Ольга Николаева
Сюрприз для Босса. Уволить нельзя Жениться

Глава 1

– Милый… Боже… Обними меня, так, да… Так хорошо… Да… – Женский голос трепетал, срывался от волнения. Нежные пальчики ласкали шею, гладили меня, аккуратные ноготки легонько царапали кожу на затылке…

– Ммм… – Не мог ничего ответить – мой рот был наглухо заткнут мягкими губами, жадными и откровенными.

Она поняла так, как надо – легко пробежалась ладошкой вниз, по шее, плечам, груди, животу…

– Какого черта здесь происходит?! Что здесь творится? – Нас прервали на самом интересном месте.

Но Алиса зачем-то с силой сдавила мою ширинку. Не иначе, как от волнения.

– Куда ты свои грязные руки суешь?! А ну, отойди от него! – Весь обзор был закрыт роскошной гривой, которая разметалась вокруг моего лица, залепила глаза и щеки. – Тимофей! Как ты мог?! Как ты мог такое, спрашиваю?!

Разъяренная фурия процокала шпильками по паркетному полу кабинета, за пару секунд оказалась рядом…

Несчастная Алиска зашипела и тут же слетела с моих коленей.

– А ты-то кто такая? – А молодец Лиса… Отбивалась, как могла. И даже то, что ее держали за волосы, девчонку ни капельки не смущало…

– Вали отсюда, быстро! Пока не осталась лысой! Я тебе рожу сейчас расцарапаю, губы сдуются, а брови разлохматятся! Тебе Тимоха столько денег не даст, чтобы фейс отремонтировать!

– Да… Да… Да как ты смеешь?! Руки убери от меня, стерва! – Алиса не сдавалась: она пыталась вырваться из цепких Надиных рук, выкручивалась, брыкалась, шипела…

Вот это я могу понять: человек борется за свое счастье. Даже немножко льстило, что боролась-то она за меня, по факту!

– Девочки. Прекратите. Сейчас в кабинет сбежится вся охрана с этажа, и мы будем выглядеть непрезентабельно.

Попытался их утихомирить. Разнимать женскую драку своими руками – увольте. Пытался разок, получил от Надьки каблуком по колену, и больше так рисковать ни за что не стану.

– А вот и пусть! Пускай все видят, какой ты жалкий поддонок, подлец и распутник! Если не можешь свой член удержать в штанах, нечего это скрывать от окружающих! Все должны знать: Тимофей Андреевич – не приличный человек, а гуляка!

– Все. Надя. Достаточно. Отпусти Алису и отойди от нее. Я уже сильно-сильно стыжусь, а Алиса – тем более, все осознала, ощутила и усвоила.

Надя всегда очень быстро ловила момент, когда пришла пора успокоиться. Стоило только едва подпустить в голос жести.

– Все, коза. Ты свободна. И больше не смей здесь появляться, в этом офисе! Ни- когд-да!

Она тоже умела жестить. И так мощно, что даже у меня чуток затылок холодел.

Но Лиска не угомонилась: отпрыгнула в сторону, поправила слегка прическу… И тут же взбрыкнула:

– Какое ты имеешь право указывать мне, что делать?! Здесь Тимофей Андреевич – командир. И он сам решает, что делать. Если он захотел посадить меня на колени – значит, так тому и быть! У нас обеденный перерыв. И мы никому не мешаем.

– Я – жена Тимофея. Этого достаточно?! – Надя протянула вперед ладонь и выставила палец со сверкающим бриллиантами колечком. – Нужно что-то еще добавить? Или тебе нравится быть подстилкой у женатика?!

Я поморщился по привычке.

– Надюш… Придержи коней. Что за жаргон?

– Ой, скажи еще, что мама не одобрит… – Надька начала остывать, но губы покривила.

– Алиса. Выйди из кабинета.

– Хорошо, я зайду потом… – Алиса одернула юбку, облизала припухшие губы и изящно вильнула бедром, направляясь к распахнутой двери.

– Нет. Вещи свои собери. И зайди в отдел кадров. Там твое заявление уже лежит. – Мне надоело притворяться и придуриваться. – Ты не прошла стажировку.

– Что?! Как?! Тимофей Андреевич, как вы можете? – Вот теперь и Алиса потеряла и лоск, и спесь, и напускной глянец. Губки надулись, глаза налились слезами…

– Обыкновенно. Тебя предупреждали, когда принимали на работу: никаких домогательств. И никаких попыток соблазнить руководство.

– Но… Вы же… Вы сами…

– Я разве пихал твою руку в свои штаны?!

– Козел!

Хорошо, что петли на двери добротные… Иначе она бы слетела от силы, с которой Алиса ее захлопнула…

– Ты реально козел, Тим.

Надюха устало присела в кресло напротив меня.

– Ты в курсе, что юбку дома оставила? – Невозможно было спокойно смотреть, как Надежда сверкает своими голыми коленками, когда закидывает ногу на ногу.

– Так. Не строй из себя папочку, хорошо? – тем не менее, она чуток смутилась, переменила позу, скрестив лодыжки.

Теперь Надежда была похожа на особу королевских кровей: идеальная осанка, ножки аккуратно прижаты к креслу… Только чертей, пляшущих в ее глазах, было невозможно спрятать!

– Что тебя принесло сюда? Ты же, вроде, решила, что стройка и продажи домов – не твое? С фотоателье тоже не сложилось? Пришла попросить в долг, чтобы не расстраивать маму с папой?

– У меня все отлично. Только что со съемки.

– Угу. А дальше?

– Мой комп не тянет, не могу нормально обработать фотки. Пустишь поработать за своим?

– Ты борзеешь, сестренка. Мой комп – не для того, чтобы ты заглаживала целлюлит на чьих-то бледных задницах!

– Тима! Ты хочешь, чтобы мама и папа узнали, чем занимается в кабинете их сын?!

– Я что, виноват, что они все лезут ко мне в штаны? Попросил показать, в какой сетевой папке лежит документ… Она приблизилась… Через секунду – уже верхом уселась…

– А тебе сколько годиков, мальчик, а? Не можешь справиться с взрослой тетенькой? Не можешь ее прогнать? – Надюха очень старалась быть милой, доброй сестричкой. И даже сдерживала себя.

Но гнев из нее прорывался. Характер – не носовой платочек. Просто так в карман не спрячешь.

– А зачем мне ее прогонять? Мне все нравилось… – А еще мне нравилось над нею издеваться.

– Ты понимаешь, что это неправильно? Тим, ну, так нельзя же…

– Сходи, пожалуйста, в отдел персонал. Попроси, чтобы снова начали искать мне секретаршу.

– Опять такую же? Ноги примерно от шеи, рот – до ушей, грудь – навыкате? Чтобы она снова продержалась у тебя пару недель?

– Этой пять дней хватило.

– Как ты справляешься, если они меняются бесконечно?!

– Никак. – И я не врал. Без хорошего помощника работать невозможно. Ничего не успеваю.

– Тогда зачем ты это делаешь?

– Хочу, чтобы ты снова вернулась. У нас отличный тандем, Надь.

– Я тебя ненавижу.

– Вот как?

– Ты поимел и бросил всех моих подруг! Я не могу ни с кем общаться больше! Все разговоры – только о тебе! Каждая сидит и ждет, когда же о ней вспомнит Тимошенька… – Надю всю перекосило от отвращения.

– Ну, хочешь – вспомню… Кстати, может быть, сделаешь нам кофе? Раз уже секретаря у меня больше нет…

– Сам иди и вари! А лучше – просто жри зерна! И кипятком запей!

– Отлично. Так и сделаю. – Вздохнув, поплелся в приемную. – А ты сходи к эйчарам, плиз. Мне реально нужна помощница. Раз уж ты у нас теперь великий фотограф.

– Лет пятьдесят. Седая. Тощая. С тремя детьми и желательно внуками. – Надька мечтательно закатила глаза. – Маникюр нужен? Да. Нужен. Все-таки, ты приличных людей принимаешь…

– Это что, твоя последняя заказчица? Ты ее собираешься фотошопить? – Еле сдержал рвотный позыв. – Зачем ты берешь таких? Или они хорошо платят?

– Это требования к твоей новой помощнице. Думаю, на такую у тебя точно не встанет…

– Хм… А ты, кажется, права… Наверное, с такой будет попроще…

– Тим. Вот честно. Скажи: ты реально не можешь никому отказать? У тебя что, недержание? Как видишь женщину, сразу все из штанов выскакивает, да?

– Нет, Надюш. Я просто привык, что мои желания всегда исполняются. И если мне что-то так навязчиво предлагают – зачем отказывать?!

– Не понимаю тебя…

– Я тоже не понимаю, зачем ты всем тыкаешь в нос кольцом, которое подарила мама. Оно ведь не обручальное. На кой ляд ты носишь его не на том пальце, а?

– Ты все равно не поймешь. – Этот прием всегда помогал: стоило заикнуться о том, как она мечтает о замужестве, Надя сразу переводила тему.

Она легко поднялась и резво поскакала.

– Ты куда?! Я еще зерен тебе в кружку не насыпал. Давай, погрызи со мной, составь компанию!

– Заказ оформлю. Пускай тебе найдут старую, уродливую грымзу!

– Ты колечко-то надень, как положено! Не распугивай людей! Вдруг, тебе в офисе встретится настоящий принц? – Ну, никак я не мог не подколоть сестрицу, хотя бы на прощание, перед тем, как сбежит из кабинета.

Люблю Надежду.

До безобразия. И простить ей готов – практически все на свете. Любую глупость и гадость!

Но, черт побери… Никогда не поверю, что ее визит и внезапный звонок отца – это просто нелепое совпадение.

– Да, папа. Как вы там? Не соскучились еще по цивилизации?

– Сын. – И многозначительное молчание.

Вообще-то, мама так любит делать. Это ее коронный прием.

Но отец, за каким-то лядом, решил его тоже использовать.

– Ага. Если ты не передумал еще, то – сын.

– Ты что там творишь опять? Мы же договаривались!

– А что не так? Ты же видел наши последние показатели – все растет, все пышет, расширяется, благоухает и пахнет… Вы можете и дальше мотаться по своим кругосветкам, ничего не сделается…

Моя совесть реально чиста: еще не было у компании лучшего директора, чем я.

– У тебя разбегаются сотрудницы! Это нормально, ты считаешь?! – Вот он умел так. Очень спокойно, размеренно… Только я даже позвонками ощущал, как в отце нарастает гнев.

– Первая Надька была! Мне что, нужно было держать ее насильно? Пусть она делает свои фотографии. Девушке нужна самореализация. Она художница, понимаешь? Пускай творит, пока не надоест!

– Три помощницы за неделю, Тимофей! Три! Это что такое?

– Ты сейчас маминым голосом со мной говоришь, или мне показалось?

– Если помнишь, твоя мать работала помощницей директора. А потом сама руководила филиалом. И справлялась с этим отлично!

– Я помню, что моя мама ни на кого сама не вешалась. Наоборот, отбивалась, как могла! А ты ее, между прочим, соблазнил и уломал!

На заднем фоне послышались какие-то недобрые слова.

– Ты что, на громкой связи там? Она тоже все слышит, да? Пап, черт побери, я не маленький, чтобы устраивать тут сеанс семейных разборок, да?!

– Еще одно увольнение сотрудницы – и я вернусь, сынок. И мы с тобой поговорим.

– Еще скажи, что женишь меня насильно…

– Сам женишься. Вот на ком поймаю тебя – ту и поведешь под венец!

– Ха. Мне Надюха сейчас приведет самую страшную, самую бестолковую грымзу. И фиг вы меня пожените, понял?!

Эта пластинка бесконечно играла уже который год: Надьку постоянно уговаривали, что замуж торопиться не стоит. А меня, наоборот, все время гнали под венец.

Кто сказал родным, что я, таким образом, успокоюсь?

И почему они не помнят, что мои отношения с Дедом Морозом до сих пор не изменились: все, что я пожелаю, обязательно исполнится. Вот только, я себе еще никого не пожелал…

Глава 2

– Доброе утро, Андрей Тимофеевич. А я вас жду. Вы всегда так приходите?

– Твою мать! Ты кто такая? Зачем так пугать-то?! – Я даже не обратил внимания, что дверь в приемную была открыта. Летел на всех парах, чтобы не проворонить важную конференцию по видео.

– Мне дали ключ. Сказали пока осваиваться. – Нежный голосок доносился откуда-то из-за дверцы шкафа.

Пришлось притормозить. Крутануться на пятках и подобраться к гардеробу…

Кто это такая? И откуда она тут взялась?

– Куда осваиваться? Ты кто? Привидение с доставкой я не заказывал! Вылезай уже, черт побери! Что ты там прячешься?!

Даже затылок зачесался от нетерпения и любопытства.

Бог с ней, с конференцией. Подождут.

А вот что там за чудо скрылось в шкафу?!

Дернул за дверцу…

На меня смотрела милейшая, круглейшая, очень упругая задница.

Ну, кто виноват, что она сама ее выпятила?!

Руки тут же потянулись, чтобы проверить эти округлости на ощупь. Ну, надо же убедиться, что мой глазомер не подвел и на этот раз?!

– Да что вы себе позволяете такое?! – Упругая. Очень. Успел заценить.

И тут же словил пощечину на своей роже.

Мощную такую, жесткую.

А вместо задницы передо мной оказалось разъяренное лицо фурии.

– А…

Как-то забыл, что хотел ей сказать.

Потому, что словил и вторую пощечину.

– Стоп. Я, вроде бы, не такой уж и христианин. И вторую щеку не подставлял…

– А мне пофигу! Вам кто разрешил меня лапать?!

– А чего ты тут светишь своими прелестями? Разве так начальство встречают? – Щека горела. Приложить бы ледку… Но обе руки были заняты: крепко держал запястья девчонки, чтобы она мне рожу окончательно не расцарапала.

– А нечего врываться сюда! У меня застежка на туфле сломалась. Я пыталась ее починить… – Девица кивнула вниз, указывая на обувь.

Реально. На одной ноге была туфелька на шпильке, на второй – босоножка. И пальчики с ярко-красным лаком на ноготках.

– На стул присесть не пыталась? – Мой мозг лихорадочно выискивал подвох.

Сто пудов, это засланница от родителей. Они окончательно сошли с ума и решили меня поженить. Вот таким вот нехитрым способом. А девонька сразу выставила приманку. Чтобы хватать быка за рога и не тратить время на всякое лишнее…

– А ты не пробовал вовремя на работу приходить?! Я сколько должна сидеть на этом гребаном стуле в неудобной обуви? Специально подкрался, да? Ждал момента, чтобы меня полапать?!

Опачки… Это было что-то необычное.

– Стоп. А кто мне будет вешаться на шею? Просить, чтобы спас, как настоящий рыцарь?!

– Вот еще. – Девчонка вырвала запястья из моей цепкой хватки, растерла на них кожу. – Нужны мне такие спасители, как же…

Отодвинула меня в сторону, словно комод на колесиках, и поковыляла к столу, за которым еще вчера у меня работала Алиса.

– И что?

– Ничего. – Как ни в чем ни бывало, она пожала точеными плечиками, тряханула кудряшками. – У вас там сейчас конференция по расписанию. Я бы, на вашем месте, поспешила. Нехорошо, когда начальство опаздывает. Плохой пример …

– Ты слишком борзая. – Я должен был психануть и очень-очень рассердиться. Но почему-то с удовольствием наблюдал, как девчонка щелкает пальцами по клавиатуре. Не мог оторвать глаз от точеных запястий, порхающих над столом.

– Нет. Это только кажется. – Даже глаза на меня не подняла.

– А я не спрашивал. Я сообщил тебе свое мнение.

– Там уже вызов идет. И мне звонят, уточняют, где вас черти носят. – Изящная бровь едва шевельнулась, изображая недоумение.

– Вот прямо так и говорят? С чертями?

– С чертями, наверное, вы говорите, Тимофей Андреевич. А ваши сотрудники теряют свое бесценное рабочее время. – Твою налево… Одарила таким взглядом, словно я – ученик в кабинете у директора, а не наоборот.

– Кофе мне сделай. Такой, как я люблю.

Черт. Выдеру ее.

Кхм.

В том смысле, что выживу.

Сама уйдет. И пускай попробует настучать сестре или родителям. В этот раз мы даже не успеем дойти до объятий!

Глава 3.1

И где же эта чертова дура с моим кофе?

Мозги – как несмазанные шестеренки. Шевелились, но с таким ужасным скрежетом и скрипом, хоть плачь!

Ребята что-то бубнили по очереди. Вяло отбрехивались, и едва-едва не посылали меня к черту. А мне сегодня было просто не интересно мучить их и терзать по любой ерунде…

– Все. На сегодня заканчиваем. Завтра продолжим с того, на чем остановились.

Едва успел отключить камеру на компьютере, как дверь в кабинет отворилась, и …

– Надо же… Какие люди… Ты, случайно, там не кремнем огонь развела? А потом за водой на ручей ходила?! Сколько можно ждать мой кофе, твою ж налево?!

Она плыла, как королева. Плавно покачивала бедрами и даже не спотыкалась на этих своих аккуратных шпилечках. И несла на вытянутых руках поднос.

Только кофе в чашках, почему-то, не дымился.

И аромата не было. Даже противного. Вообще – никакого…

– На совещании лучше не отвлекаться от важных вопросов. Я решила подождать, пока вы закончите. – Ни одна жилка на холеном лице не дрогнула. Она даже говорить умудрялась, почти не шевеля никакими мышцами. Только губами.

– У тебя что, ботоксом все обколото? – Внезапная догадка озарила разум. – Ты, значит, и есть та самая грымза, которую мне обещала Надя? Просто кожу хорошо натянула, да?!

– Пожалуйста. Вот ваш напиток. Точно, как вы любите. – Перед моим носом громыхнул поднос.

А она, между прочим, не такая уж и непробиваемая. Психанула немножко… Иначе как объяснить, что она его так громко поставила?!

– Я? Люблю? Такое?! – В нежной чашке из тончайшего фарфора лежали зерна. Крупные, поджаренные . Отборный, шикарный кофе. Именно такой, как я всегда предпочитал. Еще мама научила выбирать правильный… – Почему он не перемолот и не сварен, твою мать?!

– Мне поступила информация, что вы любите в зернах. – Снова едва заметное шевеление бровью – и все. Ноль эмоций на личике.

Что с ней не так? Никак не получалось понять.

Вот же лицо – розовое, нежное, кожа почти прозрачная, светится… Глаза огромные, в переливах от серого к голубому, иногда зеленью отдают…

И только эти ледышки, переливчато-холодные, выдавали настроение девушки. Она очень и очень злилась.

И хотела меня убить. Вот прямо видела, по-моему, как с силой опускает на мне на макушку серебряный поднос, инкрустированный камнями.

И ярко представляла, как убивает меня, опустив его на мою макушку.

Но не рискнула. Только сверкала глазами.

– И чего ты пыхтишь своим аккуратным носиком? Думаешь, таким способом сможешь меня расплавить?

– Я не понимаю, чем вы недовольны, Тимофей Андреевич. – И подбородок так вздернула. Гордо и упрямо.

Мда… Очень жаль, что я так неаккуратно обращался со своими прежними помощницами. Те, уж точно, не мечтали подсыпать мне в кофе яд или слабительное.

– Ну, раз ты все сделала правильно – присаживайся. – Слегка изогнулся, чтобы вытащить из-за ее спины еще одно кресло на колесиках.

И, конечно же, совсем нечаянно, зацепил ее бедро. Кто виноват, что она так неудачно на пути подвернулась?

И зашипела тут же. Отпрыгнула в сторону, еще сильнее запыхтела.

– Вот. Рядом со мной. Пожалуйста. – Да. Ее тоже дернуло электричеством. Ровно так же, как и меня.

Что за странная реакция на эту грымзу, черт возьми? Я как будто раньше девушек за ноги никогда не трогал…

Она послушно приземлилась на сиденье. Спина – идеально ровная. Ноги плотно сомкнуты в коленях. Руки, сжатые в кулачки, аккуратно сложены…

– Угощайся. Ты ведь не успела попробовать то, что приготовила для меня? – Пододвинул ей чашку с зернами. – Как предпочитаешь? Жевать или сразу глотать, целиком?

Сам, первый, закинул в рот зернышко и принялся его энергично пережевывать.

Отлично взбодрило, кстати.

Похоже, с новым секретарем, пора готовиться к новым способам проснуться…

– Ну, в чем проблема? Боишься?

Девица с явным неудовольствием смотрела и на меня, и на то, что я ей предлагал.

– Ты же его не отравила, верно? Если нет, чего тянешь?

Она снова пошевелила бровями… Пожевала свои губы – ярко-розовые, чуть-чуть припухлые, блестящие…

И я снова завис, не в силах отвести взгляд от ее рта… Какого черта меня так притягивает эта надменная, неприступная, неприятная жаба?!

– Я предпочитаю чай. В нем гораздо больше тонина и кофеина. И не так губительно влияет на сосуды, сердце и… – Она снова вздохнула, прежде чем продолжить, – и не так вредит психике.

– Слушай, ты на что это намекаешь? – Крутанул ее стул на колесиках, заставляя упереться коленками в край моего кресла.

– Если хотите, заварю вам чай. Такой, как я люблю. Вам понравится, гарантирую! – Девица вскочила с кресла, засуетилась, собирая чашки с блюдцами.

– Сахар оставь. – Ты посмотри, какая… Притащила мне еще и рафинад… Сто процентов, намек: что я зубы об нее обломаю!

– Хорошо.

– Тебя, кстати, как звать? – Внимательно следил за тем, как она наклоняется над столом. И не мелькнет ли что-то красивое в вырезе блузки…

– Варвара.

Ну, блин… Надо же…. Еще мне Вари тут не хватало.

– Сокращенно «Варежка», да? – Мое остроумие просто зашкаливало.

– Это у вас детская травма, да? – Варвара отзеркалила даже интонацию.

– В каком смысле?

– Часто Тимошкой, наверное, звали?

Глава 3.2

Шустрая, блин.

Даже на длиннющих шпильках –не споткнулась, не запнулась, быстро выскочила. И дверь успела захлопнуть.

Едва затормозил, чтобы носом в дубовую обивку не врезаться! А так хотелось поймать ее и …

Что «и», между прочим? Что я собирался делать? Отшлепать ее по заднице? Или подергать за кудряшки, от души? Чтобы они сразу же, моментом, распрямились, а эта Варя-модница больше ни слова в мою сторону не сказала!

– Доброе утро, милый!

– Только тебя тут не хватало… – Пока я раздумывал над своими странными, необъяснимыми порывами, дверь открылась снова.

– А что такое? Ты же настаивал, чтобы я осталась работать с вами… – Еще одна женская задница в узкой юбке, вихляющая в моем рабочем пространстве – это чересчур для моей психики.

Особенно, когда задница принадлежит сестре!

– Надь, объясни. Вот зачем ты так одеваешься, что даже раздевать не нужно?

– В каком смысле, брателло? Все твои подружки носят деловые костюмы… – Надежда удобно устроилась в кресле, вытянула ноги, обтянутые чулками в сеточку…

– На. Накинь на себя вот это. Прикройся. – Сбросил с себя пиджак, бросил ей на колени. – Не могу видеть, как моя сестра изображает шлюху!

– Мне они тоже не нравятся. – Надя сбросила туфли, забралась с ногами в кресло, поджав ступни под себя.

– Тогда – какого лешего? Ты же сюда в них через весь город перлась! Не стыдно было? И не страшно даже?

– У меня все остальные порвались. А эти остались с Хэллоуина. Вот, пришлось натягивать.

– Ммм… Ясно. Сейчас разберемся.

Не нравилась мне эта Варя. И говорить с ней не тянуло вовсе… Но ради приличного облика сестренки – на что еще только не пойдешь?

– Тим. Вот только не надо. Не доставай свои запасные брюки! Я в них утону! И не выйду в этом из твоего кабинета!

– Вот еще. Не хватало мне переводить на тебя свою одежду… – Два костюма, уделанных в косметику, лак, алкоголь и еще что-то… Я хорошо запомнил те последствия…

– Только не говори, что в твоих закромах лежат еще и колготки, м? – Наглая хитрая моська… Состроила рожицу, намекающую на какие-то мои неправильные наклонности.

– Варвара! – Выглянул в приемную.

Светлые кудряшки смешно подрагивали, когда девчонка крутила головой, поглядывая то в документы, то в монитор компа.

– Да?

– У тебя колготки есть?

– Кхм… – Большие, ясные глаза округлились, приближаясь размерами к блюдцам. – У вас же дресс-код в компании. Нельзя ходить с голыми ногами, я помню…

– Жаль. Мне больше нравится трогать голые коленки…

– Что?

– Запасные в сумочке имеются? Или куда вы их там кладете, в карман?

– Конечно. Могу положить их туда же, где вы храните кофе. В зернах. И рафинад.

– Это еще зачем?

– Ну, если срочно потребуется – быстро найдете…

Коза.

В карман за словом не полезет.

– У моей сестры куча дырок в тех местах, где должен быть капрон. Дай мне целую пару. – Подумал немного. Вспомнил, что чего-то не хватает в моей фразе. Меня же хорошо воспитывали, кажется… – Пожалуйста, дай мне новые колготки. Если сомневаешься, что я их использую как надо, – вручи ей их сама!

Пауза. Мучительная. Долгая…

Она, сто процентов, сознательно испытывала мое терпение.

Варвара старалась вывести меня из себя!

Но фиг там был! Она еще даже представить себе не может, какой я крепкий орешек!

Очень вежливо, с милейшей улыбкой отошел в сторону, придерживая перед Варварой дверь. Даже слегка склонил голову, когда она проходила мимо, обдавая меня ароматом духов.

– О, спасибо дорогая! – Надька подскочила с места, радостно выхватила у Варвары хрустящую упаковку. – И почему я сама не додумалась к тебе обратиться?

И эти две стервочки, погляди-ка ты, взяли и обнялись. Еще и воздух вокруг щек почмокали. Как будто расцеловались.

– Надеюсь, ты не планируешь прямо тут переодеваться?! Я не переживу этого. – Надюха уже с энтузиазмом шуршала целлофаном.

– Ой, Тим… А ты еще здесь, что ли? Я так обрадовалась, что Варю встретила, и совсем позабыла о тебе…

– Варвара. Займите, пожалуйста, свое рабочее место. А ты, сестра, сядь обратно в кресло. Нам нужно очень серьезно поговорить!

Поразительно: моя подчиненная внезапно решила не спорить, а послушно проследовала туда, где и должна была находиться. И дверь аккуратно за собой прикрыла.

– Тим… Ты чего сегодня такой… – Сестра неопределенно помахала в воздухе ладошками. – Неудовлетворенный, что ли?

– Что?!

– Совсем на себя не похож, говорю. Чем-то очень сильно недовольный. Кто тебе в ботинки нагадил?

– Откуда она тут взялась, эта Варя?! Почему она здесь, вообще?!

– Ну, вот я бы пришла, а ты тут один на два помещения. У кого бы ты попрошайничал для меня новые капронки? Нельзя оставаться совсем без женщин, братишечка! Они обязательно должны быть здесь!

– Надя. Посмотри мне в глаза. Серьезно. – Я навис над ней. Совсем как в детстве, когда приходилось браться за воспитание младшенькой.

– Ой, все! Баюс, баюс! – Вот что за воспитание у человека? Моя младшая сестра ни на грамм не пугается. А должна бы уважать и дрожать.

– Почему эта женщина, Варвара, почему она работает моим секретарем?

– Ну, позвони кадровикам, они тебе, наверное, лучше объяснят…

– Кадровики никого не принимают на работу, если я им не сказал!

– Значит, пора и эту компашку разогнать, не считаешь?! Совсем ты их распустил, брат. – Ничуть не смущаясь, она оттолкнулась от пола ногами и отъехала назад, увеличивая пространство между нами.

– Выгнать Олеську предлагаешь? Твою самую любимую подругу? – Я снова дернул кресло на себя. – Признавайся: ты ее уговорила принять эту Варю?! И даже мое мнение не спросила?! Что ты ей такое обещала, а?

– Ей позвонил папа. И сказал, что нужно принять любую женщину, которую я рекомендую. Так что, любимый братик, просто прими как данность: у тебя новый секретарь.

– Ты же мне обещала грымзу? Разве не об этом мы договорились?! Я устал от этих молодых и резвых, которые падают мне под ноги!

Меня уже потряхивало от злости. Это что получается за ерунда?! Вся семья что-то за меня решает?!

– А разве это не грымза, Тимош? Чем она тебя не устраивает? Что не так?

У нее задница зачетная.

И ноги от ушей.

И глаза огромные…

Взгляда не отвести, и руки тянутся – потрогать, пощекотать, погладить…

Но если папочка обещал, что женит на любой, кого я попробую приласкать… Значит, он меня заставит жениться. Не мытьем, так катаньем!

– Она молодая! А ты обещала мне старую и страшную!

– Ой, брат, забей.

– Забить на что? На то, что она освоится и через пару-тройку дней полезет ко мне в штаны? Ты меня застукаешь на горяченьком, а отец заставит жениться? Вы этого добиваетесь, да? Признавайся, Надя, вы все там сговорились?!

– Господи, Тимох… – Надьке надоело, что я над ней нависаю, такой грозный, опасный и серьезный. Толкнула в грудь, заставила шагнуть назад, освобождая пространство. – Ты откуда такой самовлюбленный-то взялся? Думаешь, от тебя любая сходит с ума?

– А ты не видела этого сама?

Надя покрутила мой галстук задумчиво. Поправила бортики пиджака, застегнула пуговку на рубашке.

– Ты сам себе таких выбирал. Покладистых…

– С ума сошла?

– Тебе шлюшки нравятся, Тим. А Варя – она не такая. Она тебя даже близко не подпустит.

– На что спорим?

– Тимош. Послушай меня, пожалуйста. – Обычно она ведется на любую затею, и спорить со мной – обожает, а тут – непохожа на саму себя.

– Да я весь внимание. Вот просто глаз с тебя не свожу, и слушаю – так, как никого никогда не слушал!

– Варе эта работа необходима. Реально нужна. Просто дай ей эту возможность. И не мешай.

– Что за загадки, я не понял?

– А тебе и не нужно понимать. Не лезь к ней под юбку, не стягивай лифчик, не лапай за булки…

– Фу… Что за гадости ты говоришь сейчас?! – Меня даже слегка передернуло, как представил…

– Чего ты так дергаешься? Аж волоски на коже дыбом встали… Уже предвкушаешь, как пристаешь к Варе, да?

Сестрица ухмыльнулась презрительно. Она слишком хорошо меня знала, коза.

Чересчур хорошо: читала и по глазам, и даже по тому, как кончик носа дергается…

– Нет, моя милая. Ты все перепутала. Меня от отвращения трясет!

– Кому ты врешь, милый братик? А? кому ты врешь-то?

– Все, Надь. Уходи. – Сам шагнул назад. Еще. И еще… Отвернулся к окну.

Достали меня. Обе.

Выгнать бы к чертям – и Надюху, и Варвару… Да только одну люблю слишком сильно… А вторая… Слишком она интересный фрукт, чтобы от него избавиться.

– Ты мне обещаешь?

– Варя, не нужно брать меня на понт! Пристроила мне свою собутыльницу, одноклассницу, подружку… Не знаю, кто там она для тебя…

– Подруга! Самая лучшая!

– Странно, почему я ничего о ней не слышал никогда? Все твои подружки у нас дома всегда тусовались…

– С тех пор, как ты начал каждую мою подругу укладывать в постель, я больше никого тебе не показываю.

– А… Надо же… Обидно слышать… – Надя во многом была права, конечно… – Только вот… Зачем сразу во всем обвинять меня? Все девчонки из твоей компании радостно лезли ко мне в кровать. И ни одна ни разу не отказала… Почему я должен был кого-то обижать своей невнимательностью?

– Все. Я пошла. Раз мама и папа такого бесстыдника воспитали… Пускай они сами теперь исправляют. Передаю папино обещание: если ты будешь домогаться Вари, значит, на ней и женишься!

– Да плевать я на эту Варю хотел. Иди уже, делай свои фотографии. И не мешай мне работать, Надя!

– Все. Выметаюсь. – Засранка. Чем-то очень довольная, она развернулась вокруг своей оси и дробно застучала каблуками. Даже не попрощалась, блин. Сестренка любимая.

Глава 4

Мне, между прочим, и поработать бы не мешало.

Такими темпами, я быстро пущу компанию по миру. Если буду не делом занят, а какими-то семейными разборками…

Едва успел устроиться за столом и пошевелить компьютерной мышкой, как дверь открылась снова.

– Что опять? – Само собой, в кабинете появилась Варвара.

– Вы еще не выпили свой кофе, Тимофей Андреевич. Я не могу оставить вас без него.

Да она издевается надо мной, эта женщина!

– А ты не можешь просто оставить меня в покое?! Просто сидеть за столом, принимать звонки и не появляться здесь больше?!

– Могу. Естественно. Только кто вам будет приносить кофе? И разные документы? – Она могла бы обидеться на грубость, для начала. И уйти сама. И больше не возвращаться!

Но Варвара, как ни в чем ни бывало, донесла поднос до моего стола и аккуратно поставила.

– Зерна я и сам себе могу насыпать. Руки еще не отвалились, представляешь?

А глаза опять намертво прилипли к вырезу на ее блузке.

Очень скромный вырез, кстати. Из него ничего не видно… А очень хочется узнать, какое богатство в нем спрятано.

– Я научилась пользоваться кофеваркой. Представляете?

– Молодец. Это уже зачет. Можешь подавать заявку на диплом о высшем образовании.

– А еще позвонила вашей предыдущей помощнице…

Ароматный напиток щекотал нервные окончания, бодрил и вдохновлял. У меня даже слюна выделяться начала.

– И что же она тебе наплела? – Не удивлюсь, если Алиса «на прощание» устроила подарок. Например, предложила насыпать слабительного. От этих обиженных дамочек можно и не того ожидать…

– Сказала, что вы хорошо целуетесь. Но слюны многовато. Лучше сразу держать салфетки под рукой. – И протянула мне пачку нарезанной бумаги.

– Это что такое? Ты ко мне с поцелуями сейчас полезешь?

– Нет. Я пошутила. Алиса не говорила ничего такого. Но предупредила, что вы любите без сахара. А еще – очень часто разливаете на себя кофе. И на себя, и на тех, кто рядом…

Округлое колено случайно прикоснулось к моему… И меня прострелило: от макушки до самого паха.

Варя тут же отскочила в сторону.

– Чего ты дергаешься? – Кофе, конечно же, расплескался. И салфетки очень кстати пришлись.

– Вы мне не нравитесь. И пахнете невкусным одеколоном. Кто вам сказал, что туалетная вода – это то, что наливают из туалета?

И сморщила носик, изображая самое откровенное и настоящее отвращение.

– Спасибо за комплимент. И за честность.

Это что же, получается, я ходил и вонял все время, и никто мне правду ни разу не сказал? Надо бы вспомнить, кто это оказал мне такую любезность и подогнал волшебный подарочек…

– Обращайтесь. Я вам все расскажу, если это интересно.

– Нет. Мы поступим по-другому. – Я уже вскочил и выудил бумажник из кармана.

– Все? Я уже уволена? И вы хотите оплатить мне пару часов, что я вас терпела? – А у нас, похоже, невзаимное влечение… Варя очень спешит угнать от меня подальше…

– Держи карту. Пройдись по магазинам.

– Это зачем?

– Купи мне новую воду. Такую, чтобы всем нравилось.

– Вы доверяете моему вкусу, Тимофей Андреевич?

– Да мне плевать. Главное, чтобы ты больше от меня не отпрыгивала и не обливала кипятком.

– Хорошо. Я пойду.

И заспешила.

– Стой!

Варвара притормозила. Встала на месте, как вкопанная.

Но обернуться не рискнула.

Так и стояла на месте, ожидая новых указаний.

– Купи себе другую одежду.

– Чем вас эта не устроила? – Осторожный поворот головы и искры бешенства, брызнувшие из глаз. Хорошо, что далеко стояла. Иначе бы точно – обожгла!

– Я просил привести мне сюда старую, страшную, уродливую грымзу. Вот сделай так, чтобы быть на нее похожей, поняла? Никаких обтягивающих юбок, шпилек, колготок…

– И краситься не нужно? – Недоверчиво повела бровью.

– Нельзя краситься! Можешь даже не причесываться, Варя! Чем страшнее будешь – тем лучше!

– Я могу просто облиться вашим одеколоном. – Она презрительно сморщилась.

– Нормальный он у меня, не придирайся!

– Он душный. Воняет какой-то химией! С таким ароматом и на триста метров к человеку не подойдешь!

И демонстративно отошла подальше.

– Ты еще прищепку надень себе на нос. Я тогда поверю, что тебе противно…

– Хорошо. Куплю и надену. Вместе с уродским костюмом, купленным за ваш счет.

– Хелло, дружище.

– Вы сегодня что, сговорились все? – Похоже, все в округе сговорились, чтобы не позволить мне нормально поработать. Они хотели вывести меня из строя и разорить бизнес! Только вопрос, зачем это Димке? Он же получает крупные дивиденды от нашего партнерства?

– Нормально, Тим. Я тебя не видел лет примерно тысячу… – Лучший друг нахмурился, притормаживая. Распахнутые объятия, правда, никуда не убрал. – А встреча какая-то не сильно радушная…

– Дим, не поверишь. У меня сегодня день посещений какой-то. Только и делаю, что пытаюсь кого-то выпроводить и заняться делом…

– А что, секретарь не справляется? Не может отшить нежеланных? Хочешь, свою Петровну дам на пару дней, чтобы твою надрессировала?

– Ага. Если она вернется с моей банковской карточкой… Может, и попрошу у тебя кого-нибудь… А лучше отправлю в твой офис…

Твою мать. Только сейчас опомнился!

Эта чертова Варя так меня довела, что я впервые вручил постороннему свою кредитку. И пароль на бумажке написал. И даже не подумал, что девчонка может просто сбежать, вместе с моими деньгами…

– Какое высокое доверие, глянь-ка… – Димка вальяжно развалился в кресле напротив моего рабочего стола. Не дожидаясь предложения, сам налил себе в чашку кофе, отхлебнул… – Хотя, за такой кофеек, я бы и жизнь отдал, не только деньги…

– Может быть, ты сразу всю Варю к себе заберешь? У нее, знаешь ли, масса талантов! А мне отдавай свою Петровну.

Помощница у Димки – просто идеальная. Сухая, строгая, почти незаметная в приемной, но при этом настроившая там идеальный порядок.

– С ума сошел? Она – бесценна! Я без нее сразу по миру пойду.

– Варя тоже хорошо работает. – Наверное… Будем на это очень надеяться. Пока я успел заметить лишь ее несносный характер и выдающийся бюст. – И она красивая. Ты же любишь красоту?

– Это, случаем, не Варя твоя на меня в коридоре налетела? Зашипела, под нос проклятье какое-то сказала, и дальше понеслась? Я ее раньше у вас не видел…

– Ну, если шипела, чертыхалась и кривлялась – точно она.

– Еще со смешными кудряшками такими? Она бежит – и они как пружинки подпрыгивают, забавно так?

– Да. Кудряшки прыгают в моем офисе только у Вари. – Дорогой друг, которого я рад был видеть всегда, и днем, и ночью… Этот друг начинал меня раздражать. Работать мешал, однозначно!

– Хм… а я бы эти пружинки на палец-то намотал… Такие мне не попадались еще… – На роже Димки появилась какая-то совсем идиотская, мечтательная улыбка. – Кстати, я подумал: могу махнуться с тобой на пару недель. Потренирую тебе новую девочку, а Петровна здесь пока поработает…

– Нет.

– Чего?

– Кофе допил, говорю? Или гущу уже выхлебываешь? – Он мне конкретно мешал. Хоть вставай и выкидывай.

Как же мне нормального секретаря не хватает! Чтобы не пускал сюда кого попало!

Парня, что ли, подобрать?

– Ты чего психуешь-то, Тим? Не виделись пару месяцев, наверное, а ты уже выставить хочешь? – И опять ухмыляться похабно начал.

– У меня хренова куча дел, Димон! И вообще, у нас время другое. Людьми уже давно запрещено меняться!

– Себе кудряшку присмотрел, что ли? Жадничаешь? Так бы и сказал… – Он протянул это с деланным разочарованием. Того и гляди – заплачет.

– Да на кой ляд она мне сдалась-то? Приходи, знакомься, окучивай…

– Даешь добро? Серьезно? – У друга загорелись глаза, теперь уже по-настоящему.

– Только смотри, чтобы она тебе язык не отгрызла.

– Язык?

– Ну, если вздумаешь в рот ей совать.

– А ты уже пытался, да? Потому и недовольный такой? Неужели отпор дала?! – Друг веселился. Я – психовал. Пока еще скрытно, однако пар должен был вот-вот вырваться наружу…

– Чего приходил-то? Вижу, торопишься уже… – Такого краткого визита он еще ни разу не совершал.

– Принес тебе проект посмотреть. Думал, вместе впишемся… Но ты сегодня занят своими пружинками. Вряд ли сложится разговор.

Димон бросил мне на стол увесистую папку с документами и протянул руку для прощания.

– Слушай, мне тут мозги выносят уже второй день подряд. Извини, переборщил слегка…

– Да ладно. Завтра загляну. Перетрем по делу.

– Не надо. Я сам к тебе заеду.

Проект – это здорово. Это выгодно и круто. Еще ни разу Димка не приносил мне пустышки. Смотреть и обсуждать надо… Вот только – подальше от моего офиса.

– Да в чем проблема? Я все равно мимо тебя гоняю каждый день. У меня тут пара объектов по дороге.

– Хочу сменить обстановку. Надоели мне все, глаза намозолили…

– Ну, сам смотри. А может, вечером в бар завалимся? Кому-то пора немного расслабиться, а, Тимох? Ты какой-то нервный стал, в последнее время. Таким дерганым не видел тебя… Примерно никогда?

– Если захочу сходить к психологу, попрошу у тебя совета.

– Так что? Вечером пропустим по стаканчику? Давно мы с тобой не сидели просто так…

– Созвонимся. Пока не могу обещать.

– Тим, ты, главное, не забудь посмотреть проект. У него реально хорошие перспективы. Если вовремя зайдем туда и не облажаемся – заработаем столько, сколько тебе и не снилось раньше.

– Ага. Не сомневаюсь, Дим. Ты всегда умудряешься выкопать бриллианты в любой грязи.

– Зато у тебя, Тим, всегда самые крутые девчонки. И как ты умудряешься их зацепить, дружище?

– Ты ведь сам перевел стрелки на дела, и я успел расслабиться?! Вот зачем опять начинаешь-то?

– Ладно. Я пошел, Тимох. Удачи тебе с новой девочкой. Надеюсь, она с тобой справится…

– Что? В каком смысле?

– Ой, вот только не прикидывайся ягненком. Все знают, с какой скоростью ты их меняешь!

– Это – просто работница! И еще не факт, что нормальная! Может, я ее завтра уже уволю?! – А может, и сегодня. Черт ее знает…

– Ну, тогда свистни. Я прибегу, утешу, возьму к себе, пускай Петровна ее подучит и сделает мне готовую красивую, свежую помощницу…. Петровну, так и быть, сплавлю тебе…

– Так вали. Просто подними свою задницу и освободи помещение! – Не стал дожидаться, когда он меня услышит, наконец-то… Помог.

Потянул его за рукав, заставил повернуться к выходу и дал легкий пинок. По спине. Для ускорения.

– Звони, если что. Всегда рад тебя слышать!

Димка не обиделся. И даже не расстроился.

Отдал мне шутливо честь от самой двери, подмигнул… Что-то хотел еще добавить, но передумал, и свалил уже молча.

Глава 4.2

Все.

Жизнь уже наладилась.

И теперь мне никто не мешал работать.

Можно было сосредоточиться и заняться своими насущными делами…

Но что-то никак не давало мне покоя.

Выглянул в приемную. Там было пусто и тихо. Ни посетителей, ни работников.

Ни Варвары.

Какого черта он так долго шляется по магазинам, да еще и с моей карточкой?

Может, решила меня обанкротить?!

Ладно. Найду и заставлю отрабатывать…

Мысли поперли куда-то не в ту сторону.

Отработать, отработать… Пытался отогнать от себя красочные картинки, которые подсовывало воображение… Вместо расчетов, графиков и документов, на которые я упорно пялился, почему-то виделась Варвара. В очень пикантных, совершенно непристойных позах…

Какое-то наваждение…

– Добрый день, Тимофей Андреевич.

Твою мать!

К зрительным глюкам добавились еще и слуховые?!

С трудом поднял голову, тяжелую от усилий сосредоточиться.

– Сгинь, нечистая!

– Я тоже очень рада вас видеть.

Она притворилась, что не слышала мою грубость.

Как ни в чем ни бывало, Варвара прошла в кабинет, неся в руках целую гору каких-то пакетов.

– Я просил купить одну туалетную воду. И один костюм. Для тебя. – Значит, все-таки, решила меня разорить. Такое количество шмотья даже Надя со своих забегов не притаскивала.

– Один костюм – недостаточно. Я не могу ходить на работу каждый день в одном и том же.

Варя сгрузила покупки на пару кресел и кожаный диван.

– Не нужно превращать мой кабинет в кладовку, Варвара! Срочно забери это все и вынеси обратно! А лучше – верни туда, где взяла!

– Я не могу сделать выбор без вашего одобрения. – Не моргнув глазом, она принялась вытряхивать шмотье из упаковки.

– Не понял.

Это шоу начинало раздражать и увлекать, одновременно.

– Что непонятного? Я покажу вам варианты, вы одобрите. Все лишнее сдам обратно.

– Да ладно, Варь. Напяль уже хоть что-нибудь, только сними эту свою мини-юбку, и блузку поменяй. Надеюсь, ты мой счет не до конца опустошила? Или остановилась лишь, когда на карте деньги закончились?!

– Да бросьте вы, Тимофей Андреевич. Я сходила на ближайший рынок. Там одежда ничуть не хуже, чем в этих ваших брендовых салонах.

В доказательство своих слов, она подхватила какую-то тряпочку, приложила к себе…

– Мда… Действительно. Хуже придумать и невозможно.

– Я думала сходить в комиссионный. Там тоже недорого, и неплохие вещи попадаются…

– Ты издеваешься, Варь? Или на полном серьезе?

Неведомой силой меня подорвало с места. За пару шагов оказался рядом, схватил ее за плечи, не отдавая себе отчет в том, что делаю.

– Вам не нравится этот зеленый цвет? – Она даже не дернулась. Только словно окаменела.

– Это не зеленый, Варь. Это болото какое-то! Отвратительное грязное болото! Сколько раз эту тряпку валяли в луже, а потом полоскали? А может, его просто из грязи вытащили, и даже не пытались отстирать?

– Уберите от меня свои… грабли! Тимофей Андреевич! Я просила посмотреть и оценить, а не хватать меня за руки!

– Это платье – ужасное. – Заставил себя отпустить ее плечи и отступить назад.

– Вот и отлично. Значит, оставляю.

– Не понял? – Мне хотелось отнять у нее эту чертову шмотку, порвать и выбросить. Но Варя, кажется, прочитала это желание по глазам. Отпрыгнула назад, прижимая свою находку к груди, словно ничего дороже никогда и не держала.

– Вы же просили меня выглядеть отвратительно? За этим меня отправили?

– Ну, было дело.

– Вот. Я исполнила это желание. – И расплылась в довольной улыбке. – Теперь, давайте, оценим следующее, ладно?

– Нет. Так не пойдет.

Меня разрывало на части: вроде бы, Варя все правильно сделала. Она притащила сюда нечто, на что мои глаза отказывались смотреть. И любое желание любоваться Варварой исчезло.

Она просто выполнила мое задание. Идеально послушная девушка.

Но, твою мать, это же кощунство настоящее! Разве можно с собой такое делать?!

– Вот. Еще костюм. Я думаю, идеально!

Что-то мутно-серое выпало из очередного пакета.

– Костюм? Вот это – костюм?! – Это, скорее, была роба. Арестантская.

– Да. Он даже чуть больше моего размера. Будет болтаться. То, что надо…

А мне уже становилось весело.

Какая послушная девушка мне досталась. Еще ни одна помощница не шла ради работы на такие жертвы…

– Слабо верю. Примерь его. Тогда смогу тебе что-то сказать…

– Примерить? Зачем? Я просто приложу его к себе. – Она прикинула к своей груди нечто, отдаленно похожее на пиджак.

– Варь. Я только что хотел тебя похвалить. За послушание. А ты что делаешь? – Пришлось очень сильно сдвинуть брови, чтобы она поверила.

– Просто скажите, что оно вам не нравится. Этого хватит.

– А вдруг, ЭТО сядет на тебе идеально? Что я буду делать?!

Она бросила на меня подозрительный взгляд, полный сомнения.

– Вы точно этого хотите? Сто процентов?

– Варь, я похож на шутника?

В конце концов, если работа сегодня не задалась, пусть будет хоть такое развлечение…

– Ну, смотрите. Потом не ругайтесь.

Вздохнув, как перед прыжком в ледяную воду, она прикрыла глаза, замерла на секунду… И начала раздеваться!

– Эй, ты что творишь, алло?

Нужно было срочно ее останавливать! Не хватало еще, чтобы кто-то застукал в моем кабинете раздетую секретаршу! Всякое бывало уже – и в обнимку, и на коленях у меня, и почти распластанных на столе… Но без одежды – еще не попадались!

Мозг отдавал телу категорические приказы: действовать! Затормозить! Помешать ей расстегивать блузку!

Но что-то меня останавливало… Словно завороженный, не мог отвести глаз от изящных пальчиков, порхающих по пуговкам на жакете…

Варвара сделала вид, что не слышит меня. Сосредоточенно хмурилась и что-то дергала.

– Не поможете, Тимофей Андреевич? Ниточка намоталась, никак не могу отстегнуть… – И сама ко мне потянулась, выпятив грудь вперед.

– Какая ниточка?! Какая пуговка? Ты рехнулась, Варвара?! – Мне, между прочим, полагалось рявкнуть, жестко и уверенно… Так, чтобы эта наглая, бессовестная девчонка подпрыгнула на месте, задрожала и сбежала отсюда.

Чтобы ей даже в голову не пришло ослушаться и сделать что-то не так…

Но вместо грозного рыка, из горла донесся какой-то невнятный хрип.

Что она со мной сделала, эта Варя чертова? Почему я весь день занимаюсь какой-то бредятиной, и веду себя так, словно поехал с катушек?

– Ну, дайте мне, хотя бы, ножницы, а? Отрежу эту чертову пуговицу, все равно придется отрывать… – Варвара даже не пыталась меня услышать и послушаться. Ей было откровенно пофиг на мое недовольство. Она уже копалась в органайзере на столе.

– Да прекрати, сейчас же! С чего ты взяла, что здесь можно просто взять и раздеться?! Ты куда пришла работать, вообще? В офис серьезной компании или в бордель?!

Сам не свой от раздражения и злости, прыгнул к ней, отнял ножницы, дернул на себя. Пуговка сама собой отлетела, открывая белоснежную блузку, а под ней – что-то кружевное, выпуклое, очень привлекательное…

– Слюни подберите, Тимофей Андреевич. – В подтверждение своих слов, она щелкнула пальцем по моему подбородку, заставляя захлопнуть нижнюю челюсть.

– Вообще-то, я хотел сказать, что носить красный лифчик под белой кофточкой – моветон. И в приличных заведениях так не ходят! Будь добра, больше так не одевайся.

– Почему? – Варвара аккуратно отцепила мои пальцы от своей одежды. – Мой лифчик – под одеждой. И никому он, между прочим, не мешает. Если только специально туда не заглядывать, поняли?!

Пухлые розовые губки мягкого рта изобразили возмущенную букву «о», аккуратные ноздри раздулись, а ярко-синие глаза обжигали…

Очень красивая. Очень аппетитная. Ненавидящая меня девушка. Она, кажется, готовилась меня убивать.

А мне не терпелось попробовать на вкус этот сладкий, нежный, искушающий ротик, чтобы она прикрыла глаза, томно облизнулась, чтобы позабыла, как дышать… А не пускала в меня пар ноздрями…

Недолго думая, склонился над ее лицом, предвкушая, как лизну ее осторожно, прихвачу нижнюю губку, потом – верхнюю… Представил, как она опустит веки, томно вздохнет, откинет затылок на мою ладонь… В груди приятно захолодило от предчувствия сладости и удовольствия…

– Вы что, не знаете?! Зубами не откусишь! – Да твою же мать! Что за женщина мне попалась?!

– Ты меня самого чуть не укусила, Варя! Ты вообще не понимаешь, что творишь?!

– А что такое? Вы в меня чуть носом не врезались! Еле увернулась, чтобы его не сломать!

И даже не смутилась, твою ж налево! Не покраснела, глаза не потупила!

И не пыталась просить прощения за то, что меня укусила!

– Иди на свое место и работай уже. И не отвлекай меня!

Если Надя решила свести меня с ума и разорить компанию, между делом… Она привела отличного Троянского коня!

Еще пара недель в Варином обществе – и я больше не смогу ни о чем думать, кроме ее красного белья и розового сладкого рта!

– Вообще, я хотела снять жакет. И вместо него – надеть другой, который я купила. Чтобы вы посмотрели и оценили. Насколько он вам… противен!

– Ты не собиралась раздеваться полностью, Варвара?

– А за каким лешим я должна тут раздеваться? Я что, похожа на сумасшедшую?

Она уже пятилась от меня, прижимая к груди скомканные покупки.

Зато я на него похож. Сходство идеальное. Чересчур даже.

– Уходи отсюда. Просто уйди. И до вечера на глаза мне не показывайся.

– А если… – Спорить она не стала. Собрала все манатки и заторопилась к двери. И лишь у самого выхода остановилась.

– Что «если»? – Я уже через силу заставил себя «разбудить» комп и открыть первое письмо, которое попалось под руку.

– Если кто-то придет? Не впускать?

– Не впускать! И самой не заходить! И вообще! До завтрашнего утра – даже не отсвечивай, Варя!

– Как скажете. – Она уже шагнула за порог, но опять притормозила. – Вот. Я вам еще пару рубашек новых принесла.

– Рубашек? Мне? – С изумлением наблюдал, как она возвращается и аккуратно кладет на стол два больших пакета.

– Думаю, не очень красиво, когда одежда заляпана… Вам нужно будет во что-то переодеваться…

– Я не собираюсь ни во что вляпываться.

– Хм…

Как ни странно, она только хмыкнула, и больше ни слова.

Но это намек был чересчур прозрачен.

Огромным усилием воли я сдержался. Не стал спорить и ничего выяснять у нее.

– Привет, братишка.

– Надь, ты меня неделями не вспоминаешь. А тут, вдруг, зачастила. Что случилось опять?! – Люблю сестру. Но порой она бывает чересчур назойлива.

– Да вот… Звоню… – Ясно представил себе, как она накручивает пальчиком свой локон.

– Поразительно. А я думал, стучишь лопатой по столбам…

– Ладно, Тим. Рассказывай.

– Да чего ты хочешь-то, Надь? Мы утром с тобой встречались. Что могло случиться-то, скажешь?

– Как Варин первый день на работе? Справляется?

Я уже набрал в грудь воздуха, чтобы высказать все про эту Варю. Чтобы наорать на сестру за ее чудесный «подарочек»… Но вспомнил, как утверждал, что мне любая коза нипочем…

– Отлично справляется. Идеальный секретарь, Надюша. Спасибо, что нашла мне эту чудесную даму!

– Даму? Ты что с ней сделал, брат? Варя – не дама. Она красавица, умница, чудесная девочка… Какая из нее дама?

– Теперь – дама. Поверь, из нее вышла отличная, великолепная дама. Почти такая же, как Петровна у Димки.

– Я завтра приеду, посмотрю. Хочу это видеть своими глазами… – Сестренка мне, конечно же, не поверила. Ее голос был полон сомнения.

– Не надо. Мы разберемся сами.

– Тимофей Андреевич. Рабочий день окончен. Я свободна? – В проем двери просунулся аккуратный носик.

– Зайди сюда.

– Не пойду. Вы сами запретили.

– А теперь требую – зайди!

В кабинет вошло Нечто: в бесформенном, расхристанном костюме. Пиджак спадал с худых плеч, длинная юбка заканчивалась где-то на уровне лодыжек. И губы, накрашенные морковным цветом…

– Мне нужно спешить, Тимофей Андреевич.

– Отчитайся Наде, как прошел твой день. – Перевел звонок на видео. – Она мне не хочет верить.

– Ой, нет! Ни за что! – Варя тут же спряталась за дверь.

– О, видишь? Она ведет себя, как шелковая! Даже не хочет ко мне подходить!

Теперь мне самому не терпелось рассмотреть это чудо повнимательнее.

Выскочил в приемную. Варя уже спряталась за дверцей шкафа. За той самой, за которой была обнаружена сегодня утром.

– Ну, покажи личико. Откройся, Гюльчатай!

– Тим, что там у вас творится?

– Варвара немного сменила имидж. И теперь наши с ней отношения – идеальные!

Показал Надюхе этот новый образ.

И услышал из трубки очень громкое, изумленное «ах».

– Варя! Что с тобой случилось?! Он что, тебя обижает? Применяет к тебе психологическое насилие?

– Нет, Надюш. Все нормально. Тимофей Андреевич попросил его раздражать. Как можно более сильно. И вот…

– Она справляется, сеструх. У нее все выходит отлично!

Глава 5

– Доброе утро, Тимофей Андреевич.

– Чур меня, нечистая! Кто ты?! И какого лешего делаешь в моей приемной?!

Пришел, называется, пораньше в офис… В кои-то веки решил заняться делом, пока никто не отвлекает – пока еще не начался рабочий день…

А вместо тишины и пустоты, меня встретило нечто…

– Тимофей Андреевич, извините, не хотела вас пугать… Просто автобус как-то слишком быстро сегодня приехал…

Варвара принялась лихорадочно отклеивать от лица какие-то липкие цветные штуки, не глядя бросая их в ящик стола.

– Ты прямо в автобусе ехала так? Спецом, чтобы приняли за сумасшедшую? Придумала способ, как бесплатно проехать?

– До начала рабочего дня – еще целый час. Я не думала, что вы так рано явитесь…

– А. Ну, извини. Между прочим, этот офис – мой. Когда хочу, тогда и прихожу.

– Конечно. Зачем вы на меня так пялитесь? – Она смущенно отвернулась, пытаясь отодрать от щеки последний кусок какого-то пластыря.

– Иди сюда. Помогу.

– Спасибо, я сама.

– Да ты что?! Как я могу пройти мимо такой радости?! – Когда меня останавливал чей-то отказ? Все мои желания сбывались всегда. Это уже было так просто и привычно, что другие варианты даже в голову не приходили.

Склонился над столом, за которым сидела Варя, с удовольствием наблюдая, как она отшатнулась.

– Не трогайте меня! – Задергалась, засуетилась, нервничать стала, стул зашатался…

– Ну, кто так себя ведет?

– Вы специально это делаете, да? Все время норовите меня потрогать?! – Я держал ее за плечи, не позволяя свалиться на пол, а Варя продолжала дергаться и вырываться.

– Надо было тебя уронить? – Липучки на ее щеках смотрелись очень прикольно. И даже совсем ее не портили.

– Я уже в норме. Уходите.

– Нет уж. – Кончики пальцев зудели от нетерпения. Так мне хотелось потрогать ее гладкую, нежную, словно светящуюся изнутри кожу… Теплую, розовую, манящую…

– Вам же нельзя ко мне приставать?!

– А разве это приставания? – Подцепил осторожно краешек, потянул… Варвара поморщилась, нахмурила светлые бровки. – Больно, что ли?

– Да снимай ты эту хрень уже, а?! Сколько можно?! – И дернула головой сама.

– Кстати, что это?! Подралась вчера? Зачем пластырь-то налепила ? Синяков, вроде, нет… – Надюха не раз щеголяла передо мной то в зеленых масках, то в черных, то еще чем-то пугала, пока мы жили в родительском доме. Но такой вот ерунды на женских личиках я еще ни разу не встречал.

– От мешков под глазами помогает. Если плохо ночью спала.

– А почему ты плохо спала? – Я все так же нависал над нею, в очень неудобной позе, и спина уже затекла, но оторваться от нее никак не получалось. Меня как магнитом тянуло к Варваре, какой-то неведомой, неодолимой силой. – Думала обо мне? О том, как сегодня снова встретимся?

Почти коснулся кончиком носа ее щеки – Варя пахла чем-то совершенно невозможным. Очень свежим, чем-то сладким, чарующим, дразнящим… Втянул в себя воздух. И еще, и еще…

По коже неслись мурашки, по позвонкам проскочил разряд тока, заставляя меня вздрогнуть, зажмуриться, прижаться к ней всем лицом…

– Вы тоже плохо спали, Тимофей Андреевич? Решили прилечь сразу на меня? – Варя шевельнула плечом, пытаясь вывернуться, но в итоге прижалась еще больше.

– Чем ты так пахнешь вкусно? Не могу надышаться.

– Стиральным порошком. – Она шепнула это таким томным голосом, с придыханием, с восторгом, – или кондиционером… У них одинаковая отдушка, знаете? Хотите, могу ваши вещи тоже простирнуть, за дополнительную плату?

– Тьфу на тебя, Варвара! – отшатнулся от нее, как от прокаженной. – Всю романтику мне сломала! Как теперь мне с этим жить?!

– Вы хотите на мне жениться, я так полагаю? – Усердно отводя глаза в сторону, она достала зеркальце, салфетки, начала усиленно протирать щеки. Именно там, где я ее трогал!

– В кабинете есть спирт. Хочешь, отолью? – Наваждение спало, на его место пришло раздражение и … обида какая-то…

Эта гребаная, непонятная Варя уже второй раз меня отталкивала, когда я хотел ее целовать! На ней что, все мое везение закончилось? Так не может быть! Так вообще не бывает!

– Пить с утра пораньше – это перебор даже для вас, уважаемый.

– Спирт очищает лучше. Имей в виду, я сам не пью такую гадость, а пьяных работниц – на дух не переношу!

– Тимофей Андреевич, мне кажется, вы очень спешили, когда пришли? Я сама справлюсь, вы не переживайте.

Что ж.

Этот раунд остался за ней.

– Спасибо за беспокойство, Варвара. – Самый простой способ справиться с раздражением – заняться чем-то полезным. Нужно тупо уйти в кабинет и не обращать внимания на эту невыносимую женщину.

– Ваш план дня – уже на столе. – Снова не удостоила меня даже взглядом.

– Кстати, бигуди можешь оставить. Не снимай. Пускай уже никто не сомневается, что моя помощница – сумасшедшая.

Она фыркнула.

А я захлопнул дверь.

Зачем кудрявой девчонке наматывать бигуди?

Даже думать об этом не хотелось. И не получалось не думать…

– Тимофей Андреевич. – Стук в дверь раздался только через пару часов, а то и больше.

– Я же говорил – не мешать! Ближайшая встреча у меня назначена только после обеда!

– К вам девушка. – В проем просунулась голова… Все в тех же разноцветных бигудях.

– Девушка? Ко мне?! Мне не нужно тут никаких девушек! Я никого не звал, не ждал, не приглашал! Гони всех в шею!

Снова уставился в документы. Пока эта Варя снова не выбила из колеи и не заставила думать только о ней одной.

Последний отчет из нового филиала вообще не радовал. И сейчас по плану была головомойка для директора, а не какие-то очередные бабы.

– Тимош… Мне нравится, что ты никого не хочешь видеть, особенно – женского пола… – Варю уверенно подвинули в сторону, а на месте ее разноцветной головы показалась другая – с гладкой, блестящей прической цвета воронова крыла.

– Катя? Ты? Что ты здесь делаешь?

Документы полетели на пол.

– Девушка, вы слышали? Мне сказали послать всех к черту. Или выгнать в шею. Вам как больше нравится? – Варя словно не заметила мою реакцию на Катерину. Она упорно держала дверь и не впускала гостью.

– Слышь, ты кто такая? Ты что здесь делаешь? Ты в зеркало на себя смотрела, вообще?! – Катя окатила Варвару ведром презрения. Ее взглядом можно было бы испепелить…

Но Варе было откровенно параллельно: она встала в проходе, расставив руки и ноги по сторонам, защищая мое одиночество, как настоящая воительница.

– Милочка, вам какое дело? Вам нужно просто уйти отсюда! Уходите! – Еще и толкать ее взялась.

– Тима! Скажи ей! Что за бред у тебя тут творится?! Убери от меня эту грымзу! – Весь лоск Екатерины слегка поблек, идеально гладкие волосы растрепались, щеки покраснели от возмущения.

– Варвара. Впусти. Эта девушка, она… На нее мой запрет не распространяется! И я… – Получилась неловкая пауза… – Я рад ее видеть. Позволь ей войти. И больше никого не подпускай. И звонки не переводи! Я буду очень-очень занят!

Глава 5.2

Светлая голова, увешанная цветными бигуди, нервно дернулась. Гордо повернулась ко мне.

Варвара окинула меня взглядом, полным недовольства и презрения… И отступила в сторону. Молча покинула кабинет.

Но у меня осталось ощущение, что это не помощница послушалась директора, а британская королева, по собственному желанию, покинула своих подданных…

– Это что, вообще, за чудо такое? Где ты ее выкопал, Тим? – Катюха пережила ее уход намного проще: легко усмехнулась, тряхнула волосами, и резво бросилась ко мне с объятиями.

Идеальная женщина. Прекрасная внешне, с длинными и стройными ногами, с высокой крепкой грудью, с гладкой, светящейся кожей и яркими карими глазами. И обнимает меня – с удовольствием, и даже не морщит нос, притворяясь, что ей не нравится мой одеколон.

– Безумно рад тебя видеть, Катюш… – От всей души, до хруста, обнял ее, покружил в воздухе, и лишь потом поставил обратно.

– Приятно слышать… Я уже, было, испугалась… – Катя грациозно обошла меня вокруг, осматривая, словно статую в музее или животное в зоопарке. Осталась довольна осмотром, кажется, потому что цокнула языком, и лишь потом легко приземлилась на широкий кожаный диван.

– Кать, ощущение, что ты отсюда и не вставала никогда. Смотришься так органично…

Любовался ею. Всей душой был рад снова видеть…

– Знаешь, мне тоже так кажется… – Она задумчиво крутила прядку на пальчике и мило надувала губки. Нельзя было ею не любоваться. Красивая, нежная, ухоженная куколка. И каждый ноготок на пальчиках, даже те, что выглядывали в прорезь лаковых туфелек, – все они блестели и сияли.

– Не понял?

– Я жалею, что уехала, Тим. – Катя поднялась на ноги, чтобы снова грациозно, словно кошка, подойти ближе. Ей только длинного изящного хвоста не хватало, которым она могла бы помахивать

– Что так? Не понравился климат? Или природа оказалась неподходящая? – Я так долго ждал, что она вернется. Представлял нашу встречу множество раз… Думал, что буду вне себя от счастья…

И даже обрадовался, когда увидел Катерину в дверях…

– Я не понимаю, Тим… Ты же, вроде бы, обещал меня ждать? Кричал, что никуда не хочешь отпускать, и что тебе не нужна никакая другая?!

Я пожал плечами, позволяя тонким пальчикам улечься на края моего пиджака. Вздохнул, готовясь что-то сказать… И выдохнул, не произнеся ни слова.

– Только не говори, что больше не любишь меня? Ты ведь мне этого не скажешь, правда?

Нежнейший, сладчайший ротик приблизился к моему подбородку, слегка приоткрытый, готовый к поцелую… От нее пахло цветами и чем-то сладким, экзотическим… Чем-то, что раньше кружило мне голову и сводило с ума…

– Ты сменила духи, Кать? – Увернулся от ее прикосновения. И руки с себя убрал.

– Нет, конечно же… Я помню, как ты любил мой аромат. Разве я могла от него отказаться? – Она заметила и прекрасно поняла мое нежелание сближаться. Но даже бровью не повела – лишь снова приблизилась. Как будто дразнила.

– Не знаю. Мне теперь не нравится, как он пахнет.

Варин отбеливатель почему-то казался мне более приятным. Или порошок? Или мыло хозяйственное?

– Странно… – Голос Кати опустился до совсем интимного. Она привстала на цыпочки, чтобы дотянуться до моего уха и принялась тихо-тихо нашептывать. – Я вот тебя до сих пор помню. И все запахи. И даже твой вкус… Представляешь?

– Приятно. – Вытянул руки вперед, чтобы увеличить пространство между нами.

– Это все, что ты можешь сказать? Ничего себе… – Демонстративно облизав полные, блестящие губы, она покачала головой и все же отодвинулась. – Неужели ты так сильно обиделся, Тимош?

– Кать, ты уехала год назад. Сказала, что все кончено. И пропала с радаров.

Короткие, рубленые фразы. Не хотел звучать грубо, но уж как вышло… Странно, что я ничего сейчас не чувствовал. А ведь было так больно когда-то… Я каждую ночь повторял их, как заклинание, пытаясь уснуть.

И вот – ноль эмоций. Просто факт констатировал, и ничего больше.

– Я ошиблась, котик. Я жутко ошиблась. И вот – пришла к тебе, каяться!

– Ой, вот только умоляю тебя… На колени не вставай, хорошо?

Почесал затылок. Переносицу… Почесал бы и еще что-нибудь, только вовремя затормозил, чтобы не показаться лишайным…

– А ты стал злой, Тимош. Раньше так не шутил никогда…

– Ко мне раньше никогда не возвращались девушки, ушедшие год назад ради какой-то карьеры…

– Какой-то? – Она забыла, что нужно притворяться милой и доброй, недовольно взвизгнула.

– Ну, так она же не сложилась у тебя, верно? Иначе я бы тебя тут не наблюдал?

– Тим. Я знаю. Ты меня до сих пор любишь!

– Откуда такая уверенность, милая? – По больному била. Да. С тех пор, как мы расстались, ни одна девушка не казалась мне достойной. Одна-две встречи – и все, тоска, беда, разочарование.

– Ой, скажи еще, что ты с кем-то встречаешься? Тимош, такая любовь, как у нас, не проходит. Правда же? Ты обманываешь меня. И ждал, когда я вернусь. Только не хочешь мне в этом признаваться! – В голосе всегда уверенной, немного надменной Кати слышалась странная смесь надежды, разочарования и горечи.

– Ты слишком высокого мнения о себе, Кать. У меня все прекрасно в личной жизни. Тебе я рад, но как старой знакомой. Не больше. – Надо же, врать ей было легко и удобно. Ни одна жилка на лице не дрогнула.

Потому, что слишком жирно ей будет – удостовериться, что я до сих пор страдаю.

– И кто она, эта замена мне? Достойная? – С Катиного лица все сильнее сползала маска приветливости. – Красивая, надеюсь?

– Она прекрасная. Поверь. На тебя нисколько не похожа.

– Ой, Тим… Я же следила за твоими новостями. Ты любишь брюнеток! Они все, как одна, походили на меня, как будто копии! Неужели ты теперь завел блонди? Только чтобы мне насолить?!

Зачем я разрешил ее впустить?! Лучше бы Варя вышвырнула за порог эту заносчивую стервозину!

Кстати…

– Хочешь, познакомлю?

– И сейчас побежишь перебирать, кто из твоих пташек-однодневок лучше всего подойдет?

– Зачем же? Вот прямо сейчас и покажу ее тебе.

– Сейчас? Ты завел интрижку на работе? – ее брови изогнулись еще больше, а губы презрительно собрались в форму куриной задницы. Она ведь всегда так морщилась, а мне это казалось милым…

– Не интрижку, а любовь. Настоящую.

– Тим… Вот не надо… – Она отказывалась верить. И, в общем-то, была права: я никого, кроме Кати, не любил по-настоящему. Ни до, ни после.

А может, это вовсе и не любовь была? Сейчас, вон, вообще ничего не дрогнуло: ни сердце, ни желудок, ни почки, ни печень… А когда-то все тряслось и дрожало, только лишь от одной ее улыбки.

– Да как хочешь. Я думал, ты за меня порадуешься. Когда уезжала, что говорила? Что я еще найду свое счастье. А теперь не хочешь убедиться в этом?

Очень больно было слышать такое от женщины, без которой и жизнь была не мила…

– Что ж. Давай, показывай. Я должна убедиться, что за тебя можно быть спокойной! – Катерина умело поменяла маску.

– Или убедиться, что тебе здесь больше нечего ловить? – Можно было промолчать. Но душа требовала язвить, колоть, ранить… Мстить хотелось! По-настоящему!

– Все. Я поняла. Ты просто все сочинил, чтобы меня обидеть!

Ни слова больше.

Затея – идиотская. Но если издеваться над изменщицей, то только так – по крупному и жестко! Чтобы выпала в осадок и больше ко мне не лезла!

– Варвара, зайди, пожалуйста. – Набрал ее в коммутаторе, чтобы далеко не ходить.

Глава 5.3

– Интересно ты общаешься с любимой женщиной… – Катя даже не пыталась прятать насмешку.

– Мы привыкли прятать наши чувства от посторонних. Ты – первая, кто узнал.

– Вам принести кофе, Тимофей Андреевич? – Варя словно ждала под дверью, ворвалась, как вихрь.

– А… куда… где? – Я опять потерял дар речи от ее внешнего вида. Ни одна еще женщина так часто не поражала мое воображение! И это она еще ни разу не разделась передо мной, как следует!

– Я научилась использовать кофемолку. Больше зерна жевать не придется!

– Кофе портит цвет лица. – Катя, конечно же, не могла остаться на втором плане. Ей нужно было командовать. – Мне чай. Зеленый. Запомните это, и держите для меня, обязательно.

– Вы предпочитаете заварной? – Варя держала лицо кирпичом. Как и положено хорошей секретарше.

– А что? Тимоша разрешает тебе заливать пакетики?!

– Ну, кто-то предпочитает просто листики пожевать… Очень держит в тонусе…

– Варь. Что случилось с твоими волосами?! – Вместо вчерашних задорных кудряшек и утренних нелепых бигудей, на голове Варвары было что-то гладкое, красивое, похожее на платину. А я, наконец-то, смог озвучить свое крайнее удивление.

– А что с ними? – Она тут же принялась ощупывать макушку.

– Куда кудряшки делись? – Я должен был срочно проверить: вдруг, мне причудилось?! Может, у меня тут глюки массовые?

Снова оказался рядом с ней. Эта девушка… Она как магнит. Еще подумать не успел – а уже трогаю ее белоснежные пряди.

– Только не дергайте. Это не парик, не думайте ничего, Тимофей Андреевич!

– Милочка. Если ты хочешь быть похожей на меня – сначала покрась свою мочалку в черный цвет. Заметь, черный краситель не так вредит шевелюре. – Катя снова вставила свои две копейки.

– Подождите. Я сейчас принесу вам чай и возьму блокнот. – Варя усердно выворачивалась из моих рук, но без особого успеха. Я крепко держал. И дышал.

Чем же она таким пахнет, что оторваться не могу?

– Зачем тебе блокнот? Вар-вар-вар-вара?! – Боже, какая она гадкая… И что я в ней раньше любил?

– Чтобы записать и не забыть ваши бесценные советы!

– Варь. Погоди. Блокнот возьмешь потом. – Притянул ее еще ближе. Вплотную к себе. – Или запишешь в моем. Я тебе листик вырву…

Варя недоверчиво отстранилась, закинув голову и с сомнением глядя мне прямо в лицо.

– Вы не заболели, Тимофей Андреевич? Что случилось?

– Варь, мне и кудряшки нравились… И сейчас – тоже. – Гладил ее волосы, не в силах оторвать пальцы от загадочных белых прядей. – Парик не обязательно надевать. В нем же ведь очень жарко?

– Тим. Ты совсем дурак? У нее были накручены крупные бигуди, чтобы выпрямить ее паклю! Начни уже хоть немного в женских уловках разбираться! – Катин голос доносился откуда-то издалека, словно сквозь подушку.

– Ты это сделала для меня, да?

– Вы зачем меня звали-то, Тимофей Андреевич? – Варя нервно облизала губы, и я окончательно потерялся.

– Варь. Давай, признаемся? – Я нес полный бред. Но почему-то верил в него. И очень хотел услышать от Вари что-то нежное… Я-то нежно с нею разговаривал…

– В чем? В том, что вы вчера просили у меня колготки? – Она никак не хотела понять, что сейчас требуется говорить и делать.

– Ого… – Само собой, Катя услышала то, что хотела, и поняла это так, как ей было надо. Она просто фонтанировала иронией, сарказмом и ядом.

– В этом тоже можно. Но это ведь не главное?! – На Катю было сейчас плевать. Я хотел услышать ответ от Вари.

– Тогда… Тимофей Андреевич. Мы же с вами договаривались: не трогать меня, не гладить, и вообще – не приближаться больше, чем на метр!

– Я смотрю, любовь-то у вас горячая… Страшно, что сгорите в пылу страсти? И поэтому она запрещает тебе приближаться? – Катя и так-то мне не верила, а теперь и вовсе перестала сомневаться.

– Кать. Ну, что ты, словно маленькая? Ты разве не можешь понять: мы с Варей скрываем ото всех отношения. Она же еще не догадывается, что тебе можно сказать правду! – Секретарша моя зависла окончательно, слушая этот бред. Она внимательно переводила взгляд с меня на Катю и обратно. И молчала, нервно облизывая губы.

– Ка… какую правду? – Тихий шепот было практически невозможно разобрать. До того громкая, яркая и шумная, Варвара едва шелестела что-то…

– Прости, малыш. Не нужно так стесняться… Повтори еще раз… – Приложил к ее ротику ухо, стараясь разобрать каждый звук. А заодно – ощутить сладкое, теплое дыхание на своей коже.

– Что происходит? – Она спросила все так же тихо, но абсолютно уверенно и четко. И куда подевалась только растерянность и слабость?!

– У нас любовь, моя хорошая. И перед Катей прятать ее совсем не обязательно!

На хорошеньком, нежном личике промелькнули все чувства, которые Варя хотела бы озвучить, но промолчала… может, из воспитания хорошего… Или ослепительной Кати застеснялась? Что это с ней такое приключилось, интересно?

– Это почему же? – Гибкая талия, до того застывшая и деревянная под моей рукой, слегка отмякла, расслабилась, изогнулась… Теперь Варя не просто стояла передо мной соляным столбом, а мягко и легко прижималась к торсу… И пахла снова – невообразимо сладко и свежо… В глазах темнело, сознание путалось от этой невыносимой близости…

– Ты понимаешь, в чем дело, милая? – Не удержался от соблазна и легко прикоснулся губами к кончику ее аккуратного, милого носика. Потерся щекой о ее скулы, наслаждаясь нежностью и мягкостью…

– Нееет… – Варя протянула на выдохе… Она, вроде бы, не соглашалась… Но мне чудилось, что она не просто на все согласная, а даже о чем-то просит меня…

– Все, ребят! Прекратите при мне лизаться! Это неприлично, в конце-то концов! – Черт. Я совсем забыл, что здесь Катя, где-то поблизости. Так увлекся Варварой, что бывшая пассия начисто исчезла из мыслей.

– Что ты говоришь, Кать?

– Объясните мне, пожалуйста… – Варя тоже встрепенулась и попыталась отодвинуться… Но я не позволил: сжал обеими руками, вдавил в себя, не давая возможности вырваться из объятий.

Слишком уж мне нравилось ощущать ее тонкое, хрупкое, гибкое тело. Оторвать ее от себя – как потерять свою частичку, не меньше.

– При Катерине можешь называть меня на «ты». Не стесняйся!

– Да почему же?! Она что, не умеет говорить? – Варя окончательно пришла в себя, очнулась, вспомнила, что умеет спорить и возмущаться. Голубые глаза опять сверкали опасными искорками. – Так она напишет. Знаете, печатное слово уже давно изобрели! Или, может быть, эта девушка читать и писать в своем возрасте не научилась?!

Ага. Отлично.

Вот прилетело и Катерине.

Глава 5.4

Чтобы не думала, что только она тут умеет издеваться и язвить.

Я целый год верил и ждал, что Катя ко мне вернется. Что снова будет со мной, как раньше… Но каких-то пятнадцать минут общения – и мне уже ее хватило!

– Если честно, я умения не проверял… Но на своих страницах Катя не только фотки постит, но еще и слова там есть всякие… Может быть, конечно, у нее работает наемный админ…

– Тима! Тебя не смущает, что я вас слышу?!

– В общем, Варь. Мы с Катей встречались когда-то… – Завороженно смотрел, как меняется цвет Варвариных глаз: с небесно-голубого на темно-серый, грозовой… Можно было подумать, что она ревнует и гневается… Но ведь мне обещали, что эта девушка равнодушна к мужчинам?!

– Встречались… – Катюха возмущенно фыркнула. – Кто-то меня, помнится, замуж звал!

– А кто-то свалил за границу, в поисках лучшей жизни, и вернул мне кольцо обратно! А потом передумал и снова забрал! – Нужно было промолчать, но обида сама собой вырвалась…

– Но она же вернулась, Тимофей? – Варя явно не догоняла, зачем она здесь. И почему до сих пор стоит со мной в обнимку. Но все же назвала меня по имени… Какое-то глупое чувство радости растеклось по позвонкам, опустилось к копчику, потом метнулось обратно, вверх, накрыло голову плотным ватным облаком…

– Да. Она вернулась, чтобы проверить, жив ли я. И не разбито ли окончательно мое сердце… Вдруг, мне пора идти к психиатру и принимать какие-нибудь таблеточки?

– А. Вот в чем дело… – На ее лице появился просвет. Варя развернулась в моих руках, прижавшись к груди спиной, и подставив макушку к моему лицу.

Отчего-то захотелось спрятаться, зарыться лицом в ее волосах, уже начинавших завиваться обратно…

– Вы не переживайте. У Тима все отлично с сердцем. Даже, я сказала бы, оно слишком большое – на всех по кусочку хватит! – Таким елейным голоском отравительницы разговаривают, наверное. Когда убеждают свою жертву испить немножечко яду…

– Что ты имеешь в виду? – Катя – тоже та еще стерва. И на елей не повелась. Только начала нервно переминаться в удобном кресле.

– Он меня слишком сильно любит. – Едва успел поймать свою челюсть, чтобы она не упала и не запрыгала по паркету.

– Да? Это как-то странно выглядит… – Катя оживилась, и тут же выпустила новую порцию яда… – Или у тебя такое извращенное пристрастие? Любишь мужчин постарше? У вас такие игры, да? Называть своего краша по имени-отчеству? Иначе не получается возбудиться?!

Вот же… Почему она мне когда-то казалась нежной, безобидной, милой и прекраснодушной ромашкой? Откуда из Кати такая мерзость вылезла?!

– Мы скрываем от всех наши отношения. – Варя сделала вид, что ее совершенно не задели гадости, сыпавшиеся из Катиного рта. – Прячемся, притворяемся, что между нами – только работа, и ничего личного нет!

И с величайшей нежностью Варвара провела по моей щеке ладонью… Глаза прикрылись сами собой… Меня словно теплой волной накрыло… А сверху что-то горячее навалилось. Жгучее, колючее, нестерпимое… И почему эта Катерина несчастная торчит в моем кабинете до сих пор? Мне срочно нужно уединиться с Варей! И сделать с нею все то, на что меня безумно тянет!

И плевать я хотел на последствия! Главное – удовлетворить желание, от которого можно сгореть.

– Ай! Что ты делаешь?! – Черт. Опять мне почудилось нечто такое, чем в реальности даже и не пахло… Варя сначала слегка поцарапала меня за ухом своими короткими, аккуратными ноготочками, возбуждая во мне то самое дикое желание уединиться… А потом со всей силы дернула за ухо и больно его сжала!

Из глаз посыпались искры.

Но зато они широко распахнулись, а рот закрылся, очень плотно. Едва успел спрятать язык, чтобы не прикусить его…

– Ну, тебе же так нравится, милый? Ты же у меня шалунишка? – Поразительно. Варя улыбалась? Мне это не почудилось, не приснилось? Ее губы, действительно, растянулись в настоящей, открытой улыбке, а глаза засветились …

– Схожу с ума от кайфа! Сделай так еще, пожалуйста! Не терпится повторить! Еще, Варенька! Повтори это, милая! – Пальцы на ногах поджались, и ботинки резко стали мне велики на пару размеров… Только это случилось не от удовольствия.

Капец, как больно она дернула меня за ухо. Да еще и вывернула его, туда-обратно…

Варя привстала на цыпочки, крепко держась пальчиками за мои плечи и плотно прижимаясь к груди, скользнула по всему моему телу, обдала свежим дыханием… И опять моя голова закружилась…

– Ты же знаешь, мой хороший… В играх должно быть разнообразие… Если делать все одинаково, это быстро надоест и потеряет остроту… – Она шептала томно, загадочно, таинственно…

И я бы уже окончательно поплыл… Только на моих ботинках кто-то ощутимо топтался. Такая легкая, хрупкая, невесомая девчушка – а давила на ноги с такой силой, словно это был настоящий мамонт!

– Да. Теперь давай поиграем в романтику! – Подхватил ее за талию, поднял высоко и закружил. Едва не сбивая со стола и комп, и ручки с карандашами, и папки с бумагами…

Варя счастливо завизжала, упиваясь невесомостью…

– Противно смотреть на ваши слюни. Фу, какая гадость… – Катя не вынесла. Подпрыгнула с кресла и рванула к выходу.

Дверь за нею захлопнулась так, что стены задрожали.

– Эффектная девушка. Даже когда убегает. – Из голоса Варвары мигом пропали все нотки, намекающие, что она – живой человек. В голосе проявилась сталь, а вместо объятий девушка выпустила иголки, начала вырываться и брыкаться, как ненормальная . – Поставьте меня теперь на место.

А мне вообще не хотелось ее отпускать. Даже такую – злую, возмущенную и брыкающуюся.

– Не могу, Варь. Категорически не получается. – Просто сгреб ее посильнее, обхватил крепче, вдавил в себя.

– Я уже все сделала, как надо. Что теперь-то?

– Надо сначала убедиться, что она точно ушла! – Реально, от Катюхи можно было ждать любой подставы: кажется, она ничуть не успокоилась, только разозлилась. А с ее характером это чревато…

– Зачем?

– Затем. Пойдем, посмотрим! – Перехватил ее удобнее, закинув ноги на свои бедра, и в таком вот виде пошел с Варей в приемную.

– Да поставьте уже меня на место! – Варя дергалась, крутилась, пытаясь освободиться, но только еще больше прижималась ко мне.

– Сейчас посажу тебя за стол, не парься! – Ногой толкнул дверь, открывая проход, аккуратно протиснулся в проход, следя за тем, чтобы не ушибить ненароком свою драгоценную ношу.

– А если…

– Да нет здесь никого, не парься! – В приемной, действительно, гулял только ветер. И тишина.

Катерина исчезла, оставив напоминанием лишь тяжелый шлейф от своих духов.

– Вот и все. Отпускайте, Тимофей Андреевич. – Варя нервничать перестала, больше не вырывалась из рук, волнуя своей близостью… Наоборот, она словно окаменела. Не очень-то легко держать на весу нечто, похожее на статую…

– Мне больше нравится, когда ты зовешь меня просто Тимошей… – Мне-то казалось, что у нас уже все сложилось и наладилось. Теперь можно было развивать отношения…

– Мне больше нравится придушить вас. Раз – и всё, мучения закончатся!

– Да за что ты меня так ненавидишь, Варь?

– Я – ваш секретарь. Понимаете? Я на вас работаю! И в мои обязанности не входит висеть на вашей шее!

Мне не понравился ее тон. И наваждение разом схлынуло.

Точно! Меня же могут заставить на ней жениться!

А я пока не готов. Даже ради её милых кудрей, тонкой талии, нежных щечек и восхитительного аромата.

Это все можно получить и даром. Без всякой женитьбы…

– Да. Все. Садись. И принимайся за дело.

– Это за какое, извините? – Варя легко приземлилась на пятую точку, крутанулась на своем стуле и тут же уставилась носом в компьютер. Словно меня тут и вовсе не было. – Как видите, я работаю, а не занимаюсь шашнями в рабочее время.

Как ни в чем ни бывало.

Отвернулась и даже глаз на меня не подняла . Ничто на ее лице не выдавало смущения и волнения.

А у меня, между прочим, весь ливер дрожал до сих пор. От волнения и желания снова ее потрогать. И руками, и лицом, и ногами – всем телом, в общем. Не мог отойти в сторону, даже на пару сантиметров. Тянуло, словно магнитом, и не отпускало.

– А зачем ты мне подыграла, Варь? Ты же могла сказать правду: сказать, что у нас нет ничего общего, кроме бизнеса? И не притворяться? – Никак не мог понять эту женщину. И от этого еще больше страдал!

– Такая гадкая мымра, эта ваша бывшая Катя. Я помогла вам просто по велению сердца!

Хм… Что ж… Аргумент, с которым и спорить нельзя, и не верить невозможно…

Глава 6

– Тим… А ты почему здесь? Мне казалось, ты вообще не обедаешь? Во всяком случае, не ходишь по ресторанам?

– Черт побери, Надь! Так недолго и заикой сделаться! Ты меня теперь и в туалете вылавливать будешь?!

Сестра опять выгуливала новый наряд, на этот раз – вызывающе яркий оранжевый спортивный костюм. Ее белые кудри, раскрашенные в разные цвета радуги, смотрелись довольно нелепо…

И эта птица-клоун опять меня выследила. На этот раз – в кафе, куда я привел обедать Варю.

– Ну, а что еще остается делать? Если тебя на работе нет? – Она опять тряханула волосами, ослепляя всех окружающих своими неоновыми расцветками.

– А ты сегодня в образе клоунессы? Куда собралась-то?

– Боже мой! Тимофей! С каких пор тебя начал волновать мой внешний вид? Я раньше и не в таком рассекала, а ты не замечал даже… Что случилось? С каких пор ты стал следить за модой и трендами?

– С тех пор, как тебя начала волновать моя личная жизнь, Надя! И ты в нее бесцеремонно лезешь!

– Так, значит, личная? А я почему-то думала, что у тебя в офисе – только деловые отношения! Откуда личные-то взялись, а? – Прячась за искусственным фикусом, она едва не намотала на ногу искусственную лиану.

– Надь! Вот только давай, не включай опять Надежду-разрушителя! Ты сейчас разнесешь все заведение, к чертям! – Едва успел ее поймать за талию и поставить на ровное, ничем не загороженное место.

– Я хотела подсмотреть, с кем ты сюда пришел! Я должна знать, какая леди заставила тебя поесть нормально!

– Она меня не заставляла. Я сам.

– Ну, тогда веди. Будем знакомиться! Мне же интересно, кто еще отвлек тебя от Вари… – Надя просто изнывала от любопытства. Ее откровенно разрывало на кучу маленьких Наденек.

Мда…

Плохая была идея – привести сюда Варвару в знак благодарности.

– Ого! Кто бы мог подумать… – Секретарь моя безмятежно восседала за столом, ничуть не стесняясь своего странного вида. Ни безразмерный, на тысячу лет устаревший костюм, ни морковные губы, ни волосы, уже постепенно начинавшие кудрявиться и больше похожие на паклю, – ее ничего не смущало. – Варя?! Ты ли это?!

– Тимофей Андреевич сказал, что не выносит аромат свежезаваренной лапши с говядиной. Вывернул все в туалет, а меня заставил прийти сюда…

– Тим? – Надя тут же взвилась на месте от возмущения. – Ты серьезно? Спустил ее обед в унитаз?!

– Ты, вообще, можешь себе представить, как это воняло? Весь офис пропитался запахом какой-то паленой дряни! В трущобах не такая вонь стоит, как у меня в приемной!

– Лучше прямо скажите: вы тоже хотели эту гадость! Она же вкусная и очень аппетитная! А признаться не хватило смелости… – Казалось, у нее вот-вот слюнки закапают: официант как раз притащил наш заказ на столик. – Но, конечно, спасибо, что решили покормить меня тем же самым, только дороже раза в три…

Больше не обращая на нас внимания, Варвара с аппетитом принялась наматывать спагетти на вилку. Паста мигом исчезала в милом, аккуратном ротике, пусть и накрашенном не пойми чем… Чуть не подавился слюной, глядя на все это безобразие… или великолепие?

– Тим. Не надо на нее так пялиться! Сейчас же все дыры протрешь!

– В тарелке Варвары? Или в моей? Той самой, что ты нахально подрезала, Надь? – Сестра, как обычно, без всяких церемоний, заняла мое место и ухватила мое блюдо. И теперь с таким же удовольствием принялась уплетать лапшу в каком-то безумно ароматном мясном соусе.

– А ты что, заказал себе всего одну порцию, Тим? Ты же не умеешь останавливаться на одном? Тебе подавай разнообразие, и все такое?

– Хлебушка пожую. Спасибо и на том. – Что за жизнь такая у меня? Ни пообщаться с красивой, привлекательной женщиной, ни поесть по-человечески… Куда мне, бедному, от всех прятаться?

– Тут порция слишком большая. Мне не справиться одной. – Варе меня стало жалко? Или как это понимать? Она нашла свободную тарелку на соседнем столике, и щедро выложила на нее половину своего блюда.

– Ваша щедрость, Варвара, просто не знает границ… Вы чего такая добрая сегодня?

Что-то с девушкой сегодня странное творилось. Она была сама на себя не похожа… Ни одной гадости в мой адрес, ни одного резкого слова… Зато сплошные милые поступки и забота…

– Из жалости, Тимофей Андреевич.

– Жалость? Я выгляжу настолько голодным? Или убогим? Что случилось?

Такая постановка вопроса меня возмутила. И начисто отбила и любопытство, и всяческий аппетит!

Что угодно готов человеку простить, только не это отвратительное чувство!

– Вы встречались с такой змеей… Еще и жениться на ней планировали… Разве можно вас не пожалеть, Тимофей Андреевич?

Глава 6.2

Надя фыркнула в свою тарелку.

– Сестра, ты подавилась? – Не дожидаясь ответа, от души похлопал ее по спине.

– Да. Есть немного. Слишком вкусно. Забыла прожевать. – Она отхлебнула сока из моего же стакана, аккуратно вытерла рот салфеткой… А глаза сверкали хитрой издевкой!

– А может быть, ты уже наелась и оставишь нас вдвоем с Варварой? Мы с ней многое должны обсудить.

– Да? Что вам мешало уединиться в офисе, закрыться в кабинете и обо всем поговорить?

Варя делала вид, что ее этот разговор вообще не касается, и продолжала невозмутимо, с аппетитом жевать.

– Ты бы обязательно туда ворвалась и тоже нам помешала!

– Варь, я из Тимохи ничего не вытащу. Или он сочинит с три короба, и потом думай, разбирайся, где правду сказал, а где – очередные враки. Мне нужна твоя помощь!

Секретарша моя пожала плечами, не отрывая глаз от еды.

– Варвара, а когда вы, между прочим, обедали в последний раз? И завтракали? Смотрю на вас, и создается ощущение, что вы сели за стол впервые за неделю…

Думал, обидится, возмутится, запустит мне вилкой в глаз – чтобы не портить впечатление, которое уже вполне сложилось.

– Вы очень проницательны, Тимофей Андреевич. Я, действительно, давно уже нормально не ела. – Впервые за все это время одарила меня прямым взглядом, испытующим и презирающим одновременно.

– Э… – Черт. Мне окончательно расхотелось жевать то, что Варя отложила из своей тарелки. – Почему же вы мне сразу не сказали? У нас в компании можно запросто выписать аванс, чтобы спокойно дожить до первой зарплаты. Зачем голодать?

Все ее странные выходки и повадки стали чуть-чуть понятнее.

Я, когда голоден, тоже нахожусь не в адеквате. А тут человек уже несколько дней страдает!

– Спасибо, дело не в этом.

– А в чем тогда? – Вообще перестал понимать происходящее.

– Мне просто некогда. Ровно так же, как и вам! Думала, на бегу перехвачу растворимой лапши, и снова буду разгребать кавардак, который ваши предыдущие помощницы оставили!

Вот теперь мне точно должна была прилететь в глаз вилка или зубочистка!

Но Варвара лишь окинула меня новым уничижительным взглядом и опять принялась за еду.

– Так. Я поняла, что не ошиблась с выбором, когда привела к тебе Варю на работу. Если уж она заметила бардак в документах, все идет ровно так, как и должно… – Сестра откинулась на спинку кресла, с выражением лица, точно скопированным с нашей матушки. Та тоже любит такое изображать, гримаса называется «А я же говорила!»

– Все, Надь. Молодец. Ты все сделала правильно, уже успела перекусить… И теперь я предлагаю тебе свалить уже дальше, по своим художественным делам! Или ты уже не художник, а обычный свободный аниматор?!

– Что там за змея, о которой говорила Варя? Кому ты обещал жениться, а я не знала?! Кого я пропустила среди твоих фанаток, брат?!

– Никого ты не пропустила. И прекрасно знаешь, что невеста у меня одна была. Единственная. – Ее это в принципе не касалось. Категорически. Но с Надькой проще сразу расколоться, чтобы отстала. Иначе замучает пытками, задолбает расспросами, и все равно своего добьется!

– И что? – Личико у Надьки тут же распрямилось, стало в несколько раз проще и открытее… Она просто лучилась добродушием! Хитрая коза.

– Ничего. Пришла, поздоровалась и ушла. – Меня внезапно очень привлек салат. Обычная зелень, помидоры и сыр… Но такой красивый, и такой ошеломительно вкусный – просто глаз не отвести, и рот не раскрыть… Хочется любоваться им и жевать! Без остановки!

– Ага. И после этого визита, ты так раздухарился, что выкинул Варин обед в помойку, а саму ее потащил в ресторан! Интересно она поздоровалась, Тим… Что, эта гюрза приползла к тебе с приглашением на свою новую свадьбу? Интересно, какой лопух ей достался на этот раз?

– Люблю, понимаешь ли, слушать разговоры про женскую нежную дружбу, Надь… Они так вдохновляют и пробуждают веру в человечество…

– Ты не увиливай. Чего она приходила?! – Сестра встала в стойку, она уже готовилась убивать. Странно, что год назад не поехала вслед за Катей и не растрепала ее в клочки прямо по дороге…

– Посмотреть на мою новую избранницу. А что ты подумала?

– Избранницу? Какую? Не поняла, Тимофей?! Ты что, нашел себе новую девушку?! – Черт. Еще немного, и ее глаза уже начали бы вываливаться из орбит. Даже стало немного жалко сестренку: как она их обратно потом засовывать будет, если сейчас выскочат?

– Он познакомил Екатерину со мной, Надя. Не переживай. Все прошло очень успешно. – Варя промокнула губы салфеткой, поставила локотки на столешницу и невозмутимо уставилась прямо в лицо моей систер. Выдержка у девушки – что надо! Я даже как-то от нее не ожидал…

– Твою ж… налево… – Сестра поперхнулась, начала кашлять.

– Ой, Надь, вот только не придуривайся, ладно? Что такого-то случилось? – Пора было уже вспомнить, что я не кто-нибудь с улицы, а вообще-то внимательный старший брат!

– Ты хоть по спине бы ей постучал… Не видишь, сестра сейчас кони двинет? – Я потерялся от такой резкой смены настроения. И даже не сразу понял, что Варя снова перешла на «ты».

Ей, в принципе, было по фигу. Варя даже не смотрела на мою вытянутую физиономию, а энергично спасала Надежду: хлопала ей по спине, подавала стакан с водой, вытирала покрасневшее лицо салфетками.

– Да она прикидывается. Не видишь, что ли? Хотела матюгнуться при старшем брате, опомнилась вовремя и начала изображать умирающую…

– Тимофей, ты дебил?! Или как? – Тут уже Надя очнулась. Проморгалась, вытерла сопли, слезы, слюни… Но говорила уже вполне себе внятно, и совсем не задыхалась, вроде бы.

– Будешь так со мной разговаривать – накажу.

– Накажешь? Ты? Меня? – Надька нахмурилась, собрала губки в трубочку. – Это как же?!

– Лишу карманных денег. А как еще-то?!

– Братишка, милый. Ты ничего не перепутал? Мне уже давно восемнадцать исполнилось..

– А мне, между прочим, уже немного до тридцати не хватает. И что?

– Я живу на свои доходы. А не на карманные! А того, что ты мне давал когда-то, не хватало даже на мороженое!

–О… Так вы еще и жадный, Тимофей Андреевич… – Варя услышала самое важное, конечно же, из этой тирады.

– Что значит « еще и»? – Я тоже главное отсек.

– Ну, вы врун. В том смысле, что обманщик. – Милая моя помощница принялась загибать пальчики. Я только сейчас рассмотрел на них аккуратный, нежный, почти незаметный маникюр. И снова залип. Перестал соображать и слышать.

– А кого он опять обманул, Варюш? – Надька тут же забыла, что надо активно гневаться. Ее опять терзало любопытство.

– Меня. Катю. И тебя даже.

– А вот с этого места поподробнее, пожалуйста… – Систер приняла очень грозный и сосредоточенный вид.

Все на свете она мне могла простить. А вот вранья – категорически не переваривала.

– Да какие подробности, Надь… – А вот Варвара внезапно потеряла весь запал. Притихла, приуныла… И даже ее задорные кудряшки чуть-чуть распрямились, кажется…

– Все! Любые!

– Даже непристойные? – Варя ухмыльнулась , но без огонька. Ее настроение стремительно падало вниз. И мое, отчего-то, начало тоже стремительно ухудшаться… Что за ерунда? Она еще ничего не сделала и не сказала, а я уже начал расстраиваться.

– А было что-то непристойное, да? Ну-ка, ну-ка, давай… – Сестра почти легла на стол грудью – чтобы быть к Варе ближе и не пропустить ничего лишнего.

– Было. Конечно, было…

Надькин рот открылся уже до максимума. И глаза расширились до невозможности.

– И?

– И все. – Варвара сложила руки на груди и прикрыла рот.

– В каком смысле?

– В том. Я же не хочу потерять работу.

– Тима… Я не поняла… Ты что, угрожал Варваре? Заставил ее молчать?! – Это выражение лица ни с чем невозможно было перепутать. Еще немного – и Надя бросилась бы меня убивать.

– Я просто хотел объявить об этом сам. Ну, сделать сюрприз, понимаешь? – Озарение накрыло неожиданно. Все ведь так просто оказалось, так легко и приятно… Кажется…

– Сюрприз? Реально? И он как-то связан с вашими непристойностями? – Еще немного, и стул под сестрой загорелся бы от трения, с такою силой она ерзала по сиденью.

– Да. Я буду жениться на Варваре.

Глава 6.3

Дзынь.

Стук.

Бряк.

Это не посуда посыпалась. Это челюсти у девчонок попадали. Каждая – с особым, неповторимым звуком. Я наслаждался впечатлением. И еще надеялся уйти отсюда живым…

– Чего ты будешь на ней делать, я не расслышала?

– Да. Что вы будете делать? На мне? – Варя с трудом протолкнула слова сквозь горло, прокашлялась, сделала глоток из бокала, и снова уперла в меня холодный взгляд.

– Не делай вид, что у тебя заложило ушки, милая… – От салата остался всего один кусочек сыра – скользкий, катающийся по дну тарелки, и постоянно ускользающий от моей вилки.

– А вы не притворяйтесь, что умрете от голода, если не поймаете этот огрызок! – Варя не выдержала моих мучений: залезла своим прибором в мою тарелку, быстро наколола кусочек и отправила в рот. Себе, не мне.

– Ого… А ты решила, что уже можно ужинать вот так, по-семейному, да? – Я тоже, кстати, не брезгливый. Поэтому смело отнял ее стакан и залпом выхлебал остатки сока. Затем, окончательно осмелев, большим пальцем провел по верхней губе секретарши.

Надя смотрела на все это, в изумлении приоткрыв рот. И даже не дышала.

– Что тут у вас происходит, черт побери?!

Она переводила взгляд с меня на Варю и обратно. Все, что сестренка хотела сказать, отражалось на ее лбу. Причем, весь текст был написан только нецензурными словами…

Варя не слышала и не видела мою сестру. Она застыла, словно суслик, под моей рукой, и только тяжело, шумно сглатывала…

– У тебя тут соус остался. Решил убрать… – С трудом оторвал палец от ее пухлой губки, и тут же засунул в рот. Себе, конечно же. Варя бы его точно откусила и не задумалась даже.

Облизал. Было очень вкусно.

– Тима! Твою ж налево! Ты можешь мне что-то объяснить?! Сколько можно тут лизаться и миловаться?! Тебе же сказано было – не приставать к секретарю! Я зачем к тебе Варю привела, не скажешь?!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.