Екатерина Аверина, Анна Бигси
Ты обещал жениться, опер!

Пролог

Шаман

Под ладонями нежная кожа и изгибы красивого тела. Ноздри щекочет аромат полевых цветов, а член сжимает узкая, влажная плоть. Зеленые глаза смотрят на меня в упор. Губы Занозы приоткрыты. Она томно облизывает их, двигаясь на мне и царапая острым ноготком по груди. А ее потяжелевшие полушария с темными сосками покачиваются в такт нашему шикарному сексу.

Младшая сестренка лучшего друга, практически брата. Запретная, далекая, несносная. Восемнадцать ей. Что я делаю?

Жадно трахаю! Макс точно меня грохнет.

Плевать. Я же пьяный и все это сон, поэтому можно. И по жопе дать, наконец, этой Занозе!

Смачно припечатываю ладонью к ее ягодице. Машка сладенько стонет, у меня колом стоит прямо внутри нее. С шипением переворачиваю нас и оказываюсь сверху. Тону в ее глазах, впиваюсь в губы.

О-о-о, щет, как это охрененно, ощущать ее тесноту и жар!

Мы целуемся, несемся куда-то к звездам. Уже почти дотягиваемся до них…

Глаза открываются сами, обламывая мне чертов оргазм. Комната плывет и кружится. Солнце палит в окно, во рту сушняк, в трусах болезненно пульсирует.

Вот это нихрена себе самогон у тетки! Как подросток, чуть в трусы не кончил.

Штормить меня немного перестает. Возвращается нормальное зрение, и я трезвею буквально на раз-два-три.

– Машка, какого… лешего?! – ошалело смотрю на вполне реальную голую сестру лучшего друга.

Заноза садится на кровати. Красивая, писец! Волосы растрепанные, щеки розовые. С голой груди сползает простыня. Я зажмуриваюсь.

Нет. Нет же, я не мог этого сделать!

– Данияр, ты чего? – зовет по имени. Так редко я его слышу. Давно и напрочь Шаман, еще с интерната. – Тебе не понравилось? – взмахивает пушистыми ресницами.

– Что не понравилось, Машк? – Я еще реально никогда так быстро не трезвел.

– Наш первый раз, – выдыхает она, кокетливо поправляя волосы.

Я, как дебил, опускаю взгляд на свой пах. Член все еще стоит, но я как минимум в трусах. Не сходится.

Голову сейчас разорвет от похмельной боли. Сдавливаю виски пальцами и со стоном смотрю на эту зеленоглазую ходячую катастрофу. Она подтягивает простыню к себе и взглядом указывает мне на постельное белье с разводами крови.

– Да ну нафиг! – все еще не верю.

По телу гуляет неудовлетворенность, хоть в душ иди и опускай стояк вручную даже в таком состоянии. Но отрицать все увиденное тоже не получается. Оно же есть.

Есть!

Кровь на простынях, голая, растрепанная Машка, сжимающая бедра. Даже привычные чертики в ее глазах вполне реальные, вечно замышляющие какой-нибудь апокалипсис.

Провожу ладонями по лицу. Заноза подается вперед и мягко прижимается губами к моей щеке.

– Дан, а ты теперь женишься, на мне как обещал? – шепчет она мне прямо в ухо.

Глава 1. Мария

Примеряю новое платье. Кручусь перед зеркалом и рассматриваю себя со всех сторон. Старший брат, Макс, пригласил на помолвку в небольшое кафе. Людей будет немного, только самые близкие с его службы и их вторые половинки. Мне кажется, для небольшого сабантуя в кругу друзей самое то.

– А ты что скажешь? – обращаюсь к Бусе. Тот радостно виляет хвостом и звонко лает.

Рыжего длинношерстного тойчика брат подарил мне на совершеннолетие. Откупился, чтобы я, наконец, съехала от него обратно к родителям. И теперь мы с ушастиком практически неразлучны.

– И правильно, – смеюсь я и чешу ему между ушей-лопухов. – Значит, оставляем.

Мечтательно улыбаюсь и берусь за косметичку. Благодаря Максу сегодня выдается замечательный шанс произвести впечатление на мужчину, который мне очень нравится. Надеюсь, он обратит на меня внимание.

– Мария, иди сюда! – зовет отец.

Вздрагиваю от неожиданности и делаю кривую стрелку.

– Черт, ну кто под руку-то орет? – бурчу себе под нос.

Да еще так не вовремя, но отказаться не могу. Будет вопить как потерпевший.

– Иду, – отзываюсь я и быстро стираю неудавшийся мейк с одного глаза.

Сложно быть дочерью генерала Трофимова, но и полезно одновременно. Боевая закалка с детства, а еще отработана куча полезных скилов. Имитация бурной деятельности – мой любимый.

Буся снова тявкает и прыгает вокруг меня, прося взять его на ручки.

Прости, дружок, не сейчас.

– Жди здесь, – строго говорю ему и иду к двери.

Моего малыша никто в доме не жалует. Для матери он вечно мешается под ногами, а отец вообще за собаку не считает. Но нам с Бусиком все равно. Нам и вдвоем отлично.

Вхожу на кухню, отец сидит за столом и смотрит на меня исподлобья.

– Куда это ты так вырядилась?

– У Макса с Ивой сегодня помолвка, – неопределенно пожимаю плечами. – Меня пригласили.

Единственную из нашей семьи. Макс – незаконнорожденный сын моего отца и не вхож в наш дом.

– Решился все-таки, – хмыкает генерал и потирает подбородок пальцами.

Уж не знаю, что между ними случилось, но они почти не общаются. Меня в эти подробности никто не посвящает.

– Ну да… чего тянуть-то?

Отец недовольно морщится, но больше не комментирует тему Макса. После того как я недавно ушла из дома и несколько недель жила у старшего брата, отец стал более сдержан и гибок. Но не во всех вопросах.

– Ты документы в вуз подала?

Ой, ну пипец. Я только сдала все экзамены и отгуляла выпускной. Можно хоть немного перевести дух?

– Еще нет, не успела… – осторожно вру, думая, как съехать с темы без потерь.

– Маша, юрфак МГУ. Там тебя ждут и помогут с поступлением, – продолжает давить отец, и мне бы промолчать и свалить по тихой, но нет, бесоебинка, всегда живущая во мне, рвется наружу в самый неподходящий момент.

– Я не хочу на юрфак! – топаю ногой и стискиваю кулаки.

– А чего ты хочешь? – вкрадчиво спрашивает генерал и опасно прищуривается. – Перед людьми кривляться и жопой крутить? Не будет этого!

– Папа! – задыхаюсь возмущением.

– Все, я сказал, – звучно припечатывает ладонь к столу.

– Я тоже сказала, – не сдаюсь. – Не пойду на юрфак и ментом, как вы с Максом, тоже быть не хочу! – подаюсь вперед и упираю ладони в стол. – Я другая, понимаешь? Дру-га-я!

– Хватит! – рычит он зло. – Вот получишь диплом, а потом можешь быть кем хочешь.

– Но это несправедливо!

– Зато выгодно.

Бесит! Психую и ухожу к себе в комнату.

– Маша, вернись, я не договорил, – летит мне в спину.

– А я уже дослушала!

Натягиваю джинсовку и балетки. Забираю Бусю и выхожу из квартиры, громко хлопнув дверью.

До назначенного времени еще долго, поэтому решаю прогуляться. Обида на отца растет и крепнет в душе. Почему он не хочет меня услышать? Почему обращается, как с бесправной рабыней? Бесит!

Иду сразу в кафе. Бусик торопливо семенит рядом, не забывая поднимать ногу на каждый куст. Ловлю на себе косые взгляды прохожих и хмурюсь. Что за фигня? Осторожно осматриваю себя, все в порядке. Юбка на месте, длина не критичная. Волосы тоже вроде не растрепались. В чем дело?

Раздраженно запахиваю куртку и ускоряю шаг. Около кафе осматриваюсь, выискивая брата, но тщетно, он еще не приехал, а коллег его я не знаю. Только одного…

– Машка? – Мужской голос раздается за спиной, запуская цепь мурашек по позвоночнику.

Это он. Шаман. Его ни с кем не перепутать. Сердце взволнованно дергается в груди, делает кульбит к горлу и истерично колотится.

Ты еще в обморок грохнись, дурочка. Он обязательно оценит.

Беру себя в руки и оборачиваюсь.

– Надо же, узнал, – растягиваю губы в улыбке, а внутри все дрожит от волнения.

Вот он, передо мной. Мужчина, который мне снится ночами. Тот, кто так неосторожно обещал жениться, когда я подрасту…

– Тебя сложно не узнать. – Глаз не видно за темными стеклами очков и непонятно, серьезно он говорит или шутит. – Красотка.

– Правда? – Мое глупое сердце колотится быстрее и захлебывается надеждой.

– Конечно. – Шаман широко улыбается, обнажая белоснежные зубы. – Когда я врал-то?

Залипаю на его улыбке. И ямочках на щеках. Как дурочка пялюсь и не могу отвести взгляд. Такой он классный…

– Ай, млять! – звучно ругается Шаман и трясет ногой, к которой прицепился мой пес мертвой хваткой. – Это что еще за недоразумение?

– Бу-ся, – заикаясь, выдавливаю из себя и вспыхиваю от смущения.

Глава 2. Шаман

Буся?

Пару раз моргнув, смотрю на отцепившуюся от моей штанины… э-э-э… Собаку?

Только братские отношения с Максом и некоторая ответственность за его младшую сестренку не дают мне сейчас смачно выматериться, взять это рыжее ушасто-лохматое нечто за шкирку и отнести подальше от кафе.

– Извини, – пищит Машка, подбирая Бусю с земли и с любовью поглаживая его между странных ушей.

Поняв, что это кобель, во мне просыпаются сочувствие к парню за такое имя. Надеюсь, в собачьем мире ему за это не достанется. А вот смешная и трогательная девочка вызывает у меня очередную улыбку. Один глаз ярко накрашен, а второй совсем без косметики. Не могу определить, как мне нравится больше. Такая разная и по-своему прекрасная.

Она щурится на солнце, сморщив нос. По порозовевшим щекам рассыпаны веселые веснушки. Хорошенькая, зараза! В сочетании с характером лютая гремучая смесь получается. Не повезет же какому-нибудь пареньку, который поведется на этот ангельский вид.

«Или повезет», – ехидно поправляет мое внутреннее «я».

«Или так, – соглашаюсь с ним и неслышно вздыхаю. – Но не мне».

Где вообще справедливость? Только удалось избавиться от навязчивого образа в мыслях, как этот самый «образ» свалился будто снег на голову. Запрещенка, мать ее!

– Иди в зал, Маш. Жарко здесь.

Или это только мне жарко стоять рядом с ней?

Прижав к себе рыжее недоразумение, она кивает и торопливо уходит в кафе, а я смотрю ей вслед, на мгновенье залипнув на густых вьющихся волосах, темным водопадом лежащих на спине. Выдаю себе мысленную оплеуху. Взрослый я уже для таких девочек, да и Макс по старой дружбе с особым пристрастием оторвет мне причиндалы. И будет прав. Я бы тоже оторвал за такое посягательство. Но до чего ж хороша!

А вот и они.

Из подъехавшего такси выходит красивая пара – Макс и Ива. Приветствуем друг друга и вместе входим в прохладное помещение заведения. Наше оперативное подразделение в сборе. Свои. Вторая семья или даже первая с учетом того, сколько времени мы проводим вместе и в каких передрягах бываем.

Веду бровью, увидев знакомую джинсовку, висящую на спинке стула, стоящего рядом с моим. Не такая вроде у нас была рассадка. Внутри что-то дергается от волнения, а пульс предательски учащается. Хрень какая-то. Слишком загоняюсь. Хочется Маше быть ближе к Иве, а не к брату, пусть так и будет. Они вроде подружки, а мне не жалко.

Сажусь к ребятам. Искренне поздравляю Макса и Иванну с помолвкой.

– Тебя-то мы когда женим? – провокационно ухмыляется друг детства.

– Ага, вот и невеста уже есть, – поддерживает его Ива, кивая на Машу, пробирающуюся на свое место рядом со мной.

Теперь уже совсем без макияжа. Милая. И веснушки эти… Опять залипаю на них как придурок.

Ходячая катастрофа взмахивает рукой, сносит бокал с вискарем, и тот летит прямиком на меня. Вскакиваю, но уже слишком поздно.

– Машка, твою налево, – стряхиваю капли с белоснежных брюк.

Желтоватое мокрое пятно позорно расползается в районе ширинки и по бедру. Мужики ржут, мелкая Заноза кусает свои чувственные губы, заливаясь краской и пялясь на мои штаны.

– Ой, прости. – Она хватается за салфетки и тянется ко мне – Дай, я помогу.

– Не надо! – отшатываюсь от нее. Еще не хватало нам такого «интима» на глазах у всех.

И вообще никакого интима нам не надо! Но мое тело с этим категорически не соглашается. Ему как раз таки надо, и мокрая ткань боксеров неприятно натягивается от мыслей о сексе.

Забираю у Маши салфетки и сам привожу брюки в порядок, насколько это возможно.

– Чудо косорукое, – прикалывается над ней Макс.

– При нашей первой встрече, – шепчет ему Ива, – я тебя тоже облила…

– На что это ты сейчас намекаешь? – вкрадчиво интересуется друг.

А вот я понимаю, куда клонит наша бывшая оперативница. Не, ребят, не наш случай. Я, конечно, читаю знаки, но вот этот мимо. Не про Машку. Без вариантов! Молоденькая совсем, а я мало того что взрослый, еще и опер.

Снова сажусь за стол. У меня уже налито. Звучат тосты и поздравления в адрес Макса и Ивы. Помолвка. Они долго к этому шли и все же смогли найти друг друга и принять со всеми достоинствами и недостатками. Душа радуется за них. Друг заслужил свое счастье, а его девочка обрела очень крутую опору в виде такого мужчины.

Машка уплетает «Цезарь» с креветками, прижимаясь своим бедром к моему. Через тонкие летние брюки это вновь ощущается слишком интимно. Отодвигаюсь подальше, насколько позволяет расстояние до сидящего с другой стороны от меня Ильи. Вздохнув, Маша приоткрывает рот и прячет в нем половинку томата черри. На губах остается сок… жадно смотрю на эти губы и едва сглатываю излишнюю слюну.

– Шам, – зовет Макс.

Дернув головой, прекращаю пялиться. Дебил! Просто не было у меня давно никого. Разгребали сложное дело и его последствия, вот и торкает. Ничего, в деревне есть одна интересная особа, она вылечит и насытит голодное тело. А душу я наполню сам.

– Кому свадьба, а кому и отпуск, – решаю поделиться своими планами с друзьями и разгрузить голову.

– Собрался все-таки? – чуть отклонившись, спрашивает Макс.

– А как же. Билет уже купил. Тетка ждет.

Как в детстве, все клеточки наполняются щекотным предвкушением. Тишина, озеро, много солнца. То, что нужно, чтобы затянуть ментальные бреши после всей грязи, с которой мы сталкиваемся на службе.

– Привет ей передавай, – тепло улыбается Макс.

– Обязательно, – обещаю ему.

Маша подушечкой пальца обрисовывает татуировку-руну, букву «R» с заостренными гранями вместо привычных мягких, набитую на тыльной стороне ладони. Одергиваю руку от неожиданного прикосновения словно обжегся, снова едва не уронив на себя бокал.

– Ты что делаешь? – прочистив горло, кладу руку на свое колено и постукиваю по нему пальцами. Место Машкиного прикосновения покалывает словно иголочками, а по телу расползается странная вибрация.

– А что это за буква? – Она с любопытством наклоняется следом за моей рукой и смотрит под стол. – Чье-то имя, да? Женское? – заглядывает мне в глаза.

– Это славянская руна, Маш, – мягко улыбаюсь ей. – С красивым названием «Радуга».

– А что она означает? – Подперев подбородок кулачками, сестренка друга готовится слушать.

– В двух словах не объяснить. Это руна дороги, а дорога – это нечто большее, чем просто движение в пространстве и времени. Дорога – это особое состояние, равно отличное и от суеты, и от покоя; состояние движения между Порядком и Хаосом. Она своего рода помощник в сложных жизненных ситуациях.

– Как интересно-о-о, – тянет Машка, порхая пушистыми темными ресницами, а мое сердце предательски частит. Похоже, пора завязывать с вискарем.

– А куда ты поедешь, Шам? – любопытствует Ива, спасая меня от чрезмерного внимания и близости маленькой Занозы, от которой становится жарко и некомфортно.

На столе моя барсетка. Вынимаю из нее билет, как раз перед рестораном заехал, взял.

– Маш, подай, пожалуйста, – просит невеста друга, чтобы не тянуться через стол.

Мелочь сует свой веснушчатый нос в билет, но никак не комментирует и передает Иванне.

– Ничего себе, так далеко. – Ива округляет глаза.

– Самое то после шумного города и суеты. Единение с природой. – Меня снова топит предвкушением предстоящей поездки.

Перед глазами уже мелькает старый деревянный домик тетки, а в ушах стоит пение петуха на рассвете. Кайф! Пара дней, и я отключу телефон, с головой окунаясь в эту атмосферу. Душа не просит, она требует. А кто я такой, чтобы с ней спорить?

– Шаман уедет один, а вернется с невестой, – доносится до меня пьяненький стеб Илюхи.

– У него уже есть невеста, – недовольно фыркает Машка, и за нашим столом становится очень-очень тихо.

Глава 3. Мария

– Это надо было так лохануться! Позорище! – хожу из стороны в сторону, меряя шагами свою комнату. – Господи, кто меня только за язык тянул? Идиотка!

Распекаю сама себя, вспоминая, как ляпнула про невесту в кафе. Напряглись все, особенно Шаман. Ну я же не виновата. Это само получилось. Случайно.

«Да-да, случайно», – ехидно хихикает внутренний голос.

«Заткнись!» – зло топаю ногой.

Только от этого не легче, хочется рвать на себе волосы и биться головой о стену.

– Буся! Ну ты же был там. Почему не остановил? – накидываюсь с претензиями на песеля. Тот лишь жалобно поскуливает и прижимает уши.

Ива, конечно, вывернула все в шутку, но что-то мне подсказывает, что я все испортила. Шаман больше не станет со мной общаться.

Дура, он и так с тобой не общался!

Хотела произвести на него хорошее впечатление, а произвела незабываемое. Сначала один глаз забыла накрасить, затем виски на него пролила, потом вот эта дичь с женихом и невестой.

Жалобно стону, падаю лицом на постель и плачу от досады. Какая же я недотепа. Шаман теперь и не взглянет на меня. Будет избегать по-любому. И вообще он уезжает. На целый месяц. Как я буду без него?

Новая волна слез накатывает на меня. И так становится обидно. Вроде хотела как лучше, а получилось как всегда. Продолжая всхлипывать и размазывать слезы по щекам, открываю в телефоне фотку Шамана и Макса. До дыр уже засмотрела, но все равно любуюсь.

Увеличиваю лицо и пальцем глажу по небритой щеке. Такой он классный, только вот совсем не обращает на меня внимания. Ну ничего. Я-то его люблю, уже почти три месяца, и так просто не сдамся! Он тоже в меня влюбится. Обязательно! И женится тоже!

Просыпаюсь от яркого солнца, что светит через незадернутую штору. Голова раскалывается от вчерашних слез и переживаний. Ни один мужчина не стоит таких страданий. Кроме, конечно, Шамана. Улыбаюсь, представляя его рядом, и сладко тянусь. Буся сразу же оказывается на мне и лижет лицо, напоминая о своих потребностях.

– Встаю я уже, – тормошу его и резко сажусь на постели. – Пойдем.

Пока привожу себя в порядок, Бусик тоже копошится в лотке. Большой плюс маленьких собак в том, что с ними не обязательно гулять рано утром.

Заматываю мокрые волосы в полотенце и иду на кухню. Мама уже не спит, пьет кофе и залипает в телефоне. Как, впрочем, всегда.

– Доброе утро, – сухо бросаю я и насыпаю Бусе корм.

– Блины будешь? – Мама вопросительно изгибает бровь.

Можно подумать, что сама их готовила, но я-то знаю, что готовить эта женщина не умеет. От слова совсем. Наливаю воды и запиваю таблетку обезболивающего.

– Мам, ну какие блины? – возмущенно всплескиваю руками. – Я и так набрала два килограмма!

А все потому, что дома сидела безвылазно, пока к ЕГЭ готовилась. И ведь сдала все без посторонней помощи.

– Перестань есть всякую дрянь и скинешь, – хмыкает она и вновь утыкается в гаджет.

– Не есть, не пить, не дышать, может, тоже? – огрызаюсь я и достаю чашку, чтобы налить себе кофе.

– Хватит, – небрежно бросает она. – Тебе и так слишком много воли дал отец.

– Кстати, где он? – отпиваю из кружки и смотрю в окно. Лето в самом разгаре, так и хочется на свободу.

– На службе, конечно.

– Ясно.

– Вечером он просил тебя быть дома.

– Зачем? – оборачиваюсь к матери, но она не обращает на меня внимания, а стучит наманикюренным ногтем по экрану.

– Приедет не один, а с сыном друга. Хочет вас познакомить.

– Зачем?

– Что ты заладила, зачем да зачем? – раздражается она. – Как попугай.

– Мам! – с грохотом ставлю кружку на стол.

– Да господи, – закатывает она глаза. – Хочет, чтобы ты вышла за него замуж!

– За кого? – невольно отшатываюсь я.

– Не тупи, Маш.

– Вы с ума сошли? – взрывает меня. Сначала вуз, теперь вот замужество. А меня спросить никто не хочет? – У меня вообще-то есть жених!

– Да? И кто же это? – хмыкает мама и расплывается в кривой усмешке. – Почему мы ничего о нем не знаем?

«Потому что он сам об этом еще не знает!» – хочу ответить я, но благоразумно передумываю.

– Не скажу, – вздергиваю подбородок.

– Я так и думала, – смеется она и поднимается на ноги. – В общем, ужин в семь, будь добра быть дома.

– Хорошо, – показываю язык ей в спину и ухожу к себе в комнату.

Настроение портится окончательно. Что ж за черная полоса меня настигла?

На телефон падает сообщение. На экране высвечивается «Ива». Падаю спиной на кровать и открываю.

«Машуль, у тебя все хорошо?»

Знаю, что ее забота искренняя и улыбаюсь.

«Пока не ясно» – отправляю ответ.

«Что-то случилось?»

«Родители сватают меня за какого-то придурка».

«Ужас какой. Справишься?»

Как будто у меня есть выбор.

«Придумаю что-нибудь».

«Если что, звони»

«Ага, спасибо».

Откладываю телефон в сторону и зависаю взглядом на потолке. Мысли крутятся вокруг последних событий и все никак не успокоятся. Замуж меня решили выдать, да? Не бывать этому! Я уже совершеннолетняя и могу сама выбирать свою судьбу.

Усмехаюсь и подскакиваю на ноги. Достаю небольшой рюкзак и складываю туда самое необходимое для себя и Буси. Мы еще посмотрим, кто кого!

Глава 4. Шаман

Предвкушение предстоящей поездки омрачает паршивое предчувствие, которое не дает мне покоя с самой помолвки друга. Я привык прислушиваться к своей интуиции и внутреннему «я». С последним не всегда бываю согласен. Сущность крайне вредная и язвительная. А вот интуиция…

Сижу посреди комнаты в одной из любимых поз для медитации. Сукхасана обладает гармонизирующим и успокаивающим эффектом, балансирует полушария головного мозга. Обычно работает, но жгучий ком в районе солнечного сплетения никак не дает выбросить из головы имя, равное слову «катастрофа», застрявшему на подкорке. У меня в черепной коробке завелась большая тревожная кнопка, и она мигает красным, напоминая: «Чел, ты ушибся? О ней нельзя думать! Это большие, очень большие проблемы и нарушение негласного кодекса лучших друзей».

Я заметил Машу раньше, чем узнал, кто она такая. И тем более понятия не имел, сколько ей лет. Клуб, танцпол, красиво двигающаяся девушка. Все, что было у меня перед глазами. Она выделялась среди таких же, заводящих толпу. Мы еще уставшие были с Максом, а так как у него контры с родным отцом и росли мы в интернате, про сестру я нихрена не знал, а он не распространялся.

Да, вот так бывает. У лучших друзей тоже могут быть друг от друга тайны.

Девочка-искра, девочка-приключение на шикарную пятую точку, девочка… Здесь должна быть точка, но у меня многоточие. Три месяца мысли о ней вызывают у меня то эрекцию, то улыбку, то нервный тик, и никакие практики, вот прямо как сейчас, не спасают. Надеюсь, поездка к тетке поможет направить мысли в нужное русло. Да и совет пожилой мудрой женщины лишним не будет.

Поднимаюсь, сворачиваю коврик и убираю его в шкаф. Глянув на часы, вызываю такси до вокзала и еще раз заглядываю в сумку. Все вроде собрал.

Сообщение о прибытии машины приходит быстро, водитель был где-то рядом. Это мне уже нравится. Улыбнувшись, вешаю на плечо лямку рюкзака, поднимаю сумку с пола и отправляюсь в долгожданный отпуск.

Мы мчим до вокзала без пробок. Вселенная на моей стороне, и улыбка становится шире. Я снова кайфую от предвкушения ощутить все прелести деревенской жизни. Барабаню пальцами по колену и рассматриваю залитый летним солнцем город.

Поблагодарив водителя, накидываю ему чаевых. Покупаю себе стакан холодного кофе в ближайшем киоске и медленно иду в сторону своего поезда. На пироне пахнет креозотом, отовсюду слышны разговоры, советы, пожелания доброго пути, стук чемоданных колесиков, фырканье и шипение поезда, и, конечно, загадочный женский голос, объявляющий о прибытии или отправлении составов.

Нахожу свой вагон, приветливо киваю симпатичной грудастой проводнице. Она делает вид, что ей все равно, а щеки розовеют.

– Мне повезло с компанией, – подмигиваю ей. Смеется, пропуская меня в вагон.

Желающих уехать из столицы в маленький провинциальный городок, из которого на автобусе мне ехать до теткиной деревни еще минут сорок, не так много. Лето, все стремятся к морю или в горы, поэтому в моем купе нас пока двое.

Здороваюсь с седовласым мужчиной в тельняшке. На его плече татуировка, характерная для тех, кто служил в ВМФ. Суровый на вид, но я не ощущаю от него негатива.

Вагон постепенно заполняется. Поезд трогается с места, и мы с моим попутчиком смотрим, как за окном все быстрее и быстрее меняются картинки.

– Будешь? – Он достает две бутылки темного пива и шикарную даже на вид воблу.

Рот наполняется слюной. Конечно, я буду! У меня к столу находится мясная нарезка, которую я планировал съесть сегодня на ужин, чтобы не ходить в местный ресторан. Сейчас она оказывается кстати. Мы пьем с ним за знакомство и за дорогу.

Интересный, оказывается, мужик, рассказывает про службу на флоте, я с огромным удовольствием слушаю, пока мой телефон не оживает от крайне настойчивого звонка.

– Извини, – обращаюсь к попутчику, он кивает, обсасывая плавничок соленой рыбы. – Здарова, Макс, – приветствую друга, оказавшись в тамбуре.

– Уехал уже?

– Да, – отрываю трубку от уха, чтобы он услышал стук колес.

– Кайф, – безрадостно комментирует Марьянин. – А у меня тут как всегда. Может, ты в курсе, куда делась моя сестра?

– В смысле? – Нахмурившись, вынимаю из кармана свой портсигар для самокруток с травяными смесями, одну вставляю в рот, остальное прячу обратно.

Закуриваю, задерживаю ароматный дым в легких, остатки выпускаю в потолок. Курить тут, конечно, нельзя, но если сделать комплимент проводнице, то правила можно откорректировать.

– В прямом, Шам. Отец рвет и мечет. Пропала она.

– Мля-я-я, – со стоном и новой порцией дыма выдыхаю я. Сегодня у нас версия Маши «девочка-катастрофа». – Звонил?

– Ты издеваешься?! – взрывается друг.

– Макс, я не знаю, где она. Друзья? Придурок тот, который ее бывший, не объявлялся?

– Пробил уже. И телефон ее пробил. Зараза его дома бросила, в комоде, чтобы нашли не сразу. Дома не ночевала. Собаки ее тоже нет. Хрен знает, где искать дуру. Найду – задницу надеру, месяц жрать будет стоя! – бесится Макс.

– Успокойся, разберемся.

– Ты-то как разберешься? – остывая, хмыкает он. – Я просто узнать хотел.

– Дай мне подумать, ладно? Я перезвоню. По клубам пока прокатись. Может, зависает где или танцует опять. Карту пробивал ее?

– Нал сняла недалеко от дома, – бубнит Марьянин.

– Ясно. Типичный ребенок мента. Перезвоню, Макс, – отбиваюсь.

Девочка, твою налево! Ты дашь мне покой или нет?! И где носит тебя, Занозу? Опять приключений ищешь на свою пятую точку. Сам бы выпорол и на домашний арест, чтобы неповадно было.

Погасив самокрутку, возвращаюсь в купе, забираю бумажник с наликом и иду на поиски начальника поезда, прознав у проводницы, где он обитает. Надо договориться, где-то сбавить скорость, чтобы я спрыгнул. Придется возвращаться в столицу, искать дурочку. Потом возьму новый билет, отпуска еще целый месяц.

Там и без меня, конечно, могут поискать, но…

Просто «но»! Все! Сестра друга, я обязан помочь.

Перехожу из вагона в вагон. Начинаются плацкартные. Весело у них тут, шумно. Гитара где-то в конце играет. Хорошо так. Парни смеются. Армейцы, наверное…

– Пусти, урод! – раздается девчачий крик на весь вагон. – Помогите! Спасите! А-а-а!

Застываю на мгновение и не могу пошевелиться от того, что голос до боли знакомый. Мне же показалось, правда? Пожалуйста, пусть мне просто показалось!

Глава 5. Мария

Мой план прост до идиотизма и сложен одновременно. Нужно без палева попасть в поезд к Шаману и просидеть как мышка до точки назначения. Там уж на месте будем разбираться. Надеюсь, он меня не убьет. Ведь цель оправдывает средства?

За свою любовь нужно бороться любыми средствами, и я не собираюсь сдаваться. Улыбка сама по себе появляется на губах, как только представляю удивленное лицо Шамана. Просто он еще не знает, какое счастье на него свалилось. Даже целых два, если посчитать Бусю.

Ладно, хватит мечтать. Надо сначала в поезд попасть и остаться при этом незамеченной. А это серьезная проблема. Вставляю симку в старый телефон и убираю в прикроватную тумбу. Пусть отслеживают сколько им угодно. В свой смартфон вставляю левую симку. В наше время такая есть у всех, а уж у дочери мента подавно.

Натягиваю рюкзак с вещами, а Бусе помогаю устроиться в мягкой сумке-переноске. Я посмотрела, в поезд без нее нельзя. Снимаю наличные в ближайшем банкомате и еду на вокзал. Купить билет надо заранее, пока меня еще не хватились.

В кассе объясняю, что мне нужно. Женщина в возрасте окидывает меня странным взглядом поверх очков и утыкается в монитор.

– Купейных нет, – раздается голос из динамика.

– Как нет? – озадаченно хлопаю ресницами. – А какие есть?

– Только плацкарт.

Не очень понимаю, чем они отличаются. Но выбора, собственно, нет.

– Давайте что есть…

– Паспорт и деньги.

Убираю билет в рюкзак и достаю мобильный. Надо же придумать, где переночевать. К брату или подругам пойти не могу. Там меня будут искать в первую очередь. Гостиница тоже отпадает, при заселении требуют паспорт. По нему меня и вычислят. Нужна схема сложнее. Квартира на сутки или хостел?

Немного поколебавшись, выбираю все же первый вариант. Пусть дороже, зато никаких подозрительных личностей рядом. Присаживаюсь на металлическое сиденье, открываю приложение и ищу по синим точкам на карте квартиру, которая подойдет по параметрам. Их немного: одна ночь, близко к вокзалу и недорого. Денег у меня не так много, чтобы шиковать.

Открываю понравившееся объявление и делаю заявку на бронь. Мне неожиданно везет с первого раза и удается снять квартиру на сутки с оплатой налом. А дальше начинается самое интересное. Игра в прятки. Скоро отец поймет, что я не приду на ужин, и начнет меня искать по всей Москве. Главное, не отсвечивать и не оставлять следов.

Раннее утро, а я уже на вокзале. Самым сложным было проснуться. Но я справилась с этой непосильной задачей. За полчаса до отправления двери поезда открываются, и я попадаю в вагон. Прохожу вглубь в поисках своего места. Полка у меня нижняя, что не может не радовать. Сажусь в уголочек, размещаю Бусю рядом и утыкаюсь в телефон.

Вагон постепенно заполняется людьми. Рядом со мной появляется женщина с сыном и дочкой. Мелкие, лет по двенадцать.

– У вас нижнее, – кивает она мне. – Поменяемся на верхнее?

Поднимаю глаза сначала на нее, потом на верхнюю полку. Вот еще. Дети справятся, а у меня Буся может упасть.

– Нет, – качаю головой. – Не поменяемся.

– Жалко тебе, что ли? – фыркает недовольно.

– Жалко у пчелки, а мне наверху неудобно.

Бормочет себе под нос гадости, но я не слышу. Мне все равно, пусть захлебнется своей желчью. Утыкаюсь в телефон, нахожу игрушку и на время забываю о существовании этой тетки. Поезд трогается и набирает скорость, а я облегченно выдыхаю. Все получилось и даже без потерь обошлось.

Через какое-то время пропадает интернет, а за ним и связь. За окном густые леса и ни одного населенного пункта. Видимо, это надолго. Зашибись. Двадцать первый век на дворе, а в поезде нет связи. Вздыхаю и откладываю мобильный в сторону до лучших времен.

Ближе к обеду тетка испепеляет меня взглядом, забирает своих отпрысков и демонстративно уводит в вагон-ресторан. А у меня желудок урчит от голода, завтрак был давно, а с собой что-то взять я не догадалась. Ну и ладно, подожду, пока соседка вернется, и сама схожу на поиск еды. Обнимаю себя руками и отворачиваюсь к окну. Где-то играет гитара и слышится смех.

– Опа-на, – раздается мужской голос. – Эй, пацаны, смотрите, кого я нашел.

Поворачиваюсь и вижу парня в солдатской форме. Слегка покачивается и пьяно улыбается.

– Грустишь, подруга? – беспардонно падает ко мне на полку.

– Нет.

Буся недовольно рычит, но я удерживаю его от поспешных действий.

– Пойдем к нам? – Солдатик кивает куда-то в сторону. – Мы тебя развлечем.

– Спасибо, обойдусь, – нервно веду плечами, судорожно пытаясь придумать, что сделать.

Уж не сердобольная ли соседка устроила мне такое представление, чтобы выжить с полки? Это же бред?

– А вот грубить не надо, – хищно оскаливается парень и скользит по мне сальным взглядом. Хорошо я в джинсах и футболке.

– Я еще даже не начинала, – упаковываю Бусю в переноску, чтобы не дай бог не пострадал, и складываю руки на груди. – Отстаньте, иначе проводницу позову.

– Пацаны, тут девка-то с гонором, – ржет солдатик, окрикивая своих друзей.

– Где? – Нас становится больше, а гитара замолкает.

Еще двое ребят садятся на полку напротив. Становится не по себе, а на помощь позвать некого. Никому до меня нет дела.

– Да вот, – кивает мой сосед на меня.

– Оставьте меня в покое, – пытаюсь выйти, но меня не пропускают.

– С нами пойдешь, – хмыкает один из них. – Мы тебя научим, как себя вести, – дергает на себя и усаживает к себе на колени.

– Пусти, урод! – верещу на весь вагон и всеми силами пытаюсь вырваться. – Помогите! Спасите! А-а-а!

Но рот мой быстро закрывает шершавая ладонь. Буся истошно лает в своей переноске и никак не может выбраться.

– Хоть оборись, никто тебе не поможет, – гаденько ржут защитники родины, но я не собираюсь сдаваться.

– Ты так в этом уверен? – Грозный голос Шамана проносится, как раскат грома.

Замираю от неожиданности и растерянно хлопаю ресницами.

– Ты еще кто? – встает первый солдат, намереваясь напасть на Шамана.

– Руки от девочки убери, – сухо говорит тот, методично щелкая деревянными четками. – Не то я тебе их с корнем вырву и скажу, что так и было.

Говорит им, а смотрит на меня. Его яркие голубые глаза сейчас больше похожи на бушующее море. Господи, помоги пережить гнев этого мужчины.

– Кто это такой борзый? – встает второй и тоже напирает на Шамана.

– Капитан полиции Каримов. – Тот раскрывает ксиву и показывает солдатам. – Проблемы нужны?

– Не-не, сорян. – Меня мгновенно отпускают и ретируются. – Мы не знали, что она с тобой.

– Рассосались живо, – грозно рычит на них мой спаситель.

– Все-все. – Через секунду никого не остается в периметре.

– Шаман, – порывисто обнимаю его за шею и прижимаюсь теснее. – Ты меня спас…

Вдыхаю его аромат с едва уловимыми нотками бергамота и полыни, запуская в себя поглубже, и прикрываю глаза, словно пробуя на вкус. Так необычно и приятно.

– Воу-воу, полегче. – Он мягко отстраняет меня и заглядывает в глаза. – Любой бы сделал то же самое.

– Никто даже голову не повернул, – улыбаюсь я. – А ты герой!

Буся все же выбирается из переноски и с возмущенным лаем кидается к нам. Успокаиваю, давая понять, что опасности нет и меня никто не обижает.

– Маш, ты какого хрена делаешь в этом поезде, а? – Шаман строго смотрит на меня, а я не знаю, что ему ответить. Врать смысла нет, но и сказать правду язык не поворачивается.

– Еду в отпуск со своим женихом, – лукаво закусываю губу и отвожу взгляд в сторону. В конце концов, так и есть.

– Да? – Шаман криво усмехается и подозрительно прищуривается. – И где же этот несчастный? – Голос звучит вкрадчиво, а меня мурашит до кончиков волос.

– Этот несчастный, – глубоко вздыхаю и медленно выдыхаю, собираясь с силами. Раз уж начала, надо доводить до конца. – Ты…

Глава 6. Шаман

Если бы челюсть физически могла дотянуться до пола, я бы ее отбил.

Пьяные армейцы наконец перестают шуршать мне в затылок, и за спиной снова раздается гитара, а Маша съеживается и смотрит на меня снизу вверх совершенно несчастным, но до чертиков упрямым взглядом. Только рыжий Бусик подает голос и снова пытается ухватить меня за штанину.

– Ой! – спохватывается она, поднимая на руки пса. Невинно порхнув ресницами, улыбается мне.

– Машк, это совсем не смешно, ты понимаешь? Тебя отец и брат по всей Москве ищут, – отчитываю это взлохмаченное недоразумение.

Бусик рычит, Трофимова быстро-быстро гладит его между странных лохматых ушей, выдавая нервозность.

– Так им и надо! – фыркает она, вздернув свой курносый нос выше. – Отец замуж меня решил отдать, а я не хочу.

– Маш, двадцать первый век на дворе … – развожу руками.

Династические браки – штука, конечно, распространенная, но генерала-то чего торкнуло?

– Вот ты ему это и скажи, – обиженно надувает щеки. – А я… я… А ты обещал на мне жениться. – В глазах Трофимовой дрожат слезы.

Это, мягко говоря, вгоняет в ступор. Когда девочки плачут, у мужиков внутри случается мини-атомная война. Надо ж поломать всех, кто обидел, а тут, выходит, обидел я? Но …

– Маш, я же пошутил, – недоумеваю. Она серьезно не поняла?

Мы на кухне у Макса тогда сидели. Я пялился на то, как этот демоненок одомашнивается и крутится между плитой и столом. Сожрал все, что она накашеварила. Чет разговорились с ними, я и прикололся, что сам женюсь на Машке, когда подрастет.

А оно вон как все обернулось. Бумеранги от Вселенной всегда бьют точно по затылку. За словами надо следить тщательнее.

– Это жестоко! – Одна за другой крупные капли слез срывается с ее ресниц. Прижимая к себе рыжего уродца, плачущая девушка становится еще трогательнее. – Я тебе поверила, а ты обманул!

И ушастая пакость подгавкивает.

– Маш, Машенька, да ты чего? – пытаюсь обнять и успокоить. – У меня и в мыслях не было тебя обманывать. – Заглядываю в ее обиженные глаза.

– Поздно. – Она шмыгает носом и вытирает слезы рукавом. – Назад пути нет. Отцу и брату я уже сообщила.

– Че-го?! – В этот момент моя челюсть снова рискует пробить пол плацкартного вагона. – Что ты им сказала? – округляю глаза.

– Что мы поженимся, конечно, – шмыгнув носом, уверенно заявляет Трофимова.

– Твою налево… – медленно выдыхаю. – Ладно, пойдем со мной.

– Куда?

– Разруливать ситуацию.

Вот дуреха, а! Но Макс еще не звонил, это наталкивает на определенные выводы. Зная друга, мой мобильник бы уже перегрелся от мата и обещаний выдернуть мне ноги. Да и не только их. Но разобраться лучше на берегу, как говорится. Тем более мне все равно надо сообщить ему о находке.

Забираю Машкины вещи. Она запихивает Бусю в переноску и, сопя, шагает за мной из одного вагона в другой.

Доходим до купе. Мой временный сосед удивленно смотрит на прибавление в компании. Маша плюхается на мою полку, опять достает свою собаку и что-то шепчет в ее лохматое ухо.

– Сидеть, не двигаться, – приказываю ей. – Присмотри, пожалуйста, – прошу соседа.

– У меня есть защитник, – недовольно бубнит Машка, указывая на свою собаку.

Закатив глаза и спрятав от нее ухмылку, сжимаю в ладони телефон. Шагаю из купе, закрывая за собой дверь.

– Шам! – вскрикивает Маша.

Оглядываюсь.

– Ну чего?

– Я тоже пошутила, – признается она. – Никому я ничего не говорила про жениха. Но и домой не вернусь, – поджимает губы.

Покачав головой, ухожу в тамбур, закуриваю обычную сигарету, чтобы немного разогнать остатки адреналина после стычки с армейцами и переварить ситуацию.

Так однозначно не пойдет. У меня были другие планы на отпуск.

Вот же достанется кому-то это счастье! Еще и с пришибленным Бусей в придачу.

Звоню Максу. Он отвечает мгновенно, будто ждал.

– Я ее нашел, – без прелюдий сообщаю другу.

– Где? Как? – сыплется от него.

– Не поверишь, – хмыкаю, покрепче затягиваясь. – В поезде.

– Вот же… дура! – рявкает Марьянин. – Что в голове, а? Опилки?

– Говорит, ее отец замуж собрался выдать, она и рванула. Выходит, что за мной. Ничего лучше не придумала. Я сейчас сориентируюсь, где смогу ее пересадить в обратную сторону. На вокзале заберешь, а я как-нибудь доберусь. На попутках, может.

Макс молчит. Я его не тороплю, глядя на однотипный пейзаж за окном, слушая успокаивающий стук колес и дымя в потолок. Пусть решает, как будет Машку домой забирать.

– Шам, оставь ее у себя на время, – неожиданно просит Марьянин.

– В смысле? – давлюсь горьким сигаретным дымом. – Нет, Макс, так не пойдет.

– Слушай, я понимаю, ты хотел перезагрузиться. Сдай ее тетке, она будет рада заняться перевоспитанием. Там же типичная деревня. Машка в таких условиях не жила никогда, чтобы душ только летний, баня вместо ванны и сортир на улице. Ей полезно будет, а я выясню, что задумал отец, что там за жених. Сломают жизнь девчонке. Жалко. Неделя, Шам. Я заберу ее потом сам.

– Макс, это правда хреновая идея.

Я же, мать вашу, не железный!

– Шаман, я тебя как брата прошу. Пусть потусит немного подальше от столицы. Трубку ей дай, я внушение сделаю, она будет тише воды ниже травы.

– Верится с трудом, – усмехаюсь я.

Но как взрослый дяденька понимаю, что генерал упрям и характер у него очень тяжелый. Он и правда может выдать девочку замуж. Связи позволяют. А меня отчего-то корежит от этой мысли. И что делать-то? Я ж эту Занозу из своей головы выбросить хотел, а она все глубже забирается. Еще немного – и только оперативное вмешательство или летальный исход.

– Перезвоню скоро, – бросаю другу и сбрасываю вызов.

Возвращаюсь в купе, рыжий уродец чавкает моей мясной нарезкой, а Машка заботливо складывает в трубочку последний ломтик буженины. Поднимает на меня невинный взгляд.

– Тебе же не жалко, правда? – мимимишно хлопает ресницами и так улыбается, что сердце срывается в галоп.

«Хана твоему отпуску. Готовь крем от мозолей. Будешь ладошки смазывать», – издевается внутренний голос.

Шлю его нахрен и протягиваю Машке свой телефон.

– Брату позвони. Спать внизу будешь, я на верхнюю вещи перекину сейчас.

– Ур-р-а! – Заноза подпрыгивает на месте, а я ее радости пока совсем не разделяю.

Глава 7. Мария

Пока Шаман договаривается с проводницей о нашем с Бусей присутствии, обещаю Максу быть самой послушной в мире девочкой. Не забыв, конечно, скрестить пальцы, ибо не собираюсь выполнять обещание. Все складывается как нельзя лучше, и я не намерена упускать такую возможность, чтобы сблизиться с любимым.

– С проводницей я договорился, – сообщает Шаман, вернувшись в купе.

– Надеюсь, обошлось без интима? – подозрительно прищуриваюсь.

Неприятная дрожь прокатывает по телу. Я оказывается очень ревнивая.

– Маш. – Шаман с укором смотрит на меня и качает головой.

– Ну мало ли, вдруг она потребовала такую жертву, – хихикаю я. Шам тихо матерится себе под нос.

– Денег она потребовала.

– Ну и хорошо, – равнодушно пожимаю плечами и возвращаюсь на место. – А нам долго ехать?

– До утра.

Шаман садится рядом с попутчиком и достает телефон. Я утыкаюсь в свой и рефлекторно поглаживаю собаку. Какое-то время сидим в тишине только монотонный стук колес ее разбавляет. Буся засыпает, удобно устроившись на моих ногах, а мне становится скучно. Не привыкла сидеть на одном месте столько времени. Да и, если честно, хочется поговорить с Шаманом. Узнать его чуть лучше и попробовать наладить контакт.

На помощь неожиданно приходит желудок и очень настойчиво урчит. Шаман отрывается от экрана и смотрит на меня своими голубыми глазами.

– Кушать хочется… – жалобно вздыхаю я.

– Да? – язвительно хмыкает Шаман. – А Буся зато наелся.

– Не жадничай, – морщу нос и улыбаюсь. – Нам бы все равно этого не хватило.

Он лишь вздыхает и убирает телефон в карман.

– Ладно, пойдем в ресторан. Только монстра оставь здесь.

– Ни за что, – качаю головой и прижимаю к себе Бусю. – Он без меня не может.

– Борис Иванович за ним присмотрит. Выручишь?

С сомнением смотрю на седовласого мужчину, мысленно прикидывая, могу ли доверить самое ценное.

– Не вопрос, – хмыкает тот. – Мне возьмите чего-нибудь.

– Лады.

Шаман терпеливо ждет, пока я все же решусь. Не оставляет мне выбора. Приходится сдаться. Чмокаю в холодный нос своего собакена и оставляю его в переноске.

Идем в ресторан, проходя целые вагоны.

– Так с друзьями не поступают, – ворчу недовольно.

– Ничего с твоим другом не случится, – отмахивается Шаман.

– А как ты меня нашел в целом поезде? – спрашиваю ему в спину, меняя тему на более приятную.

– Никак.

– Сердце подсказало, да? – вкрадчиво шепчу и не могу сдержать улыбку, замечая, как он напрягается.

– Откуда такая роскошь? – Шаман останавливается перед дверью в вагон и смотрит в глаза, словно хочет что-то сказать, но передумывает. – Случайность это.

Садимся за стол, официантка приносит меню. Негусто, я привыкла к более широкому ассортименту, но, в принципе, выбрать можно. Показываю, что хочу, а Шаман заказывает.

– И десерт, – щурюсь и в предвкушении облизываю губы.

– И десерт, – вздыхает он, передавая официантке мое пожелание.

Краем глаза замечаю движение сбоку. Поворачиваюсь, а там та противная тетка с детьми, что пыталась выселить меня с нижней полки. Смотрит на нас с Шаманом, выпучив глаза, и едва не брызжет слюной. Не сдержавшись, показываю ей язык и отворачиваюсь.

– Что это было? – Шаман вопросительно изгибает бровь.

– Эта тетка натравила на меня солдатиков за то, что я отказалась перелезать на верхнюю полку, – с готовностью жалуюсь ему. – А я не могу, у меня оттуда Буся может упасть.

– Да? – Он задумчиво трет подбородок и сканирует тетку непроницаемым взглядом. – Почему, кстати, Буся? – спрашивает неожиданно.

– Потому что полное имя Бусурман, – улыбаюсь я.

– Через «а» же пишется.

– Заводчики посчитали иначе, – развожу руки в стороны. – В родословной написали так.

– Вот же не везет бедолаге, – усмехается Шаман.

Нам приносят еду. Осторожно пробую. В принципе, съедобно.

– А почему ты Шаман?

– Из-за увлечений эзотерикой и всяким практиками, – делится он. – Мне нравится мистика еще с интерната.

– Вы же с Максом в одном интернате были, да?

Шаман согласно кивает.

– От него родители избавились, а ты почему? – Мне интересно про него все, но я не уверена, что могу задавать любые вопросы.

– Мои родители погибли, – говорит Шаман с горечью. – Тетка осталась единственным родственником. Но у нее проблемы со здоровьем, и она физически не справлялась со мной.

– Значит, от тебя тоже избавились? – невесело ухмыляюсь.

– Нет. Тетка меня очень любит, просто так бывает. – Он пожимает плечами, но в голосе слышится теплота. – В любом случае я ни о чем не жалею и все понимаю.

– А я нет. Как можно отдать ребенка?

– Это же не детдом, а интернат, – терпеливо поясняет мне и улыбается так, что у меня в груди оживают бабочки. – Я приезжал к ней на каникулы. Это было круто, и впечатлений хватало надолго.

– С Максом?

– Бывало и с ним. Ладно, ты доела уже, – внезапно меняется он. – Пойдем в купе.

– Ну давай еще посидим, – прошу я, умоляюще заглядываю в глаза и хлопаю ресницами. – Пожалуйста…

– Там же Буся один, – напоминает Шаман.

– Так и скажи, что устал от меня, – складываю руки на груди и обиженно отворачиваюсь к окну.

– Маш, я не от тебя устал, а просто устал, – вздыхает мой «жених». – Пойдем уже, а?

Отчего-то жалко становится его. Может, я и правда перегибаю. Но мне так хочется его внимания.

– Да пошли-пошли, – тяну обреченно и поднимаюсь на ноги.

Плетусь в сторону нашего вагона, ощущая, как Шаман идет следом. Не справляюсь с одной из дверей и резко останавливаюсь, а он врезается в меня сзади и на доли секунды прижимается всем телом.

Меня обдает жаркой волной, а щеки предательски вспыхивают. Резко разворачиваюсь и оказываюсь в тесных объятиях.

Глава 8. Шаман

Посылая Максу проклятие бесконечной икоты и отсутствие эрекции на пару дней, да простит меня Ива, делаю шаг от Машки. Она разворачивается ко мне, облизывается, глядя из-под пушистых ресниц. Невинно взмахивает ими, щеки покрываются румянцем, а яркие веснушки соблазняют нарушить все чертовы правила и коснуться их, пересчитать, обрисовать каждую. Но нет, я не собираюсь поддаваться. Возраст, когда член главнее мозгов, давно прошел, а потому кивком указываю Маше на дверь, вспоминая, что попутчику нашему поесть не взяли.

Возвращаемся в ресторан. Беру морячку картофельное пюре с котлетой, овощной салат с говорящим названием «Летний» и несколько кусочков ржаного хлеба.

Вторая попытка дойти до купе оказывается успешной. Отдаю соседу его ужин, сам забираюсь на верхнюю полку и, устроившись на животе, смотрю в окно, слушая, как внизу копошатся Машка с Бусей.

Прикрыв глаза, подвисаю на ее голосе и усмехаюсь. Дурак же. Так угораздило вляпаться. Баб мне мало, что ли? Сколько их было? Вспомнить бы хоть одну, а Трофимову захочешь не забудешь. Яркий тому пример – наше столкновение в поезде. Вероятность подобной случайности колеблется в районе нуля, но Машка ломает статистику и вполне реально тискает своего рыжего уродца, удобно устроившись на нижней полке.

Тянусь к бутылке с водой, стоящей на столике. Замечаю, как девушка трется щекой о подушку. Залипаю на этом, забыв, зачем я, собственно, наклонился.

За водой. Точно!

Делаю несколько больших глотков и оставляю бутылку у себя, но то и дело поглядываю за сестренкой друга. Зная Машу, уверен: она и тут умудрится влипнуть в неприятности. Но девочка засыпает, и меня отрубает под монотонный стук колес да тихое похрапывание морячка.

Утром нас будит проводница. Уперев руку в полку напротив, напрягаю мышцы и спрыгиваю вниз.

– Р-р-р, – скалится Буся.

– Я тебе порычу сейчас, – показываю ему кулак.

– Р-р-р. – Рыжая гадость снова показывает мне зубы.

– Сам хозяйку поднимешь? – хмыкаю, осторожно толкнув Машку в плечо. – Вставай, девочка-катастрофа.

– М-м-м, – получаю в ответ.

– Какие вы с утра общительные. Ладно, еще пять минут у вас.

Успеваю умыться, почистить зубы и вернуться в купе, а тут ничего не изменилось, разве что сосед собрался и лениво проходится по подбородку аккумуляторной бритвой, а Буся, навострив уши, внимательно следит за его рукой.

Не вцепился бы. Он может. Кому как не мне об этом знать?

Машка трогательно сопит, подложив ладони под щеку. Волнистые волосы рассыпались по подушке, а губы едва приоткрыты. Ангел во плоти.

– Маш, – трясу ее за плечо.

– Р-р-р, – раздается уже откуда-то снизу. Чудовище опять выбралось из переноски.

– Машк, вставай, а то обратно в столицу уедешь, – посмеиваюсь я. – Вста-вай, – дергаю ее за локон с колечком на конце. – Маш, – прохожусь пальцами по ребрам. Она вздрагивает, открывает глаза. Щекочу ее. Заливисто хохочет, дергая ногами и пытаясь прикрыться.

Простыня сбивается книзу, а футболка, наоборот, грозит в любую секунду соскочить с груди, уже оголив плоский животик и каплю пупка. Расстегнутые штаны сползли. Над поясом торчит полоска трусиков.

– Ша-а-ам, – хохочет Машка, кулачками вытирая выступившие слезы. – Не могу больше, – тяжело дышит она, будто мы только что трахались, а не невинно бесились.

– Р-р-р, – снова выдает Буся.

– Отвали, – огрызаюсь на собаку. – Ай, мля! – дергаю ногой. Эта сволочь снова решила вцепиться мне в ногу. Причем в то же самое место. Собачьим кормом ему, что ли, там намазано?

– Прости, прости, прости его, пожалуйста, – увидев мое недоброе лицо, тут же подскакивает Маша, хватает своего друга и прижимает к себе. – Он больше так не будет.

– Я ему намордник куплю, – обещаю на полном серьезе. – И сниму, только когда Макс приедет.

– Шам, ну он же просто думал, что ты меня обижаешь, – куксится девочка.

На разборки у нас совсем не остается времени. Мы быстро собираем свои вещи. Машка хватает переноску, я сумки. Прощаемся с соседом и первыми выходим из купе.

Перебрасываюсь парой слов с проводницей. Выхожу на перрон и ловлю Машку за шкирку, дергая ближе к себе. Проходим через здание вокзала. Притормаживаем на автобусной остановке, но Машку я решаю все же прокатить на такси. Ей и без общественного транспорта хватит впечатлений.

К бордюру подъезжает смутно знакомая тачка. Сигналит. Присматриваюсь и через лобовое узнаю Вику, фельдшера из теткиного поселка с выдающимся размером груди.

– Пойдем, – оглядываюсь на Машу, а ее уже нет. – Да что ж такое! Две минуты.

Шарю взглядом по привокзальной площади. Моя Заноза стоит у киоска с мороженым и отсчитывает мелочь. Улыбнувшись мне, протягивает деньги в окошко, забирает два стаканчика и, довольная собой, топает обратно.

– Держи, – протягивает мне шоколадное, а сама распаковывает клубничное и, невинно глядя на меня, проходится по шарику языком.

– Кхм… За нами приехали, – прокашлявшись, показываю ей на машину.

На автомате забираю мороженое, открываю и откусываю. Приятно холодит.

– Я думала, мы такси дольше будем ждать.

– Это не такси, Маш. Знакомая. Идем.

Вика выходит из машины. Приветливо мне улыбается.

– Ярик, – раскрывает руки для объятий, – привет. Как давно мы не виделись, – целует меня в щеку, а я слышу, как Машка скрипит зубками у меня за спиной. – Ты из зала не вылезаешь, что ли? – Вика ощупывает мои плечи и руки. – Что за очаровательный ребеночек с тобой? – косится на Трофимову.

– Сестренка друга. Попросил присмотреть недельку.

– Понятно. Ну садитесь, Ярик и сестренка друга. Домой поедем. Тетя Неля уже заждалась.

Открывает багажник. Я гружу в него все наши сумки. Открываю Маше заднюю пассажирскую дверь и жду, когда они с Бусей устроятся. Сам же сажусь на переднее.

– А ты чего тут, Вик? Специально за нами? – открыв окно, с удовольствием закуриваю. Все утро было не до того, а сейчас можно хоть немного расслабиться.

– Решила совместить приятное с полезным. Мне по работе надо было в город заехать, ну и тебя заодно забрала. А ты против?

– Нет. Спасибо.

– Я соскучилась, – шепчет она гораздо тише.

– Ой! – раздается за нашими спинами.

– Что? – оглядываюсь на Машу.

Она обиженно смотрит мне в глаза, а потом показывает на шарик мороженого, лежащий на сиденье Викиной тачки. Буся уже рвется его сожрать, но девочка крепко держит собаку.

– Я не специально, – изображает саму честность, но я невооруженным взглядом вижу, что все с точностью наоборот.

– Доедем – выдам тебе ведро, моющее средство, щетку, почистишь, – спокойно говорит Вика.

– Я-я-я? – возмущается Маша.

– Ну не я же, – смеется местный фельдшер. – Кто испачкал, тот и убирает. У нас этому детей с детства учат.

– Я не ребенок, и меня учить уже поздно, – огрызается Заноза.

– Маш, Вика права, – в этот раз встаю на сторону давней знакомой. – За собой надо будет убрать.

– Вот еще! – обиженно фыркает и отворачивается к окну. – И нечего меня ребенком называть.

– Яр. – Вика толкает меня в бедро.

Оглядываюсь и улыбаюсь во все тридцать два зуба, увидев по-настоящему родной дом. Крепкий еще. Мужскую руку надо приложить, и будет конфетка. Я сделаю, что смогу, за этот месяц.

Покачиваясь на грунтовке, подъезжаем к калитке. Тетя Неля торопится встречать. Выхожу на улицу и крепко ее обнимаю.

– Мой мальчик приехал. – Она гладит меня по спине.

– Да не мальчик уже давно, теть Нель, – смеюсь я.

– Брось, – отмахивается она и снова тискает меня, целуя в щеки и наглаживая по голове. Скучала. И я по ней очень. – А кто это у тебя?

– Знакомься, это сестра Макса, Мария, – вывожу ее вперед и несильно сжимаю за плечи. – А это моя тетя Нелли.

– Здравствуйте. – Девочка-катастрофа магическим образом превращается в ангелочка. – Мне очень приятно.

– И мне приятно. – Тетка тянет ее за руку поближе. – Дай хоть посмотрю на тебя.

Отхожу немного и закуриваю. Вика сразу оказывается рядом. Обнимает за руку и кладет голову на плечо.

– Я скучала… – шепчет она, а у меня в голове сразу вспыхивают картинки любовных утех, и настроение значительно улучшается.

– Шам, – громким шепотом зовет Машка. – Шаман.

Тетя Неля моему прозвищу не удивляется. Она давно про него знает, и сама меня когда-то многому научила.

Подхожу к девчонке.

– Шам, а там что? – Она указывает пальцем на добротное деревянное строение.

– Туалет, – улыбаюсь ей.

– Ту-а-лет? – Темные брови Маши забавно ползут вверх.

– Ага, – щелкаю ее по носу. – Добро пожаловать в мое детство, – подмигиваю ей и забираю наши сумки, предчувствуя предстоящее веселье.

Глава 9. Мария

– А как же?.. – хочу спросить про ванную. Или хотя бы душ, но не успеваю.

Уже никого нет. Спохватываюсь и бегу за Шаманом, прижимая к себе переноску с собакой. Вот это я ввязалась в авантюру. Даже не представляла, что все настолько плохо.

Дом у тети Шамана небольшой, одноэтажный, но очень уютный. В нем витает какой-то запах типа эвкалипта. Шумно втягиваю его и улыбаюсь. Мне нравится.

Шаман провожает меня в одну из комнат, ставит на кровать рюкзак и разворачивается.

– Ты же не оставишь меня здесь одну? – опасливо смотрю по сторонам. Все здесь какое-то странное, незнакомое.

– Ты не одна, а с Бусей, – усмехается он.

– Но Шаман…

– Бояться нечего, – смягчается его голос. – Моя комната напротив. Тетушки – около кухни. Выходи, на улице уже стол накрыт.

– Хорошо, – сдаюсь и отпускаю жениха.

Прикрываю за ним дверь и выпускаю пищащего пса из переноски. Кидается все везде обнюхивать и исследовать. Я и сама с опаской прохожу по помещению. С одной стороны от видавшей виды кровати стоит небольшая тумбочка. На ней ваза с полевыми цветами, с другой стороны окно, из которого тянет свежестью. Напротив слегка покосившийся гардероб и зеркало.

Все такое старенькое, но очень опрятное. Но все равно пугающее. Мамочки… надеюсь, пауков здесь нет? Я очень их боюсь. И вообще боюсь всего, кто летает и ползает. Только бы не облажаться, а то отправят меня домой первым же поездом.

Заставляю себя успокоиться и разобрать рюкзак. Вещей у меня немного. В основном летние, надеюсь, не похолодает.

Переодеваюсь. Натягиваю джинсовые шорты и белый топик до пупка, он не предполагает наличие лифчика. Да я его и так редко ношу, у меня не такие огромные буфера, как у Вики. Можно спокойно обходиться без лишней детали. Особенно в жару. Из обуви у меня мягкие кеды и босоножки. Все же лучше кеды.

Кручусь перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон. Волосы заплетаю в косу и кидаю на одно плечо. Я бы точно влюбилась!

– Ну как? – спрашиваю у единственного друга.

Буся оборачивается, с сомнением смотрит на меня и громко чихает.

– Ну и ладно, – показываю ему язык. – Пошли, Бусурман.

Подхватываю песеля на руки, чтобы не потерялся, и иду на звук голосов. На улице шумно. Выхожу из дома. В саду под навесом накрыт стол. Люди какие-то разговаривают между собой, а я робею. Не хочется мешать их вечеринке. В конце концов, кто я им? Навязалась на свою голову. И так становится горько и пусто, что хоть плачь. А еще очень хочется уйти обратно в комнату и не выходить из нее до самого отъезда.

Но это же глупо? Растерянно хлопаю ресницами и глажу Бусю, думая, как поступить правильно.

– Доченька, ты чего там стоишь одна? Иди к нам, – зовет тетушка Нелли. – Давай-давай, не робей. Здесь все свои.

Неуверенно улыбаюсь и иду к ней и к столу. Чего на нем только нет, глаза разбегаются, а желудок предательски урчит. Взгляды всех присутствующих сосредотачиваются на мне. Людей не так много, как казалось издалека, но все равно неловко… И Шаман здесь уже. Невольно смущаюсь под его странным взглядом и отвожу глаза.

На большом плоском блюде лежат идеально круглые пончики с мясом, на другом в несколько рядов выложены треугольники с золотистой корочкой. Интересно, что внутри? Так и хочется попробовать. Свежие фрукты, ягоды, пирог, кажется, с орехом. Алкоголя нет. Только чай.

– Присаживайся рядом. – Тетушка хлопает по скамье. Шаман сидит от нее по другую руку. Напротив меня, получается. – А это кто у тебя? Зверек забавный.

– Собака, – улыбаюсь шире и показываю дрожащего пса во всей красе.

– Уродец какой-то, что ли?

– Почему уродец? – хмурюсь я. – Породистый.

Беру с подноса пончик и с наслаждением откусываю. Божественный вкус. Я такого не пробовала никогда.

– У нас коты больше, – усмехается тетушка. – А зовут как?

– Буся, – говорю с набитым ртом, невозможно оторваться.

Она тянет к нему руку, а тот рычит и пытается увернуться, но не получается.

– Грозной какой, ты посмотри на него, – смеется тетушка и ловко хватает его за морду. – Я вот тебе покусаюсь! – отвешивает легкий щелбан по носу и гладит.

Буся сопит недовольно, но затихает и мужественно терпит пытку лаской. Вообще он не любит людей. Только меня. И у него это взаимно.

– Как крыса, – подает голос Вика с противоположного края стола. – Я бы такую никогда не завела.

– Тебе и не предлагают, – равнодушно пожимаю плечами. – А мне брат подарил.

Гордо вздергиваю подбородок. Макс у меня самый лучший брат, пусть завидует.

– Хороший и смелый. – Тетя Нелли гладит его и голове. – А почему Макс не приехал?

– К свадьбе готовится.

– Правда? – искренне удивляется она и рефлекторно поворачивается к Шаману, тот утвердительно кивает. – Как же хорошо.

– Хотите, невесту его покажу?

– Конечно, хочу.

Достаю телефон и показываю фотографии с Ивой. Тетушка внимательно рассматривает невесту Макса и кидает озабоченный взгляд на Шамана. Что-то не так?

– Там все хорошо. – Он расплывается в ленивой усмешке. – Они влюблены и счастливы.

– Ну хорошо. Совет да любовь. – Тетя Нэлли накрывает мою руку своей. – Ну вот, одного оболтуса женили. А ты сын мой, когда порадуешь? – Она поворачивается к Шаману.

– Так я же…

Снова не успеваю договорить, как он пинает меня под столом и хмурится. Обиженно замолкаю. Даже аппетит пропадает. Больно надо. Не хочет, как хочет.

– Рано мне еще, тетушка. – Шаман мягко улыбается ей, а мне так и хочется показать ему язык.

– Рано не рано, а со своей судьбой одной дорогой ходишь. – Она хитро прищуривается. – Не убежишь.

– Ну ладно тебе, заканчивай, – отмахивается небрежно, мажет по мне непроницаемым взглядом и проводит ладонью по шее.

– А ты почему ничего не ешь? – Тетушка переключается на меня. – Не нравится?

– Очень вкусно, просто не влезает, – искренне улыбаюсь во все тридцать два. – А вы меня научите?

– А ты хочешь? – Ее брови смешно ползут вверх.

– Да, я люблю готовить.

– Тогда научу, – наклоняется ближе и понижает голос. – И секретный ингредиент расскажу.

– А мне? – доносится голос Вики.

– Ты, что ли, готовишь? – смеется тетушка, слегка подрагивая всем телом.

– Вот еще, у меня времени нет, – фыркает фельдшер. – Да и о фигуре надо заботиться.

– Нет уж, я лучше еще один пончик с мясом съем, – усмехаюсь и демонстративно беру еще один запеченный кружочек.

– Это беляш, – смеется Шаман.

– Ну еще лучше, – закатываю глаза от наслаждения. – Восхитительно.

– Кушай, милая. – Тетушка одобрительно гладит меня по плечу.

С удовольствием уплетаю еще один беляш и слушаю, как Шаман с тетушкой переговариваются с остальными гостями. Я не понимаю, о чем они говорят, да мне и не надо. Просто ловлю себя на мысли, что мне здесь нравится. Вот если бы этой противной Вики не было, совсем стало бы замечательно.

Телефон вибрирует в кармане. Достаю и смотрю на экран. Ива.

– Ой, мне надо отойти, – начинаю суетиться. – Подержи Бусю, – отдаю свое сокровище зазевавшемуся Шаману, отхожу немного в сторону и принимаю звонок.

– Да, Ив, привет.

– Машка, ну ты даешь, – смеется она. – Как тебя угораздило-то?

– Шаман собрался уехать на месяц. Что мне оставалось делать?

– Действительно, – хмыкает она. – Все хорошо?

– Просто замечательно.

– Макс тут рвет и мечет. – Ива понижает голос. – С отцом все ругается.

– Им полезно.

– Ладно, не скучай. Шаману привет.

– Хорошо. Передам.

Сбрасываю звонок и вдыхаю полной грудью. Хорошо-то как…

– Слышь, ты, овца малолетняя. – За спиной слышится недовольный голос Вики. – Я не для того целый год ждала, чтобы ты мне палки в колеса вставляла!

– А? Чего? – оборачиваюсь и недоуменно хлопаю ресницами.

Это еще что за выступление? Охренела, что ли, совсем?

– Ты я гляжу борзая, да? – Вика криво усмехается и стремительно приближается. – Ну ничего, я тебе рога-то пообломаю.

– Ломалка-то выросла? – складываю руки на груди, не собираясь уступать свое счастье никому. – Шаман мой жених, ясно?

– Кто? – издевательски хохочет она. – Ярчик…

– Что здесь происходит? – Шаман появляется как нельзя кстати.

– Эта врачиха мне угрожает, – честно говорю, как есть. Чтобы неповадно было.

– Чего? – хмурится Шам и оборачивается к Вике.

– Да она шутит, Яр. – На губах той появляется невинная улыбка. – Правда же?

– Неа, – ухмыляюсь довольно. – Я никогда не вру.

Ухожу от них и слышу, как она его зовет прокатиться. Но куда, не понимаю.

– Вик, давай до вечера. Мне с тетушкой надо побыть. Столько не виделись.

– И с этой малолеткой? – Ее голос сочится ядом, а меня передергивает от неприятия. До чего гадкая баба. Не женщина, а именно баба. Фу такой быть.

– За языком следи, – строго осаживает ее Шаман, и на душе у меня теплеет. Все-такие не безразлична я ему.

– Ну хорошо-хорошо, извини.

Расплываюсь в довольной улыбке и возвращаюсь к столу. Тетушка переговаривается с друзьями. А я тихонько присаживаюсь на свое место и стаскиваю еще один беляш. Делаю несколько селфи вместе с ним и отправляю Иве. Больше, в общем-то, и некому.

– Ой, а где Буся? – спохватываюсь и кручу головой по сторонам – Буся!

Глава 10. Шаман

Мысленно проклиная этого неугомонного пса, смотрю в несчастные глаза Машки. Еще немного – и девчонка просто-напросто расплачется. Она в панике озирается в поисках свинтившего куда-то гада. Нет, я в целом люблю животных, но этот конкретный индивид начинает знатно подбешивать.

– Буся, – зовет его Маша. – Бусик, ты где? – Ее голос дрожит. Точно сейчас заплачет. – Шам, как ты мог его упустить? Я же тебе доверила… – дует губы.

Развожу руками. Не захотел он у меня сидеть. Брыкался, тут еще отвлекали ж постоянно, я отпустил. Думал, он за Машкой рванет, а Буся и тут мне подгадил. Взял и свалил.

– Пойди, поищи за двором, – касается моей руки тетка. – Видишь, единственный друг у девочки пропал. А мы здесь посмотрим. Поди, Ярик, поди.

Вздохнув, выхожу за калитку. Поворачиваю голову в одну сторону, вглядываясь в деревенский пейзаж и выискивая маленькое рыжее пятно на горизонте. Затем в другую, но Буси нигде нет. Зато есть тишина, что меня несказанно радует.

Выбираю направление и медленно бреду по вытоптанной жителями дорожке, бегущей вдоль домов между порослью травы и цветов с разноцветными шапками. Срываю красивое на вид яблоко с ближайшего дерева. Протираю о футболку и впиваюсь зубами в хрустящий розовый бок.

Впереди заводится чей-то пес. Ускорясь, иду на лай, надеясь, что Машкин друг просто решил пройтись по деревне и познакомиться с местными собратьями. Вскоре меня ждет облом, так как вместо Буси крупного цепного пса дразнит толстый серый кот, усевшийся на забор ровно в том месте, до которого собака точно не дотянется.

Прохожусь рукой по мягкой шерсти ушастого. Он довольно мурлычет, но не забывает следить за псом.

– Ты Бусю не видел? – усмехаюсь я.

Но так как кот явно не в курсе, что есть Буся, откусив еще один большой кусок от яблока, иду дальше. Надо же найти эту пакость, чтобы Маша не плакала. Язык не поворачивается орать его по имени на всю деревню. Только бродить так я могу вечность. За домами лес, речка. Он может быть где угодно!

– Буся, – сначала тихо. – Буся, ты где, мать твою собачью? Буся! – повышаю голос.

Заводится еще несколько собак и ни одной знакомой. Все громкоголосые. Такого слышно, и сразу понятно: лучше не подходить. Одним словом, деревня. И Машкиному Бусику тут будет сложно. Не подрали бы…

– Мля-я-я… – От этой мысли даже мне становится дурно. Как переживет трагедию Маша, представлять не хочу и шагаю быстрее, бросив огрызок яблока в ближайшие кусты. – Буся! Буся-Буся-Буся!

«Ты его еще на «кыс-кыс» позови. А лучше на колбасу. Тогда точно прибежит», – проносится в моей голове.

Не подумал сразу. Колбасы вокруг точно нет, только фрукты и ягоды. Вряд ли он на это поведется.

– Буся! – причмокиваю языком, как обычно делают бабушки, когда выгуливают любимых питомцев во дворах многоэтажек. – Буся, ко мне. Домой.

Слышу громоподобный мужской смех, спугнувший птиц с ближайшего дерева. Хмуро смотрю на местных мужиков в трико, майках, а то и без. Курят, с улыбками косятся на меня. И даже не разозлишься, потому что я и сам знаю, что выгляжу как идиот в данный момент. Но Машка важнее. Не хочу, чтобы плакала. И «единственный друг» от проницательной тетки карябает по живому.

– Мужики, маленькую рыжую псинку не видели? Странный такой, с лохматыми ушами. Девочка будет очень плакать, если не найду, – давлю на жалость.

– Ты ж племянник Нелли? – узнает меня один из них, глянув на четки, намотанные на запястье левой руки как браслет.

– Я, – киваю.

– Слышал, ты травяные сборы делаешь. Покурил, и все прошло. Это правда?

Какие обо мне интересные слухи тут ходят. Не знал. Ну да хрен с ним, у меня все легально, пока не доказано обратное.

– От диагноза зависит, – пожимаю плечами.

– Да голова что-то болит в последнее время, – басит мужик.

– Так МРТ бы сделал.

– Дождешься его в нашей поликлинике. Все на месяцы вперед расписано. Так что, меняемся? Мы тебе собаку поможем найти, а ты мне смесь. Вы ж, колдуны и ведьмы, по бартеру работаете. Мне жена говорила.

Улыбнувшись, обещаю что-то придумать для мужика, и вот мы уже в четыре глотки орем на всю деревню это треклятое: «Буся-я-я!» Мне кажется, от такого хора он вообще никогда не вылезет.

Расходимся в разные стороны. К нам присоединяется местная детвора и тоже ищет собаку.

Вот так одна маленькая женщина может поставить на уши целую деревню. И даже не своими руками, а чужими лапами.

Буся не находится ни у реки, ни на краю леса, ни у местного магазинчика, а уже начинает смеркаться.

– Я нашел! Нашел! – кричит один из мальчишек, указывая нам на густую поросль осоки и камыша. И мне это нихрена не нравится.

– Не лезь туда! – выкрикиваю мальчишке и перехожу на бег, умоляя вселенную, чтобы Буся был жив.

– Где он? – с другой стороны взвизгивает Машка. Она-то здесь откуда?

Годы тренировок не прошли даром. Я успеваю быстрее нее добежать до болота, поймать ее за талию, оттащить в сторону. Пес смог влететь в него довольно далеко, но пока неглубоко. Стоит, жалобно скулит. Лапы увязли в этой жиже по самое пузо. Ему не хватает сил вырваться. Дергает ушами, глядя на меня несчастными глазами-бусинами.

– Точно Бусик, – усмехаюсь.

Жалко животинку, не нашли бы, сдох здесь.

Машка хнычет:

– Вытащи его. Пожалуйста, Шам. Как я без него?

– Сейчас все будет, – смотрю по сторонам в поисках чего-то, за что можно зацепиться. Бесславно утонуть в болоте в первый же день отпуска мне не улыбается от слова «совсем».

Мужики подходят. Отправляют одного из пацанов за веревкой. Нам остается только ждать и всем вместе наблюдать за несчастным Бусей. Машка в слезах снова порывается его спасать. Прижимаю ее к себе, успокаиваю.

– Вытащим сейчас, – вожу губами по волосам.

– А если нет?

– Вытащим.

– Нашел! Дядь Паш, я нашел веревку, – кричит посыльный и тащит приличный такой моток, больше похожий на тонкий канат, чем на веревку.

Делаю петлю, затягиваю на себе и отдаю конец мужикам. Скидываю обувь, подворачиваю штаны и шагаю в эту чвакающую субстанцию со специфическим запахом застоявшейся воды.

– Ну здорово, Буся, – хмыкнув, осторожно поднимаю собаку и на вытянутых руках торжественно несу хозяйке.

Маша забирает у меня перепуганный комок грязи.

– Не прижи… май, – закрываю глаза. Поздно…

Мальчишки смеются, мужики скручивают веревку. Благодарю всех за помощь, а с тем, кому обещал смесь, договариваемся встретиться чуть попозже. Нам бы теперь всем отмыться, и летний душ тут не очень поможет.

Возвращаемся во двор. Стол все еще накрыт. Делаю несколько глотков чая из первой попавшейся чашки и молча ухожу заниматься баней. Как ни парадоксально, чтобы спустить пар.

Баня у тетки большая, настоящая, деревенская. Помимо всего прочего, в ней стоит деревянная чаша для фитотерапии. Сам собирал, чтобы тетушка пользовалась. Наполняю ее водой, чувствуя, как болотная грязь стянула кожу на ногах, а по спине течет пот. Выливаю последнее, подбираю травы для Маши, чтобы успокоилась, спала хорошо на новом месте, добавляю немного косметического эффекта. Девочка же, должно понравиться. Проверяю температуру воды. По бедру идет вибрация от мобильника. Я успел забыть про него, и совсем из башки вылетело, что с Викой договорился. Зато она помнит. Закатив глаза, вздыхаю и смахиваю вызов, выставляя режим «в самолете». Потом разберемся. Не до нее сейчас.

Зову Машку с Бусей отмокать.

– Ух ты-ы-ы, – тянет Заноза, увидев импровизированную ванну. – Жарко тут.

– Баня же, – улыбаюсь. – Я сильно не топил, а то в обморок можно упасть с непривычки. Вот тебе мочалка, хвойное мыло тетя сама делает. Не торопись.

– А ты?

– Я после вас.

– Не уходи. Пожалуйста, – тихо просит Маша, опасливо глядя по сторонам. – Жужжит кто-то…

Здесь все везде жужжат и пищат, деревня же.

– Мы не можем вместе мыться, – улыбаюсь ей.

– Я не буду полностью раздеваться. Только не уходи, – крепче прижимая к себе Бусю, странно глядящего на меня, вновь умоляет она. Страдалец до сих пор трясется, как на электрическом стуле.

– Окей, – сдаюсь. – Вернусь через пять минут, когда ты уже будешь в воде.

– Спасибо!

У тетушки прошу полотенце, на всякий случай обещая, что все будет прилично.

– Я в тебе не сомневаюсь. – Она гладит меня по плечу.

Бросив грязные штаны в стирку, обматываю бедра полотенцем поверх трусов. Беру для Машки и Буси еще парочку и возвращаюсь в баню. Больно ударяюсь пальцем о порожек, зависнув на красивой картинке. Маша на русалку похожа. Завораживающая, с распущенными по голым плечам мокрыми волосами. И несчастный Буся рядом с ней. Тоже мокрый. Смотрит на меня, снова умоляя его спасти.

Вернув себе дар речи, забалтываю сестренку Макса, отрывая ее от грустных мыслей, а заодно отмываясь от вонючей жижи, черными струями стекающей по ногам.

Полотенце то и дело съезжает. Ловлю и возвращаю на место, а Маша смущенно улыбается. Отпустив Бусю на пол, взбивает хвойную пену ладонями и резко дует, отправляя в мою сторону множество мелких пузырьков.

– Шам, – зовет она, украдкой разглядывая полуголого меня из-под ресниц. – А Ярик – это Ярослав?

– Нет, – улыбаюсь, поняв, что она не знает моего имени. – Ярик – это Данияр. Тетушка по-разному называет. Если хочет ласково, то Яриком, а если серьезно, то зовет Даном или полным именем.

– Как красиво, – вздыхает она. – Мне больше Дан нравится. А моим именем особо не заморачивались, – смеется. – Обычная Машка, – мило куксится.

– Необычная Машка, – выдаю я и тут же прикусываю язык.

– Что? – Она приподнимается из воды, а я отворачиваюсь.

– Говорю, хватит тебе бани для первого раза. Если отмылась, пора выходить. Чай пить будем.

В предбанник выхожу первым, вытираюсь, отправляюсь на улицу и у дверей жду Машу, а то будет опять пищать, что ей страшно. Закутав себя и Бусю в полотенце, она присоединяется ко мне. Вместе возвращаемся в дом. Переодеваемся и вновь выходим на улицу к столу. Тетя Неля уже заварила для нас свежий чай, а сама куда-то запропастилась.

Буся крутится под ногами, все время встряхивается и фыркает. Приваливается к моей ноге.

– Эй, иди к хозяйке, – мягко отталкиваю пса. Он отбегает и опять прилипает ко мне. – Да что ж такое. Маш? – несчастно смотрю на девушку.

– Это он так тебе благодарен, – поясняет она с теплой улыбкой.

– Ну капец. Надолго? – кошусь на пса.

– Навсегда, – шире улыбается Маша.

Глава 11. Шаман

Кайф деревенского утра в том, что ты просыпаешься не от десятка будильников, выставленных с разницей в пятнадцать минут в мобильном, а по внутренним часам, которые именно здесь, в тишине, на свежем воздухе начинают работать исправно.

От всей души потянувшись, разворачиваюсь и смотрю, как поднимается солнце, мягко накрывая лучами место из моего детства. Петухи заводятся как по команде. В углу жужжит случайно залетевшая в комнату муха. На деревянной настенной полке стоят книги с потрепанными корешками, на письменном столе ваза с сухоцветами на коротких ножках. Картинка с подсолнухами опять покосилась, а со шкафа на меня смотрит пыльный коричневый медведь, оставшийся еще от мамы, которую я знаю лишь по рассказам тети.

Из открытого окна тянет утренней прохладой. Жмурюсь, как объевшийся кот. Правда ведь хорошо!

Жужжание мухи сначала перекрывает скулеж Буси, а следом до меня доносится пронзительный женский визг. Рефлексы срабатывают быстрее головы. В трусах подскакиваю с кровати, наступаю на собаку. Рыжий визжит, женский голос тоже.

– Да чтоб тебя!

Босиком выбегаю во двор. По дорожке сворачиваю в сторону новой щедрой порции визга и застаю Машку за настоящими шаманскими плясками. Размахивая руками и переступая с ноги на ногу, растрепанная, в помятой длинной футболке и бриджах она пытается отвоевать у нескольких встревоженных ос путь к туалету.

– Замри! – командую я.

Маша от неожиданности застывает со вскинутыми руками и испуганно смотрит прямиком на меня.

– Не шевелись, – улыбаюсь ей.

Подхожу к туалету. Под крышей нахожу осиное гнездо. Пока вожусь с ним, чтобы не навлечь на себя гнев насекомых, напавшие на Машу осы спокойно улетают по своим делам, и девочка заметно выдыхает.

– Все, путь свободен.

– Точно? – Она подозрительно щурится, глядя на закрытую дверь.

– Точно-точно. Максимум, кого ты там встретишь, это муху или комара, но с ними ты уже знакома. Их родственники давно обосновались в городе, прямо как мы с тобой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.