Вероника Галкина
Брошенный

"Предисловие"

Сейчас ночь. Одна из тех, что завораживает и в тоже время наводит ужас. За окном завывает ветер и врывается вовнутрь со свистом через щели в окнах. Слышно как гнутся ветки деревьев издавая противный, скрипучий звук. Мне холодно. Так хочется чтобы мама сейчас согрела меня своим теплом. Но я лежу совсем один и греют меня только пелёнки и одеяло из колючей шерсти.

Я живу лишь пару часов, а уже вступил в эту безжалостную и беспощадную жизнь. Но мои раздумья прервал чей-то приход. Эта была женщина. Она пришла на мой плач.

– Идём ко мне мой хороший.

Она взяла меня на руки и сунула мне в рот бутылочку с теплым молоком.

– Сейчас мы с тобою покушаем.

Сказала она и стала нежно гладить меня по голове своей теплой и нежной рукой.

– К маме хочешь, да? Твою маму убить бы. Животные не бросают своих детей, а она… Ну ты не переживай, ты хорошенький и мы быстро тебя пристроим в хорошую семью.

ГЛАВА 1

С чего началась моя жизнь? Давайте по порядку!

Сегодня я родился. Родился я недоношенный, слабый и больной. У моей мамы начались преждевременные роды на тридцать четвёртой неделе беременности. Потому- что она то и дело употребляла запрещённые вещества и вообще вела не очень здоровый образ жизни. Я был нежеланным ребёнком и зачат в пьяном угаре. По- этому мама то и дело била себя по животу и я злил её уже тогда своим присутствием. Да мне и без этого было плохо. Я всегда был голодный, ведь мама вместо еды покупала яд для своего и моего организма. Когда маме было плохо, было плохо и мне.

Я слышал её голос, я знал что это мама и на её голос я отвечал толчком в живот, а она кажется и не замечала этого.

В больницу её привезли с кровотечением и в нетрезвом состоянии. Я слышал как она кричала: «Вытащите это из меня. Это всё он виноват». И я снова получал порцию ударов. Врачи пытались остановить её, но не всегда получалось. Но я уже привык к ним, по этому просто прижимался ближе к задней стенке.

Роды прошли очень тяжело и для мамы и для меня. Я родился с гипоксией и остановкой сердца. Но врачи дали мне второй шанс и я не должен его упустить. А вот мама мне шанса не дала и решила что я ей не нужен.

Глава 2

Я проснулся от непонятного шума вокруг меня, глаза открыть я не смог, слишком ярко. Я почувствовал, как ко мне прикасается что-то холодное, оно касалось моей груди. Я смутно слышал голоса, но не видел их обладателей.

– Он очень слабый. Удивительно что он вообще выжил.

– Сам бог дал ему второй шанс.

– Бедный малыш. Что с ним теперь будет?

– Пока он будет в детской реанимации, а после уже детский дом.

– Мне так жаль его. Такой маленький и беззащитный. Если бы я только могла забрать его…

– Сейчас время такое. Люди не думают о последствиях. Он не первый и он же не последний. Такова жизнь.

– Надеюсь у него всё будет хорошо.

В этот же день меня поместили под стеклянный «купол», не помню как я оказался в нём. Проснулся от монотонного звука и наконец- то темнота. В нём очень тепло и я наконец- то могу лежать без колючего одеяла и пелёнок, мне этот «купол» напоминает мамин животик. Я бы очень хотел снова услышать её голос. Ночью мне стало очень больно. У меня болели руки и ноги, хотя кажется у меня болело всё тело. Становилось очень жарко и дышать становилось больнее и тяжелее. Мне казалось что кислород заканчивается. Я вдыхал жадно воздух, а он отдавал болью в груди. Кричать у меня уже не было сил. Я думал: если дышать так больно, то зачем вообще дышать?

Теперь мне снова неудобно лежать. Я не знаю сколько прошло времени, но кажется уже не так больно. Только шевелить руками стало больно и что-то сковывает движения. Я приоткрыл глаза и понял что мне мешают трубки, которые торчали со всех сторон вокруг меня. Кто-то зашёл ко мне. Я услышал два женских голоса, я не слышал их ранее, но я лежал и молча слушал хоть и понять я их не мог.

– Я слышала ночью у вас было чепе.

– Да. Снова приступ.

– Что говорит врач?

– Последствия интоксикации в утробе. Ломота в теле, приступы эпилепсии.

– Да уж, не сладко же ему придётся. Но думаю скоро у него это пройдёт. Сильный малый он видно. Конечно совсем без последствий не обойдётся.

– Какие последствия?

– Дурачком будет.

Они ещё пару минут говорили, а потом ушли. А я снова остался один и почему только все уходят от меня. В больнице обо мне заботились, кормили вкусным молоком. Одна из медсестёр мне понравилась больше всех, она была первым человеком и чудом что я увидел. Я не знаю как её зовут, но у неё волшебный голос. Она одна всегда мне пела колыбельную, ну как мне, помимо меня ещё были дети. Но я то чувствовал, что она поёт именно мне.

Когда я её увидел солнце было уже высоко в небе, лучи солнца освещали её рыжие кудряшки и казалось что они горят как пламя огня. Откуда я могу это знать? Да не откуда, но так говорит наш врач когда видит её. Ещё он говорил, что её глаза как весенняя листва. Такая молодая и полная сил. Но наше счастье с ней длилось недолго и через месяц меня выписали и повезли в детский дом. С этого дня я больше её не видел.

Первый раз я ехал в железной коробке с колёсами, они называли это машина. Я сначала напугался громкого шума мотора, но позже привык. Держала меня медсестра на своих руках, я был укутанный в пелёнки и тёплое одеяло из колючей шерсти. Да, да. То самое одеяло. Лицом я был повёрнут к окну и мог наблюдать как идёт жизнь по ту сторону стекла. Мир казался таким безграничным и свободным. Мир в котором я оказался лишним и ненужным.

– Ну что малыш, мы почти приехали.

Сказала медсестра и продолжила…

– Наверное тебя Виталина нацеловала вдоволь. Понравился ты ей больно.

Виталина. Так вот как её зовут. Как же ей подходит это имя, такое же необычное как она сама.

– Пора нам прощаться с тобою. Удачи тебе мой маленький мужичек.

Машина остановилась напротив серого здания. Как? Неужели уже пора прощаться? А как же я буду один, неужели я не могу остаться?

Кто то взял меня на руки и я громко заплакал. Я видел слёзы медсестры, я пытался поймать её взглядом, но дверь машины захлопнулась и она уехала, а меня занесли в здание. Пахнет сыростью и молоком, ещё пахнет как в памперсе когда становится неприятно. Меня положили на какой то холодный стол и такие же холодные руки сняли с меня одеяло и пелёнки. Я снова расплакался, ведь мне стало холодно. В рот мне сразу сунули бутылочку, но из неё не текло молоко как раньше. Мне это не нравилось и я выплёвывал её, но мне совали её снова, пока чем- то её не залепили у меня на лице. Меня положили в кроватку, в такой я ещё не был. Она очень жёсткая и холодная, напоминает холодный стол, что был в начале, но всё же немного лучше. Я по прежнему хочу кушать, но этого явно никто не замечает. Я не могу кричать из – за этой штуки во рту, слёзы катятся по щекам, а грудь уже болит от тихого плача. Ну где же они все?

Наконец-то кто-то обратил на меня внимание. Голос был женский, очень грубый и мне показался неприятным. Я перестал плакать, ведь теперь мне стало страшно.

– Что ты так орёшь? Ты не в раю и жрать ты будешь по часам.

Она грубо оторвала эту штуку с лица и так же грубо сунула мне бутылочку в рот, облив меня молоком из этой же бутылочки. Бутылочка больно прижималась к губам и я чувствовал соленоватый вкус, но я очень хотел кушать поэтому и терпел. После того как я докушал, она сразу же встала и ушла, снова оставив меня одного. Кто же вытрет мне лицо? Мне кажется это никому и не нужно. Как оказалось тут я был не один, были слышны шаги и причмокивания других, таких же как я. Даже не знаю успокаивало меня это или только больше наводило ужаса.

Этой ночью мне снова стало плохо как и тогда. Я звал на помощь, но ко мне так никто и не подходил. Я долго кричал, не знаю сколько прошло времени прежде чем меня кто-то услышал.

– Опять ты. Ещё сутки не прошли как ты здесь, а уже бесишь меня.

Она совала мне соску, но я не брал её, а лишь продолжал кричать. Я пытался сказать «посмотри же ты как мне больно». Но кажется она так и будет стоять на своём. Разными способами она пыталась мне всунуть соску и в итоге у меня пошла кровь из губы. А её это разозлило только сильнее.

– Господи. Нарожают же уродов, а нам терпи их.

Она взяла меня на руки и унесла в другую комнату закрыв за собою дверь. А я ещё долго плакал, но я никому был не нужен. Именно поэтому устав плакать через какое-то время я успокоился и уснул.

Проснулся я оттого, что кто-то совал мне бутылочку в рот. Я был настолько голоден, что жадно вцепился в неё. Я услышал незнакомый мне голос, но мягкий и уверенный.

– Ты что не кормила его ночью?

– Кормила.

И снова я услышал этот грубый и злой голос.

– А мне почему-то кажется что ты спала. Я же предупреждала тебя, ещё раз что-то случится хоть с одним ребёнком и я пойду к начальству.

– Так, знаешь что. Не нужно меня обвинять в том, в чём я не виновата. Я его кормила. Это обратный эффект от его мамаши.

– О чём ты?

– Ну ты помнишь детей чьи мамки наркоманки? Они все ели как не в себя. У них это от внутриутробного голодания.

– Действительно. Помню такое.

Надо же так врать про меня, подумал я. Позже я узнал имена этих нянь. Злую звали- Ольга, а с нежным и уверенным голосом- Марина. Начало с Мариной было хорошим, она накормила меня, помыла и надела сухой памперс. Но позже она ушла и я стал смотреть в потолок и чуть полежав уснул. Проснулся я от криков других детей и заплакал сам. Я долго не мог дождаться когда ко мне кто-то подойдёт, но я слышал голос Марины и как потихоньку затихают другие крики. И всё же я дождался когда ко мне она подошла.

– Прости, прости. Ты же не один у меня. Сейчас я и тебя покормлю.

Я прекратил плакать и внимательно всматривался в её лицо. Она смотрела на меня и показывала своё удивление взглядом.

– Такой ты серьёзный. Будто-бы понимаешь что я говорю тебе.

Она покормила меня и снова надела сухой памперс. Мне стало очень комфортно и спокойно.

– Сейчас я кое-что принесу для тебя.

Она ушла и через короткий промежуток времени вернулась и начала что-то крепить на кроватку. Перед глазами закружились яркие предметы, играла музыка.

– Это мобиль на кроватку. Это мой подарок тебе. Тебе нравится? Вижу нравится, больше не плач.

Один день сменялся другим и так каждый день. Я по прежнему не любил Ольгу и терпеливо ждал смену Марины. В смену Ольги я постоянно плакал от её грубых прикосновений, я часто хотел кушать, а она не обращала внимания на меня. А когда я сильно кричал, меня снова наказывали темной комнатой и я стал бояться темноты…

ГЛАВА 3

На мой первый день рождения приехала семья для того, чтобы к себе в семью взять ребёнка.

– Вы такие молодые. Сколько Вам лет?

– Мне тридцать лет. Моему мужу тридцать два года.

– Почему вы приняли решение взять ребёнка из детского дома?

– Я не молодею и муж тоже. К сожалению нам не суждено обзавестись собственными детьми. Врачи говорят у меня непроходимость труб и поэтому я забеременеть не смогу.

– Мне очень жаль. Мы Вам обязательно поможем. Вы кого бы хотели? Мальчик или девочка? Может есть предпочтения в возрасте? Пойдёмте я покажу Вам своих воспитанников.

Я был очень увлечён машинкой и они не раз проходили мимо меня даже не замечая. И вот когда они прошли всех, я остался единственным кого они ещё не увидели.

– Ух ты. Что это за солнышко такое?

К моменту нашей встречи я уже достаточно подрос за этот год. Волосы стали белыми, переливались золотом. На лице уже появились первые веснушки.

– Это наш мальчик, очень добрый и ласковый.

– А как его зовут?

– Мы не давали пока ему имя, все называют его по разному. В основном это что-то ласковое.

– А где его мама? Разве можно было бросить такое чудо?

– Ой, знаете. Там очень тяжелая история. Он родился недоношенный, весь больной. Мать его зависимая и всю беременность пыталась избавиться от него. Врачи говорили это чудо что он вообще смог выжить. Он когда родился был весь в синяках, ужасно худой. Сейчас конечно он чувствует себя намного лучше. Но скорее всего без последствий не отразится образ жизни его матери. Он конечно хороший, но не советую его брать. Намучаетесь вы с ним.

– Вот как же суждено ему было выжить.

– Согласна с Вами. Ну что, пойдёмте дальше?

Она промолчала и лишь протянула ко мне руки. Я недоверчиво посмотрел на них, а потом ей в глаза и решил что бояться нечего. Я протянул ей свои руки, а она обняла меня и я доверчиво положил ей на плечо свою голову.

– Бедный мой мальчик.

Она переглянулась с мужем. Он улыбнулся ей, а она ему.

Её зовут Светлана, а её мужа Евгений. Они в браке уже восемь лет. Они долго шли к решению о том, чтобы взять ребёнка с детского дома. Большая проблема была в том, что они не знали кого именно они хотят и именно поэтому решили приехать и

посмотреть на всех детей. Они сомневались что смогут найти ребёнка, которого они смогут полюбить. Но они нашли его и это был я.

– Мы хотим забрать его.

– Хорошо. Это Ваше решение. Будьте готовы к тому, что будет тяжело. Но я желаю Вам удачи. Пойдёмте со мною, мне нужно посмотреть пакет Ваших документов.

Светлана стала отпускать меня, а я вцепился в её шею и заплакал. Ведь так давно никто не обнимал меня, я так давно не чувствовал любви к себе. А она меня прижала крепче и шепнула на ухо:

– Я скоро вернусь и мы с папой поедем домой.

Документы оформляли целую вечность как казалось мне. Я играл в машинки и постоянно озирался на дверь в надежде что они вот- вот войдут. И вот эта минута настала когда они вернулись. Я озарил их своей улыбкой, а они ответили мне тем же. Ко мне подошла директор детского дома и сказала на прощание:

– Веди себя хорошо и будь самым счастливым.

Меня одели и мы вышли на улицу. Я увидел у ворот машину, видимо на ней меня и повезут. Я уж и не помню как это, хотя вид из окна в памяти до сих пор. Светлана несла меня на руках, а как дверь машины распахнулась она стала отдавать меня кому-то. Я ухватился за её кофту и глазами пытался сказать «не отдавай меня, пожалуйста», но из глаз лишь потекли слёзы. Она покачала меня немного на руках и повернула лицом к двери.

– Посмотри. Там нет ничего страшного. Я просто посажу тебя в кресло и сяду рядом.

Она будто всё поняла по моим глазам. Я успокоился и сел спокойно в кресло. Меня пристегнули какими то ремнями и закрыли дверь. А я глазами следил как Светлана обходит машину и садится ко мне.

В машине было душно. Солнце немного припекало через стекло и иногда слепило глаза. Всю дорогу Светлана держала меня за руку и рассказывала о происходящим за окном. Я уснул под её спокойный голос и проснулся когда мы уже приехали. Я уже был раздетый и лежал в мягкой и тёплой кроватке. Над головой висела красивая люстра, а комната была наполнена светом. Я встал и заплакал, так, как уже проголодался. Потом я замолчал засмотревшись на коричневый ковёр с мишками на полу. Стены были светлее ковра. Вокруг было много игрушек, большой телевизор, стекло с водой с неизвестными мне существами. Будто бы они не знали что мне нужно и решили купить всё сразу, чтобы точно не прогадать.

Я пытался вылезти из кроватки, в детском доме у меня получалось, но тут почему то я не смог. Пока мои попытки были тщетны уже пришла Светлана с бутылочкой тёплого молока. Она улыбалась. Её кофейные волосы были убраны в хвост и завязаны жёлтой резинкой. Такие же кофейные глаза светились от счастья.

– Давай кушать дорогой мой.

Я лежал и кушал держав бутылочку за ручки. Взгляд от Светланы я не отводил, а она говорила со мной.

– Мы решили назвать тебя Алексеем. Тебе нравится это имя? Надеюсь что да. Тебе понравится у нас. Теперь это твой дом. У тебя теперь есть мама и папа. Ты хочешь чтобы я была твоей мамой?

Я перестал кушать. Вынул соску изо рта и протяжно повторил «мааа-мааа»

Она заулыбалась и глаза её заслезились.

– Правильно. Мама. Да, я твоя мама!

Мне дали имя- Алексей, но все называли меня Лёшка. Мною в основном всегда занималась мама, а папу я видел редко и в основном по вечерам перед тем, как лечь спать. Но однажды ночью я проснулся от криков доносимых с кухни. Это был голос мамы и папы:

– Тебя вечно нет дома.

– Я работаю чтобы кормить тебя и Лёшку.

– Да ты живёшь на работе. Как приходишь сразу в телевизор. Я тебя совсем не интересую.

– А кто в этом виноват? Я один сейчас всех кормлю.

– Ты мне тыкаешь этим сейчас? Ничего что я ребёнком занимаюсь?

– Так это ты хотела его взять, тебе же не терпелось.

– Значит только я этого хотела? Терпелось? Куда ещё тянуть было? Так. Хорошо. Мы собираем вещи и уходим!

– Не сходи с ума. Куда вы пойдёте? Давай не будем ссориться. Справимся как-нибудь. В конце- концов не будет же он вечно маленький.

– Мы уедем с ним к родителям!

– На север? Ну ты серьёзно? Прекрати уже. Мы справимся!

Ещё недолго они разговаривали о чём-то, то повышая тон голоса, то снова возвращались к привычному. Я не стал им мешать и поэтому пошёл спать дальше.

Я очень полюбил Свету. Мне было приятно называть её мамой. С ней я первый раз был в парке в нашем городе. Первый раз я увидел огромные машины, а в них крутят и вертят людей. Вокруг стояли очереди из желающих прокатиться там. Так же вокруг нас окружал лес, много цветов, птиц. В основном птицы толпились вместе с людьми у ларьков с попкорном и сладкой ватой, где-то продавали ход-доги, горячие бутерброды и сосиски в тесте. Я попробовал сосиску в тесте и мне казалось что ничего вкуснее я ещё не ел.

Мы ходили в глубине леса и смотрели на лошадей, их можно было покормить с руки морковкой. Кормили хлебом уток на озере. Катались на катамаране. Я могу уверенно сказать что это был мой лучший день в жизни. Я никогда не чувствовал себя так хорошо, так спокойно и так радостно. Мне было так хорошо больше не от того, что я проводил хорошо время. А от того, что со мною рядом человек который меня любит. Любит просто за то, что я есть и мне не нужно доказывать ей что я хороший.

Прошёл уже год с того момента как я обрёл свою семью. Мама по прежнему меня любила, как в самый первый день нашей встречи. Любила всем сердцем. Так искренне и бескорыстно. А папу я так и видел только по ночам и заставал его теперь в основном только за выпивкой.

Скандалы в нашем доме стали не редкость. Мама говорила изо дня в день одно и тоже: «ты превращаешься в алкаша. Тебя вечно нет дома. У тебя есть другая и ты меня уже давно не любишь». А он говорил тоже уже одну и ту же фразу «я работаю один и я один кормлю семью»

С каждым днём становилось всё хуже и хуже. Дошло до того, что папа поднял руку на маму. В итоге пару раз в неделю ей доставалось сполна. Меня она прятала в комнате и видимо по этому мне не доставалось. Мама плакала, ненавидела и в тоже время любила папу. Но всему есть предел. Та самая грань, которую нельзя переходить…

Однажды папа снова не ночевал дома. Мама очень переживала и не спала всю ночь. Её переживания уже выходили за рамки и она решила одеться и одеть меня и пойти прогуляться. Проветрить голову как она говорила.

Мы вышли на улицу, но не успев отойти от подъезда как мама увидела машину папы. Она помчалась к ней даже забыв обо мне. Она бежала к машине, а в мыслях у неё явно уже было что-то нехорошее. Я бежал за ней, но сильно отставал. Я увидел как с мамы «сошло» её привычное лицо и оно превратилось во что-то пустое и темное. По её щекам покатились слёзы. Слёзы боли, разочарования и предательства. Мама молча подошла ко мне, взяла мою руку и повела меня домой.

Дома она так же молча достала сумки и чемоданы, стала поспешно собирать вещи.

– Мама. Мы уезжаем?

– Лёшенька, сыночек. Мы поедем к тёте Кате на несколько дней, а потом придумаем что-нибудь. Хорошо?

– А папа?

– Папа с нами не поедет. Папа решил что мы ему не нужны. Но нам и без него будет хорошо. Я обещаю тебе.

Как мама и говорила мы пришли к тёте Кате. Она была рада нас видеть, хоть и обстоятельства были не очень радостными. Она накормила меня сладким, а маму вином. Мне это не понравилось, но мама хотя-бы перестала плакать.

У Кати мы провели неделю. В эту неделю мама пила каждый день, но про меня не забывали и кормили как и в обычный другой день. Через неделю мама посчитала что мы загостились у Кати и пора нам куда-нибудь идти. С собой у нас было денег не много. Но мама говорила что их должно хватить на первое время. Поэтому она приняла решение на три дня снять номер в отеле и после уже ехать со мною на север к моим бабушке и дедушке. Я с ними ещё не был знаком, может и видел их, но уже их не помнил.

Всё время что мы ушли из дома папа не звонил нам. Мама очень ждала его звонка и не смогла сдержаться и позвонила сама. Папа снял трубку и сказал «на развод я подал сегодня, сюда больше не звони» после чего скинул трубку. Мама швырнула телефон в стену и заплакала. Я подошёл к ней и обнял её. По моим щекам тоже покатились слёзы, но я обнимал её крепче и крепче. Казалось что так легче и ей и мне. Она часто гладила меня по волосам перед сном и мне становилось так хорошо и спокойно. Я стал гладить её тоже.

– Я просто не понимаю как мы докатились до такой жизни. Куда делась вся любовь? Сколько лет мы прожили душа в душу и всё впустую. Что я сделала не так, почему он меня бросил?

Я молча смотрел на неё, я пытался понять о чём она говорит.

– Молчишь. Вот и я уже не знаю что сказать и что делать.

Мама встала и начала собираться. Я сидел на диване и наблюдал за этим.

– Ты же посидишь тут пока я схожу в магазин?

– Да.

– Я включу тебе мультики и вернусь через пять минут. Ты с дивана не спускайся и сиди тихо.

– Хорошо.

Мама выключила мне мультики и как обещала вернулась через пять минут с магазина. В руках у неё был небольшой пакет с продуктами. Из пакета она достала мне сок и конфеты, а себе стеклянную бутылку с прозрачной жидкостью.

ГЛАВА 4

Я не понимал что происходит с мамой, почему она смотрит на меня по другому, почему не улыбается мне как раньше. Я подходил к ней обнять её, а она отталкивала меня. Я не понимаю почему, ведь я просто хотел её обнять, я ведь скучаю по тому времени когда мы были так счастливы. Раньше она перед сном читала мне сказки и пела колыбельные, а теперь она изредко буркнет "иди спать" или просто уснёт раньше. А я без неё стал плохо засыпать, могу всю ночь крутиться по кровати и уснуть только к утру. Так и было в эту ночь, уснул я ближе к утру, но разбудил меня громкий звук. Я вышел из комнаты и пошёл к источнику звука, звук исходил с кухни. Первое что я там увидел это осколки от посуды на полу. Я поднял глаза и увидел очень злую маму, она била тарелки одну за другой. Она громко выражалась словами, которые мне нельзя было слышать. Я смотрел на неё из дверного проёма и не узнавал свою маму. Где же моя мама? Та что любила меня и защищала от всех монстров, та что улыбалась мне несмотря ни на что. Я был так напуган, что побежал в свою комнату и спрятался под одеяло. Меня всего трясло от ужаса увиденного. Я хотел чтобы это скорее закончилось и ко мне вернулась моя прежняя мама. От всего пережитого я долго не мог успокоиться, но всё же смог уснуть. Я слышал как мама куда то уходила ночью, но я побоялся выходить из под одеяла.

С утра меня разбудила мама, от неё шёл неприятный запах, но очень мне знакомый.

– Одевайся.

– Куда?

– Потом увидишь. Давай быстрее.

Первый раз мне пришлось так быстро просыпаться. Раньше мы всегда умывались по утрам. Видимо нас очень ждут бабушка и дедушка, поэтому мама так торопиться.

Мы ехали в машине, мама называла это "такси". Я смотрел в окно и улыбался, ведь теперь у нас точно всё будет хорошо, но машина остановилась у какого-то здания. Здание было серым и не вызывало доверия. Это точно не дом бабушки и дедушки, но где же мы? Я вопросительно посмотрел на маму, а она отвернулась от меня и открыла дверь. Я следил глазами как она обошла машину, открыла мою дверь.

– Мама…

Сказал я ожидая хоть какой-то реакции. Но она молча взяла меня за руку и повела ко входу в это здание. Около входной двери мы остановились. Мама села на коленки и смотрела на меня виноватым взглядом.

– Лёшенька. Прости меня, но так будет лучше.

Я не понимал что происходит, от её слёз заплакал и я. Она встала с колен и я потянулся к ней на руки, но она будто уже меня не замечала и лишь говорила себе под нос:

– Я не могу. Прости меня. Я не могу справиться. Тебе нужна семья, а я не могу тебе её дать. Я просто не вытяну тебя. А я плакал и кричал мама-мама, пока она вела меня по длинному коридору. Я вырывался,падал. Она тянула дальше и молчала…

Ну вот мы подошли к какой-то двери. Мама её открыла. От удивления женщина вскочила из за стола и опрокинула чашку с кофе. Кажется она знает маму.

– Господи. Что случилось?

Сказала она.

– Простите меня, но я не могу. Я просто не могу.

Мама с трудом говорила захлёбываясь слезами. Она еле стояла на ногах, держала её только стенка на которую она смогла опереться.

– Подождите. Присаживайтесь. Что у вас случилось? Да вы же пььяны. Зачем вы сюда пришли? Ведь сами потом жалеть будете.

– Простите, но я не могу.

Мама резко сорвалась с места и скрылась в длинном коридоре. Я побежал за ней с криками "мама-мама". Мне было страшно, я пытался её догнать. Меня схватила эта женщина что была за дверью и пыталась меня успокоить. Я вырывался, кричал, плакал. Я хотел к маме. Почему моя мама ушла?

Я устал бороться с этой женщиной и просто плакал сидя у неё на руках. А она что-то без умолку мне говорила и говорила, но я не слушал ёё. Мой последний крик "мама" пронёсся эхом по длинным коридорам и затих в стенах этого здания.

Очень тяжело, но мне пришлось смириться с тем, что теперь мама ушла. Я не знаю вернётся ли она за мной, но я верю в это. Ведь она любит меня, а я люблю её. С того ужасного дня уже прошло несколько дней и ночей. Все шептались у меня за спиной, но меня никто не трогал. Я стал постоянно жить в своих мыслях о маме, перестал разговаривать, улыбаться и первые дни даже не ел. Глупо наверное будет сказать что я тоже как и мама думал о том, что же я сделал не так. Почему мама решила меня отдать сюда. Это место называют "детский дом". Говорят сюда отдают ненужных детей. Но я ведь не такой, я нужен маме, почему же я здесь?

За короткое время что я тут нахожусь я понял что нельзя тут никому доверять. Детский дом это место где каждый день одно и то же. Воспитатели это называют "день сурка". Еда не самая "лучшая", но кушать её можно. Бывает даже очень вкусно, но меня это мало радует. Часто меня обижают дети что взрослее меня. Они обижают не только меня, но и других детей. Это видимо и послужило тем, что у меня появились там друзья.

ГЛАВА 5

Уже пятый год пошёл, а мама так и не вернулась за мной. Медленно, но верно я привык так жить. Привык жить в этом месте, с этими людьми и по их законам. Жизнь здесь как закон джунглей, кто сильнее тот и прав. Драки это обычный образ жизни. Если их нет, то день прошёл зря. Мне всё это не нравится, но мне не в силах что-то поменять тут. Меня обижали, очень даже обижали. Я плакал из-за этого ночами. Мне страшно было вставать утром с постели, но и к этому я привык. Больше всего меня задевали старшие дети, они часто глумились надо мной. В основном говорили о моём прошлом: "сын наркоманки которая бросила его в роддоме, а приёмная мать спилась из-за него". Я много чего не знал о себе, но спасибо обидчикам что теперь я хоть немного знаю кто я. На обидчиков я в основном бросался с кулаками, но они всегда оказывались сильнее и получал по голове именно я. Меня и головой в унитаз окунали и заталкивали в туалет к девчонкам. Но я всё пережил и становился лишь сильнее.

Спустя время я встретил Ваську. Мы стали лучшими друзьями. Он приехал три месяца назад. Наше знакомство началось с не очень приятных событий. Я бежал по коридору, а он бежал мне на встречу и мы конечно же не видели друг друга. Уже поняли что было дальше? Да. Мы столкнулись друг с другом лбами. Ваську привезли полицейские. Его забрали прямо из дома. Его родители погибли в автокатастрофе, а бабушка пока что не оформила на него документы.

Он младше меня на год, поэтому для меня он младший брат и я постоянно таскаю ему булочки из столовой. У нас с ним общее увлечение. Мы любим строить замки из песка, ещё мы оба любим собирать каштаны. Мне очень нравится Васька, мы с ним очень похожи. Мы бы очень хотели быть братьями, поэтому он хочет уговорить бабушку взять и меня к ним.

Уже прошло семь месяцев со дня, как мы познакомились с Васькой. Уже наступил Новый год и за Васей приехала бабушка. Но к сожалению бабушка не может взять и меня, поэтому Васька уехал, а я остался. Я очень рад за Ваську, ведь он смог отсюда вырватьься. В детском доме конечно не рай, но я не горю желанием уезжать отсюда. Я уже тут привык, а идти в неизвестность не хочется. Меня предавали уже два раза и снова не хочется этого почувствовать. Почти пять лет прошло с того момента как меня брали в первый раз. Этот раз мне запомнился на всю жизнь и вечно будет отдавать болью в сердце. Я запомнил навсегда лицо мамы, её голос и то как она меня любила. Я чувствую свою вину пред ней, ведь отец разлюбил маму именно из-за меня. У меня у самого жизнь не такая приятная, так ещё и ей испортил. Я очень скучаю по маме и часто её вспоминаю. Когда мне снится страшный сон я просыпаюсь в слезах и зову её. Когда слышит воспитатель, то она подбигает ко мне и успокаивает. Говорит о том, что нужно забыть всё что было и жить дальше. Но слёзы душат меня изнутри и я не могу справиться с болью и просто уже привык с ней жить.

ГЛАВА 6

Сегодня нам установили во дворе новую спорт-площадку. Все дети мигом понеслись к ней и я был в их числе. Я уже залез на самый верх когда меня окликнули:

– Лёша. Иди сюда скорее.

Да. Имя Алексей мне прижилось после того, как меня вернули в детский дом. Это единственное хорошее что осталось в моей жизни.

Я подощёл к директору и посмотрел на людей что стояли позади неё. Они мне сразу не понравились. У мужчины был грозный вид. Он высокого роста, с щетиной. Его тёмно-карие глаза очень выделялись на лице. Тёмно-русые волосы уже покрывала седина. Женщина стояла крупного телосложения. С белокурыми, крашенными волосами похожими на мочалку.

– Кто вы?

Спросил я.

– Лёшенька. Ну так же нельзя к новым знакомым обращаться. Для начала нужно поздороваться.

По тону и нежности директора я понял что, что-то тут не ладно.

– Привет Лёша. Меня зовут Анжелика, а это мой муж Сергей.

Женщина протянула мне руку для рукопожатия и я неохотно её пожал.

– Давайте пройдём в беседку и познакомимся лучше.

Я уже понял о чём пойдёт речь, но ждал разворота событий.

Мы зашли в беседку и сели за стол напротив друг друга. Сначала повисло молчание и оно уже затянулось. Директор решила всё взять в свои руки.

– Дорогие мои. Ну давайте не будем молчать. Лёшенька. Эти замечательные люди привезли сюда ту спорт-площадку…

Сергей перебил её

– Лёша. Тебе нравится?

– Да. Спасибо.

– Простите что перебил вас. Продолжайте.

Сказал Сергей и директор продолжила.

– Ничего страшного.

Лёша. Эти люди очень хорошие, добрые, богатые. Они очень любят детей и хотят взять тебя в свою большую семью.

– Нет!

Резко оборвал я. Все переглянулись между собой.

– Лёша. Они хорошие люди, у тебя будет семья. Нельзя отказываться от такого, такой случай раз в жизни бывает. Неужели тебе хочется остаться тут?

– Лучше так чем снова в семью.

Я рванул со всех ног за беседку. Хотел уйти через забор и бежать что есть сил. Но я не успел и меня схватили за капюшон, это оказался Сергей. Он рукой сжал мою шею и прижал меня к земле.

– Пойдёшь с нами как миленький. Понял? А не пойдешь, я натравлю на тебя твоих сверстников и твоя жизнь здесь превратится в сущий ад.

Я очень сильно испугался. От страха и боли в шее я заплакал. Так грубо со мною ещё никто не разговаривал.

– Быстро заткнись и вставай..

Он отпустил шею и я смог встать. Он пихнул меня в спину в сторону беседки и мы пошли обратно.

– Ты с ума сошёл?

Кринкула директор.

Я подумал что она крикнула Сергею, что она видела как он обращался со мною. Но оказалось она кричала мне.

– Ты пойдёшь в эту семью! Понял?

Я бы и рад возразить, но увидев пристальный взгляд Сергея на меня, я только смог кивнуть головой в знак согласия.

– Вот и славно. Прошу пройти со мною для оформления документов. А ты Лёша иди собирай вещи. Только без глупостей.

Я уже шёл собирать вещи как ко мне подбежали два моих знакомых:

– Лёх. Кто это?

– Я не знаю кто они, но теперь это мои родители.

В этот момент я заплакал. А мальчишки стояли и смотрели на меня с удивлением. Один из мальчишек положил мне руку на плечё и сказал "держись" и они убежали удалив своё любопытство.

Через десять минут Сергей и Анжелика вышли с счастливыми лицами. Сергей посмотрел на меня так, будто только что был подписан мой смертельный приговор.

Мы шли по территории детского дома и все смотрели на нас, а я смотрел на них в ответ, а в глазах моих была мольба о помощи. Я не заметил как одна девочка подбежала ко мне. Я помнил что зовут её Соня.

– Ты уезжаешь?

– Да.

– А я только хотела позвать тебя играть в мяч на поле. Очень жалко.. Ой, точнее я очень рада что теперь у тебя будет семья.

По моим щекам покатились слёзы.

– Лёша, ты чего?

Я не отвечал. Соня обняла меня и тоже заплакала. Я понял что должен взять себя в руки и шепнул ей на ухо "не плачь , я убегу, я вернусь"

В этот момент Сергей прервал нас:

– Ну хватит уже нежностей. Нам пора ехать.

Анжелика взяла меня за руку и потащила к выходу. Соня смотрела нам вслед.

Я шёл еле предвигая ногами. В руках нёс сумку с тем, что смог нажить за семь лет. У меня лежало в ней: одежда которую мне выдавали в детском доме, плед с которым я всегда спал. Фотографии с мамой, что остались у меня после того, как она меня отдала. Я каждую ночь доставал эти фотографии пока все спали. Я залазил под плед и разговаривал с мамой. Я рассказывал ей все свои печали и радости, рассказывал о своих достижениях в кружках. Просил помощи когда что-то болело, будь это живот или ноющий зуб. Я плакал вспоминая её и скучал. И вот сейчас я иду на встречу страха неизвестности. Сердце нервно колотилось в груди. Как же мне сейчас хотелось залезть под свой плед и спастись под ним от реального мира.

Мы вышли за забор и я последний раз взглянул на детский дом. Напротив ворот стояла машина, такую я видел впервые. Меня посадили на заднее сидение одного, Сергей сел за руль, а Анжелика на сидение рядом. Сергей повернулся ко мне и сказал:

– Шуганный какой. Да ты не бойся, худшее ещё впереди.

И они мерзко засмеялись, а мне не на шутку стало жутко.

Ехать пришлось нам долго. Мы уже выехали из города и за окном растилались поля и леса. Как я понял они живут в деревне на подобии ранчо. Раньше я тольько читал о таких местах, в живую я их не видел. Дорога мне показалась вечной, она так затягивала в сон и я уснул.

Проснулся я, когда уже стало темнеть на улице. Мы заворачивали по дороге к большому дому, он состоял из двух этажей. На первом этаже горел свет. Вид у дома был не очень ухоженный, будто дом был брошен несколько десятков лет назад. Напротив дома стоял амбар, у него вид был намного лучше. Справа были пустые загоны, а слева огромный огород.

– Проснулся. Молодец! Видишь вон тот огород и амбар? Теперь ты там будешь круглосуточно работать и жить.

– Я что не буду жить в доме?

– Конечно нет! Твой дом будет амбар.

Как же я был зол на неё. Я придумал ей прозвище "престарелая барби". От слова работать я понял что ждёт меня полный кошмар, но не хуже чем я представлял. Уже в дороге я придумывал план побега, от того и уснул. Но выполнить этот план будет сложнее чем я думал, ведь я так далеко от приюта.

ГЛАВА 7

Я всегда любил просыпаться июньским утром и бежать на улицу к просыпающемуся солнцу, к теплу его лучей, но не сегодня…

Меня разбудил холодный душ воды. Я испугался и вскочил с постели. Колька залился хохотом и ушёл. Коля- это сын Сергея и Анжелики. Он единственный ребёнок в семье и конечно же самый любимый.

– Вставай давай. Работать надо.

Прозвучало уже с улицы.

Спина очень болела от жёсткой, деревянной кровати. Я с трудом поднялся и вышел из амбара. Колько поставил передо мной железный таз и с ведра налил туда воды.

– Умывайся.

Я не стал противиться и опустил в таз руки.

– Холодная.

– А ты как хотел? Это тебе не город. Тут колодец, а в нём подогрева нет.

Кое-как я смог умыть лицо и прополоскал рот. Зубы и руки ломило от холода.

– А полотенце?

– Само высохнет. Пошли.

Я шёл в пижаме и не понимал почему он не дал мне переодеться. Как я буду работать в таком виде- я не знаю. Он будто бы прочитал мои мысли…

– Сейчас придём и я дам тебе одежду для работы.

Мы вошли в маленький домик у загонов. Там содержали мелкий скот. В нос ударил неприятный запах навоза. Я сморщился и зажал нос пальцами.

– Ну ничего, привыкнешь. Держи.

Он кинул мне одежду. Я осмотрел её. В рабочий комплект входило: рубашка из хлобчатобумажной ткани, майка, штаны и резиновые сапоги. Одежда мне была немного велика, но лучше уж так чем в пижаме.

– Сейчас берёшь лопату, вилы и начинаешь уборку в амбаре в загонах у животных. А я останусь тут.

– Но я не умею.

– А что ты умеешь? Пошли со мною, покажу как надо.

Мы пошли к амбару и сразу пошли к загонам лошадей. Он вошёл в один из них и поздоровался с лошадью по имени "Север".

– Так. Смотри. Берёшь лопату и убираешь с земли навоз и старую траву. Всё сгребаешь в одну кучу. Как убрал всё в одну кучу, закидываешь всё на телегу и вывозишь. Потом накидаешь чистых опилок и вилами наберёшь травы. Ей нужно три стога.

Он отдал мне лопату. Я стоял у загона и не двигался. Колька посмотрел на меня с удивлением и непониманием.

– Ты чего встал как вкопанный?

– Я боюсь.

Прошептал я.

– Чего? Кого? Севера что ли?

Колька залился хохотом.

– Да как его бояться то можно? Иди давай работай.

Он подтолкнул меня, но я попятился. Тогда он толкнул сильнее и я упал прямо в загон. За мной он закрыл калитку и ушёл. А я от страха забился в угол и расплакался. Север подошёл ко мне и стал обнюхивать. Я закричал и закрыл лицо руками. Меня услышал Колька и выпустил оттуда.

– Выходи! Какой же ты нытик. Это же просто лошадь.

Мы вышли с амбара. Я уже вытер слёзы и смог немного успокоиться.

– Сегодня ты не выполнил работу и останешься без обеда. Иди в огород поливать, раз на большее ты не годишься.

Весь день я провёл на палящем солнце, то и дело бегая с вёдрами на колодец за водой. Там лежал шланг, но Колька меня уверил что он дырявый. Мне было очень жарко и я умирал от жажды, поэтому я пил из ведра которым и поливал.

В конце дня я пришёл в амбар и рухнул на кровать без сил. Я был очень голоден, так как с утра я не ел и в обед меня оставили без еды. У них было такое правило: кто не работает- тот не ест. У меня не было сил бороться за справедливость и я уснул без задних ног.

Новый день, как день сурка. Каждый день похож на предыдущий. Железный таз с ледяной водой, вместо полотенца – солнце. Живот предательски урчал от голода, а я снова не смог войти к Северу. Меня снова отправили в огород на палящее солнце. Было намного тяжелее чем вчера. Голова очень болела, руки и ноги не слушались меня. А голод забрал оставшиеся силы. Уже к концу дня я дошёл до полива огурцов и в листве увидел молодой огурчик. Голод взял вверх и я сорвал его и съел за секунду, не успев почувствовать даже его вкуса. Незамечанным мой поступок конечно н е остался. Меня увидела Анжелика.

Как же она кричала. Мне кажется её было слышно на другом континенте. Она кричала: как я посмел, что я вор и лентяй. В этот вечер меня жестоко напороли и мои слёзы и крики никак их не тронули. Я был уже настолько слаб, что было уже всё равно что будет дальше.

На следующий день меня оставили без умывания. Тогда я понял, что скучаю по тазу с ледяной водой. Коля сразу погнал меня обратно в амбар и я молча переоделся и готов был уже идти на огород.

– Куда собрался?

– На огород.

– Нет. Ты сейчас пойдёшь к Северу. Тебе так хочется сидеть голодным? Да ты умрешь уже скоро. Собери свои силы тряпка!

Я понимал что он прав, да и кушать очень хотелось. Я нашёл в себе силы и вошёл к Северу. Я старался не обращать на него внимания и молча, аккуратно убирать у него в загоне. Переодически он изучал меня, а я лишь дергался от страха, но продолжал работу. Чтобя мне стало немного легче я стал говорить с ним, да и не только с ним, но и с животными вокруг. Они меня терпеливо слушали.

Вечером я получил заслуженную награду- целую миску тушённой картошки и кружку чая. Я кушал как в первый или как в последний раз. Какая же она была вкусная.

За мою хорошую работу я заслужил на завтра завтрак и обед, для ужина надо поработать.

Следующие две недели были похожи друг на друга. Я вечером без сил валился спать, а утром снова работал. Волосы и кожа уже выгорели на солнце. Мышцы стали меньше болеть. Однажды за ужином со мной заговорил Сергей:

– Ну что. Думаю ты готов попробывать новую работу.

Тут Коля вмешался в разговор.

– Думаешь он уже готов?

– Готов, готов. Завтра веди Лёшу к Мурке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.