Дина Павлова
Доктор моего сына

Глава 1. Настя

– Тише, Руслан, – я качаю на руках сына, а он заливается плачем. Очередь не двигается. А я и хочу, и не хочу чтобы время шло быстрее. Коридор забит мамочками с детьми. Я сижу с восьми утра. Сейчас одиннадцать… Господи, ну почему так долго? Хотя понятно, почему. Все хотят попасть на прием к Дариханову. Он считается одним из лучших неврологов города. К тому же он берет самые сложные случаи. А у меня именно такой.

– Вы можете хоть как-нибудь успокоить ребенка? – раздается недовольный голос одной из мамочек, – Вокруг столько деток, а слышно исключительно вас!

– Если бы я могла, я бы успокоила, – говорю едва слышно. Ругаться смысла нет. Только сильнее будет нервничать Руслан. Девушка в ответ ничего не отвечает, но на меня падают недовольные взгляды.

Наконец подходит наша очередь. Я боюсь ужасно. Мне кажется, что когда я переступлю порог кабинета, то попаду не к доктору. Я попаду прямиком в ад. Потому что Дариханов не просто лучший врач… Он мой бывший жених… И очень вряд ли он обрадуется этой встрече… А с другой стороны, может он меня уже и не помнит?

– Вы идете?! – рявкает та самая мамочка, которая уже делала мне замечание за плачущего ребенка. Я киваю и, держа на руках Руслана, иду к двери с табличкой «Детский невролог Дариханов Э.Ш.»

Невольно поглядываю на такие характерые черты лица сына. Догадается? Не должен…

– Здравствуйте, – я захожу и закрываю за собой дверь, стараясь не смотреть на фигуру в белом халате. Эльдар сидит боком, он не смотрит на меня. А мое сердце бьется как сумасшедшее… Руслан же кажется успокоился. Замер, сидит и, сунув палец в рот, разглядывает стены. Интересно. Хотя обычно в кабинете доктора он начинает кричать еще громче.

– Добрый день.

Эльдар не обращает на меня внимания. Занят…

А у меня в голове растет шум. Он тот, кого я бросила перед самой свадьбой… Тот, от кого сбежала с его ребеночком в животе. Эльдар ведь ничего не знает о сыне! И не хочу чтобы он догадался… Мой бывший отрывает взгляд от компьютера, и…

– Настя?

Воцаряется тишина. Такая, что хоть ножом режь. Сидящая рядом медсестра с интересом на меня смотрит. А я разглядываю пол, ни живая, ни мертвая. Эльдар поднимается, обходит стол и, не спуская взгляда с моего сына, произносит:

– Красивый мальчик, – взгляд его темных глаз прожигает. И в них я чувствую немой вопрос. Но я знаю что гордость задать его не позволит. По крайней мере при посторонних, – Не знал что ты родила ребенка. Возраст? Жалобы?

В отличие от меня Эльдар спокоен. Это я с трудом нахожу в себе силы унять дрожь в руках. Я чувствую этот знакомый мужской аромат, этот жар от тела Эльдара. Он слишком близко стоит, и мне тяжело дышать.

– Девять месяцев. У Руслана гематома… родовая травма.– говорю едва слышно, – Все врачи, у которых мы были, все настаивают на операции… А я боюсь.

– Правильно боишься. Семь раз отмерь – один отрежь. Раздевайтесь и на весы.

Прошло полтора года, но Эльдар не изменился. Только стал еще мужественнее. А я…

– Говорят ты вышла замуж, – произносит неожиданно.

– Да, я замужем, – откашливаюсь и судорожно стаскиваю с Руслана ботиночки. Вру. Я не замужем. И не факт что выйду. Но я не хочу чтобы Эльдар знал об этом.

– Понятно, – цедит сквозь зубы. – Надеюсь ты счастлива…

Глава 2. Настя

2 года назад

Мы с Эльдаром выходим из автобуса и идем по пыльной проселочной дороге. Я одета максимально скромно: юбка почти до пола, рубашка с рукавами, волосы собраны в хвост. Знакомство с родителями – это не просто, особенно если твой избранник – юноша из ортодоксальной кавказской семьи.

Это настоящая глубинка… Я смотрю на дома, спрятанные за глухими высокими заборами, из-за которых видна лишь крыша. А еще верхушки фруктовых деревьев. Июль, очень жарко. Зато уже есть фрукты.

– Абрикосы, – киваю на одно из деревьев.

– Жердела, – уточняет Эльдар, – Жердела мелкая, а абрикосы крупные. В Москве продают жерделу, а называют ее абрикосами.

Я смеюсь. Хочется как-то расслабиться, снять напряжение. Но оно только растет. Потому что в самолете, а потом в автобусе Эльдар мне раз сто повторил, как себя вести с родителями: что бы ни говорили, не спорить, не перечить, не дерзить. В глаза лучше не смотреть, смотреть в пол. Также при родителях лучше за руки не держаться, не целоваться, свои эмоции не показывать.

– Тебе страшно?

– Страшно, – кивает Эльдар, – Мать такого не переживет. Но не сказать тоже нельзя.

А я все-таки надеюсь, что все будет хорошо. Потому что зачем-то они отправили Эльдара в семнадцать лет поступать в Москву! Ни одного из братьев не отправили, а его… Оторвали от привычной жизни, погрузили в среду, далекую от мусульманских ценностей. Сам Эльдар мне рассказывал, что когда приехал в столицу, первое время звонил отцу, чтобы тот забрал его обратно! Слишком дико ему было видеть девушек в коротких юбках, густо накрашенных, выпивающих алкоголь…

Но отец считал, что талантливый парень должен получить лучшее образование. Медицинское. Зря что ли побеждал на республиканских олимпиадах? К тому же он один такой в семье. Остальные братья – Мухаммед и Казбек талантами не вышли. Поэтому они остались дома, и получали обычное образование в региональном центре.

– Они мне постоянно говорили, – рассказывал мне Эльдар, – Тебе повезло. Ты вон! В саму Москву уехал. Теперь будешь там большим человеком, всех забудешь.

Эльдар обещал никого не забывать. Год он возмущался местными традициями, а потом… То что больше всего вызывало у него сопротивление, начало нравиться.

– Когда ты до этого был дома? – под ногами щебенка, и через тонкую подошву сандалий я чувствую каждый камешек.

– Два года назад, когда получал диплом.

Кстати у Эльдара он красный. Все как и хотели родители.

– А потом почему не ездил?

– Потому что они меня хотели женить на Фатиме, – поглядывает на меня, – Это соседка. Они с дядей Али договорились еще лет десять назад, что мы должны пожениться. А я не хочу.

– Представляю как они мне обрадуются, – вздыхаю.

Пока мы идем, встречаем несколько пожилых женщин. Эльдар с ними здоровается, они о чем-то переговариваются, но язык я не понимаю. О чем-то о своем говорят. Наконец мы останавливаемся возле глухих темно-бордовых ворот.

Эльдар нажимает на черную кнопку звонка… Раздает едва слышная трель, после чего глухой лай. Приходит в голову что на участке какая-то очень большая собака. Типа кавказской овчарки. Видя что я напряглась, Эльдар тихо объясняет:

– Это Алмаз. Родители его завели когда меня не было, я учился, так что он не особенно меня и знает.

Киваю, и тут калитка распахивается, и я вижу перед собой женщину лет пятидесяти с правильными чертами лица. Низкорослая, коренастая, она тут же протягивает руки к Эльдару и начинает что-то говорить на своем языке. На ее лице счастливая улыбка. Меня она не замечает.

Мое сердце бьется как сумасшедшее. Наконец, поздоровавшись с Эльдаром, она переводит взгляд на меня. И ее лицо становится мрачным. Что-то спрашивает. Опять не по-русски.

– Мама, это моя невеста Настя. Настя, познакомься, это моя мама – Мадина Залимхановна.

– Здравствуйте, – улыбаюсь на все тридцать два зуба. А вот мать упирается в меня злым взглядом. И вид у нее такой, что, кажется, она сейчас меня точно убьет.

– Ты с ума сошел, Эльдар, – нервно поправляет темно-зеленый платок прикрывающий волосы, – Ты что делаешь? Она русская?

– Русская, – кивает, – И я ее люблю.

– Нет, – мотает головой, – У тебя уже есть невеста. Фатима ждет когда ты вернешься… Даже не думай. Пускай Настя домой едет. Давай, – она переключается на меня, – Езжай, Настя, уходи!

– Мам, ты что, ее на порог не пустишь? – Эльдар заметно мрачнеет. По всей видимости он ожидал какой-то другой реакции от матери. Но для них традиции – это святое.

Я слышала что на Кавказе принято жениться на «своих»… Но никак не думала, что тут все настолько категорично.

– Не пущу. Отец увидит. Знаешь что будет?

– Я мужчина, мама. Я работаю в Москве, я врач…

Смотрю на Эльдара. Глаза горят не хуже чем у мамы. Он очень злой. Видимо он искренне считал, что если ему уже исполнилось двадцать семь, то он может решать все сам.

– Ты мой сын! А значит, – дальше она что-то говорит на своем языке, а я понимаю, что знакомство просто не состоялось. Или состоялось, смотря как посмотреть. Поэтому я касаюсь плеча Эльдара и тихо произношу:

– Я на автобус.

– Стой! Настя!

– Иди! – орет Мадина Залимхановна, – И чтобы я тебя тут больше не видела! У Эльдара есть своя невеста! И он на ней женится через три месяца. А тебя увижу, собаку спущу!

– До свидания, – киваю, отворачиваюсь от нее, и тут понимаю, что еще минуту назад пустая улица полна народу. Возле каждой калитки, возле каждого забора кто-то стоит… Все выглядывают, смотрят… Видимо интересно наблюдать за скандалом.

– Мама, я иду с ней! – объявляет Эльдар.

– Что? Ты остаешься! Ты не поедешь больше в Москву! – мама не унимается, а у меня впервые появляется мысль, что зря я полезла в эту семью. Сейчас рассорю их всех…

– У меня там работа. Не хочешь пускать мою невесту в дом, я ее приведу в свой!

Глава 3. Настя

– Родовая травма? – смотрит мне в глаза, а я киваю. Усмехается, скорее самому себе.

– Да, родовая. Обширная гематома, тремор рук и подбородка, а еще проблемы со зрением. – Стараюсь максимально спокойно и отстраненно объяснить ситуацию. Хотя внутри все переворачивается, – Ему уже закапывали глазки, но есть большой риск, что в дальнейшем это не поможет, и он потеряет зрение. И пока роднички не зажили, прооперироваться будет менее опасно, чем в более позднем возрасте. Головка еще мягкая, кости подвижные и срастутся без каких либо дефектов.

Эльдар подозрительно смотрит на меня, и я неосознанно начинаю оправдываться, что я это не сама придумала, хотя это и так понятно. Он уже прочитал медкарту, и я всего лишь повторяю слова нашего невролога:

– Мне так сказали. Ну и пока нет серьезных последствий.

Он ощупывает детскую головку, и удивленно оборачивается к медсестре:

– Ни один родничок не зажил, даже затылочный еще открытый. Времени еще предостаточно. В лучшем случае к полутора годам что-то затянется. А полное срастание годам к трем. У хирурга наблюдаетесь? Что говорит?

– Наблюдаемся, патологий нет. Только роднички… Но один раз он упал неудачно, затылочком, я думала он умер. Весь натянулся как струна, дышать перестал, я его так трясла от страха, что он очнулся. В поликлинике сказали что такое бывает, ничего страшного, просто особенность организма.

– Да, открытые роднички, незрелая кора… К трем годам пройдет, но ударяться ему нельзя. И надо будет наблюдаться у невролога до самой школы. Хотя в вашем случае все равно без невролога никуда.

Он слишком внимательно осматривает Руслана, но на меня не смотрит. Я понимаю, что он меня ненавидит… Не простил и прощать не собирается. Потому что я его бросила. Но был ли у меня выбор?

Воспоминаю нашу встречу. Перед глазами картинка, от которой я наверно буду улыбаться даже на смертном одре. Я ведь до сих пор люблю Эльдара. Только никогда ему в этом не признаюсь.

Помню эту холодную, промозглую весну, которая никак не могла толком начаться. На самом деле, не простудись я тогда, не замерзни… Кто знал, как бы повернулась моя жизнь? В общем у меня порвался ботинок. Как-то так вышло. И слякоть, вся эта кашица затекла в обувь. В итоге нога замерзла так, что мне казалось что я себе отморожу пальцы, и мне их отрежут.

Я ехала с учебы. А нужно было из метро пересесть на автобус… В общем я решила, что кофе мои планы уже точно не сломает. Какая разница, когда я приду домой? А хотелось чего-то горячего, к тому же неприятно саднило горло. Я зашла в торговый центр, поднялась на третий этаж, где и взяла кофе, курицу и картошку фри. Меньше всего я думала о том, что я с кем-то познакомлюсь.

И когда ко мне подсел парень совсем не русской национальности, я очень удивилась. У него в руках был поднос.

– Тут мест нет. Можно я тут поем?

Он это произнес так просто, что я кивнула. И даже не догадалась посмотреть, были места еще, не были… У него был набор из Макдака. Он поставил поднос с большим стаканом колы и каким-то гамбургером или около того.

Я случайно поймала его взгляд и поняла, что очень стесняюсь. Потому что… На меня наверно никто так не смотрел. С таким внимательным интересом. А еще говорят что красота в глазах смотрящего. И это правда.

– Ты студентка? – он первый прервал молчание. Я кивнула. Нет, я не была готова знакомиться с парнями кавказской национальности даже очень интеллигентного вида. Но этот не унимался, – Меня зовут Эльдар. А на кого ты учишься?

– Исторический факультет. Буду археологом, – я старалась не смотреть на него.

Я рассчитывала что мой ответ его несколько остудит, но…

– Что ты там изучаешь? Я очень люблю историю…

И… Боже, я даже не думала что кто-то сможет поддержать разговор о Столетий Войне в Европе! А Эльдар смог. Он и правда знал такие тонкости, которые, как мне казалось, мог знать только историк.

Эльдар же был врачом. В общем… Он подкупил меня своими познаниями, искренней улыбкой и вежливостью. Возможно я была полной дурой, но… Мы не только обменялись телефонами. Он проводил меня до дома. И как только я зашла в подъезд, тут же написал мне.

Не думала что отвечу… Но я ответила. Эльдар в ответ предложил встретиться в каком-нибудь ресторанчике. Он оказался галантным, простым и никак не демонстрировал разницу менталитетов. Вот только не ел свинину. Тут уже табу. Мне, правда, не запрещал.

Что меня подкупило в Эльдаре, помимо познания в истории, так это то, что с ним было очень надежно. Он был таким горячим. Будто огонь шел от его тела. А я, всю жизнь слабая и анемичная, рядом с ним заряжалась энергией. Стоило ему меня приобнять, взять меня за руку…

Он не был нахальным, как обычно принято воспринимать подобных парней. Он был безукоризненно воспитанным, интеллигентным и вежливым. Сын маминой подруги. Более того, он относился ко мне бережно. А потом однажды принес огромный букет цветов – сто одна роза и предложил официально стать его девушкой.

Эльдар из тех, кому нужно, чтобы все было понятно, чтобы все было четко и по пунктам.

– Тебя надо положить к нам в больницу. В смысле мальчика. Ты тоже с ним ляжешь, – смотрит на меня, потом на ребенка. Причем по его лицу вижу – сомневается… Очень сомневается.

– Зачем?

– Что значит зачем, Настя? Тебе что, ребенок не нужен? Или у тебя запасной есть?

– Нет, я имею ввиду, что за процедуры будут? – даю Руслану игрушку, который, привыкнув к помещению и окружающим, сосредоточился на Эльдаре. Разглядывает его с интересом. После, решив что он совсем не страшный, просто протягивает ручку чтобы потрогать бейджик. Видя это, Эльдар не двигается с места. Он не спускает глаз с сына.

– Сделаем заново все анализы, сходите на УЗИ, ЭЭГ, ЭКГ, МРТ, в общем обследуем досконально. Просмотрим динамику со старыми результатами, витаминки попьете и подберем лечение. Ничего нового пока не будет. Направление я вам выпишу сейчас, завтра в восемь жду на госпитализацию. Одевайте ребенка, – он произносит это громче и тут же меняет тон, – Если ты меня в чем-то обманываешь, я все узнаю.

– О чем ты?

– Ты сама знаешь о чем, – смотрит то на меня, то на сына, – у него внешность… Я вижу…

– Его отец тоже…

– Врешь, я карту читал, он доношенный, не стой из себя дурочку. – шипит. Глаза темнеют. Но тут, скользнув взглядом по медсестре, быстро успокаивается. – То что вы говорите про ребенка, требует дополнительного обследования и подбора подходящей медикаментозной схемы лечения. Если динамики не будет, то операцию сделать можно и через полгода. Это у тебя там, где ты рожала, там коновалы сидят. Резать. Все резать! А потом отрежут, вреда больше чем пользы! Заденут что, а дальше? Есть препараты, которые эффективно рассасывают гематому!

– Мне сказали что это сложный случай, – оправдываюсь, но Эльдар от моих возражений еще больше звереет:

– Мамочка, бегать и рассказывать надо было раньше! При правильном эффективном лечении уже сейчас бы все было позади, а вы время потеряли! Целых восемь месяцев! Вам диагноз поставили скорее всего либо в роддоме, либо при первом полном обследовании в два месяца! Тогда надо было думать и бегать, а сейчас просто делайте что я вам говорю как клинический невролог, – Эльдар поднимает глаза к потолку и качает головой, – Понимает она. Молчи уже. Сидела ждала у моря погоды. Ты же знала что я детский невролог, чего ты ждала все это время? Что как-нибудь само рассосется? или прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете? Надежда Николаевна, направление оформляйте, и пусть мамочка распишется что согласна на госпитализацию.

Глава 4. Настя

2 года назад

Я иду обратно по этой пыльной дороге, не поднимая голову. Все соседи на меня таращатся, как будто я в зоопарке каком. Эльдар что-то объясняет матери. Он хоть и говорит спокойно, но я чувствую в его голосе такое возмущение, что понимаю, он сейчас максимально взвинчен.

А она его уговаривает… И тон значительно мягче, нежели когда я рядом стояла. Постепенно их голоса становятся все тише… Потому что Эльдар продолжает что-то доказывать матери, а я уже потихоньку добралась до поворота. Если я ничего не перепутала, то надо свернуть налево в переулок, там будет еще одна дорога, потом направо, до конца… К автобусной остановке.

Мне так обидно, что я с трудом сдерживаю слезы. Почему ко мне так отнеслись? Ведь мама Эльдара меня фактически не знает! Но на порог не пустила. И как строить отношения, как строить семью, если родители не то чтобы не одобряют? Если они категорически против? Если брак со мной разобьет сердце матери моего будущего мужа?

Ситуация неразрешимая. И что самое грустное, я воспитана таким образом, что все должно быть по согласию, в радости… А тут… Какая радость?

Я заворачиваю в переулок, когда слышу приближающиеся шаги. Эльдар закончил общаться с матерью и теперь меня догоняет. Поглядываю на него. Бледный, злой. Сжимает тонкие губы, ноздри широкие, тяжело дышит.

Я иду молча, разглядывая тропинку.

– Не бойся, – произносит едва слышно, – Мы поженимся.

– А что скажут твои родители? – поглядываю на Эльдара. – Ты разобьешь им сердце.

– А они разобьют мне жизнь, если я женюсь на Фатиме! – рявкает, – Мы не подходим друг другу! Мы и раньше-то не подходили, но сейчас… Она всю свою жизнь прожила, не выходя из дома. У нее образование – три класса и коридор! Да о чем с ней вообще разговаривать?!

– Зато она воспитана в традициях твоего народа, – развожу руками. Нет, я не хочу отдавать Эльдара этой самой Фатиме… Я его люблю. Но еще больше меня беспокоит то, что женитьбой он может сломать себе жизнь. Это сейчас он меня любит. А что, если ссора с семьей сломает его? Это мне можно выходить замуж за кого угодно. Хоть за негра! А ему…

– Я не хочу жениться на девушке, которая воспитана в традициях моего народа!

– Почему?

Он останавливается, и я тоже. С одной стороны длиннющий забор, за ним – сад. Наверно это школа. С другой – дома. На самом деле здесь по-своему уютно, даже красиво. Вот только недружелюбно совсем.

– Мне бы все подошло, если бы я не отправился получать образование в Москву. Если бы я всю жизнь провел тут, в республике. А родители меня окунули в другую среду. Светскую! Так что они от меня хотят сейчас? И теперь достоинства местных невест мне достоинствами совсем не кажутся!

– И какие достоинства?

– Скромность, хитрость, и знаешь, вот это… Когда она постоянно тебе в глаза заглядывает и едва ли не ноги тебе моет. Я не хочу этого. Мне не надо. Я не знаю как объяснить. Ты не такая как они. Ты другая. Все.

Эльдар идет дальше, а я иду следом за ним. Вроде я слушала внимательно, а все равно не поняла, что не так с местными невестами. Но сейчас, когда Эльдар на взводе, лучше не уточнять.

Мы молча доходим до автобусной остановки. Боже, как же жарко. Кое-как найдя тенек, я сажусь на лавочку и отпиваюсь минералкой. А Эльдар будто и не замечает этого изнуряющего пекла. Он ходит туда-сюда, поглядывая то на часы, то на висящее написанное краской на синем щите расписание.

До автобуса еще сорок минут. Постепенно остановка наполняется людьми. И большинство из них Эльдару знакомы. С ним здоровается то один, то другой человек. В основном это его ровесники. Одноклассники может… Общаться он правда с ними не горит желанием, я вижу это по его лицу. Но и послать подальше – невежливо.

И все бы ничего, но тут к нему подходит парень, и я понимаю, судя по сходству, что это его брат… А еще по тому, как резко мрачнеет лицо Эльдара. Незнакомец что-то долго ему объясняет, а потом… Поворачивается ко мне, смотрит около минуты… И вдруг подходит ближе.

Похоже вся остановка в курсе семейных склок!

Натянув на лицо улыбку, я поднимаюсь чтобы поздороваться. А мужчина произносит:

– Ты зря лезешь в нашу семью. И ты плохо знаешь Эльдара! Ты дура!

Поток откровений продолжить не удается. Эльдар его разворачивает к себе и что-то говорит, тот мотает головой и пытается продолжить.

Мне кажется, что сейчас начнется драка, но… подъезжает автобус. Эльдар хватает меня за руку и тянет к нему, а этот мужчина никак не успокаивается. В этот раз он обращается к Эльдару, причем почему-то по-русски:

– Разбил сердце матери и решил ехать? Да кто ты после этого? Ты хоть понимаешь что позоришь нас? Позоришь дом! И ради кого! Ты посмотри, ни кожи, ни рожи!

– Хватит! – Эльдар резко к нему поворачивается, – Я живу так, как считаю нужным!

– Ты наглый! И ты идиот! Отправляй ее в Москву и оставайся. Не надо это все… Что ты напридумывал!

– Я свой выбор сделал! – Эльдар поглядывает на меня. Он по-прежнему держит мою руку в своей, и держит крепко, – Настя, пошли!

– Жалеть будешь, брат, – смотрит уничижительно то на меня, то на Эльдара.

– Казбек, нравится тебе Фатима, сам на ней и женись!

С этими словами Эльдар запихивает меня в автобус и заходит следом. А брат остается на остановке. Он так и стоит там, скрестив руки на груди, глядя на нас, сидящих в салоне, пока автобус не двигается с места.

Глава 5. Настя

Я выхожу из кабинета Эльдара на полусогнутых, прижимая к себе Руслана. И потом еще наверно полчаса чувствую как горит мой затылок и спина. Да, Эльдар может прожечь взглядом…

В коридоре я буквально опадаю на скамейку. Так. Надо привести мысли в порядок. Значит если Эльдар сказал что нужно ложиться в больницу, то… Нужно ложиться. От мысли, что он меня будет видеть ежедневно, что мы будем общаться, у меня на лбу выступают капельки пота, а сердце готово выскочить из груди.

Чувствуя что я взвинчена, Руслан и сам начинает морщить свои крохотный носик. О нет! Только не хватало чтобы он опять разревелся на весь этаж! Поэтому я хватаю сына и начинаю его качать, цокая языком. Надо его как-то успокоить, отвлечь. И, к счастью, у меня получается это сделать.

А теперь домой. Надо собирать вещи…

Моя жизнь после бегства от Эльдара протекает спокойно, но бедно. Потому что очень трудно воспитывать ребенка, снимать квартиру и продолжать работать. Хорошо еще что я успела завершить образование, иначе бы точно с ума сошла.

– Мой хороший, мой сладкий! Пошли домой…

Я сажаю Руслана в коляску, и мы выходим из здания.

Я не знаю как бы все повернулось, если бы не мама. Она жила со мной почти полгода: приехала за месяц до родов, и вот недавно вернулась обратно, в родной поселок. Потому что у меня младший брат еще в школу ходит, и ей надо бы и им заняться. Не все же перекладывать на мужа – моего отчима.

Мама долго не могла понять, почему свадьба сорвалась… Да и сейчас не понимает. А я не хочу объяснять ей. Зачем нервировать? Сказала что поссорились с Эльдаром, что он меня бросил и скрылся в тумане. Правда мама не верит в это, считает что я где-то сглупила, да и вообще зря мы расстались. Она об Эльдаре хорошего мнения. Уверена что он мог быть хорошим мужем… Да я и сама это знаю.

Моя мама не такая как мама Эльдара, она рада любому моему выбору, лишь бы я была счастлива. Вспоминаю как я знакомила ее с Эльдаром. Это уже было после поездки на его малую родину. И он очень нервничал, что моя мама отреагирует на него также, как и его – на меня.

Он приволок огромный букет роз.

Но даже без роз моя мама была бы ему рада, о чем и сообщила, и вообще сразу отнеслась к нему как к родному сыну. Чем поразила Эльдара в самое сердце. Позже он признался, что боялся что он ей не понравится.

Я же, отмахнувшись, сказала, что это все глупости и мама меня бы поняла. Что она приняла бы Эльдара даже если бы он мел дворы, потому что важно не кто он, а насколько счастлив ребенок.

Я вспоминаю все это… Вспоминаю как мы были счастливы и настроены несмотря ни на что стать семьей… И как жестоко это все закончилось.

Я возвращаюсь домой через парк. Знакомый маршрут. Руслан выпивает свой кефир из молочной кухни и засыпает, поэтому торопиться мне некуда, и я неспешно качу перед собой коляску. Раньше мы с Эльдаром здесь ходили по вечерам, разговаривая и продумывая, как несмотря ни на что, поженимся, обзаведемся ребятишками, что он как молодой специалист имеет право на льготную ипотеку. Как купим себе квартиру в которой будем воспитывать дитей. Молодые, наивные и чистые дети.

Я поглядываю на Руслана, который сейчас спит и даже не имеет представления что сейчас решается его судьба. Вздохнув, я забираю у него бутылочку и он, причмокнув дергает ручками, но не просыпается.

Вернувшись домой и с трудом затащив каляску в квартиру, я перекладываю ребенка в кроватку и начинаю собирать вещи. Набивается здоровая сумка с подгузниками, одеждой и бутылочками. Я стою рядом с горшком и думаю брать ли его с собой. В больнице лежать с ребенком мне не приходилось, и я не знаю, предоставляется ли там такой важный предмет…

Прикинув, что там может вообще железные советские горшки, решаю что лишним свой точно не будет. Так что завтра мы его с собой тоже захватим. Себе я заготавливаю пачку бумаги, пару ручек, запасной шнур к зарядкам телефона и ноутбука. Я ставлю все заряжаться до предела.

Подготовив все необходимое, я решаю что стоит позвонить маме, чтобы предупредить о госпитализации и обрадовать, что операция возможно и не понадобится. Но не говорить, что нашим лечащим врачом будет Эльдар. Потому что ради такого мама приедет из поселка, чтобы поговорить с отцом своего внука и узнать что за кошка между нами побежала. А мне это не надо. Я хочу чтобы мой мальчик жил пусть и не в полной семье, зато спокойно и в безопасности. Без скандалов, интриг и неадекватных родственников.

И уж тем более не хватало судиться за сына. Содрогнувшись от такого предположения, я стряхиваю с себя все ужасы, что мне вырисовывает мое бурное воображение и решаю, что стоит успокоиться и выпить чая. Но мои планы нарушает проснувшийся Руслан, поэтому приходится вместо чая готовить полноценный обед, кормить ребенка и переодевать. А потом отмывать кухню. Только к вечеру я освобождаюсь, что бы наконец поговорить с мамой.

– Привет, у меня для тебя хорошие новости, – я стараюсь говорить бодро, чтобы она не заподозрила что я чем-то расстроена.

– Привет Настен, что-то по Руслану?

– Да, мы завтра ложимся в больницу для обследования, говорят что есть хороший шанс, что получится справиться медикаментозно и никакая операция будет не нужна!

– Как хорошо, деточка, я честно так переживала, что спать не могла, – мама выдыхает, и я слышу как она расслабилась и практически обмякла в кресле. – Молчала, чтобы тебя лишний раз не тревожить. А тут такая удача. В какую больницу вас ложат?

– В детскую областную, врачи там хорошие, вся аппаратура есть, первую неделю нас будут только только обследовать, а как что будет известно, я тебе сразу сообщу. Так что у нас все хорошо, на выходные не приезжай, если что-то будет надо я сама позвоню. Всем привет передавай.

– Может мне приехать?

– Не стоит, мам, – стараюсь говорить максимально спокойно, – Я сама справлюсь.

Я так говорю, но на деле я представления не имею, что меня ждет. Ведь Эльдар может захотеть сделать ДНК-тест. И тогда мне останется только сбежать.

Глава 6. Настя

2 года назад

После знакомства с моей мамой Эльдар становится и вовсе мрачным. Хотя вроде и радоваться должен, что хотя бы с моей стороны нет никаких проблем. А мне тревожно, и я не понимаю почему.

– Мы сегодня идем подавать заявление, – в один из дней мне сообщает Эльдар. Сказать что я удивлена – ничего не сказать. Потому что до последнего была уверена, что он отступит.

– Ты уверен? – аккуратно уточняю, но мой вопрос провоцирует бурю эмоций.

– Ты сомневаешься в моих словах? – дерганый, злой. После возвращения с малой родины Эльдар сильно изменился. Более того, даже спать почти перестал. Мы еще не живем вместе постоянно, но на выходных я остаюсь у него… И да, если смотреть с точки зрения ислама и традиций, Эльдар грешит. Правда он сам так не считает. Потому что все равно же женится.

– Нет. Но меня беспокоит твоя семья, – главное в ситуации с кавказскими мужчинами – это правильно подбирать слова. Особенно когда кормилец на взводе.

– С ними все в порядке, – огрызается, – Я с ними разорвал отношения.

Вздыхаю. Для Эльдара такой поступок – это очень серьезно. Его семья меня теперь точно возненавидит…

– Я тут подумала… Может мы родим ребенка, и нас простят? – понимаю что говорю немного наобум… Но очень хочется его хоть как-то успокоить. На мой вопрос Эльдар задумчиво улыбается:

– Иногда такое происходит. Но надо постараться чтобы первым был мальчик.

– А если девочка, то что? – смеюсь, – Обратно отдалим?

– Да ничего на самом деле. Может и без разницы. По крайней мере мне все равно кто будет. Я хочу чтобы детей было двое. А лучше трое. Но это уже как пойдет. В любом случае даже если будут девочки, это тоже хорошо. Только за ними нужно внимательнее смотреть.

– Почему внимательнее? – хмурюсь.

– Чтобы не украли красивых. А парни сами за себя постоять смогут.

На следующий день мы подаем заявление в ЗАГС, а еще через неделю Эльдар становится совсем мрачным. Более того, у него появляются какие-то странные предложения. Например переехать на годик в другой город или даже страну. Но причин он не объясняет. Что меня настораживает еще больше.

А еще на Эльдара наваливается шквал телефонных звонков. Один из них происходит непосредственно при мне. И хоть Эльдар разговаривает не по-русски, я по его тону понимаю – это мама. Он пытается ее убедить в чем-то. И тон у него извиняющийся. Он с ней разговаривает не менее часа. Пока она сама не бросает трубку.

– Ну что? Как мама?

– Как ты догадалась что я именно с ней говорю? – сидит бледный. А я смотрю на Эльдара, и хочется его обнять и пожалеть. У меня сердце сжимается при мысли, что такой, в прошлом домашний парень, который воспитан в строгих традициях, отказывается от семьи. По факту он отказывается от частички себя. А мама… Я не представляю если бы мне пришлось так поступить… И я не хочу думать, что бы я выбрала.

В любом случае такой выбор разбил бы мне сердце.

– Когда ты с ней разговариваешь, у тебя голос другой.

– Может, – вздыхает, – Она хочет расстроить нашу свадьбу. Так и сказала. Вся родня на меня ополчилась… Хотя там большинству лишь бы осуждать.

– Но они же не знают когда свадьба…

– Узнали как-то. Понимаешь, у нас семья очень большая. И связей… Это ужас сколько. Кто-то из знакомых знакомых в социалке… Вот и узнали. Но мне все равно. Никто им не позволит помешать росписи.

Киваю, а у самой сердце бьется так, что кажется расколется на куски. Мне очень страшно. И за себя, и за Эльдара…

– Я надеюсь все будет хорошо. А как мы будем праздновать свадьбу?

– В узком кругу, – он обнимает меня и сажает на колени. Видит что я нервничаю и, хотя сам на взводе, пытается успокоить. Он целует меня в губы, после чего продолжает: – На следующей неделе получу зарплату, пойдешь присмотришь себе платье. Красивое, с фатой.

– Я не девственница уже, так что, боюсь, фата будет неуместна, – улыбаюсь.

– Глупости. Я твой единственный мужчина, так что все уместно. Так вот. Купишь фату, платье, туфли. Все чтобы было красиво. Поняла?

Киваю.

– А на свадьбе какой план?

– Пригласи родственников, можно кого-то из подруг. Я тоже позову друзей, думаю что будет в общей сложности около двадцати человек. Я сниму какой-нибудь небольшой ресторанчик. Зал, если точнее.

– Хорошо. Я тебе чуть позже покажу список гостей, кого бы я хотела видеть, – мои руки лежат на плечах у Эльдара. Он такой горячий, от него будто исходит жар. А еще я как ни посмотрю на него, не могу налюбоваться его лицом. У него правда взгляд как будто орлиный. От него исходит тестостерон… Поэтому да, до свадьбы нам удержаться не удалось. Хотя мы, собственно, и не пытались.

У них в республике есть традиция демонстрировать простынь, как доказательство что невеста девственница. Когда я об этом спросила у Эльдара, он сказал, что в ситуации, когда невеста потеряла невинность раньше срока, жених режет руку и пачкает простынь своей кровью. А вообще все это глупости.

В любом случае есть хоть один плюс: не придется позориться с этой традицией.

– А кольца? – касаюсь губами бледных губ Эльдара.

– Кольца я уже купил. Но покажу только на свадьбе. Как и ты платье мне показывать не будешь. А то мало ли что.

Я смеюсь и киваю. Эльдар верит в приметы. Я – нет, но разубеждать его не хочу. Если так будет ему спокойнее, то почему бы и нет? В этот момент я на сто процентов была уверена, что все пройдет гладко. Что мы поженимся, я рожу двух детишек, что мы будем жить долго и счастливо.

Однако жизнь оказалась гораздо более жестокой и суровой.

Глава 7. Настя

Нельзя поддаваться страхам. Нельзя! Да, я ужасно боюсь того что меня ждет в больнице. Боюсь тяжелого взгляда Эльдара, его вопросов, его претензий. Его требований отдать Руслана!

Он догадался! Я ведь понимаю, что он догадался! Но надо наступить себе на горло. Потому что от этого зависит здоровье моего сына.

Эльдар очень хороший невролог, и если ему удастся вылечить Руслана без операции, это будет великое счастье. А я уж недовольство потерплю… Хотя и понимаю, что ничего хорошего он мне не скажет. И скорее всего устроит мне веселую жизнь даже после выписки.

Мы приезжаем в больницу к восьми утра. Руслан беспокойный, нервный. Как будто у него постоянно что-то болит. Он вечно плаксивый. Другие врачи мне говорили, что скорее всего он испытывает постоянные головные боли из-за внутричерепного давления. В общем у него комбо. И я сделаю все, чтобы это скорее прекратилось.

Пока что Эльдара я не встретила. Но от мысли, что он где-то здесь, мне становится жутко. Медсестра меня провожает в палату, забирает медкарты Руслана.

– Доктор к вам подойдет через час, – буркнув напоследок, уходит. Что ж, а тут неплохо. Довольно жизнерадостная больница. В коридоре стены с яркими картинками. Там какие-то зайчики, котики с воздушными шариками. Ремонт был видимо совсем недавно: окна новые, никаких дыр в полу.

А еще все санитарки, медсестры ходят не в однотонных костюмах, а в рубашках с нарисованными мультяшными персонажами. Поэтому когда медицинский работник осматривает ребенка, тот отвлекается и меньше переживает.

Мы с Русланом устраиваемся в палате. Она просторная, на четырех человек. Только есть один нюанс: кроме нас тут никого нет. Что, с одной стороны, очень удобно: дети обычно беспокойные и мешают друг другу, часто плачут… Но есть и огроменный минус: Эльдар может постесняться что-то спросить при посторонних. А когда посторонних нет, он спросит. И судя по тому, что я тут одна как королевишна, так все и произойдет.

– Доброе утро!

Я еще не успела даже разложить вещи, когда на пороге появляется Эльдар. Не то что часа не прошло… Не прошло и десяти минут.

– Доброе утро, – стараюсь не смотреть на Эльдара. А он закрывает за собой дверь в палату и садится на койку напротив. Он не спускает с меня глаз, потом переключается на Руслана. Молчание затягивается. А воздух наполняется электричеством. Мой сердце бьется как сумасшедшее и, кажется, это слышно на всю больницу.

Наконец Эльдар первый прерывает молчание:

– Начнем с дела. Ребенок сегодня после обеда отправится на МРТ. За вами зайдут. Анализы взять уже не успеваем. Медсестра принесет баночки, поставит на тумбочку, завтра с утра сдавать кал, мочу, к восьми заберут кровь.

– Хорошо, – киваю. Мне кажется что Эльдара так много, что он занимает всю палату. А еще я его совсем не забыла. Он не похож на других мужчин. В нем есть что-то первобытное, что-то такое, от чего сносит крышу… Но я не должна об этом думать. К тому же, вряд ли он меня простит за то, что я скрыла от него рождение сына.

– Теперь перейдем к следующему вопросу, не менее интересному, – подается вперед, – Так кто отец Руслана, ты говоришь?

– У меня был мужчина… – в горле пересохло, понимаю что лгу. А лгать-то я не умею. И никогда не умела. Все понятно с первых слов. – Он и сейчас есть… Был.

– Да, и как зовут мужчину? Может ты за него официально вышла замуж? Покажешь печать в паспорте? – взгляд Эльдара тяжелый.

– У нас были свободные отношения.

– Прекрасно. Я верю. Почти. Только на момент беременности мы были еще вместе, – мне кажется Эльдар смотрит на меня как на полоумную. Хотя… Я бы на себя тоже так смотрела.

– Я тебе изменяла. С нормальным! Я нашла другого, у которого не такая проблемная семья! – говорю с жаром. И как я и ожидала, после упоминания о родственничках пыл Эльдара сходит на нет. Тяжело вздыхает.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.