# «Хроники Нелюдей»

Мария Арнаутова

«Хроники Нелюдей» – это метафорическая повесть о Звере, оказавшемся в центре споров о свободе, ответственности и цене выбора. Его путь проходит сквозь эпохи и культуры, где реальность и миф переплетаются, а каждая встреча превращается в испытание. Миры рождаются и рушатся, как черновики, оставляя шанс переписать их заново. Это история о жертве и поиске смысла, который способен изменить не только героя, но и читателя.

Все иллюстрации подготовлены автором Арнаутовой Марией по её собственным идеям и описаниям с применением современных нейросетевых алгоритмов генерации изображений. Каждая работа создана и утверждена лично автором.

# Мария Арнаутова. "Хроники Нелюдей"


День первый. Дом Между Миров.


Бог просыпался.


Этот процесс протекал у него довольно тяжело, ведь каждое утро приходилось в некоторой степени воскресать. И это бы еще полбеды. К большому сожалению, отказ проснуться не был предусмотрен в Изначальном плане. Ну, что ж…


Бог открыл свои прекрасные голубые глаза, потянулся, вытащил левую ногу из-под одеяла и задумчиво, с наслаждением почесал стройное бедро. Приподнялся, взял стакан с тумбочки у кровати, попил воды.


Пока всё тихо. И благостно.


Мягко ступил на тёплый пол, подошёл к окну, открыл его.


Представил себя мальчишкой из русской глубинки, живущем на третьем этаже деревянного дома постройки конца девятнадцатого века. Начало лета, значит, начало каникул, и можно бегать с друзьями на речку…


Время прошелестело по картинке чешуйчатой змеёй, контуры кустов сирени и жасмина расплылись и …


Вот он уже стоит под балконом дворца Ирода Великого в Иерусалиме в сопровождение римских обалдуев в алых плащах. Толпы иудеев собираются к Пасху, солнце встаёт, впереди этот отвратительный день, воспоминания о котором, как ни твори и как ни созидай, всё время лезет в голову. Благое намерение помочь человечеству приводит или к проклятию, или к распятию, не иначе…


Однако не стоит предаваться ресентименту…


Бог отправился на кухню, варить кофе и стряпать яичницу с ветчиной.  Как ни странно, ни звука… Тихо, спокойно льётся ясный свет через идеально чистые стёкла. «Добавить музыку? Пусть будет Телеман, пожалуй», – подумал Бог. И зазвучал Телеман.


Бог, конечно, знал, что нападение обязательно будет. Внутреннее ожидание опасности росло. Странно… Обычно драка случалась почти сразу после пробуждения. Но сегодня всё идёт иначе. Что бы это значило?


С возрастающим интересом Бог прислушивался к миру за границей синтезированного реала. Опасность затаилась там, за горизонтом событий, сверкая глазищами.


Бог хитро подмигнул сам себе в зеркало.


Кофе дал восхитительный аромат, такой же, который сводил с ума хасеки султан, когда она в тайном закутке своих покоев заваривала в крошечной турке запрещённый в её времени восхитительный напиток… Бог улыбнулся, пожелал старой львице, матери османского рода, доброго дня и осторожно опустился на удобный сосновый стул, все еще пахший алтайской тайгой… На столе улыбалось маленькое золотое блюдце с ароматным лукумом, под которым горела сура Аль-Маида – пожелание доброй трапезы.


Аллах благодарно улыбнулся и с наслаждением слопал нежнейшее лакомство.

– Где же ты, мой убийца, мой ненавистник? – подумал Бог и этим, конечно, мгновенно выдал свои точные координаты, вызвал огонь на себя, так сказать…

Но нет… по-прежнему тишь да гладь, да божья благодать.

Что-то похожее на восторг ожидания испытал Он, какой бывает у маленьких человеческих детей перед идиотским празднованием Нового Года.


Но тут же восторг заменился логическими предсказаниями дальнейших шагов злого, хитрого, но абсолютно незаменимого Зверя.


Бог осторожно переместился, стараясь не заходить в тени предметов, в свой рабочий кабинет.

Первозданная тишина, предшествующая сотворению первой волны жизни. Докембрий. Всё еще впереди и число возможных вариантов будущего неисчислимо…


Удивленный столь долгой отсрочкой битвы, Бог сел за рабочий стол. Ноут проснулся с тихим шипением. На экране побежали значки – рабочая группа била тревогу и умоляла о спасении.  Опять завалили задачу, бездари. Да сколько можно… Тяжкий вздох бога принёс снежный буран в штате Висконсин и пятибалльное землетрясение в Киото… Без жертв, пожалуйста без жертв… Сейчас все поправим.


Менеджер суетился, раздавал бессмысленные команды. Бог милостиво отлучил его комп от сети. Отдохни, идиот. Парни из Индии сообразили раньше остальных, где напортачил очередной гений, нанятый месяц назад. Ох, уж эти законы, по которым нельзя уволить сотрудника сразу после подобного ляпа, а лучше – за неделю до, ведь было прозрачно ясно, что гражданин Колумбии сидит на аяуаске и обязательно подложит команде свинью в самый ответственный момент … Бог погрузился в работу. Наладил приложение, раздал кому надо благословение, кому надо – угрызения совести. Через полтора часа он почувствовал, что пора отключиться от процесса. Пока команда не дошла до понимания закономерностей следующего уровня – не время ещё…


И Бог, отправив ноут в спячку, блаженно прикрыл глаза.


Внутренний Голос Бога удивлённо шепнул: «Вся эта благословенная мной тишина – к чему бы это?»


И только он отключился от созданной им локальной реальности Дома между Миров и нырнул было в дальний Космос – там тоже были кое-какие дела – тут-то и началось…


Зверь атаковал на этот раз со спины. Страшной силы толчок в спинку высокого стула по принципу бильярда ударил в столешницу, а стол в свою очередь въехал на скорости в массивный книжный шкаф, расколошматив его в щепки, и вызвав возгорание ценных пород дерева от сбитого по пути следования тяжелого бронзового подсвечника. Вместе с лавиной дымящихся обломков кувыркался, пытаясь затормозить руками и ногами захваченный врасплох хозяин Дома. Вся эта живописная куча влетела в библиотеку Самых Ценных Книг, часть из которых тут же запылала. От книг мгновенно занялись портьеры. Едкий дым, жизнерадостный треск уничтожаемого культурного достояния разных миров, адская боль в правом бедре – перелом? Бессильно повисшая левая рука, резкая боль в грудной клетке, невозможность дышать – похоже, нижние ребра проткнули диафрагму. Бог выставил защиту, использовал технику пьяного воина, нанося удары здоровыми конечностями в кажущемся беспорядке…приложился как следует кулаком здоровой руки по наглому глазу с бешено расширенным зрачком. Зверь взвыл и кинулся вновь, вцепился когтищами в плечи, колотя задними лапами в живот, норовя разорвать тряпки, шкуру, брюшину и добраться до трепыхающейся аппетитной печёнки. Хвать! Зубы Зверя остервенело впились в щёку, пытаясь добраться до височной доли через тонкие кости лицевой части… Хрупнула нижняя челюсть, рот наполнился кровью…


Проклятье! Атака была настолько плотной, что у Бога не хватало реакции, ресурсы заканчивались стремительно…


– Умри, ненавистный !!! – взвыл Зверь и с наслаждением рванул Бога за шею когтистой лапой. Кровь хлынула рекой из рассеченной сонной артерии, и Мир начал распадаться…


Над тёплым трупом Бога бесновался драконоподобный дикий Зверь, извиваясь в победном танце, празднуя победу Яростного Хаоса над всякой прочей ерундой.


– Что-то ты сегодня слаб!  – орал Зверь в самое ухо, когда Бог заканчивал уже привычный труд Воскресения, – ты практически ничего не смог мне сделать!


– Не ври!  – промямлил Бог, –  я тебе хвост сломал. И натянул наглый глаз на мохнатую задницу.


– Всего – то!!! – торжествовал Зверь, – а я тебя начисто дезинтегрировал! Чистая победа!


– Ну, твоя душенька довольна?


Зверь совершил высокий прыжок с пируэтом, расколошматив по пути викторианскую люстру.


– Полегче, грубиян! Добра на тебя не напасёшься, – сказал Бог, – жрать хочешь?


Последовала серия высокодуховных прыжков по комнате, уже обретшей по воле Бога приличный вид, но теперь уже в стиле арабского дворца Альгамбры.


Победный вой и мощный скок мимо мраморного фонтана на кухню – к холодильнику.


– Передышка, значит – пробормотал Бог.


– Чем желаете завтракать, Ваше Зверство? – спросил Бог, берясь за ручку холодильника.


– Р-р-р-р-р! – муф – муф – муф – МЯААУУУ! – неожиданно для себя заорал Зверь, совсем как банальный земной Васька.


– Где это ты набрался такой лексики, а? Навестил бабушку Красной Шапочки и её кошку Мурку, а, негодяй?


Зверь пропустил мимо ушей оскорбительную, но справедливую тираду. Не до разборок. Там, внутри, вероятен паштет из гусиной печенки. Или даже бранденбургская ветчина… Яйца страуса, чёрт возьми… Кусок копчёной анаконды…


Дверца открылась. Через полсекунды Зверь уже влетел во внутреннюю камеру и зажевал крайнее, что нашел – её, лососину, целиковый бок слабой соли…. Когтем загребущей лапы нащупал на верхней полке какое-то продолжение банкета. Рванул. Сверху на него упал благословенный жареный гусь. И его Зверь тоже принял с распростёртыми объятиями.


Бог послушно следовал дикой фантазии Зверя и осуществлял по ходу импровизированного завтрака материализацию его чувственных идей.


В ходе короткого интербеллума во время кормёжки Бог успел кое-что починить во Вселенной. На орбиту вышел очередной Спутник Землян. Надо было подпустить облако космической пыли, пока оттуда смывался корабль незадачливых огородников с Барсеи. Что с них взять – бестолковые космические крестьяне, не следят за обновлением инструкций…

Успел, слава Богу….


Зверь наконец -то нажрался. Это был самый прекрасный момент их совместной жизни, которая длилась у же несколько земных веков и которую каждый из них выбрал и не хотел бы иного.


Так бывает.


Зверь развалился на шкуре белого медведя в идеально удобной гостиной дворца немецкого курфюрста.  Раскинул лапы, открыл жирный кругленький животик. Хвост чуть подрагивал. Зверь забылся сытым сном победителя.


Бог обреченно присел перед ним на корточки и тихо погладил божественной  ладонью  зверево пузо. Зверь вздрогнул и включил зеленый глаз, уставившийся прямо в центр мироздания – то есть Богу в анфас.


Сейчас кинется…Но нет… сытость требовала покоя, Зверь не смог преодолеть зов плоти и выключил дальний свет. Заснул, значит. И типа замурчал, перебирая лапами.  Потом завалился на бок, блаженно потянулся. Бог погладил восхитительный серый мягкий бок. Тёплый, с мотором внутри.


– Ишь. Включил мурчалку. Перенял у земных родственников, – улыбнулся Бог.


Зверя он подобрал на распродаже жертв космических катастроф. Последний из представителей фауны погибшей планеты земного типа… Многообещающая живая форма… Но случайности бывают – надежд на восстановление планеты не было никакой и пантеон разобрал чудом спасенных представителей уже мертвого мира.

Бог выбрал Зверя потому, что Зверь выбрал Бога.

Тогда, бредя в бесконечном темном коридоре, уставленном клетками и коробками со спасенышами, Бог услышал тихий плач в одной из клеток.


Безутешный детский плач низшей формы интеллекта. Плач по родителям, теплому гнезду и привычным запахам сильного родного леса. Бог остановился напротив клетки. Зверь замолчал. Бог двинулся дальше по проходу. И тут такое началось… Зверёныш взвыл и вцепился когтишками в металл, укусил толстые беспощадные прутья, брызнули осколки зубок, кровь закапала из пасти.


– Ох ты, Господи, – только и сказал Бог. И взял Зверя себе.


Зверь пока маленький был, вёл себя тихо. Нелюдимо, если можно так сказать. Сидел днем в своём убежище, и только в темноте позволял себя покормить. Для этого он осторожно высовывал нос из сооружённого из лесной коряги и кучи мха дома и жадно глотал предложенные кусочки пищи, а затем вновь забивался в спасительную темноту.   О погладить и речи быть не могло – шарахался от руки и утробно рычал в глубине убежища. Когда впервые рука Бога коснулась его, произошла мгновенная бешеная атака с травматическими последствиями. Бог удивился, но после понял перспективы и пришел в восторг.


В жизни Бога отсутствие мотивации – главная проблема. А тут – Зверя кормить нужно! И тренироваться в искусстве Воскресения – регулярно.

Существование обретало смысл, творческий потенциал неуклонно рос, отрицание собственного я больше не представлялось единственным смыслом Бытия божьего.


Так они и жили – душа в душу.

Зверь нарабатывал все более жестокие методы убийства.

Бог смирял гордыню и воскресал, проникая все глубже в суть создаваемой им материи.  А материя урчала, дралась и ела.


И цикл Битв и Воскресений повторялся, наполняя собой время в Доме Между Миров.


И это время длилось до момента, когда Зверь вдруг не сел напротив Бога на старую московскую табуретку в исторической квартирке по Садовой 50 и не спросил Бога человеческим голосом:


– Разнообразить совместное бытие не желаешь?


– Нет. – улыбнулся Бог в ответ, – меня всё устраивает.


– А мне что-то скучно, – признался Зверь.


– Могу синтезировать осетровую уху. Как тебе такое предложение?


– Неа. – ответил Зверь, – не желаю. Хочу великую Миссию. Можно невыполнимую. Но чтоб была.


– А, понятно. – улыбнулся Бог, – это можно.


День Второй. Миссия Зверя.


– Новоделов возьмёшься охранять? Чтоб не наглели? Я уже запарился их назад в Книгу загонять. Отвлекает, знаешь ли, от битв с тобой.

Зверь встал и отвесил поклон.

– С нашим удовольствием, Ваше Almighty.

– Только не жри их, Зверь. Карать можно, а жрать – нет. Во-первых, жратвы хватает, во-вторых, они вредные, а значит – ядовитые. Короче, сожрешь хоть одного – значит, не дорос ты до Миссии. Больше ничего не поручу.

Зверь оскорбленно, с тяжелым чувством растущего протеста, выслушал всю эту божественную галиматью. Но смолчал. Хотя глаза загорелись гневом и когти вцепились в табуретку.

– Давай уже к делу. Какие инструкции? – тихо прошипел Зверь.

И соответствующие инструкции по работке с Черновиками Бытия были даны Зверю.

…Книгу Бытия Бог писал уже давно, точнее, это был многотомник, состоящий из отдельных Черновиков, где Бог периодически вымарывал большие куски изначального текста, давал гиперссылки и даже малевал иллюстрации. Работа шла медленно, с большим количество исправлений. Но Творение, однажды начавшись, неуклонно продолжалось. Со сменой сюжета, перестановкой сцен и переменой героев.

Черновик Бытия № 232…485 хранился вместе с сотней других увесистых томов в дубовом сундуке на чердаке. Конечно, дубовый сундук был отделан драгметаллами. Естественно, сундук был под здоровенным навесным замком. Ключ от сего амбарного замка Бог носил на суконной веревке, на груди – для надежности.

В Книге Бытия №…232…485 повествовал о Мире, населенном новоделами – существами, на основе углерода. Однако в углеродные цепи удалось на этот раз вписать атом кремния, и это давало новоделам колоссальное преимущество – думали, заразы, быстро и хорошо. Чуть ли не лучше Создателя. Но вот беда: ускорение мышления стало причиной колоссальной когнитивной дисгармонии, нравственного перегрева. Они не знали инерции мышления: ни один предрассудок, ни одно старое знание, ни одна традиция не задерживалось в их сознании. Каждая ошибка мгновенно замещалась новой гипотезой, история и анализ их собственного прошлого новоделов практически не интересовала.

Недоразвитые духовно интеллектуальные колоссы, они смотрели на небо, вычисляли расстояния до звезд, считали дни до контакта с инопланетным разумом – все как обычно… Но прогноз на вступление в Космическую Федерацию этих самых новоделов был нехороший, ох, нехороший… Быстрота мыслительных процессов имела побочным эффектом аутоагрессию. Глубочайшая депрессия была уделом всех великих умов этой цивилизации.

Несмотря на многочисленные попытки Творца привить им традиции и ритуалы как противовес высоким скоростям когнитивных процессов, сметливые кремниево – углеродные существа не желали создавать церемонии и творить молитвы, но семимильными шагами осваивали рациональные науки. Однако им никак не удавалось снизить число самоубийств, растущее по экспоненте. Уже хотя бы из-за этого они не годились на роль прогрессивной расы…

Пусть-ка ещё эончик – другой поварятся в собственном соку.

А тут как раз Зверь затосковал по Вахте.

И Бог доверил Зверю охранять Черновик Бытия № 232…485

С того Дня Зверь нёс вахту, охранял Книгу – вход в экспериментальное измерение на Чердаке их общего Дома.

Зверь заходил с инспекцией на Чердак несколько раз в день, рычал над сундуком, скреб его когтем. Заглядывал в щель под крышкой огромным, злобным зелёным глазом, погромыхивал замком. Зверь также обеспечивал изоляционное поле, латал программу – локер, и, если что, подливал специальный клей в трещины обшивки сундука.

Новоделы были весьма энергичны в своих попытках выйти за пределы реальности, творя для этого магические пассы в попытке отключить Стража. Периодически у Зверя начинались галлюцинации – казалось, что вещи растворяются в кислоте и теряют очертания. Зверя тянуло в сон, мускусный аромат и сильнейшие инкантаментумы новоделов окутывали мозг.

Но Зверь всё равно рычал и показывал страшные зубы нетерпеливым существам, дерзко выглядывающим за пределы Черновика. Они прятались обратно в Книгу, но Зверь чувствовал их злой умысел – вырваться и наломать дров в Мастерской Бога.

Только Великий Страх перед Адским Зверем удерживал быстро распухающее тесто новорожденной цивилизации в рамках дозволенного.

Заступая не дежурство, Зверь регулярно нагонял страха на новоделов, укрощая все их эврики, выходящие за пределы дозволенного. Лишая жизни очередного сверхгероя, опередившего свое поколение, Зверь злился, невольно сравнивая этих непокорных с собственной персоной.

– Тоже мне, Верховный Творец всего сущего! – расстраивался Зверь, – зачем же ты создал этих упрямцев и гениев? Чтоб предавать лучших из них мучительной смерти? Смелый замысел, нечего сказать… А я вот теперь карму порти, подчищай за тобой последствия твоих добрррых дел… нашёл крррррайнего…

Бог вальяжно наведывался на Чердак пару раз в неделю. Тогда Зверь сдавал ему Вахту и спускался ниже этажом по скрипучей деревянной лесенке.

– Сейчас опять опечаток наделает… И собственные сценарии из разных Черновиков перепутает, – злобно ворчал про себя Зверь, ощетинивая шерсть на загривке.

Но драться с Богом на Чердаке – это табу. Ничего, ничего…Подождём, когда он, устав от трудов, отправится чистить зубы перед сном. Тогда и обрушим на него весь запас первобытной мощи…

И Зверь покидал Чердак, искря шерстью, скрипя зубами и тоскливо подвывая.

Бог же извлекал разные Черновики, удобно располагался за старинным письменным столом, доставал любимое гусиное перо с чернильницей и начинал творить. Он подсовывал различные альтернативы обитателям пробных миров, и кое-что приживалось там из разумного, доброго, вечного. Иногда, по настроению, Бог даже творил чудеса.

Изменение хода Бытия, в принципе, задача несложная. Надо только вымарать кусок летописи. Изменить некоторые причинно следственные связи.

Вот, к примеру, на планете номер 6 (так называемая Земля) Бог сначала решил попробовать сменить естественный ход эволюции земной цивилизации на придуманную им же утопию Коммуны, которую счел удачным выходом. Но пошло криво! Гражданские и мировые войны, противостояние систем, бесконечные кривые зеркала искажённой истории, загубленные поколения землян, ложные ценности… Пришлось открутить назад, добавить противоборствующих сил, продлить жизнь Уинстона Черчилля, изобрести некоторое количество чудовищ по типу Адольфа Г. и иже с ним. В итоге Бог отвернул от зашедшего в тупик «идеала», но с каким трудом! Пришлось опять же пролить моря крови… Ну, что делать, не всё гладко в процессе Творения, бывает перебор…Вот и с кремнием, кажись, перемудрил… Ну ладно, хоть Зверь потренируется на этих несчастных новоделах…

Так прошёл их День Второй – важный этап в тренировке непокорного Зверя, принесший новые открытия и нежданные трагедии в мир подконтрольных миров.

Вечером Второго Дня они – Бог и Зверь – играли в нарды. И не где-нибудь, а во дворце Бухарского эмира. Муэдзин пел азан с соседнего минарета, призывая правоверных к молитве. Аллах не терял бдительности, ибо Зверь стабильно проигрывал и дулся, а это не обещало ничего хорошего.

– Каково это – всегда выигрывать? Мог бы один разок и проиграть! – мысленно ворчал Зверь, медленно накаляясь от внутреннего протеста.

Проиграв пятую партию, Зверь всё-таки сорвался и устроил небывалую схватку – клочья шерсти вперемежку с прядями белокурых волос в лужах крови, куски плоти с торчащими из них обломками белых костей – тихий ужас…

Приходя в себя, Бог едва слышно застонал:

– Ну, ты совсем озверел! Подумай головой, как с такой агрессией ты можешь продолжать служить стражем порядка в Черновой Вселенной?

– Ой, да брось ты! Это ж мы с тобой так играем! Ты же сам в восторге от своих Смертей и Воскресений. К тому же Миссия моя по твоей воле давно превратилась в карательную операцию – так что не жалуйся. Тренирую рабочие навыки!

Бог задумчиво взъерошил тонкими пальцами быстро отросшие золотые волосы. Да уж… Боги не подотчётны своим созданиям. Но, похоже, и обратное отчасти верно… По крайней мере те сущности, которые находятся в прямом контакте с Творцом, приобретают со временем некую несовершенную божественность…

Так не заложена ли Им Самим главная причина проблем с Черновиками миров? Ведь позволяя живым сущностям осознавать идею Бога, Он сам творит их самонадеянность…