Евгений Белов
Проект "Ребенок"

Утро началось как кошмарный сон. Я подскочил в кровати, оглушенный какофонией плача. Это был плач грудных детей, пронзительный, надрывный, вселяющий необъяснимый ужас. 5:30 утра. В мой единственный выходной. Почему именно сегодня? Крики доносились отовсюду. Из окон соседних квартир, из-под дверей, даже, казалось, из щелей между этажами. Наш старый четырехэтажный дом, построенный еще в прошлом веке, был полон трещин и щелей, через которые, видимо, и просачивался этот жуткий хор. С трудом выбравшись из-под одеяла, я поплелся к окну. Двор был пуст. Только детская площадка, и на ней – ряд колясок. Колясок, полных плачущих младенцев.

Стоп. Где родители? Кто посмел оставить их одних? Возмущение смешалось с нарастающей тревогой. Что-то здесь было не так. Слишком не так. Я прислушался. Плач не стихал, а наоборот, становился громче, истеричнее. И вдруг, сквозь этот хор, пробился новый звук. Громкое, утробное рычание, доносящееся откуда-то с верхних этажей. Рычание, от которого по спине пробежал холодок. Сердце бешено заколотилось. Я отдернул занавеску и выглянул на улицу. Ничего. Только коляски, и в них – плачущие дети. Но теперь я заметил еще кое-что. Коляски покачивались. Не от ветра. Они покачивались в каком-то странном, неритмичном танце, словно их толкала невидимая сила.

Рычание повторилось, теперь еще ближе. Оно было настолько мощным, что, казалось, вибрируют стекла в окнах. Я отступил от окна, чувствуя, как по телу разливается ледяной пот. Что происходит? В голове промелькнула мысль о галлюцинациях, о переутомлении. Но плач детей был слишком реальным, слишком оглушительным. И рычание… Оно звучало как что-то первобытное, звериное, что-то, что не должно существовать в современном мире. Я медленно повернулся к двери. Нужно было что-то делать. Нельзя просто стоять и слушать этот кошмар. Но что? Куда идти? Вдруг, плач стих. Наступила зловещая тишина. Только рычание, теперь совсем рядом, за стеной, заставляло кровь стынуть в жилах. Я замер, боясь пошевелиться. Рычание перешло в хриплый шепот, слова которого я не мог разобрать. Но в этом шепоте чувствовалась такая злоба, такая ненависть, что я невольно вздрогнул. И тут, я услышал, как что-то скребется в дверь. Медленно, методично, словно кто-то пытается процарапать себе путь внутрь. Я затаил дыхание, прижавшись спиной к стене. Что бы это ни было, оно приближалось. И я знал, что это утро станет для меня не просто жутким. Оно может стать последним. Скрежет становился все громче, все настойчивее. Я чувствовал, как дрожат мои руки, как пересыхает во рту. В голове билась только одна мысль: "Не открывать! Ни в коем случае не открывать!" Я попытался вспомнить, заперта ли дверь на замок. В панике я не мог вспомнить ничего. Медленно, стараясь не шуметь, я потянулся к выключателю. Щелчок. Тусклый свет лампочки осветил мою маленькую комнату.

Дверь! Я увидел, как под дверью появляется тонкая полоска света. Значит, что-то есть снаружи. Что-то, что может видеть. Скрежет прекратился. Наступила мертвая тишина. Я замер, боясь даже дышать. Вдруг, под дверью что-то проскользнуло. Это была рука? Нет, это была  лапа той самой твари, с длинными, черными ногтями. Она царапала пол, двигаясь в мою сторону. Я отшатнулся, закричав от ужаса. Лапа продолжала двигаться, пока не коснулась моей ноги. Холод, пронзительный, как лед, охватил меня. Я отдернул ногу, отскочив к противоположной стене. Лапа задергалась, словно пытаясь ухватить меня. "Нет! Нет! Нет!" – шептал я, глядя на это кошмарное зрелище.

Вдруг, лапа исчезла. Снова тишина. Но теперь я знал, что это затишье перед бурей. Я огляделся в поисках оружия. Ничего. Только старая лампа, да тяжелая книга на полке. Книга! Я схватил книгу и крепко сжал ее в руках. Это все, что у меня было. Снова скрежет. Теперь уже не под дверью, а прямо на ней. Что-то царапало дерево, пытаясь прорваться внутрь. Я приготовился. Сердце бешено колотилось, готовое вырваться из груди. Дверь начала дрожать. С каждым мгновением все сильнее и сильнее. Я видел, как трескается краска, как вылетают щепки. И вот, дверь не выдержала. С треском она распахнулась, и в комнату ворвался мрак.

В дверном проеме стояла фигура. Высокая, сгорбленная. Ее лица я не мог разглядеть, оно было скрыто в тени. Но я чувствовал, как на меня смотрят. Смотрят глаза, полные ненависти и злобы. Фигура издала утробный рык и шагнула вперед. Я замахнулся книгой и ударил. Со всей силы. Книга попала в цель. Фигура пошатнулась, но не упала. Она издала пронзительный визг, от которого заложило уши. Я ударил снова и снова. Не останавливаясь, пока не почувствовал, что мои руки онемели. Фигура отступила. Она отшатнулась назад, в коридор, и исчезла во тьме. Я стоял, тяжело дыша, с книгой в руках. Дверь была сломана, в комнате царил беспорядок. Но я был жив.

Плач детей стих. Наступила тишина. Но я знал, что это еще не конец. Что-то ужасное произошло в этом доме. И я должен был узнать, что именно. Я вышел в коридор. Темнота сгущалась вокруг меня. Я чувствовал, как на меня смотрят. Впереди меня ждал кошмар. Но я должен.

Я вышел в коридор, держа в руках окровавленную книгу, и огляделся. Мрак, сгущавшийся в подъезде, казалось, сжимал меня в своих объятиях. Сквозь полумрак я различал двери квартир, выстроившиеся в ряд, словно безмолвные свидетели происходящего. Тишина, повисшая в воздухе, была оглушительной, нарушаемой лишь моим учащенным дыханием. Вдруг, из-за одной из дверей донесся тихий стон. Я замер, прислушиваясь. Стон повторился, на этот раз чуть громче, переходя в слабый всхлип. Кто-то был там, за этой дверью, и ему нужна была помощь. Не раздумывая, я направился к двери, стараясь ступать как можно тише. Подойдя к ней, я осторожно приложил ухо к холодному дереву. Сквозь дверь доносились приглушенные звуки, похожие на шепот и всхлипы. Я постучал. Сначала робко, затем настойчивее. "Есть кто-нибудь? Вам нужна помощь?" Ответа не последовало. Я постучал еще раз, уже громче. "Откройте, пожалуйста! Я слышал вас!"

Наконец, за дверью послышался шорох, и щеколда медленно повернулась. Дверь приоткрылась, и в проеме появилась женщина. Она была бледна, как полотно, с заплаканными глазами и трясущимися руками. "Что здесь происходит?" – прошептала она, глядя на меня с испугом. "Я не знаю, – ответил я, – но слышал плач детей и рычание. А потом… это…" Я указал на окровавленную книгу в своих руках. Женщина вздрогнула. "Они… они забрали их…" "Кого забрали?" – спросил я, чувствуя, как по спине пробежал холодок. "Детей… Всех детей… Они пришли за ними…" Она заплакала, закрыв лицо руками. "Кто они?" – настаивал я. Женщина подняла голову, ее глаза были полны ужаса. "Не знаю… Не знаю… Но они… они не люди…" В этот момент из-за ее спины донесся тихий плач. Я заглянул в квартиру. В углу комнаты, в детской кроватке, лежал младенец. Он плакал, но его плач был каким-то странным, неестественным.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.