Filatova
На осколках солнца

Table of Contents

На осколках солнца

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Эпилог

Annotation

Алина с матерью переезжает из Кировска в Петербург после загадочного увольнения матери. Ольга устраивается преподавать в элитной частной школе “Версаль”, куда по блату попадает и Алина. Там она сталкивается с миром денег, интриг и борьбы за власть. Быстро оказывается в центре внимания – особенно со стороны Марка, самого желанного парня школы.Но у каждого в этой школе – свои тайны, свои раны и скрытые мотивы.

На осколках солнца

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Эпилог

На осколках солнца

На осколках солнцаFilatova

Глава 1

Поезд тормозил с протяжным скрипом, словно жаловался на холод и усталость. За окном, как в старом фильме, текли серые улицы Петербурга, отражая в лужах желтый свет фонарей. Алина прижалась лбом к стеклу. Город казался чужим, огромным, пугающим. Он не звал – он ждал, как зверь, затаившийся в засаде.

– Выходим, – сухо сказала мать, поправляя пальто. – Не тормози Алина.

Она молча поднялась, накинула капюшон и взяла рюкзак. Чемодан, тяжелый и скрипучий, тащился за ней, оставляя за собой мокрую дорожку. Она не оглянулась. В Кировске больше ничего не держало – ни подруг, ни любви, ни планов, ни перспективы.

Ольга Соколова шагала вперед уверенно, почти военным шагом, словно не ехала из провинции, а возвращалась на поле битвы. Алина знала: мать ненавидит этот город, но приехала сюда ради нее. Или ради чего-то еще. О чём она пока молчит.

Они поселились в небольшой квартире на Васильевском острове – холодной, с облупленными батареями, но с видом на Неву. Алина сразу почувствовала себя неуютно – будто за стенами что-то шевелится, дышит. Петербург был живым, слишком живым.

– Завтра в школу, – сказала мать, разливая чай. – “Версаль”. Частная. Сложно будет, но ты справишься.Я в тебя верю.

– С чего ты взяла?

– Потому что ты моя дочь. Упрямая, как черт.

Алина усмехнулась и посмотрела в окно. Небо над городом было свинцовым. Никакого солнца.

***

Утром она стояла перед воротами школы.

“Версаль” больше напоминал музей – мрамор, колонны, охрана в форме. Рядом – роскошные машины и девчонки в пуховиках за сотни тысяч. Кто-то выложил айфон и начал снимать сторис, не замечая дождя. Алина почувствовала себя пришельцем с другого континента.

– Эй, ты куда прешь? – раздался голос за спиной.

Она обернулась.

Он стоял, засунув руки в карманы пуховика. Высокий, в черной бейсболке, с насмешкой в глазах цвета темного янтаря.

Марк.

Его лицо она видела раньше – на школьном сайте, на обложке школьной газеты, на фото в Инстаграме у местных девчонок. Сын владельца школы. Принц.

– Сюда вообще-то не всякий входит, – продолжил он. – Ты кто такая?

– Та, кто не станет с тобой разговаривать, – холодно ответила Алина и прошла мимо.

Он усмехнулся, смотря ей вслед. Ветер трепал её волосы, и в этот момент он подумал, что эта девчонка – точно не отсюда. И это ему понравилось.

Он не знал, что она перевернёт его жизнь. И разрушит то, что он так долго строил из лжи.

Глава 2

– Добро пожаловать в “Версаль”, – с дежурной улыбкой произнесла директор школы, строгая женщина с идеально уложенными волосами и маникюром, который стоил, наверное, как половина Алининой одежды.

– Ваша мама уже на рабочем месте. А тебя, Алина, я передаю Ирине Сергеевне, куратору одиннадцатого «А».

Ирина Сергеевна – молодая, стильная, в джинсовом пиджаке и с безупречно выпрямленными волосами – отвела взгляд от телефона и улыбнулась.

– Ну что, новичок, пойдем в бой?

Алина кивнула и пошла за ней по коридорам. Стены были украшены фотографиями выпускников, витринами с наградами и странным ощущением глянцевой холодности. Всё было красиво, стерильно, вылизано. Как будто внутри школы не должно быть ни боли, ни ошибок.

Когда дверь класса открылась, на неё уставились двадцать пар глаз.

– Ребята, знакомьтесь: Алина Соколова. Переехала к нам из Кировска. С сегодняшнего дня – с вами, – бодро произнесла Ирина Сергеевна и показала на свободное место у окна.

Алина прошла сквозь взгляды, полные интереса и снисхождения, и села, не сказав ни слова.

– Привет, я Лера, – прошептала девушка рядом, хищно улыбаясь. – Если хочешь выжить здесь, держись рядом со мной.

Алина кивнула вежливо, но внутри почувствовала: эта «Лера» – из тех, кто улыбается, только чтобы потом вонзить нож в спину.

После второго урока в кабинет ворвался Марк.

Без рюкзака, в белой рубашке с закатанными рукавами, будто сошёл со съёмок клипа. Он швырнул тетрадь на парту и небрежно сел. Все сразу оживились. Кто-то засмеялся, кто-то зашептался. Он проигнорировал всех – только на секунду задержал взгляд на Алине.

Она смотрела в окно.

– Ты что, обиделась с утра? – наклонился он к ней ближе. – Я же просто шутил.

– Ты говоришь с кем-то? – сухо спросила она, не отрывая взгляда от дождя за стеклом. – Я вроде не замечала.

– Колючая. Зачёт, – усмехнулся он и вернулся на место.

Лера резко повернулась к Алине.

– Ты с ним разговариваешь? – прошипела она. – Даже не думай.

– А кто он? Бог? – удивилась Алина.

– Почти. Его отец – директор сети частных школ. У него деньги, власть и армия фанаток. Я – одна из них. Имей в виду.

Алина повернулась к ней и холодно улыбнулась:

– Мне неинтересны мальчики, у которых вместо личности – папин счёт.

На перемене Марк шёл по коридору, его окружала компания друзей. Смех, шутки, лёгкий запах дорогого парфюма. Но глаза его постоянно искали одно лицо.

Он видел её у окна, в одиночестве, с книгой в руках. Она не пыталась понравиться, не бегала за ним, не лебезила. Это раздражало. И возбуждало.

– Кто она вообще такая? – буркнул Артём, друг Марка. Видно деревня точно вяжется с нашим кругом.

– А мне плевать, – ответил Марк, глядя в сторону Алины. – Знаешь, Артём, бывает – смотришь на человека и понимаешь: либо она сожжёт тебя, либо спасёт.

Он не знал, что у этой девчонки свои шрамы, свои демоны, и она не позволит ему легко войти в её мир.

Но уже было поздно – игра началась.

Глава 3

В этом лицее всё было не как у всех. С утра во двор подкатывали чёрные джипы с затемнёнными стёклами, белые «мерседесы», «порше» и даже один красный кабриолет, который все знали по номеру – дочь крупного застройщика. У охраны – гарнитуры в ушах, у водителей – строгие лица. Никто не бегал, не опаздывал. Здесь не принято было спешить. Здесь тебя ждали.

А люди.

Статус чувствовался не в форме, а в осанке. В том, как держат телефон – медленно, лениво, не боясь уронить. В том, как садятся за парту – с видом «я здесь не потому что должен, а потому что могу». Девушки с укладками как с обложки, ногти – идеальны до последнего мазка. Парни – в рубашках от брендов, с глазами, в которых слишком рано поселилось чувство вседозволенности.

В спортзале школы стоял запах резины, пота и амбиций. Алина, переодетая в простую черную форму, стояла у стены и разглядывала остальных: девчонки сделали макияж даже на физру, мальчики хвастались мышцами, будто собирались сниматься в рекламе кроссовок.

– У нас сегодня тесты: бег, прыжки, координация, – скомандовал преподаватель. – И, да… у нас пополнение. Соколова, покажи, на что способна. Марк, будешь с ней в паре.

Смех прошёлся по залу, как электричество. Марк прищурился, медленно встал.

– О, ну наконец-то. Хоть узнаем, умеешь ли ты что-то кроме сарказма.

– Не обольщайся, я не дам тебе выиграть, – ответила Алина.

Они соревновались в беге. Алина вбежала на финиш на пару секунд позже, но не выглядела уставшей. Она только посмотрела на Марка, будто специально давала ему выиграть.

– Не понравится тебе здесь, – сказал он, отдышавшись. – Тут едят таких, как ты, на завтрак.

– Хорошо, что я привыкла быть голодной, – ответила она, уходя в раздевалку.

После занятий она сидела на крыльце школы. Дождь только закончился, воздух был свежий, как после грозы. В руках – телефон, в наушниках – трек “IC3PEAK”. Её внутренний щит был поднят, сердце – закрыто.

– Здесь занято? – раздался рядом спокойный голос.

Она подняла глаза. Парень в сером худи, с умными глазами и чуть взъерошенными волосами смотрел на неё без вызова, без насмешки. Только с интересом.

– Не занято, – ответила Алина, делая шаг в сторону.

– Кирилл. Я из параллельного класса. Видел, как ты сделала Марку “психологический мат” на физре. Красиво. Ты молодец.

– Это было не сложно, – усмехнулась она. – Ты всегда такой наблюдательный?

– Только когда кто-то не похож на фон.

Они сидели в тишине. Это была тишина не неловкости, а принятия. Не требующая слов.

– Знаешь, – сказал Кирилл, – мне кажется, ты не боишься быть одна. Это редкость.

Алина посмотрела на него. Впервые за долгое время – по-настоящему. Она не знала, кто он. Но рядом с ним не нужно было притворяться.

– Я просто устала бояться.

Из окна машины за ними наблюдал Марк. Он ждал Леру, которая в это время красилась в школьном туалете, но его взгляд был прикован к Алине и Кириллу.

Его пальцы медленно сжались в кулак.

В этот момент Лера села в машину, улыбаясь:

– Прости, что заставила ждать. Поехали?

Марк включил зажигание, не ответив. Внутри у него начал зарождаться тот гнев, от которого обычно рушатся стены.

Глава 4

Алина вошла в здание неуверенно. Утро понедельника всегда было испытанием. Слишком шумно, слишком показно, слишком чуждо. Но она держалась – прямо, с книгами в руках и холодным взглядом. Она не носила брендов, но её заметно выделяла осанка. Её не встречали водители, но она шагала с достоинством.

Она толкнула дверь туалета и закрыла её за собой чуть сильнее, чем нужно. Пространство встретило её запахом свежего мыла, с тонкой примесью пудры, духов и чего-то стерильного. В зеркале – мягкий свет ламп, серо-белая плитка, идеально сложенные бумажные полотенца у раковины. Всё аккуратно. Безупречно. Как и должно быть в этом лицее.

Но внутри неё – было иначе.

– Ты думаешь, ты особенная? – Лера стояла перед зеркалом в туалете и не смотрела на Алину, но голос её был холоден, как лезвие.

– Приехала из своего Кировска, с грязным рюкзаком и гордостью, как будто это кого-то волнует?

Алина бросила бумажное полотенце в урну и повернулась к ней:

– А ты, видимо, привыкла, что все под тебя прогибаются. Прости, я из другого комплекта людей.

– И тем не менее ты дышишь моим воздухом, – Лера резко повернулась. – В этом классе всё на своих местах. Марк – мой. Ты здесь никто.

– Забавно, что ты говоришь это с таким отчаянием. Боишься?

– Я просто не люблю грязь в хрустале.

– Тогда не наливай себя туда.

Пауза. Взгляд Леры стал ледяным.

– Ты пожалеешь, что перешла мне дорогу, Соколова.

Алина только усмехнулась и вышла. Она не боялась таких, как Лера. Она боялась только того, что может потерять себя, если начнёт играть по их правилам.

****

Дома было тихо. За окнами вечер только начинал подсвечивать город неоном, а внутри – царила своя тишина: уставшая, полураздета после лицея, с запахом шампуня в ванной и глухим биением сердца – то ли от волнения, то ли от равнодушия.

Алина встала перед зеркалом – не чтобы впечатлить, а чтобы убедиться: ей самой в этом будет комфортно. Ни платьев, ни каблуков, ни мейка с ресницами до бровей. Не её стиль. Не её способ заявить о себе.

Чёрные джинсы – плотные, чуть зауженные, с высокой посадкой. Они сидели на ней идеально: подчёркивали талию, но не кричали. Не модные – уверенные. На ней. По фигуре. По настроению.

На плечи – кожаная куртка. Потёртая немного на локтях, с мягкими складками на сгибах – не новенькая, зато любимая. Она пахла дорогим шампунем, ветром и чуть-чуть – свободой.

Футболка – простая, белая, с едва заметным принтом.

Без каблуков. Только чёрные кеды – чистые, немного сбитые на носках. И в них было всё, что нужно: скорость, удобство, отказ притворяться.

Волосы – собраны в низкий хвост. Несколько прядей выбились у лица, и она не стала их прятать – пусть. Это – тоже часть её.

На губах – только бальзам. Глаза – чистые, уставшие, но не сломленные.

Она не старалась быть красивой. Она просто была собой. В этом и было всё.

Тем же вечером на школьной вечеринке в клубе «Baron» – престижном месте, куда учеников пускали по знакомству – Алина пришла одна.

Внутри – музыка, свет, люди в масках счастья.

Кирилл заметил её первым:

– Эй. Я думал, ты не появишься.

– Хотела посмотреть, как выглядит дорогая пустота, – ответила она, усмехнувшись. – И ты в ней, кстати, – единственное настоящее.

Кирилл смотрел на неё внимательно. Хотел что-то сказать – но не успел.

– Танцуешь? – Марк подошёл внезапно, как всегда. Он был в чёрной рубашке, волосы растрёпаны, в глазах – что-то тревожное. Не игра – шторм.

Алина посмотрела на него, потом на Кирилла.

– Нет, – сказала она.

– Это не просьба, – холодно ответил Марк и, не дожидаясь согласия, взял её за запястье и потянул на танцпол.

Музыка изменилась. Медленный ритм, хищный бит. Их тела оказались слишком близко, дыхания почти соприкасались. Его рука была горячей, взгляд – напряжённым.

– Почему ты избегаешь меня? – спросил он тихо. – Боишься?

– Я просто умею распознавать опасных людей.

– Тогда почему не уходишь?

Она хотела что-то сказать, но в этот момент кто-то сбоку пролил на неё бокал. Нарочно.

– Ой… Прости, – сладко прошептала Лера, стоя рядом, с бокалом мартини. – У тебя платье испортилось. А, нет… у тебя же его нет.

Марк резко обернулся, его взгляд вспыхнул.

– Ты совсем больная?

– Я защищаю своё, Марк. Или ты забыл?

– Я никому не принадлежу.

Он обернулся к Алине. Она уже шла к выходу. Молча. Без сцены. Без слов.

На улице дождь шёл стеной. Она шла по мостовой, не замечая ни холода, ни мокрой одежды.

Марк догнал её, схватил за плечо.

– Зачем ты здесь? – крикнул он под шум ливня. – Если ненавидишь нас всех?

Она повернулась к нему. Мокрые волосы прилипли к лицу. В глазах – огонь.

– Я не вас ненавижу. Я ненавижу то, кем вы себя сделали. Блестящие маски, пустые фразы. Ты – особенно. Ты же не такой.

Он сжал губы. В глазах мелькнуло что-то – боль? Вина?

– Уходи, Марк. Пока не стало хуже.

Он не пошёл за ней. Просто стоял. Молча. И впервые за долгое время чувствовал, как что-то внутри трещит.

Глава 5

День начался тихо. Алина вошла в класс первой. Села на своё место, открыла тетрадь и просто смотрела на страницу. Слова не складывались. После вечеринки внутри остался осадок – не от Леры. От Марка. От его взгляда под дождём. И от того, как сердце сжалось, когда он не пошёл за ней.

– Привет, – сел рядом Кирилл, поставив перед собой кофе в бумажном стакане. – Ты держишься, как будто только что вышла из бури.

– А если я в ней живу?

– Тогда мы с тобой похожи.

Она повернулась к нему. Он не смотрел на неё, просто наблюдал капли за окном. Его лицо было спокойным, но под этим спокойствием – сдерживаемая ярость, старая боль.

– Ты ведь встречался с ней, – вдруг сказала Алина. – С Лерой.

Он кивнул. Медленно.

– Давно. И не по-настоящему. Там не было любви. Только борьба за контроль.

– А теперь?

Он посмотрел ей прямо в глаза. Его взгляд был чистым. Таким, в который не хочется падать – страшно.

– А теперь я хочу тишины. И тебя.

Она ничего не ответила. Но задержала взгляд чуть дольше, чем нужно.

В это же утро Марк сидел в кабинете отца. Кабинет был строгим: деревянная отделка, массивный стол, запах дорогого табака. На стенах – фотографии, награды, газеты с заголовками «Империя Воронцова».

– Что это за девчонка? – спросил отец, не поднимая взгляда от бумаг. – Зачем ты лезешь в грязь?

– Это не твоё дело.

– Всё, что происходит в этой школе – моё дело. И ты – тоже.

Марк сжал кулаки. В этом кабинете он всегда чувствовал себя мальчиком, которого заставляют быть мужчиной.

– Я сам разберусь, что и с кем мне делать.

– Ты не понимаешь, Марк. Девушки вроде неё – без корней, без статуса, без защиты. Они опасны. Они могут разрушить всё, чего мы добивались годами. Они хотят красивой жизни за твой счет, чтобы вылезти из своего болота.

– А может, они – единственное настоящее, что есть среди всей этой фальши.

– Ты начинаешь звучать, как твоя глупая мать. И чем это закончилось – ты знаешь.

Марк резко встал. Глаза горели.

– Я не ты. И не буду тобой. Никогда.

Он вышел, захлопнув за собой дверь.

На следующей перемене Алина подошла к шкафчику. Внутри – ничего. Снаружи – приклеено фото. Её, сделанное тайно. С подписями фломастером:

“Деревня пришла. Кто уронит следующую чашу фарфора?”

“Кто с кем спит, чтобы быть в Версале?”

“Место для уборщицы – этажом ниже.”

Она стояла, не шевелясь. Кто-то проходил мимо и смеялся. Кто-то делал фото. Кто-то просто отводил глаза. Кирилл подбежал первым, оторвал фото, выбросил в урну.

– Это Лера. Я знаю. Её почерк.

– Пусть будет. – Алина вытерла ладонью исписанный маркером шкафчик. – Меня не убить дешёвыми трюками.

– Это не игра, Алин. Она пойдет дальше, ты её не знаешь.

Она посмотрела на него. В глазах – огонь.

– Тогда я пойду глубже.

Тем временем Лера наблюдала издалека, в отражении зеркала, в туалете на третьем этаже.

– А ты думала, что можешь войти в мой мир и остаться чистой? – прошептала она. – Увидим, сколько тебе нужно, чтобы сломаться.

Вечером Алина сидела у окна в своей комнате. За окном – снова дождь.

На телефоне – сообщение от Кирилла:

“Если захочешь – просто напиши. Я рядом.»

И – непрочитанное от Марка:

“Ты думаешь, что знаешь меня. Но ты даже не представляешь, что я прячу.”

Она выключила экран.

И впервые – заплакала.

Глава 6

Пятница началась с серого неба. Без дождя, но с той глухой пасмурностью, которая будто впитывается в кожу. Облака висели низко, как будто давили на город – лениво, тягуче, без обещания солнца. Воздух был влажный, прохладный, и даже чай с утра не казался горячим.

На улицах – сдержанный ритм: зонты кто-то нёс на всякий случай, капюшоны – привычно накинуты, лица – уставшие, как будто пятница не конец недели, а её последняя капля.

В лицее свет тускло бился через окна. Всё казалось медленнее обычного: звонки – длиннее, коридоры – тише, даже учителя говорили мягче, будто погода проникла внутрь. Шум голосов гасился стенами, смех звучал в полтона, а запахи – кофе, духов, мокрой одежды – смешивались в одном дыхании.

Урок литературы. Мёртвый воздух. Маяковский. Учительница зачитывает строки, но в классе никто не слушает. Все в ожидании – не учёбы. Скандала.

Марк пришёл позже всех. Молча, без привычной ухмылки. Его взгляд – тёмный, как ночь над Финским заливом. Он сел за парту, уставился в тетрадь. Никто не решался заговорить.

Алина почувствовала: в нём что-то на грани. Как хищник, затаившийся в зарослях.

Учительница вызвала его к доске:

– Марк, разберём, что автор имел в виду?

Он подошёл медленно. Открыл книгу. Прочитал строчку:

«А вы могли бы?..»

– Нет, – сказал он. – Не мог бы. Ни я, ни вы. Ни один человек в этом чёртовом классе.

– Что ты несёшь? – напряглась учительница.

– Мы все живём с масками. Враньё, понты, сторис. И никто не может сказать правду. Никто не может быть собой. Потому что тут, в этом «Версале», это смертельно.

– Марк, – вмешалась Лера, – заткнись. Ты ведёшь себя, как…

– Как кто, Лера? Как тот, кто тебе больше не принадлежит?

Класс затаил дыхание.

Марк резко повернулся к Алине:

– Ты. Ты хоть раз была собой? Или ты тоже просто хорошая актриса?

Алина встала. Спокойно, уверенно.

– Я всегда была собой. Даже когда мне больно. Особенно – когда больно.

– Тогда скажи это всем! – выкрикнул он. – Или тоже боишься?

– Я не боюсь. Но я не обязана устраивать шоу, как ты.

Он замолчал. Весь класс смотрел только на них двоих. Воздух был натянут, как струна.

Учительница едва выдавила:

– Сядьте оба. Сейчас же.

На перемене Лера догнала Алину в коридоре. В руках – телефон.

– Смотри, – сказала она с фальшивой лаской.

На экране – скриншоты. Монтаж. Фейковые переписки, будто Алина пишет кому-то из учителей, будто флиртует. Уже в анонимных чатах, уже в школьных сплетнях.

– Думаешь, это шутка? – Лера улыбалась, как акула. – Это только начало. Я могу разрушить тебя за три сторис.

Алина выхватила телефон, сжала его в руке.

– Ты жалкая. Думаешь, победишь меня через грязь?

– Это не игра в победу. Это игра в выживание. А ты – не отсюда. И не доживёшь до выпускного, если продолжишь дерзить.

– Зато не умру пустой, как ты, – прошептала Алина. – А знаешь, что самое страшное? Ты ведь даже не злая. Ты просто одинокая и жалкая. Умираешь от страха, что никто тебя не выберет по-настоящему.

На секунду Лера дернулась. Но тут же нацепила маску.

– Береги рот, провинция. Пока он тебе ещё нужен.

Позже, за школой, у заброшенного спортполя, Алина нашла Кирилла. Он курил, смотря в пустоту.

– Тебя ищут, – сказала она.

– Я искал тишину, – ответил он. – Но в этом городе её не осталось.

Они молчали. Потом он бросил окурок, повернулся к ней.

– А ты правда ничего не чувствуешь к Марку?

Она отвела взгляд. Медленно. Неуверенно.

– Нет. Он сложный. Как будто внутри него два человека. Один – тот, кто причинит боль. Второй – тот, кто спасёт. Я боюсь, что выберу не того.

Кирилл подошёл ближе. Осторожно взял её за руку.

– Я не буду с тобой играть. Ни в ревность, ни в конкуренцию. Но знай – я рядом. Даже если ты посмотришь в другую сторону.

Она сжала его руку. Сильно.

Но в голове всплывали слова Марка:

«Ты хоть раз была собой?..»

Тем временем Марк сидел в машине. Отец снова звонил. Он не отвечал. В бардачке – письмо от матери. Старое. Он читал его раз в год.

Сегодня – второй.

«Сын, ты живой. В этом мире много лжи, но твоя правда – внутри. Если ты будешь искать любовь – найди ту, которая не сломает тебя, а соберёт. Даже если для этого тебе придётся потеряться. Не делай моих ошибок»

Он закрыл глаза.

Он уже терялся.

В ней.

Глава 7

Выходные пролетели, как всегда – слишком быстро и слишком тихо. Казалось, только вчера она закрывала за собой дверь в пятницу вечером, сбрасывая с плеч тревоги и расписание. А уже – понедельник. Будильник снова звенит раньше, чем организм готов к реальности. Снова кофе наспех, холодный пол под ногами и пальто, которое почему-то всегда теряется в шкафу именно утром.

Погода подыгрывала настроению: не дождь, не солнце – что-то серое, невнятное, как фон, написанный левой рукой. Небо – мутное, будто кто-то разлил молоко по стеклу. Ветер – не холодный, но липкий, цепляющийся за волосы и капюшон. Всё будто сдерживало дыхание, не торопясь начинать неделю.

Утренний город шумел – не радостно, а по инерции. Люди шли быстро, в наушниках, с усталыми лицами, с привычными маршрутами. Никто не улыбался. И никто не удивлялся – это же понедельник.

В лицее пахло бумагой, мятой тканью и парфюмом, который кто-то явно переборщил с утра. В раздевалке – ворчание, зевота, запоздалые «ты сделала домашку?», кто-то сбивался в кучу у зеркала, кто-то пытался зарядить телефон прямо у входа. Весь день был в этом: суета без смысла, шум без цели, разговоры, которые сливались в фоновый гул.

В школьном чате «Elite 11» появилось видео. Монтаж. Алина – будто бы в компании с каким-то взрослым мужчиной, с двусмысленным голосом за кадром. Слова, вырванные из контекста. Заставка: “Твоя школьница. Твоя проблема.”

Подпись: “Соколова. Версаль не прощает.”

По классам уже шли скрины. Кто-то ржал. Кто-то отводил глаза. Кто-то снимал в сторис «реакции».

Алина вошла в школу, как в клетку со львами. У неё не дрожала спина. Но руки – сжимались до боли.

Она дошла до своего шкафчика. На нём было нарисовано краской:

“Проститутка.”

Кирилл был рядом через секунду. Он снял куртку, закрыл надпись.

– Пошли отсюда.

– Нет, – ответила она. – Я пришла – значит, я останусь.

Она вошла в класс. Села на своё место. Все замолкли.

– Молчи, молчи, – прошептала Лера сзади. – Упадёшь громче.

На учительском собрании обсуждали только одно: «девочку из провинции».

– Родители Марка Воронцова требуют отчисления, – сказала завуч. – Скандал может ударить по спонсорам.

– Но это видео – фейк, – вставил молодой учитель. – Это можно доказать.

– Мы не можем рисковать репутацией, – сухо ответили. – Возможно, перевести её в другую школу.

Тем временем Марк ворвался в кабинет отца.

– Это твоих рук дело? Скажи это ты сделал?

– Я защищаю твоё будущее.

– Нет. Ты просто травишь тех, кто тебе не подчиняется.

– Эта девочка – катастрофа. Ты не видишь? Она навредит тебе.

– Она – единственная, кто не боится смотреть мне в глаза. А ты боишься даже сам на себя посмотреть.

Отец встал. Его лицо потемнело.

– В этом мире, Марк, побеждают не те, кто прав. А те, кто умнее.

– Тогда я выберу быть настоящим. Даже если проиграю.

Марк вышел, хлопнув дверью. Впервые не для шоу, а из ярости.

На перемене он нашёл Алину в библиотеке. Она сидела между стеллажей, закрыв лицо книгой. Не плакала. Но глаза были стеклянные.

– Я знаю, что это Лера. Я найду, кто сливал фейки, – сказал он.

– Зачем ты пришёл? – тихо.

– Потому что я устал молчать.

Он сел рядом.

– Я боюсь, Марк. Не Леры. А того, что начну верить им. Что начну видеть в себе то, что они говорят.

– Не смей. Ты – сильнее их. Ты – свет, даже если сейчас всё тьма.

Она посмотрела на него.

И впервые – не отстранилась, когда он взял её руку.

– Ты сам не боишься?

– Бояться – нормально. Предавать себя – нет.

Кирилл видел их издалека.

Он стоял, сжав рюкзак в руках.

Он знал, что уходит.

Не потому что слабый.

А потому что понял: между ними искра, которая сожжёт всё.

И он не хотел быть тем, кто будет стоять под этим огнём.

Алина пришла домой. Молчала. Села перед зеркалом.

На телефоне – уведомление:

«Повестка. Заседание родительского комитета. Рассмотрение вопроса отчисления.»

Она посмотрела на себя в отражении.

– Ты же не для того выжила… чтобы сломаться сейчас, – прошептала.

И достала камеру. Включила «прямой эфир».

– Меня зовут Алина Соколова. Я не из Версаля. Я не из «высших». Но я – человек. И если вы решили разрушить меня, вам придётся сделать это на глазах у всех.

Потому что я не буду молчать.

Экран засветился лайками. Комментарии шли потоком.

В эту ночь тишина ушла из города.

Глава 8

На следующий день школа встретила Алину по-другому.

Не потому что простили.

А потому что запомнили.

Её прямой эфир посмотрели десятки тысяч. Видео расходилось по пабликам, блогерам, родителям, одноклассникам.

В комментариях – половина злоба. Половина – восхищение.

А главное – никто больше не молчал.

В класс она вошла с высоко поднятой головой.

Лера сидела на первом ряду, с телефоном в руке.

В этот раз – она не улыбалась.

– Придумала новый спектакль? – прошипела она, когда Алина прошла мимо.

– Нет. Просто научилась говорить правду.

В коридорах теперь шептались уже не о ней, а о Лере.

– Это она вбросила фейки?

– Серьёзно?

– Если правда… жесть.

На перемене Алину остановила незнакомая девочка с первого курса:

– Соколова? Я просто… Спасибо. За вчера. Я не знала, что так можно. Говорить вслух. И не бояться.

Алина улыбнулась.

И впервые за долгое время – без боли.

После уроков в актовом зале – родительское собрание.

Алина сидела в первом ряду. Позади – родители Леры. Её мать с ледяным лицом, отец – влиятельный бизнесмен. А рядом с ними – отец Марка.

– Соколова выставила себя в публичное поле, – начал завуч. – И если школа не отреагирует, это будет расценено как попустительство…

– Это вы расцениваете, – вдруг раздался голос.

Из дверей вошёл Марк.

В чёрной куртке, с открытым лицом. В руках – ноутбук.

– Я собрал логи доступа. IP-адреса. Источники фейков.

Всё ведёт к одному аккаунту.

И он создан с телефона Леры Громовой.

В зале – тишина.

Затем – вздохи, шорох, вспышки телефонов.

Лера побледнела. Мать схватила её за руку.

– Это ложь! – прошипела женщина. – Фальсификация!

– Хотите вызвать IT-эксперта? Я только за, – Марк пожал плечами. – И ещё.

Если вы выгоните Алину, то сначала выгоните меня.

Я отказываюсь учиться в месте, где правда – преступление.

После собрания – хаос. Родители спорили. Завуч – в панике. Учителя – в ступоре.

Алина вышла на улицу. Стояла у крыльца, когда он подошёл.

– Ты сжёг всё, – сказала она.

– Только потому, что ты научила меня, как гореть по-настоящему.

Они стояли в полумраке.

Она не отстранилась, когда он взял её за руку.

Она не плакала.

Лера сидела в пустом классе.

В руке – телефон.

Ни одного сообщения. Ни одной поддержки.

Всё, что она строила, трещало по швам.

– Вы хотите стать героиней, Соколова? – прошептала она в пустоту. – Хорошо.

Но у любой героини должна быть своя трагедия.

И она уже знала, какой будет следующая атака.

Глава 9

Прошла неделя, но ощущение собрания всё ещё висело в воздухе, будто кто-то забыл закрыть окно, и сквозняк не даёт теплу вернуться.

Погода за неделю не изменилась – всё та же пасмурность, будто даже небо зависло между решением «оставить» и «вычеркнуть». Каждый день был одинаковым: серое утро, натянутая учёба, затяжные взгляды, тишина в гардеробе и пересохшее горло в кабинете директора, где она всё ещё не решалась войти снова.

Алина держалась – но у каждой стены есть трещина.

В классе – тишина перед бурей. После истории с разоблачением Леры школа будто затаила дыхание. Учителя смотрели на Алину уже иначе. Кто-то – с уважением. Кто-то – с раздражением. Но не как на грязь, как раньше.

Лера исчезла на два дня.

А на третий – вернулась.

В чёрном.

Холодная. Собранная. Словно ничего не произошло.

– Привет, звезда. Как успехи в тик токе? – бросила она, проходя мимо Алины.

Улыбка – мёртвая.

Тем временем, в квартире, где Алина жила с матерью, всё было перевёрнуто с ног на голову.

Дверь – взломана грубо, без попыток скрыть следы. Замок вырван, куски металла валялись на коврике в коридоре, будто это не вход в дом, а проход на черновую стройку. Воздух внутри – тяжёлый, будто пропитан чужим запахом: резким, пыльным, тревожным.

Полки – открыты, шкафы – вывернуты. Одежда сброшена комьями, бельё валяется под ногами, ящики стола выдраны и брошены на пол. Зеркало в прихожей треснуло по диагонали, отражая чужую жестокость кривыми бликами. Вся эта комната, где раньше жило что-то тёплое, теперь дышала страхом.

Алина пришла домой позже обычного.

Открыла дверь – и остановилась.

В коридоре – мама.

Бледная. Рядом – участковый.

– Искали документы. Сказали, проверка из отдела образования. Что-то насчёт поддельной прописки и фиктивного перевода в гимназию…

Алина побледнела.

– Это Лера. Она… Она пошла дальше.

Участковый отвернулся.

– Не обвиняй без доказательств. Но кто-то влиятельный очень хочет, чтобы вы уехали обратно.

На следующее утро Алина не пришла в школу.

Сидела на лавочке во дворе.

В руках – старое фото. Ей 6. Один глаз подбит. Но она – улыбается.

– Ты сильная, – прозвучал голос.

Кирилл.

Он стоял рядом. У него была новая куртка, под глазами – круги.

– Я уезжал. Думал, что, если исчезну, тебе станет легче. А стало только хуже.

Она молчала.

– Я вернулся, потому что узнал. Лера подключила отца. Он работает в управлении образованием. Они хотят отозвать твоё заявление. Без прописки ты не сможешь остаться здесь.

– И что мне делать?

– Бороться. Но не одной.

– Марк знает?

– Ещё нет. Но он ищет. Он в своём доме переворачивает архивы – я серьёзно.

Тем временем Марк сидел в подвале родового особняка.

На коленях – ящик с письмами.

Он искал документ, который докажет, что семья его матери владела частью здания, где живёт Алина с матерью. Если это подтвердится – их смогут прописать «законно».

Отец спустился через час.

– Опять ты играешь в мамины сказки?

– Это не сказки. Это люди. Их нельзя просто вычеркивать из жизни, как ты.

– Она сломает тебя, Марк.

– Нет. Она собирает. Того, кем я должен был быть. Того в кого мама верила.

Вечером Марк пришёл к Алине.

В его руках – конверт.

– Нашёл.

– Что это?

– Завещание. Старая запись, по которой твой дом числился как «условно принадлежавший» бабушке моей матери. Это старое, не юридически железное, но если подать в суд – можно протянуть время. Оспорить решение.

Она села.

– Ты… ты правда копался в архивах из-за меня?

– Не только.

Он сел рядом.

– Я вспомнил запах её духов, пока перебирал письма. И понял…

Ты такая же, как она. Сильная. Слишком сильная для этого города.

Я не могу потерять ещё одну такую.

Она повернулась.

И в этот момент – по-настоящему поцеловала его.

Без страха.

На крыше школы Лера сидела на карнизе.

В руках – разбитый экран.

Комментарий под старым постом Алины:

“Вот кто должна была быть лицом школы.”

Она зажала губы.

– Хорошо, Соколова. Ты выиграла этот раунд.

Но я всё ещё знаю, куда ты не хочешь, чтобы смотрели.

И она уже знала, куда ударить.

Глава 10

Очередное утро выдалось хмурым, словно отражая настроение Алины. Она сидела на кухне, кружка с холодным чаем в руках, а мысли бились в голове, как в ловушке.

Марк и Кирилл пришли к ней накануне вечером. В их глазах горела решимость, но и тревога – словно они чувствовали, что надвигается шторм, который изменит всё.

Алина провела весь день дома. И не заметила, как он прошёл.

Время будто рассыпалось. Она полежала. Полистала что-то в телефоне. Посмотрела в потолок. Переоделась, не думая. Приготовила себе что-то простое – макароны или рис, даже не запомнила. И снова тишина. Снова комната. Снова ничего.

В школе Лера готовила свой следующий ход. Её цель – то, что могло разрушить Алину с корнями: тайна, спрятанная в глубине её прошлого.

Однажды вечером на телефон Алины пришло анонимное сообщение:

«Знаешь ли ты, что твоя мать не была той, за кого себя выдавала? Что твое настоящая фамилия -не Соколова? Твой род – не из Москвы, а из маленького городка под Владимиром. И твоя семья… скрывала страшную правду.»

Сердце ёкнуло.

Она не могла поверить. Что это значит? Почему никто не говорил ей об этом? Почему Марк и Кирилл ничего не знают.

На уроке истории учитель задал тему для эссе – “Семейные тайны и их влияние на нашу личность”. Алина почувствовала, как на неё смотрят. Понимали, что она не просто так стала жертвой травли.

***

Вечером Марк пришёл с распечатками – найденными архивами.

– Смотри, – сказал он. – Есть упоминания о твоей матери под другим именем. Другом городе. Даже другой семье.

Алина почувствовала, как земля уходит из-под ног.

– Значит, Лера не просто так это узнала… Значит, она хочет не только уничтожить меня, но и стереть всё, что я знаю о себе.

Тем временем Кирилл нашёл старую знакомую мамы Алины – женщину из их городка.

– Ваша мама скрывала многое, – призналась она. – Не из страха, а из любви. Чтобы защитить вас. Но прошлое – оно не отпускает так просто.

Школа снова на взводе. Начались слухи, пересуды. Алина стала изгоем – не только из-за травли, но и из-за неизвестности.

Однако Марк и Кирилл не отступали.

– Мы с тобой до конца, – обещали они.

И Алина поняла – настоящая борьба только начинается.

Глава 11

Всю ночь Алина не могла уснуть.

Сначала – просто лежала с закрытыми глазами, прислушиваясь к тишине. Потом – открыла их и уставилась в потолок, где отражался тусклый свет с улицы. Он ложился на стены полосами, будто нарочно подчеркивая – ночь наступила, но покой не пришёл.

В комнате было душно, хотя окно приоткрыто. Воздух стоял, как и её мысли – тяжёлые, вязкие, не дающие пройти ни одной секунде спокойно. Она перекладывалась с боку на бок, поправляла одеяло, потом сбрасывала его вовсе, но это не помогало. Тело хотело сна. Голова – нет.

Внутри – протест. Немой, но сильный. Всё, что происходило последние дни, казалось сюрреализмом.

Было ощущение, будто кто-то выдернул её из привычной реальности и бросил в чужую историю

На следующий день Алина, Марк и Кирилл встретились в небольшом кафе в центре города. Там было тихо – идеально, чтобы обсудить всё, что накопилось.

– Нужно разобраться с прошлым, – начал Марк, – иначе Лера будет играть этим бесконечно.

– И если правда всплывёт, – добавил Кирилл, – то кто знает, как люди отреагируют. Могут сломать не только тебя, но и твоих близких.

Алина вздохнула.

– Мне страшно, но больше я не могу скрывать ничего от вас.

Она достала из сумки папку с документами, письмами, фотографиями – всем, что удалось найти за последние дни.

– Это моя история, – сказала она. – Но она вовсе не такая, какой я думала.

Тем временем Лера получила новую порцию доказательств – откуда-то достала письма и фото, которые могли перевернуть всё.

Она уже планировала публично выложить компромат, который подорвёт доверие к Алине и её семье окончательно.

– Если я не могу её победить честно, – прошептала она, – я сделаю так, чтобы никто больше не поверил в неё.

В школе стало напряжённо. Учителя начали вести себя осторожнее, родители взволнованы, а ученики – словно на грани бойни.

Алина почувствовала, что у неё появляется настоящая поддержка – Марк и Кирилл не просто рядом, они стали её опорой и силой.

– Вместе мы – сила, – сказал Марк. – И даже если нас хотят сломать, мы не дадим им этого.

Алина посмотрела в его глаза и впервые почувствовала, что может доверять кому-то полностью.

Вечером, после долгого дня, трое друзей вышли на улицу. Город погружался в сумерки, но где-то вдалеке уже начинало светать – словно обещание, что после любой ночи наступает рассвет.

Глава 12

Прошло несколько дней, и в школе началось настоящее противостояние. Лера решила действовать максимально жёстко – она не собиралась терять контроль.

Однажды утром в школьном холле появились анонимные листовки. На них – фотографии Алины с подписями, намекающими на прошлое и якобы нечистые связи её семьи.

– “Кто она на самом деле?”

– “Что скрывают её родители?”

– “Можно ли доверять такой ученице?”

Листы развевались в ветре, словно призывая к новой волне травли.

Алина увидела это, когда шла в школу. Сердце сжалось, но рядом были Марк и Кирилл.

– Не обращай внимания, – сказал Марк. – Они играют грязно, но мы знаем правду.

– Я устала от этой игры, – призналась Алина. – Хочу, чтобы всё было просто. И чтобы всё закончилось.

– Просто – это когда мы вместе, – улыбнулся Кирилл.

В тот же день Лера устроила неожиданный выпад в сторону Марка: на собрании старшеклассников она раскрыла детали из его семейного прошлого, пытаясь подорвать его авторитет.

– Видите, – сказала она холодно, – не только Алина прячет тайны. У каждого из нас есть что-то, что хочется скрыть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.