. – И хоть речь там шла немного о другом овоще – об огурчике, мне всё равно очень приятно. Пошли. И дай мне твоё питье, чтобы я был бодрячком после сна.

4

– Ты готов? – спросил Орзес Таг, войдя в комнату спустя два часа, после того как оставил в ней землянина.

– Да, абсолютно, – ответил ему Долгов, чувствуя себя отдохнувшим, бодрым и полным сил, после двухчасового сна. – Твое зелье творит чудеса.

– Вот и хорошо. Она уже здесь. Ждёт нас.

Человек следовал за хейкирянином. Они прошли несколько коротких коридоров, после чего оказались в просторном, хорошо освещённом помещении.

Артём увидел сидящую на том, что очень напоминало короткую скамью, молодую женщину. Внешне она ничем не отличалась от представительниц прекрасной части населения планеты Земля. На вид ей было около двадцати пяти лет. Когда хейкирянин и землянин подошли к ней, она встала со своего места.

– Приветствую вас, – произнесла она приятным, «грудным» голосом, с официальным и немного твердым выражением.

Она была чуть выше среднего, по человеческим меркам, роста, стройная и длинноногая. Это позволили разглядеть находившиеся на ней, ближе к классическому стилю, брюки.

Её, лишенные следов косметики, правильные черты лица производили бы приятное впечатление, если бы не излишняя их жесткость, серьёзность и сосредоточенность, которые придавали ей несколько суровый и «мужественный» вид. Короткие светлые волосы были убраны назад. Она своими большими голубыми глазами внимательно и оценивающе осмотрела обоих подошедших к ней существ мужского пола.

– Меня зовут Куабрил Заптурий, – представилась молодая женщина. – Я двоюродная сестра Стогнуба Заптурий.

– Я – Орзес Таг, – мягким голосом произнёс хейкирянин. – Это вы со мной вчера разговаривали.

– Да, я узнала вас.

– А это – Долгов Артём. Он помогает мне в поисках вашего брата, – представил землянина хозяин помещения.

Женщина легким кивком головы отреагировала на его слова. Оперативник тоже чуть наклонил свою в ответ на её движение.

– Прошу вас, – продолжил безволосый инопланетянин, – присаживайтесь.

Когда все комфортно расположились в импровизированных креслах на удобном друг от друга расстоянии, он продолжил:

– Почти шесть дней назад пропал ваш брат, которому я оказывал помощь в его перемещении на Землю. В ходе проведенных поисковых мероприятий установить его местонахождение на данный момент не представилось возможным. Мы искали его на Земле, на Хейкире и на других планетах. Чтобы расширить объём розыскных действий с конкретизацией района его возможного местонахождения, нам необходимы дополнительные сведения. Мы небезосновательно полагаем, что информация, которая поможет нам в этом, наиболее вероятно, находится в местах его постоянного проживания и работы на планете Цефил. Поскольку он проживал один, а вы являетесь его ближайшей из найденных нами родственников, то только с вашего разрешения и в вашем присутствии мы можем проникнуть в его жилище и осмотреть его в целях обнаружения и получения вышеуказанных сведений. Вы согласны на это?

– Так, значит, он пропал на Земле? – не отвечая, переспросила она хейкирянина.

– Да, – ответил тот. – Если говорить более точно, то в последний раз его видели, когда он через проход попал на неё.

– Он от вас, с Хейкира, осуществил проход туда?

– Да.

– А почему? У него на Цефиле имелось всё необходимое оборудование для «изгиба пространства», позволяющее ему путешествовать по различным, в том числе и дальним мирам.

– Со слов вашего брата, – начал своё объяснение Орзес Таг, – это оборудование у него вышло из строя, а времени и, главное, финансов, чтобы его отремонтировать, у него не имелось. Поэтому он обратился ко мне за помощью. Я на принадлежащем мне устройстве, находящемся в этом же научном центре, переправлял его на Землю. Всего, с моей помощью, он был там пять раз. На пятый раз он не вернулся.

– А предыдущие четыре раза прошли нормально?

– Да, в штатном режиме.

– Насколько я понимаю, вживленный в него датчик не работает?

– Совершенно верно, не работает.

– Его портативное оборудование для передвижения в рамках одной планеты вы нашли?

– Да, нашли.

– В последнем месте, куда мой брат с использованием этого оборудования переместился на Земле, вы его не обнаружили?

– Не обнаружили.

– В этом месте что-то случилось?

– Случилось то, что ваш брат пропал.

– Помимо пропажи моего брата, что там ещё произошло?

– Почему вы считаете, – немного обескураженный устроенным клотринианкой «допросом» и, не отвечая на её вопрос, произнёс хейкирянин, – что там ещё что-то произошло? И какое значение это может иметь к его пропаже?

Куабрил Заптурий перевела взгляд своих голубых глаз с Орзес Тага на Артёма. Посмотрела внимательно на него, затем на свое запястье, на котором находился простой, но изящный браслет. Она несколько мгновений провела в молчаливом изучении своей руки, после чего вновь посмотрела на хейкирянина и заговорила:

– Вы мне чего-то не договариваете. Пока я не узнаю всей правды об обстоятельствах пропажи моего брата, никакого согласия на осмотр и обследование его жилища я не дам.

– Позвольте, – недоумённо заметил лысый инопланетянин, – с чего вы решили, что я вам «что-то не договариваю»? О какой правде вы говорите?

– Мне необходимо разъяснить вам это?

– Да. Соблаговолите.

– Хорошо, – кивнув головкой, немного разочарованно произнесла она и продолжила. – После нашего вчерашнего разговора я навела о вас справки, Орзес Таг. И узнала много интересного. Вы склонны к совершению рискованных поступков, которые граничат с авантюризмом. Сейчас вы с умным выражением своего лица наговорили мне кучу красивых, но малоинформативных слов, и пытаетесь отвлечь моё внимание от обстоятельств, сопутствовавших пропаже моего двоюродного брата. Этот мужчина, которого вы мне представили Долговым Артемом, не является клотринианцем. По его сигнатурам я понимаю, что он не относится ни к одной из известных нам рас. Но зная, что Стогнуб Заптурий исследовал только аборигенные планеты, где проживающее там население внешне похоже на нас, а последний его объект изучения – Земля, то и мужчина, который сейчас сидит с вами – это землянин. Наиболее вероятно, что ему неинтересна судьба пропавшего клотринианца-исследователя. Для этого есть вы и уполномоченные структуры. Соответственно, он здесь находится по своим «земным» интересам. Могу предположить, что сейчас он находится среди нас из-за того, что там, на Земле, в момент, когда пропал мой брат, что-то произошло с представителем их расы. Или с представителями. Скорее всего, даже с летальным исходом. Именно поэтому вы, Артём Долгов, сейчас находитесь здесь. Поскольку представителей аборигенных планет нельзя привлекать вне её территории к расследованию каких-либо происшествий без разрешения специально-выдаваемого полномочным органом Межгалактического Союза, то вы, Орзес Таг, многим рискуете, нарушая этот запрет. Потому что вы это разрешение не получали. Я это тоже проверила. Поэтому вы либо говорите мне всю правду и отвечаете на все мои вопросы, либо я возвращаюсь на Порзун. А там я подумаю о том, не сообщить ли мне в соответствующие органы об обнаруженном мной правонарушении, совершенном вами, Орзес Таг. Поскольку вы сами хорошо знаете требования Межгалактического Союза к исполнению установленных им правовых норм, то понимаете, какое наказание вы можете получить.

Она сделала небольшую паузу в своем «выступлении», многозначительно посмотрев сначала на хейкирянина, а затем на человека.

– Вы готовы мне рассказать правду о том, – продолжила клотринианка, – что же случилось на Земле, после чего пропал мой двоюродный брат?

Орзес Таг и Долгов переглянулись. Если первый посмотрел на своего «напарника» с удивлением и изумлением, то второй – с восхищением, вызванным речью сестры пропавшего исследователя.

– Позвольте полюбопытствовать, – осторожно произнес лысый инопланетянин. – Кто вы? Я имею в виду ваш род деятельности и профессиональную принадлежность?

– Я – старший фазлорв Центрального Наблюдательного Экспектрианата планеты Порзун, – спокойно произнесла она и нажала что-то на своём браслете. – Вот все необходимые официальные данные, подтверждающие мои полномочия.

Из браслета показался тонкий луч, который трансформировался на расстоянии полуметра от кисти Куабрил Заптурий в какое-то непонятное для человека изображение.

Хейкирянин поднёс к этому изображению свою руку, на одном из пальцев которой находилось узкое кольцо. Оно начало светиться и излучать в воздухе другое изображение в виде каких-то многочисленных знаков, которые, видимо, составляли некий текст. Носитель кольца внимательно изучал его содержание.

– Благодарю, – почти официальным тоном и с некоторым почтением произнёс Орзес Таг, закончив процедуру чтения голографической надписи. – Ваши полномочия подтверждены. Что же вы сразу не сказали о том, кем вы являетесь?

– Я же сюда прибыла не как официальное лицо, в связи с исполнением своих должностных обязанностей, а как двоюродная сестра Стогнуба Заптурий, которая намерена помочь в его поисках. Поэтому я хотела послушать то, что вы мне скажете, не зная моей должности. Я и сейчас не отказалась от желания помочь вам в этом. Поверьте, единственное, что мне необходимо в данный момент, так это найти брата. Объединив совместные усилия, это будет легче и быстрее сделать. Но для этого я должна знать всю правду.

– А о том, что я привлёк к расследованию человека, не узнают соответствующие органы Межгалактического Союза?

– Если мы с вами сейчас объединимся для достижения одной цели и будем честно и добросовестно помогать друг другу, то я не вижу в этом никакой надобности.

Хейкирянин, задумавшись и, видимо, немного нервничая, начал наглаживать рукой свою большую и лысую голову. Приняв для себя решение, он серьезно и энергично произнёс, обращаясь к клотринианке:

– Для доведения до вас всего объема информации, которым владеем мы, необходимо принести сюда записи, обнаруженные нами там, где ваш брат жил на Хейкире. Без их просмотра у вас будет не полная картина всего произошедшего. Я надеюсь, что вы не обидитесь на нас из-за того, что нам необходимо будет отлучиться из этого помещения, чтобы найти и принести их сюда.

– Да, конечно. Я подожду, – заверила она.

– Тогда, Артём, следуй за мной, и отметь на своем массиве памяти, пожалуйста, те куски записи, которые ты мне показывал сегодня. Я их выделю для просмотра.

– Пойдём, – произнёс человек, молчавший всё это время, что продолжался их разговор, и поднялся со своего места.

Оказавшись вне помещения, в котором осталась клотринианка, и, пройдя несколько коридоров, человек произнёс, обращаясь к идущему впереди хейкирянину:

– Я так понимаю, что твой план с умными лицами, красивыми словами и парой комплиментов потерпел сокрушительное «фиаско»?

– Если я правильно понял значение последнего слова, то да. Она нас разоблачила полностью! И как мало времени ей на это понадобилось!

– И ты, хочешь ей всё рассказать?

– Да. Учитывая её возможности, нам очень повезло, что именно она оказалась сестрой Стогнуба Заптурий. К тому же, как, наверное, ты сумел заметить, она вполне здраво и логично рассуждает. С её помощью гораздо легче будет осуществлять его поиски. Поэтому мы ей всё расскажем. И ещё. Мне не очень хочется, чтобы о тебе узнали соответствующие органы в Межгалактическом Совете.

– Понятно. Она про какие-то «сигнатуры» говорила, по которым определила, что я не клотринианец. Что это значит?

– Долго объяснять. Видел её браслет на руке? В нём, помимо прочего оборудования, скорее всего, биосканер установлен, который сразу «скидывает» ей всю информацию.

– Каким образом? Что-то я не видел, чтобы она куда-то смотрела, кроме как на нас.

– Помнишь, она паузу сделала? И посмотрела на свою руку с браслетом? Как только тот закончил тебя сканировать, он, видимо, подал ей какой-то сигнал, указав ей на то, что получил результат. А дальше всю информацию он передал ей либо на микронаушник, установленный в её в слуховом канале, либо на съемную микролинзу, установленную у неё в глазу.

– Да кто она такая? Ты можешь мне объяснить?

– Если упрощённо и более понятно для тебя, то она работает в официальных органах, которые осуществляют наблюдение и надзор за соблюдением законов всеми клотринианцами, их организациями, учреждениями и образованиями независимо от форм собственности и принадлежности. Те же самые функции она осуществляет и в отношении официальных органов власти, в том числе правоохранительных, специальных и силовых структур. Обнаружив нарушения закона, она сообщает в другой специализированный орган, который имеет полномочия применять различного рода воздействия в отношении лиц, их допустивших. Причём, она имеет право контролировать и то, как этот орган будет реагировать на указанные ею нарушения. В общем, полномочия у той структуры, сотрудником которой она является, очень обширны.

– Её полномочия территориально распространяются и на Хейкир?

– Нет, только на Клотрию и планеты-колонии, входящие с ней в содружество. К тому же этот орган имеет право обращаться в Межгалактический Совет для проведения каких-либо процессуальных действий на других, не входящих в него планетах.

– Ясно, – подытожил оперативник, – что-то вроде нашей прокуратуры.

– Если попытаться провести аналогию, то, скорее, да, – утвердительно заметил лысый инопланетянин и прошёл в образовавшийся в стене проём. – Всё, пришли. Сейчас скачаем эти две записи с её братом и вернёмся к ней.

5

Она сидела и внимательно слушала сначала Орзес Тага, а потом Артёма. Они рассказали ей всё. Клотринианка задавала уточняющие вопросы, когда ей было что-то непонятно. Затем она просмотрела те две короткие записи, на которых её брат рассказывал о земной девушке. Закончив ознакомление со всей информацией, которая была у хейкирянина и человека, она какое-то время сидела молча, видимо, обдумывая все увиденное и услышанное.

– Как мне к тебе обращаться, чтобы тебе было удобно? – спросила Куабрил Заптурий, обращаясь к человеку.

– Можно, просто – Артём, – ответил тот. – А мне, как лучше обращаться к тебе?

– Куабрил.

– Хорошо.

– Ты, Артём, наверное, думаешь, что это мой брат убил эту девушку? И для его местонахождения ты помогаешь Орзес Тагу.

– В том, что это он убил Лантратову Варвару, я не уверен на сто процентов, – ответил землянин. – Но множество косвенных доказательств в данный момент дают мне основания считать его основным подозреваемым в этом преступлении. Я надеюсь, что если мы найдем его, то тогда сможем установить это точно.

– Логика твоего мышления мне понятна, – выслушав его, серьезно произнесла Куабрил, – и я, отчасти, с ней согласна. Но доводы, приводимые Орзес Тагом объективны и весомы. Естественно, как его сестра, я не хочу и не могу поверить, что он мог это совершить на Земле. Но как фазлорв, учитывая собранные тобой сведения, я не должна отвергать этой возможности, и обязана беспристрастно провести расследование.

– Насчет расследования, – включился в беседу Орзес Таг, обращаясь к клотринианке. – Я надеюсь, что ты понимаешь, что я не обратился по поводу исчезновения твоего брата в соответствующие органы, потому что не хочу официального расследования?

– Из-за участия человека? – уточняюще спросила она.

– Из-за него тоже. Но основной причиной было то, что недавно я оказался в центре скандала, который, к счастью, пока не навредил моей политической карьере. Известие о том, что с моим участием вновь произошли «непонятные» события, в результате которых пропал молодой и перспективный ученый, коим является твой брат, может привлечь ко мне излишнее нежелательное внимание общественности в неприглядном для меня аспекте. Указанные обстоятельства могут вызвать новый скандал и окончательно положить конец моим планам на дальнейший политический рост. Мне хочется избежать этого. Понимаешь?

– Да, понимаю. Я обещаю тебе, что не буду сообщать в официальные органы о пропаже брата, и что его поиски мы будем осуществлять только своими силами. Но до тех пор, пока это не будет угрожать напрямую его или чьей-либо иной жизни.

– Согласен, – радостно отметил хейкирянин.

– Мы тебе рассказали всё, что знали, – произнёс Долгов, обращаясь к клотринианке. – Как сестра, что ты можешь сказать про двоюродного брата? У тебя имеются какие-нибудь предположения о его исчезновении?

– Предположений пока никаких нет, – быстро ответила она. – Я его знала давно, с детства. Он со своим отцом, который приходится мне дядей, часто приезжали к нам. Мой отец – старший брат его отца, погиб за несколько месяцев до моего рождения. Поэтому они наведывались к нам достаточно часто, тем самым, стараясь поддержать мою маму и меня. От тех лет у меня остались только положительные воспоминания о Стогнубе и о его отце. Когда мы выросли, то виделись гораздо реже. После того, как он решил посвятить свою жизнь исследованию аборигенных планет, то его визиты ко мне стали носить единичный характер, а перерывы между ними исчислялись годами. Этому способствовала и моя работа, которая отнимала много сил и времени. И как такового общения в последние несколько лет у нас не было. В крайний раз я его видела около года назад. Он мне рассказал, что занимается исследованием Земли. В подробности не вдавался, да и мне в тот момент они были неинтересны. В общем-то, мне больше сказать о нём нечего.

– За последние несколько лет ты заметила в нём какие-либо изменения? – продолжил уточнять, интересующие его моменты землянин. – В характере, поведении, психике?

– Изменения, конечно, были. Но они произошли в связи с его взрослением, профессиональной деятельностью, сменой интересов, образа жизни. Они не носили какого-либо агрессивного, антиобщественного или криминального характера. И если такие изменения у него имелись, то лично я их не заметила в наши редкие встречи.

– Как ты думаешь, зачем твой брат искал Лантратову Варвару из города Санкт-Петербург? И для чего?

– Не знаю, – уверенно ответила она.

– Здесь, на Хейкире, Стогнуб Заптурий ни с кем отношения не поддерживал, кроме Орзес Тага. На Цефиле у него имеются близкие, знакомые или лица, с которыми он хоть как-то общался?

– На этой планете он проживал последние десять лет, то есть с тех пор, как начал вести свою научно-исследовательскую деятельность. И его нахождение на данной планете было связано исключительно с работой. О связях брата там и круге общения я практически ничего не знаю. Мне известно только, что раньше он поддерживал отношения с другим молодым учёным, коллегой, тоже проживавши на Цефиле. Его зовут Сор Дойрот. Больше мне ничего о других лицах, с которыми общался мой брат, неизвестно.

– У него были какие-нибудь враги, недоброжелатели или лица, с которыми он конфликтовал?

– Я о наличии таких не знаю. Стогнуб был человеком неконфликтным. Он умел чувствовать, когда необходимо дистанцироваться от знакомых, чтобы не доводить ситуацию до открытой ссоры.

– Понятно, – закончив спрашивать, заключил оперативник. – Следует отправиться на Цефил и осмотреть места жительства и работы исследователя. Затем разговаривать с его знакомыми. Побеседовать с этим Сором Дойротом. Может, он что-нибудь интересное расскажет.

– Согласна, – утвердительно сказала клотринианка.

Она и человек дружно посмотрели на хейкирянина, который имел возможность отправить их всех на указанную планету. Тот сидел и внимательно смотрел на свое кольцо, тускло светящееся на его пальце. Наконец, он, почувствовав устремленные на него взгляды, «очнулся».

– Да, я тоже согласен, – озабоченно сказал Орзес Таг и спустя мгновенье добавил. – Извините, мне необходимо срочно выйти. Я сейчас вернусь.

Он стремительно поднялся со своего места и быстро покинул помещение.

Куабрил Заптурий, дождавшись, когда за лысым инопланетянином закрылся проём, спокойно спросила человека:

– Ты тот землянин, про которого месяц назад Орзес Таг рассказал в своем обращении к общественности Хейкира?

– Наверное,– неуверенно ответил оперативник.

– Почему – наверное?

– Потому что я не видел то его обращение и не могу об этом с уверенностью говорить.

– А-а-а. Тогда спрошу по-другому. Ты тот землянин, с которым он несколько месяцев назад познакомился на Земле при исполнении решения Совета Истинных Традиций?

– Да, это точно я. А что?

– Так, ничего, – ответила она, с появившимся интересом взглянув на него. – У него, после того обращения, сложилась очень неоднозначная ситуация здесь, на Хейкире. Впрочем, он даже смог обратить её в свою пользу и выйти из неё с честью.

– Понятно. А…

Артём не успел закончить фразу, так как на ровной поверхности стены вновь образовался проем и хейкирянин вернулся обратно.

– Ещё раз прошу меня извинить, – серьезным тоном произнёс он и, выждав несколько мгновений, осторожно продолжил. – Только что, на Хейкире произошли события, которые не позволяют мне сейчас оправиться на Цефил.

– Эти события относятся к поискам исследователя? – спросил оперативник.

– Нет, никак. Они относятся к моей политической карьере. Я же тебе неоднократно говорил, что у меня сейчас наступил очень важный и ответственный момент, который может стать решающим в моей борьбе за конкретный официальный пост. Я не хочу вдаваться в подробности, лишь отмечу, что в настоящий момент я должен быть на Хейкире.

– Н-да! – разочарованно выдохнул человек.

– Я тут подумал, – вновь заговорил лысый инопланетянин. – Раз уж, волею судьбы, в нашей «команде», которая осуществляет поиск Стогнуба Заптурий, оказалось двое профессионалов, которые специализируются на проведении расследований, то, может, на Цефил вы отправитесь без меня?

После этих слов человек перевёл свой взгляд с Орзес Тага на Куабрил Заптурий. Она тоже вопросительно смотрела на него.

– Поймите, – продолжил хозяин помещения. – Неизвестно сколько времени я буду занят. Откладывать поиски пропавшего исследователя крайне нежелательно. А если вы согласитесь, то вдвоем тихо, не привлекая к себе внимания, всё там сделаете. К тому же, три прибывших туда субъекта, будут бросаться в глаза. А нам этого лучше не делать.

– Ты, наверное, хотел сказать – тебе, – поправил его землянин.

– Хорошо. Для меня это нежелательно, – согласился Озес Таг. – Мне есть чем заняться на Хейкире. И я очень не хочу, чтобы моим конкурентам стало известно о том, что я в этот судьбоносный для меня период «занимаюсь неизвестно чем» на других планетах. Понятно вам?

Артём, расстроенный последними словами, вновь шумно выдохнул и утвердительно кивнул головой.

Куабрил Заптурий слегка усмехнулась и заявила:

– Да. Вы полностью соответствуете тем сведениям, которые мне предоставили в отношении вас. Риск на грани авантюризма! Но если вам необходимо остаться на Хейкире, то я могу всё сделать сама вместе с Артёмом. Если, конечно, он не против.

– Ты не против? – с надеждой в голосе спросил человека хейкирянин.

Оперативник долго и выразительно смотрел на Орзес Тага.

– Нет, не против, – наконец, ответил он.

– Вот и замечательно, – радостно воскликнул лысый инопланетянин. – Тогда в течение нескольких минут всё будет готово для отправки вас на Цефил.

6

– Почему нельзя было точку прохода на Цефил открыть непосредственно возле места, где Стогнуб Заптурий проживает? – спросил Долгов, смотря в боковое окно-иллюминатор транспортной капсулы, на которой он и Куабрил Заптурий добирались до указанного им места.

Было темно, и он, несмотря на все свои усилия, не мог ничего рассмотреть снаружи.

– Потому что это запрещено, – ровным голосом ответила она, – чтобы избежать хаотичных открываний точек прохода, которые могут стать причиной аварий или происшествий. Представь. Ты на каком-то средстве передвижения перемещаешься по поверхности планеты. Неожиданно для тебя, на пути твоего следования вдруг открывается точка прохода. Ты либо врезаешься в выходящих из неё существ, либо въезжаешь внутрь и оказываешься на другой её стороне, где также можешь стать причиной аварии или несчастного случая. Или точка прохода открывается в месте, удобном для индивида, путешествующего таким образом, но находящимся собственности лица, которое может быть против этого. Тем самым нарушаются законные права собственника. Существует целый ряд проблем, из-за наличия которых точки прохода на планетах, населённых клотринианцами, разрешено открывать только в специально предназначенных и подготовленных для этого местах. Из них можно добираться до нужного пункта на внутрипланетном транспорте. Что мы сейчас и делаем. Понятно?

– Да, – произнёс человек, пытаясь хоть что-то рассмотреть в окно-иллюминатор. – Ничего не видно. Здесь сейчас ночь?

– Нет. Но в данный период времени на этой планете в течение большей части суток темно.

– Понятно. Как на Земле в полярную ночь.

Клотринианка молча пожала плечами, показав тем самым, что не понимает, о чём идёт речь.

– Необходимо выяснить некоторые сопутствующие организационные моменты. Мне надо понимать, как нам лучше осуществлять взаимодействие. У тебя имеются какие-либо атрибуты твоих полномочий? – спустя пару секунд спросила она.

– Да, вот, – ответил он, показывая своё служебное удостоверение.

Она внимательно его осмотрела и поднесла к нему свой браслет. Видимо, тот никак не отреагировал.

– Этот кусок прессованной древесины и целлюлозы, – спокойно заметила Куабрил Заптурий, – здесь и на других планетах, признающих власть Межгалактического Союза, никому ни о чём не скажет. Поэтому можешь больше его не показывать.

– Хорошо, – немного обиженно буркнул Артём, – не буду.

– Не расстраивайся, – пытаясь сгладить неприятный для человека факт, миролюбиво произнесла она. – Будь всегда со мною рядом, чтобы ни у кого не возникло к тебе вопросов.

– Хорошо, – вновь буркнул землянин – буду.

– Орзес Таг объяснил тебе, кем являюсь я? – спросила клотринианка.

– В общих чертах, да.

– Отлично. А кем ты являешься на Земле? В профессиональном плане.

– Если коротко, то я занимаюсь предупреждением, выявлением, пресечением и раскрытием преступлений. И поиском лиц, их совершивших.

– Преступление – это какой-то вид нарушения ваших законов? – поинтересовалась она.

– Да. Если конкретно, то уголовного кодекса. Его нарушения являются у нас самыми опасными, жестокими и тяжелыми от наступивших последствий. Соответственно, и наказания за совершение этих преступлений самые жесткие и суровые.

– Понятно. Тогда у нас не должно быть проблем в проведении совместных действий, направленных на поиск моего двоюродного брата.

– Очень на это надеюсь.

– Вот и отлично, – заключила она и, посмотрев на какой-то прибор, находящийся в передней части транспортной капсулы, продолжила. – Прибыли. Выходим.

7

Артём потянулся, расположившись на предмете, одновременно напоминающем своим видом кресло и интегрированный в него небольшой рабочий стол. Он несколько часов изучал содержимое файлов памяти, хранившихся в доме, в котором проживал Стогнуб Заптурий.

Строение, являющееся жилищем пропавшего исследователя, находилось в отдалении от других зданий, и от соседей его отделяло достаточно внушительное, по земным меркам, расстояние. Внутрь дома они проникли без проблем, так как охранная система распознала сестру исчезнувшего клотринианца и мгновенно открыла запорное устройство.

Землянин и клотринианка, после внешнего осмотра внутренних помещений жилья, в результате проведения которого не было получено каких-либо сведений, проливающих свет на его исчезновение, занялись исследованием его записей, хранящихся на различных носителях информации. А их было очень много. Разделив данные носители на две части, Куабрил передала одну из них землянину, показала ему, как работать с необходимым для этого оборудованием, а также как сократить объём подлежащих изучению файлов, используя различные фильтры.

Применяя в их качестве такие слова как «Земля», «Санкт-Петербург», «Семёновск», «убить», «молния» оперативник значительно сократил выборку данных, подлежащих просмотру. Но даже в таком сокращённо-отфильтрованном виде процесс ознакомления с полученными файлами занял достаточно много времени.

Закончив потягиваться, Артём встал с предмета, на котором сидел, и обернулся. Метрах в четырех от него сидела сестра пропавшего исследователя, которая была поглощена процессом изучения второй части «записей» своего двоюродного брата. Мужчина отошёл от неё на несколько метров и встряхнул затёкшие ноги.

– Пришёл Сор Дойрот, – вдруг прозвучал внутри помещения приятный голос. – Впустить его?

– Это система безопасности дома, – тихо пояснила Куабрил, подошедшая к человеку, – оповещает о том, что к нему приблизился указанный ею индивид.

– А как он тут очутился? – негромко спросил землянин.

– Я его вызвала, – ответила она и продолжила громким, четким голосом. – Да. Впусти его внутрь дома.

Через несколько мгновений в помещение вошёл клотринианец. Он был похож на мужчину, примерно, сорока лет от роду. Невысокого роста, среднего телосложения. Артём, в обычных условиях, никогда не отличил бы его от землянина. Только знающий человек мог понять, что прическу вошедшего субъекта делает высокой не густота его волос, а скрытый за ними небольшой гребень.

– Меня зовут Куабрил Заптурий. Я старший фазлорв Центрального Наблюдательного Экспектрианата, – официальным тоном произнесла «напарница» Артёма, – Вы – Сор Дойрот? Отлично, это я вас вызвала.

– Я понял, – произнёс вошедший. – Я видел вас, когда вы несколько лет назад приезжали к Стогнубу Заптурий. Вы ведь его сестра?

– Да, – также официально продолжила она и указала на стоящего рядом с ней человека. – Это – Долгов Артем. Он также участвует в проводимых мною действиях.

– В действиях по поводу чего? – поинтересовался клотринианец.

– Проводимых по факту исчезновения моего брата.

– А он пропал?

– Да, пропал. И у нас имеются к вам несколько вопросов, ответы на которые, возможно, помогут нам в его поисках.

– Да, конечно, спрашивайте. Я расскажу всё, что мне известно.

– Отлично, – сказала клотринианка и, повернув голову в сторону оперативника, продолжила, – ваш опрос проведёт мой коллега – Долгов Артём. Прошу.

Она отошла обратно к тому месту, где сидела ранее, когда ознакамливалась с содержимым записей брата, тихо пояснив землянину:

– Я продолжу изучать файлы, чтобы не терять времени, а ты опроси его.

– Как скажешь, – ответил ей мужчина и, обращаясь к Сору Дойроту, продолжил. – Присаживайтесь.

Дождавшись, когда клотринианец расположился на стуле, капитан официальным тоном произнёс:

– Как давно вы знаете Стогнуба Заптурий? В каких отношениях с ним состоите?

Индивид, к которому были обращены эти вопросы, немного подумал, видимо, что-то вспоминая, и только затем начал отвечать:

– Знаю его давно. Более десяти лет. Я познакомился с ним в одной экспедиции, в которой мы оба принимали участие. Он тогда был начинающим научным сотрудником, да и я был ненамного его старше и опытнее. Сошлись мы с ним на почве общих профессиональных интересов и тем. Впоследствии вместе отправлялись в несколько исследовательских путешествий, в которых изучали интересующие нас обоих вопросы. Последняя моя с ним совместная экспедиция была проведена около четырех лет назад. С тех пор наши профессиональные пути больше не пересекались, и он занимался своими исследованиями в одиночку. В это последнее время я с ним виделся нечасто – два-три раза в год. Поэтому нельзя сказать, что у нас были дружеские отношения. Я бы назвал их приятельскими, с большим влиянием общих профессиональных тем для обсуждения.

– Вы четыре года назад перестали с ним осуществлять совместную профессиональную деятельность. Из-за чего? У вас были разногласия по работе? Или простые бытовые ссоры?

– Не было ни того, ни другого. Он принялся углубленно изучать историю и культуру аборигенных планет, а я – планет, на которых разумное население погибло по тем или иным причинам. То есть у нас образовались различия в объектах исследования. Поэтому и прекратилась наша совместная с ним деятельность.

– Как вы его можете охарактеризовать? В профессиональном плане и в обыденной жизни?

– В своей области он высококвалифицированный и уважаемый за достигнутые им результаты профессионал. В научном сообществе Стогнуб пользовался заслуженным авторитетом, несмотря на свой молодой возраст. Он был очень целеустремлен, настойчив и последователен в достижении поставленных им самим целей. Пожалуй, даже слишком. Именно это стало причиной того, что он начал проводить свои исследования в одиночку. Другим было тяжело работать рядом с ним, с таким уровнем самоотдачи, какой Стогнуб требовал от себя и от других. А каким он был в быту, я не знаю. У него вся жизнь была подчинена работе. Поэтому, как такового и быта у него не было. Вернее, он был сведён к минимальному уровню, так как мой коллега был неприхотлив и непритязателен к обычным удобствам.

– У него имелись враги, недоброжелатели или лица, с которыми он находился в конфликтных отношениях? Может быть, конкуренты или противники его научных работ, последних исследований?

– Я о наличии у него таких не слышал и не знаю. Стогнуб был неконфликтным в общении, можно даже сказать мягким клотринианцем. Поэтому сомневаюсь в возможности нахождения его с кем-либо в неприязненных отношениях. У него имелись различные взгляды по определённым аспектам его научных исследований с некоторыми учеными-историками. Но эти разногласия носили рабочий и неагрессивный характер, не вытекающие во вражду или ненависть.

– А с кем ещё, кроме вас, он поддерживал отношения? В профессиональном плане и бытовом?

– Не знаю. В бытовом, по-моему, ни с кем. Поэтому он один и жил. И семью не заводил. К сожалению, у него на это не было времени. Но сам Стогнуб об этом не переживал. Как-то он сказал, что ещё молод, и успеет найти свою спутницу жизни. А в профессиональном, я ранее отмечал, что он в последние годы работал один.

– Где было расположено место его непосредственной профессиональной деятельности?

– В этом же здании. У него и все оборудование, необходимое для перемещения по планетам находится в лаборатории, примыкающей к этому же дому.

– Это оборудование он сам обслуживал? В одиночку?

– Если мне не изменяет память, да.

– Откуда оно у него? Приобрести такую аппаратуру, насколько мне известно, а также её эксплуатировать, является дорогостоящим удовольствием. У него были соответствующие средства?

– Да были. Я же говорил, что он был известным в своей среде исследователем. Его научные работы и труды были заслуженно оценены. В том числе и материально. Поэтому у него имелись средства для приобретения необходимого ему оборудования.

– Вы знали, что у него вышло из строя устройство, позволяющее путешествовать на дальние расстояния?

– Нет, не знал. Он мне об этом ничего не говорил.

– А о том, что у него не было средств, чтобы починить его, вы знали?

– Нет, не знал.

– Когда вы в последний раз виделись с ним?

– В последний раз я виделся с ним около пяти месяцев назад.

– Он был в тот раз таким же, как и всегда? Вы не заметили в его поведении чего-либо необычного?

– Ничего странного в последней встрече с ним я не заметил. Был как обычно, увлечён своими последними изысканиями.

– Вы знали, где он в тот период время проводил свои исследования?

– Да, знал. На Земле. Тоже аборигенная планета, населенная похожими на нас существами. Это он мне так сказал.

– Подробнее вы можете сказать, о чём вы в ту встречу с ним говорили?

– Могу. В тот день он больше говорил. Вкратце рассказал мне о промежуточных результатах своей работы на Земле. Стогнуб был увлечён поиском чего-то там, для чего ему нужно было встретиться с каким-то клотринианцем, проживающим на планете Флотис.

– Зачем?

– Точно не помню. Кажется, он собирал какие-то сведения о давней экспедиции, которая была организована и проведена нами на Земле около полутора сотен лет назад.

– Зачем ему это было нужно?

– Я не знаю. Но он сказал, что это очень важно для него.

– Он называл какие-нибудь места на Земле, в которых проводил свои исследования.

– Не помню. Он несколько раз повторил название какого-то населённого пункта, расположенного на Земле, который очень интересовал его.

– Вы можете вспомнить название этого населенного пункта?

– Нет. Оно для меня незнакомо, да и звучит непривычно. Поэтому не вспомню.

– Может быть это Москва?

– Нет, не похоже.

– Ленинград?

– Тоже не похоже.

– Санкт-Петербург?

– Да, оно. Точно оно. Так смешно звучит. Вы и произнесли его сейчас так же, как и он тогда.

– Именно из-за него он хотел встретиться с кем-то на этом Флотисе?

– Кажется, да.

– Вы можете постараться и вспомнить, как звали это лицо.

Сор Дойрот некоторое время усердно пытался вспомнить, но по выражению его лица человек понял, что ему это не удалось.

– Нет, не помню, – наконец, произнёс клотринианец с выражением разочарования. – Извините.

– Последний вопрос. Как вы считается, что могло случиться на Земле, вследствие чего Стогнуб Заптурий пропал?

– Не знаю, – ответил бывший коллега пропавшего исследователя. – Чтобы делать какие-либо предположения, у меня слишком мало информации. Вернее, её у меня совсем нет. Поэтому ничего вам сказать об этом не могу.

– Понятно, – заключил Артём, повернулся к Куабрил, которая сидела неподалеку от них, и обратился к ней. – Коллега, есть у вас какие-либо вопросы к Сору Дойроту?

– Нет, – спокойно ответила она.

– Тогда, – оперативник развернулся к клотринианцу, – большое спасибо, что прибыли сюда и ответили на наши вопросы. Не смею вас больше задерживать.

– Не за что, – ответил тот и поднялся со своего места. – Всего доброго.

8

– Я так понял, что ты специально предоставила мне возможность опросить Сора Дойрота, – произнёс Артём, бросив быстрый изучающий взгляд в сторону Куабрил.

– Да, – ответила она, внимательно смотря на человека.

– Ну и как? Ты удовлетворена?

– Чем?

– Уровнем моих профессиональных навыков, которые ты могла оценить в ходе моей беседы с ним. Ты же для этого позволила мне провести его опрос, и так внимательно слушала мои вопросы и его ответы.

– В целом – неплохо, – заключила она, утвердительно кивнув головой.

– Ну и чудненько. Тогда продолжим далее изучать записи твоего брата, – сказал оперативник и вернулся на свое место у соответствующей аппаратуры.

Более часа землянин потратил на завершение просмотра оставшейся части массива данных.

– Кажется, всё, – оторвал он свой взгляд от просмотрового экрана, устало выдохнул и повернул голову в сторону клотринианки.

Её не было на том месте, где она находилась, когда он вновь приступил к изучению материалов пропавшего исследователя.

– Куабрил! – громко позвал мужчина.

– Да, иду, – откуда-то издалека послышался голос напарницы.

Через несколько секунд она вошла в комнату.

– Ты закончил изучать свою часть его записей? – спросила сестра Стогнуба Заптурий.

– Да, – ответил он. – А, ты?

– Тоже.

– Тогда пойдём смотреть его лабораторию с оборудованием.

– Я как раз оттуда и пришла. Поэтому можешь в неё не ходить.

– Почему?

– Потому что там такие гигантские размеры, что в ней запросто можно спрятать эрлопта, и не найти его там, если не знать точно, где он. К тому же, там столько сложного научного оборудования, в котором я не разбираюсь и даже трогать боюсь. Ты понимаешь в нём хоть что-то?

– Нет, конечно.

– Значит, делать там нечего. Но если ты всё-таки хочешь лично в этом убедиться, то можешь пойти и посмотреть. Только очень много времени на это потратишь. А Орзес Таг откроет точку прохода обратно на Хейкир менее чем через час. Значит, ты не успеешь вернуться. Пойдешь в лабораторию?

– Нет. Я тебе доверяю. И если ты говоришь, что там нечего делать, то зачем мне туда идти? Нет смысла работать совместно, если не доверяешь напарнику, – удивленно ответил он ей, после чего спросил. – Ты в его записях нашла что-нибудь интересное?

– Напрямую указывающее на причину его исчезновения – нет. Но после полученной от Сора Дойрота информации, кое-что обнаружила.

– Что?

– Смотри, – произнесла она и прикоснулась к своему браслету на руке.

Из него показался тоненький луч, который быстро трансформировался в голографическое изображение Стогнуба Заптурий.

– Я установил, где Отрей Ворт живет на Флотисе, – начав двигаться, произнесло оно. – Надеюсь, что встретившись с ним, я смогу уговорить его показать мне тот дневник. Из него, возможно, я узнаю полные данные девушки и место, где она жила в Санкт-Петербурге. В случае, если мне повезёт, я смогу получить все необходимые данные, для того чтобы найти там её родственников. Почему-то у меня складывается такое ощущение, что мне это удастся. Не исключено, что я даже смогу узнать, где и кем был изготовлен кулон…

На этом данный короткий видеофайл заканчивался.

– Н-да, – озадаченно заметил землянин, одновременно обращаясь к Куабрил. – Это всё? И что эта запись означает? Ты можешь установить точные данные этого Отрея Ворта на Флотисе? Ты думаешь, что это про него нам рассказал Сор Дойрот?

– Да, – ответила она, – уже установила. В других записях брата я нашла указание на дополнительные данные этого клотринианца. Используя их и свои возможности, я узнала, где он конкретно живет на Флотисе.

– Необходимо с ним поговорить. Спросить о его встрече с твоим братом, и что за дневник он хотел посмотреть. Если эта встреча состоялась. Стогнуб сказал, что из этого дневника может узнать данные «девушки», и что «она» проживала в Санкт-Петербурге. Опять этот город. И опять «она». Когда эта запись была сделана?

– Пять месяцев назад. И там имеются следы того, что брат уничтожил несколько файлов.

– Зачем он это сделал?

– Пока не знаю. Но есть нюанс, он сам их стёр. Я проанализировала данные охранной системы дома и автоматизированной системы управления им, поэтому могу быть уверена в этом. Никто в это помещение и лабораторию не заходил, кроме брата, в течение более восьми месяцев.

– Понятно. Ты можешь узнать, был ли твой брат на Флотисе, после записи этого файла?

– Я уже сделала это, – усмехнувшись, ответила она. – Он посетил эту планету пять месяцев назад и через небольшое время вернулся обратно.

– Да, – утвердительно заметил оперативник, – необходимо всё-таки этого Отрея опросить. Придётся Орзес Тагу на эту планету нас доставить, если он хочет чтобы мы нашли пропавшего исследователя.

– Согласна. Тогда возвращаемся на Хейкир, а с него – на Флотис.

9

Артём сидел в транспортной капсуле и смотрел в боковое окно-иллюминатор. За густыми хлопьями падающего снега он вновь не мог рассмотреть, что находится снаружи.

– Да что же мне так не везёт то, – обиженно отметил оперативник. – На Цефиле была ночь, и ничего не было видно. Здесь, на Флотисе, валит снег и тоже ничего не видно. Вот так побываешь на разных планетах, а вспомнить о них нечего.

– Не расстраивайся, – усмехнувшись, ответила Куабрил, посмотрев на него как на маленького, немного капризного ребенка. – Может, на обратном пути пурга закончится.

– Буду на это надеяться, – с надеждой произнёс землянин. – А ты здесь раньше была?

– Да.

– Такие пурги здесь часто бывают?

– Часто, – односложно ответила она.

Заметив, что в данный момент его напарница не очень склонна к ведению беседы, человек перестал задавать ей вопросы.

Он вспомнил, как Орзес Таг, выслушав их рассказ о проведённых на Цефиле мероприятиях, поморщился, осознав, что его и клотринианку придётся доставлять на Флотис. Так ничего им не сказав, спустя короткий период времени, он отправил их на указанную планету.

– Прибыли. Выходим, – сухо сказала сестра пропавшего исследователя.

Они выбрались из капсулы, которая доставила их в большое, закрытое помещение, и по длинному коридору проследовали по направляющим знакам, загорающимся по мере приближения к ним. Затем они спустились вниз на лифте, выйдя из которого, оказались внутри достаточно большого закрытого пространства, наполненного искусственным светом.

Куабрил остановилась, показав соответствующий жест человеку, чтобы он сделал то же самое.

– Где мы? – спросил Долгов. – И чего ждем?

– Мы ждём хозяев дома семьи Отрея Ворта, – пояснила она. – Они должны выйти и встретить нас. Далее идти нельзя, так как это их собственность.

– Здесь, дома? – недоуменно поинтересовался оперативник. – Я пока вижу здесь только какое-то подземелье.

– Да. Из-за частых пург и метелей дома здесь расположены под поверхностью планеты.

– То есть, живут в норах?

– Если совсем упрощённо, то да. Только эти норы благоустроены и достаточно комфортны.

– Понятно. А как же они …

Долгов не успел закончить свой вопрос, как откуда-то из темноты к ним подошла женщина средних лет.

– Здравствуйте, – официальным тоном произнесла напарница оперативника. – Я – старший фазлорв Центрального Наблюдательного Экспектрианата. Мне необходимо увидеть Отрея Ворта и задать ему несколько вопросов.

– Покажите, пожалуйста, свои атрибуты, подтверждающие ваши полномочия, – серьёзным тоном произнесла подошедшая женщина.

– Да, конечно, – ответила ей Куабрил и нажала что-то на своём браслете.

Из него высветился голографический знак, который вышедшая дама просканировала чем-то похожим на кольцо.

– Спасибо, – поблагодарила она, – Все нормально. Я – Трозия Ворт, жена Отрея.

– Он сам дома?

– Нет.

– Но нам очень нужно с ним переговорить.

– Идёмте в дом, – равнодушно пригласила их к себе Трозия, – я вам там всё объясню.

Пройдя ещё несколько полутемных переходов, землянин с напарницей очутились в теплом, просторном, хорошо освещенном жилом помещении. Оно было обставлено предметами, отдаленно напоминающими земную мебель. И хоть предназначение их большей части человеку было неизвестно, сама комната производила впечатление уютной гостиной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.