Ульяна Муратова
Осколки Северного Счастья. Книга 1

Осколки Северного Счастья. Том 1

Глава 1. Карина

Я шагнула в портал и очутилась в коконе из магических всполохов всех оттенков фиолетового. Цветная круговерть закручивалась спиралью. Красиво, только дышать тут нечем, а значит, у меня секунд тридцать на то, чтобы отсюда выйти. Удивительно, но внутри мне было даже хорошо – пространство искрилось силой, и я впитывала неведомые ощущения.

Магия…

Как и предупреждал Шаритон, на входе в портал вся одежда истлела, и сейчас я была абсолютно обнажённой.

Ладно, нечего тут торчать. Сделала шаг и наткнулась на упругую стену. Какого чёрта? Повторила попытку. Глухо. Ещё раз. С тем же результатом.

Меня мгновенно прошиб холодный пот, внутри поднималась паника. Что за ерунда? Мы так не договаривались. Я инстинктивно хотела сделать вдох, чтобы успокоиться, но воздуха-то не было. Чёрт!

Липкий страх на мгновение сковал по ногам, но я взяла себя в руки. Рванула прямо и окончательно поняла, что это не вариант. Тогда направо? Упёрлась плечом в такую же мягкую, но непреодолимую преграду. Хорошо, тогда налево. Когда нога провалилась сквозь светящуюся энергетическую пелену, я улыбнулась и придала себе максимально независимый и гордый вид.

Наконец-то!

Шагнув в новый мир целиком, я с высоко поднятой головой осмотрела пространство перед собой.

Если это и были встречающие, то моему появлению они крайне удивились. В душу закрались сомнения, ведь выйдя из портала я оказалась на огромном подносе с шашлыками (к счастью, не горячими) ровно посередине громадного длинного стола. Пирующие за ним крупные мужики разной степени рыжины откровенно пялились. На их лицах потихоньку появлялись похабные улыбочки, но я старалась держаться спокойно.

Кажется, я вышла не туда. Упс…

Во главе стола стоял мужчина с кубком в руках. Судя по всему, он собирался сказать какой-то тост. Высокий, стройный, широкоплечий, лицо было иссечено старыми шрамами, отчего он выглядел угрюмо или даже несколько агрессивно.

Светло-карие глаза смотрели на меня изумлённо. Его лицо было словно выточено из камня. Резкие линии подбородка и скул, густые ровные брови, прямой нос, высокий лоб и узкие губы. Красавцем его, конечно, не назвать, но в нём чувствовалась сила, решительность и основательность. А ещё в нём ощущалась магия.

Все молчали. Я быстро окинула взглядом присутствующих. Да, безусловно, я теперь чувствовала магию. У парочки собравшихся её вообще не было, у большинства – небольшой дар, но некоторые маги поражали силой. Как этот, с кубком.

– Кажется, богиня решила сделать нам подарок. И какой красивый! – похабно заржал рыжебородый мужик слева от меня.

Одарив его надменным взглядом, я на носочках двинулась вперёд по столу, стараясь не наступить в какое-нибудь рагу. Пирующие за столом мужики провожали меня сальными взглядами, и я лихорадочно пыталась сообразить, что делать дальше.

На меня смотрели. Нет, не так. Пожирали меня глазами.

Где я? Куда меня вывел портал? Где Шаритон?!

Пока шла, они наблюдали, и я вдруг со всей ясностью осознала: стоит мне остановиться, как придут в движение они. Я шла, рассекая густеющее в воздухе напряжение, и смотрела на мага с кубком во главе стола. Он тут главный?

Остановившись, я проговорила, вложив в свои слова всё достоинство и холодность, на которые была способна в текущих обстоятельствах:

– Здравствуйте. Прошу вас предоставить мне одежду и объясниться.

Вместо того чтобы помочь, этот рыжий истукан уставился мне куда-то в район лобка и шумно сглотнул.

Полностью проигнорировав мою просьбу, рыжий маг алчно рассматривал моё тело. Остальные буравили меня не менее жадными взглядами, в которых читался отнюдь не академический интерес. Я усилием воли подавила рвущийся наружу страх. Его показывать ни в коем случае нельзя.

– Мне нужна одежда, – чуть громче сказала я, осознавая, что влипла по самую макушечку. – Я одна из невест императора Эринара Торманса и прошу предоставить мне одежду!

Ноль реакции. Я окинула помещение взглядом и поняла, что тут нет ни клочка ткани. Ни занавесок, ни скатерти на огромном деревянном столе, ни даже приличного размера полотенец под рукой. У окон вдоль дальней стены лежал половичок, и я уже мысленно примеряла его на себя, когда стоящий передо мной маг протянул свою мясистую граблю и положил её мне на бедро, большим пальцем проведя по коже.

Ну уж нет, такого я терпеть была не намерена!

Звонкая пощёчина привела его в чувство, заставив оторвать взгляд от моего лобка и поднять к лицу.

– Убери руки и дай мне одежду! – рявкнула я, зло глядя на мага.

Ни одной разумной мысли в светло-карих глазах! Только вздыбившиеся в паху штаны красноречиво свидетельствовали о том, что кровь прилила отнюдь не к мозгам.

Чёрт!

Глава 2. Иртальт

Традиционный ужин с представителями других кланов не обещал ничего интересного. Все проблемы были давно решены на Круйнии, все спорные вопросы оговорены, завтра все должны разъехаться по своим землям, а сегодня мне предстояла очередная попойка.

Нет, против попоек я ничего не имею, просто компания не та. Кроме отца, младшего брата, Галь да союзников из клана Западного Берега, за столом собрались чужаки, а значит, и расслабляться нельзя. Чуть дашь слабину – и соседи уже разевают рты на приграничные территории. Глупость, конечно – земли-то у всех полно, лично я предпочитал развивать свой клан, а не откусывать от чужого пирога, но, к сожалению, мои взгляды разделяют не все.

Большинство следовало правилу: если кто-то не может защитить своё, то это не зазорно отобрать. Это, конечно, не касалось отношений с соплеменниками, так поступали только с другими кланами.

Осмотрев стол, за которым мы пировали, я прикинул, когда можно будет уйти так, чтобы это не сочли грубым. Некоторые лица уже поплыли, разговоры стали более резкими, а на дальнем конце назревала драка. Это, конечно, хорошо. В смысле, хорошо, что на дальнем конце – была бы на этом, пришлось бы участвовать.

Сделав глоток креплёного пива, я посмотрел на отца вопросительно.

Он, как и я, не разделял радости от совместных пьянок после Круйния, но куда деваться? Я бы предпочёл спустить пар на охоте, но кто бы меня спрашивал. Глава клана я номинальный, всеми делами заправляет отец, а я просто самый сильный маг и боец в клане Южного Берега и один из самых могущественных на континенте.

Моя задача – устрашать другие кланы, и я с ней отлично справляюсь. Вот и сейчас я торговал свирепой рожей во главе стола, изнывая от скуки. А в спальне осталась такая интересная книжка! Я представил, какой урон моей репутации нанесёт книжка в руках, и оскалился.

Сделав ещё глоток пива, я принялся изучать побитые жизнью морды напротив. А полюбоваться было откровенно нечем, глав кланов выбирали не за красоту. Рожи – одна страшнее другой. Кроме Галь, конечно. Она с надменным видом сидела в середине длинного стола, и идеальное лицо выглядело также кисло, как кочан маринованной кабаисты. Но даже с такой унылой миной Галь была недосягаемо прекрасна.

Время тянулось медленно. В ближайшие пару месяцев даже в море не выйдешь – с начала зимы и до середины весны оно бушевало с такой силой, что даже Морскими путями идти опасно, что уж говорить о кораблях. Сумасшедшие штормы – одна из причин, почему мы не строили поселения рядом с водой. Волны зимой достигали высоты трёх человеческих ростов, и даже самая крепкая городская стена их не удерживала.

Я сделал ещё пару глотков, вяло прислушиваясь к перебранке. Кажется, Риельп сейчас отхватит по мордасам. Что ж, должно же и что-то хорошее сегодня случиться.

Пойти, что ли, Гербольту харю начистить?.. Одним своим видом бесит, гад.

С кланом Северной Звезды отношения у нас всегда были дерьмовые. Какой у них клан, такие и отношения. Всё им Викар покоя не даёт, который век мечтают его к рукам прибрать, скумы. Переломятся. А мы так и будем в море выходить на две недели раньше, чем они из их Астера.

И даже волны Штормового моря нам нипочём. Если уж они докатывались до нас, то огромный ров и высокая стена становились прекрасными препятствиями на их пути. К счастью, в последние годы этого не случалось. Старики даже говорили, что море затаилось и притихло, в чём, вопреки логике, они видели плохие знаки. Ну так на то они и старики, чтобы всюду дурные знамения видеть и седыми бородами трясти, важности себе набивать. Если дюжину лет к ряду предсказывать большую волну, то рано или поздно она придёт. Тогда можно и щёки дуть, разглагольствуя о своих прорицаниях.

Другое дело настоящие прорицания…

Мысли невольно коснулись Вельмы. Старшая сестра пропала пять месяцев назад, осенью. Она была жива, и мы отчаянно её искали, но достучаться никак не могли. Ни поиск по крови, ни мысленные призывы результатов не давали. Без прорицательницы стало сложнее, а другие кланы не скрывали злорадства.

Клан Южного Берега был одарён магически сильнее других, чем и гордился. Исчезновение сильной колдуньи вызывало ехидные ухмылки у всех остальных. Всё равно надежду жениться на Вельме оставили все. Не было холостого северянина, не посватавшегося к красавице-сестре, но каждый получал отказ. Вельма – косантора, следовательно, просто выдать её замуж, как обычную девушку, было нельзя. Поэтому когда она заказала себе свадебное платье, отец замер в предвкушении. Двести лет в девках просидела, и тут такая радость.

А затем она отправилась на юг и исчезла.

Отец недавно так и сказал: «Уж хоть бы вернулась живая, пусть даже и с альмендрийцем каким…». Такого я не ожидал.

Альмендрийцев мы не жаловали, и были тому веские причины.

Во-первых, они были слабее физически и сильнее магически, что нам совершенно не нравилось. Во-вторых, обладали чёрной мастью, и стоило пустить в клан одного, как благородная рыжина волос вытеснялась то каштановым, а то и вовсе чёрным. В-третьих, вели они себя заносчиво, и нас иначе как варварами не называли. В-четвёртых, и самых обидных, их цивилизация действительно шагнула дальше нашей, и многое нам приходилось покупать у них или в других странах по бешеным ценам.

Конечно, наши изделия из кожи были лучшими в мире, но вот магическое оружие, предметы с искажённым пространством, особые зелья и камни-активаторы порталов мы закупали в других странах. Пространственников – универсальных магов, способных изготавливать сумки и ящики, вмещающие в себя целые комнаты – больше всего рождалось в Минхатепе. Вот только далеко от нас до Минхатепа. Иной раз торговые корабли выходили в путь ранней весной, чтобы успеть вернуться до осеннего сезона штормов. И то не всегда успевали, некоторым и в Альмендрии приходилось зимовать, если штормовые ветра приходили слишком рано.

Я вздохнул и подавил зевок.

Пожалуй, пора и тост сказать. Поднявшись на ноги, я посмотрел на присутствующих. Ещё бы год эти морды не видеть, как раз до следующего Круйния. Кроме Галь, конечно. Ей я всегда рад, жаль, что на взаимность рассчитывать не приходится. Лучшая подруга Вельмы неоднократно давала мне понять, что я для неё недостаточно хорош. Стерва. Но до чего же красивая!

Подняв кубок, я заговорил:

– Гости клана Южного Берега, хочу поблагодарить вас за то, что разделяете с нами кров и стол. А также хочу поблагодарить богиню Судьбы, чья милость позволила нам сегодня собраться тут. За прекрасную богиню Судьбы и её щедрые дары! – искренне выкрикнул я, поднимая повыше кубок и вызывая рёв одобрения среди подвыпивших гостей.

Богов не принято беспокоить понапрасну, но я же не взывал к ним, а всего лишь сказал тост, так что ничего страшного. Говорят, что стоит помянуть богов, как обязательно привлечёшь их внимание, но я считал это предрассудками.

В тот момент, когда я сделал из кубка глоток, ровно посередине комнаты прямо над огромным столом замерцали всполохи портала.

Все присутствующие замерли от удивления, и я в их числе. Это что за ерунда? Дом защищён от порталов! Но этот слишком силён: я чувствовал, как он тянул магию из окружающего пространства.

Наши так не ходили, портал явно был чужим и, скорее всего, создан пересекать не только пространство, но и грани миров. Любопытство взметнулось, и я жадно уставился на раскрывающийся магический зев, машинально нащупывая рукоять топора.

Ах, вшивый иррет, их же не брали на пир! А что если это нападение?

Я подобрался, перекатывая между пальцами боевое заклинание, и ждал, когда из портала выйдет незваный гость.

Но сначала из портала показалась миниатюрная девичья ножка. Она уверенно раздвинула куски жареного мяса на большом подносе посередине стола и обрела там опору.

Заинтригованный, я чуть не запрыгнул прямо на стол, чтобы оказаться поближе и рассмотреть всё в деталях.

Следом показалось колено, изящная тонкая рука, а потом – абсолютно обнажённая девушка потрясающей красоты. Остолбенев, я рассматривал сначала ладную фигуру с нежными округлостями грудей, узкую талию, округлые бёдра идеального рисунка, а затем перевёл взгляд на лицо. Незнакомка если и испугалась, то своего страха не показала, огляделась с горделивым выражением лица так, словно в комнате хозяйкой была она.

За столом повисла тишина, все присутствующие жадно рассматривали великолепное тело нежданной гостьи.

– Кажется, богиня решила сделать нам подарок. И какой красивый! – заржал Тривольд, шумный брат главы клана Хвойного Леса.

Девушка одарила его презрительным взглядом и двинулась по столу в моём направлении, шагая на пальчиках и изящно ставя стройные ножки между тарелками и кубками. Её движения завораживали, и моя реакция была вполне однозначной. В штанах стало тесно, и мысли потекли лишь в одном направлении: хотелось уложить незнакомку прямо на стол и попробовать на вкус. Чем ближе она подходила, тем лучше я мог её рассмотреть.

Тяжёлые полушария грудей с идеальными тёмными сосками плавно покачивались в такт движениям, точёные линии упругого живота мягко спускались к двум нежным складочкам между ног. Обычно покрытые волосками, у незнакомки они были провокационно обнажёнными, гладкими и беззащитными, восхитительно волнующими.

Кажется, она что-то сказала. Голос был приятный, довольно низкий и мелодичный.

Я не смог оторвать взгляда от открывшегося зрелища и ощутил, как отреагировало тело. Рука сама потянулась к незнакомке и легла на бархатистое бедро, большой палец провёл по тонкой и нежной коже. Я мог думать только о том, чтобы впиться в неё ртом, подмять под себя и заставить стонать моё имя.

Звонкая пощёчина не причинила боли, но заставила поднять взгляд. Идеальные черты лица, аккуратный нос, ярко очерченные брови, огромные тёмно-карие глаза в обрамлении невероятно длинных густых ресниц и пухлые, неимоверно желанные губы, которые захотелось смять в подчиняющем поцелуе.

Я постарался сосредоточиться, но просто не смог этого сделать. В зале становилось шумно, боковым зрением я видел, как другие поднимаются с мест, похотливо оглядывая соблазнительную фигуру божественной гостьи.

В этот момент на стол запрыгнул Гербольт. Разнося сапогами тарелки и кубки, он в два шага оказался сзади незнакомки и грубо ущипнул её за ягодицу.

В ответ гостья ударила резко, чистой силой, от её пальцев растеклись лиловые жалящие молнии, и мою руку, всё ещё лежащую на округлом бедре, отбросило болезненным разрядом. Он и вернул мне способность соображать. Я стащил с себя рубаху и сунул девушке в руки.

Изящные пальчики взяли ткань, и незнакомка тут же оделась. От вида растерянной и немного растрёпанной девушки, облачённой в мою рубаху, я испытал странное удовлетворение. Одним движением сняв со стола, я переставил гостью на свой стул и загородил спиной.

– Всем заткнуться и оставаться на своих местах! – приказал я, шарахнув для острастки магией.

– Девка общая! Богиня всем прислала! Она не твоя косанта! – возмущённо взревел кто-то.

– Разложи её на столе и дай всем хорошенько развлечься! – раздался голос с дальнего конца стола.

Туда мы усадили тех, рядом с кем находиться было особенно неприятно. Кланы Снежной Пустоши, Красной Реки, Диких Мест и Дальнего Перевала. Животные.

– В нашем доме не насилуют женщин, – громко и угрожающе прорычал я.

– Тогда давайте выйдем во двор! – растянул губы в паскудной улыбке Риельп, глава клана Диких Мест.

Шрамов у него на лице не было, но гнусная ухмылка, которая всегда кривила его губы, вызывала во мне глубокое отвращение. К счастью, наши земли не граничили, иначе я давно бы убил такого соседа.

– Послушайте! – раздался зычный голос отца. – Разве кто-то желает повторить судьбу Конхоральта? Для начала в ситуации нужно разобраться. Никто не будет причинять вред нашей божественной гостье. Возможно, сама Судьба почтила нас своим присутствием, неужели здесь найдутся идиоты, желающие оскорбить богиню?

Одной фразой он остудил самые горячие головы и погасил конфликт, когда я уже готовился снова ударить магией. Вот поэтому настоящий глава клана – отец, а я лишь занимаю этот пост по праву сильнейшего мага.

Окружающие посмотрели на незнакомку иначе, а Гербольт даже поморщился. И не зря: фиолетовая молния стремительно расчертила воздух в зале и болезненно ужалила тех, кто отнёсся к гостье без уважения, оставляя за собой всполохи в глазах и запах грозы.

Я с уважением обернулся к стоящей позади меня девушке.

Сильна!

Глава 3. Карина

Разобраться с тем, как управлять магией, получилось быстро. Она, словно статическое электричество, собиралась у меня на кончиках пальцев, стремясь вырваться наружу и покарать. Сейчас я уже догадалась, что говорят местные на другом языке. Сама я их отлично понимала, жаль, что сказать в ответ ничего не могла.

Понимание другого языка происходило само по себе: сначала кто-то говорил что-то на местной тарабарщине, а потом в голове само собой появлялось значение сказанного. К сожалению, с обратной коммуникацией это так не работало.

Маг, что стоял с кубком, оказался то ли тугодумом, то ли вообще интеллектом не блистал. Он далеко не сразу сообразил оказать мне помощь, даже полапал, гад. Но я ему это быстро простила, потому что он явно меня защищал, по крайней мере пока. Кроме того, он в буквальном смысле этого выражения свою рубаху мне отдал, так что я стояла, окружённая его терпким мужским запахом. Что-то хвойно-ореховое, приятный аромат.

Дождавшись удачного момента, я таки отпустила молнию и немного подпалила хвосты своим обидчикам. Тем, кто щипался и предлагал меня изнасиловать. Силы на этом закончились, но их всё равно хватило бы только на один удар, так что разумнее, чтобы он был превентивным.

Немолодой мужчина, высказавший мысль, что я сама богиня, насмешливо осмотрел собравшихся.

– Иргольд, прошу тебя, проводи нашу гостью в свободные покои и распорядись, чтобы ей предоставили одежду и лёгкие закуски. Когда она будет готова к беседе, попроси её присоединиться к нам в зале Собраний.

Замерший справа от стола парень, обладающий немалым даром, покорно кивнул и предложил мне руку, чтобы я могла спуститься с высокого стула. Его жест я проигнорировала, сошла сама, высоко держа голову. Стоило мне оказаться на полу, как сразу стало понятно, что абсолютно все присутствующие сильно выше меня, хотя для девушки я была немаленького роста – метр семьдесят.

Провожатый вывел меня из помещения. Босые ноги мгновенно замёрзли на стылых гранитных плитах пола, но жаловаться я не привыкла. Да и что он сможет мне предложить? Понести на руках или отдать свои сапоги? Оба варианта не просто не вызывали энтузиазма, а казались прямо-таки неприемлемыми.

Надо сказать, что тут было зябко. Видимо, центральное отопление ещё не изобрели. Зря они так протянули. У меня по физике была четвёрка только потому, что учитель у нас был нестрогий. Реальных знаний наскреблось бы хорошо если на тройку с минусом, но аттестат Борис Петрович мне портить не стал. Так что на меня в плане технических усовершенствований и прогрессорства местным рассчитывать точно не стоило.

Тем временем мы уходили всё дальше и дальше от зала, в котором я появилась, и перешли в другое крыло здания, что выглядело не в пример ухоженнее и было гораздо теплее. Навстречу нам попадались женщины, провожавшие меня ошеломлёнными и полными любопытства взглядами.

– Мам, нужны гостевые покои, одежда, обувь и еда для вот этой девушки. Она перешла к нам порталом, возможно, из другого мира, – Иргольд остановился и обратился к высокой, статной привлекательной женщине в длинной рубахе и узких штанах.

Никто из встреченных женщин в платьях тут не ходил. Интересно, это не принято? Всем известно, что любой порядочный другой мир должен состоять из женщин в средневековых нарядах и мужчин с длинными волосами. А тут штаны у одних и короткие стрижки у других. Несоответствие.

– Что? – широко распахнула женщина серо-зелёные глаза и уставилась на меня с любопытством.

– Мама, гостевые покои. В нашем крыле, – с нажимом ответил маг.

– Конечно, следуйте за мной!

Теперь сопровождающих стало двое.

Меня привели в просторную уютную комнату с пушистым ковром на полу и светлой деревянной мебелью, украшенной резьбой. Окно выходило на улицу, где лежали высокие сугробы. Оказывается, тут зима!

Массивная кровать была застелена пледом крупной вязки, по обеим сторонам от постели стояли небольшие табуреты или четырёхногие столики, у противоположной стены с трудом разместились исполинских размеров шкаф и комод, украшенные той же резьбой с растительно-цветочным мотивом. Занавески, кстати, наличествовали. В спальне имелась ещё одна дверь, за которой располагалась ванная комната с огромной деревянной лоханью, охваченной несколькими толстыми металлическими кольцами, как широкая плоская бочка.

Судя по нависающему над ней крану, водопровод они уже изобрели. Молодцы! Хвалю.

– Ты нас понимаешь? – с интересом спросила женщина.

Я кивнула, затем спохватилась, что кивок в этом мире может означать что-то другое, но, судя по всему, меня поняли правильно.

– Она сильная магичка, поэтому должна понимать речь, – сказал Иргольд.

Ага, конечно, должна. Что-то на Земле с английским это так не работало, приходилось зубрить все эти неправильные глаголы. С другой стороны, и вот этого зудящего электрического ощущения в теле у меня раньше никогда не было, скорее всего, всё дело в магии.

– Как тебя зовут?

– Карина, – ответила я и на всякий случай ткнула в него пальцем. – Иргольд.

– Правильно! А теперь давай попробуем узнать, понимаю ли тебя я.

– Я одна из невест Эринара Торманса, императора Альмендрии. Где я оказалась? Кажется, что я попала куда-то не туда.

– Это уж точно! – неожиданно по-доброму рассмеялся Иргольд. – Совсем чуть-чуть промахнулась.

Его мама переводила взгляд с одного лица на другое, явно понимая только своего сына. И магии в ней я не чувствовала никакой. Жаль.

– Вы могли бы предоставить мне одежду и обувь?

– Конечно. Мама, нашей гостье нужны вещи. Отец ещё распорядился её покормить. А ты пока приходи в себя, – обратился он ко мне. – Как будешь готова, постучись в дверь напротив, я провожу тебя в зал Собраний.

Мать и сын вышли, оставив меня одну.

А я пошла в ванную отмывать ноги от шашлыка. Вот вечно у меня всё через одно место. Сплошной цыганский фарт, как говорила бабушка. Это когда вроде и повезло, а если разобраться, то не особенно-то. Вот и сейчас: вроде посчастливилось стать магичкой в другом мире, но интуиция подсказывала, что не всё так просто.

Когда я сейчас думала о портале, то складывалось ощущение, что в другое место я бы и не вышла. Где я? Судя по тому, как спокойно и даже равнодушно местные приняли новости о том, что я невеста императора, либо я попала в совершенно другой мир, либо тут всем на него начихать с высокой колокольни. Но не шагни я сюда, однозначно погибла бы.

Отмыв ноги, я вернулась в комнату и села на кровать.

Что мы имеем?

Да примерно то же самое, что и раньше. Денег нет, но вы держитесь. Видимо, не суждено мне стать императрицей, как ни крути.

А ведь всё так хорошо начиналось!

Ещё пару часов назад я стояла на пороге нашей квартиры, мысленно прощаясь с домом и матерью. Ей я оставила коробку денег и записку. Возможно, стоило попрощаться лично, но я не захотела трепать себе нервы очередной ссорой.

У нас вообще слова любви дома были не в ходу, всё больше претензии, ультиматумы и скандалы. Когда я говорю, что мы часто ссорились, то это, конечно, эвфемизм. На самом деле со мной ссорилась мама, мне же участвовать в этом балагане даже не было никакой необходимости. Однажды она умудрилась вдрызг со мной разругаться, пока я слушала музыку в наушниках. Я даже не в курсе была, что за стеной кипят такие страсти. Только к наказанию и подоспела, выйдя на кухню попить водички.

Ладно, что уж теперь.

Для мамы я оставила очень внушительную компенсацию. Она любила попрекнуть меня любой тратой, каждой копейкой, и не забывала рассказывать о том, насколько непосильным финансовым бременем я для неё стала. Что ж, надеюсь оставленная на кухонном столе коробка денег примирит её с моим исчезновением. Смешно, конечно: целая коробка денег. Никогда столько не держала в руках.

Кроме того, Шаритон поклялся вылечить маленьких двоюродных племянниц. У меня было две кузины: Лена и Алина. Старшая два с половиной года назад родила больных близняшек. Её благоверный ушёл из семьи так быстро, что дети едва ли успели запомнить, как он выглядит. Ленке хотелось помочь, она, бедная, уже выглядела тусклой развалиной, а ведь всего на пять лет старше.

Оставляя дом, с собой я ничего не взяла: в мир Шаритона, Карастель, можно прийти только обнажённым, например, родиться там. Такое вот интересное условие. Выражение «родился в рубашке» – это не про этот мир.

Окинув прощальным взглядом квартиру, я в сотый раз подметила детали нашей бедности: старую мебель, потёртый линолеум в коридоре, окна, которые мы по старинке конопатили, потому что денег на новые, пластиковые, не хватало.

У нас было чисто, покрашено, отмыто и побелено, уж за этим мама следила строго. Советская мебель была починена, смазана, где-то даже отполирована, но я всё равно терпеть её не могла. Громоздкая чехословацкая стенка в зале, стол-книжка в моей комнате, тёмно-коричневые лакированные спинки панцирных кроватей. Такие только и остались в старых детских лагерях, задрипанных санаториях и у нас дома. Без сожаления я оставила прошлое внутри и захлопнула дверь.

Закрыла квартиру и занесла ключи соседке. Заодно и с Глафирой Павловной попрощалась. Хорошая старушка, душевная.

Выйдя из обшарпанного подъезда, присела на покалеченную лавочку, изучая знакомую яму перед крыльцом. Нас с ней связывали длительные и трепетные отношения. Каждое лето её заделывали, и каждую осень она возвращалась, являя миру свои щербатые бока. В ней я играла в детстве, она подкараулила меня перед вступительными экзаменами, воспользовавшись сонным состоянием и рассеянностью, в ней утонул мой первый сотовый телефон.

В яме, конечно, была лужа. Её дно было мифично, как лох-несское чудовище: никто никогда его не видел, но многие предполагали, что оно есть. Лужа не пересыхала даже в самые жаркие времена. Я считала, что её питают подземные ключи. Глафира Павловна думала, что водопровод, но это противоречило логике. Всё-таки воду у нас периодически отключали, а на уровень наполненности лужи это никак не влияло.

Неужели мы с этой лужей больше не встретимся? Даже не верится.

Я ждала пока за мной приедет Шаритон, тот самый маг, который нашёл меня и уговорил участвовать в этом грешном конкурсе невест.

Машина показалась из-за поворота. Лакированный блестящий бок подмигнул на солнце, и я спокойно села в прохладный салон.

Контора Шаритона расположилась на верхнем этаже одного из лучших в городе офисных зданий. Только вот никаких привычных работ в этой конторе не вели.

Я вошла в просторное помещение одной из первых, помимо меня в комнате были только две девушки, и обеих я окинула придирчивым взглядом. Если судить по внешности, то мне они были не соперницы. Или в другом мире и стандарты красоты отличаются? Меня, безусловно, интересовало, как будет проходить отбор. Кто же знал, что я на него не попаду?

Или шансы ещё есть?

Тогда, стоя в снятом магом офисе я наблюдала за одной из городских площадей. Ни ностальгии, ни щемящей нежности родной мир у меня не вызывал. Он мне вообще не особенно нравился, будем откровенны. С мамой мы жили бедно, поэтому все удовольствия, которые он мог предложить, лет до шестнадцати были для меня недоступны. А затем стали доступны только в компании какого-нибудь ухажёра.

К мысли о том, что мне придётся как-то капитализировать свою красоту, я привыкла давно. Не могла ничем другим выдающимся похвастаться. У двоюродной сестры Алины, к примеру, был прекрасный голос, вот только внешность немного подкачала. Симпатичная, конечно, но уж точно не звезда эстрады. А у меня голоса не было, как и слуха, как и художественного таланта, как и особенных мозгов. Даже пресловутая алгебра давалась мне непросто. Приходилось строить глазки одноклассникам, чтобы кто-нибудь помогал с учёбой.

И это не значит, что я не пыталась сама! Просто мой мозг работал как-то по-другому и отказывался тратить ресурсы на логарифмы, синусы и косинусы. Зато мужики за мной таскались в товарных количествах. К бросаемым на меня взглядам я всегда относилась с равнодушием, а любой, кто вёлся на красивые глазки и начинал пускать слюни, сразу же переставал меня интересовать.

Поэтому воздыхателей у меня был вагон и маленькая тележка. Но толку?

Меня заваливали ненужными подарками (у моих двоюродных племянниц была целая коллекция из мягких игрушек, которые мне тащили ухажёры), конфетами (от них портилась кожа, поэтому их я тоже передаривала), цветами, сертификатами в спа, комплектами белья (видимо, в надежде меня в них увидеть). Подарки я принимала, почему нет? Я же никого не вынуждала их делать и всегда честно говорила об отсутствии чувств к их дарителям.

И жила я нормально, пока не встретила Тиграна. Старый прожжённый бандюган воспылал ко мне нездоровой страстью, и каждый отказ воспринимал как личный вызов. Даже к матери ходил, настырный. Когда непрошенные ухаживания перешли в откровенные угрозы, я и приняла предложение Шаритона. Очень удачно оно подвернулось.

Стоя в офисе мага, я представляла перекошенное лицо Тиграна, когда он поймёт, что я умудрилась от него свалить. Наш последний разговор закончился тем, что он дал мне неделю на раздумья:

– Либо ты ляжешь под меня сама, Карина-джан, либо я тебя силой уложу, поняла?! И второе будет гораздо неприятнее, – угрожал Тигран, кривя свежевыбритое лицо, отливающее на щеках синевой.

Как по мне, так и первое было не особенно приятно, так что Тиграну я смиренно кивнула, пообещала подумать и в тот же день дала согласие Шаритону.

Перед открытием портала в офисе мага царило оживление. Вокруг сновали его сотрудники, одетые в по-военному лаконичные мундиры. Девушек становилось всё больше, а вот Шаритона пока не было, и это нервировало, потому что именно с ним я заключила магический договор.

Появление новых лиц я поначалу оставила без внимания, но потом знакомая фигурка мне помахала, и всё равнодушие с меня мигом послетало. В компании своей подруги у входа стояла Алина, моя двоюродная сестра-одногодка.

Помахав в ответ, я принялась лихорадочно обдумывать ситуацию. Одно дело обставить незнакомых девиц, а совсем другое – кузину! Неужели она тоже будет участвовать в конкурсе? Хотя, наверное, это логично. Шаритон говорил, что участниц отбирали по специфической магической реакции крови, поэтому не стоит удивляться, что у моей ближайшей родственницы она тоже была.

С другой стороны, проиграть именно Алине мне было бы не обидно. Подруг у меня никогда не водилось, а кузина была пусть не близким, но родным человеком. Тогда я решила, что если вдруг император вызовет у неё чувства, то я ей помогу. В конце концов, Шаритон упоминал, что у Его Величества есть ещё и неженатый брат.

Как девушка, любви к мужчине никогда не испытывавшая, я относилась к этому чувству с любопытством и уважением. На свидания с несвободными представителями противоположного пола никогда не ходила, но, к сожалению, свой статус от меня частенько скрывали, поэтому тут, конечно, бывали накладки.

Я подмигнула Алине и показала на свободное место рядом со мной. Она кивком поздоровалась и продолжила о чём-то шептаться с подружкой, кажется, её звали Наташей. Я сначала подумала, что она тоже с нами на конкурс собралась. Другие девушки всё прибывали, при этом не все делали это самостоятельно. Одну потенциальную невесту в нашу компанию буквально швырнул пропитый мерзкий мужик.

Алина сразу же кинулась её поддерживать. Вот такая у меня кузина, открытая и душевная, только постоять за себя не может совершенно. Для чего стараться подружиться с абсолютно незнакомой будущей соперницей? Сегодня ты ей поможешь, а завтра она тебя ударит в спину. Но кузина, видимо, так не считала.

– Привет, я Алина, а это – Наташа. Но Наташа в портал не пойдёт, она тут со мной за компанию. Тебя как зовут? – дружелюбно поинтересовалась сестра.

Прекрасно, Наташа с возу – конкурсу легче.

Алина болтала с новой знакомой и сияла, как начищенная монетка, и я мысленно расслабилась. Всё-таки, хорошо, что я тоже участвую в конкурсе. Ну вот куда она без меня одна такая радужно-наивная?

– Уважаемые девушки, – заговорил Шаритон, – через десять минут мы откроем портал. Проходить по одной, за руки не держитесь, не толкайтесь, проходите по одной и не нервничайте. С той стороны вас встретят. Прохождение абсолютно безболезненно, вы просто сделаете шаг в портал, а затем ещё один шаг в наш мир, Карастель. Там вас уже ждут. Мы пойдём следом за вами, поэтому прошу вас на выходе из портала не толпиться, отходить в сторону. Вас встретят и всё объяснят. Провожающих прошу отойти вон к той стене.

– Мы выйдем из портала без одежды? – уточнила я на всякий случай.

Не зря же я последние два дня потратила на то, чтобы в обнажённом виде выглядеть идеально.

– Да, но на той стороне вам выдадут и одежду, и обувь. Сейчас прошу вас подойти ко мне, я должен подготовить вас к переходу.

Я подошла поближе к Алине и ободряюще погладила её по руке.

– Не переживай, я о тебе позабочусь, – искренне сказала я.

Вообще, заботиться о ком-то я любила, только вот объект опеки от меня частенько пытался удрать. Этим я в маму. Причинять заботу и насаждать добро я научилась у неё.

Вот и Алина выдала мне кисловатую улыбку, но я не расстроилась. Решила: кузина быстро оценит преимущества того, что нас будет двое, когда мы окажемся по другую сторону портала.

Шаритон что-то колданул, и все девушки поголовно потемнели волосами и глазами, став брюнетками разных оттенков. Меня это, конечно, не коснулось: я и так была кареглазой и черноволосой, в отца. Поэтому с рыжей Алиной мы были не просто не похожими, а настолько разными, что никто о нашем родстве не мог догадаться, если мы о нём не говорили сами. Наши мамы были рыжеволосыми сёстрами-близняшками.

Я ободряюще улыбнулась кузине и пошла в портал первой. И зря! Вот трусила бы, как остальные девочки, может, и не оказалась бы здесь. Но тогда я шла к цели на твёрдых ногах. С достоинством кивнув магам, я смело шагнула в портал, переливающийся всеми оттенками чернильного и лилового.

И вышла тут…

Тот факт, что меня обнажённую видела толпа мужиков, вызывал двоякие чувства. С одной стороны, было как-то неловко. А с другой – чего мне стесняться? С такой фигурой, как у меня, не стыдно ходить голой, стыдно голой не ходить.

Это я, конечно, храбрилась. Теперь ещё идти и всем им в лицо смотреть. А тому, который меня за задницу ущипнул, нужно отомстить. В местном зеркале отражался приличных размеров синяк, рождая в душе праведный гнев.

Для начала надо было разобраться, где я, что делать дальше и как попасть на конкурс. Авось, не все ещё потеряно. Тем более Алина там осталась одна, без присмотра. Как она? Попала по адресу или тоже где-то собой шашлык украсила, как веточка рыжей кинзы?

Примерно на мыслях о кинзе мне принесли одежду и обувь. Несколько узких штанишек и разных цветов длинные рубашки без пуговиц. С сапогами вышла заминка, женщины тут были повыше и покрупнее меня, поэтому на мою ногу подошли лишь одни сапожки, судя по маленьким бубенчикам, детские.

Надев тёмно-синие обтягивающие шерстяные штаны и приталенную лиловую рубашку к ним, я вышла в коридор и постучала в дверь напротив.

Иргольд провожал меня обратно в зал Собраний, на все вопросы отвечая, что мне стоит говорить с главами кланов. Стало понятно только то, что тут кланы, а не империя. Или император – глава всех кланов? Кланператор?

– А что за Корхоральт? Это кто? – спросила, я, вспоминая слова отца Иргольда.

– Конхоральт? Да так, был один глава клана. Боги ему женщину предназначили, а он её дочь у неё на глазах изнасиловал. Ну так она его потом за это зарезала, – пожал плечами провожатый.

Прекрасные нравы и внушающие оптимизм обычаи!

Зал Собраний оказался не тем, в котором я вышла из портала. За дверью громко орали, выясняя отношения, но гомон прекратился, когда мы зашли.

Здесь незамкнутым кругом располагались двенадцать добротных кресел, за каждым из которых стояло ещё по два кресла, попроще. Сейчас все места, кроме одного, были заняты. Среди мужчин присутствовали всего две женщины.

Найдя глазами того мага, который дал мне рубаху, я подошла к нему и вернула его вещь.

– Спасибо.

– Гостью зовут Карина, и она достаточно сильный маг, чтобы понимать нашу речь, – громко представил меня Иргольд, глядя на мага, пожертвовавшего мне одёжку на бедность, то есть голость.

Последний, кстати, так и щеголял обнажённым торсом, видимо, не мёрз. А я вот пожалела, что не надела сразу три рубашки – в помещении было очень холодно. Я мгновенно озябла.

– А ты её понимаешь? – спросил Иргольда худощавый седой старик.

– Да, вполне.

– Надо обучить её языку. Пусть расскажет всем, кто она такая и зачем пришла, – внёс предложение бородатый.

Вот как их отличать? Все рыжие, большинство коротко стриженные, многие с бородами.

После кивка полуголого мага Иргольд снялся с места и снова куда-то ушёл.

Так, если тут клановая система, то по расположению мест в зале можно судить, что здесь собрались главы или их представители. Полуголый маг, что стоял во главе стола, занимал место предводителя клана, по левую руку от него уселся немолодой мужчина, всех успокоивший. Он же отправил Иргольда со мной, а тот назвал мамой одну из женщин и сказал, что распоряжения дал отец. Судя по всему, мы находимся в доме, где они проживают. Внимательно всмотревшись в местного главу и отца Иргольда, я увидела схожесть их черт. Предположим, это младший брат или даже сын. Значит, все трое родственники.

Внимательно присмотревшись ко всем прочим, я отметила, что почти в каждой делегации были похожие друг на друга мужики. Видимо, власть – дело семейное. И что мне даёт это наблюдение? Да ничего.

Перед тем как уйти в другой мир, я читала о том, какие качества важны для императрицы. И если умение править, расплетать интриги и организовывать себе сеть информаторов так просто не приобрести, то одно я могла сделать точно: во всех ситуациях сохранять лицо и не показывать своих эмоций. Вот и сейчас я прятала растерянность под маской равнодушия.

Иргольд вернулся в компании пожилого мага, тоже, естественно, рыжего. Тот усадил меня на единственное пустое кресло, наложил пальцы мне на виски и стал что-то нашёптывать. Я чувствовала, как от него ко мне тянется струйкой магия, и не сопротивлялась. Магическое обучение языку – это здорово! Потому что будем откровенны: если мне придётся учить язык самостоятельно, то император трижды женится, пока я смогу грамотно сформулировать, кто я такая.

Время шло, пожилой маг шептал. Остальные уже начали терять терпение.

– Почему так долго? – спросил кто-то.

– Сильная естественная защита, – ответил маг, одолживший мне рубаху.

Судя по ощущениям, магический учитель уже выбился из сил, а мне было хоть бы хны. Его шёпот я понимала и сама: что-то он там себе бубнил про язык, и что я должна его усвоить и откликнуться. Желания откликнуться не возникало, зато рожа гада, ущипнувшего меня за мягкое место, отсюда прекрасно просматривалась, и выглядела она чересчур свежей и симметричной. Это отчаянно хотелось исправить.

Хорошенько сосредоточившись, я всё-таки смогла впустить чужую магию и даже впитать её.

– Вроде бы получилось. Карина, ты могла бы сказать нам пару слов?

– Здравствуйте, – поздоровалась я.

Пожилой маг ушёл, Иргольд проводил меня в центр разомкнутого круга, а сам сел на своё место. Главы кланов изучали меня внимательно, некоторые с похабными ухмылочками, но таких было меньшинство.

– И тебе солнечного дня. Меня зовут Иртальт, я глава клана Южного Берега, ты находишься на нашей территории. Карина, расскажи, пожалуйста, кто ты такая и как к нам попала? – спросил маг, который всё-таки надел обратно свою рубаху и перестал быть полуголым.

А зря, не одной же мне тут бесплатный стриптиз устраивать, в любом деле нужны единомышленники.

– Я одна из невест Эринара Торманса, императора Альмендрии. Господин Шаритон Торвиаль нашёл меня в мире, где я родилась, и предложил перейти в Карастель поучаствовать в отборе невест. На определённых условиях я согласилась. Видимо, во время перехода что-то пошло не так, и я оказалась здесь.

– Значит, невеста, – задумчиво проговорил седой крепкий усатый старик без бороды, рядом с ним сидела похожая на него женщина, сестра или дочь.

– Да. Скажите, какие есть способы связаться с императором или Шаритоном? И как я могу попасть во дворец? Видите ли, я уже немного опаздываю, – я вежливо улыбнулась наименее кровожадно выглядящим мужчинам и особенно одной холёной женщине, которая сидела в кресле главы клана.

– Связаться? Только вот зачем? В ближайшие два месяца ходить по морю нельзя, а затем до Альмендрии плыть ещё месяц в зависимости от ветра, а до Арластана, их столицы, и того больше. Это если кто-то захватит тебя по пути с собой. Как думаешь, станет твой император ждать три месяца? Или, может, отбор пройдёт без тебя?

Для всех присутствующих ответы на эти вопросы были очевидны. Император ждать не станет, тем более что в отборе участвовало почти два десятка девушек. Подумаешь, одна потеряется…

– Ты появилась в тот момент, когда я возносил благодарность богине Судьбы за её дары. Я склонен считать, что это намёк, – улыбнулся Иртальт.

– У меня есть магический договор с господином Шаритоном. Я обязана присутствовать на конкурсе.

– А давайте его почитаем? – раскатистым басом предложил один из глав.

– У меня его нет с собой, – охрипшим голосом сказала я.

– Так призови его. В противном случае почему мы должны тебе верить? Доказательств-то нет, – выдал мужчина с совершенно мерзкой ухмылкой.

Видимо, обращение на вы тут не принято.

– Договор я призывать пока не умею и буду признательна, если вы покажете, как это делается. Какой смысл мне вас обманывать? – удивилась я.

– Может быть, ты шпионка? Силы Шаритона хватило бы, чтобы прорубить портал к нам. Тебя подкинули в виде невесты, усыпили бдительность твоим видом, и сейчас ты тут будешь собирать информацию или устраивать диверсии, – высказался один из возрастных глав клана.

Его предположения меня настолько удивили, что я рассмеялась. Конечно, опаснейшая диверсантка без трусов. Сейчас, как в шпионском фильме, устрою тут апокалипсис с помощью шнурка, зубочистки и половинки картофелины, стыренной с кухни.

– Мы можем обучить Карину вызывать договор в дальнейшем и посмотрим, что в нём написано, – предложил Иртальт.

– Не стоит сбрасывать со счетов то, как она тут появилась. Такое сложно назвать простым совпадением. Кроме того, у шпионки должна быть более внятная легенда. В конце концов, альмендрийки есть в некоторых кланах, и ни в каких диверсиях они замечены не были.

– Извините, вы могли бы как-то представляться? – не выдержала я.

– Прошу прощения, действительно невежливо получилось. Меня зовут Аренгор, я отец Иргольда и Иртальта из клана Южного Берега.

– Приятно познакомиться, Карина. Я не являюсь ничьей шпионкой, и мне бы хотелось оказаться в Альмендрии как можно скорее. Если это возможно сделать, то мой уход будет самым лучшим доказательством моих слов, – я постаралась звучать вежливо и дружелюбно, хотя внутри поднималось глухое раздражение.

– Тем не менее уйти ты не сможешь. Да и потом, к чему Тормансу столько невест? Мы тебе жениха здесь найдём, помогучее. Клан Хвойного Леса готов предоставить тебе всё необходимое. А меня зовут Эльвольд, – сказал бодрый мясистый мужик с тёмно-каштановой шевелюрой и ярко-рыжей окладистой бородой, занимавший место главы клана.

– Клан Северной Звезды справится с этим намного лучше! – выкрикнул мужчина, поставивший мне синяк на половину кормы.

– А вы кто? – холодно спросила я.

– Глава клана Северной Звезды, – ухмыльнулся он.

– Господин Аренгор, скажите, а клан Южного Берега готов предоставить мне временное жильё, питание и снабдить необходимым?

Запоздало я подумала, что спрашивать нужно у главы, но чисто интуитивно мне показалось, что решения принимает их отец.

– Да, конечно, – кивнул он.

– В таком случае я бы предпочла временно остаться в этом доме в клане Южного Берега.

– Это ещё почему? – громко возмутился тип с мерзкой ухмылкой.

– Потому что пока это единственный дом и клан, о котором мне известно, что женщин тут не насилуют. Думаю, на этом спор о моём местонахождении можно считать закрытым, – спокойно, но жёстко ответила ему я.

– Выдать её замуж, и дело с концом, – сказал сухощавый седой старик без усов и бороды. – Сын, встань. Вот, смотри, какой видный жених из клана Красной Реки. Пойдёшь за него – будешь всем обеспечена до конца жизни.

С места поднялся здоровенный детина ростом точно больше двух метров и примерно с таким же обхватом талии. Лицо у него было обветренное и грубое, а смотрел он на меня с таким выражением, словно собрался сожрать.

– Что касается ваших предположений и матримониальных планов, то я могу вам сразу сказать: невеста, достойная своим происхождением императора, много раз подумает, прежде чем согласится на другое предложение. На данный момент брак меня не интересует, поэтому благодарю за ваш интерес, но вынуждена отказаться, – холодно ответила ему я.

– Эт ты намекаешь, что мы для тебя родом не вышли? – спросил обладатель мерзкой ухмылки, который предлагал насиловать меня во дворе.

– Нет, намекаю, что я разборчива в вопросе брака и не приму никаких предложений от незнакомых мужчин. Мне это неинтересно. Кроме того, я не очень понимаю, зачем вам я, если за мной нет ни приданого, ни связей, ни денег, да и характер мой вам пока не известен. В чём смысл брака? – удивилась я.

– Магичка ты сильная, каждый клан не против усилить свою кровь магией, даже масть твоя никого не испугает, – объяснил мне бородатый старик. – Я Алевар, глава клана Западного Берега, предлагаю следующее. Раз ты хочешь остаться здесь, то это твоё право. Но если уж Судьба прислала невесту не лично в покои Иртальта или Иргольда, а на общее собрание, то каждый клан в праве выставить своего жениха. Через месяц в первый день весны примешь решение и пойдёшь к алтарю с тем, кто будет по душе.

– Извините, господин Алевар, но я к алтарю не хочу идти ни через месяц, ни через полтора. Если уж я и решусь на такой шаг, то с тем, кого буду хорошо знать. Что касается ваших женихов и правил, то думаю, что это решать главе клана Южного Берега. Раз я остаюсь в его доме, то буду соблюдать правила, установленные им, – я пристально посмотрела на Иртальта, намекая на то, что мне эти матримониальные пляски ни к чему, и надеясь на поддержку.

Однако моё мнение никого не интересовало, загомонили все: басовитый гвалт поднялся такой, словно быки пытались переорать баранов, а комментировали это орангутаны. В итоге всё-таки пришли к соглашению, что меня ждёт общество женихов из разных кланов. Иртальт не высказывался, смотрел на меня пристально и что-то обдумывал.

– До того как Карина выйдет замуж, она становится косантой клана Южного Берега. Я согласен с тем, чтобы по одному представителю от каждого клана осталось у нас на три недели. Ровно месяц. Если по истечении некоторого срока Карина скажет, что выходить за кого-то из них замуж не хочет, то им придётся уехать. Думаю, что это будет справедливо.

– Что такое косанта? – обречённо спросила я.

– Подзащитная, – коротко ответили мне.

– Тогда вы должны обеспечить возможность общения ваших гостей с невестой, – заметила единственная женщина, возглавляющая клан.

Красивое строгое лицо казалось бесстрастным, но в глазах притаилась насмешка. Да уж, если она выживает среди этих варваров, то палец ей в рот точно класть не стоит – откусит по самое плечо.

– Думаю, что прекрасная гостья не откажется от совместных трапез и занятий. А сейчас, дорогая Карина, прошу тебя вернуться в твою комнату. Думаю, что этот день стал для тебя напряжённым, да и нам предстоит обсудить некоторые вопросы. Иргольд, проводи, – сказал глава клана, и меня вывели из зала Собраний, совершенно не поинтересовавшись моим мнением на счёт их решения.

За закрытой дверью снова поднялся гомон, переходящий в крики.

Шла я обратно в ужасном настроении. Что за насмешка той самой Судьбы? Вместо одного симпатичного жениха-императора двенадцать непонятно кого. Вот что мне теперь делать?

– Иргольд, подскажите, у вас есть книги по истории и географии вашей страны?

Он немного замялся.

– У нас не страна, а материк Северное Плато, поделенный между двенадцатью кланами. Карты территорий есть у Ирта, лучше тебе у него спросить, если интересно. Что же касается истории, то да, есть книги, но там всё больше про войны. Лучше тебе почитать наши легенды.

– Хорошо, давайте легенды, – не стала упрямиться я. – Я же смогу читать после магического обучения языку?

Парень кивнул в ответ. Вообще, Иргольд был вполне приятным и даже симпатичным. Он показался мне немного стеснительным, но это к лучшему. За филей хватать не будет, оставляя синяки от своих ручищ. Роста он, как и отец с братом, был очень высокого, шириной плеч тоже удался, смотрел на меня хоть и с интересом, но без подтекста, что в текущей ситуации мне крайне импонировало.

– Вот твоя комната. Книги я принесу. Что-то ещё нужно?

– Вода, еда. В остальном – всё. Судя по тому, что у вас стемнело, время уже к вечеру.

– Просто пока темнеет рано. Но время уже вечернее, тут ты права.

Он показал, как зажигать и гасить свет.

Поднос с едой и напитками обнаружился в комнате на столе-табурете. Книги мне тоже вскоре принесли и оставили одну.

Остаток вечера я попыталась посвятить чтению, но получалось откровенно плохо: каждую строчку приходилось перечитывать по несколько раз, и дело было отнюдь не в чужом языке.

Глава 4. Иртальт

Когда главы кланов разошлись, был уже поздний вечер.

– Отец, мне нужно посоветоваться с тобой.

– Конечно, Ирт, пойдём посовещаемся.

Кабинет у нас был один на двоих, хотя устроено тут всё было по желанию отца. Я стал главой клана всего три года назад, и, хотя относился к этой роли ответственно, опыта пока не хватало. Конфликтов за власть у нас не было: то ли отец был мудр, то ли я недостаточно амбициозен. К его мнению я предпочитал прислушиваться, потому что знал – дурного он не посоветует. Хотя и поступать по-своему мне никто не мешал.

Мы заняли привычные места за рабочими столами.

– Эта девушка, Карина. Я хочу её для себя, – твёрдо сказал я.

– Не стоит выбирать женщину, глядя только на внешность, сын.

– Дело не во внешности, хотя, не буду отрицать, она чудо как хороша. У меня есть ощущение, что она пришла для меня. И потом, ты сам видел, она сдержанна и неглупа.

– Я смотрю, решение ты уже принял.

– Да. Мне нужна твоя помощь.

– Хорошо, я тебе помогу. Только при условии, что ты на ней женишься, – хитро улыбнулся отец.

– Мы обсуждали это месяц назад. Я к браку не готов, да и зачем мне это?

– Затем, что клану нужны сильные маги, Иртальт. Сам я слишком долго тянул со вторым браком, о чём сейчас жалею. Кроме того, не стоит обижать девочку предложением стать любовницей-содержанкой. Такая откажет и не поморщится. Она слишком горда. А также донельзя избалована мужским вниманием и уже мысленно примерила на себя корону императрицы.

– Магичка с таким даром действительно обеспечит меня сильными наследниками, – постучал я пальцами по столу, обдумывая слова отца. – Но жениться я не хочу.

– Что ж, могу тебя понять, – он тоже отбил пальцами дробь по деревянной столешнице, мы оба так делали, когда раздумывали. – Редкой красоты девица, все её прелести мы имели шанс проинспектировать, способности опять же… Думаю, что остальные кланы не упустят возможности утереть всем носы в соревновании за её руку. Как думаешь, что предпочтёт девица, которую прочили в императрицы, – стать женой главы клана или очередной любовницей? – хитро прищурился он.

– Я слишком молод для брака.

– Хорошо, сын. Как скажешь, – пожал плечами отец.

– Мне нужна твоя помощь.

– Свои условия я уже озвучил. Согласен жениться на девице и подарить мне законных внуков – будет эта Карина твоей к первому дню весны. А если нет, то справляйся сам. На лицо ты, конечно, сильно уступаешь некоторым другим, да и женщин очаровывать, прямо скажем, не умеешь. Предпочитаешь, чтобы они в твою постель сами падали. Но в бою и охоте ты хорош. Возможно, именно этим ты её и очаруешь, – усмехнулся отец, тонко намекая на толстые обстоятельства.

В юности я был слишком самоуверен и горяч, вот и позволил себя подрать дикому ирдалю. Теперь его шкура украшает мою спальню, а следы когтей – лицо.

Над предложением отца я задумался крепко. Если он сказал, что Карина будет моей к первому дню весны, значит, так и случится. Отец слов на ветер никогда не бросал, был хитёр, осторожен и мудр, как и пристало истинному северянину. А также прекрасно умел вывернуть любую ситуацию на пользу себе.

– Пожалуй, справлюсь без тебя.

– Хорошо, сын. Как скажешь. И потом, зачем тебе совет старика в том, как охмурять девиц? А что до твоей Карины, то, быть может, всё сложится само собой. Вероятность, что она тебя выберет – один к пяти-шести, не такие уж плохие шансы, – нарочито добродушно сказал отец.

– Почему один к пяти-шести? Кланов двенадцать.

– Кланов двенадцать, а приличных женихов будет из вас только пятеро. Остальных она даже рассматривать не станет. Девочка сегодня старалась держать лицо, но я-то видел, каким взглядом она смотрела на тех, кого прочат ей в мужья. И сразу мог бы сказать, кто тебе не соперник. Эх, даже жаль, что помощь моя тебе не нужна, – почти искренне вздохнул он, пряча лукавую улыбку. – А то развлеклись бы!

Я сидел и обдумывал ситуацию. Одна девушка и одиннадцать соперников, большая часть из которых не обезображена шрамами. Какие-то старше и опытнее, другие не избирательны в методах, третьи харизматичнее. Один Брин чего стоил, он был известным покорителем женских сердец. Что если клан решит женить его?

К девушке тянуло со страшной силой. Никогда ни к кому не испытывал такого всепоглощающего влечения. А главное, я чувствовал, что её появление связано со мной, не зря же она шла по столу именно ко мне?

Успокоив себя этим, я, наконец, принял решение.

– Хорошо, я согласен. Что мне лучше делать?

– Лучше? Ничего.

Такого ответа я не ожидал.

– В смысле?

– В прямом, сын. Девушка привыкла купаться в мужском внимании, это было видно по тому, как гордо она шла по столу. При этом есть женщины, которые от этого внимания зависят, требуют, всё делают, чтобы его получить, но она не такая. Оценив ситуацию, твоя Карина не стала ни хихикать, ни краснеть, ни плакать. Она шла так, что было понятно – жадные взгляды для неё, как вьюга зимой. Неизбежная часть жизни. Она бы скорее удивилась, если бы их не было.

– И ты считаешь, что её можно пронять равнодушием?

– Равнодушием к ней, как женщине, и дружеским участием к ней, как человеку. Это самое важное.

– Сложно проявлять дружеское участие, когда становится тесно в штанах.

– Да, первую часть испытания ты уже провалил. С другой стороны, на такое представление даже у мёртвого что-то, а подымется. Уж на что я люблю вашу мать, а оторвать глаз всё равно не смог.

– Никто не смог.

– Вот именно. Итак, тебе стоит показать дружеское участие. И, конечно, соперницу. Желательно, не такую красивую, чтобы твоя Карина искренне недоумевала, как ты мог предпочесть ей ту, кого она считает хуже себя. Женщины в этом плане гораздо сложнее устроены. Вот попроси тебя сейчас составить список из двадцати самых красивых мужчин клана, ты впишешь туда троих своих друзей, брата, да парочку тех, кто способен тебе в поединке надавать тумаков. При этом половина из них не красивее, чем мешок прошлогодней кабаисты по весне. Женщины же создают в своих головах иерархию красоты других людей, понятную только им самим. Некоторые размещают себя в этой иерархии где-то ближе к самому дну, страдают от этой несправедливости, изводят других и постоянно улучшают себя. Но не Карина.

– И мне нужно пошатнуть её уверенность в том, что она занимает в этой иерархии верхние места?

– Желательно, но только ни в коем случае не пытайся её унизить или обидеть. Равнодушие будет гораздо эффективнее. Достаточно показать ей, что тебя в женщинах интересует не внешность, а другие качества. Помни, что у красивой женщины стоит хвалить ум, а у страшной – красоту. Пусть она постарается доказать тебе, что хороша не только лицом. Как только это начнёт происходить, ты поймёшь, что рыбка заглотила наживку.

– Ты говорил про соперницу. Откуда мне взять девицу, чтобы не играть ничьими чувствами?

– Гвиль?

– Нет, она примет всё за чистую монету, а на подлость я не пойду.

– И это правильно, сын. Всегда есть более разумные варианты. Эльва?

– Она моя двоюродная сестра! И всем об этом известно.

– А разве у нас запрещены браки с кузинами? Это раз. Не факт, что твоей Карине об этом кто-то расскажет. Это два. Вернее, нам нужно устроить всё так, чтобы не проговорился никто из клана. Что касается других претендентов на её руку, то как только они увидят, что ты предпочитаешь общество сестры, а не невесты, будут только рады избавиться от лишнего конкурента. Для Эльвы в этом может быть свой интерес. Среди одиннадцати холостых парней может и сыщется тот, кто ей придётся по вкусу.

– Хм. А в случае, если Карина узнает о том, что Эльва – моя родственница, всегда можно сказать, что у меня с ней просто хорошие отношения. Главное, не переходить определённую грань.

– Это точно, а то придётся жениться на кузине, – хохотнул отец.

– Ты уверен в том, что нужно действовать именно так? Я бы мог начать ухаживать, дарить подарки…

– Так дари, только не смотри с придыханием, а делай это равнодушно и по-дружески. Кроме того, не стоит дарить ей всякую чушь. У неё сейчас нет ни шубки, ни шапки, ни сумки. Среди букетов или корзин со сладостями пара шерстяных носков будет оценена по достоинству.

Я вздохнул. Стоит последовать совету отца и добиваться интереса Карины подаренными носками и тотальным игнорированием? С другой стороны, кто, как не отец, которому уже под триста лет, разбирается в женщинах?

– И план у тебя уже есть? – спросил я.

– А как же! Для начала нужно поговорить с Эльвой, это я оставлю тебе. На кухне дам распоряжение, чтобы креплёное пиво подавали с самого утра. Ничто так не отвращает юных прелестниц, как пьяные рожи и запах перегара, – довольно ответил отец.

Глаза у него горели азартом.

– Думаю, что мне стоит предложить ей занятия магией. Далеко не у каждого есть способности, на это она тоже не сможет не обратить внимания.

– Верно мыслишь, сын.

– Карина сдержанна. Скорее всего, ей не понравится тот, кто гневается по любому поводу и склонен затевать драки. Достаточно устроить парочку хороших провокаций…

– А ещё, как большинство юных красавиц, Карина наверняка горда. Вряд ли ей понравится, если тот, кто ухаживает за ней днём, греет задницу в чужой постели ночью. Желающие смогут посетить бордель, а мы лишь убедимся в том, что информация дойдёт до её очаровательных ушек.

– Не обвинят ли нас в грязной игре?

– Жизнь полна соблазнов, сын. Разве мы будем кого-то заставлять пить по утрам и шарахаться по шлюхам ночью? Мы просто создадим условия для того, чтобы каждый показал свою слабость. А уже демонстрировать её или нет – решать только им, – коварно улыбнулся отец.

– Думаю, что можно устроить поединки.

– Всенепременно. Остановимся на борьбе и стрельбе из лука. В них тебе мало равных. А после поединков можно будет разыграть наш главный козырь.

– Какой?

– Танцы.

– Что? Ты это всерьёз? Я совершенно не умею…

– У тебя будет время, чтобы научиться. Девушки любят музыку, и нет ничего привлекательнее, чем умело ведущий в танце партнёр. Мы с матерью тебя научим.

– Но зачем? – искренне удивился я.

– Не спорь. Кроме того, наши женщины тоже порадуются возможности развеяться. Я давно обещал твоей матери устроить вечеринку. Опять же, представь, на какие па будут способны твои соперники, и пожалей ноги бедных девушек.

Я сдался. В конце концов, вряд ли в этом было что-то сложнее того, чтобы побороть медведя. Вспомнив несколько очень эффективных захватов, я решил, что с девицей точно справлюсь.

– Хорошо. Тогда пойду договариваться с Эльвой.

– Иди. И передай этой шельме, что если она тебе откажет, то на три месяца отправится вычёсывать шерсть кошели на дальнее пастбище.

– Это шантаж.

– Это на случай, если твои переговоры зайдут в тупик, – подмигнул мне отец.

К счастью, до ультиматумов не дошло. Стоило мне найти сестру и объяснить ей суть дела, как её глаза загорелись лихорадочным огнём.

– И ты будешь меня с собой везде-везде брать? И подарки дарить? И танцы устроишь? – спросила сестра, подняв на меня небесно-голубые глаза и радостно тряхнув ярко-рыжими кудрями.

Живое лицо, покрытое задорными веснушками, всегда готово было подарить улыбку. Сестра была неиссякаемым источником оптимизма и любви к миру. Хорошо, что она у нас в клане такая одна, а то мир был бы вылюблен до донышка.

– Именно.

– Это же прекрасно! Я согласна! Нужно будет сказать, что мы помолвлены?

– Нет, это уж слишком. Просто мы с тобой будем очень много времени проводить вместе, и тебе не возбраняется забраться мне на колени или поцеловать в щёку. Выводы пусть Карина сделает сама. Обманывать её я не хочу.

– А разве то, о чём ты просишь, не обман? – вздёрнула брови сестрёнка.

– Некоторое введение в заблуждение. Опять же, мы не будем делать ничего такого, что не стали бы делать в обычной жизни. Просто если она трактует наше поведение по-своему, то мы пока не станем её разубеждать. Договорились?

– Хорошо! Когда приступим?

– Завтра с утра. У нас будет общий завтрак. Заодно и посмотрим, каких конкурентов пришлют другие кланы.

– Ирт, есть только одна проблема, – картинно постучала пальчиком по губам сестра.

– Какая? – спросил я, уже зная, что ничего хорошего в ответ не прилетит.

– Знаешь, ты – мой старший кузен, и я всегда, подчёркиваю, всегда уважала твой авторитет, – скроила она серьёзную мордашку. Врёт, конечно, но допустим. – И ты говорил, что любовь с первого взгляда невозможна. А ещё что женишься только по любви. И что девушкам в моём возрасте ещё рано иметь собственную талиру¹. И если ты, очевидно, ошибался в одном из первых двух пунктов, то наверняка ошибся и в третьем. Как считаешь?

Она уставилась на меня весёлыми глазами, предвкушая мой ответ.

– Хитрая бестия! Хорошо, если Карина выйдет за меня в первый день весны, то я подарю вам с ней по талире. Слово главы клана.

Эльва подпрыгнула, завизжала от счастья и повисла у меня на шее.

– Ты самый лучший на свете! Я тебя обожаю!

– Оставь этот энтузиазм на завтрашнее утро, – усмехнулся я.

Всё равно кузина со своей талирой от нас не отстаёт, а с тех пор, как погиб её отец, баловать девушку, кроме нас, было некому.

Я засыпал довольный собой.

Глава 5. Карина

Есть совы, есть жаворонки, а есть такие, как я – предпочитающие лечь пораньше, чтобы встать попозже. Спать я люблю. Сегодня мне снилась мама, покупающая наряды и выбирающая новый кухонный гарнитур. Бывают же такие странные сны…

Окончательно я проснулась от стука в дверь.

– Карина, солнечного утра! – раздался голос Нельсы, матери Иргольда и Иртальта. – Я принесла другую одежду и обувь.

– Доброго утра, – я встретила её на входе зевающая и завёрнутая в одеяло.

Сплю я всегда голая, исключение составляют только те самые дни, когда это решительно невозможно. В остальном терпеть не могу лишнюю одежду во сне.

– Вот, возьми, тут есть всё самое необходимое. За остальным можно будет выбраться в город, когда закончится метель. Думаю, что дня через три или четыре.

– Спасибо огромное! – искренне поблагодарила я. – Вы очень добры!

Ничего себе у них тут метели! Выглянув из окна, я не увидела решительно ничего, кроме белой круговерти. Что ж, бывает и такое. Тут магический мир – хорошо, что это обычный снег, а не дождь из жаб или кислоты.

Разбирая вещи, я нашла то, что в этом мире, наверное, считали трусами. Женские семейники, по-другому их никак не назовёшь, были представлены в одном цвете и двух степенях начёсанности. Видимо, это были зимний и летний варианты. Тёплая фланель тёмно-бордового цвета навевала уныние с мыслями о бабкиных халатах и периоде застоя. Ни одной оборочки или рюшечки. Видимо, с либидо у северян проблем нет, раз они к своим женщинам интереса не теряют даже при таких фланелевых обстоятельствах.

С тоской вспомнив свою коллекцию белья, я вздохнула и натянула самые маленькие рейтузы. Всё равно демонстрировать их я никому не собиралась, а вчера в помещениях было холодно. Как ни странно, рейтузы оказались удобными. Мягкая податливая ткань хорошо облегала и грела. А узкие шерстяные брючки сели, как влитые. Сверху я надела что-то наподобие фланелевого платья длиной до середины бедра и тесную кожаную жилетку, которая выгодно подчеркнула талию. Платье было цвета жимолости, а жилетка – серая с серебристым отливом.

Среди прочего нашлись шерстяные носки высотой аж до колена. Будь они чуть подлиннее, имели бы все шансы устроить под штанами рандеву с семейниками. Недоработочка. Я бы назвала их гольфами, но гольфы – это что-то изящно-школьно-эротичное, а здесь я имела дело с предметом одежды, про который из хорошего можно было сказать только одно: лучше, чем портянки.

Нарядившись, я взглянула в зеркало. Откинула со лба несколько прядей удлинённой чёлки и улыбнулась своему отражению. Всё-таки всегда приятно, когда тебе улыбается красивая девушка.

К завтраку я пришла самой последней, и мне досталось место напротив главы клана. Иртальт сидел на противоположном конце стола в компании какой-то девушки и происходящим не интересовался.

За завтраком меня ждало несколько открытий.

Первое. Едят все исключительно руками, столовых приборов нет вообще никаких. Особенно эффектно выглядели куски еды, которые макали в густой соус и грязными жирными пальцами отправляли в рот. Порой струйки соуса стекали в рукав, но это никого не волновало. Большинство просто засучивало рукава повыше. Почему нет вилок и ложек? А супы они тоже руками едят? Тут же холодно, должны же быть супы!

Второе. Пьют тут спозаранку.

Третье. Меня оставили на растерзание мужикам, которые смачно рыгали, ржали, жрали и гоготали.

Четвёртое. Кажется, в этом мире считалось флиртом то, что у нас называлось харассментом.

Пятое. В таком обществе я готова ходить хоть в двух рейтузах, хоть в трёх. Не привыкшие к таким приключениям нижние девяносто старательно прятались в объятиях фланели и намекали на то, что в целях самообороны нам обязательно нужно где-то раздобыть байковый халат, бигуди и ярко-зелёную маску для лица.

Шестое. Темы для разговоров, если их так можно назвать, касались охоты, ещё охоты, также охоты, и, конечно, охоты. Правда, иногда и об охоте заходила речь. Так что я не скучала. Разве может что-то способствовать аппетиту лучше, чем в красках описанная сцена убийства живого существа? Очевидно, что нет.

Седьмое. За столом было только несколько человек, которые производили более-менее приятное впечатление. Включая Иртальта и его спутницу, всего я насчитала шестерых. Кусок в горло не лез, поэтому я мысленно отмечала тех, кто не пил, не рыгал и не орал дурниной. Вот так за несколько часов в новом дивном мире моя планка снизилась настолько, что я нахожу приятными тех, кто не сморкается на пол, обернувшись из-за стола.

Восьмое. Пожалуй, теперь я была готова добираться до Альмендрии вплавь. Слово «император» в моём сознании тесно переплеталось со словом «этикет», поэтому душа отчаянно стремилась в том направлении. Естественно, при горячей поддержке одетых во фланель нижних девяноста. Мне даже что-то подсказывало, что они там скооперировались. У нормальных людей душа в стрессовых ситуациях уходила в пятки, а у меня, видимо, где больше места было, туда и ушла, – в филей.

Девятое. Мне предстоит в этом обществе провести три недели. Это, если мне не изменяет школьный курс математики, ещё шестьдесят три совместных приёма пищи. Разум подсказывал, что в случае, если я не хочу умереть от голода, необходимо что-то предпринять, чтобы есть в одиночестве. Например, сослаться на опасную земную болезнь и самоизолироваться в спальне.

Пока я раздумывала над тем, как избавить себя от этого во всех отношениях прекрасного общества, со мной заговорил Иртальт.

– Карина, позволь тебе представить мою Эльву, – он приобнял девушку за плечи. – Я надеюсь, что вы подружитесь. В ближайшие три недели нам всем предстоит много времени провести вместе. Для начала я буду обучать вас магии. Эльва, конечно, намного тебя опережает в плане знаний, но её дар гораздо слабее, поэтому многие вещи ты быстро наверстаешь.

– Иртальт, спасибо за предложение, мне действительно очень хотелось бы обучаться колдовству, – вежливо ответила я.

– Прекрасно. После завтрака мы позанимаемся два часа, а затем до обеда ты сможешь провести время с одним из претендентов на твою руку. После обеда у тебя будет ещё два часа на прогулку с одним из присутствующих, а затем тренировка. За три недели ты как раз успеешь провести время с каждым по шесть раз.

Так, стоп! Что значит за три недели я успею по шесть раз погулять с двенадцатью женихами? Это что за математика такая?

Оказалось, что математика тут обыкновенная. Просто недели у них по двенадцать дней. Всего их в месяце три. Самих месяцев дюжина, как и у нас.

– Я бы хотела установить правила. В случае, если кто-то из присутствующих поведёт себя оскорбительно или станет распускать руки, то я могу отказать ему в том, чтобы находиться с ним наедине и встречаться ещё раз.

– Что ж, вполне разумное требование. Кроме того, я предоставлю тебе сигнальный артефакт. Если будут проблемы, ты всегда сможешь меня позвать. И ещё, Карина, я хочу, чтобы ты отнеслась к предстоящему отбору серьёзно. В первый день весны ты должна будешь выйти замуж. Все кланы договорились о том, что никто не будет брать на себя обязательства по твоему содержанию и обеспечению безопасности в противном случае. Ты обязана выбрать своего косантора.

Видимо, императрица из меня бы вышла на троечку. Лицо я не сдержала, наоборот, скривилась так, что у соседа даже кусок изо рта выпал. Сказанное Иртальтом злило неимоверно, но, с другой стороны, я сама согласилась на эту нелепую авантюру, и винить можно было только портал, который меня закинул на задворки цивилизации.

Я внимательно осмотрела присутствующих.

– Что вы сделаете, если я не выйду замуж? И кто такой косантор? – холодно спросила я.

– Косантор – это защитник. Отпустим тебя на свободу. В лес, – мерзко загоготал один из сидящих.

– На работу сможешь устроиться. Я слышал, что в борделе есть вакансии! – гыкнул другой.

На этого шутника я посмотрела с некоторым интересом. Надо же, ему знакомо слово «вакансия».

– Не нужно оскорблять мою гостью, – достаточно жёстко пресёк глумление Иртальт.

– Я могу устроиться на работу и обеспечивать себя самостоятельно, – спокойно ответила я.

– Большинством голосов кланы приняли решение о том, что в качестве работника тебя никто не наймёт.

– Богиня Судьбы прислала невесту. Изволь выйти замуж. Тем более что ты всё равно собиралась, – сказал тот, кто поставил мне синяк на половину обиталища души. – А никто из присутствующих не хуже императора!

С критичностью к себе у них дело, видимо, совсем плохо.

– Любая девка о таком выборе бы только мечтала. Тут лучшие из лучших. Главы кланов, их родственники или приближённые. Цвет Севера. А ты рожу кривишь, – добавил мужик, у которого борода начиналась где-то в районе глаз.

Если это цвет Севера, то отчаянно хочется посмотреть на цвет Юга, Востока и Запада. Вдруг там что получше цветёт?

Ладно, демонстративно спорить с ними бесполезно, нужно быть умнее. Пусть думают, что я безобидная тихоня, которая делает то, что ей говорят, и не отсвечивает.

– И сколько времени у меня до первого дня весны?

– Через сорок три дня ты должна будешь объявить о своём решении, – спокойно ответил Иртальт.

Ладно. Значит, у меня есть почти полтора месяца, чтобы освоиться, произвести рекогносцировку и разработать самоспасательную операцию. Мысленно разрешив себе использовать для этого любые ресурсы, я принялась за еду. Силы мне ещё понадобятся, а брезгливость в данных обстоятельствах я себе позволить не могу.

Как ни странно, есть руками мне понравилось. Было в этом что-то по-детски озорное, кроме того, помимо запаха и вкуса, еда приобретала ещё дополнительную текстуру и температуру. Ещё один существенный плюс – при такой форме питания обжечь язык почти нереально. Слишком горячие кусочки просто не возьмёшь в руки. На завтрак предлагалось много блюд на выбор. Я попробовала печёное мясо с жидким соусом, омлет и сырой овощ, напоминающий по виду свеклу, а по вкусу – дайкон. Если абстрагироваться от окружения, то кормили вкусно и сытно.

Вариант всерьёз выбирать мужа я даже не рассматривала. Хотя имелось среди присутствующих несколько человек, не вызывающих отвращения, – это был, на мой взгляд, не самый лучший повод выходить замуж. Низковата планочка.

Иртальт потерял к разговору со мной интерес, и меня это несколько разозлило. Уведомил о том, что меня ждёт, и воркует теперь с этой девицей. Судя по всему, так мне пытались показать, что выбор у меня не из двенадцати мужчин, а только из одиннадцати. Да хоть из сорока пяти, я в эту игру буду играть по своим правилам!

Сразу после завтрака меня к себе вызвал Аренгор, отец главы клана Южного Берега. В его просторном кабинете стояли два больших письменных стола из очень тёмного дерева, каждый располагался возле своего окна у дальней от входа стены. Слева и права были полки с различными книгами, камнями, оружием и штуками, которые я мысленно окрестила артефактами.

– Солнечного утра, Карина! Как прошёл завтрак?

– Доброго утра! В дружеской шутливой атмосфере, – почти искренне улыбнулась я.

– Прекрасно. Уже успела присмотреться к своим женихам?

– Пока ещё не способна по достоинству оценить свалившееся на меня счастье, – ответила я.

С сарказмом? Каким сарказмом? Это вам показалось.

– Что же, рад, что ты с интересом проводишь время. Всем известно, что нет лучшего удобрения для цветка женской красоты, чем мужское внимание.

Я хотела ему сказать, что от таких кандидатов внимание только удобрением и можно назвать, причём коровьим, но сдержалась. Вряд ли императрицы позволяют себе использовать в речи выражения типа «засуньте это дерьмо обратно в свою задницу». Вот и я воздержусь.

– Вы хотели со мной о чём-то поговорить?

– Да, видишь ли, Карина, я хотел чётко обозначить свою позицию касательно кандидатов в твои мужья. Ты можешь выбрать любого, кроме Иртальта. Я даже поспособствую тебе, могу поделиться личной информацией о каждом или даже просто указать на более достойных. Можешь выбирать любого, кроме сына. Брак с ним я тебе запрещаю.

Аренгор грозно сверкнул глазами и уставился на меня.

В ответ я издала странный булькающий звук. Надеюсь, он расценил это как подобострастие, а не едва сдерживаемый смех. Запретил он мне! Сейчас ещё запретит облизывать полы, краситься в блондинку и отрезать себе уши. Что я тогда буду делать, бедная несчастная? У меня же в плане по списку как раз четыре этих пункта один за другим!

– Очень неожиданно. Могу я поинтересоваться причинами?

Спросить решила чисто из любопытства. Мало ли, может, окажется, что я тут страшная, потому что не рыжая.

– Так будет лучше. Карина, я понимаю, что мой запрет звучит как самодурство, но я прожил достаточно много лет, чтобы научиться неплохо разбираться в людях. Наилучшее, что я могу сделать для вас обоих – запретить этот брак.

Самое неприятное, что его тон звучал абсолютно искренне. Уж не знаю, какие у него были мотивы, но он верил в то, что говорил.

Я рассматривала своего собеседника. Коротко стриженный тёмно-рыжий массивный мужчина без бороды и усов, лицо грубоватое, выразительное. Прямой нос, прямые широкие брови, высокий лоб, квадратный подбородок и узкие губы. Мужественное лицо, но красивым его не назовёшь, и Иртальт в этом плане был похож на отца. Выглядел Аренгор лет на сорок. Даже странно, что у него такой взрослый сын. Видимо, тут как в обычном средневековье: первый сын в четырнадцать, а в тридцать восемь считается, что ты прожил хорошую длинную жизнь.

– Сколько вам лет? – не удержалась я от вопроса.

– Двести восемьдесят три.

– Сколько? – поперхнулась я.

– Двести восемьдесят три, – одними губами улыбнулся он. – Моей старшей дочери, Вельме, уже хорошо за двести. Они с Иртальтом и Иргольдом сводные. Больше пока детей у меня нет. Я буду счастлив, если Нельса подарит мне ещё одного наследника. Люблю детей, но они так быстро растут.

Я удивлённо вытаращилась на мага. Да уж. Вот тебе и средневековье!

– А сколько лет вашим сыновьям?

– Иртальту тридцать три, а Иргольду двадцать восемь. Оба еще совсем мальчишки. Карина, давай договоримся. Я буду помогать тебе по мере сил, делиться информацией, оплачу нужные тебе покупки. Требование у меня только одно, и я его уже озвучил.

– Полагаю, что оно распространяется и на вашего младшего сына?

– Нет, отчего же. Насколько мне известно, Иргольд уже состоит в отношениях с очень достойной девушкой. Если он вдруг предпочтёт тебя, то мне останется только благословить ваш брак. Сомневаюсь, что это произойдёт, но мало ли как сложатся обстоятельства. Кроме того, времени, чтобы познакомиться, у вас не будет. Сегодня утром он уехал на границу наших земель, где требуется его присутствие. Свою подругу, кстати, он взял с собой, – мужчина развёл руками, показывая, что происходящее не в его власти.

– Ясно, спасибо за информацию. Вашим предложением оплатить мои покупки я воспользуюсь, только составлю список необходимого.

– Отлично, Карина. И предлагаю перейти на ты. Мы люди прямые, у нас не принято деликатничать и водить хороводы. Даже к старшему лучше обращаться свободно и прямо.

– Хорошо, я тебя поняла, – с трудом выговорила я.

– Насколько я помню, у вас с Эльвой и Иртом сейчас будет занятие по магии. Надеюсь, что вы с Эльвой подружитесь, она хорошая девчушка. В будущем станет достойной женой и матерью. Если будут вопросы, ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь.

После последних слов Аренгора я посмотрела на его недавний запрет иначе. Он заботится о своём сыне. Об этой девушке, Эльве, тоже говорит с душевной теплотой. Видит их хорошей парой и хочет убедиться в том, что я не помешаю одобренному союзу.

Воспоминание о том, как жадно смотрел на меня Иртальт, когда я вышла из портала, кольнуло изнутри. Так ли он любит эту свою Эльву, раз распустил слюни на меня? Впрочем, мне-то какая разница? Я за него замуж выходить не собираюсь. Интересно, почему тогда они не выставили другого кандидата, раз Иртальт занят?

Занятие магией проходило в большом пустом кабинете, куда меня проводила рыжеволосая (естественно!) девочка лет десяти. Я попыталась с ней познакомиться, но она застеснялась и припустила с такой скоростью, что мне пришлось почти бежать, чтобы не потерять её из вида.

Иртальт, Эльва и ещё четверо мужчин уже ждали меня внутри.

Самые сильные способности среди собравшихся были у Ирта, на втором месте с большим отрывом шёл тот, кто поставил мне синяк. Отлично, вот с ним и познакомлюсь в первую очередь. Остальные трое сильно отставали в одарённости, будем надеяться, что только магической. Среди них оказался парень, которого я сегодня отметила за столом, так как он не пил, не рыгал и не сморкался на пол. В общем, достойнейший молодой человек, хватай и беги.

– Итак, Карина, – хлопнул в ладоши Иртальт, – для начала немного теории. Существует шесть Основных стихий: Очищающий Свет, Абсолютная Тьма, Истинный Огонь, Живительная Вода, Первородная Земля и Изначальный Воздух. Жизнь возникла при столкновении этих стихий. Все они причудливо перемешаны между собой. Магией владеют и люди, и некоторые звери, и даже предметы могут её накапливать. Самые могучие маги могут управлять Основной стихией, о такой силе, конечно, мечтают все, но даётся она единицам. Лично я этого делать не могу, из знакомых тебе магов на это способен только Шаритон.

– Прикосновение к Основе – это очень мощная магия, настолько сильная, что способна открывать пути между мирами, изменять сущность вещей и даже наделять их разумом, – сказал приличный парень.

– Понятно. А давайте для начала познакомимся, а то мне очень неловко, оттого что я не знаю, как к вам обращаться, – мило улыбнулась я любителю распускать руки.

– Я Гербольт из клана Северной Звезды, мне шестьдесят семь лет, и я вполне созрел для брака, – самодовольно ответил он.

Неужели всерьёз считает, что я могу быть в нём заинтересована? Какая восхитительная незамутнённость! Но ничего, я и не таких обламывала. Посмотрим, как его камень справится с моей косой.

Выглядел Гербольт лет на тридцать. Высокий, худощавый. Резкие, правильные черты лица, острый нос с горбинкой и россыпью агрессивно выглядящих конопушек. Он походил на хищную рябую птицу. Глаза бледно-голубые, почти прозрачные, а цвет волос очень светлый, скорее соловый, чем рыжий.

– Я Доран, – приветливо улыбнулся парень, которого я отнесла к категории приятных. – Мне тридцать шесть, и я из клана Восточного Берега.

Выглядел он едва ли на двадцать два. Округлое мальчишеское лицо с россыпью рыжеватых крупных веснушек, пухловатые щёки, курносый нос, огненно-рыжая масть. Двигался он спокойно и плавно, был высок, массивен и чуть округл плечами и боками. Таких, как правило, называют «здоровенный детина».

– Я Кормак из клана Просторных Равнин, – пьяненько улыбнулся парнишка лет пятнадцати на вид. – Мне двадцать четыре, я единственный сын главы клана. Мы славимся самыми лучшими стадами бов на всём Плато, делаем сыры, айран, творог и сметану самую вкусную! Кроме того, мы выделываем кожу самого высокого качества.

Кормак блаженно улыбался, сверкая щербиной между зубами. Цвет волос у него почти каштановый, а конопушки были рассыпаны по лицу так щедро, что покрывали его целиком, спускаясь вниз к шее и кистям рук, из чего я сделала вывод, что он конопат с головы до ног. Ростом чуть выше меня, среди остальных мужчин сын главы клана Просторных Равнин выделялся субтильным телосложением. Видимо, за завтраком он перебрал лишнего, и сейчас довольно растягивал губы, медленно моргал и иногда кивал в такт своим мыслям.

На Собрании кланов я его не видела, поэтому сделала вывод, что его прислали специально с целью меня охмурить. Пока что парень налаживал отношения только с выпивкой – видимо, дорвался.

Пятым в компании был настоящий богатырь. Вчера я видела несколько человек с выбритыми висками и туго заплетёнными косами на затылке, этот был одним из них. Если честно, выглядел он несколько устрашающе. На подбородке толстый шрам, нарушающий симметрию нижней губы, взгляд исподлобья, близко посаженные карие глаза смотрели из-под нависших бровей враждебно. Он много пил за завтраком, но выглядел абсолютно трезвым. Его фигуре позавидовал бы любой бодибилдер. Узлы мышц перекатывались под кожей, плечи были раза в три шире моих. Крупные ладони с толстыми волосатыми пальцами подпирали обветренное лицо. В вырезе светлой рубахи недельная щетина встречалась с зарослями волос на груди.

– Конховар, – басом представился богатырь.

Не дождавшись других пояснений, я перевела взгляд обратно на Иртальта.

– Приятно познакомиться. Я Карина Назарова из клана Большой Лужи, – серьёзно ответила я.

Иртальт хмыкнул, уголки губ едва заметно дрогнули.

– Итак, Карина из клана Большой Лужи, продолжим обучение?

– Давайте я вам для начала расскажу о своём клане? – вдохновенно предложила я. – Истоки Большой Лужи, почитаемой моим кланом как сакральный источник живительной силы, уходят корнями глубоко в древность, в хрущёвские времена. Никто никогда не видел дна Лужи. Она непреложна и вечна, её невозможно ни засыпать, ни закрыть досками. Поколение за поколением вырастают люди в нашем клане, осенённые её благословением. Когда Лужа считает одного из людей достойным, она призывает его в себя, окропляя своими священными водами. Считается, что чем чище душа человека и светлее его помыслы, тем большей благодатью она способна его обдать. Чаще всего её милостью пользуются малые дети и просветлённые отшельники, презревшие кров и познавшие тайны бытия. Мы называем их бомжами.

Сдержать лицо было уже почти невозможно, истерический смех так и рвался наружу. Я уже по горло была сыта всеми этими кланами, браками, запретами и рыгающими мужиками, поэтому просто не могла не язвить.

Все, кроме Иртальта, смотрели на меня серьёзно, а пьяненький парнишка даже рот приоткрыл.

– Какой интересный у вас клан, – проговорил Иртальт вроде серьёзно, но я заподозрила иронию. – Предлагаю вернуться к обучению магии. Чем скорее ты с ней освоишься, тем лучше для всех. Не хотелось бы собирать замок по частям, если ты потеряешь контроль. Итак, обращаться к силе можно напрямую, давая выход сырой магии. Так ты поступила вчера, ударив молниями. Это не очень эффективно, так как расходуется огромное количество энергии. Гораздо лучше концентрировать силу для использования заклинаний. Как правило, это набор слов, подкреплённый определёнными жестами.

– А какая у меня магия? Вы сказали, что бывают смеси.

– Да. Судя по виденному мною вчера, у тебя Свет и Тьма.

– Разве такое может быть? – удивилась я.

– Да, сочетание может быть любым, хотя пары Свет-Тьма и Огонь-Вода встречаются довольно редко.

– А какая магия у тебя?

– Свет с небольшой примесью Воздуха, – ответил Иртальт.

– И что делает Тьма? Это некромантия?

– Нет, Карина, Тёмные науки запрещены в нашем мире, и любой маг, их практикующий, подлежит казни. Некромантия непозволительна и истончает защиту мира. Запомни это.

– Что тогда делает Тьма?

– Многое. Например, заклинания слежения, наложения иллюзий, боевые. Ещё проклятия, контроль над чужим разумом и желаниями.

– А Свет?

– Лечение, очищение, прорицание. Боевые маги света тоже грозные противники, как правило, в бою мы настолько ослепительны, что к нам сложно подобраться. Некоторые также владеют белым огнём, могут нагревать и обесцвечивать вещи и помещения.

– То есть я смогу лечить людей? – удивилась я.

Никогда у меня к врачебному делу склонности не было.

– В полной мере нет. Целительство – это сочетание Света и Воды. Но кое-что ты всё-таки сможешь делать, например, очищать раны, прижигать, обеззараживать.

– Круто, – восхитилась я собой. – В смысле очень хорошо. И что надо делать?

– Для начала давай попробуем призвать твою магию так, чтобы ты её контролировала. Призови силу и сформируй небольшую сферу. Достаточно будет удержать её на ладони на несколько секунд.

Иртальт продемонстрировал мне маленькую белую бурю. Завороженная зрелищем, я коснулась её пальцами. Глаза у него округлились.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Талиры – крупные ездовые животные из семейства кошачьих.

Вернуться