Теория и практика поддержания государственного обвинения в суде

Учебное пособие

Под общей редакцией
доктора юридических наук,
профессора Т. И. Отческой

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 343.163(075.8)

ББК 67.72я73

Т33

Авторы:

Отческая Т. И., доктор юридических наук, профессор, заведующая кафедрой организации судебной и прокурорско-следственной деятельности Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА) – введение, гл. 1, 2, заключение;

Жукова П. Д., кандидат юридических наук, доцент кафедры организации судебной и прокурорско-следственной деятельности Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА) – гл. 3, приложения;

Оркина К. А., кандидат юридических наук, старший преподаватель кафедры организации судебной и прокурорско-следственной деятельности Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА) – гл. 4;

Марьина Е. В., кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры организации судебной и прокурорско-следственной деятельности Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА) – гл. 5.

Рецензенты:

Коршунова О. Н., доктор юридических наук, профессор, заведующая кафедрой прокурорского надзора и участия прокурора в рассмотрении уголовных, гражданских и арбитражных дел Санкт- Петербургского юридического института (филиала) Университета прокуратуры Российской Федерации, заслуженный работник прокуратуры Российской Федерации;

Манова Н. С., доктор юридических наук, профессор, заведующая кафедрой уголовного процесса Саратовской государственной юридической академии.

Учебное пособие содержит необходимые материалы для изучения одноименной дисциплины «Теория и практика поддержания государственного обвинения в суде», преподаваемой на кафедре организации судебной и прокурорско-следственной деятельности Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА) студентам в соответствии с требованиями ФГОС ВО по направлению подготовки 40.04.01 «Юриспруденция» (квалификация (степень) «магистр»), где данная дисциплина предусмотрена учебным планом.

В настоящем учебном пособии проводится комплексный анализ теоретических, правовых, организационных основ поддержания прокурором государственного обвинения в суде в целях обес печения всесторонней подготовки обучающихся к практической деятельности в органах прокуратуры.

Законодательство приведено по состоянию на 15 декабря 2023 г.

Учебное пособие предназначено для обучающихся по направлениям подготовки 40.03.01 «Юриспруденция» (уровень высшего образования «бакалавриат»), 40.04.01 «Юриспруденция» (квалификация (степень) «магистр»), а также по программе аспирантуры по научной специальности 5.1.2. «Публично-правовые (государственно-правовые) науки» и для обучающихся по специальностям, входящим в укрупненную группу специальностей «Юриспруденция»: 40.05.01 «Правовое обеспечение национальной безопасности», 40.05.02 «Правоохранительная деятельность», 40.05.03 «Судебная экспертиза», 40.05.04 «Судебная и прокурорская деятельность», а также для преподавателей юридических вузов и факультетов, практикующих юристов.

УДК 343.163(075.8)

ББК 67.72я73

© Коллектив авторов, 2024

© ООО «Проспект», 2024

ВВЕДЕНИЕ

Ежегодно с участием прокуроров судами рассматривается более 700 000 уголовных дел¹. Без государственного обвинителя не могут быть рассмотрены уголовные дела публичного и частно-публичного обвинения, а также уголовные дела частного обвинения, возбужденные следователем либо дознавателем с согласия прокурора.

Особая значимость деятельности государственного обвинителя в суде послужила одной из причин высокого уровня научного и практического интереса к обозначенной теме.

Исследованием проблем поддержания государственного обвинения в разное время активно занимались многие ученые нашей страны: Л. Е. Ароцкер, В. И. Басков, Н. В. Буланова, З. Ш. Гатауллин, З. З. Зинатуллин, Н. П. Кириллова, Г. Н. Королев, В. Ф. Крюков, В. А. Лазарева, Х. М. Лукожев, Н. Н. Полянский, В. М. Савицкий, М. С. Строгович, А. А. Тушев, Ф. Н. Фаткуллин, А. Г. Халиулин, М. Л. Шифман, Н. А. Якубович и другие.

Увеличивающееся количество обращений о проверке конституционности отдельных положений статьи 246 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации² (далее — УПК РФ), совершенствование уголовно-процессуального законодательства, нашедшее отражение в реформе прокуратуры Российской Федерации 2007 г., реформе уголовного судопроизводства 2010 г., вызывают к жизни необходимость переосмысления научных проблем, связанных с установлением сущности обвинения и уголовного преследования, государственного обвинения, определением правового статуса государственного обвинителя, организацией деятельности по поддержанию государственного обвинения.

Конституционализация уголовного преследования как функции прокуратуры Российской Федерации, осуществленная в 2020 г.³, стала предпосылкой для рассмотрения под новым углом проблем состязательности в уголовном процессе и роли государственного обвинителя в нем.

Исследование статуса государственного обвинителя, его полномочий, пределов, осуществляемой им деятельности, моральных аспектов деятельности по поддержанию государственного обвинения в суде является актуальным для юридической науки и требует детального изучения в рамках настоящего исследования.

Теоретическую основу настоящего учебного пособия составили фундаментальные положения научных трудов в области становления и развития прокуратуры Российской Федерации, уголовно-процессуального права, прокурорского надзора.

Авторы выражают признательность рецензентам:

Коршуновой О. Н. — заведующей кафедрой прокурорского надзора и участия прокурора в рассмотрении уголовных, гражданских и арбитражных дел Санкт-Петербургского юридического института (филиала) Университета прокуратуры Российской Федерации, заслуженному работнику прокуратуры Российской Федерации, почетному работнику прокуратуры Российской Федерации, доктору юридических наук, профессору и Мановой Н. С. — заведующей кафедрой уголовного процесса ФГБОУ ВО «Саратовская государственная юридическая академия», доктору юридических наук, профессору.

С наилучшими пожеланиями к почитателям нашей кафедры, коллегам и друзьям, которые откликаются на наши предложения и активно участвуют в проводимых кафедрой научных мероприятиях.

От имени коллектива авторов —
ответственный редактор, доктор юридических наук,
профессор, почетный работник
судебной системы Российской Федерации
Т. И. Отческая

Глава 1. ПОДДЕРЖАНИЕ ПРОКУРОРОМ ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБВИНЕНИЯ КАК ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ УГОЛОВНОГО ПРЕСЛЕДОВАНИЯ⁴

В соответствии со статьей 3 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» (далее — Закон о прокуратуре РФ) полномочия и функции прокуратуры Российской Федерации, ее организация и порядок деятельности определяются Конституцией РФ, Законом о прокуратуре РФ и другими федеральными законами. Данное положение справедливо и для такого отдельного направления работы прокуратуры Российской Федерации, как уголовное преследование в суде.

Конституция РФ обладает высшей юридической силой и является базовым нормативным правовым актом, где содержатся фундаментальные положения, на основе которых осуществляется правовое регулирование общественных отношений, происходит дальнейшее развитие отраслевых норм.

В пункте «о» статьи 71 Конституции РФ установлено, что прокуратура, а также процессуальное законодательство находятся в ведении Российской Федерации. Это свидетельствует о наличии соответствующей системы правового регулирования, где недопустимо принятие и действие законов субъектов Российской Федерации по названным выше предметам ведения, что обеспечивает единство подходов к функционированию прокуратуры Российской Федерации, к осуществлению прокурорами уголовного судопроизводства на всей территории Российской Федерации.

Статьей 129 Конституции РФ также регулируются фундаментальные вопросы: статус системы органов прокуратуры, ограничения при приеме на государственную службу в органы прокуратуры Российской Федерации, запреты для действующих прокурорских работников, порядок назначения на должность и освобождения от должности Генерального прокурора Российской Федерации, заместителей Генерального прокурора Российской Федерации, прокуроров субъектов Российской Федерации, прокуроров военных и других специализированных прокуратур, приравненных к прокурорам субъектов Российской Федерации, прокуроров городов, районов и приравненных к ним прокуроров, иных прокуроров.

Статья 129 Конституции РФ до внесения в нее изменений Законом Российской Федерации о поправке к Конституции РФ от 14 марта 2020 г. № 1-ФКЗ «О совершенствовании регулирования отдельных вопросов организации и функционирования публичной власти»⁵ не содержала упоминаний о тех функциях, выполнение которых возложено на прокуратуру Российской Федерации.

В настоящее время, по мнению А. Ю. Винокурова, впервые в современной российской истории на конституционном уровне получило закрепление положение о многофункциональном статусе института прокуратуры⁶: законодателем закреплены две основные функции — надзора и уголовного преследования, поэтому особое значение и смысл приобретает вопрос установления конкретного содержания осуществляемого прокуратурой Российской Федерации уголовного преследования, конкретизации полномочий, предоставленного прокурорам в связи с реализацией соответствующей функции.

С учетом подчиненности функции уголовного преследования УПК РФ, особое значение приобретают положения Конституции РФ, составляющие базис действующего УПК РФ.

В частности, исключение возможности возложения на обвиняемого обязанности доказывать свою невиновность, несомненно, влияет на распределение бремени доказывания в уголовном процессе, поскольку государственный обвинитель в настоящее время на основе имеющихся в его распоряжении материалов уголовного дела и с применением собранных на стадии предварительного расследования доказательств должен доказать вину подсудимого таким образом, чтобы у суда не осталось неустранимых сомнений в доказанности обвинения.

В этой связи сторона обвинения и сторона защиты обладают равными процессуальными правами, которые реализуются на основе принципа состязательности сторон (часть 3 статьи 123 Конституции РФ).

Упоминания об осуществлении прокуратурой Российской Федерации уголовного преследования, в том числе в суде, содержатся в Законе о прокуратуре РФ: соответствующие положения закреплены в статьях 1 и 35, где установлено, что, осуществляя уголовное преследование в суде, прокурор выступает в качестве государственного обвинителя и наделен полномочиями, определенными процессуальным законодательством Российской Федерации.

Эта норма является бланкетной и обусловливает необходимость обратиться к УПК РФ как нормативному правовому акту, определяющему порядок уголовного судопроизводства.

УПК РФ содержит ряд как общих, так и специальных норм, в которых закреплен статус государственного обвинителя, в частности, в нем раскрывается определение термина «уголовное преследование». Оно упоминается как функция прокуратуры Российской Федерации в Конституции РФ, Законе о прокуратуре РФ; дается определение термина «государственный обвинитель», раскрываются полномочия государственного обвинителя, порядок его участия в судебном производстве по уголовному делу.

В юридической науке не достигнуто единство подходов в вопросе содержания функции уголовного преследования, реализуемой прокурором, а также составляющих ее элементах.

Поддерживая государственное обвинение, прокурор осуществляет функцию уголовного преследования. При этом действие принципа единства системы органов прокуратуры накладывает определенный отпечаток на деятельность государственного обвинителя в суде.

Позиция стороны обвинения формируется еще на стадии предварительного расследования. В соответствии с действующим законодательством прокуратура Российской Федерации путем осуществления надзора за исполнением законов органами, осуществляющими дознание и предварительное следствие, обеспечивает законность на обозначенном этапе уголовного процесса. В этой связи возникает необходимость установления сущности функции уголовного преследования, осуществляемой прокурорами.

Позиции ученых по данному вопросу были неоднозначными до внесения изменений в УПК РФ в 2007 г.⁷: прослеживались следующие подходы к рассматриваемому вопросу.

Ю. Н. Федоров отстаивал позицию о наличии в структуре уголовного преследования четырех видов деятельности:

1) возбуждение уголовного дела по основаниям и в порядке, установленными уголовно-процессуальным законодательством;

2) осуществление расследования преступлений;

3) решение вопроса о направлении уголовных дел для рассмотрения в суд независимо от того, каким органом осуществлено расследование;

4) поддержание государственного обвинения в суде⁸.

М. С. Шалумов называл трехзвенную структуру уголовного преследования, в которую включал возбуждение и расследование уголовных дел; участие в рассмотрении уголовных дел судами первой инстанции; участие в рассмотрении уголовных дел кассационной и надзорной судебными инстанциями⁹.

А. Г. Халиулин относил к элементам уголовного преследования деятельность по возбуждению уголовного дела в отношении конкретного лица, привлечению лица в качестве обвиняемого, утверждению обвинительного заключения и направлению уголовного дела в суд, поддержанию в суде государственного обвинения¹⁰.

По мнению Р. В. Жубрина, на современном этапе развития уголовного процесса и в рамках действующего УПК РФ «нельзя говорить о руководстве прокурором уголовным преследованием в связи с существенным изменением статуса прокурора в уголовном судопроизводстве, отсутствием у него важнейших для уголовного преследования полномочий по возбуждению уголовного дела, предъявлению обвинения, избранию меры пресечения»¹¹.

Обоснованной по вопросу установления содержания уголовного преследования является и позиция В. А. Лазаревой, которая пришла к выводу о том, что прокурором функция уголовного преследования осуществляется в двух формах: надзор за исполнением законов органами, осуществляющими дознание и предварительное следствие, и поддержание государственного обвинения в суде¹².

Справедливость приведенной точки зрения подтверждается тем, что законодатель в статье 37 УПК РФ не проводит разграничение между полномочиями прокурора в ходе досудебного производства по уголовному делу, ограничиваясь лишь их перечислением с указанием на открытый характер приводимого перечня.

Как считает Р. В. Жубрин, классифицировать полномочия прокурора в рамках досудебного производства по уголовному делу можно по двум критериям: цель реализации полномочий и начало уголовного преследования¹³.

Этот подход позволяет разрешить проблему, но не с точностью, свойственной законодательству¹⁴.

Для поиска ответа на обозначенную проблему следует обратиться к ранее действующему уголовно-процессуальному законодательству.

Сравнивая статью 211 УПК РСФСР 1960 г. и статью 37 УПК РФ, можно увидеть, что именно набор этих полномочий составляет основу части 2 статьи 37 УПК РФ. Это свидетельствует о том, что полномочия, отраженные в части 2 статьи 37 УПК РФ, по своей сути можно считать надзорными. В таком случае полномочия по уголовному преследованию не имеют своего выражения в деятельности прокурора.

Закономерно возникает вопрос: что тогда связывает надзор и поддержание государственного обвинения в суде?

Представляется логичным объяснение перехода надзора в поддержание государственного обвинения с той позиции, что оба вида деятельности являются составными элементами уголовного преследования, осуществляемого прокурором. Одна деятельность перетекает в другую. В своем органическом единстве они образуют уголовное преследование, реализуемое прокурором.

В связи с этим автор считает, что надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия в условиях ныне действующего УПК РФ можно считать составной частью уголовного преследования наравне с поддержанием государственного обвинения в суде.

Для решения изложенной проблемы актуальным является предложение о внесении поправок в часть 1 статьи 37 УПК РФ и часть 2 статьи 1 Закона о прокуратуре РФ, изложив их следующим образом:

— в части 1 статьи 37 УПК РФ целесообразно исключение указания на осуществление надзора за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия;

— в части 2 статьи 1 Закона о прокуратуре РФ требуется замена указания на осуществление уголовного преследования на положение о поддержании государственного обвинения в суде.

Отмечая необходимость нормативного правового регулирования деятельности по поддержанию государственного обвинения, нельзя не обратить внимание на особую роль ведомственных нормативных правовых актов в вопросах регламентации анализируемого вида деятельности¹⁵, которая обусловлена отсутствием системного подхода к правовому регулированию деятельности по поддержанию государственного обвинения.

Процессуальная сторона заключается в осуществлении государственным обвинителем нормативно установленных полномочий для обеспечения вынесения законного, обоснованного и справедливого судебного решения.

По мнению И. Л. Кисленко, криминалистическая сторона, базирующаяся на применении государственным обвинителем тактических приемов, является составной частью криминалистической тактики, что обусловливает необходимость существования в системе последней соответствующего заключительного раздела «Тактика поддержания государственного обвинения в суде»¹⁶.

Существенный вклад в развитие учения о криминалистической тактике поддержания государственного обвинения внесли такие ученые, как Л. Е. Ароцкер, В. И. Басков, В. В. Блажеев, Н. П. Кириллова, С. Л. Кисленко, Р. Д. Рахунов, В. М. Савицкий, В. Г. Ульянова, Н. А. Якубович и другие¹⁷.

Помимо вопросов тактики поддержания государственного обвинения, в научной литературе глубоко проработаны проблемы методики поддержания государственного обвинения¹⁸.

Г. Д. Белова и В. Н. Исаенко обоснованно отмечают, что между двумя видами методик действительно имеется определенное сходство, обусловленное вхождением уголовного преследования в структуру каждой из них. Однако ими же обосновывается необходимость рассматривать обозначенные методики как самостоятельные явления и выделить в рамках криминалистики раздел «Методика поддержания государственного обвинения»¹⁹.

По изложенному выше, автор настоящего исследования разделяет имеющиеся в науке взгляды о том, что нормативные правовые акты, регламентирующие деятельность по поддержанию государственного обвинения, представляют собой систему, где каждый предыдущий элемент обусловливает содержание последующего; включение надзора за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия и поддержания государственного обвинения в структуру уголовного преследования объясняет связь между деятельностью прокурора в досудебном и судебном производстве по уголовному делу; учитывая особый характер осуществляемого прокурором уголовного преследования в суде, автор, несмотря на то что научная доктрина не является официальным источником права, обращает внимание на ее значимость и весомую роль в вопросах осуществления поддержания государственного обвинения в суде.

Глава 2. ДИСКУССИОННЫЕ ВОПРОСЫ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ ПОДДЕРЖАНИЯ ПРОКУРОРОМ ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБВИНЕНИЯ²⁰

Уголовное преследование, осуществляемое прокурором в суде, требует приложения усилий в данном направлении, поскольку указанная деятельность сводится к отстаиванию обвинительного тезиса путем представления доказательств, обладающих признаками относимости, допустимости, достоверности и достаточности в своей совокупности, при рассмотрении уголовного дела по существу с целью вынесения судом обоснованного и законного решения.

Организация уголовного преследования в суде производится на двух уровнях: общем и частном.

Общий (внешний) уровень включает в себя действия, направленные на переход от надзора к уголовному преследованию в суде, на реализацию полномочий по формированию штата государственных обвинителей, их специализации, даче поручений о поддержании государственного обвинения.

Частный (внутренний) уровень обусловлен индивидуальными, личными качествами государственного обвинителя, который в рамках выполнения поручения о поддержании государственного обвинения совершает действия, направленные на реализацию им полномочий в судебном заседании.

В этой связи актуальным является вопрос: в какой момент начинается поддержание государственного обвинения?

Так, по мнению А. А. Тушева, поддержание государственного обвинения не осуществляется на стадии назначения судебного заседания, оно берет свое начало именно с переходом в стадию судебного разбирательства²¹.

Практически аналогичную позицию выдвигает Н. В. Кулик, указывая на то, что в стадии назначения судебного заседания деятельность прокурора сводится к отстаиванию обоснованности и законности выдвинутого против лица обвинения, сформированного на основании собранных в рамках предварительного расследования доказательств, изложенных в обвинительном заключении (акте)²².

Он разделяет точку зрения Г. Н. Королева о том, что в таком случае исключается деятельность прокурора по осуществлению уголовного преследования²³.

По мнению К. И. Амирбекова, поддержание государственного обвинения начинается лишь с рассмотрения уголовного дела по существу, при этом утверждение обвинительного заключения (акта, постановления), направление уголовного дела в суд для рассмотрения по существу, участие в предварительном слушании по уголовному делу, в частности, ученый относит к элементам уголовного преследования, осуществляемого прокурором в судебных стадиях уголовного процесса²⁴.

С. Р. Зеленин, применяя грамматический способ толкования права, также приходит к выводу о том, что в предварительном слушании участвует не государственный обвинитель, а прокурор²⁵.

Иной позиции по данному вопросу придерживается В. Ф. Крюков, которым подчеркивается, что предмет деятельности надзирающего прокурора на стадии получения уголовного дела с обвинительным заключением является многоэлементным. Утверждение обвинительного заключения (акта) является по своей сути возбуждением государственного обвинения, процессуальным решением прокурора о принятии от органов предварительного расследования обвинения и возложении на органы прокуратуры обязанности по проведению государственной обвинительной деятельности.

По мнению В. Ф. Крюкова, говоря о процессуальном статусе прокурора на стадии подготовки к судебному заседанию, в такой ситуации должна идти речь о государственном обвинителе, а не прокуроре, наделенном специальными полномочиями²⁶.

Сходной позиции придерживается Н. Ю. Решетова²⁷.

Проанализировав представленные в научной литературе точки зрения, более обоснованным можно назвать подход, отстаиваемый В. Ф. Крюковым, Н. Ю. Решетовой.

Справедливость данной позиции подтверждается системным толкованием положений УПК РФ, Приказа Генерального прокурора РФ от 30 июня 2021 г. № 376 и Постановления Пленума ВС РФ от 22 декабря 2009 г. № 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству»²⁸, где, в частности, в главах 33 и 34 УПК РФ
не содержится упоминаний о государственном обвинителе.

По мнению П. П. Ищенко, сложившаяся терминологическая неопределенность обусловила неоднозначное понимание роли прокурора как с научной, так и с практической точки зрения²⁹. Справедливым является его утверждение о том, что при отсутствии оснований для проведения предварительного слушания, подготовка к судебному заседанию осуществляется судьей единолично, участие прокурора в таком случае на данном этапе не требуется³⁰.

Несмотря на это, если все же предварительное слушание проводится, то от прокурора требуется приложение усилий, направленных на обоснование наличия всех необходимых условий и отсутствия препятствий для перехода к следующему этапу — судебному разбирательству.

Автор отмечает, что по смыслу части 4 статьи 234 УПК РФ неявка прокурора не является препятствием для проведения предварительного слушания. Это, в свою очередь, вступает в определенное противоречие c ролью прокурора в судебном производстве по уголовному делу. При этом прокурор на обозначенном этапе уголовного процесса наделен полномочиями, часть из которых предоставлена государственному обвинителю, в связи с чем сама деятельность отчасти приобретает характер поддержания государственного обвинения.

Так, участвуя в рассмотрении ходатайства об исключении доказательства, изменяя обвинение или отказываясь от него, прокурор реализует специфические полномочия, направленные на продолжение линии обвинительной деятельности, начатой органами предварительного расследования. Вместе с тем на предварительном слушании не разрешается по существу вопрос о виновности лица.

Закономерно в таком случае следующее утверждение: если на предварительном слушании доказательства не исследуются, а полный или частичный отказ от обвинения возможен только при условии проведения всестороннего исследования доказательств, то реализация указанного полномочия прокурора изначально невозможна на стадии предварительного слушания.

Данная гипотеза опровергается положениями Постановления Пленума ВС РФ от 22 декабря 2009 г. № 28, в соответствии с которыми судья по собственной инициативе или по ходатайству стороны вправе исследовать материалы дела, имеющие отношение к основаниям его прекращения.

Изложенное позволяет сделать вывод о справедливости высказанной позиции относительно выступления прокурора в качестве государственного обвинителя в стадии подготовки уголовного дела к судебному разбирательству и необходимости его участия в предварительном слушании.

Отдельного внимания заслуживает примененная в части 3 статьи 37 УПК РФ терминология: «В ходе судебного производства по уголовному делу прокурор поддерживает государственное обвинение, обеспечивая его законность и обоснованность».

Руководствуясь положениями статьи 5 УПК РФ, указывающими, что под досудебным производством следует понимать уголовное судопроизводство с момента получения сообщения о преступлении до направления прокурором уголовного дела в суд для рассмотрения его по существу, можно сделать вывод о том, что судебное производство по уголовному делу начинается с момента поступления уголовного дела в суд. Исходя из этого, обоснованным представляется позиция о том, что с поступлением уголовного дела в суд прокурор уже наделяется статусом государственного обвинителя и всеми вытекающими из этого полномочиями.

Частично соглашаясь с позицией В. Ф. Крюкова и Н. Ю. Решетовой, более правильным начало поддержания государственного обвинения и наделение прокурора полномочиями государственного обвинителя следует определить еще раньше — в момент дачи поручения о поддержании государственного обвинения, поскольку уголовное преследование, осуществляемое прокурором, является непрерывным по своему характеру³¹.

Давая поручение своему помощнику, прокурор возлагает на него ответственность за участие в судебном производстве по уголовному делу. Несмотря на то что разрешаемые на стадии подготовки и назначения судебного заседания вопросы в большей степени направлены на обеспечение необходимых условий для рассмотрения уголовного дела в последующем, деятельность прокурора на этом этапе вряд ли можно назвать надзорной, так как надзор за деятельностью судов прокурором не осуществляется.

Если предположить, что и поддержание государственного обвинения на данном этапе не происходит, то возникает закономерный вопрос: что собой представляет обозначенная деятельность? В связи с этим предлагается считать начальным моментом поддержания государственного обвинения дачу поручения о его поддержании. В свете обозначенного представляется обоснованным дополнение статьи 222 УПК РФ частью 5, статьи 226 частью 6 и статьи 226.8 частью 6 следующего содержания: «Направляя уголовное дело в суд, прокурор дает в письменной форме поручение о поддержании государственного обвинения, которое приобщается к материалам уголовного дела».

Таким образом, может быть решен вопрос о том, каким статусом наделен прокурор в стадии подготовки и назначения судебного заседания.

Принимая решение о назначении государственного обвинителя, необходимо учитывать ряд факторов. К примеру, равномерность распределения нагрузки.

Как верно замечают О. Н. Коршунова и Н. В. Кулик, несбалансированное распределение кадрового потенциала приводит на практике к снижению качества выполнения должностных обязанностей³². В этой связи в первую очередь происходит распределение служебных обязанностей внутри системы прокуратуры путем издания приказа (распоряжения) о распределении обязанностей. Обозначенный вопрос решается на всех трех уровнях системы органов прокуратуры Российской Федерации: на уровне Генеральной прокуратуры Российской Федерации, прокуратур субъектов Российской Федерации, приравненных к ним военных и других специализированных прокуратур, прокуратур городов и районов, других территориальных, военных и иных специализированных прокуратур.

По мнению К. И. Амирбекова и Ф. М. Кобзарева, осуществляя подготовку приказа (распоряжения) о распределении обязанностей, необходимо учитывать такие факторы, как опыт, квалификацию и компетентность работника; физические и психологические возможности; взаимозаменяемость; трудоемкость работы и иные обстоятельства³³.

Помимо обозначенных факторов необходимо также учитывать разграничение компетенции Генеральной прокуратуры Российской Федерации, прокуратур субъектов Российской Федерации, приравненных к ним военных и других специализированных прокуратур, прокуратур городов и районов, других территориальных, военных и иных специализированных прокуратур³⁴.

Прокурорами специализированных прокуратур обеспечивается участие в рассмотрении судами уголовных дел, обвинительные заключения (акты, постановления) по которым утверждены специализированными прокурорами или их заместителями³⁵.

Далее происходит разграничение по территориальному признаку, который зависит от ведомственных нормативных правовых актов Генерального прокурора Российской Федерации и установленных в действующем УПК РФ правил территориальной подследственности.

За каждой прокуратурой закреплена определенная территория, на которой осуществляется ее деятельность. По общему правилу, когда совершено деяние, содержащее признаки преступления, его предварительное расследование производится по месту совершения обозначенного деяния. Если место начала и окончания преступления не совпадают, то преступление расследуется по месту окончания преступления. Соответственно, прокуратура, на поднадзорной территории которой совершено или окончено преступление, осуществляет надзор за деятельностью органов предварительного расследования, действующих на обозначенной территории, а также обеспечивает поддержание государственного обвинения по утвержденным обвинительным заключениям (актам, постановлениям).

Следует также обратить внимание на одну важную особенность, влияющую на распределение обязанностей по поддержанию государственного обвинения. По общему правилу, у мировых судей и в районных судах обозначенная деятельность осуществляется прокурором районного звена, его заместителями, старшими помощниками и помощниками. На уровне субъектов Российской Федерации реализацией полномочий на указанном направлении занимаются уголовно-судебные отделы или уголовно-судебные управления, которые действуют под руководством одного из заместителей прокурора соответствующего звена.

На уровне Генеральной прокуратуры Российской Федерации вопросами осуществления уголовного преследования в суде занимается Управление государственных обвинителей, входящее в Главное уголовно-судебное управление.

При этом, если подлежащее рассмотрению уголовное дело является резонансным и возбуждено по факту совершения преступлений коррупционной направленности, при таких обстоятельствах поддержание государственного обвинения обеспечивают работники отделов (старшие помощники, помощники прокуроров) по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции³⁶.

К иным факторам, требующим учета при даче поручения о поддержании государственного обвинения, следует отнести квалификацию и опыт работы, объем и сложность уголовных дел. Поручение молодым специалистам многоэпизодных, резонансных уголовных дел может негативно отразиться на качестве поддержания государственного обвинения. В первую очередь им необходимо наработать опыт и улучшить навыки на менее сложных делах.

Иногда по сложным, многотомным делам наиболее рациональной стратегией было бы создание группы государственных обвинителей с одновременным определением ее руководителя. По справедливому указанию З. Ш. Гатауллина, обозначенный вопрос не урегулирован законодательно³⁷.

Приказ Генерального прокурора РФ от 30 июня 2021 г. № 376 и УПК РФ лишь содержат упоминание о возможности поддержания государственного обвинения несколькими прокурорами.

С другой стороны, отсутствие жестких критериев для решения вопроса о поручении поддержания государственного обвинения группе государственных обвинителей позволяет подбирать более рациональный, эффективный подход в каждом конкретном случае.

Рассмотренные аспекты организации деятельности по поддержанию государственного обвинения, как было указано ранее, можно отнести к внешнему уровню.

При этом каждый государственный обвинитель также занимается организацией своей собственной работы по тем уголовным делам, которые были ему поручены. Одним из основных инструментов организации деятельности в таком случае является план.

Как указывает Н. П. Кириллова, государственным обвинителем может быть подготовлено несколько планов³⁸. Конкретизация плана может выразиться в дополнительной проработке вопросов участия на каждое судебное заседание. Существуют и иные виды планов, которые могут быть полезны государственным обвинителям.

Важно отметить, что любые планы излагаются в письменной форме и приобщаются к надзорному производству.

Таким образом, исследование организационной составляющей поддержания государственного обвинения позволяет прийти к следующим выводам:

1) организация работы государственных обвинителей осуществляется на двух уровнях: внешнем и внутреннем; если первый уровень полностью опирается на действующие нормативные правовые акты, то второй отличается индивидуальным, творческим подходом с возможностью опоры на передовые достижения криминалистического учения;

2) эффективная координация кадров в лице государственных обвинителей влияет на качество осуществления деятельности по поддержанию государственного обвинения;

3) необходимо внесение изменений в уголовно-процессуальное законодательство с целью отражения начального момента деятельности по поддержанию государственного обвинения, что позволит разрешить вопрос о статусе прокурора после направления уголовного дела в суд, но до начала рассмотрения его по существу; в связи с этим находим обоснованным дополнение статьи 222 УПК РФ частью 5, статьи 226 частью 6 и статьи 226.8 частью 6 следующего содержания: «Направляя уголовное дело в суд, прокурор дает в письменной форме поручение о поддержании государственного обвинения, которое приобщается к материалам уголовного дела».

Глава 3. ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ПОДГОТОВКИ ПРОКУРОРА К УЧАСТИЮ В СУДЕБНОМ ЗАСЕДАНИИ. УЧАСТИЕ ПРОКУРОРА В ПРЕДВАРИТЕЛЬНОМ СЛУШАНИИ³⁹

Для создания условий успешного проведения судебного следствия необходимо совершить ряд процессуальных действий всеми участниками уголовного процесса. Общий порядок для того, чтобы выполнять подготовку непосредственно к заседанию в суде, устанавливается главой 33 УПК РФ, тогда как в главе 34 УПК РФ регламентируется порядок по выполнению предварительного слушания.

Требуется указать, что законодатель при рассмотрении деятельности прокурора во время подготовки дела непосредственно к судебному заседанию применяет термины «прокурор», «сторона обвинения».

Н. В. Буланова указывает, что прокурор не поддерживает сформированное государственное обвинение. На данном этапе стоят несколько иные задачи: убедиться самому и убедить суд (при необходимости) в соблюдении закона в процессе возбуждения дела по уголовному законодательству, расследования преступления, уточнении, корректировки обвинения, которое было предъявлено на этапе предварительного расследования⁴⁰.

В УПК РФ содержатся вопросы, необходимые установлению судом по уголовному делу, которое поступило в суд (статья 228). В то же время и у прокурора складывается обоснованное мнение по идентичным вопросам.

По мнению Г. Н. Королева, прокурор осуществляет функцию по уголовному преследованию при предварительном слушании в случае появления спора касательно недопустимости доказательств, заявлению ходатайств на применение мер по процессуальному принуждению, которые ограничивают имеющиеся у подсудимого конституционные права⁴¹.

Подготовка прокурора к участию в судебном заседании занимает крайне важное место в его деятельности, ведь ее качественная составляющая влияет на эффективное поддержание государственного обвинения и своевременное реагирование на различные ситуации, происходящие в дальнейшем в ходе судебного заседания. При некачественной подготовке стороны обвинения участие государственного обвинителя в дальнейшем становится формальностью.

Для наличия реальной возможности подготовки к судебному заседанию пункт 1.4 Приказа Генпрокурора РФ от 30 июня 2021 г. № 376 «Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства»⁴² (далее — Приказ № 376) предусмотрел предварительное назначение государственных обвинителей для беспристрастной оценки доказательств, формирования тактики действий. Помимо этого, положение пункта 3 Приказа № 376 обязывает государственного обвинителя предварительно готовиться к судебному заседанию и вдобавок к положениям УПК РФ напоминает о праве ходатайствовать непосредственно перед судом о предоставлении времени для обоснования, подготовки позиции прокурора, уделять необходимое внимание подготовке к принятию участия в предварительном слушании.

Таким образом, прокурор, в обязанности которого входит поддержание государственного обвинения по соответствующему уголовному делу, в обязательном порядке должен тщательно готовиться к судебному разбирательству.

В научной литературе высказываются позиции о том, что поддержание государственного обвинения является значимым направлением деятельности органов прокуратуры⁴³.

Нельзя не согласиться с мнением Е. О. Моисеенко о том, что подготовительный процесс к судебному заседанию государственный обвинитель начинает с момента получения поручения о поддержании обвинения⁴⁴.

Отметим, что прокурор имеет право на делегирование полномочий по поддержанию государственного обвинения непосредственно работнику прокуратуры, которой он руководит. Указанное возможно для улучшения качества обеспечения имеющегося публичного интереса, защиты законных интересов, прав лиц, участвующих в уголовном процессе.

Решение по поручению поддержания обвинения подлежит письменному оформлению, т. е. постановлением, если имеется согласие от начальника органа дознания или же руководителя соответствующего следственного органа выполнить указанное поручение.

Суть фундаментальной задачи государственного обвинителя — тщательное, всестороннее изучение, анализ материалов дела до судебного следствия для оказания суду помощи в вынесении справедливого, обоснованного, законного приговора.

Выполнение данной задачи положительно влияет на оценку, взвешивание доказательственного значения, процессуальной состоятельности в качестве любого доказательства, их совокупности, что соответствует критерию достаточности для того, чтобы поддержать обвинение, сформировать твердое личное убеждение в обоснованности позиции непосредственно у обвинения.

Вопросы, касающиеся формирования позиции государственного обвинителя в части наказания, отражены в пункте 3.3 Приказа № 376. Ему следует учитывать законные требования относительно справедливости, соразмерности наказания, учитывая степень, характер опасности совершенного преступления для общества, отягчающие и смягчающие вину обстоятельства, личность виновного.

В обязанности государственного обвинителя входит письменное предоставление суду предложенных формулировок решений по вопросам из части 1 статьи 229 УПК РФ.

При наличии значительного расхождения в позициях государственного обвинителя и обвинительного заключения требуется уведомление об этом прокурора, от которого поступило поручение оказывать поддержку государственного обвинения (п. 3.4 Приказа № 376).

Видится значимым п. 1.12 Приказа Генпрокурора РФ от 27 ноября 2007 г. № 189 «Об организации прокурорского надзора за соблюдением конституционных прав граждан в уголовном судопроизводстве»⁴⁵ (далее — Приказ № 189) о порядке действий, осуществляемых прокурором в процессе нарушения принципа недопустимости давления, оказываемого на государственных обвинителей, а также принуждения их непосредственно к отстаиванию выводов, сделанных органами предварительного следствия, что не подтверждено доказательствами, которые исследовались во время судебного разбирательства. Хотя следует отметить, что аналогичная норма и так гарантирована УПК РФ и содержит ответственность за попытки давления в соответствии с положениями УК РФ. Государственный обвинитель имеет право на отказ от обвинения при всестороннем исследовании доказательств, мотивировав свое решение. Приказ № 376 имеет два пункта, которые определяют порядок отказа от обвинения государственного обвинителя.

В указанном выше пункте также содержится требование по обращению особого внимания к полноте, качеству апелляционных, надзорных, кассационных представлений, соответствующих положениям закона, обладая критериями конкретности, ясности, мотивированности. Указанные представления должны основываться на материалах дела. Пропуск срока обжалования считается дисциплинарным проступком.

Кроме того, если присутствуют обстоятельства, свидетельствующие о нарушении применения норм уголовного (в том числе процессуального) законодательства, повлекших значительные вредные последствия, то государственный обвинитель должен обжаловать подобные судебные решения.

В юридической науке в настоящее время уделяется большое внимание проблематике применения криминалистических разработок в тактике, методике при поддержании государственного обвинения. Под методикой поддержания государственного обвинения понимается совокупность применяемых на практике и научно обоснованных рекомендаций по осуществлению прокурором действий по подготовке к участию в рассмотрении судом первой инстанции уголовного дела, продолжение ее выполнения на иных этапах данной стадии уголовного судебного производства.

Требуется установить состав информационной основы методики, т. е. то, что применяется государственным обвинителем в процессе подготовки к участию в заседании в судебной инстанции.

Стоит отметить, что положения статьи 73, части 1 статьи 252 УПК РФ обладают нормативным характером, определяя по уголовному делу предмет доказывания, пределы исследования судом его обстоятельств. Собранные на этапе предварительного следствия доказательства подтверждают необходимость установления обстоятельств совершения преступления. Они используются государственным обвинителем для подтверждения обвинений по конкретному уголовному делу.

По мнению В. Н. Исаенко, во время поддержания, подготовки государственного обвинения после получения прокурорским работником иной информации, он выполняет ее изучение и анализ, если она имеет значение в выполнении им функций государственного обвинителя⁴⁶.

Представляется целесообразным рекомендовать прокурорам на рассматриваемом нами этапе изучать методическую, специальную литературу, уголовное дело, обращаться к УК РФ, УПК РФ, учитывать постановления, вынесенные высшими судами, судебную практику по определенной категории дел.

Некоторые авторы указывают на необходимость изучения прокурором специальных нормативов, руководства, технической документации, регламента по реализации отдельно взятых видов работ, чье нарушение обвиняемыми повлекло совершение уголовно наказуемого деяния⁴⁷.

Автор считает необходимым поддержать обоснованный подход, предложенный О. Я. Баевым, согласно которому в обязанность стороны обвинения должен входить не только анализ материалов уголовного дела, доследственной проверки, иные к ним приложения, в т. ч. стенограммы, расшифровки, протоколы осмотров видео-, аудиозаписей, которые были получены при осуществлении оперативно-разыскных мероприятий или являющихся приложениями к протоколу следственного действия⁴⁸.

Особо ценные сведения возможно получить в результате допроса государственным обвинителем потерпевших и свидетелей в ходе судебного следствия, ведь именно на данной стадии можно получить ту или иную информацию, ранее неизвестную и не зафиксированную в протоколах допроса данных лиц. Подобная практика хорошо зарекомендовала себя и поэтому применяется как прокурорами, так и стороной защиты. Использование этой возможности обеими сторонами демонстрирует реализацию одного из ключевых уголовно-процессуальных принципов — состязательности.

Требуется взаимодействие прокурора и экспертов по предоставлению последними необходимых дополнительных пояснений, разъяснений по заключениям в уголовном деле с органами, на которые возложены функции реализации оперативно-разыскной деятельности, осуществляющими сопровождение для получения данных для использования, чтобы сформировать тактику участия в судебном заседании.

Автор считает необходимым отметить, что уголовное судопроизводство идет рука об руку с криминалистикой, поэтому большинство тактико-криминалистических рекомендаций, приспособленных к процессуальным условиям судебного следствия, активно применяются государственными обвинителями.

Дефиниция «криминалистическая характеристика преступления» включает в себя совокупность данных о преступлении, которое расследуется, ставших известными из процессуальных либо непроцессуальных источников и являющихся ориентиром в его расследовании. Безусловно, криминалистическая характеристика по содержанию шире, чем предмет доказывания по уголовному делу, при этом судебное следствие ограничено пределами предмета доказывания по уголовному делу.

На основании статьи 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится в отношении обвиняемого и ограничено предъявленным ему обвинением. Законом запрещается в поддержку собственной позиции использование стороной обвинения сведений, не относящихся к доказательствам. Однако за стороной обвинения сохраняется право заявлений ходатайства о приобщении доказательств, которые при положительном