Аня Вьёри
Два яблочка для (не)фиктивного папочки

Глава 1

Ольга

О боже! Сопли! Опять сопли!

Какой кошмар!

Я когда-нибудь из этого вырвусь?

Надо найти выход!

Срочно!

Немедленно!

В самом прямом смысле этого слова!

Собираю девчонок, усаживаю в коляску…

Может, мама согласится хоть немного помочь?

Специально ей не звоню, опасаясь, что она тут же найдет причину сбежать из дома.

А так есть хоть какой-то шанс ее уболтать.

Тут недалеко.

Буквально через парк наискосок…

Лечу с двойной коляской, плохо разбирая дорогу перед собой.

Под колесами шуршит желтая листва, по жухлым газонам рассекают довольные собаки, дети собирают каштаны и желуди…

Вот бы сейчас замереть со стаканом ароматного кофе на лавочке!

Вдохнуть этого хрустального воздуха, прислушаться к такой плотной осенней тишине, но… Но мне не до того! Я спешу!

Лужа, объехать, поворот, чуть-чуть по грунту, брусчатка и вдруг!..

– Лёля! – окликает меня мужской голос, который я когда-то очень любила, а сейчас очень боялась услышать. – Ольга! Стой!

В смысле? Что? Как? Он? Почему?

Замираю.

– Арс… – смотрю на него во все глаза, а у самой поджилки трясутся.

Он меня искал? Специально? Сейчас девчонок увидит! Он совсем не дурак! Сразу все поймет! И что я с этим буду делать? Мало мне проблем в жизни?

– Оля, – он подбегает ко мне, и тут его взгляд опускается на коляску. – Лёля… О! Круто! – расплывается он в довольной улыбке. – Даже уже дети есть!

Глава 2

За сутки до этой встречи

Арс

– Что значит, вы не продадите мне свою долю?

Я сижу напротив своего старого партнера. Очень старого. Во всех смыслах.

Я работаю с ним с первого дня своей автономной карьеры. А знаю его, кажется, всю жизнь.

Ну и да. Филиппов уже старик. Я не преувеличиваю. Ему уже за семьдесят.

С ним работал еще мой покойный отец. И когда я начинал, Евгений Александрович был мне и другом, и партнером, и наставником.

Да он, считай, вырастил меня как бизнесмена!

А теперь отказывается фирму в мои руки отдавать.

– Подождите, подождите, Евгений Александрович, – подаюсь вперед я. – Может, вас условия не устраивают?

Вообще не понимаю, какая вожжа ему под хвост попала!

Прямых наследников у Филиппова нет. Его состояние разойдется по дальним родственникам и благотворительным фондам.

Но суть не в этом.

Мне не нужны его деньги!

Мне нужна моя фирма! Моя! Да, там на старте были его инвестиции, но он в деле участвовал постольку-поскольку! Скорее, просто наблюдал со стороны! А сейчас он решил отойти от дел и не отдает мне контроль над моим же детищем! Мне нужен его пакет акций!

– Ты, Арсений, – сильным, уверенным голосом начинает старик, – молодой, пробивной, энергичный, – окидывает меня оценивающим взглядом. – И абсолютный балбес!

– Что? – чуть не подскакиваю со своего кресла.

– Я ж говорю, – со скучающим видом хмыкает Филиппов. – Балбес!

– Евгений Александрович, я попрошу! – чуть задираю подбородок.

– Что попросишь? Сопли тебе утереть? Так это я могу! Тридцать лет назад легко с этим справлялся, – хмыкает мой партнер.

– Евгений Александрович, – я начинаю звереть, чего совсем нельзя себе позволять в делах с Филипповым.

– В общем, слушай меня, мальчишка, – встряхивает седой головой мой старый партнер. – Я реально считаю тебя умным и сильным игроком! Но чувство самосохранения у тебя убито в зародыше! Если этот зародыш вообще был, – хмыкает Филиппов. – В общем, ты отлично развиваешь бизнес. А вот сохранять нажитое – это не твое. У тебя за спиной должен стоять кто-то спокойный и разумный. Иначе ты однажды рискнешь и пустишь все по ветру.

– Евгений Александрович, – не выдерживаю и рывком поднимаюсь со своего места, – вы прекрасно понимаете…

– Я понимаю! А ты не понимаешь! – безапелляционным тоном заявляет Филиппов. – Ты ненадежен! И точка!

– Я надежен! – возмущаюсь, стараясь не повышать голос на старика. – Разве я хоть раз вас подвел?

– Я ни разу не дал тебе себя подвести! – отрезает тот.

– Я прекрасно знаю, что делаю! – эмоции накрывают меня.

– Да ни черта ты не знаешь! Да ты на свою жизнь посмотри! Баб у тебя сколько? У тебя каждый месяц новая девка! Причем не дуры же! Все ж порядочные! Приличные! Тебе завоевать их раз плюнуть, а что с ними потом делать… – разводит руками Филиппов. – Ты не знаешь!

– В смысле? – я офигеваю. – Я прекрасно знаю, что с ними потом делать!

– Да я не о том, – кривится старик. – Ты хоть с одной попробовал жить? – он выставляет вперед ладонь. – Не тусить, или как вы там выражаетесь, а жить? Слушать ее разговоры по утрам, ухаживать за ней, когда она заболела, помогать ей выбрать самые лучшие туфли…

– Я им бабок на туфли отстегиваю! – фыркаю я.

– Вот! И я о том! Ты завоевал и все! Остальное тебе не интересно, – Филиппов встает, давая понять, что разговор окончен.

– Евгений Александрович! Подождите! Но фирма – это же не то же самое, что девица! Она мне нужна! Она… Она… Мне нужен контрольный пакет акций!

– Ты пустишь ее по ветру, – он уже даже не смотрит на меня.

– Я! Нет! Никогда! Хотите докажу, что я надежен? – выпаливаю в отчаянии. – Черт! Хотите, женюсь?

– Да на что мне твоя женитьба! – отмахивается старик. – Ты ж не сможешь по-настоящему!

– Нет! Я по-настоящему женюсь! С разговорами по утрам и простудами!

– Арсений, – кривится Филиппов.

– Евгений Александрович, – выпячиваю вперед челюсть. – Давайте пари! Я женюсь, и вы оставляете мне контрольный пакет!

– Ишь ты! – хмыкает мой партнер. – Так и женишься? На ком?

– Вы же сами сказали! – выпячиваю грудь. – У меня все дамы приличные!

– Дур-рак ты, – отмахивается старик. – Так семью не создают! Все должно быть красиво! С любовью, с детьми…

– Евгений Александрович, – скриплю зубами. – У меня будет самая настоящая семья!

– Ну хорошо! – неожиданно для меня соглашается старик. – Давай так! Ты женишься! Но мне будут нужны доказательства!

– Свечку держать пойдете? – вскидываю брови.

– Ты, пацан, рви, да не зарывайся! – рыкает Филиппов. – Со свечками и остальным сам разберешься! Я тебе адвоката найму! И… – он щурится. – Семейного психолога! Вот когда эти двое мне подтвердят, что у тебя семья настоящая, а не фиктивная, тогда я тебе пакет акций на годовщину свадьбы подарю! – резюмирует он. – Год-то женатым протянешь? – хмыкает довольно.

Ух ты!

Черт! У него пакет стоимостью в несколько ярдов!

И это контрольный пакет моего любимого детища!

Точнее… Нашего с ним детища, но это уже не важно.

– Протяну! – отвечаю, не задумываясь. – И год, и больше!

– Ну, по рукам! – протягивает мне руку Филиппов. – Там у секретаря проект соглашения, – старик лениво разворачивается, – я со своей стороны уже подписал.

– В смысле?

– Ты передумал? – вскидывает бровь он.

– Нет, но…

– Я обещал твоим покойным родителям, что доведу тебя до ума, – фыркает Филиппов. – А поверь моему опыту, мужчина становится мужчиной только тогда, когда берет на себя ответственность за жену и детей.

– То есть четыре тысячи подчиненных недостаточно? – офигеваю я.

– Нет! – отрезает старик. – Хочешь мой пакет акций – подписывай соглашение!

И с важностью океанского лайнера выплывает из кабинета!

Глава 3

Ольга

Только не это!

Полина опять с насморком!

Точнее… Перед ней болела Марина. Но Марина выздоровела, и теперь болеет Полина…

Ох…

Нет! Меня волнует не количество носовых платков, рассованных по карманам, и, как ни ужасно, не красный шмыгающий нос моей принцесски. Меня жуть как беспокоит то, что нас опять не пустят в ясли!

Точнее, Маринку-то пустят. Но какой смысл ее вести, если Полинка все равно дома. А пока первая выздоровеет, вторая опять от нее насморк подхватит…

А-а-а-а!

Круговорот соплей в природе.

Кошмар!

Ужас!

Катастрофа!

Я никогда… Никогда не закончу работу…

Я – переводчик. Хороший переводчик. Когда у меня есть возможность сесть за компьютер и хоть немного попереводить. А когда-то и дело кто-то хнычет, кричит, сопит или вопит, фиговый я лингвист, признаюсь честно.

Когда узнала, что беременна, то вопрос рожать или не рожать даже не стоял. Конечно, рожать! Несмотря на то, что с их отцом мы к тому моменту уже расстались.

Квартира своя, от бабушки осталась, профессия есть. Была уверена, что справлюсь.

Но…

На третьем месяце я узнала, что будет двойня!

Ох!

Мама слилась сразу! Она сказала, что она еще слишком молода, чтобы быть бабушкой!

Нет, она помогает. Но в основном советами.

Все мои сбережения давно закончились. Я зарегистрировалась на бирже и беру дешевые заказы на перевод.

Дешевые и объемные.

Они все под редактуру, поэтому идеального результата никто не требует.

Но…

Но все же материал отправить надо.

А Полюха работать не даст. И даже если я и смогу ее угомонить, то обязательно проявит характер Маришка.

Беда.

При таком положении дел через месяц нам будет элементарно нечего есть!

Если честно, я уже не знаю, куда деваться.

Попробую попросить маму посидеть с ними хоть пару часов.

Что-то же успею! А там ночью дотяну.

Наверное.

Может быть.

Если честно, ситуация такова, что я уже даже подумывала найти их папашку.

Гордой и самолюбивой хорошо быть, когда у тебя все в порядке!

А когда скоро и ты, и твои дети по миру пойдут…

Ох…

Их отец богат.

Красив, умен, богат и чертовски обаятелен!

Именно поэтому я оказалась в его объятьях.

И поэтому же я сбежала, сжигая за собой все мосты.

Когда увидела в его объятиях другую.

Нет, он не обещал меня любить вечно, но…

Такого к себе отношения я не потерплю!

Только вот дочки…

Когда я уходила, я не знала, что беременна. Поняла не сразу. Забавная особенность нашей породы. Мама говорит, у нее было так же. Первые пару месяцев цикл продолжался. Я и не подозревала ни о чем. Тошнило, но я думала, что это от стресса.

Все же я очень сильно переживала из-за разрыва с их отцом. Любила я его. Кажется, по-настоящему любила. Впервые в жизни.

А потом…

А потом, когда я поняла, что…

Он уже везде появлялся с другой женщиной. В некоторых таблоидах их даже называли женихом и невестой.

Свадьба, конечно, не состоялась, но меня это не сильно интересовало.

Я не хотела быть посмешищем.

В общем, я решила стать соло-мамой.

Эх, знала бы я тогда, что буду соло-мамой маленького дуэта!

В общем, все оказалось не так радужно, как в мечтах.

И я никак не могу прорваться через это хроническое безденежье.

Если честно, последний месяц еду покупаю только девчонкам. Сама так… За ними доем то смесь, то пюрешки…

Эх!

В общем, положение у меня, мягко говоря, плачевное.

А еще и эти сопли!

Опять сопли!

Остается только просить о помощи мать.

Одеваю девчонок и еду к ней.

Да, сейчас я услышу массу нравоучений и отговорок, но я выдержу.

Парк, грунтовка, брусчатка, поворот и…

.

Арс

– Ольга Леонтьева?

Не верю своим глазам!

Весь вчерашний вечер перебирал в голове своих пассий.

Искал наиболее порядочную.

И с маниакальной настойчивостью в голове возникал образ Лёльки.

Она злилась, когда я ее так называл, а мне нравилось.

И это нежное, очень интимное “Лёля”, и возмущенный блеск в ее глазах…

Удивительно, но когда я стал думать о женщине, с которой хотелось бы просыпаться по утрам, то никто, кроме Лёли, и в голову-то не пришел.

И что это за ерунда?

Ну да, я с ней был дольше, чем с остальными.

И да…

Она была потрясающая! Волшебная, интересная, загадочная! Кажется, до самого конца неприступная! В этой женщине было что-то такое, что хотелось разглядывать каждый день…

Как там Филиппов говорил?

Слушать ее по утрам?

Вот Лёлю хотелось.

И по утрам, и по вечерам, и особенно по ночам!

Ночи с ней были потрясающие.

Только она однажды взяла и исчезла!

Без объяснения, без выяснения чего-либо.

Просто перестала появляться и отвечать на звонки.

Я месяца полтора ломал голову над тем, что произошло… А потом… Потом был какой-то прием, и мне надо было появиться на нем не одному… Там еще шла важная сделка, и голова была забита делами бумажными, а не амурными…

Ну… В общем, я решил, что Лёлю ждать больше не стоит.

Но сейчас, когда я думаю об условиях Филиппова, никого, кроме нее, представить на месте своей супруги не могу.

Черт!

Кажется, это был единственный случай в моей биографии, когда отношения разорвала женщина, а не я.

Да еще как разорвала.

Эх!

И вот я, поглощенный этими мыслями, решил развеяться, так сказать. Ну проветриться. Выбросить Лёльку из головы!

Мой офис рядом с парком.

Дом тоже. Только с другой стороны. Громадный массив, охранная зона. Березки, клены, дубы, пруды, уточки… Красота!

Только от этого зрелища у меня не восторг, а наоборот… Что-то щемит в груди. Смотрю на золотые березы и вспоминаю Лелькины локоны, ловлю взглядом багряные кленовые листы, и перед глазами ее губы….

Блин!

Леля! Она обожала этот парк! Всегда брала стакан кофе и медленно шла вокруг центрального пруда.

А я бесился!

Мне все надо было быстрее!

Вот с ней и вышло… Быстрее. Гораздо быстрее, чем я хотел!

Жмурюсь, трясу головой, пытаясь отогнать от себя навязчивые образы, глубоко вдыхаю прохладный осенний воздух и вдруг!

– Оля?! – взъерошенная, замученная, с испуганными глазами, но совершенно точно Оля.

Да еще и с коляской.

Первым делом смотрю на ее правую руку.

Нет ни кольца, ни следа от него…

Но коляска!

Блин!

Мы расстались полтора года назад. Полтора года.

А сколько этим двум сопливым носам?

Вообще не разбираюсь в младенцах!

– Арс? – она, кажется, испуганно замирает, а у меня в голове аж щелкнуло.

Волна восторга захлестывает меня! Вот оно! И семья, и дети! И Ольга! Ольга, которую я всегда… Хотел… Пусть хотел…

Это же решение всех моих проблем!

– Оля! А сколько твоим детям? – щурюсь.

– По полгода! – не моргнув глазом, отвечает Лёлька и зачем-то добавляет: – Это девочки!

Я смотрю на женщину, о которой думаю все последние сутки.

На двух карапузов, пускающих из носа пузыри.

А что там было в договоре у Филиппова?

Настоящая семья! Нас-то-я-ща-я! С детьми, любовью и общим имуществом!

Так!

Дети есть.

Любовь?

Ну… Эта женщина для меня значит явно больше, чем все остальные. Уж адвоката с психологом обдурить сумею.

Общее имущество…

– Оля, – спрашиваю вкрадчивым голосом. – А ты замужем?

.

Глава 4

Ольга

Еда!

Настоящая! Вкусная! Взрослая! Горячая еда!

Еле сдерживаюсь, чтобы не наброситься на эту тарелку пасты карбонары…

Итальянский ресторанчик около парка.

Девчонкам принесли протертую брокколи, которую они счастливо размазывают по щекам, смешивая с соплями.

Ветров сидит напротив и, чуть скривившись, за этим наблюдает.

Он тут несет какую-то околесицу, но мне все равно. Я сейчас поем, а потом буду возражать.

– Ты должна понимать, – не отрывая взгляда от зеленой ладошки моей дочери, уговаривает меня он. – Это чисто деловое предложение! Я в долгу не останусь! Нормальная, настоящая семья на год – два, а потом разведемся. Оставлю тебе большие алименты, – переводит взгляд на меня. – На долю в имуществе, конечно, не рассчитывай. Но обеспечить тебя и твоих дочек смогу, – кривится. – Наверное.

Ага. Наверное. Иди ты нафиг, Арсений Ветров. Я один раз уже попробовала быть с тобой. Больше не хочу.

– Арс, давай начистоту, – я отодвигаю от себя девственно чистую тарелку. – Ты затеваешь какую-то совершенно нереальную аферу! – развожу руками. – Может, еще год назад я бы тебя и выслушала. Но сейчас, – указываю взглядом на двух совершенно чумазых дочек. – Извини, мне пора.

– А куда ты спешишь? – вскидывает брови Арс.

Куда-куда… От тебя подальше!

– У меня дела, – стараюсь улыбнуться ему совершенно очаровательно.

Но так, чтобы он точно отвязался.

– Оль, а что за дела? – поджимает губы он. – Может, я могу помочь с их решением?

– Арс, спасибо тебе за угощение, – тянусь к двум чумазым шалопайкам. – Но мне и без тебя хватает проблем.

– Леля, – тихо, почти угрожающе проговаривает Арс. – Ты сейчас можешь выбирать: или я решаю твои проблемы, или создаю тебе новые!

– В смысле? – аж замираю, чуть приподняв Маринку.

Да, кажется, Маринку. Они измазаны так, что я почти путаю…

– Оль, – Арс смотрит на меня взглядом удава, гипнотизирующего мартышку. – Разыграть реальную семью я смогу только с тобой. Ты не замужем. Подходишь идеально! Даже дети вон есть! – фыркает Ветров. – И по возрасту подходят! Можно будет сказать всем, что они от меня! Идеальная семья, Оль! – произносит восторженно. – Именно то, что мне нужно! – и тут же добавляет значительно тише. – А когда я вижу то, что мне нужно, Оля, я не отступаю…

И этот прямой немигающий взгляд, от которого мурашки по коже…

Странные такие мурашки.

И приятные, и неприятные одновременно.

Медленно сажусь на свое место, понимая, что вот тут почти час назад моего мнения никто ни о чем не спрашивал, а просто мне рассказали, что меня ждет в ближайший год – полтора.

И если Арсений Ветров что-то вбил себе в голову…

Особенно мне понравилось про то, что дочки могут быть от него.

Увы, могут… Еще как могут…

– Знаешь что, – начинаю я тихо, вскинув подбородок, – мне кажется, или я тебе сейчас нужна чуть больше, чем ты мне?

Молчит, но в глазах заиграли чертенята.

О да, Арс! Игра начата! И ты это безумно любишь.

– Ну тогда выслушай мои условия, господин Ветров!

Глава 5

Ольга

– Ты будешь платить мне зарплату, – скрещиваю руки на груди, смотрю прямым, надеюсь, наглым взглядом. – Мне все равно, как ты это утрясешь с этими проверяющими адвокатами, но чтобы каждый день мне на счет падала оговоренная сумма! Иначе, – качаю головой, – я пас.

Арсений Ветров бизнесмен. Во всем. Нюни, сопли и прочие эмоции его не интересуют. Это я успела уяснить за те четыре месяца, что мы провели вместе…

Четыре месяца…

Он был таким… Таким…

Теплая волна поднимается в груди, когда я вспоминаю его улыбку, блеск его глаз, прикосновения его рук… Нет, я сейчас не о постели. Он очень любил чуть сжать мои пальцы, например, на улице. Или на какой-то светской вечеринке.

Не оборачиваясь, ничего не говоря, просто поймать мою руку в свою на секунду, чуть стиснуть и…

Это было похоже на вздох, на быстрый поцелуй, на проверку связывающей нас нити… Будто он боялся меня потерять и иногда проверял, тут ли я…

Я была тут…

А вот он…

Хмурюсь, поджимаю губы…

– Второй пункт, – ловлю его заинтересованный взгляд. – Я буду продолжать работать, – выпячиваю вперед подбородок. – И чтобы я не слышала никаких возражений ни от тебя, ни от твоей матери. Что госпоже Ветровой не положено!

Кривится:

– А как ты собираешься все успевать? – вскидывает бровь. – Ты должна создавать образ идеальной супруги! – ухмыляется. – Сопровождать меня, выходить на ваши мамские тусовки для богатых курочек, да и, – он делает неопределенный жест в сторону девочек, – они же тоже, наверное, не целый день спят.

О да… Это ты еще не знаешь, Арс, что они вообще не спят. Одновременно.

Сейчас уже есть несколько часов ночью, когда я могу позволить себе уснуть, но раньше…

Боже, аж вспоминать страшно.

– Арс, твоей женой я перестану быть через год. А жизнь длинная. Мне надо крепко стоять на ногах! – смотрю ему прямо в глаза и говорю также.

Все, что думаю.

Вижу, как он плотно сжимает губы, вижу, как гневно дергаются крылья его носа.

– Ладно, – выдавливает из себя Ветров, – думаю, пара нянь и домработница частично решат эту проблему.

Пара нянь и домработница?

Йу-ху!!!

Я о таком и мечтать не могла!

Стараюсь не завизжать от восторга прямо в кафе, выпрямляю спину, откашливаюсь.

– Обычно я справлялась сама, но ты прав, у меня не было обязанностей богатой жены, – делаю драматичное лицо. – Возможно, я и соглашусь. Но! – вскидываю на него взгляд. – Подбираю персонал я сама!

– Да без проблем, – фыркает он, облегченно откидывается на стуле. – У тебя все?

– Нет, – тяну медленно, потому что произносить последнее условие мне страшновато.

Я уже живо представляю себя с няней, поварихой, полным холодильником и деньгами на счету…

Но и у меня есть свои принципы.

– Ты просишь фиктивный брак, – делаю паузу, внимательно смотрю ему в глаза, – и он будет фиктивным во всем! – стараюсь произнести твердо. – На постель со мной не рассчитывай!

– Что? – округляет глаза Арс. – Подожди, а как ты мне предлагаешь… – разводит руками. – Речь о нескольких месяцах! Возможно, годе! Или даже больше!

– Мне все равно, как ты решишь эту проблему, – отворачиваюсь, поджав губы. – Шпионить за тобой я не собираюсь!

– Ты не собираешься, а вот адвокат Филиппова вполне может! – рычит Ветров.

– Ну раз нет, значит, нет, – вздыхаю утомленно, поднимаюсь. – Девочки, – снова беру подмышки Маринку, которая теперь чешет десны овсяным печеньем, обильно размазывая его по комбезику. – Нам пора.

– Подожди, подожди! – выставляет ладонь Арс.

Жмурится, вздыхает.

– Лель, ну нафига? – спрашивает он меня совершенно не по-деловому. – Нам же было хорошо вместе!

– Было, – криво улыбаюсь. – Важную роль здесь играет грамматическое время этого глагола…

– Да иди ты, знаешь куда, со своей лингвистикой! – вдруг срывается Ветров.

Вскакивает, делает круг около столика, упирает руки в бока, шумно вздыхает.

– Ладно, – вижу, как двигаются желваки на его скулах, вижу, как становится жестким и непреклонным его взгляд. – Пусть по-твоему! – щурится. – Что-нибудь придумаю! Надеюсь, теперь все? – спрашивает с явной угрозой в голосе.

– Почти, – невинно пожимаю плечами я и угрожающе свожу брови. – Не зови меня Лёлей!

.

Арс

Лёля! Где моя нежная, трепетная, наивная Лёля? Кто передо мной? Акула бизнеса? Торгуется! Выставляет условия!

Ха! Прикольно! Мне даже нравится!

Первая волна восторга от встречи с ней схлынула, и я сижу и рассматриваю ее утянутые в хвост длинные волосы…

Те волосы, которые всегда были уложены красивыми волнами вокруг лица.

Сейчас в хвосте.

Руки, давно не знавшие маникюра.

Нет, ногти аккуратные. Естественно розовые, очень короткие ногти.

Она то и дело что-то поправляет у этих двух слюнявых монстриков.

Я понимаю, почему нет длины. Просто боится задеть, поцарапать.

Но это не вызывает во мне пренебрежения или отторжения. Просто ей сейчас так надо! И в этом минимализме она тоже красива! И привлекательна.

Я и не думал, что так соскучился по ней.

Более того, я вообще не думал, что можно так скучать по женщине!

Мне казалось, одна ушла, другая пришла… Но сейчас…

Сейчас я сижу напротив этой сильной, умной, хорошо знающей чего хочет женщины, и понимаю, что спор с Филипповым медленно, но верно отходит на второй план…

Леля.

Не звать тебя так.

Ага! Сейчас!

Ты – моя Лёля. И не только ты…

Перевожу взгляд на девочек.

Офигеть!

Как она их различает!

Чумазые, но смешные! Как пупсы с открыток.

Что, все дети такие?

И мне с ними жить?

Пытаюсь представить, каково это, и с удовлетворением отмечаю, что чувства брезгливости не испытываю.

Ну почти.

Подгузники менять не буду, но от вот этой размазанной зеленой жижи по щекам меня не воротит. Даже наоборот. Это кажется смешным.

У Лельки в руках сама собой материализуется влажная салфетка, пара отточенных движений, и щеки вновь становятся розовыми.

Девчушки, кажется, и не заметили перемен. Сидят, гулят, ногами дергают.

Прикольные.

Но на Лельку совсем не похожи.

Интересно, кто их отец?

Дети-то маленькие.

Получается, она не просто так от меня сбежала. Она от меня сбежала к кому-то?

Почему-то от этой мысли внутри становится гадко и горько, и я чуть не пропускаю очередное условие…

Если честно, мне хватило двух минут, чтобы понять всю абсурдность этой идеи.

Подхватывать бывшую, выдавать ее детей за своих…

Не знаю, что творилось в моей голове, когда я это придумал.

Но Лёля все восприняла всерьез, и будь я проклят, если сейчас снова упущу ее!

Сейчас я уже думаю не столько об условиях Филиппова, сколько о том, что хочу хоть завоевать девушку, которая когда-то очень много для меня значила.

Очень.

И Филиппов вполне может счесть это настоящей любовью. Он живет в своей уникальной системе отношений. Мне не совсем понятной. Но может выгореть!

Только вот мне кажется, есть один нюанс, который может серьезно смешать нам все карты.

Внимательно смотрю на свою бывшую, потом на ее дочек…

Да… Это может стать проблемой.

– Лёля, – тихо спрашиваю девушку, – а кто их отец?

Глава 6

Ольга

Арс смотрит на меня задумчиво, почти подозрительно.

Щурится, будто прикидывает что-то в уме.

– Лёля, – спрашивает тихо, – а кто их отец?

О-па!

Вот и приехали!

Ледяная корка страха быстро покрывает все мои внутренности от желудка до горла.

Я же согласилась!

Мы сейчас будем одной семьей!

Тебе это надо.

А мне…

А мне тоже на руку.

Ты же не устроишь сейчас истерик о потерянных днях отцовства? Ночах… Лучше бы ты горевал о потерянных ночах…

– А… – чувствую, как краска отливает от моего лица, голос отказывается слушаться. – А ты с какой целью интересуешься?

– Ну подумай сама? – Ветров проницательно на меня смотрит. – Ты же умная!

Черт!

Все-таки просчитал!

Медленно тру глаза, начинаю говорить…

– Арс, тогда, полтора года назад…

– Это меня не интересует, – резко обрывает меня он, но я успеваю заметить на его лице мимолетную гримасу боли.

Арс?

Арс Ветров способен чувствовать боль?

Вот не подумала бы…

– А… – хмурюсь. – А что тебя интересует?

– Он не появится? – спрашивает он меня просто и прямо. – А то я сейчас объявлю всему миру, что это мои дочки, и у нас счастливое воссоединение пары, а потом появится какой-нибудь…

– Нет, – качаю головой. – Не появится…

Лед в груди начинает отступать, смываемый волной ехидства.

Скрещиваю руки, поджимаю губы.

– Точно? – щурится Арс.

– Точно, – отвечаю уверенно. – Он совсем не участвует в жизни девочек.

– Пф-ф, – фыркает Ветров, глядя на наших с ним дочек. – При-идурок!

– Точно, – согласно киваю, прикусывая губы.

– Ну ладно, – он поднимается, смотрит на свои безумно дорогие часы. – У меня есть еще сорок минут, – хмурится. – Давай я провожу тебя, куда ты там спешила, ну и заодно обговорим детали…

.

Арс

Марина и Полина!

Фигня какая-то.

Интересно, а близнецов можно одинаковым именем называть? Или запрещено законом? А так было бы удобно… Две Маши… Или две Даши… Какая, блин, разница? Все равно одинаковые!

Пытаюсь проявить галантность и помочь ей усадить в коляску эти комочки из соплей и брокколи…

А они забавные.

Одна скривилась реветь, когда я к ней потянулся, а вторая любопытная, хохочет!

И на руках их держать легко. Они такие тепленькие, кругленькие!

Забавно!

Может, это даже будет не противно…

Ладно.

План был идиотский, но пока я плюсов вижу больше, чем минусов.

– Итак, – проговариваю с Лёлей детали, толкая перед собой коляску.

Тут явно хромает левая рессора, и вообще подвеска ненадежная… Задний мост раздолбан, а коробка нифига не автомат!

В общем, тарантас этот еле движется! Тяжелая коляска.

Я кошусь на хрупкую Лёльку, с ее тонкими музыкальными пальцами, но тут же отметаю эту мысль.

В конце концов, я ни в чем не виноват. Наоборот. Сейчас вот сделаю ее жизнь чуть-чуть лучше. Я надеюсь.

– Мы расскажем всем, что ты от меня родила и решила скрыть беременность! – смотрю на нее, а она почему-то бледнеет и странно откашливается, будто поперхнулась.

– Ну да, я понимаю, что так себе идея, но как еще объяснить тот факт, что я решил на тебе скоропостижно жениться? – пожимаю плечами. – Филиппов же прицепится: настоящие чувства, проверка временем и все такое! – хочу взмахнуть рукой, но, чуть ослабив хватку, тут же теряю управление и решаю обойтись без ненужных проявлений эмоций.

Да… Детки – это вам не хухры-мухры…

– В общем, – уверенно резюмирую, – если он заикнется о ДНК, я сам его на место поставлю. В остальном легенда такая: я о детях не знал, теперь узнал и решил во чтобы то ни стало жить с ними. А ты, как их мать, тоже переезжаешь ко мне, и мы пытаемся наладить отношения.

– Думаешь, сработает? – скептически кривится Лёля. – Может, что-то о большой и страстной любви?

– Любви? – я аж останавливаюсь. – У меня? Нет, – качаю головой. – Евгений Александрович слишком хорошо меня знает.

Раздосадованно вздыхаю, а Лёлька почему-то резко отворачивается. Слишком резко.

– Вот тема, что я хочу растить своих детей и из-за этого женился на их матери – сработает, – уверенно киваю. – Тут, может, даже в общую картину впишется, что ты пока отказываешься со мной спать.

– Пока? – ошарашенно вскрикивает Лёлька. – Я не пока! Я вообще!

– Это мы еще посмотрим, – хмыкаю. – Тебе к этому выходу или туда? – киваю на ворота парка.

– К этому! – почти отталкивает меня от ручки коляски.

– Ну окей, – миролюбиво отступаю. – Эй, Яблочки, – окликаю двух пупсов в красных шапках, – пока! – идиотски машу им ручкой, хотя мне сейчас на это плевать.

– Как ты их назвал? – вскидывает брови Лёлька.

– Яблочки! – улыбаюсь. – А что? Круглые, красные! Я все равно их не различаю!

Салютую рукой теперь уже ей:

– Скажешь, куда и когда прислать водителя! – разворачиваюсь. – Мой номер же у тебя сохранился?

– Сохранился, – тихо отзывается Лёля и опускает взгляд.

Но мне некогда с этим сейчас разбираться. У меня встреча, потом собрание в одной из дочерних фирм, потом…

Так! Надо дать поручение секретарше, чтобы позвонила моей домработнице… А то Лёлька нагрянет с вещами, вот тетка удивится!

И водитель!

Нужно, чтобы Лёлю забрал водитель…

Интересно, одного седана хватит? Или надо отправлять внедорожник?

Поглощенный этими мыслями, совсем не замечаю, что Лёля как-то странно смотрит мне вслед.

Точнее, замечаю, но с опозданием.

Чего это она?

Ну да, втравил я ее в авантюру.

Но так-то чего смотреть?

.

Ольга

Мы будем притворяться, будто это его дочки…

Притворяться.

Да, Арс… Ты очень точно подметил. Их отец придурок! Полный!

Да и мать что-то не умна…

Но…

Но разве плохо то, что я хоть немного поживу сыто? Рисков-то никаких! Для меня, по крайней мере…

К светской жизни его уровня я готова. Мать меня все детство этому учила. Искусствоведение, музыкалка, курсы дизайна и стиля…

Она очень хотела, чтобы я была богатой женой.

Да вот у меня не сложилось.

Или сложилось?

Девочки еще слишком малы, чтобы объяснять им все нюансы.

Не думаю, что Ветров вольется в их жизнь настолько, чтобы расставание доставило им потом моральную травму.

Он очень точно подметил: с любовью у него плохо.

Плохо.

А я так верила…

Жмурюсь, пытаясь унять ненужные сейчас слезы, выталкиваю коляску на тротуар.

Здесь пандус, подъезд, грузовой лифт.

Мама!

Я и забыла, что не предупредила ее!

– Ольга! – она распахивает глаза, замирает удивленно. – Что случилось?

– Мам, – выдаю я как завороженная, – я замуж выхожу!

Глава 7

Ольга

– Боже, счастье-то какое! – совершенно не гламурно вопит моя мама, прижимая руки к груди. – Кто ж этот дурак?

– Мама! – рычу. – Ты вот сейчас вообще о чем?

– Да я что, я ничего, – всплескивает руками она. – Ты проходи, проходи! Это этот? Мишка из четвертого подъезда? Он с детства по тебе сох!

– Мишка? – хмурюсь. – Нет! Он же женат, мам!

– Ой, да ладно, – отмахивается моя родительница. – Тогда этот! Ну с кем ты работала! Водитель! Игнат?

– Нет, мам! – фыркаю. – Это Арс!

– Арс? – замирает моя мать, пораженная.

– Арс, – киваю, немного кривляюсь. – Представь себе!

– Арс Ветров все-таки узнал, что он отец твоих детей? – все веселье вдруг исчезает с маминого лица, и она хватает меня за руку. – Оля, может, не надо? От такого добра не жди!

– Мам! – смотрю на нее ошарашенно. – Ты ж вроде всегда мечтала, чтобы я…

– Это я мечтала, пока детей не было! – хмурится моя мать. – Пока ты была сама себе хозяйка! А сейчас! – она впивается взглядом в Полинку и Маринку. – Оля, а если он захочет их себе оставить?

– Ну и пусть оставляет, – присаживаюсь на пуф, начинаю разуваться. – Со мной!

– Оля, – качает головой мать, – ты не понимаешь.

– Мам! Все я понимаю, – фыркаю. – Не захочет он. Мы… – и тут я прикусываю себе язык.

Мать моя женщина очень общительная. Можно сказать, медийная. Сама она, к счастью, в блогерах не замечена, но вот две ее подруги – да. Причем одна специализируется как раз на светской хронике.

Так что…

Если сказать маме правду, обман обманывающего Арса может очень быстро раскрыться…

– Мам, – вздыхаю я. – Он их на руки взять боится. Да, он понял, что это его дети, и хочет жить с ними, – пожимаю плечами, выдавая официальную версию. – Но он также понимает, что без меня он с ними не справится.

– Это пока! – мама садится рядом, обеспокоенно смотрит на двух моих карапузин.

– Ну, – тяну, думая, чем бы ее успокоить. – Мне вообще показалось, что он остепенился, – вскидываю брови. – О семье задумался, – что там еще надо выдать, чтобы его Филиппову понравилось? – Он с большим пониманием отнесся ко мне, – пожимаю плечами. – Работать разрешает.

– Работать? – вскрикивает моя мать визгливым голосом. – Ты будешь женой Арса Ветрова и будешь вынуждена работать?

– Нет, не вынуждена! – округляю глаза.

– Он что, разорился? – вспыхивает моя мать. – Я так и знала, – произносит с досадой. – Когда бабла куры не клюют, так он моей кровиночке от ворот поворот! А когда обнищал!..

– Мам, да вовсе он не обнищал! – пытаюсь ее урезонить.

– Да? – мать впивается в меня очень деловым взглядом. – Ты списки Форбс смотрела? На каком он месте?

.

Арс

А кроватки можно будет впихнуть в гостевую спальню! Она здоровая! Кабинет, конечно, удобнее, но не хочу я его отдавать! Хотя… Часто ли я работаю дома? Да ладно! Фиг с ним! Отдам кабинет!

– Ну так что, Арсений Михайлович, подписываем?

Вырывает меня из моих размышлений скрипучий голос контрагента.

А?

Что?

Кого?

– Мне нравятся ход наших переговоров, но я обязан проконсультироваться с юристами! – надеваю на свой фейс формальную улыбку.

Черт! А это у меня кто вообще? “Рикстон”? А… Блин! И фигле я ляпнул, что мне нравится!

– У меня есть несколько замечаний, которые я хотел бы с ним обсудить, прежде чем обговаривать с вами. Мы можем назначить еще одну встречу? – вскидываю брови с умным видом. – Допустим, во вторник?

– Хм, – гендир “Рикстона” недовольно поджимает губы.

Но я ему нужен больше, чем он мне.

– Если только в первой половине дня, – тянет нехотя.

– Да хоть в семь утра! – фыркаю довольно.

– Надо уточнить у моего секретаря! – он уже набирает сообщение.

– Отлично, я тогда своему тоже дам команду и, – встаю, протягиваю ему руку, – уверен, что во вторник мы совершенно точно подпишемся!

– Хотелось бы, – цедит сквозь зубы мой контрагент, но я жарко трясу его руку и уматываю из переговорной.

Да, я взял с собой контракт.

И я даже думаю его почитать…

Наверное.

На досуге.

Интересно, а как на нем будет смотреться брокколи!

Живо представляю себе бумаги, измазанные соплями этих двух Яблочек, и мне становится смешно! По-настоящему смешно.

– И что же привело тебя в такой восторг? – слышу за спиной голос Евгения Александровича. – Неужели “Рикстон” согласился на твой процент ретро-бонуса?

– Не знаю, – широко улыбаюсь в ответ. – Я не смотрел контракт! И не слушал его на переговорах.

– Надо же! – крякает старик, пораженный моей откровенностью. – О чем же ты тогда думал?

– О детях, дядь Жень, – улыбаюсь еще шире. – О своих детях!

– Надо же! – довольно хмыкает Филиппов. – И с кем же ты собрался их делать?

А я гордо выпячиваю грудь:

– Я, собственно, уже!

Глава 8

Арс

– Двойня? – Филиппов аж садится. – Девочки? – хмыкает. – А что, с мальчиками бывших любовниц не нашлось?

А мне че-то аж горло злостью перехватило!

– Евгений Александрович, – произношу тихо, но смотрю на него так, что старик невольно выпрямляет спину. – Вы, кажется, не планировали мне свечку держать.

– Хм, – откашливается тот.

Разглаживает несуществующие складки на пиджаке.

– Ну ладно, – смотрит на меня исподлобья. – А кто их мать?

– Лёля, – взмахиваю рукой, – Леонтьева Ольга. Переводчица. Помните?

– А как же! – с готовностью отвечает старик. – Вы встречались целую вечность! Месяца три!

– Четыре, – поправляю его и снова чувствую непреодолимое желание огрызнуться.

Но молчу.

Стискиваю зубы.

Отворачиваюсь к столу, собираю в стопки совершенно ненужные мне сейчас бумаги.

– И ты хочешь сказать, – медленно начинает допытываться Филиппов, – что она от тебя родила.

– Родила, – киваю. – Сказать не сочла нужным, но родила.

Полностью историю выдавать не хочу.

Во-первых, это совершенно не в моем стиле – выкладывать все, как на блюдечке.

А во-вторых… А во-вторых, почему-то совершенно не хочется выставлять на всеобщее обозрение наши с Ольгой отношения.

Даже фиктивные.

Почему-то вдруг все, что касается ее, стало казаться сокровенным и очень личным.

Очень.

Но Филиппов – лицо заинтересованное.

И он продолжает вытягивать из меня историю, которую я заботливо для него приготовил.

– Значит, у тебя вдруг обнаружились дети? – смотрит он на меня испытующе. – А их мать?

– Их мать настроена не очень дружелюбно, но я попробую наладить с ней отношения, – пожимаю плечами. – Прежде всего, я ей предложил официальный брак. И поверьте, – хмыкаю, – это никак не связано с вашим мне предложением!

– Да что ты! – с наигранным удивлением ахает Евгений Александрович. – То есть ты так вовремя встречаешь свою пассию, женишься на ней… И это никак не связано с моим предложением.

– Дядь Жень, – сажусь напротив него, – это совпадение, – утомленно вздыхаю. – Речь идет о детях, – поджимаю губы. – К тому же, – делаю задумчивый взгляд, двигаю кистью в воздухе, – Ольга была одной из немногих, кого я эмоционально выделял из общей массы девиц.

– Ты хочешь сказать, любил? – подается вперед Филиппов.

– Я хотел сказать именно то, что сказал, – отрезаю я. – И, Евгений Александрович, я понимаю, что для вас моя семейная жизнь крайне важна, но, пожалуйста, – смотрю строго, – соблюдайте границы.

Чуть кривлюсь, поднимаюсь, подхватываю ту самую бессмысленную стопку бумаг, что собрал минутой ранее.

– Ну а сейчас, – вздыхаю, – прошу меня извинить. Надо помочь Лёле устроиться в моей квартире. Скорее всего, придется делать перепланировку, – кривлюсь. – Или вообще менять жилье…

Вкладываю в свой голос всю вселенскую усталость, которую могу, киваю, выхожу из кабинета…

Срабатывает!

Черт, срабатывает!

Старик сидит в своем кресле ошарашенный!

Вот это да!

Оказывается, все немного проще, чем я думал!

Повелся!

Блин!

Старая гвардия! Где фиг обхитришь, а где… Что ж им всем так важен штамп в паспорте?

Что маман моя, что Филиппов.

Фр-р-р…

Листы банные.

Ну ладно.

Лёля появилась в моей жизни вовремя.

Сейчас в это поиграем, а потом у меня будет статус разведенного отца, и пусть хоть кто-нибудь попробует мне намекнуть о серьезных отношениях.

Все будут посланы!

Строем!

Потом…

Потом это…

Это когда?

Черт!

И в этот момент я понимаю, что совершенно не хочу себе представлять это мифическое потом.

Лучше сейчас!

Сейчас надо привезти в свою квартиру Яблочек.

И их маму.

.

Леля

– Девочки обязательно должны учить английский! – с важным видом рассуждает моя мать.

Она вызвалась помочь с переездом.

Выражается это в том, что она ходит кругами по моему залу и, мечтательно закатив глаза, перечисляет, какие блага я должна потребовать от Арса Ветрова.

– Нет! Английский уже не так актуален, – кривится. – Лучше китайский!

– Абр-р-р, пф-ф-ф, – выражает свое мнение по поводу ее высказываний Маринка.

– Точно, дочь, – выдаю я со вздохом.

Малявки мои сидят в манеже, а я пакую коробки.

Что-то мне уже тяжко. Спина отваливается, и голова кружится.

Хотя Арс меня сегодня накормил.

– И ты должна будешь обязательно сформировать свою бьюти-команду! – мама находит в моем доме яблоко и с громким хрустом откусывает от него кусок. – Я знаю хорошую маникюршу!

– Мам, давай я сама решу, что мне обязательно, а что не обязательно? – отодвигаю ее от окна, чтобы собрать оттуда детские крема и масла.

Наши с ней отношения сложно назвать идеальными. Она – настоящая мать чемпиона. Но и я уже мать. Умею все сказанное ею делить надвое… Или натрое. Или на ноль, хоть и нельзя.

– А что у нас полагается теще олигарха? – мама почти доела наше последнее яблоко и с деловым видом рассматривает близняшек. – Если я буду приезжать к ним в гости, допустим, раз в день…

– Раз в день? – ахаю я. – Мама! Тебе всегда было достаточно раз в неделю… Или в две…

– Это пока они в панельной однушке жили, – ничего не стесняясь, выдает мать. – А теперь у них будет собственный особняк. Ты, кстати, уже начала выбирать дом?

– Мама, какой дом? Какая бьюти-команда? Какой китайский? – не выдерживаю я. – Вернись на землю! А еще лучше к себе домой! От тебя все равно никакого толка!

– Как ты разговариваешь с матерью? – упирает руки в бока она. – Вот встречу твоего Ветрова, все ему расскажу! Про все твои слезы в подушку и про то, что я была единственной, кто тебя поддержал!

И тут у меня холодеет внутри…

Я не объясняла матери ситуацию. Решила, что пусть уж она выдает истину за нашу выдумку. Нормально получится. Но если она начнет что-то высказывать Арсу…

– Ты этого не сделаешь! – произношу угрожающе.

– Сделаю, сделаю, – заводится она. – Еще как сделаю! Я собиралась быть матерью богатой жены! А стала бабушкой безотцовщин! Должен же он за это ответить!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.