Татьяна Игнатенко-Владимирова
Романсы и песни

К читателю

«В иронии все должно быть шуткой, и все должно быть всерьез, все простодушно-откровенным и все глубоко-притворным».

(Ф. Шлегель)

Романтическая ирония – это не только прием в искусстве, но и принцип мышления. Она воспринимает жизнь как игру.

Эти мои фотографии сделаны в разные годы, но ирония в глазах не исчезла. Все мое творчество пронизывает романтическая ирония. И если в книге «Толковательница сновидений. "Полночный дождь"» https://www.litres.ru/71905819/, она прослеживается в отдельных главах, то в текстах «Романсов и песен» присутствует повсеместно. Некоторые романсы и песни написаны "в подражание"…, поэтому у них есть эпиграфы. Также в сборнике есть тексты для мужского исполнения, в стиле «рэп», а еще сценарий музыкального клипа по мотивам рассказа И. А. Бунина «Солнечный удар». Ирония и самоирония предполагают эксперимент.

Не стоит искать в моих стихах совпадений с фактами моей биографии. Скорее, в них запечатлены фрагменты моего восприятия действительности в то или иное время. В своей фантазии я «жонглирую» этими фрагментами, соединяя их в итоге в поэтические сюжеты. Надеюсь, что такая моя романтическая «игра» будет интересна читателям.

У каждого романса и песни есть мелодия, которая требует аранжировки и обработки. Пример такой мелодии представлен в тексте книги. Также подготовлены демоверсии романса «Никогда» и песен «Овраг», «Кобылица», «Ненужный ужин», «Гимн российской школы». Песни написаны в разных жанрах. С ними можно ознакомиться на моей странице в VK в разделе «Музыка», а также на других музыкальных сайтах. Я открыта для сотрудничества с певцами и музыкантами и с уважением отнесусь к творческому прочтению моих текстов. Подробнее об этом можно узнать в конце книги в разделе «Об авторе», там же есть адрес моей электронной почты.

Татьяна Игнатенко-Владимирова

Глава первая. Романсы

Эта женщина…

Я увидел Вас в летнем тире,

Где звенит монтекрист [1], как шмель.

В этом мертво кричащем мире

Вы почти недоступная цель.

(А. Вертинский «Оловянное сердце»)

I

Эта женщина, с которой нужно
быть всегда во фраке…
Эта женщина, с которой – нелегко!
Ну, а мне привычней в клетчатой рубахе!
И портвейн привычней, чем «Клико».

II

Вся она – сплошной прием у лорда:
Не сказать, не сесть, не удивить…
…Лишь рояля тихие аккорды,
Да жемчужин тоненькая нить…

III

Шея! Господи! Какая шея!
Линия породы, как упрек!
…Я лежу, расстрелянной мишенью
У ее бескомпромиссных ног!

IIIV

Эта женщина, с которой нужно
быть всегда во фраке…
Фрак мой взят в театре напрокат!

Пронзает нож!

Мне все равно. Вы все убили.

Я не живу. Я не живой…

Какой ценой Вы победили,

Какой неслыханной ценой!

(А. Вертинский "Какой ценой Вы победили")

I

Ты все забыл. Тебя уж нет?
Ты есть, но – сумерки души!
К тебе мой не пробьется свет,
Как не спешить, как не спешить…
 К тебе мой не пробьется свет,
 Как не спешить, как не спешить…

II

Да уж и я – не та свеча,
Что освещает к Богу путь!
Я, в шубе с барского плеча,
Послушно пью забвенья муть.
 Я, в шубе с барского плеча,
 Послушно пью забвенья муть.

III

Всегда одна, порой пьяна,
В глазах бесчувственность. Но всё ж…
Нет-нет, да и пронзает нож!
Воспоминания о нас!
 Скажи, зачем пронзает нож
 Воспоминания о нас!?

Неприкаянный[2]

Сквозь чащу пошлости, дрожа от отвращенья,

Я продираюсь к дальнему лучу.

Я задыхаюсь. Но в изнеможеньи

Я все еще о чем-то бормочу…

(А. Вертинский «Сквозь чащу пошлости»)

I

Неприкаянный я… Неприкаянный…
Дни кружат надо мной птичьей стаею,
Серой стаею, голубиной…
Бесконечной смиряют рутиной.

Не найти тебя… Не обнять!
Все кружит и кружит птичья рать!
 И крошится меж пальцев душа…
И слетаются дни не спеша.

II

Ты ж голубка моя… Цвета белого…
Вся – из снежного дня очумелого…
Несказанного… Недопетого…
Одинокого… Безответного…

Не найти тебя… Не обнять!
 …Все кружит и кружит птичья рать!
И крошится меж пальцев душа…
И слетаются дни не спеша.
Ты ж голубка моя…

В ресторане

И для нас на земле не осталось

Ни Мадонн, ни Прекрасных Дам.

Это только когда-то казалось

Или, может быть, снилось нам.

(А. Вертинский «В этой жизни ничего не водится»)

I

Я помню: «…улица, фонарь, аптека»[3].
Я знаю – истина в вине!
Здесь словно все – в начале века,
И скрипка нежно стонет мне.

Пустует столик у окна.
Уж много выпито до дна.
И мой давно оплачен счет.
Ты не пришла. Двенадцать бьет…

II

«Все будет так. Исхода нет»[4].
Как нет давно Прекрасной дамы.
Что ж жду ее я столько лет
Здесь в ресторанчике упрямо?..

Пустует столик у окна.
Уж много выпито до дна.
И мой давно оплачен счет.
Ты не пришла. Двенадцать бьет…

Никогда…[5]

Отвори потихоньку калитку

И войди в тихий сад, словно тень,

Не забудь потемнее накидку,

Кружева на головку надень.

(романс «Калитка», слова А. Будищева)

I

Долго, долго душа оживала…
Раны ниткой суровой судьба зашивала.
И в ночи, замирая, шептала: «Неужто
Мое сердце, как прежде мне будет послушно?..»
И в ночи, замирая, шептала: «Неужто
Мое сердце, как прежде мне будет послушно?..»

Припев:
Никого никогда не сведу в свои дали!
Никого никогда не пущу в свои выси!
Мне отныне смешно при одной только мысли,
Что была сопричастна твоим я печалям!

II

Только зимние сумерки грустью налиты.
Все тревожат – дурманят предчувствием встречи.
…Никогда я тебе не открою калитку!
Как тогда, в безрассудный декабрьский вечер!
Никогда я тебе не открою калитку!
Как тогда, в безрассудный декабрьский вечер!

 Припев:
Никого никогда не сведу в свои дали!
Никого никогда не пущу в свои выси!
Мне отныне смешно при одной только мысли,
Что была сопричастна твоим я печалям!

Ноты романса «Никогда»

Ветер – распутник

I

Не о ком думать! Некого вспомнить!
Мысли кочуют печально-бездомны…
В стылом саду – облетевшие вишни.
И твой звонок – надоедливо лишний!
Ветер у вишен все ветви колышет.
Ветер вдруг вспомнил, как вишни весной
В белом наряде, торжественно-пышном,
Ветру «люблю» шелестели листвой!

II

Слышу твой голос, когда-то желанный:
«Я не забыл Вас, я помню, мадам!»
Ветер – распутник, пропойца и странник —
Снова гуляет по старым садам.
Ветер у вишен все ветви колышет.
Ветер вдруг вспомнил, как вишни весной
В белом наряде, торжественно-пышном,
Ветру «люблю» шелестели листвой!

За мое самосожженье!

I

За мое самосожженье!
За бенгальский твой огонь!
Выпью залпом три фужера,
И безвольную ладонь
Протяну назло другому!
Он давно, как ты, «горит».
…Над распахнутым альковом
Ночь январская парит…

 «По рукам» промчусь на тройке белой
С жаром плеч и холодом в груди.
Никогда я не была несмелой!
Никогда не плакала: «Приди!!!»

II

Главное – не верить, не надеяться!
И сжигать! Сжигать! Сжигать мосты!
…Как вино красиво льется-пенится,
И в фужере тонешь, тонешь ты…
Визави! К чему все эти сложности!
Тост за безрассудство предложи!
Я сегодня развенчала прошлое!
И не знаю, как мне дальше жить!

 «По рукам» промчусь на тройке белой.
С жаром плеч и холодом в груди.
Ах! Какой же я была несмелой!
Ах! Как горько плакала: «Приди…»

Не я…

I

Твое молчание меня
На тройке вдаль уносит, милый!
Ей правит время. И звенят
Дни-колокольчики уныло…
Ей правит время… И звенят…
Ей правит время… И звенят…
Дни-колокольчики уныло.

II

А я, притихшая, сижу…
Мелькают лица, даты, встречи…
Не я в твои глаза гляжу
И не твои сжимаю плечи…
Не я!!! В твои глаза гляжу!
Не я… в твои глаза гляжу…
И не твои сжимаю плечи!

Не я! Не я…

Оставь!

I

Ах, оставь же меня одну!
Этот праздник сродни балагану…
Я к тебе никогда не приду.
И просить ни о чем не стану!

Ах, как раньше звучал мой смех!
Ах, как раньше хотелось песен!
Я еще весела для всех
…И печальна, когда мы вместе.

II

Очень жаль!.. Но любовь прошла.
Слишком много в ней было боли!
И грустит о тебе душа…
…От тебя ограждаясь невольно.

Ах, как раньше звучал мой смех!
Ах, как раньше хотелось песен!
Я еще весела для всех
…И печальна, когда мы вместе.

Прощай

Все спасительные пророчества

В бубенцовую канули медь…

I

Прощай! Сгущается туман…
И в сумерках размыты краски.
Ты – неприступный вражий стан:
Без слов, без жалости, без ласки.
Улыбка теплая твоя
Как счастья миг! Еще тревожит…
Но сплетни вьются вороньем,
Стирая с сердца день погожий.

II

Еще зову. Еще звоню.
Уже прощаюсь равнодушно…
Тоскую, сумерки гоню
И растворяюсь в них послушно.
Мне так знакома эта муть,
Где лужи в небе. Небо в лужах.
Как страшен сумеречный путь!
Там… никому никто не нужен.
Как страшен сумеречный путь.
Там – никому никто не нужен…

Прощай…

Он говорил мне…

Он говорил мне: «Будь ты моею,

И стану жить я страстью сгорая…»

(романс «Нет, не любил он», слова Е. Дельпрейте, из фильма Я. Протазанова «Бесприданница» 1936)

I

Он говорил мне: «Будь ты моею!
Стану твоим я верным слугою.
Я так давно этой страстью болею…
Ты ведь меня от себя не прогонишь?..»

Припев
Я не гнала, я ушла, не ответив.
…Ждал за углом экипаж серо-пегих[6].
Я позабыла признания эти,
Сердце другому доверив навеки.

II

Он меня вслед называл вероломной…
Он мне пророчил сошествие в бездну!
Я улыбалась бессилию злому,
Тройку бесстрашно гнала в неизвестность…

Припев
Ах, как гнала! Ничего не ответив,
Верила в свой экипаж серо-пегих.
Я позабыла проклятия эти,
Сердце другому доверив навеки.

III

…Годы промчались. Утихли все страсти –
Я так считала, его потревожив,
Я лишь хотела сказать ему: «Здравствуй».
Он меня выгнал! Прости его, Боже…

Припев
Я же простила, уйдя без ответа…
Ждал за углом экипаж серо-пегих.
Я позабыла «свидание» это,
Сердце другому доверив навеки.

Но, хоть соври!

Сейчас я только полупьяный,

Я часто вспоминаю Вас,

И по щеке моей румяной

Слеза катится с пьяных глаз.

(Из песни «Когда я пьян, а пьян всегда я»)

I

Когда я пьян, мир кажется добрее…
А женщины – красивее и тоньше.
И счастья хочется еще острее.
И путь к нему – гораздо проще…

Ну, подойди! Ну, обними!
Ты так близка! И так таинственна…
Таким, как есть, меня прими!
Скажи, что я – единственный!

II

Ты не моя! Но вот – мы вместе!
И с нами – вечер. И с нами – тайна!
И пусть звучит, дурманит песня
Любви несбыточной. Любви случайной…

Ну, поцелуй! Ну, обними!
Ты так близка! И так таинственна…
Таким, как есть, меня прими,
Ну, хоть соври… что я – единственный!

Глава вторая. Песни

Кобылица[7]

I

Как скакала по степи кобылица…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Монтекристо – система мелкокалиберных ружей и пистолетов, а также ружье или пистолет этой системы.

Вернуться

2

Романс присутствует в сценарии музыкального клипа по мотивам рассказа И. Бунина «Солнечный удар», см. далее.

Вернуться

3

Цитаты из стихотворения Блока «Ночь, улица, фонарь, аптека…».

Вернуться

4

Цитаты из стихотворения Блока «Ночь, улица, фонарь, аптека…».

Вернуться

5

Есть демоверсия романса.

Вернуться

6

Красивая серо-пегая (фарфоровая) масть лошади встречается крайне редко.

Вернуться

7

Есть демоверсия и клип песни.

Вернуться