# Тайны Сонного Королевства

Зохра

Что, если сны – это не просто игра подсознания, а двери в реальный мир, сотканный из воображения, эмоций и забытых историй? Для Ани, обычной девушки из нашего мира, вечно погруженной в свои мечты, эта истина становится началом невероятного приключения. Случайно или по велению судьбы она попадает в Волшебную страну Снов, мир бесконечных возможностей и невообразимых чудес. Но страна прекрасных грез находится под угрозой – её поглощает Тень Забвения, порождение страхов и негатива, грозящая превратить все в безликую пустоту. Чтобы спасти мир, который стал для неё вторым домом, и найти путь обратно, если она этого захочет, Ане придется столкнуться со своими собственными страхами, раскрыть тайны страны Снов и узнать истинную силу воображения.

> Жанр: Портал-фэнтези

## Пролог

Мир яви считает сны эфемерными. Всего лишь игрой разума, случайными картинками, мелькающими за закрытыми веками. Психологи анализируют их как эхо дневных забот и скрытых желаний, ученые говорят о химических реакциях и фазах сна. Для большинства людей сны – это лишь мимолетные, ускользающие видения, забывающиеся с первыми лучами солнца, как утренняя дымка рассеивается под ветром.

Но есть иная реальность. Мир, что не увидишь глазами и не потрогаешь руками в привычном смысле. Реальность, сотканная из тончайших нитей воображения, эха эмоций, искр забытых желаний и глубочайших страхов. Мир, который существует на тонкой грани между бодрствованием и забвением, пульсируя жизнью, совершенно непохожей на нашу. Имя ему – Страна Снов.

Это мир, что не знает твердых законов физики. Где ландшафты текучи, цвета живые и переменчивые, а существа рождены из самых причудливых, самых ярких, самых глубоких образов человеческого и не только человеческого сознания. Здесь можно летать, просто пожелав этого. Здесь реки поют, а горы помнят истории, которых никогда не было. Это мир бесконечных возможностей, рожденный из безграничного потенциала мысли.

Но даже в мире бесконечного света и безграничного воображения бросает тень. Тьма, рожденная не из отсутствия света, а из глубин страхов, сомнений, апатии и забвения. Тени Забвения. Кошмары. Они – извращенное отражение света, антитеза мечты. Они стремятся поглотить, исказить, стереть. Они питаются тем, что копится в сердцах мира яви: страхом, сомнением, ненавистью, чувством безысходности.

И по мере того, как свет в душах людей тускнеет, как все больше людей забывают мечтать или погружаются в пучину тревог, крепнет Тень в Стране Снов. Пустошь Кошмаров расширяется, поглощая яркие пейзажи, превращая их в серую, безжизненную массу. Древний баланс нарушен. Мир Снов слабеет.

Граница между мирами истончается. Видения становятся навязчивыми, шепот проникает сквозь завесу, а самые темные тени грозят просочиться наружу, неся забвение в мир, который их породил.

И в этот решающий час, когда сама суть мечты под угрозой… может быть, кто-то из мира яви, чьи сны всегда были ярче других… кто-то, кто чувствовал себя чужим в обыденности, но полным жизни во сне… кто-то, кто еще не разучился верить… найдет путь сквозь Зеркало Сна.

Путь, который лежит через зыбкие тропы, навстречу как самым прекрасным чудесам, так и самым ужасающим кошмарам. Путь, который может спасти оба мира. Или погрузить их во тьму.

Все начинается со сна. Обычного, казалось бы, сна, в одной обычной комнате, с одной обычной девочкой.

## Часть 1: Сквозь Зеркало Сна

Глава 1: Обычная Жизнь и Необычные Сны

Аня всегда чувствовала себя немного иначе. Не то чтобы она была изгоем или гением, нет. Просто мир вокруг казался ей… бледным. Тусклым. Как старая фотография по сравнению с цветным фильмом в формате 4К. Бледным по сравнению с тем, что происходило, стоило ей закрыть глаза и погрузиться в темноту ночи.

Дни Ани были предсказуемы и серы. Подъем по будильнику, завтрак в спешке, школа с её бесконечными уроками, переменами, наполненными чужими разговорами о вещах, которые казались ей неинтересными или непонятными. Дома – уроки, ужин, попытки поговорить с родителями, которые, казалось, жили по своему собственному расписанию, где для её странных мыслей и вопросов оставалось мало места. Одноклассники казались занятыми своими мелкими, понятными проблемами: кто с кем встречается, новая игра, планы на выходные, обсуждение мемов. Аня кивала, улыбалась, пыталась участвовать в разговорах, но мыслями была далеко. В ожидании ночи. Смесь страха и странного, необъяснимого предвкушения.

Потому что ночи были другими. Ее сны были не просто картинками. Они были мирами. Настоящими до кончиков пальцев, до последнего вздоха. Она могла чувствовать прохладу изумрудной травы под босыми ногами, настолько реальную, что иногда просыпалась с ощущением росы на ступнях. Могла пробовать на вкус фрукты, светящиеся изнутри, сладкие и незнакомые. Слышать шепот ветра, который рассказывал истории на языке, который она понимала сердцем, а не разумом. Видеть небо, где луны переливались всеми цветами радуги, а созвездия складывались в движущиеся узоры.

Эти сны были её секретом, её убежищем. Местом, где она чувствовала себя по-настоящему живой. Но среди чудес всегда таилась тень.

Последние месяцы тени становились длиннее и плотнее. Красивые, яркие сны начали омрачаться. Странные, бесформенные силуэты мелькали на периферии зрения, исчезая, стоило ей попытаться сфокусироваться. Шепот ветра иногда сменялся низким, неприятным гулом, похожим на жужжание гигантского, невидимого насекомого. А однажды ей приснился лес, где деревья плакали черными, вязкими слезами, а земля под ногами была холодной и липкой, словно грязь из самого дна глубокой ямы. Она проснулась в липком поту, с сердцем, колотящимся в груди, с чувством, будто всю ночь убегала от чего-то страшного, что так и не увидела целиком.

"Это всего лишь сны, Аня," – говорила мама, заметив её круги под глазами и рассеянность. "Просто стресс перед экзаменами. Попей успокаивающий чай."

Но Аня знала, что это не стресс. Это было что-то другое. Что-то, что проникало в неё каждую ночь. Что-то, что делало её такой… чужой, даже для самой себя.

Сегодняшний день в школе был особенно серым и тягучим. Уроки тянулись бесконечно, словно время замедлилось, не желая подпускать к ночи. Аня сидела у окна в своей комнате, глядя на тусклый свет фонарей, рисующих бледные круги на мокром асфальте. Хотелось рисовать, перенести на бумагу хотя бы часть тех неземных красок и форм, что она видела, но руки не слушались. Ни один карандаш, ни одна краска не могли передать сияние светящейся травы или глубину фиолетового неба. В конце концов, усталость взяла свое.

Она легла в кровать. Тело было тяжелым, налитым свинцом после бессмысленного дня, но разум оставался настороженным, напряженным. Как обычно, она попыталась вспомнить что-то приятное перед сном – летний день, смех друзей, любимую книгу, запах бабушкиных пирогов. Но в этот раз образы не складывались, рассыпались, не дойдя до сознания. В голове пульсировало только одно – ожидание. Ожидание того, что придет этой ночью.

Закрыв глаза, Аня почувствовала привычное погружение. Но оно было быстрее, глубже, чем обычно. Не просто мягкое скольжение по поверхности дремоты, а скорее ощущение, будто её протягивают сквозь что-то плотное, вязкое, как вода или густой туман. Воздух вокруг загудел, наполнился мириадами тихих звуков, похожих на далекий хор незнакомых голосов или жужжание гигантского роя пчел где-то очень близко. Цвета вспыхивали за веками – не просто вспышки, а целые пейзажи, проносящиеся с немыслимой скоростью, смазанные в радужные полосы.

Она почувствовала невесомость, потом легкое головокружение. Обычный сон начинался плавно, как медленное погружение. Этот был похож на прыжок с большой высоты.

Внезапно все стихло. Ощущение падения прекратилось так же резко, как началось. Аня все еще чувствовала, что находится где-то глубоко в своем сне, но на этот раз что-то было *иначе*. Она не *видела* сон, как зритель смотрит фильм. Она *была в нем*. Полностью. Бесповоротно. Каждая клеточка её тела, каждое её чувство кричало об этом.

Она открыла глаза.


Глава 2: Провал в Глубину

Это не было похоже ни на одну из ее спален, реальную или придуманную. И даже ни на один из тех невероятных пейзажей, что она видела во снах раньше. Аня лежала не на кровати, а на мягкой, упругой поверхности, похожей одновременно на плотное, душистое облако и густой, свежий мох. От нее исходил легкий, незнакомый травянистый запах и слабое, приятное тепло.

Небо над головой было невозможно-фиолетовым, усыпанным звездами, которые сияли ярче любых бриллиантов, и одновременно – нежно-розовым у самого горизонта, словно рассвет и закат встретились в одном бесконечном мгновении. Свет от этого двойного неба был мягким и рассеянным, он не отбрасывал резких теней, заставляя мир казаться объемным и плоским одновременно.

Воздух был прохладным, свежим и пах чем-то сладким, незнакомым, возможно, цветами, которых не существует на Земле, или… или запахом чистой, незамутненной радости. Тишина была не пустой, а наполненной тихим мерцанием, едва уловимым звоном, похожим на мелодию, которую можно скорее почувствовать кожей, чем услышать ушами.

Аня медленно поднялась. Ее тело казалось невесомым, движения – легкими и плавными. Одежда на ней была той же, что и перед сном – старая футболка и пижамные штаны с котятами, – но ткань ощущалась удивительно легкой и струящейся, будто сотканной из паутины и света.

Она огляделась. До горизонта простиралось то, что казалось одновременно бескрайним лугом и небом. Трава под ногами переливалась всеми оттенками зеленого, синего и серебристого, а отдельные травинки светились мягким, внутренним светом, словно крошечные живые фонарики. Кое-где росли странные, изящные цветы, похожие на стеклянные колокольчики, крылья бабочек или даже миниатюрные светящиеся скульптуры.

Далеко-далеко виднелись очертания чего-то монументального – может быть, гор, а может, гигантских, застывших волн, или замков, парящих в воздухе. А в другом направлении горизонт был размытым, словно край мира растворялся в мерцающем тумане или просто исчезал.

"Это… сон?" – прошептала Аня. Ее голос прозвучал слишком громко в этой тишине, но тут же растворился в воздухе, не оставив эха, словно сам мир поглотил звук.

Она ущипнула себя за руку. Больно не было, но ощущение было совершенно реальным. Настолько реальным, насколько может быть прикосновение к своей коже. Она прикоснулась к светящейся травинке – она была прохладной, упругой и чуть-чуть вибрировала под пальцами. Она понюхала воздух – запах был реальным, насыщенным.

Паника начала подступать. Если это сон, почему она не может проснуться? Почему ощущения такие полные, такие *настоящие*? Если это не сон… то что это? И где она? Она совершенно одна.

Сердце забилось быстрее, но не от ужаса, а от странной смеси восторга от неземной красоты и растущего, холодного страха.

Она сделала шаг. Под ногами мягко, приятно пружинило. Еще шаг. И еще. Она пошла вперед, просто потому, что не знала, что еще делать. Куда-то, лишь бы не стоять на месте, ожидая непонятно чего.

Идя по светящемуся лугу, Аня заметила, что пейзаж вокруг нее начал медленно, почти незаметно меняться. Цвета становились более насыщенными, фиолетово-розовое небо приобрело оттенок жидкого золота, а трава под ногами стала выше, образуя подобие тропы, словно расступаясь перед ней. Казалось, сам мир реагировал на её присутствие или, возможно, на её мысли и чувства.

"Интересно… если я подумаю о воде?" – пробормотала она, больше для себя. Она представила себе ручей, прохладный и журчащий, как те, что видела в лесу за городом. Она представила его так ярко, как только могла, вспоминая звук бегущей воды, ощущение брызг на коже в жаркий день.

Ничего не произошло.

"Ладно, это не работает," – вздохнула она разочарованно. "Это просто… очень реалистичный сон, который я не могу контролировать."

Но в следующее мгновение она услышала тихий плеск. Недалеко, среди высокой, золотистой травы, появился маленький ручеек, извивающийся, как серебряная змейка. Вода в нем была прозрачной, а по дну катились камешки, переливающиеся всеми цветами радуги, издавая тот самый тихий, музыкальный звон, что она слышала раньше.

Аня замерла от изумления. Она ничего не *делала*, просто *подумала*. И это… появилось? Она осторожно подошла к ручью и опустила руку в воду. Вода была не просто прохладной – она была живой, наполненной какой-то легкой энергией. Она зачерпнула немного и выпила. Вкус был чистым, сладким и оставлял после себя ощущение ясности в голове.

"Это невероятно…" – прошептала Аня, и на этот раз её голос не растворился, а прозвучал чисто и звонко. Улыбка медленно расплылась по её лицу. Она *могла* влиять на этот мир! Пусть не мгновенно и не совсем так, как она ожидала, но могла! Восторг снова захлестнул ее, на этот раз сильнее страха. Этот мир был не только красивым и странным, он был *отзывчивым*.

Но в этот момент яркие цвета вокруг нее стали тускнеть. Золотистое небо потемнело, приобретая свинцовый оттенок. Ручей перестал светиться, а тихий звон в воздухе сменился еле слышным, неприятным скрежетом, похожим на звук когтей, царапающих камень. Аня почувствовала, как улыбка сползает с её лица, сменяясь холодом ужаса.

Из-за высокой травы, там, где еще секунду назад был только светящийся луг, начали выползать… тени. Не просто отсутствие света, а нечто плотное, колышущееся, смутно напоминающее фигуры, вырезанные из самой ночной тьмы. Они двигались медленно, но неумолимо в ее сторону. И от них веяло холодом, который проникал до самых костей, и… страхом. Настоящим, осязаемым страхом, не её собственным, а *их*, исходящим *от них*.

Чувство восторга мгновенно испарилось, уступая место леденящей, парализующей панике. Аня узнала это ощущение. Это было ощущение из её самых страшных снов. Тех, от которых она просыпалась в холодном поту. Кошмары. Они были здесь. В этом реальном-нереальном мире. И они приближались.


Глава 3: Первые Шаги в Небывальщине

Тени приближались. Они не издавали звуков, кроме того самого скрежета, похожего на движение камней по стеклу или на скрежет зубов чего-то очень большого и голодного. Их форма оставалась неопределенной – иногда казалось, что это сгорбленные фигуры с длинными, тянущимися конечностями, иногда – просто сгустки абсолютной тьмы, движущиеся по земле. Но Аня чувствовала их намерение, такое же ясное и острое, как удар сердца: они хотели её. Хотели поглотить, стереть.

Инстинкт кричал: "Беги!" И она побежала.

Трава под ногами снова стала упругой, помогая отталкиваться. Фиолетово-розово-золотое небо проносилось над головой, смазываясь в полосы. Она бежала наугад, прочь от надвигающихся теней, туда, где горизонт темнел, обещая укрытие в виде леса.

Бег в этом мире ощущался иначе. Более легко, почти как полет или скольжение по воде. Казалось, любое движение дается без усилия. Но страх сковывал движения, делая их неловкими и поспешными. Она слышала, как скрежет теней становится громче. Они были быстрее, чем казалось, или же расстояние здесь искажалось.

Пытаясь увернуться от них и достигнуть границы леса, Аня свернула в сторону, к области, где трава становилась гуще и темнее, переходя в подлесок. Это было похоже на вход в лес, но деревья здесь были самыми странными из всех, что она видела даже в самых необычных своих снах: их стволы извивались, как гигантские змеи, переплетаясь друг с другом; листва напоминала плотные облака из цветной ваты – синей, зеленой, оранжевой – которая тихо шелестела, словно сдерживая смех; а с ветвей свисали светящиеся шары, похожие на гигантские, пульсирующие ягоды, отбрасывающие мягкий, изменчивый свет.

Она нырнула между двумя извивающимися стволами, оказавшись в прохладной тени. Воздух здесь был плотнее, пах влажной землей и чем-то пряным, незнакомым. Тихое мерцание воздуха, которое она чувствовала на лугу, здесь усиливалось, превращаясь в слабый, но отчетливый, нежный звон, похожий на звучание тысяч крошечных колокольчиков на ветру.

Аня остановилась, тяжело дыша, прислонившись спиной к стволу дерева. На ощупь он был гладким и теплым, как живое существо. Скрежет снаружи стих. Она выглянула из-за ствола. Тени остановились у самой границы леса, колыхаясь и словно бы принюхиваясь к воздуху. Они не решались войти. Видимо, что-то в этом лесу их отпугивало. Аня почувствовала легкое облегчение, но оно тут же сменилось новой волной тревоги – она была в безопасности от одного кошмара, но что таилось внутри этого странного места?

Осторожно, стараясь ступать бесшумно по мягкой, темной земле, Аня пошла глубже в лес. Каждый шаг был осторожным. Этот мир был прекрасен, но и полон опасностей, которые она совершенно не понимала. Что были за существа эти Тени? Что они хотели? И что за силы управляли этим лесом, способным остановить их?

Вскоре она вышла на небольшую поляну. Светящиеся шары на деревьях здесь сияли ярче, освещая пространство теплым, рассеянным светом. В центре поляны стоял объект, который заставил Аню замереть от удивления и… узнавания. Это было… зеркало. Но не обычное. Его рама была сплетена из тонких, серебристых, светящихся веток, похожих на иней или лунный свет. А поверхность не отражала мир вокруг – ни деревья, ни светящиеся шары, ни саму Аню. Вместо этого она мерцала мягким, белым светом, словно пойманный в ловушку туман или застывшее облако.

Аня медленно подошла ближе. От зеркала исходило слабое, манящее тепло, как от нагретого солнцем камня. Не зная почему, подчиняясь какому-то внутреннему порыву, она протянула руку. Кончики пальцев коснулись мерцающей поверхности. Это было странное ощущение – как прикосновение к холодному шелку или густому, плотному туману, который оказывал легкое сопротивление.

В этот момент мерцание зеркала усилилось, и из его поверхности, словно выныривая из воды или вылетая из раскрытой книги, выскользнул… образ. Это был маленький, проворный зверек, похожий на помесь белки и колибри, но с переливающимся всеми цветами радуги мехом и крошечными крылышками из чистого света. Он был размером с её ладонь.

Зверек завис в воздухе прямо перед ней, осматривая её большими, темными, невероятно умными глазами. Он издал звук, похожий на тихий, мелодичный щебет или легкое позвякивание.

Аня не испугалась. В отличие от Теней, это существо не излучало страха или угрозы. Оно казалось… любопытным. И немного радостным.

"Привет?" – осторожно сказала она, не ожидая ответа.

Зверек снова щебетнул, и этот звук показался Ане веселым и дружелюбным. Он подлетел еще ближе, кружился вокруг её головы, а затем, к её удивлению, сел ей на плечо. Его лапки были легкими, а переливающееся тельце приятно вибрировало, как маленький моторчик.

"Ты… кто?" – спросила Аня.

В ответ зверек тихо фыркнул, щебетнул и ткнулся мордочкой ей в щеку. Аня почувствовала легкое, теплое покалывание, похожее на очень слабый статический разряд, но приятное.

"Ты понимаешь меня?"

Зверек снова фыркнул, а затем, спрыгнув с её плеча, полетел к краю поляны, где деревья были немного реже и светились ярче. Он обернулся, его большие глаза словно спрашивали: "Идешь?"

Аня колебалась всего секунду. Оставаться одной в этом странном лесу, где шепчут невидимые голоса и прячутся тени, было страшно. Идти за этим необычным существом, которое появилось из зеркала, – тоже. Но зверь не казался опасным, а тени снаружи все еще оставались у границы леса, не решаясь войти. И к тому же, у нее не было никакого другого плана.

"Ладно," – тихо сказала она. "Покажешь мне дорогу? Куда ты меня ведешь?"

Зверек радостно щебетнул и полетел вперед, то и дело оборачиваясь, чтобы убедиться, что она идет за ним. Аня последовала за ним, вглубь леса, не зная, куда приведет ее этот необычный проводник в этом невероятном мире, рожденном из снов. Страх все еще был с ней, но теперь он смешивался с растущим чувством удивления и… предвкушения.


Глава 4: Шепот и Тени

Флик – так мысленно назвала его Аня, это имя казалось подходящим для такого юркого и светлого существа – вел ее дальше через лес. Чем глубже они заходили, тем более причудливым и насыщенным становилось пространство вокруг. Казалось, лес был живым и постоянно менялся, реагируя на невидимые потоки энергии или эмоций. Деревья меняли форму прямо на глазах: то вытягивались в тонкие, шпилевидные башни, уходящие в радужное небо, то сжимались в приземистые, узловатые фигуры, напоминающие сгорбленных стариков. Листья то напоминали перья экзотических птиц, то превращались в хрупкое, звенящее стекло, издавая тихий мелодичный звон при малейшем движении воздуха. Светящиеся шары на ветвях то мерцали ярко, наполняя полянки теплым светом, то тускнели, отбрасывая длинные, изменчивые тени, которые танцевали свой собственный, неведомый танец.

Маленький Флик ловко лавировал между меняющимися деревьями, его переливающееся тельце мелькало в свете. Он летел быстро, но всегда останавливался, чтобы подождать Аню, оборачиваясь и издавая свой тихий щебет, словно подбадривая её. Он вел ее по тропе, которая то появлялась под ногами в виде сияющих камней, то исчезала, требуя от Ани внимательности и сосредоточенности, чтобы не сбиться с пути.

По мере их продвижения Аня стала замечать и слышать других обитателей леса. Мимо проносились тени, похожие на птиц, но без крыльев, оставляя за собой шлейф из светящейся пыли. Из-за деревьев выглядывали лица, похожие на человеческие, но сделанные из дыма или тумана – они молча наблюдали за ней большими, бездонными глазами, а затем медленно растворялись в воздухе. Аня чувствовала, что эти существа не были враждебны, скорее нейтральны или просто любопытны, как часть самого леса.

Но самым распространенный ощущением был тихий, неразборчивый шепот, витавший в воздухе. Он был похож на обрывки разговоров, фрагменты мыслей, отзвуки забытых историй. Аня пыталась вслушаться, уловить смысл, но слова рассыпались, ускользали, оставляя лишь ощущение легкой грусти, или мимолетной радости, или смутного воспоминания.

Аня чувствовала себя как в гигантском, живом калейдоскопе. Это было завораживающе, невероятно красиво и… тревожно. Она не знала, какие из этих видений безопасны, а какие могут представлять угрозу. Правила этого мира были ей неведомы, и каждое новое явление могло оказаться как чудом, так и ловушкой.

Внезапно Флик, летевший впереди, резко остановился. Он издал высокий, тревожный щебет и быстро юркнул под большой, узловатый корень дерева, прижавшись к нему. Его переливающееся тельце потускнело, сливаясь с тенью.

Аня тоже остановилась. Шепот в воздухе стал громче и обрел неприятную, диссонирующую ноту. Тихий звон стекла и колокольчиков сменился едва уловимым, но нарастающим скрежетом. Среди причудливых теней леса появились другие – более плотные, абсолютно черные, те самые, что преследовали ее на лугу.

Они медленно просачивались сквозь деревья, словно чернила, растекающиеся по воде, искажая пространство вокруг себя. Листья на ближайших деревьях мгновенно жухли и осыпались, теряя цвет. Светящиеся шары на ветвях гасли один за другим, погружая лес в еще большую тень. Холод пополз по земле.

"Они… они идут за нами?" – прошептала Аня, чувствуя, как сердце сжимается от ужаса.

Флик задрожал, его маленькое тельце вибрировало от страха. Он указал мордочкой на углубление между корнями большого, узловатого дерева – того самого, под которым он прятался. Это было небольшое укрытие, почти невидимое среди причудливых форм корней.

"Спрятаться?" – догадалась Аня.

Флик торопливо закивал, его щебет звучал как серия испуганных писков.

Не раздумывая, Аня заползла в указанное место. Оно было тесным, пахло влажной землей и чем-то горьким, как старые листья. Флик юркнул следом и прижался к ней, дрожа всем тельцем.

Через мгновение тени достигли поляны, где они прятались. Аня слышала их движение – тот же скрежет, но теперь он звучал совсем рядом, прямо за стеной из корней. Она чувствовала холод, исходящий от них, холод, проникающий до костей, словно сама жизнь уходила из воздуха. И она чувствовала… голод. Не физический голод, а ужасающую, ненасытную жажду чего-то неуловимого. Жажду, которая была одновременно в них и направлена *на нее*.

Шепот вокруг стал громче, превращаясь в какофонию испуганных вздохов, обрывков кошмарных образов, звуков падения, криков, плача. Это было нечто ужасное, проникающее прямо в мозг, в душу, рождающее собственные страхи, вытаскивающее их наружу. "Ты не справишься… ты одинока… ты никто… здесь холодно… здесь темно…" – казалось, говорили голоса, наслаиваясь друг на друга.

Аня зажмурилась, пытаясь отстраниться от этого потока ужаса. Она прижала руки к ушам, но звуки были не внешними, они, казалось, рождались где-то внутри нее самой, подпитываемые присутствием Кошмаров.

Флик дрожал рядом с ней, прижимаясь все сильнее. Его страх усиливал её собственный.

И тут Аня вспомнила ручей. Как он появился, стоило ей только подумать о нем. Как мир отреагировал на её мысль. Хранительница, даже если она существовала только в её сне, сказала, что этот мир – эхо её мыслей и чувств. И что она может влиять на него.

"Не слушай их," – прошептала Аня, больше для себя, чем для Флика. "Они просто шум. Шум и холод."

Она сделала глубокий вдох, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце. Она представила себе стену. Яркую, белую, непроницаемую стену из света, которая блокирует звуки, которая блокирует холод, которая блокирует страх. Она представила её так же ярко, как представляла ручей. Не просто видела её, а *чувствовала* её прочность, её тепло. Она представила, как эта стена вырастает вокруг их маленького укрытия.

Шепот не исчез полностью, но стал тише, отступил немного, словно наткнувшись на препятствие. Холод Кошмаров все еще ощущался, но уже не был таким пронизывающим. Тени снаружи колыхались, словно не могли понять, куда она делась, их скрежет звучал раздраженно. Они задержались еще немного, их присутствие давило, но стена, которую Аня держала в своем воображении, выдерживала натиск.

Наконец, тени медленно двинулись дальше, их скрежет постепенно удалялся и затихал. Мрак, который они принесли, начал рассеиваться. Лес постепенно начал восстанавливаться, цвета возвращались, светящиеся шары снова зажигались, наполняя пространство мягким сиянием.

Аня тяжело выдохнула, открывая глаза. Она все еще дрожала, но уже не от паники, а от пережитого напряжения. Это было гораздо страшнее, чем любой обычный сон.

Флик вылез из укрытия, его мех снова переливался, хотя и не так ярко, как раньше. Он подлетел к Ане и ткнулся ей в руку, тихо щебеча, словно спрашивая, в порядке ли она.

"Я… я в порядке," – прошептала она, погладив его по головке. Существо было мягким и теплым, и его присутствие было невероятно успокаивающим. "Спасибо, Флик. Ты спас меня."

Флик снова указал вперед, в сторону, где лес становился светлее, но теперь его щебет был более уверенным, призывным. Казалось, он знал, куда идти, чтобы найти настоящую безопасность. Туда, где нет таких теней.

Аня кивнула. Страх все еще был с ней, но теперь он смешивался с новым чувством – осознанием собственной силы. Или, по крайней мере, потенциала. У нее был проводник. И она знала, что в этом мире не все прекрасно, но не все и ужасно. Были и тени, но был и свет. И она могла влиять на этот баланс.

Она встала и последовала за Фликом. Ей нужно было понять, почему она здесь, что за мир перед ней, и как справиться с растущей тьмой. И, возможно, найти того, кого Флик ведет её увидеть. Того, кто мог бы ответить на её вопросы.


Глава 5: Хранительница Рассвета

Флик вел Аню дальше через лес. Чем глубже они заходили, тем спокойнее и светлее становилась атмосфера. Узловатые, извивающиеся деревья постепенно сменялись более стройными и изящными формами. Шепот стихал, становясь вновь едва уловимым, нежным. Звенящие стеклянные листья превращались в мягкие, шелковистые или перьевые, а светящиеся шары на ветвях сияли ровным, теплым светом, отгоняя любые тени. Воздух очищался от гнетущего холода и запаха страха, наполняясь ароматами неведомых цветов и свежести после дождя.

Аня шла за Фликом, прислушиваясь к себе. Дрожь постепенно утихла, но чувство потрясения оставалось. Она чуть не стала жертвой чего-то ужасного, чего-то, что приходило к ней в самых страшных снах. Но она и открыла в себе нечто новое – способность влиять на этот мир. Мысль о ручье. Мысль о стене. Это сработало. Настоящая магия? Или просто природа этого странного места?

"Флик," – тихо сказала она, обращаясь к маленькому существу на своем плече. "Почему те тени… почему они меня преследовали?"

Флик издал тихий, грустный щебет. Он слетел с ее плеча и завис перед ней, его переливающееся тельце слегка потускнело. Он сделал несколько быстрых, сложных движений в воздухе своими светящимися крылышками, словно рисуя картину. Аня не понимала языка, но почувствовала образы: темнота, которая тянется к свету, холод, который хочет поглотить тепло, пустота, которая стремится заполнить себя чужой яркостью.

"Они… Кошмары?" – догадалась Аня.

Флик кивнул, его щебет стал более решительным.

"И они хотят… поглотить меня?"

Снова кивок, более энергичный и тревожный. Затем Флик подлетел ближе и ткнулся ей в грудь, в область сердца. Потом указал на ее голову. Аня поняла. Они хотели поглотить её свет, её мысли, её мечты, её… душу? От этой мысли стало не по себе.

"Но почему я?" – спросила она, скорее в пустоту, чем Флику. "Я же просто… обычная девочка из другого мира."

Флик снова начал "рисовать" в воздухе: мерцание, похожее на отражение в воде, затем яркий луч света, выходящий из этого мерцания, и, наконец, образ самой Ани, окруженной сиянием. Аня поняла, что он показывает: она пришла извне, и она – яркая. Ярче, чем обычные обитатели этого мира. А яркость привлекает Кошмары.

Она почувствовала тяжесть этой мысли. Она не просто заблудилась здесь. Она была маяком. Приманкой. Или… целью.

Лес стал совсем светлым, деревья расступились, и они вышли на новую поляну. Это место было совершенно иным, даже по меркам Страны Снов. Небо здесь было ярко-голубым, как в самый ясный летний день на Земле, но по нему неслись медленные, величественные облака всех цветов радуги: пурпурные, изумрудные, золотистые, серебристые. Трава была невероятно мягкой и ярко-зеленой, покрытой тысячами мелких, сверкающих, как роса, огоньков, которые мягко пульсировали. В центре поляны стояло огромное, величественное дерево, чьи корни уходили глубоко в землю, а ветви, казалось, касались самого радужного неба. Ствол его был гладким, цвета слоновой кости, а листья – нежно-золотистыми, постоянно издающими тихий, мелодичный звон, похожий на переливы тысяч крошечных колокольчиков на ветру, но этот звон был спокойным и гармоничным.

Под деревом, на одном из его широких, похожих на скамью корней, сидело существо. Оно не было похоже ни на Сновидцев, которых Аня видела дымчатые лица, птицы без крыльев, ни уж тем более на Кошмары. Существо имело женские очертания, но ее тело, казалось, было соткано из чистого света и утренней дымки. Вместо волос у нее был водопад сияющих нитей, струящихся до земли, а глаза горели мягким, внутренним светом, цветом похожим на восходящее солнце. Она была одета в одежды, похожие на утренний туман, перехваченный поясом из мерцающих, крошечных звезд.

Флик слетел с плеча Ани и, издавая тихий, радостный щебет, полетел к существу. Оно улыбнулось Флику, и его улыбка была как восход солнца – теплая, спокойная и наполняющая все вокруг мягким сиянием. Флик сел на протянутую руку, прижимаясь к ней.

Затем сияющие глаза существа обратились к Ане. Взгляд был пронизывающим, но совершенно не пугающим. Он казался невероятно древним, мудрым и полным глубокого, безграничного понимания.

"Добро пожаловать, Дитя, чьи сны ярче яви," – прозвучал голос существа. Он был нежным, как шелест золотых листьев на ветру, но глубоким, резонирующим, как далекий, добрый гром. Голос звучал не в ушах, а, казалось, прямо в сознании, обволакивая и успокаивая.

Аня почувствовала, как остатки дрожи окончательно уходят из ее тела. Присутствие этого существа излучало невероятное спокойствие, силу и… безопасность.

"Кто… кто вы?" – спросила Аня, неуверенно подходя ближе.

"Меня называют по-разному," – ответило существо, и её голос был похож на музыку. "Кто-то зовет меня Источником Видений, кто-то – Матерью Снов. Но те, кто знает меня лучше, называют Хранительницей Рассвета."

"Хранительница… Рассвета?" – повторила Аня. Имя звучало так правильно в этом сияющем месте.

"Да. Я одна из тех, кто поддерживает свет, порядок и гармонию в этом мире. Мире, рожденном из всех снов существ, что когда-либо спали. Этот Великий Древо Снов – его сердце и связь с источником всех грез."

"Значит… это все по-настоящему?" – Аня наконец озвучила вопрос, мучивший ее с того момента, как она открыла глаза на светящемся лугу.

"Настолько реально, насколько реальны твои мысли и чувства," – ответила Хранительница. "Этот мир – эхо их. Воплощение их. Он столь же реален, сколь и мир, из которого пришла ты."

"Но… Кошмары? Те тени, что гнались за мной…"

Лицо Хранительницы омрачилось, хотя и не потеряло своей безмятежности. "Кошмары – это другая сторона. Рожденные из страхов, сомнений, ужасов, апатии и забвения. Они всегда существовали, как тени существуют при свете. Но теперь они растут. Они поглощают свет, искажают мечты, расширяют свою Пустошь, стремясь превратить все в безликую, серую массу."

"Почему они растут? Почему стали такими сильными?"

"Мир людей меняется, Дитя. Страхов становится больше, надежд – меньше. Сомнения и тревоги проникают в самые глубокие уголки душ. Люди все чаще забывают мечтать, перестают верить в чудеса, погружаясь в рутину и негатив. И эта тьма питает Кошмары, делая их сильнее. Граница между мирами становится тонкой, и это опасно."

Хранительница Рассвета жестом пригласила Аню сесть рядом с ней на широкий корень дерева. Аня послушалась. Сидеть рядом с ней было удивительно комфортно, словно она оказалась дома после долгого и опасного пути.

"Флик привел тебя сюда," – сказала Хранительница, ласково поглаживая зверька, который уютно устроился у нее на руке. "Он – дух чистого любопытства и радости открытия, рожденный из снов о неизведанном. Такие существа чувствуют тех, кто способен видеть больше, чем обычный Сновидец. Тех, чья связь с этим миром не рвется при пробуждении."

"Способен видеть больше?"

"Да, Аня. Ты – особенная. Твои сны всегда были ярче, потому что связь твоей души, твоего воображения, твоего сердца с этим миром сильнее, чем у большинства. Ты не просто видишь сны, ты со-творяешь их. И ты можешь влиять на этот мир. Ты уже делала это."

Аня в изумлении уставилась на Хранительницу. "Я? Влиять на этот мир? Но как? Я просто думала…"

"Именно. Твои мысли, твои чувства, твоя вера – здесь они обретают форму. Когда ты представила ручей, он появился. Когда ты представила стену из света, она защитила тебя от шепота Кошмаров. Сила твоей души, твоей веры и твоего воображения – это ключ. Сила, которая в реальном мире остается спящей для большинства, здесь может творить чудеса… или ужасы, если поддаться страху."

"Но я не знала…"

"Многие не знают. Но теперь ты здесь. Не случайно. Мир Снов в опасности, Аня. Кошмары становятся все сильнее, и если они поглотят этот мир, твой мир тоже не останется прежним. Граница между сном и явью истончится, и тени могут просочиться… или люди могут навсегда потерять способность мечтать."

Аня почувствовала, как по спине пробегает холодок. Испуганные лица, которые она видела в лесу, шепот, полный ужаса… Это было не просто ее личное приключение. Это касалось обоих миров. Ее мира. Мира, который она так часто находила скучным и бледным, но который все равно был её домом.

"Что я могу сделать?" – спросила она, чувствуя себя маленькой и беспомощной перед лицом такой грандиозной угрозы.

Хранительница Рассвета улыбнулась ей, и в этой улыбке была огромная надежда. "Для начала – понять. Понять этот мир, понять себя. Найти других, кто готов сражаться за свет. И научиться использовать силу, которая спит в тебе. Ты должна отправиться к Горам Чистого Воображения. Там живут те, кто помнит древние пути и знает, как противостоять растущей тьме. Они могут научить тебя. Флик покажет дорогу."

Она протянула руку и коснулась лба Ани. Аня почувствовала прилив тепла, словно сотни крошечных огоньков зажглись в ее сознании, разгоняя остатки страха и сомнений. Перед ее внутренним взором пронеслись образы, не виденные ею ранее: величественные города из света и музыки, существа немыслимой красоты и доброты, обширные просторы, залитые сиянием грез, и рядом с ними – темные, извивающиеся тени, поглощающие свет, искажающие формы, сеющие страх и забвение.

"Путь будет долгим и опасным, Аня," – сказал голос Хранительницы в ее голове, становясь частью её собственных мыслей. "Тени будут пытаться остановить тебя. Они будут использовать твои собственные страхи против тебя. Но у тебя есть потенциал. Ты – Дитя, чьи сны могут стать реальностью. И, возможно, именно твои самые яркие мечты смогут отогнать самые темные кошмары."

Хранительница отвела руку. Аня почувствовала себя одновременно опустошенной от наплыва информации и наполненной новой, странной энергией – энергией решимости.

"Куда мне идти?" – спросила Аня, вставая. Ее голос теперь звучал увереннее.

"Путь лежит через Заблудший Лес, к Горам Чистого Воображения," – ответила Хранительница. "Там ты сможешь найти тех, кто помнит древние пути и знает, как противостоять растущей тьме. Флик покажет дорогу. Но будь осторожна, Дитя. Лес полон опасностей, рожденных из самых потаенных страхов. И помни… верь в себя. Верь в свои сны."

Аня кивнула. Страх все еще был с ней, он не исчез полностью, но теперь он смешивался с решимостью и новым чувством ответственности. Она не могла просто проснуться и забыть об этом. Этот мир был частью ее, и он нуждался в помощи. И, возможно, именно здесь она наконец-то могла перестать чувствовать себя чужой.

Она встала. Флик слетел с руки Хранительницы и сел на плечо Ани, его щебет звучал ободряюще.

"Спасибо," – искренне сказала Аня Хранительнице Рассвета.

Хранительница кивнула, ее глаза сияли мудростью и надеждой. "Иди, Дитя. И пусть твои сны будут твоим щитом и мечом."

Аня обернулась и вместе с Фликом направилась к краю поляны, туда, где начинался Заблудший Лес, вступая на путь, который должен был привести ее к сердцу Страны Снов и, возможно, к пониманию самой себя. Первая часть её путешествия завершилась. Приключение только начиналось.

## Часть 2: Путь по Зыбким Тропам

Глава 6: В Заблудший Лес

Поляна Хранительницы Рассвета осталась позади, сияя мягким золотым светом, словно утешительный маяк на краю неизведанного. Аня и Флик снова вступили под сень деревьев. Лес, который они видели до этого, казался лишь преддверием. Настоящий Заблудший Лес начинался здесь.

Воздух под этими деревьями был плотным, наполненным запахом влажной земли и… вопросами. Аня почувствовала это почти физически – витающие в воздухе неопределенность, сомнения, обрывки забытых идей, которые так и не обрели форму. Лес был тише, чем тот, где она пряталась от Кошмаров, но эта тишина была обманчивой. Она давила, словно наполненная невысказанным.

Деревья здесь не столько меняли форму резко, сколько *не могли определиться*. Их стволы то казались прямыми, то начинали извиваться. Листья то были зелеными, то становились неопределенно серыми. Светящиеся шары мерцали тускло, словно затянутые дымкой.

Тропа, по которой вел Флик, была узкой и нечеткой. Она вилась среди корней, исчезала под зарослями странных, колючих кустов, похожих на клубки спутавшихся мыслей, и снова появлялась в неожиданном месте. Аня старалась не терять из виду маленькое переливающееся тельце Флика, который, казалось, чувствовал путь, неведомый ей.

Вскоре Аня заметила, что они идут уже довольно долго, но пейзаж вокруг почти не меняется. Одно и то же причудливое дерево, одно и то же сплетение кустов, один и тот же тускло мерцающий шар.

"Флик," – позвала она. "Мы не заблудились?"

Флик остановился. Он облетел её, щебеча, и его щебет звучал немного растерянно. Он ткнулся мордочкой в одну сторону, потом в другую. Казалось, даже он не совсем уверен.

И тут Аня снова услышала шепот. Но это был не тот ужасающий хор Кошмаров. Это был тихий, ненавязчивый, но бесконечно сбивающий с толку гул голосов, словно сотни людей разговаривали одновременно, но слишком далеко, чтобы разобрать слова.

*"…ты точно туда идешь?…"*

*"…а может, лучше налево?…"*

*"…ты же это уже видела, да?…"*

*"…а что, если это ловушка?…"*

*"…ты уверена?…"*

Шепот был едва слышен, но он проникал прямо в мысли, рождая сомнения. Аня чувствовала, как её собственная уверенность начинает таять. А вдруг она ошиблась? Вдруг Хранительница ошиблась? Вдруг Флик просто ведет её куда-то наугад?

Тропа перед ней раздвоилась. Обе ветви выглядели абсолютно одинаково. Куда идти? Флик завис между ними, растерянно щебеча.

Аня почувствовала, как холод сомнения расползается в груди. Как легко здесь потеряться. Не просто заблудиться физически, а потерять цель, потерять решимость, потерять себя в этой паутине неопределенности. Это был лес Заблудших Мыслей, и он делал свою работу.

Она закрыла глаза на мгновение, пытаясь сосредоточиться. Вспомнила лицо Хранительницы Рассвета, её слова: "Верь в себя. Верь в свои сны."

Но как верить, когда все вокруг шепчет о сомнениях?

Она снова открыла глаза. Ветви тропы все так же выглядели идентично. Шепот усилился, становясь более настойчивым.

*"…останься здесь, тут безопасно…"*

*"…куда ты спешишь?…"*

*"…тебе это не нужно…"*

*"…просто забудь…"*

"Нет!" – громко сказала Аня, и её голос прозвучал резко в тишине леса. Шепот на мгновение отступил. "Я знаю, куда иду! К Горам Чистого Воображения! Мне нужно туда!"

Она сделала глубокий вдох. Страх и сомнения пытались парализовать её, но она вспомнила, как справилась с Кошмарами. С силой своей мысли.

Этот лес – воплощение сомнений. Чтобы пройти его, нужно быть уверенной. Нужно не поддаваться неопределенности.

Аня сфокусировала свое внимание не на тропах, а на цели. Горы Чистого Воображения. Она представила их. Не так, как создавала ручей или стену – она не знала, как они выглядят. Но она представила *ощущение* цели. Прямой путь. Уверенность.

Она протянула руку к одной из ветвей тропы. Не выбирая наугад, а *намереваясь*, чтобы эта ветвь вела туда, куда ей нужно.

"Мы идем сюда," – сказала она, указывая на правую тропу, хотя секунду назад она ничем не отличалась от левой.

В тот же миг правая тропа будто чуть ярче засветилась. Шепот вокруг недовольно загудел, но не стал сильнее.

Флик, который до этого растерянно метался, вдруг издал радостный щебет и полетел вперед по выбранной Аней тропе. Он больше не казался неуверенным.

Аня шагнула на тропу. Она все еще чувствовала присутствие леса, попытку сбить её с пути, но теперь у неё был якорь – её собственная решимость и вера в цель. Шепот продолжал витать в воздухе, но Аня научилась отделять его от своих мыслей, воспринимая как просто фоновый шум.

Они шли дальше. Тропа все еще вилась и иногда меняла направление, но теперь она не исчезала и не заводила их в тупик. Деревья все еще выглядели странно, но в их формах стало больше определенности. Светящиеся шары мерцали ровнее.

Аня чувствовала, как её собственное состояние влияет на мир вокруг. Когда она поддавалась сомнениям, лес становился более запутанным и пугающим. Когда обретала решимость, путь становился яснее.

Это был первый урок Заблудшего Леса. Чтобы найти путь, нужно сначала найти его внутри себя. Не заблудиться в собственных мыслях.

Они продолжали свой путь по зыбким тропам, углубляясь в сердце Волшебной страны Снов. Впереди были новые регионы, новые испытания и новые встречи. Путь к Горам Чистого Воображения только начался.


Глава 7: Голоса Забытых Мыслей

Пройдя раздвоение тропы с новой, хотя и еще хрупкой, уверенностью, Аня и Флик углубились в Заблудший Лес. Атмосфера снова изменилась. Лес перестал активно шептать сомнения, но стал… меланхоличным. Деревья здесь выглядели так, словно их кто-то начал рисовать, но так и не закончил – их очертания были расплывчатыми, цвета ненасыщенными, а стволы иногда просто обрывались в воздухе, продолжаясь лишь слабым, мерцающим контуром. Листва напоминала выцветшие фотографии, а светящиеся шары почти не давали света, лишь слабо пульсировали, как угасающие угольки.

Это был не лес сомнений, а лес забвения. Место, куда попадали мысли, идеи, образы и даже целые сны, которые люди забывали, от которых отмахивались, которые считали неважными. Здесь витало тихое, печальное эхо всего того, что было когда-то важным, но потом стерлось из памяти.

Аня почувствовала легкую грусть, идущую от самого воздуха. И вскоре она услышала Голоса. Они были не такими настойчивыми, как шепот сомнений, но проникали в самую душу.

*"…помнишь тот домик на дереве?…"*

*"…а ту мелодию? Я её сочинил… но забыл записать…"*

*"…мы так хотели полететь к звездам…"*

*"…он обещал вернуться…"*

*"…я ведь был когда-то любимым плюшевым медвежонком… где теперь та девочка?…"*

*"…эта история… она так и не была рассказана до конца…"*

Это были не слова, а скорее чувства, образы, мгновения, облеченные в звук. Голоса были тихими, печальными, полными тоски по тому, кто их забыл. Они исходили отовсюду: из колышущейся листвы, из-под корней деревьев, из мерцающих шаров, из туманных фигур, которые иногда проплывали между стволами, похожие на призрачные образы людей, животных или даже предметов.

Флик, сидевший на плече Ани, теперь не просто вел её, а, казалось, прислушивался к этим Голосам с легкой печалью. Он издавал тихие, сочувствующие щебеты.

Аня шла медленно, стараясь не наступать на едва видимые, мерцающие тропинки, которые то появлялись, то исчезали под ногами. Каждое забытое воспоминание, каждая потерянная мечта в этом лесу были хрупкими, как крылья мотылька.

Вскоре они вышли к небольшой поляне, где стоял объект, привлекший внимание Ани. Это было… пианино. Старое, расстроенное пианино, сделанное из чего-то похожего на полупрозрачный янтарь, но покрытое пылью забвения. Одна из клавиш издавала тихий, настойчивый, но очень печальный звук – одну-единственную ноту, повторяющуюся снова и снова, словно пытаясь привлечь внимание.

Рядом с пианино сидела фигура. Она была похожа на пожилую женщину, но её очертания были размытыми, словно она была соткана из тумана и легкой грусти. Она смотрела на пианино с бесконечной тоской.

*"…ту мелодию… я почти закончила её… самую красивую мелодию о рассвете…"* – прозвучал её голос, который Аня услышала не ушами, а прямо в сердце. – *"…но потом… потом пришли заботы… и я забыла… забыла доиграть… и теперь… она просто здесь… одна нота… бесконечно…"*

Аня почувствовала, как слезы наворачиваются на глаза. Это было так печально. Мелодия о рассвете, затерянная в лесу забытых мыслей.

Флик слетел с ее плеча и осторожно подлетел к женщине из тумана. Он тихо щебетнул, касаясь её размытой руки. Женщина слабо улыбнулась ему, её улыбка была печальной, но не безжизненной.

Аня подошла ближе. "Вы… вы забытая мысль? Забытая мелодия?"

Женщина кивнула. *"Я… то, что осталось от мечты. От творчества, которое не было закончено. Я не Кошмар… я просто… одинока. И моя мелодия… она не может стать целой без того, кто её создал."*

Аня посмотрела на пианино, на повторяющуюся ноту. На женщину, которая была воплощением незавершенной мечты. И она вспомнила себя, свое желание рисовать, которое часто откладывала "на потом", свои идеи, которые никогда не записывала. Сколько её собственных "забытых мыслей" витает где-то здесь?

"Может быть… я могу помочь?" – спросила Аня, не совсем понимая, как. Она не умела играть на пианино.

Женщина покачала головой. *"Никто из этого мира не может. Только тот… или та… кто помнит… или кто может… почувствовать…"*

Почувствовать. Аня закрыла глаза. Она представила эту женщину. Представила её мечту о мелодии рассвета. Представила, какой она могла бы быть. Светлой, нежной, наполненной надеждой. Она не слышала всей мелодии, но чувствовала её *суть*.

Она протянула руку к пианино. Не к одной ноте, а к клавишам в целом. Она не собиралась играть, в привычном смысле слова. Она собиралась… *почувствовать* мелодию. *Намереваться*, чтобы она прозвучала.

"Я… я чувствую её," – тихо сказала Аня. "Твою мелодию о рассвете. Она не забыта. Она здесь."

Она прикоснулась к клавишам. Пальцы легли на них, и Аня почувствовала не только прохладу янтаря, но и легкую вибрацию, отклик. И тогда…

Тихий, чистый звук наполнил поляну. Это была не одна нота. Это была целая последовательность звуков, негромкая, но прекрасная. Мелодия, действительно похожая на первые лучи солнца, пробивающиеся сквозь туман. Она была проста, но наполнена такой искренностью и красотой, что у Ани снова навернулись слезы, на этот раз от умиления и грусти одновременно.

Мелодия длилась недолго, всего несколько тактов, а затем затихла, оставив после себя лишь легкое, светлое эхо.

Женщина из тумана смотрела на Аню широко распахнутыми, светящимися глазами. Её очертания стали чуть более четкими, цвета – насыщеннее. Улыбка на её лице перестала быть только печальной, в ней появилась благодарность и… облегчение.

*"Она… она не забыта,"* – прошептала она. *"Ты… ты услышала её. Спасибо, Дитя. Спасибо…"*

Она протянула руку, и Аня почувствовала легкое, теплое прикосновение к своей щеке. Это было как прикосновение солнечного луча.

*"Лес Заблудших Мыслей коварен,"* – сказал её голос, теперь звучащий яснее. *"Он питается тем, что забыто. Он удерживает тех, кто не может вспомнить или быть вспомненным. Но ты… ты не забываешь. Ты слушаешь. Это сила."*

Аня почувствовала, как что-то легкое и светлое опускается ей на ладонь. Она посмотрела – это был крошечный, мерцающий символ, похожий на музыкальную ноту, сделанную из света. Он был теплым и приятно пульсировал.

*"Это… часть мелодии,"* – сказала женщина. *"Часть благодарности. Она поможет тебе услышать… и быть услышанной… когда это понадобится."*

Женщина-мысль слабо поклонилась, и её фигура начала медленно растворяться в воздухе, но не с грустью, а с миром и легким сиянием, словно обретя покой. Пианино из янтаря тоже начало тускнеть, его очертания расплывались, пока оно не стало просто частью мерцающего, туманного воздуха леса.