По кровавому пути эскортницы
Опергруппа, на выезд!
Фил Александров

Все события, место действия, имена и персонажи в произведении вымышлены, любые совпадения с реальными людьми случайны

© Фил Александров, 2025

ISBN 978-5-0067-2209-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Ночь. Маша сидит в комнате на деревянном стуле напротив старого большого зеркала. Рама с вычурной резьбой поблёскивает в темноте лакированными узорами на дереве, отражая свет одинокой лампочки. Внизу светло-коричневый деревянный пол. Доски кажутся длинными, бескрайними, их будто поглощает темнота.

Зеркало и стул – вот и весь интерьер. Людей нет, Маша одна. В комнате полнейшая тишина и сильно пахнет сыростью, а на девушке только старая белая ночнушка. Такого же бледного цвета и замерзающие ноги – Маша босиком. Позади девушки внезапно появляется тётя Лида. Она в такой же одежде, как и племянница. Женщина подходит к Маше тихо, медленно. Девушка видит её отражение в зеркале, но не оборачивается. Вдруг замечает: у тёти в руках расчёска, она приглаживает ею Машины волосы, приговаривая:

– Какая ты красавица у нас! Не бойся, всё будет у тебя хорошо. Тебе не будет больно. Не переживай.

– О чём ты, тётя Лида? Как ты тут оказалась? – удивлённо спрашивает Маша. – Ты же умерла… Ты же разбилась на машине! Погибла в аварии десять лет назад. Почему ты здесь? Зачем со мною, вообще, разговариваешь сейчас?

Внезапно картинка перед Машиными глазами меняется. Теперь это не тёмная комната – на небе ярко светит солнце. Она совсем маленькая и сидит верхом на чёрной лошади, дедушка Василий идёт рядом и ведёт лошадь за поводья. Они не спеша прогуливаются по земляной дороге вдоль большого чистого поля. У дороги не видно конца – впереди только горизонт. Дед не говорит ни слова. И Маша вспоминает: деда тоже нет в живых, он умер пять лет назад. Перед глазами мелькает очередной кадр: чемодан, билеты на самолёт – она собирается в путешествие.

Страница снова перелистывается – и Маша уже в одиночестве переправляется на деревянной лодке через реку. Вокруг темно, но воду видно. Река очень мутная, на берегу слева и справа сидят большие чёрные вороны и оглашают карканьем окружающую пустоту.

От увиденного по спине девушки пробегает холод, затем Машу бросает в сильный жар… Она пытается громко закричать, но не может. Не может кричать. Не может проснуться.

                                        * * *

Маша резко проснулась и открыла глаза. Сразу взглянула на часы: семь утра. «Слава богу, – подумала она, – это лишь сон. Чертовщина какая-то! Никогда дедушка и тётя не приходили ко мне во сне».

Девушка окунулась в воспоминания. Люберцы, где она жила, любимая бабушка… Ей так сильно захотелось обнять отца, маму, почувствовать их тепло, родительскую ласку, заботу! Оказаться в крепких и надёжных объятиях отца, прижаться к нему, почувствовать себя защищённой. Ощутить тёплые и нежные руки бабушки, побыть у неё дома, в атмосфере добра и спокойствия.

Но сделать это невозможно. Бабушка, мама и папа живут далеко, поэтому быстро увидеться не получится. Маша почувствовала себя одиноко и тоскливо в своей двухкомнатной квартире, где, кроме девушки, не было никого. В душе поднималась тревога. Правда, её причину молодая москвичка так и не поняла. Откинув одеяло, Маша встала и отправилась в ванную.

Ополоснув лицо, взглянула в зеркало. На Машу смотрела молодая ухоженная блондинка. Про таких говорят: «с модельной внешностью». Мужчины часто засматривались на девушку. Маша привыкла тщательно следить за своим здоровьем и красотой, поэтому регулярно посещала спортивный зал, оздоровительные центры и не жалела денег на дорогих пластических хирургов.

Умывшись и приняв контрастный душ, она немного успокоилась. Поставила вариться кофе. Взгляд упал на журнальный столик. Там лежал билет на самолёт. Как во сне. Завтра, 26 августа, вечером она полетит в командировку в Анталью – популярный пляжный курорт и самый крупный город на средиземноморском побережье Турции. Лететь придётся одной.

Однако Маша планировала в Антальи не только работать, но и хорошо отдыхать. Сделав несколько глотков крепкого кофе, девушка постепенно пришла в себя. Маша вдруг поняла, что находится в реальности, а не во сне, но, чтобы окончательно в это поверить, решила заняться чем-нибудь: например вытащить чемодан и собрать вещи в поездку.

Настроение постепенно улучшалось. Представив, что завтра она уже будет лежать на пляже, нежиться на солнышке возле моря, отдыхать и ждать деловую встречу с прекрасным человеком – бизнес-партнёром её шефа, владеющего туристической фирмой.

В одиннадцать зазвонил мобильник. На дисплее отразилось имя Севы. Маша обрадовалась.

– Привет, красотка! – прозвучало в трубке. – Давно не виделись. Очень соскучился! Хочу встретиться!

– Привет. А когда? – заинтересовалась девушка.

– Сегодня, – моментально откликнулся мужчина.

– Вообще-то, я завтра улетаю в Турцию, мне нужно собираться, – задумчиво произнесла Маша.

– А во сколько у тебя самолёт? – уточнил собеседник.

– В двадцать три тридцать вылетаю, – последовал непринуждённый ответ.

– Это же завтра! Сегодня давай отдохнём, приглашаю тебя в ресторан. Ты же знаешь, со мной скучно не бывает, отблагодарю от души. Скучаю по тебе, – голос Севы зазвучал умоляюще. – А завтра спокойно полетишь, времени собраться хватит. Не в первый же раз летишь.

И Маша, улыбнувшись, согласилась приехать. Сева пообещал перезвонить в семь вечера и уточнить время – встретиться в ресторане договорились в десять.

Примерно через час после разговора с Севой Марии снова позвонили. Теперь по WhatsApp¹. Взглянув на дисплей телефона, девушка поморщилась и нахмурилась. «Опять он… Надоел уже!» – подумала Маша, но вызов приняла.

– Здравствуй, Мария. – С экрана улыбался молодой мужчина.

– Привет. – Машин ответ прозвучал несколько официально.

– Давно не общались: уже неделю, наверное, не созванивались, не встречались, – мужчина, не смутившись, продолжил беседу.

– Я не считала дни. Зачем мне это надо? – засмеялась Мария.

– Как дела? Может, встретимся сегодня?

– Не могу, я сегодня уже занята, так что ты опоздал, – чуть позлорадствовала девушка. – Я же говорила тебе, что между нами ничего не будет, никаких отношений! Для чего эти встречи?

– Ладно, – нехотя кивнул её собеседник. – Раз уж встретиться не получится, у меня для тебя есть кое-какой подарок. Помнишь, мы раньше с тобою о нём разговаривали? Он для твоего здоровья. Товар пришёл из Европы. Хочу тебе его отдать. Бесплатно. Может быть, получится сегодня тебе его передать? Я могу уехать из города надолго.

Маша согласилась, но с условием, что несостоявшийся любовник довезёт её до ресторана, где она планировала встретиться с Севой. Мужчина радостно кивнул.

«Что ж, до приезда этого ухажёра ещё куча времени. Можно убраться», – подумала Маша и взялась за пылесос.

Она навела порядок перед поездкой. Приняла ванну. Хорошо выспалась и отдохнула. К вечеру Маша вызывающе накрасилась: её выбор пал на алую помаду. Она надела короткое красное платье, чёрные колготки в сетку, чёрные туфли на высоких каблуках. В двадцать один тридцать ей пришло сообщение в WhatsApp², Маша его прочитала, взяла сумочку, телефон, вышла из квартиры и отправилась за подарком, а затем на свидание в ресторан.

                                        * * *

Пенсионер Олег Иванович Левицкий любил гулять в лесу, который находился в трёх километрах от его дома. Подышать свежим воздухом, отдохнуть и расслабиться, погреть стареющие косточки на августовском солнышке, отвлечься от быта, от говорливой супруги Маргариты Юрьевны – что может быть лучше такого утра? Да и кардиолог рекомендовал мужчине ежедневные пешие прогулки не менее часа в день.

Обычно на прогулку Олег Иванович выходил в девять утра, доходил до опушки и углублялся в лес, подальше от людей. Гулял не один: брал с собой любимую собаку – немецкую овчарку по кличке Джекки. Так было и в этот раз.

Утренний лес встретил Олега Ивановича предосенним туманом и свежими запахами. Высокие сосны и ели завораживали своей красотою, а аромат древесной коры, смешанный с запахом влажной земли, смолы и травы, успокаивал. Вдыхая эту вкусную древесно-травянистую смесь запахов, мужчина оглянулся. Он увидел капли ежевики под густыми кустами, пушистый подлесок, в котором спрятался мох и лишайники… Услышал лёгкий шёпот ветра и поскрипывание веток… Лес только просыпался.

От любования природой и лесных запахов на душе у Олега Ивановича стало ещё лучше! Мужчина наслаждался спокойной прогулкой. Он отпустил Джекки с паводка, и собака, почувствовав свободу, радостно носилась по лесу.

Пенсионер гулял по протоптанным тропинкам уже час. Несмотря на деревья, вдаль он видел хорошо – в лесу не было густых зарослей и кустарников. Вдруг Олег Иванович заметил, как Джекки резко остановился у дерева, рядом с которым лежали в беспорядке ветки, листья, подсохшая трава. Овчарка громко залаяла, заскулила и начала рыть лапами землю рядом с кучей валежника.

– Джекки, Джекки, что с тобой, что случилось?! – закричал Олег Иванович.

Собака стремительно подбежала к Олегу Ивановичу, потом вновь к дереву и куче сучьев и снова залаяла. Пенсионера заинтересовало и немного насторожило такое поведение Джекки. Он подумал: может быть, пёс учуял какого-нибудь зверя?

Мужчина подошёл к вороху веток и увидел, что под сучьями что-то лежит. Олег Иванович откинул несколько веток в сторону и замер. Сердце ушло в пятки. Во рту внезапно всё пересохло, ноги ослабли и стали ватными. Из-под кучи лесного мусора торчали ноги в чёрных сетчатых колготках и чёрных туфлях с высоким каблуком-шпилькой. Мужчина откинул ещё несколько веток в сторону, и по его спине пробежал холод. Перед ним лицом вниз лежало мёртвое тело, судя по всему, молодой женщины. Кроме колготок и обуви, на ней не было ничего. Зато потёков и следов крови на обнажённой части было в достатке.

Олег Иванович успел разглядеть синие пятна на теле прежде, чем оцепенел. Ладони мужчины вспотели, а к лицу прилила кровь – он раскраснелся. Пенсионер почувствовал, что у него подскочило давление и закружилась голова; Олега Ивановича затрясло, к горлу подкатила тошнота. Мужчина отчётливо понял: перед ним труп, и, учитывая место и обстоятельства, при которых он обнаружил тело, девушка явно умерла не своей смертью.

Олег Иванович не был связан с криминальным миром – мужчина был добропорядочным человеком, не злоупотреблял алкоголем, никогда не привлекался к уголовной ответственности, не имел судимости, да и, вообще, нечасто видел мёртвых людей. Пенсионер всю жизнь добросовестно отработал учителем русского языка и литературы в общеобразовательной школе, поэтому лежащий перед ним труп стал для него настоящим потрясением.

Кое-как собрав в кучу хаотичные мысли, Левицкий понял, что влип в очень неприятную историю, и теперь на старости лет его, как первого человека, который обнаружил тело, затаскают менты. Начнут проводить свои бесконечные опросы, допросы, выяснять у него, как он шёл по этому лесу, почему выбрал этот маршрут, что видел, как обнаружил мёртвую женщину… Мужчине этого очень не хотелось, не хотел он ни с кем связываться.

Левицкий стоял в замешательстве и без всяких наводящих ментовских вопросов размышлял о том, что его надоумило пойти именно в эту часть леса сегодня и почему именно он, а не кто-нибудь другой нашёл этот злополучный труп, почему именно он оказался в такой обстановке, что обычная лесная прогулка обернулась ужасом. Олег Иванович выматерился, что делал в своей жизни крайне редко – всё-таки филолог, и стал размышлять, как ему поступить в этой непростой ситуации. Может быть, ему просто взять и уйти? Уйти и забыть? Не вспоминать об этом. Выпить водки, уснуть и потом думать, что всё просто приснилось, что это страшный, ужасный сон, что это произошло не с ним, а с кем-то другим.

Олег Иванович стоял и смотрел на собаку, которая крутилась возле него. Стоял и думал, думал, думал… О том, что его замучает совесть, так как уйти и забыть – не в его натуре так поступать. О том, что если он оставил какие-то следы здесь, потом на него упадёт подозрение. Его одолевали разные чувства: испуг, трусость, слабость, но гражданская ответственность и внутренняя порядочность всё-таки перевесили. Старик достал свой мобильный телефон и набрал номер своего сына Леонида, работавшего инженером на металлургическом заводе.

– Лёня! Тут такая ситуация, я, я, я в лесу, недалеко от нашего дома, я нашёл тр-тр-труп, – заикаясь, сказал Олег Иванович. Сын поспешил успокоить отца:

– Звони в милицию, набирай 112, без вариантов, папа. Пусть приезжают и разбираются сотрудники. Не надо уходить с этого места. Где ты находишься? Как там оказался?

– Пошёл прогуляться, недалеко от дома. Джекки нашёл кучу, закиданную ветками, стал лаять. Я поднял ветки, там девчонка лежит мёртвая, молодая, голая, вся в крови, из одежды колготки только и туфли. Больше ничего.

– Звони, папа, звони быстрее, я прямо сейчас не могу приехать к тебе. Приеду обязательно, но позже.

Олег Иванович внял совету сыну и через секунду набрал со своего сотового телефона 112. На другом конце провода мужчине ответил оперативный дежурный РОВД. Представился Шутеевым и стал расспрашивать об ужасной находке. Олег Иванович обо всём рассказал.

                                        * * *

26 августа 2023 года, Московская область. Сотрудник дежурной части районного отдела МВД России Шутеев зафиксировал в журнале сообщение об обнаружении тела неизвестной девушки. Её нашли в лесопосадках Лосиного острова на расстоянии трёх километров от жилого квартала.

«Одежда на теле полностью отсутствует, за исключением одетых на ноги чёрных в сетку капроновых колготок. Сообщение поступило от местного жителя Левицкого Олега Ивановича. На место происшествия выехала следственно-оперативная группа в полном составе», – записал в книге учёта сообщений и преступлений седовласый капитан.

                                        * * *

Олег Шутеев, как только услышал фразу «мёртвая девушка», понял: отработать смену спокойно не удастся. По опыту своей милицейской службы, дежурный, который раньше трудился участковым инспектором, знал: спрятанный в лесу и закиданный ветками труп в крови – однозначно криминал. Придётся звонить начальству, докладывать, печатать расширенную справку о происшествии в главное управление МВД региона. Рабочий телефон сегодня просто раскалится от звонков.

Вздохнув после беседы с Левицким, Шутеев первым делом позвонил начальнику РОВД полковнику полиции Березину:

– Роман Иванович, здравия желаю! Тут у нас сообщение по телефону поступило: обнаружен труп женщины.

– Где именно обнаружен? – не здороваясь, сразу спросил Березин.

– В лесу на Лосином острове. В крови, закиданный ветками, на расстоянии примерно три километра от жилого квартала, – отрапортовал Шутеев.

– Кто нашёл? Известно что-нибудь о женщине?

– Обнаружил пожилой мужчина случайно; говорит, что гулял по лесу с собакой, которая подбежала к куче с ветками и листьями, начала лаять и скулить возле кучи. Он подошёл ближе, заметил тело, сразу позвонил на 112. Он не знает, кто это. Ему она не знакома. Труп не опознан.

– Место там проходимое или нет? Дорога есть? – продолжил сыпать вопросами начальник РОВД.

– Как я понял с его слов, место не совсем проходимое, в глубь леса нужно идти, тропинки, протоптанные людьми, есть, но немного. Дорога грунтовая вблизи. Это всё, что мне удалось выяснить у него по телефону, – на этом дежурный закончил свой рассказ о происшествии.

– Вы уже кого-нибудь отправляли на место?

– Пока нет. Первым делом вам решил доложить.

– Организовывайте прибытие следственно-оперативной группы на место, следователя Следственного комитета, – распорядился Березин. – Позвони начальнику уголовного розыска Матвееву, пусть дополнительно ещё оперов из убойного отдела берёт с собою, начинают все работать. Охрану места происшествия обеспечьте, пусть мобильные экипажи туда выдвинутся и оцепят территорию, чтобы лишних не было.

– Принял.

– Мужчину предупредили, чтобы он не уходил оттуда? Данные он все свои назвал?

– Да, так точно. Его телефон и данные записал.

– Всё, работайте. Сам подъеду на место чуть позже, – закончил разговор Березин и отключился.

Тяжело вздохнув второй раз, дежурный Шутеев позвонил начальнику уголовного розыска Матвееву, а потом поочерёдно всем участникам следственно-оперативной группы: дежурному оперу убойного отдела Макарову, участковому Бобрикову, эксперту-криминалисту Матвиенко и следователю по фамилии Шторм. Каждому из них он рассказывал одну и ту же историю, которую несколько минут назад услышал от Левицкого. Матвеев отреагировал на историю сдержанно, пообещав прислать в помощь Макарову себя и ещё двух оперативников. До звонка Шутеева майор полиции Алексей Иванович Макаров сидел в своём служебном кабинете, попивал крепкий чай и в тишине и спокойствии смотрел телевизор – всё-таки суббота, и в отделе почти никого не было.

Сорокалетний Макаров был отличным опером: соображал быстро, расспрашивал настойчиво, с рядовыми гражданами общался тактично, со спецконтингентом держался уверенно. Алексей прекрасно знал свой район, на сыщика работала сеть стукачей и доверенных лиц. Среди его информаторов были судимые, наркоманы, алкоголики, воры и мошенники разных мастей, готовые сливать любую информацию хоть каждый день и бесплатно, и за бутылку водки.

Женщины любили Макарова не только за хорошие манеры – черноволосый, с проседью, широкоплечий, слегка небритый мастер спорта по рукопашному бою невольно притягивал взгляды. За фигурой Алексей следил: обязывала и оперативная работа, и служба в морской пехоте, и спортивные победы в прошлом.

Выслушав историю дежурного, Макаров усмехнулся:

– Михалыч, ты когда в церкви последний раз был? Нагрешил, что ли? У тебя в последнее время как ни сутки, так всегда какая-нибудь белиберда случается! Сходи после дежурства в церковь, свечку поставь.

Положив трубку, Макаров взял чёрную папку с документами и достал из сейфа кобуру с пистолетом-однофамильцем. Затем оперативник надел форменную фуражку и спустился в дежурную часть, находящуюся, как и во всех райотделах, на первом этаже. Там полицейские обычно ждали коллег и прибытия свободной машины с водителем.

Следователь Михаил Юрьевич Шторм, спокойно выслушав Шутеева, распорядился:

– Звони в морг. Пусть судебно-медицинский эксперт тоже собирается – высылай за ним машину. По твоему рассказу, это стопроцентный криминальный труп, без СМЭшника я тело осматривать не буду.

В конце беседы Шторм поинтересовался, кто из оперов дежурит.

– Макаров – это уже хорошо, – обрадовался следователь и, накинув пиджак на плечи, добавил: – Ладно, скидывай координаты места преступления – прибуду на своей машине. Эксперту не забудь позвонить и забрать его!

Следователь по особо важным делам подполковник юстиции Шторм знал майора полиции Макарова пятнадцать лет и доверял ему как оперу; Макаров, в свою очередь, доверял Шторму как следователю. Взаимопонимание и доверие были залогом качественного расследования, в котором каждый из участников играл свою роль. Работа Макарова, как и любого оперативного сотрудника, была незаметной. Некабинетной. Часто секретной. Алексей был глазами, ушами и ногами Шторма: находил очевидцев, опрашивал свидетелей, наблюдал за людьми, осуществлял прослушку, внедрял своих людей в преступные группы или внедрялся сам. Макарову тут не было равных: будучи хитрым и общительным, он умел перевоплощаться и подстраиваться под окружение. Даже среди маргиналов мог сойти за своего.

Всю собранную информацию оперативник передавал Шторму – официальному, публичному лицу расследования. Михаил фиксировал полученные от Макарова сведения, проводил допросы, очные ставки, организовывал обыски, назначал судебные экспертизы, получал заключения экспертов, общался с адвокатами и подозреваемыми, анализировал версии случившегося и документировал любые свои действия, которые в итоге складывались в материалы уголовного дела. От Шторма зависела судьба людей, именно он нёс полную ответственность за расследование преступления и отправку уголовного дела в суд.

В работе Михаилу помогали спокойный характер, объективность, знания в различных областях науки: криминалистике, психологии и медицине, – и умение работать с большими объёмами информации в эмоционально сложных ситуациях. Да, ещё и его любимый тёмно-синий брючный костюм. Строгая одежда внушала уважение и сразу настраивала свидетелей и подозреваемых на рабочий лад, что шло расследованию только на пользу.

Макаров и Шторм любили и умели работать, как единый механизм. В свои сорок лет оба имели за плечами богатый профессиональный опыт и много совместно раскрытых убийств.

                                        * * *

Первыми на место происшествия, минут через тридцать после поступления сообщения о найденном теле, на дежурной машине приехали Макаров, участковый Бобриков и эксперт-криминалист Марина Николаевна Матвиенко. Вскоре к ним присоединился Шторм. Судебный медик Сергей Львович Веников приехал на служебном автомобиле в компании начальника уголовного розыска Матвеева и двух обещанных оперативников.

– Здорово, Лёха! Ну, что, соскучился по мне? – Шторм, улыбаясь, протянул Макарову руку для приветствия.

– А как сам-то думаешь? Давно не виделись! – Алексей Макаров улыбнулся в ответ, крепко пожал руку следователю, достал сигарету и сделал глубокую затяжку.

– Весёлый нас сегодня ждёт денёк? – бросил следователь.

– Очень. Дедушка с собачкой нагулял нам сегодня работёнки, хватит не на одни сутки, – задумчиво ответил оперативник.

– Дед-бедняга перепугался. Смотри на него: трясётся как осиновый лист. Угораздило же его на старости лет с нами связаться.

– Конечно, затрясёшься, – усмехнулся Макаров. – Он же не мы, чтобы каждый день на жмуров смотреть.

– Хорошо, что вообще позвонил и остался здесь ждать, а то ведь мог испугаться и уйти отсюда. Неизвестно, когда нашли бы этот труп.

– Завтра воскресенье; думал, хоть высплюсь нормально… – посетовал Алексей и вздохнул. – Теперь о сне только мечтать.

– Территория твоя, на которой её нашли? – уточнил Шторм.

Макаров кивнул.

– Значит, раскроем, – Шторм рассмеялся.

– Обязательно! – поддержал следователя Макаров.

– Труп не смотрел ещё? – поинтересовался Михаил.

– Нет, я тоже только что приехал. Пока только чуток с дедом пообщался. Судя по всему, девушка не просто прилегла полежать и уснула.

– Ага. И вместо одеяла себя сверху ветками и листьями укрыла, чтобы теплее было, – добавил следователь.

На этом сыщики закончили разговор и принялись осматривать местность. Они увидели грунтовку – значит, к лесу можно подъехать на автомобиле. От дороги начинались несколько тропинок, которые уходили в глубь леса, где Левицкий и нашёл тело. От дороги до кучи с ветками было около восьмисот метров.

Затем сыщики пообщались со стариком Левицким. Задавая ему вопросы по очереди, Шторм и Макаров выяснили, при каких обстоятельствах пенсионер обнаружил злополучную кучу с ветками, откуда и куда шёл, когда точно обнаружил тело. Олег Иванович подробно им всё рассказал, при этом у мужчины постоянно хрипело в горле и тряслись руки.

После беседы с Левицким Шторм предложил судебному медику заняться телом жертвы. Веников давно приготовился к привычной процедуре и только ждал команды следователя. Все участники следственно-оперативной группы надели одноразовые медицинские перчатки, чтобы не наследить на месте, Шторм положил бланк протокола осмотра места происшествия на чёрную папку, взял ручку и приготовился записывать.

Первым к куче из веток и листьев, на которую указал Левицкий, подошёл Макаров. Отбросил сверху несколько веток в сторону. В этот момент к куче подошли ближе Шторм и Веников. Втроём они убрали с тела все ветки и листья. Девушка лежала на земле лицом вниз. Рядом с телом, примерно в десяти сантиметрах от правой ноги, валялась бутылка из-под шампанского «Советское».

Веников перевернул труп набок. Матвеев и два оперативника подошли к эксперту. Шторм, стоявший ближе всех, почувствовал свежий запах крови и едкое приторно-гнилостное зловоние. Миазмы разлагающегося тела были резкими и тяжёлыми. Неподготовленного человека такие ароматы могли вывести из равновесия, но Шторма они не волновали, он вообще старался об этом не думать: следователем мужчина работал долго, поэтому уже привык к запахам гнили и сероводорода.

– Молодая девушка. Красивая. Блондинка. Раздетая. Кто-то над ней, судя по всему, поиздевался и надругался. Извращенец какой-то, – отметил Макаров. – Как она вообще здесь оказалась?..

– Непростая. Не бомжиха какая-то. Смотри, маникюр дорогой сделан, аккуратный. Губы пухлые, вероятно, подкачанные, макияж хороший. Видно сразу ухоженное тело, следила за собой, – дополнил Шторм и обратился к медику:

– Сергей Львович, давайте детальнее посмотрим. Есть ли телесные повреждения и какие?

– Из телесных, из телесных… – забубнил себе под нос Веников, переворачивая труп то на спину, то на живот, то с бока на бок, и, закончив осмотр, заключил:

– Ножевых и огнестрельных ранений пока не вижу. На шее – странгуляционная борозда от удушения.

– Её задушили, что ли? – уточнил Макаров.

– Вероятно, да. Вскрытие покажет. Давайте смотреть дальше. Михаил Юрьевич, пишите. – И, кивнув Шторму, Веников начал диктовать, параллельно осматривая тело:

– Труп женщины удовлетворительного питания, ростом около ста семидесяти сантиметров. Кожные покровы серые, холодные. Труп располагается в положении лёжа на животе на земле. Правая рука отведена к грудной клетке под углом сто десять градусов, согнута в локтевом суставе, тыльной поверхностью кисть обращена вверх. Левая рука отведена к груди под прямым углом, согнута в локтевом суставе, кисть ладонью обращена вверх, располагается у грудной клетки. Ноги параллельны друг другу, стопы развёрнуты вправо.

Веников поднимал то левую руку мёртвой девушки, то правую, переворачивал труп с бока на бок, тщательно осматривая участки тела и продолжал диктовать текст Шторму:

– На трупе надето: на нижних конечностях капроновые колготки чёрного цвета, в сетку, сняты с бёдер до колен, туфли кожаные с каблуком-шпилькой. Плавки и бюстгальтер отсутствуют. Иная верхняя одежда отсутствует. Туфли и колготки запачканы слегка подсохшей буроватой жидкостью. Кожные покровы лица, передней поверхности шеи, правой кисти запачканы подсохшей кровью.

Веников пальцами раздвинул веки убитой девушки, ощупал череп, открыл рот и осмотрел язык.

– Глаза закрыты, мягкие ткани в окружности глаз отёчные, рассмотреть глазные яблоки не удаётся. В носовых ходах жидкая кровь. Кости носа на ощупь целы. Губы отёчные, в полости рта – следы жидкой крови. Кости конечностей, рёбра на ощупь целы. В окружности обоих глаз располагается тёмно-багровый кровоподтёк с чёткими контурами. На красной кайме верхней и нижней губ багрово-фиолетовые кровоподтёки, на лице множественные ссадины, влажные, буровато-коричневые кровоподтёки. Ушибленная рана слизистой верхней губы. На ушной раковине слева багрово-синюшный кровоподтёк, занимающий всю ушную раковину. Ссадина правой боковой поверхности грудной клетки. Кровоподтёки на передней поверхности бедер в верхней трети….

Шторм, не останавливаясь, записывал в протокол каждую реплику судебного медика. Веников поднял за подбородок голову девушки, внимательно осмотрел шею и продолжил:

– На боковой поверхности шеи слева, от уровня щитовидного хряща и до кивательной мышцы, ссадина, дно которой влажное, буровато-красное. На передней поверхности шеи, от внутреннего края кивательной мышцы справа до наружного края кивательной мышцы на уровне её нижней трети, полосовидная ссадина шириной около одного сантиметра, дно, слегка подсохшее, буровато-красное. На передней поверхности обоих плечевых суставов кровоподтёки и ссадины полосовидные, дно которых слегка подсохшее, буровато-красное.

– Сколько по времени она здесь пролежала? – спросил Шторм.

– Наличие трупных пятен на теле и трупного окоченения свидетельствует о том, что не менее двенадцати часов, – ответил эксперт.

– Осмотр я начал делать в одиннадцать часов, – уточнил Михаил. – То есть она здесь с двадцати трёх часов?

Веников кивнул:

– Примерно так.

Шторм внимательно осмотрел место, где лежало тело (ложе трупа). Под мёртвой девушкой следователь обнаружил синюю женскую кожаную сумочку с фирменной эмблемой Gucci. В сумочке лежала косметика, визитные карточки, дисконтные карты магазинов, абонемент в спортивный зал.

После того, как эксперт перевернул труп, Шторм увидел блестящий ярко-жёлтый предмет. Подняв его, следователь понял, что это пуговица. И непростая: она представляла собой выгнутый круг диаметром четырнадцать миллиметров без бортиков с изображением государственного герба Российской Федерации. Перевернув её, Шторм увидел петлю для крепления к одежде. Такие пуговицы, вспомнил он, пришивают на свою форму военнослужащие или сотрудники правоохранительных органов.

Чтобы проверить гипотезу, Шторм подошёл к эксперту-криминалисту Марине Матвиенко. Она как раз была в форменной куртке сотрудника МВД РФ. Следователь поднёс свою находку к пуговице на рукаве куртки. Они полностью совпали.

«Откуда она тут взялась? – задумался Шторм, пряча найденную пуговицу в бумажный конверт для вещдоков. – Странно, что ничего, кроме женской сумки и бутылки из-под шампанского, нет. Место не особо проходимое».

Шторм ещё раз кинул взгляд на тело. Незнакомка действительно была красивой, длинноногой и стройной, как модель. Очевидно, что при жизни девушка тщательно ухаживала за собой. На это указывали и гладкая кожа, и выбритый женский лобок, и полное отсутствие жировых складок, и красивая грудь третьего размера. Ненатуральный платиновый блонд, яркий макияж, крупные и пухлые губы с красной помадой, наращённые ресницы, свежий татуаж бровей, профессиональный ярко-красный маникюр с ногтями средней длины выдавали в девушке постоянную клиентку салонов красоты. На вид незнакомке было около двадцати пяти лет.

Шторм подошёл к начальнику уголовного розыска Матвееву, оперу Макарову, который курил уже вторую сигарету, и спросил:

– Какие мысли, что думаете?

– Будем начинать с личности потерпевшей, – ответил Макаров. —Узнаем, кто она такая, откуда, проверим её связи, круг общения, род занятий. А дальше видно будет.

– По внешности не скажешь, что она была девушкой маргинального типа. Вопрос только, как она сюда попала, кто её привёз или притащил волоком. Ясно одно: завалил её жёсткий отморозок. Злость или ненависть к ней возникли сильные. Кому-то она серьёзно дорогу перешла или что-то узнала, что не надо было ей знать. Думаю, жестоко над ней надругались, —предположил Матвеев.

Шторм высказал и свои соображения:

– На месте нет ни её телефона, ни банковских карт, ни документов, что очень странно. В наше время без телефонов и гаджетов никто не ходит. Это неотъемлемая часть жизни. Наш преступник не только убил её, но, думаю, и изнасиловал, и телефон украл.

– А телефон зачем красть? Либо чтобы продать и деньги получить, либо чтобы переписку в нём не нашли какую-нибудь интересную и его не вычислили, – продолжил рассуждать Макаров.

– Где одежда, нижнее бельё, плавки, бюстгальтер? На плавках он мог оставить свои биологические следы, поэтому решил всё забрать с места, укрыл следы или где-то спрятал, уничтожил, так сказать, улики за собою. Продуманный, – отметил Шторм.

– Ещё и место такое – лес. Сомневаюсь, что наша жертва сама сюда на шпильках пришла погулять да шишки собирать, а потом умерла от внезапного сердечного приступа. Тащить её сюда от дороги далековато – сила нужна. Думаю, скорее всего, убийство было не здесь, наш отморозок убил её в другом месте, а потом привёз сюда, чтобы никто не нашёл, – размышлял Матвеев. – Он рассчитывал, что её никто долго не найдёт. Она сгниёт в лесу за осень и зиму, животные всякие, грызуны и птицы на куски растащат, чтобы кости одни остались к следующему году. Соответственно, причину смерти этой дамы мы бы никогда не установили после этого.

– Соглашусь с тобою, – кивнул Макаров. – В каблуках по лесу не погуляешь, да ещё и в таких капроновых колготках. Не здесь её убийца выхватил, не случайно попался ей на пути. Вероятно, знакомый. Она в таком виде собиралась на встречу или вечеринку.

– Чувствую, долго нам придётся возиться с этим делом. Не обычная это бытовуха, где один алкаш другого за бутылку водки грохнул. Здесь мотив убийства, вероятно, будет очень интересный, – заключил Макаров.

Тут Шторм вытащил из бумажного конверта найденную пуговицу и показал коллегам.

– И на что ты намекаешь, Миша? – Макаров повернулся к следователю.

– Пока, Лёха, ни на что. Но факт есть факт. Эта пуговица теперь вещественное доказательство. Как она оказалась под трупом, на земле, в малопроходимом месте в лесу? И я считаю, что к убийству может быть причастен кто-то из лиц в погонах, в форме, – наконец-то Шторм озвучил свои мысли вслух.

– Подожди, Миш, не торопись, давай поработаем, посмотрим. Тебе ментовский след сразу везде мерещится. Зачем жуть нагонять? – Макаров попытался притормозить следователя.

– Это не жуть. Я констатирую. – Качнул головой Шторм и спрятал пуговицу в конверт.

Макаров понимал, что такая улика под трупом даёт следователю все основания полагать, что преступник действительно мог быть сотрудником МВД или другого силового ведомства, но не хотел в это верить. Мужчину коробило от одной такой мысли. Осмотр места происшествия почти завершился. Эксперт-криминалист сфотографировал и упаковал все найденные предметы и объекты: женскую сумочку, дисконтные карты, бутылку из-под шампанского.

– Марина, откатай пальчики трупу, – обратился Шторм к эксперту. —Проверим её отпечатки по базе. Может, что и выстрелит. Вдруг она у нас засветилась.

Марина нанесла специальным валиком чёрную краску на пальцы и ладони убитой девушки.

– Сергей Львович, когда труп вскрывать собираетесь? – повернулся Шторм к судебному медику.

– В понедельник, наверное. Миша, сомневаюсь, что она умерла от инсульта с такими телесными повреждениями, – пошутил Веников.

– Нет, Сергей Львович, в понедельник поздно. Надо быстрее, некогда ждать. – Шторм умоляюще взглянул на эксперта.

– Ладно, Миша, только ради тебя, завтра утром, хотя завтра и воскресенье, – добродушный Веников не стал упираться и улыбнулся.

В это время на место происшествия приехали начальник районного отдела МВД Роман Иванович Березин и руководитель следственного отдела Сергей Александрович Алдонин. Они выслушали доклады подчинённых. Роман Иванович пообещал Макарову выделить дополнительных людей в помощь, чтобы раскрыть преступление.

– Лёш, а кто-нибудь труповозов³ вызывал сюда? – спросил у Макарова Шторм. – Её же везти надо в морг.

Дежурный оперативник ответил, что машина уже в пути, и действительно через некоторое время к месту происшествия подъехала чёрная «газель» из «Ритуальных услуг». Из автомобиля вылезли два небритых парня в поношенных спортивных костюмах.

– Кого грузим? – безэмоционально поинтересовался у Макарова один из парней. Опер подвёл работника к убитой девушке. Тот взглянул на тело и крикнул напарнику:

– Серёга! Тут ничего сложного! Неси перчатки, мешок и носилки, сейчас быстро всё сделаем.

К телу подошёл второй ритуальщик. Они надели перчатки, действовали очень быстро, слаженно, без брезгливости и эмоций. Создавалось ощущение, что гробовщики забирают не красивую мёртвую женщину, а кучу дров. С полным безразличием на лицах парни одновременно взяли тело за руки и ноги и засунули его в чёрный мешок, затем на носилках отнесли в свой чёрный автомобиль.

– Направление в морг дадите? – Работник салона ритуальных услуг обернулся к Макарову. Тот кивнул на Шторма, который уже заполнял постановление о назначении судебно-медицинской экспертизы. Копию Михаил отдал «труповозам», и те быстро убыли из леса.

Закончив осмотр, сыщики принялись опрашивать жителей района, который был ближе всего к лесу. Они шли от дома к дому, из одной квартиры в другую, чтобы отыскать хоть каких-нибудь свидетелей или очевидцев преступления.

Оперативники надеялись, что кто-нибудь слышал, или видел что-то возле леса, или заметил машину, движущуюся в его сторону в ночь с 25 на 26 августа. Сыщики опросили двести человек за сутки, но безрезультатно. Оперативники просмотрели наружные видеокамеры на домах, столбах, магазинах – искали любую зацепку, пытались установить автомобиль. Но и здесь полицейских ждало разочарование: они не нашли прямых видеокамер с обзором дороги, ведущей к лесу. Сыщики проверили отпечатки пальцев жертвы по криминалистическим учётам⁴. Совпадений не было.

Прошли уже сутки после обнаружения тела, но убитая девушка так и оставалась неопознанной. Информацию о потерпевшей переслали во все территориальные отделы МВД. Сыщики рассчитывали, что это поможет установить личность жертвы: если девушку начнут искать родственники из других районов или регионов и обратятся в соседний отдел, его сотрудники уже будут знать о теле, найденном в лесу на Лосином острове, и сразу сообщат о заявлении следственно-оперативной группе, которая обнаружила труп и сейчас искала преступника.

                                        * * *

Утром 27 августа Шторм и Макаров договорились вместе съездить в морг, чтобы узнать причину смерти девушки у эксперта. По дороге Шторм поинтересовался у Макарова, накопали ли оперативники какую-либо новую информацию на убитую. Тот отрицательно покачал головой.

– Весь день и ночь пахали, не спал ни грамма, тишина полная. На одном месте буксуем. Как будто не девушка, а засекреченный агент из другой страны, прилетевший к нам. Березин на утреннем совещании орал как резаный, сказал, что, если не раскроем до понедельника, нас всех на ноль умножат. А мы не то что раскрыть не можем – мы даже не знаем, кто она и откуда. Настроение поганое.

– Пуговица ментовская найдена на месте. Может, кто из ментов, действующих или бывших, живёт в этом районе рядом с лесом? Пробивали?

– Пока нет, но всю информацию направили в управление собственной безопасности. Они плотно подключатся к работе с понедельника.

Макаров и Шторм подъехали к моргу. Позвонили в дверь. Им открыл хмурый санитар в зелёном халате.

– А где Сергей Львович?

– В секционном зале, занят он, – просипел санитар.

– Да мы знаем, что занят. Веников нас ждёт, мы с ним заранее созвонились.

– Тогда проходите, – сказал санитар и отступил в сторону.

В секционном зале морга было холодно, в воздухе стоял едкий трупный запах, из-за которого было тяжело дышать. На металлических столах лежало не менее двадцати тел: женщин, мужчин, стариков, молодых людей. К ногам и рукам умерших сотрудники морга небольшими верёвочками привязали коричневые бирки, на которых от руки записали анкетные данные покойников.

Михаил Шторм не любил секционный зал: большое количество мёртвых людей действовало на него угнетающе. Но работа обязывала. Без выводов медика невозможно направить в суд ни одно уголовное дело по убийству или причинению тяжкого вреда здоровью, повлекшёму смерть человека. Результаты судебно-медицинской экспертизы – это основной вид доказательств, и без неё не обходится ни одно расследование.

Следователь увидел в зале Веникова и сразу направился к нему. Круглолицый и добродушный эксперт расплылся в улыбке, приветствуя своих гостей.

– Здравствуйте, Сергей Львович. Много их сегодня у вас, «клиентов», – заговорил Шторм, кивнув головой на лежащие в зале тела.

– Ну что делать… – пожал плечами Веников. – Накопились за выходные. Умирают люди. Никто не вечен.

Сергею Львовичу недавно исполнилось пятьдесят семь лет, из них тридцать два года он посвятил судебной медицине. Михаил тепло относился к Веникову, уважал за труд и профессионализм и любил поговорить с экспертом не только о трупах и работе, но и на отвлечённые темы. Медик подкупал следователя своим добродушием, эрудированностью, начитанностью, склонностью философствовать. Сергей Львович обожал шутить и рассказывать анекдоты – преобладал в них, конечно, чёрный юмор.

Фигурой Веников напоминал шар в медицинском халате и красном колпаке – обязательном атрибуте врачей. Колобком Сергей Львович ловко перекатывался по секционному залу между металлическими столами. Вот и сейчас Веников вместе с посетителями мягко переместился в свой светлый, аккуратный и уютный кабинет, где не было никаких посторонних запахов.

Эксперт тщательно вымыл руки и сел за стол. Макаров и Шторм расположились напротив.

– Не нашли убийцу? – поинтересовался Сергей Львович.

– Пока нет, в процессе, – ответил приунывший после утренней взбучки Макаров.

– Я думаю, у вас обязательно всё получится, – поддержал медик оперативников. – Вы парни опытные и не такие дела распутывали. Может, вас чаем или кофе угостить? У меня есть вкусное печенье, давайте чайник поставлю?

Шторм и Макаров грустно посмотрели друг на друга – и отказались от угощения, сославшись на отсутствие времени и напомнив медику о цели своего визита. Эксперт, ни капли не расстроившись, снова попытался развеселить гостей:

– Ребят, я вижу, что вы устали очень, работали сутки, не спали. Предлагаю отвлечься на пару минут. Хотите, анекдот расскажу?

– Сергей Львович, мы, конечно, не анекдоты сюда приехали слушать, но вас послушаем, – нехотя ответил Шторм, но через пару минут уже хохотал от души. Анекдот оказался хорошим, а громкий, заливистый смех Веникова —заразительным.

Вообще, Сергей Львович очень любил рассказывать анекдоты, смаковал и подбирал каждое слово. Так и себя отвлекал от нелёгкой работы, и коллег развлекал, переключая их внимание с ежедневных криминальных будней на шутки.

– Ладно, Сергей Львович, очень смешно, немного расслабились, но давайте по существу. Что с нашим трупом? – посуровел Шторм.

Веников достал из ящика стола свои записи, поправил очки и уже с серьёзным видом рассказал им о результатах экспертизы:

– Смерть неизвестной женщины наступила от механической асфиксии из-за сдавления органов шеи твёрдым тупым предметом с последующим развитием острой дыхательной недостаточности, что и послужило причиной смерти. Судить о конкретном экземпляре травмирующего предмета я точно не могу. Могу только предположить, что шею сдавили петлёй из эластичного материала толщиной около одного сантиметра.

На передней поверхности средней трети шеи я обнаружил одиночную незамкнутую горизонтальную странгуляционную борозду. Она прижизненная, образовалась в короткий промежуток времени между наступлением смерти и сдавлением шеи петлёй.

Смерть девушки наступила примерно через пять-семь минут после того, как ей сдавили шею. Как умирают при асфиксии? К концу первой минуты наступает помрачнение или даже потеря сознания, лицо становится синюшным и одутловатым, наступает мышечная слабость. Затем начинают преобладать выдыхательные движения, мышечная слабость нарастает, человек полностью теряет сознание, и появляются судороги.

Сдавление шеи производилось спереди назад по отношению к потерпевшей. Я обнаружил во время осмотра неполный перелом дуги перстневидного хряща слева, полный перелом левой пластины щитовидного хряща, переломы хрящей гортани, а также морфологические признаки, характерные для данного вида смерти: кровоизлияние в мышцы языка, множественные кровоизлияния на коже лица, переднебоковых поверхностях шеи, кровоизлияния под легочной плеврой, фокусы острой эмфиземы в легких, жидкое состояние крови в сердце и крупных сосудах, полнокровие внутренних органов.

Учитывая степень выраженности трупных явлений во время осмотра тела на месте происшествия, полагаю, что смерть наступила за двенадцать часов до этого, то есть примерно в двадцать три часа 25 августа 2023 года.

Отмечу ссадины на слизистой оболочке свода влагалища. Также на боку я обнаружил следы от электрошокера – электрометки, то есть небольшие ожоги от воздействия устройства. После удара электрошокером у человека наступает временный паралич. В течение десяти-тридцати минут он будет дезориентирован и не сможет действовать. То есть прежде чем девушку задушили и привезли в лес, её отключили электрошокером, – на этом Веников закончил свой трёхминутный доклад.

– Ого, вот это да! Жёстко её! Какая-то злость относительно женского пола прослеживается, ненависть к ней была и агрессия. Ненормальный какой-то, что ли? Мы, что, с психом дело имеем? —подумал вслух Шторм и уточнил:

– Вы сказали, что повреждения у неё в области половых органов. Получается, что её всё-таки ещё и изнасиловали?

– Половой акт был, не исключено, незадолго до её смерти. Но это пока промежуточные результаты. Точный судебно-медицинский диагноз и полное заключение подготовлю только после гистологии – химического исследования всех органов и тканей. Там всё детальнее будет. Кроме того, для проведения биологического исследования я взял мазки на тампоны и предметные стёкла из влагалища и заднего прохода, – добавил Веников.

– Спасибо тебе, Львович! Нам и этого сейчас пока достаточно, – поблагодарил судебного медика Макаров. А Шторм вдруг спросил эксперта:

– Сергей Львович, ты ещё не свихнулся со своей работой: каждый день трупы вскрывать и проводить тут с ними время?

– Послушай Миша, я ведь медик. Такой же доктор, как и хирург. Только хирург живых режет, а я – мёртвых. Резать легко, можно резать хоть десять покойников в день – тяжело писать медицинские заключения экспертиз по таким трупам. – Веников устало посмотрел на следователя. – Каждое заключение нужно написать медицински грамотно, напечатать со всеми выводами, а это всё отнимает много времени и энергии.

Пару секунд помолчав, Сергей Львович решил закончить свой небольшой монолог на философской ноте:

– По поводу свихнуться или не свихнуться – всё просто. Тут философски надо рассуждать. «Первый шаг младенца есть первый шаг к его смерти»⁵, соответственно, и смерть – это первый шаг к рождению.

Сергей Львович, улыбнувшись, замолчал. Макаров встал со стула и, попрощавшись с экспертом, уже открыл дверь кабинета, чтобы выйти, но Веников жестом остановил оперативника.

– Ах, да, совсем забыл вам рассказать о ещё одной важной детали. На левой руке у погибшей, под ногтями среднего и безымянного пальцев обнаружена подсохшая кровь. Подногтевое содержимое вместе с этими ногтями я изъял – срезал их и направил на биологическую экспертизу.

Шторм и Макаров переглянулись.

– Получается, что жертва при жизни могла успеть начать обороняться, и цепляться, или ударить, поцарапать нашего бандита? И, возможно, кровь под ногтями принадлежит не самой погибшей, а преступнику? – предположил Шторм.

– Не исключено, – подтвердил Веников.

– То есть, исходя из вашего рассказа, – произнёс Михаил, – получается, нам надо искать мужиков со свежими царапинами на коже и отрабатывать их на причастность к убийству?

Веников и Макаров согласились с сыщиком.

Глава 2

С момента обнаружения мёртвой девушки прошло три дня. Сыщики опросили более пятисот человек, но безрезультатно.

Вечером во вторник, 29 августа, когда в дежурную часть районного отдела МВД зашла невысокая, скромно одетая пожилая женщина, снова дежурил Шутеев.

– Я хочу заявить о пропавшем человеке, – обратилась она к полицейскому, сидевшему за стеклом. Он уточнил:

– Взрослый человек пропал? – Пожилая дама кивнула.

– Три дня прошло? Сами-то искали? А то сразу бежите в полицию… – недовольно заметил Шутеев.

Посетительница ответила на оба вопроса утвердительно, и капитан смилостивился:

– Кто пропал?

– Внучка.

– Сколько ей лет?

– Двадцать четыре года.

– Гуляет, наверное, где-то, – предположил дежурный и засыпал пожилую даму вопросами: – Когда она пропала? Как её зовут? Фотография есть?

– С пятницы внучка не отвечает на звонки, зовут её Иванова Мария, вот её фотография. – Сильно волнуясь, женщина достала из сумки снимок девушки.

Шутеев неторопливо вышел из своей каморки и взял у посетительницы фотографию, взглянул на неё и сразу понял, кого ищет пожилая женщина.

– Как вас зовут? – мягко спросил капитан.

– Светлана Фёдоровна, – представилась дама.

– Подождите, Светлана Фёдоровна. Сейчас к вам подойдёт наш сотрудник, специализирующийся на таких делах, как у вас.

– Хорошо, я подожду, – согласилась женщина и села на стул в холле отделения МВД.

Шутеев вернулся в помещение дежурки и позвонил Макарову.

– Иваныч, тебе надо срочно спуститься на первый этаж. Женщина пришла, хочет написать заявление об исчезновении внучки. Похоже, бабушка – родственница убитой в лесу девчонки, – доложил Шутеев. – Да, фотография у неё с собой.

Макаров быстро спустился и направился к женщине. Оперативник представился, уточнил её имя и попросил снимок пропавшей внучки. Взглянув на фотографию, Макаров понял: их неопознанная жертва перестала быть таковой.

– Светлана Фёдоровна, я поднимусь к себе в кабинет, мне нужно позвонить коллеге, а потом мы проедем с вами в следственный отдел и поговорим. Заявление примем и всё выясним. – Получив согласие, Алексей умчался на второй этаж.

Шторм взял трубку сразу.

– Готовься, Миша, – торопливо заговорил Макаров. – Сейчас будем работать. Пришла бабушка убитой девушки. Хочет объявить внучку без вести пропавшей. Девушку зовут Маша Иванова, ей двадцать четыре года. Фото я сравнил, всё сходится. Про то, что внучку убили, она не знает ещё. Её надо сейчас допрашивать. Ты готов?

– Я всегда готов! Жду. – На этом напарники попрощались.

Макаров со Светланой Фёдоровной приехали в следственный отдел к Шторму. Тот сидел в кабинете и что-то печатал за компьютером. Увидев женщину, он приглашающим жестом указал на стул рядом и, представившись, спросил: – Светлана Фёдоровна, вы бабушка Ивановой Марии? Так мне передал оперативный сотрудник. Всё правильно?

Женщина подтвердила.

– А где её родители? Почему они не здесь? Почему её разыскиваете вы, а не они?

– Тут ситуация такая, – начала объяснять Светлана Фёдоровна. – Маша работает в туристическом агентстве в Москве, и бывали случаи, что она улетала в командировки на несколько дней в другую страну, и по два-три дня не выходила на связь, так как там для удобства меняла сим-карту. В другой стране подключала другую связь и перезванивала нам. Ей так удобнее было. Зачем она это, правда, делала, я точно не знаю. Сейчас три дня она не выходит на связь, не звонит – молчит, – женщина перевела дыхание и продолжила: – Я очень волнуюсь за неё, сердце у меня давит сильно. Она ведь одна, нет у неё никого. Обычно Машенька звонит мне почти каждый день. А тут пропала. Вот я и переживаю, решила обратиться в полицию, чтобы мне помогли с ней связаться. Дочери Лене я сказала, что не буду больше ждать. Лена – это мама Маши. Дочь меня успокаивала, говорила, что будет всё нормально. Маша собиралась лететь в Турцию, что всё будет в порядке, скоро она обязательно выйдет на связь. Видимо, занята по работе она, перезвонит позднее.

– Сколько вам лет, Светлана Фёдоровна?

– Шестьдесят восемь. Скажите, товарищ следователь, а вы знаете, где Маша? У вас же есть все базы данных на людей, можете быстро разыскать любого человека, кто и где находится. Правильно же я говорю? – Светлана Фёдоровна, чуть не плача, взглянула на Михаила.

Шторм внимательно посмотрел на пожилую женщину. Посетительница была аккуратной, с мягкими чертами лица. Никакой вычурности в одежде, спокойная, вежливая, деликатная, голос нежный и заботливый, как у всех бабушек. О внучке Светлана Фёдоровна говорила с особым трепетом и любовью.

Михаил с первых минут общения увидел её доброту и порядочность. Во взгляде женщины читалась сильная тревога. Шторм разволновался. Ему предстояло сообщить Светлане Фёдоровне, что её самого родного, самого близкого, самого дорогого человека больше нет на этом свете, что больше она не почувствует тепло Маши, не увидит улыбку своей внученьки. Его слова станут для пожилой женщины ударом и превратят её спокойную жизнь в трагедию. Именно его слова нанесут бабушке сильнейшую душевную рану. Неизвестно, как она перенесёт это известие.

Шторм некоторое время сидел молча и собирался с мыслями. Конечно, он много лет проработал следователем и пытался не принимать тяжёлые ситуации близко к сердцу, но от подобных историй мужчина абстрагироваться не мог, не мог быть чёрствым и бездушным человеком.

Скорбь и горе были частыми гостями в его кабинете. Убийства, особенно умышленные, калечат судьбы людей. Шторм в своём кабинете нередко наблюдал, как матери оплакивают убитых сыновей и дочерей, а отцы роняют слёзы, когда узнают о потере ребёнка или другого близкого человека. Поэтому и эту беду, и это дело, и эту смерть Михаил тоже прямо или косвенно пропустит через себя, проживёт эту историю вместе с несчастной женщиной. Он такой же живой человек, как и другие.

Шторм решил, что не будет ничего скрывать от Светланы Фёдоровны. Ему стало зябко, хотя в кабинете было тепло. Михаил спокойно произнёс:

– Светлана Фёдоровна, вам нужно собраться. – Михаил остановился и, сглотнув ком в горле, продолжил: – Марии больше нет в живых, она мертва, её убили. Выражаю вам свои соболезнования…

– Как убили???! Да не может этого быть! – вскрикнула Светлана Фёдоровна. – Это какая-то ошибка! Вы в чём-то, наверное, ошибаетесь. Мария в Турции! Я в это не верю.

– К сожалению, мы не ошибаемся. – Шторм посмотрел женщине в глаза. – Очень жаль, но это так. В субботу мы нашли её тело с признаками насильственной смерти в лесу на Лосином острове в Московской области. По фотографии сотрудники полиции установили, что тело принадлежит вашей внучке Ивановой Марии.

Шторм замолк. Самая сложная часть беседы осталась позади.

По лицу Светланы Фёдоровны покатились огромные слёзы. Она сильно покраснела, судорожно облизнула пересохшие губы.

– Воды. Дайте мне, пожалуйста, воды, – попросила она, замолчала и опустила голову.

Воду убитой горем женщине подал Макаров.

– Как же так-то?! Почему именно она, почему её-то убили? Кто это сделал? – Светлана Фёдоровна подняла заплаканное лицо и взглянула на мужчин.

– Мы пока не установили преступника, – тихо ответил Шторм. – Но мы в кратчайшие сроки его найдём, поймаем и строго накажем по закону.

– Ребят, мне нужно успокоительное, – дрожащим голосом попросила Светлана Фёдоровна.

Макаров метнулся в ближайшую аптеку за лекарствами. Светлана Фёдоровна выпила сразу несколько бутыльков.

– Если это действительно так… И вы не ошибаетесь… Где сейчас Маша? Где её тело? Мне можно её осмотреть?

Шторм ответил, что Маша в морге. Нужно съездить на опознание, чтобы удостовериться в личности погибшей.

– Вы поедете сами или позвоните родителям Марии, чтобы они опознали тело? – уточнил следователь.

Светлана Фёдоровна грустно покачала головой.

– Поеду я. Пока сама не увижу, не буду звонить Лене. Мне надо самой убедиться, что это именно Маша. Я сильная, я справлюсь. Работала на железной дороге. Жизнь уже прожила. Мне нужно только успокоиться. Могу ли я ещё немного посидеть?

Макаров со Штормом не торопили Светлану Фёдоровну. Пока женщина успокаивалась, следователь рассказал ей о дальнейших действиях:

– Светлана Фёдоровна, сейчас мы найдем понятых и поедем в морг. Потом вместе вернёмся обратно, в мой кабинет, чтобы поговорить. Нам надо знать всё о жизни Марии, а также вызвать родителей.

– Я всё понимаю, расскажу, что знаю, – согласилась женщина.

                                        * * *

Светлана Фёдоровна зашла в морг в сопровождении понятых и сыщиков. Санитар подвёл всех к железному столу, на котором лежало тело, укрытое чёрным полиэтиленом. Санитар откинул плёнку.

Светлана Фёдоровна замерла и побледнела, её взгляд остановился на теле. Женщина смотрела на него долго, внимательно и вымолвила:

– Да… Это она… Моя куколка. Моя красавица. Лежит, спит себе спокойно. Как же так… Никогда я не думала, что мне придётся хоронить тебя, моя девочка. Моя маленькая. Негоже родителям хоронить своих детей…

Светлана Фёдоровна нежно погладила мёртвую внучку по волосам, провела рукой по плечам, продолжая приговаривать:

– Больно тебе, наверное, было… Настрадалась, маленькая моя… родная моя, девочка… Где и когда ты, перед кем ты так провинилась?

Макаров и Шторм, наблюдая эту тяжёлую картину, чувствовали, как по коже пробегал мороз. Светлана Фёдоровна оглянулась на сыщиков.

– Как её убили?

– Её задушили и сильно избили, – тихо сказал Шторм.

– Почему же такая несправедливость? Почему именно её? Где же ты, моя малышка, так нагрешила?.. Только за что?.. Почему тебя он выбрал?.. – Светлана Фёдоровна задавала свои вопросы пустоте, продолжая гладить Машу по холодной руке. Два парня-понятых, которых Макаров выловил на улице, стояли в стороне; молодые люди опустили головы и старались не смотреть на стол с телом.

– Парни, найдите его, пожалуйста! – Светлана Фёдоровна умоляюще посмотрела на Шторма. – Пожалуйста, найдите того, кто это с нею сделал.

Женщина ещё раз посмотрела на внучку.

– Её резали?

– Да, эксперт уже произвёл судебно-медицинское вскрытие. Таков порядок. При убийстве это обязательная процедура, – уточнил следователь и сочувственно поинтересовался: – Как вы, Светлана Фёдоровна?

– Мне очень тяжело, но я держусь. Дома прорыдаюсь одна, когда никого не будет рядом. – Светлана Фёдоровна с трудом сдерживала слёзы. —Когда можно будет забрать тело и похоронить?

– В любое время. Экспертизу уже провели. Как только будете сами готовы, – мягко произнёс следователь.

Светлана Фёдоровна взглянула на внучку ещё раз и вышла. Вслед за ней отправились и сыщики.

Уже в кабинете Шторма женщина попросила разрешения позвонить родителям Маши. Когда она сообщила Лене о смерти внучки, дочь разразилась душераздирающим плачем.

                                        * * *

Скоро в кабинет Шторма зашли родители Марии. Мать девушки никак не могла успокоиться и постоянно плакала. Станислав Иванов, отец погибшей, просто стоял за спиной у жены и обнимал её за плечи. Только бледное лицо и посиневшие губы выдавали всю глубину его переживаний. Он молча выслушал соболезнования Шторма и затем вместе с супругой ответил на вопросы следователя. Побеседовав с близкими погибшей девушки, Макаров и Шторм узнали следующее. Марии Станиславовне Ивановой на момент смерти исполнилось двадцать четыре года. Она была единственным ребёнком в семье, которая жила в Люберцах Московской области. Там же девочка окончила школу.

Маша была обычным ребёнком, ничем не отличалась от сверстников, с юности стремилась к самостоятельности и мечтала стать финансово независимой. Закончив школу, она поступила в Московский государственный университет, где выучилась на психолога. Параллельно Мария занималась пилонным спортом⁶

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Мессенджер принадлежит компании Meta, которая признана экстремистской и запрещена в РФ.

Вернуться

2

Мессенджер принадлежит компании Meta, которая признана экстремистской и запрещена в РФ.

Вернуться

3

«Труповозы» (жарг.) – наименование специализированной организации, осуществляющей услуги по транспортировке и перевозке мёртвых тел.

Вернуться

4

Криминалистический учёт – автоматизированная дактилоскопическая информационная система (АДИС).

Вернуться

5

Прутков К. Плоды раздумья // Сочинения. – М.: Художественная литература, 1976. URL: https://www.booksite.ru/fulltext/1/001/001/233/2.htm (дата обращения: 06.02.2025).

Вернуться

6

Пилонный спорт (Pole dance) – танцы и силовые упражнения на вертикальном шесте, объединяющие элементы хореографии, акробатики и гимнастики.

Вернуться