Лиза Мидлевская
Колыбельная для Светланы

Моей первой читательнице, моему критику и, порой, корректору, моей любимой подруге Олечке Б. посвящается

ПРОЛОГ

Три души рассуждали о вечном: о добре и зле, о любви и ненависти, о боли и страдании, которые выпадают на долю человека. О том, сколько может вынести человек и о том, что же было самым тяжелым, сопровождая человеческие жизни…

О СЧАСТЬЕ, которое порой совсем не ценится, а порой отвоевывается с большими усилиями. О счастье, которое для каждого свое, независимо от общепринятого понимания. О счастье, за которое надо сражаться со всем миром и с самим собой, позволив себе, наконец, быть счастливым вопреки всем и всему.

О ВЕРЕ, без которой ничего преодолеть нельзя. Сколько они видели таких жизней? Которые без веры тихо затухали, как одинокие свечки?

О НАДЕЖДЕ, без которой просто невозможно смотреть вперед и двигаться к цели. Где нет надежды, нет ни добра, ни счастья, ни любви.

О ЛЮБВИ – ведь это главный оплот всего. На любви зиждется жизнь. Из любви она рождается и проходит свой путь на Земле, чтобы потом вернуться в Вечность.

О сложностях, которые преодолевались только благодаря Вере, Надежде, Любви. И никак иначе. Ибо добро всегда побеждает зло, даже если второе временно берет верх над всем в твоей жизни. Только эти три путеводные звезды рано или поздно приведут человеческую душу в нужное место и покажут истинное предназначение на этой Земле.

Душа первая:

«За все мое существование самое страшное было – это беспомощность перед другим, более сильным. Ужас от неизбежной беды, бесконечное чувство безысходности и муки от чудовищных воспоминаний..»

Душа вторая:

«А для меня самое страшное – это чувство вины и также чувство беспомощности. Только перед самим собой. Невозможность исправить произошедшее и не дать твоей кровиночке испытать то, что ей довелось испытать. Видеть, как твое дитя страдает и не иметь возможности ничего сделать. Лишь всю жизнь мучиться чувством вины из-за того, что не уберег… »

Душа третья:

«Да, мне это тоже знакомо. Любить и не иметь возможности помочь. Когда хочется взять на себя все страдания любимого человека. Но нет, это чужой крест. И каждый должен нести свой. А ты лишь можешь помочь, поддержать и облегчить ношу на сколько это возможно. Но я знаю также и счастье от блеска любимых глаз, от улыбки, от искреннего радостного смеха. От гордости, что любимая душа смогла. Выстояла, отпустила, сохранив при этом чистоту и доброе отношение к миру. И это лучшее чувство, которое мне довелось испытать за все время. Любовь, гордость, счастье за любимого своего…»

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Я не буду читать своей дочери про принцесс,

Про волшебные туфельки, про кареты

И про то, что есть где-то чудесный лес,

Потому что и принцев, и леса нету.

Про злодеев, чьи полегли мечи,

Про высокие башни и чудо-двери.

Я не буду читать ей эти слова в ночи,

Потому что боюсь, что она поверит.

Я не буду читать никому это все,

Потому что и мне однажды

Показалось, что победит добро,

Показалось, что сердце – важно.

Что в последний момент прибежит герой

И спасет меня от беды.

Только жизнь оказалась совсем другой

И драконы живут внутри.

Я не буду,

Но сколько ни разговаривай,

Так боюсь, что зайду перед сном,

А она на книжку светит фонариком

И читает сама о том.

И с глазами горящими под ресницами

Тихим шепотом спросит меня:

«Мама, а правда, что существуют принцы?»

И я, конечно, отвечу, – «Да»¹

Хотя о чем это я? У меня ни дочери никогда не будет. Ни сына…

ГЛАВА 1

СВЕТЛАНА

– Светлячок! Я здесь в пробке застрял, похоже безнадежно. А Валеру отпустил еще с обеда. У него мать заболела, поехал в область. Вызови себе такси и подожди немного.

– Да не надо, папуль! Я пройдусь пешком. Здесь же совсем недалеко. Такой морозик скрипучий, свежо, ясно. Звезды так хорошо видны на небе! Красота!!

– И все же дождись такси. Неспокойно мне как-то.

– Не волнуйся папочка! Я по тротуару вдоль освещенных улиц пойду. Так хочется после стольких часов занятий морозной свежестью надышаться! Сегодня очень сложный элемент разбирали, никак не хотел мне даваться. Но я смогла! Приедешь домой, я тебе поиграю!

– Умница моя! Я знаю, что у тебя всегда все получится, за что бы ты ни взялась. Ну а к музыке у тебя непревзойденный талант, поэтому я даже не сомневаюсь, что ты все смогла. С удовольствием послушаю тебя дома.

– Вот и договорились! Увидимся дома!

– Хорошо, дочка! Будь осторожна!

– Угу!

Я закончила разговор с отцом, положила трубку на старинный аппарат телефона на столе вахтерши в нашей музыкальной школе и продолжила одеваться. Повернулась к зеркалу. Из него на меня смотрела озорная девчонка с большими горящими глазами. Длинные темные волосы – зависть многих. Роскошная вьющаяся шевелюра досталась мне от бабушки. Даже не представляю, что должно произойти, чтобы я состригла ее. Так и буду до старости ходить с косой. Точно! А если еще учесть, что ростом и комплекцией я совсем мелкая (тоже в бабушку), то так и буду в старости: сзади пионерка, спереди пенсионерка. Я сама себе рассмеялись от этих мыслей, подмигнула своем отражению, натянула шапку, и подхватив скрипку, направилась в сторону выхода. Не удержалась, и попрыгала до двери на одной ноге. Такое настроение чудесное. Немного шаловливое, но самое главное – счаст-ли-во-е! Еще бы! Я смогла то, что пока еще не получилось ни у кого в нашем классе! Я талантлива! Я занимаюсь любимым делом! В скором будущем я поступлю в консерваторию и свяжу свою жизнь с тем, что я люблю больше всего в этой жизни (ну ладно, после родителей) – с музыкой! Да, я определенно счастлива!

Вышла на улицу, вдохнула полной грудью воздух. Как же хорошо! Подняла лицо к небу. Как же красиво! Они всегда меня немного завораживали, эти звезды. Такие далекие. Такие загадочные. Каково им там? Не холодно? Не скучно? Эй! Вас там так много, но вы как-будто бы одиноки? Так ли это? Кто бы мне сказал? Спустилась с крыльца, аккуратно поставила скрипку на утоптанный снег и, раскинув в сторону руки закружилась, что есть силы! Вот у кого все хорошо, так это у меня! Мне совсем не холодно, даже жарко от наполняющих меня чувств! Мне совсем не скучно! Ведь моя жизнь такая интересная! У меня много друзей, я через год с небольшим заканчиваю школу, готовлюсь поступать в консерваторию, о которой мечтаю с ранних лет. Меня ждет столько всего интересного! И я совсем не одинока, потому что вокруг меня столько людей: родители, одноклассники, Янка моя..

Я огляделась по сторонам – никого. А сугроб чуть поодаль так и манил меня! Папа хоть и баловал меня, но мои купания в снегу не приветствовал. Да и не удобно как-то при нем было. Девица уже как никак. А с Валерой, его водителем (папа у меня важный бизнесмен и у него даже есть свой водитель), которого он присылал иногда, когда не справлялся сам меня забрать с поздних занятий, тоже было не очень удобно дурачиться. Поэтому сегодня мой редкий шанс. Еще раз покрутив головой я разбежалась и в прыжке переворачиваясь на спину упала в сугроб. Сделала снежного ангела, в блаженстве присыпала лицо снегом и вновь уставилась на звезды. Какие они все-таки!

Сколько так пролежала даже не знаю. Потом мне вспомнился анекдот про то, что если долго-долго смотреть на звезды через дуршлаг, то можно увидеть…. Лицо врача-психиатра. Рассмеявшись этой старой шутке стала все-таки подниматься.

Отряхнулась, достала снег из ботинок и рукавов, очистила шапку, стрясла локоны и, подхватив скрипку, направилась домой.

Радостные мысли и состояние эйфории, которое охватывает меня всегда после занятий музыкой, унесли меня далеко от реальности. Настолько, что я поняла, что пошла не той дорогой, которой обещала отцу (а ведь я всегда держу данное слово), когда была уже в середине темного и безлюдного в это время парка. Но еще раньше я услышала скрип торопливых шагов за спиной и чье-то громкое дыхание.

Страх пробежался холодком по позвоночнику, забравшись под шапку и приподнимая волосы. Живот скрутило от предчувствия беды, в горле пересохло, а сердце стало усиленно биться в груди.

Высокие сугробы и узкие протоптанные тропинки между ними не давали простора для маневра. Я могла только продолжать идти, точнее бежать в выбранном направлении.

-Ну куда же ты так торопишься? – услышала я скрипучий жуткий голос. – Ты такая веселая была, счастливая. Наслаждалась этой чертовой жизнью так! Давай насладимся вместе!

Я думала, что большего ужаса, чем тот который я испытала поняв, что в парке не одна, просто быть не может. Нет, может. Страх, ужас, выворачивающий нутро в рвотных позывах. В ушах стучит, дыхание сбилось. Я все еще надеялась спастись. Впереди небольшая расчищенная полянка под вековыми елями, а дальше еще совсем чуть-чуть и я выберусь на освещенную дорогу. Рванула чуть в сторону, но зацепилась за ледяную глыбу, спрятанную под снегом и кубарем покатилась на землю. Скрипка отлетела в сторону, шапка надвинулась на глаза, сверху на меня навалилось нечто темное и тяжелое.. А дальше…

А дальше еще больший ужас, зловоние, боль – много-много боли – и темнота. Очень. Очень холодная и темная темнота….

ГЛАВА 2

СВЕТЛАНА

Писалась под «Lament for a frozen Flower” Secret Garden

– Ушибы, гематомы, обморожение конечностей, вывих бедра, глубокие разрывы промежности и влагалища, – услышала я сквозь толщу не то воды, не то чего-то еще, во что я была погружена и находилась, наверное, в невесомости.

– Но с ней же будет все хорошо? – скорее догадалась, чем узнала я голос отца.

– В общем да, но…

– Но? Скажите, что нужно. Лекарства, препараты, оборудование!

Мой папа крупный бизнесмен. Он владеет большой торговой сетью и может, как мне кажется, все. Достать, сделать, договориться. Для него просто нет невозможного. Он самый лучший у меня.

– Нет, это у нас все есть.

– Тогда что же?

– Ваша девочка, она мелкая очень, хоть ей и шестнадцать уже.

– Почти семнадцать.

– Тем более. В общем, она маленькая совсем. В общем, помимо разрывов промежности были порваны связки матки и из-за множественных повреждений и смещения в брюшную полость мы были вынуждены ее удалить.

Я распахнула глаза. Не то, чтобы меня сильно тронуло услышанное. Трагизм именно этого я осознаю лишь годы спустя. Сейчас же во мне было пусто, я ничего не чувствовала вообще. Ни в душе, ни в теле. Даже мыслей в голове не было. Так действовали обезболивающие и успокоительные, на которых я также буду находиться еще долгое время. Нет, открыть глаза заставил меня непонятный, но почему-то мне показалось, что полный отчаянья звук.

Это плакал мой отец. Мой большой, сильный, умный, мой самый лучший папочка опустился на колени передо мной и плакал не таясь своих слез. Полностью седой и постаревший с момента нашей последней встречи, наверное, на двадцать лет.

Одинокая слеза скатилась из уголка моего глаза и я снова погрузилась в забытье. Сладостное спасительное забытье. Из которого меня еще долгое время будут выводить лучшие специалисты, которых подключит отец для моего восстановления.

Больше я никогда не увижу его слез. Он снова станет сильным, уверенным в себе, умеющим решить любой вопрос.

Так же как никто не увидит больше и моих слез. Та последняя слеза станет моим прощанием со мной прежней. Перед тем как я закроюсь от этого мира в свою собственную броню. Позволяя доступ к своей душе лишь двух людям. Моему папочке – те слезы создали между нами связь более крепкую, чем у матери и ребенка через пуповину. И Янке, моей самой лучшей и близкой подруге.²

ГЛАВА 3

СВЕТЛАНА

Писалась под «Cantoluna» Secret Garden

После случившегося я еще два месяца провела в больнице. Сначала восстанавливала физическое здоровье. Потом психическое. И если с первым все было более или менее нормально, то со вторым наблюдались серьезные проблемы. Когда перестали действовать успокоительные и я вспомнила все…

Выбравшись из забытья и вспомнив все, со мной случилась первая, шокирующая всех истерика. Их будет еще много в последующем, но к ней будут готовы и я (насколько это возможно) и близкие мне люди (по крайней мере, они будут знать, что надо делать в таких случаях). А тогда меня охватил животный ужас и боль. Каждый раз, когда я вспоминала о случившемся, я чувствовала физическую нестерпимую боль. Я кричала, билась в конвульсиях и очень хотела причинить себе вред, чтобы остановить все это наконец. Зачем я осталась жить? Эта агония не прекращалась. Память ничего не забывала. И тело тоже…

Последний класс я заканчивала на домашнем обучении. Я не могла больше ходить в школу. Да и не хотела. Не хотела видеть эти сочувствующие взгляды и желание пошептаться у меня за спиной.

Я долго и не очень эффективно проходила лечение. Посещала психологов, психотерапевтов, психиатров. Принимала массу препаратов. Но все это как-то не давало результатов. Меня по-прежнему мучили кошмары. Я по-прежнему помнила все..

Когда настало время решать, что делать дальше в этой жизни, возникла еще одна проблема. Ведь я больше не знала, чем хочу заниматься.

С того самого вечера я больше не могла прикоснуться к скрипке. Я даже видеть ее не могла. И музыку слушать не могла. Возможно, это даже к лучшему. Мое такое отторжение. Потому что даже если бы я и захотела, я бы не смогла больше играть из-за обморожения пальцев, которое я получила тогда же. Точнее, я бы смогла, но это были бы дополнительные сложности. Пальцы слабо слушались, на подушечках остались рубцы. Подумать только, когда-то это могло стать для меня трагедией. А так – всего лишь на одну проблему меньше.

А чем заниматься еще я так и не знала. Ведь до того момента кроме музыки меня ничего не интересовало и я даже представить не могла кем бы еще могла быть.

Ближе к весне я сдружилась с психологом, к которой я приходила регулярно. Именно я к ней, а не она к нам. Так настоял отец вынуждая меня хоть как-то шевелиться, двигаться и выходить из дома. Приятная молодая женщина. Была очень увлечена своей работой и кажется, ей даже получалось немного помочь и мне. И мне подумалось, почему бы и нет? Возможно, помогая другим я смогу отвлечься от себя. Так вот и пришло решение пойти учиться на психолога.

Все были очень рады, надеясь, что дело пошло на улучшение. Хотя с моей стороны это был всего лишь хитрый ход, чтобы все оставили меня в покое. Создала видимость некоего интереса и занятости.

А еще я твердо была намерена переехать жить отдельно от родителей. Риска суицида уже не было. А жить в родительском доме стало в последнее время невыносимо.

У нас была нормальная семья. Родители, которые любят друг друга. Двое детей: я и младшая на три года сестра. И все вроде бы хорошо. Но так получилось, что родители как бы разделили детей. Ксюша была больше мамина, а я – папина дочка. И если папа все же не выказывал разного отношения. Скорее, он просто большей заботой обо мне старался нивелировать холодность матери. То для мамы всегда в первую очередь существовала только Ксюша. Которая к моменту несчастья со мной, стала сложным эгоистичным подростком и требовала к себе внимания.

Не знаю почему. Мне кажется это ненормальным. Как можно любить детей по-разному? Теперь мне никогда и не узнать…

А после случившегося со мной мать отстранилась. Нет, она конечно, переживала за меня. Но больше все же проживала свою собственную драму. И оплакивала несбывшиеся надежды в отношении меня, пересуды и шепотки за спиной. Она ушла в себя и я, вместо поддержки, ощущала почему-то вину за случившееся и за ее такое состояние. Еще и сестренка подливала масла в огонь обвиняя меня в том, что я перетягиваю все внимание на себя. А мне оно, поверьте, не нужно было совсем.

И только папочка, мой любимый папочка, был для меня всем. И старался сделать мой мир хоть чуточку краше. Но этого было недостаточно. Мне хотелось уединения. Если проживать горе, то свое. Если чувствовать вину, то за то, в чем действительно виновата. Если уходить в себя, то иметь право и возможность, чтобы никто не беспокоил.

В общем, после долгих разговоров, отец все же согласился купить мне небольшую квартирку недалеко от университета, куда я поступила. Я переехала туда, даже не делая ремонт. Спала на надувном матрасе и ела на ящике от овощей еду из кулинарии, так как готовить было не на чем. Но при этом впервые за долгое время я ощутила покой.

Коротким ежиком обрезала волосы (так никто больше не сможет схватить меня за них и обездвижить). Выкинула все платья оставив, в гардеробе лишь брюки, джинсы и объемные мешковатые рубашки и свитера. И начала свою самостоятельную студенческую жизнь.

ГЛАВА 4

СВЕТЛАНА

Писалась под «Адажио» И.С. Бах

Как ни странно, учеба меня затянула. И даже увлекла. Мне нравились все эти бесконечные лекции, семинары, исследования. Я узнала много интересного. Приобрела бесценный опыт и знания, которые в будущем оказались очень полезны для моего понимания других людей, их мотивов, их чувств. Я стала больше общаться с людьми. Большей частью это были преподаватели. Однокурсников я по-прежнему сторонилась. Но иногда все же принимала участие в общественной жизни своих ровесников.

Я по-прежнему посещала психолога, которая работала со мной на протяжении нескольких лет. Наше общение уже давно вышло за рамки «врач – пациент». Я уже знаю, что многие пациенты не любят своих психологов, потому что те заставляют заглянуть вглубь себя, вскрывают нарывы, вынуждают признавать неприятные вещи и принимать непростые решения. Но мой психолог была мастером своего дела. Она очень бережно со мной работала. Деликатно и ненавязчиво. Мы много говорили с ней. Обо всем. И обо мне, конечно, тоже. О любви к себе. О принятии. О пути, по которому надо идти вперед.

– Как ты живешь?

– Нормально, как все.

– Что делаешь в свободное время?

– Читаю в основном.

– Что, если не секрет?

– Разное. По психологии много. Еще в последнее время заинтересовалась квантовой физикой и работой подсознания.

– Как интересно…

– Да, мне кажется, эти знания помогут немного починить меня.

– Несомненно.

– Какие мысли стали для тебя откровением?

– Что подсознание не знает сослагательного наклонения. И не отличает правду от вымысла. Если я вижу мир так, как вижу, то он таким и будет для меня. Если же я вижу, чувствую мир и себя иначе (даже если это не так в настоящий момент, но я чувствую это), то и реальность моя к этому состоянию приблизится через время. Я хочу попробовать. Хочу представить и почувствовать снова ту легкость и состояние счастья, надежды и веры.

– Отличное желание. Я помогу тебе. Потому что полностью согласна с этими утверждениями. На себе испытано. Давай пробовать. Попробуй поискать в себе те состояния, в которых тебе будет легко и комфортно, и вспоминай эти ощущения почаще. Медитации тебе здесь помогут. Те состояния с которыми мы живем, как магнит притягивают обстоятельства нашей жизни. Этот закон действительно работает. Вот увидишь.

– Да. Научи меня.

– Хорошо. В конце занятия сделаем коротенькую медитацию. Посмотрим, что получится. Ну а еще чем занимаешься кроме чтения? Чем увлекаешься? Ходишь куда? Готовишь, может?

– Нет, – рассмеялась. – Не готовлю. Никогда это не любила. Папа или Янка, кода приходят ко мне, приносят еду с собой. Или мы куда-нибудь идем.

– Так и не общаешься больше ни с кем?

– Ну почему же. Общаюсь. С однокурсниками, преподавателями. Но дружеских отношений не завожу. Как-то не хочется. К себе не приглашаю.

– Почему?

– Да, опять-таки, не хочется. Да и не предусмотрен мой дом для гостей. Янка и папа уже привыкли. Другим объяснять придется, а я не хочу.

– Что не так с твоим домом?

– Да все так. Как по мне. Но в общепринятом понимании он совсем не устроен.

На лице моей собеседницы я увидела немой вопрос и поощрение продолжать

– Я же вообще переехала в стены без штукатурки даже. И, если бы не папа, я так бы и жила. Мне достаточно было просто иметь свои стены и свою крышу. А что там внутри – меня все устраивало. Папа, правда, настоял на ремонте. Но это единственное, что я приняла от него. Скромный ремонт, диван, плиту и стол со стульями. А! Недавно он не выдержал и на Восьмое Марта подарил мне холодильник.

– А до этого?

– А до этого не было, – улыбаюсь.

– И как ты обходилась?

– Зимой иногда за окно вывешивала.

– Серьезно?!

– Ну да. А летом просто не покупала запас продуктов. Мне всего хватало.

– Ты так не любишь себя? Или все же наказываешь?

– Почему это?

– Когда человек любит себя, он старается баловать себя, окружать красивыми, на худой конец, хотя бы функциональными вещами. Стремится сделать свою жизнь комфортной. А когда человек вынуждает себя жить в таких условиях, лишает себя всего, он как будто наказывает себя за что-то, считает себя недостойным красивого интерьера, вкусной еды, комфортной кровати. За что ты так к себе?

– Да я нормально..

– Вот именно что нормально. А надо любя. Бережно к себе. Нежно. Холить и лелеять свое тело. Радовать свою внутреннюю девочку. Приводить в умиротворение душу. Вот давай попробуем прямо сейчас.

Меня попросили сесть ровно, но в то же время комфортно. Чтобы тело было расслаблено.

– Закрой глаза. Сделай четыре глубоких вдоха и выдоха. А теперь представь, что ты проснулась утром в мягкой белоснежной постели. Твоя спальня залита солнцем. Ты бодра и полна сил. С предвкушением встречаешь новый день. Ты встала и с удовольствием выглянула в окно любуясь молоденькими зелеными листочками и радуясь пению птиц. На тебе тонкая сорочка, которая нежно обнимает твое тело и просто невероятно тебе идет!

Ты идешь в душ и видишь в отражении зеркала молодую красивую девушку. Стильная стрижка, открытое, правильной формы лицо. Высокий умный лоб. Сияющие глаза, чувственные губы. Ты улыбаешься себе, ведь тебе хорошо. Комфортно и уютно. В красивой раковине ты чистишь зубы любимой пастой и умываешься прохладной водой. Затем выходишь на террасу и делаешь зарядку, наполняя свое тело энергией. И твое тело благодарно тебе за это. Ты в отличной форме: подтянутая, стройная, сильная. И – самое главное – здоровая. После ты возвращаешься в ванную и принимаешь душ. Теплые струи воды ласкают твое тело, ароматы любимого геля дарят тебе умиротворение, контрастная вода приводит в тонус и тело, и мозг. Ты полна энергии и отличного настроения. Вытираешься мягким пушистыми полотенцем так любимого тобой салатового цвета и наносишь любимый крем с капелькой ароматного масла. Сегодня ты выбрала герань. Нежную, чувственную, чуть сладковатую, но потом она превратится в неуловимый шлейф твой индивидуальности. Ты нежно втираешь крем в свое тело, не пропуская ни одного сантиметра. Ведь ты любишь его, балуешь его и благодаришь за то, что оно держит в себе твою такую замечательную душу.

Потом ты идешь на кухню. Она у тебя шикарная. Просторная, светлая, такая же залитая солнцем, как и спальня. Под пение птиц, доносящееся из открытого окна, ты готовишь себе полезный завтрак, ведь для того, чтобы твое тело имело такую шикарную форму, его надо не только тренировать, но и питать правильно. Ты с наслаждением завтракаешь и завариваешь себе свой любимый чай. Наливаешь в красивую фарфоровую кружку. Сегодня твой выбор пал на молочный улун и нежно-салатовый фарфор. Ты наслаждаешься ароматным напитком и чудесным видом из окна. Тебе хорошо. Ты спокойна. Ты умиротворена. Ты готова к новому дню, который принесет тебе только хорошее.

Я всхлипнула.

– Сделай четыре вдоха и выдоха и возвращайся. Когда будешь готова, можешь открыть глаза.

Я посидела еще немного, сделала еще один глубокий вдох и выдох и открыла глаза. В глазах слезы, по телу мурашки. В душе – хорошо.

– Ну что? Хорошо? Нравится такая реальность?

Молча кивнула головой.

– Создай ее себе. Ты увлеклась квантовой физикой, способностями подсознания. Ты знаешь как это работает. Отпусти себя. Прости себя.

– Но..

– Да-да, прости себя. Чтобы ты ни говорила, ты почему-то не можешь себя простить за то, что произошло. И принять. Ты самый близкий и любимый для себя человек. Будь нежной к себе.

– Да, но..

– Полюби себя. Такую как ты есть. Создай уже себе эту новую реальность. Ты заслуживаешь ее.

– Хорошо. Я буду стараться.

– Начни вот с таких вот медитаций. Идеальное утро. Идеальный день. Идеальная ты, какой ты себя видишь, какой ты хочешь быть, какой ты хочешь себя чувствовать. В каких состояниях ты хочешь жить. Лучшая версия тебя в твоем персональном ощущении.

– Мне очень понравилось состояние, в котором я провела то утро, которое ты нарисовала.

– Это ты нарисовала. Я лишь озвучила.

Наши встречи становились все более и более интересными. Я стала получать от них удовольствие, интерес и, даже стала чувствовать себя счастливой порой. Мне очень все это стало нравиться.

Кажется, я стала возвращаться к жизни. И к себе.

Но этому миру я все равно не могла довериться. Не могла раскрыть все эти состояния, тягу к красивому, нежному, легкому. Я очень боялась, что кто-нибудь снова грубо ворвется в мой такой хрупкий мир и разобьет все вдребезги. Поэтому никого не пускала в него и для всех окружающих я выстраивала стену вокруг себя и на всякий случай выпускала колючки, чтобы даже приблизиться не могли.

К тому моменту я уже поняла, что для того, чтобы держать людей на расстоянии, достаточно просто говорить им правду. Поэтому постепенно у меня сформировался такой имидж колкой ироничной стервы. Не стесняющейся в выражениях и не лезущей за словом в карман. Да. И лексикон у меня прорывался специфический порой. Откуда только лез?

ГЛАВА 5

СВЕТЛАНА

Писалась под «Beethoven's Silence» Ernesto Cortasar

Да, я всех держала на расстоянии. Общалась с людьми вежливо (а порой и не очень), но в близкий круг никого не пускала. Кроме папы и Янки. Это мои самые близкие люди. Которых я люблю всей душой и которые любят меня трогательной безусловной любовью. Не за что-то, не вопреки, а просто потому что я есть.

Папа за эти годы еще больше погрузился в свой бизнес. Я понимала, что для него это тоже был способ спрятаться от реальности, заглушить боль, постараться уйти от чувства вины. Я знала, что он винит себя за то, что не смог тогда забрать меня. И наказывал себя. Изматывающей работой, сумасшедшим графиком, далекими перелетами и сутками без сна.

Он отомстил за меня. Я знаю. Помог найти преступника. Затем был суд. Ему удалось добиться, чтобы мое присутствие было минимальным на нем, потому что весь процесс я могла бы и не пережить. Его посадили. Он наказан. И я точно знаю, что его уже нет в живых. «Случайно» услышала разговор папы и Яны у меня на кухне. Наверное, я должна была бы что-то испытать по этому поводу, но нет. Ведь мою жизнь, мое тело уже не починить. Моя душа так и останется навсегда сломленной и покрытой множеством трещинок, которые того и гляди разлетятся на мелкие осколки.

Но я держалась. Далеко не в последнюю очередь ради папочки. Мне очень хотелось показать ему, что со мной уже все в порядке. Что я живу дальше и вполне довольна своей жизнью. Мне так хотелось, чтобы он простил себя. Чтобы боль (не жалость ко мне, а именно боль) в его глазах, которую я видела каждый раз, оставила его. Поэтому старалась. Даже пообещала себе попробовать завести отношения, чтобы он увидел, что я действительно продолжаю жить.

Мы много общались с ним. Он приходил ко мне. Мы вместе ходили в кино, ездили в поездки, посещали мероприятия. С матерью мы общались очень мало, встречаясь на редких семейных ужинах. С сестрой тоже не сложилось. Мне до конца так и не понятно почему. И как так могло получиться, что самый близкий тебе по крови человек на самом деле может быть так далек от тебя. И хорошо если равнодушен…

В то время как чужой, казалось бы, человек становится для тебя самой родной душой. И у меня есть такой. Моя Янка. Мало кто может похвастаться такой роскошью, как дружба длинною в жизнь. У нас с Янкой именно так. Наши родители дружили еще до нашего рождения. Отцы вместе служили на Дальнем Востоке, а мамы сдружились во время ожидания их из долгих походов в море. Потом они вместе ушли на пенсию по выслуге лет и мы переехали уже сюда. Где наши семьи продолжили общение. Отцы занялись бизнесом и оба преуспели. Каждый в своем деле. Мы дружим всю жизнь. Сколько себя помню, у меня всегда была Янка. И мы общались не потому, что вынуждены были из-за дружбы родителей. Мы на самом деле были родственными душами. И дружбу свою пронесли сквозь годы. Никто не знает меня лучше, чем Янка. И как же я благодарна судьбе, что она послала мне такую подругу.

В самый сложный для меня момент она была рядом. Поддерживала меня. Не говорила банальных фраз. Не плакала глядя на меня. Не жалела. Просто была рядом. Рассказывала о том, что происходит вокруг и в ее жизни тоже. Делилась планами, мечтами. Ложилась рядом со мной на диван, обнимала и могла часами фантазировать о чем-нибудь. Она не прятала от меня жизнь. Делилась ею. Не боялась поделиться событиями из личной жизни. Она вела себя со мной как с совершенно нормальным человеком, с которым можно обсудить и влюбленность, и разочарования. И я так благодарна ей за это. Ведь за такими разговорами я забывала о себе, переживала или искренне радовалась за нее. В 19 лет она вышла замуж за такого же 19-летнего студента. Многие считали это блажью и предрекали этому союзу недолгую жизнь. Но эти двое были так счастливы, что вся зависть и недоброжелательность отскакивали от них как от бронированных стекол. В 20 лет они стали родителями сразу двух малышей. И снова все заняли выжидательную позицию – сколько протянут. Но они выстояли. Вырастили замечательных детей и сами многого достигли в жизни. И все это время мы с Яной общались. Она не выпячивала свое счастье, но и не прятала его от меня. Делилась радостными и забавными моментами. Иногда жаловалась на сложности. Она всем своим отношением показывала мне, что я часть протекающей жизни. В целом. И ее в том числе. И я в этой жизни могу полноценно существовать. Что меня не надо оберегать и огораживать от чего-либо, а наоборот вовлекать. Так в один прекрасный день она предложила мне стать крестной мамой ее дочки (для сына она позвала в крестные еще одну нашу подругу).

– Никто не станет лучшей крестной для нашей девочки. Только ты. Я уверена, что ты станешь ее ангелом-хранителем, мудрой феей и просто любящей мамочкой! Раздели со мной это счастье. Пусть моя дочь, станет также и твоей! Пожалуйста, пусть у нее будет две мамы!

Я расплакалась. Но вовсе не от горя, что у меня самой такого никогда не будет. А от того, насколько моя подруга щедра со мной. Она так любит меня, что готова разделить со мной счастье материнства. И не из жалости или сочувствия. А потому что она действительно искренне верила, что это лучший вариант для ее дочурки. И в то, что у меня несомненно все получится.

Тогда я впервые за долгие годы пошла в церковь. Опасалась немного. Была напряжена. Но потом ощутила такую благодать, что вновь и вновь мысленно благодарила свою Янку за то, что я испытала все это только благодаря ей.

И маленькая девочка Ева постепенно возвращала меня к жизни. Дарила невероятные эмоции и заставляла чувствовать меня живой.

Так появился в моей жизни еще один человечек, который полюбил меня беззаветно. Просто потому что я это я. Просто потому что я есть. А я всей душой полюбила ее. Человечек (хотя правильнее все же – человечки, ведь Германа, сына Яны, я любила также сильно, как и Еву) которого я полюбила безумно и отдавала ему свою нежность и внутреннее тепло, которого оказалось во мне великое множество.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Тут недавно опять замуж не вышла.

Не вышло выйти, вот.

Я, говорит он, хочу разделить с тобой все свои волнения, невзгоды и трудности, доверить тебе все свои проблемы и тернии жизненного пути…

А я – пирожное ем. Кофе аффогато пью, по староитальянскому рецепту. Саженец яблони бренди мэджик заказала. А ещё – шезлонг мечты. И раковину латунную под старину на дачу.

А он мне – волнения и проблемы.

Не, так у меня с личной жизнью не сложится, чувствую.

Так и помру… Счастливая, одинокая, без проблем.

Жалею страшно. Кофе пью.

ИвановаНа

ГЛАВА 6

СВЕТЛАНА. 7 лет спустя

Писалась под «Adagio» Secret Garden

Захлопнула ежедневник. Поставила ручку в подставку для принадлежностей. Потянулась и поднялась с кресла. Надела туфли. Подошла к окну. В который раз полюбовалась завораживающим видом из окна. Улицы старого города и извилистый берег реки на заднем фоне. Обожаю свой кабинет уже только за то, что он расположен в таком чудесном месте. Опустила жалюзи. Выключила кондиционер. Взяла сумку и направилась на выход. Закрыла дверь с обратной стороны. Провела ладонью по табличке.

УЛАНОВА СВЕТЛАНА АНДРЕЕВНА

Психологические консультации

После окончания университета и спустя недолгое время, которое мне понадобилось для того, чтобы набраться опыта, я, не без помощи папы, конечно, открыла свой кабинет частной практики. Не то, чтобы я очень гордилась, но я была востребованным специалистом и ко мне не всегда было просто записаться. В хитросплетениях чужих душ я научилась разбираться виртуозно. Раскладывала все по полочкам, доходила до самой сути, помогала людям найти себя, иссечь корень проблем, принять непростые решения. К сожалению, все это мастерство так и не помогло мне полностью излечиться самой. Нет-нет, да и кровоточила душа. Именно поэтому я приняла, как мне кажется, судьбоносное для меня решение. Еще никто не знает, но я решила закончить с частной практикой и с работой психологом, в принципе. Сегодня я закрыла кабинет еще только на две недели, потому как уезжаю в запланированный отпуск. Но сразу же по возвращении я начну завершать дела и готовиться к закрытию. Некоторых пациентов доведу до конца, некоторым начну подбирать замену. Но в моих мыслях мой кабинет уже закрыт, а я двигаюсь дальше по выбранному мною пути.

Кроме того, еще одно событие, о котором я пока никому не сказала и не планирую до завершения отпуска, произошло именно сегодня. Оно также поставило точку в этом уже пройденном для меня этапе. Поэтому новая страница моей жизни начнется с совершенно чистого листа.

Сегодня я рассталась с парнем. Мы были вместе почти полтора года. И это были мои первые серьезные отношения. До этого у меня был мужчина, с которым я после долгих сомнений все же решилась на близость. Радости и удовольствия это не принесло никому и те отношения очень быстро сошли на нет. С Алексом же мы продержались полтора года. И даже попробовали жить вместе. Это-то и стало, наверное, точкой невозврата. Слишком уж привыкла я жить одна. И быть одна. Сама не понимаю, зачем он так долго держался за меня. А я за него.

Вчера мы вместе ходили на мероприятие, которое организовывал мой отец в целях своего бизнеса. Я даже решилась на вечернее платье. И даже с декольте. Алекс как-то странно отреагировал на меня в этом платье и сказал, что мужчинам больше нравятся платья с вырезом на спине, а не декольте (имея, конечно же, ввиду себя). А я сказала, что мужчины вольны носить любые платья, какие им нравятся (имея ввиду, что мне на его мнение как-то..). Мы немного поссорились и сегодня он пафосно заявил, что уходит от меня. А я попросила его собрать вещи и съехать с моей квартиры до того, как я вернусь с работы…

Я решила никому не говорить пока об этом. Все начнут волноваться, переживать. Жалеть меня. Пытаться утешить. А мне это не нужно. Правда. Я знала, что рано или поздно это случится. Честно говоря, даже думала, что гораздо раньше. А от мысли, что в отпуск я теперь поеду одна, у меня необъяснимо поднялось настроение. Планов – куча. Маршрутов – множество. Впечатлений привезу – море.

Вернулась домой. Что ж, Алекс человек слова (адвокат все-таки). О том, что он здесь хоть и недолго, но жил, не напоминает абсолютно ничего. Ну, так даже и лучше. Спасибо ему. Как бы то ни было, человек он хороший и заслуживает хорошую любящую женщину рядом. А не холодную закрытую ледышку как я. Он так и сказал уходя – пытаться удержать меня, все равно, что сжимать сосульку – как крепко не держи, все равно просочится сквозь пальцы и исчезнет. И он, в общем-то, прав. Не пара мы. Вот вообще. Немного грустно как и всегда, когда что-то завершается и больше не повторится. Но чувство свободы и легкости все же сильнее.

Первым делом приняла ванну. Пена – горой. Музыка – на максимум. Такая, какую я люблю. Не задумываясь о том, что кому-то она может не нравиться. Полежала, понежилась, поиграла с пеной дурачась. Пальцами ноги тянулась к смесителю, чтобы добавить теплой воды и точно так же закрыла кран. Много-много раз…

Вышла разнеженная, ароматная. Направилась на кухню. Нажарила картошки. Я редко ем такую еду, но сегодня очень захотелось. Нарезать ее тонкой соломкой, а не кубиками, посолить и, не подбавляя больше никаких специй, пожарить в большом количестве масла. До плотной темной корочки. Чтобы даже чуть пригорело…

Сидела с ногами на стуле и ела прямо со сковородки…

М-м, как же хорошо!

Выбрала себе фильм по душе и решила сделать педикюр. Обычно я хожу в салон. Но сегодня же все нестандартно. Поэтому набрала в тазик горячей воды, добавила морскую соль, несколько капель эфирного масла чайного дерева (наконец-то никто не ворчит, что ему не нравится этот запах) и прямо в гостиной перед телевизором уселась распаривать ноги (благо после ванны это не займет много времени). Как же хорошо! Если бы не делала лазерную эпиляцию, еще бы и ноги побрила. Прямо какой-то подростковый протест из меня выходил. Обработала пальцы и пятки. Нанесла лак. Переместилась на диван, закинула ноги с ярко-желтым разделителем между пальцев на подлокотник и продолжила смотреть фильм. Кайф!

Затемнила все окна. Выключила свет. Легла спать вполне себе довольная своей жизнью и в предвкушении интереснейшего путешествия. Завтра можно поспать подольше, потом быстрые сборы (люблю путешествовать налегке) и – моя любимая Португалия! Янка помешана на Италии. Ну оно и понятно. Она хорошо знает язык, у нее там много друзей. Она просто вросла, мне кажется, в эту страну. И это тем более странно, потому что муж ее наполовину немец. Хотя, это все стереотипы.

Я же люблю Португалию. Узкие уютные улочки Порту и Лиссабона, достопримечательности, аутентичные кафе, горы ну и, конечно же, Атлантический океан. Волны и серфинг. Я открыла для себя это занятие несколько лет назад. И полюбила всей душой. Работа тела, мозга, состояние потока и нахождение в моменте – в этом занятии соединено все то, что мне нравится. А еще – вода, красивейшие волны, гордость и радость за себя. Я не ставлю перед собой каких-либо амбициозных целей. Хотя не скрою, Пайплайн³ и заходы в трубу очень красивы! Я делаю это для себя. Мне просто нравятся состояния, которые я испытываю находясь на волне. И мне нравится испытывать их еще и еще. Поэтому в Португалию возвращаюсь я часто..

А еще я просто люблю воду. Мне нравится на нее смотреть, мне нравиться погружаться в нее. Я даже мысленно очень часто представлю себя в воде. Кто-то мысленно летает в облаках, нежится на солнце или в мягкой постели. Я же, если хочу расслабиться, представляю, как я погружаюсь под воду, заполняющей все пространство вокруг меня и там уже парю в невесомости..

Так и заснула с мыслями о Португалии и ощущениями воды, которая нежно обволакивает меня и уносит в безмятежность…

ГЛАВА 7

СВЕТЛАНА

Писалась «Flow» Secret Garden

Уютные улочки, любимые кафе, вкусная еда.

Нежные лучи солнца, теплый ветерок мягко обнимающий за плечи, прохладная вода.

Ветер, доска, волна…

Нет это не сон. Это мой отпуск в Португалии.

Как же хорошо!

Да, пожалуй даже после возвращения я не стану сразу говорить всем о том, что мы расстались с Алексом. Все начнут сочувствовать, а я слишком счастлива. Не смогу скрыть блеска в глазах и довольной улыбки. Может, это для кого-то и дико, но мне все же лучше одной. Ну не складывается у меня. И, как говорил великий персидский поэт «Уж лучше будь один, чем вместе с кем попало⁴».

Мой очередной идеальный день.

Занятия серфингом самым ранним утром. Так как я считаю себя начинающим серфером, я все еще беру уроки с инструктором и получаю от них колоссальное удовольствие. Сама, иногда, тоже катаюсь. Но занятия с профессионалом видятся мне пока очень полезными.

Завтрак на террасе любимого кафе.

Небольшая прогулка по каменным улочкам.

Пляж. Для купания вода немного прохладная, но понежиться на солнышке награждая тело и мышцы за усердную работу – самое то.

Я лежала на шезлонге накрыв лицо кепкой и дремала, когда услышала веселый смех и русскую речь. Недалеко от меня расположились трое парней.

– Вихрь, ты видел, как я сегодня круто взлетал?

– Да, ты сегодня просто в ударе был!

– Ну и погода сегодня что надо!

– Волны как по заказу! Я сам не ожидал, что так получится!

– Да, с каждым разом все лучше и лучше. Скоро уже сможешь брать новые вершины.

– Ага. Не то, что вы. Осторожничаете все.

– Ну не всем же таким разухабистым быть, Глеб! Надо, чтобы кто-то остался в целости и смог оказать тебе помощь, если что.

– Ой, не каркай, Вэл! Уж кто бы говорил об осторожности! Сам-то на тачках как сумасшедший гоняешь!

– Так то тачки. Там все понятно и под контролем. А тут…

– И тут все под контролем. Тело надо слушать. Тело. И волну ловить! А видели как компания серфила? Явно профессионалы. Я бы тоже так хотел. И вообще. Вот бы на Пайплайн съездить! Из Нью-Йорка, кстати, расстояние почти такое же. Правда от Ленки гораздо дальше.

– Да ну тебя!

– Хотя бы посмотреть. Это же такая красота! Мощь!

Я не выдержала и аккуратно приоткрыла лицо, чтобы увидеть человека, который восхищается Пайплайном так же как и я. Но увидела лишь крепкую спину и голову в кепке задом наперед. Собеседников парня также хорошо рассмотреть не удалось, а вглядываться и привлекать к себе внимание я не посчитала нужным. Аккуратно прикрыла лицо и продолжила свой отдых.

– Пошли поплаваем! Глеб, ты идешь?

– Нет, я уже ухожу. Лена сегодня прилетает, поеду ее встречать, пока! – ответил парень и, судя по всему, ушел.

– М-да, похоже закончился беспечный холостяцкий отдых. Теперь только вечно недовольный вид, поджатые губы и капризы, – сказал один из парней.

– Или просто Глеба не увидим больше, – рассмеялся второй.

– Ох и попьет она ему еще крови, увидишь!

– А ты великий специалист по таким дамочкам?

– По таким, к счастью, нет, – рассмеялся его собеседник. – А друга вот жалко.

Мне даже неудобно было подслушивать этот чужой разговор. Вот совсем не хотелось вникать в перипетии чужих отношений и выслушивать обсуждение подруги одного из друзей. К счастью, они ушли купаться, а я в скором времени засобиралась в отель.

Плавание и серфинг утром.

Прогулки и осмотр достопримечательностей днем.

Уютные кафе, рыбные блюда, вкусное вино вечером.

Интересно, сколько бы я могла так жить, пока мне надоест? К сожалению, узнать это мне пока не суждено. Отпуск подошел к концу. Хочешь не хочешь, а надо возвращаться.

Сегодня последний вечер. Вкусно поужинала. В очередной прошлась по любимым местам. Прикупила сувениры для папы и Янки. Полюбовалась закатом. Завтра в новую жизнь. Как она меня встретит?

ГЛАВА 8

СВЕТЛАНА

Писалась под «Passacaglia» Secret Garden

Уже сидя в аэропорту я рассматривала фотографии и пыталась сохранить в себе впечатления как можно дольше. Внезапно взгляд мой упал на ссорящуюся пару. Эффектная блондинка стояла напротив мужчины, точнее молодого парня, и что-то эмоционально пыталась доказать своему собеседнику. Мне не было слышно слов, но то, что она говорила на повышенных тонах и была очень недовольна было понятно даже с моего места. Потом она резко развернулась и размашистым шагом скрылась из вида. Парень же, симпатичный, кстати, сел на сиденье, запустил руки в светлые волосы и так и застыл уставившись в пол и уперев локти в колени. Даже посочувствовала ему немного. Объявили посадку на рейс в Нью-Йорк. Парень поднялся, с тоской посмотрел в сторону, в которую ушла девушка, и пошел к выходу на посадку.

Я же осталась ждать свой рейс. В очередной раз убедившись, что одной лучше, чем вот так вот. Хотя что я могу знать об их отношениях? Лично я тоже считаю, что лучшее средство для ухода за собой – ноги. Просто собираешься и уходишь оттуда, где тебе плохо. Но применимо ли это к данной ситуации? Не знаю. Да и не хочу знать. У каждого из нас своя жизнь.

…

Каково же было мое удивление, когда в аэропорту по прилету меня встретил… Алекс.

А я за всеми этими событиями, действительно классным отдыхом, погружением в себя и в мысли о будущем, совершенно о нем забыла…

Наверное, я все же неспособна любить. Точнее, я способна любить родителей, подругу, крестников. Но любить мужчину. Похоже, что эта функция у меня не работает. Изначально был сбой, еще при рождении, или поломалось потом. Даже не буду сейчас в этом копаться. Но, то, что на такие чувства я не способна – факт.

– Привет! – Алекс попытался обнять меня, но я отклонилась. Незачем уже.

– Привет! А ты как здесь? – конечно, он знал, когда я возвращаюсь, ведь в эту поездку мы собирались вдвоем, но хотелось все же понять зачем он здесь.

– Хотел узнать как дела. Как ты.

– Мог бы написать, позвонить.

– А ты ответила бы?

Я отвела взгляд. Да, он хорошо меня изучил. Не ответила бы..

– Я хотел увидеть тебя. Пойдем? Машину так удачно припарковал. Совсем недалеко.

– Алекс, – начала я.

– Пойдем! В машине поговорим. Выглядишь отлично! Как и всегда, впрочем.

Некоторое время мы ехали молча. И в какой-то момент во мне шевельнулось что-то вроде сожаления. О прошедшем, об Алексе, о несбывшихся чувствах. Но я быстро подавила его в себе. Не строятся отношения на сожалениях, жалости и просто ради того, чтобы были. Нет.

– Света, – нерешительно начал Алекс и попытался свободной рукой взять мою ладонь. Я забрала ее.

– Да?

– Я, наверное, немного поспешил в своих действиях. И погорячился в высказываниях. Если обидел тебя, прости. Я скучаю по тебе.

– Ты все правильно сделал. Рано или поздно это произошло бы. И ты прекрасно об этом знаешь. Так что не нужно продлевать эту агонию. Оторвали пластырь. Поболит и пройдет. Ты заслуживаешь чего-то гораздо большего, чем то, что было между нами. И кого-то… более теплого что ли.

– Свет, ты прости меня за те слова. Я не имел ввиду..

– Все нормально, Алекс. Я не в обиде. И знаю, что ты не имел ввиду ничего такого. Но на этом все, Алекс. Мы поставили точку. И возврата не будет. Спасибо тебе, что подвез. У меня все в порядке. Правда. Надеюсь, что и у тебя будет все просто отлично. Прощай.

Зашла в пустую квартиру. Скинула обувь.

Отдохнула после поездки.

Сделала уборку.

Поехала в мастерскую и заказала себе новые шторы. Давно хотела…

…

Жизнь потекла своим чередом. Я занималась рабочими делами все больше и больше клиентов передавая своим коллегам или завершая терапию полностью. Ходила в спортзал, выходила на пробежки. Мне нравится спорт. Благодаря ему я могу поддерживать отличную физическую форму. Кроме того, спорт отлично отвлекает от невеселых мыслей. Мое внутреннее состояние после тренировки мне очень нравится.

Сегодня у меня тренировка с утра. Приехала на работу бодрая и полная сил. Встретилась с двумя клиентами, пообщалась с «коллегами по цеху», которым планировала передать некоторых из них. Завершив все запланированное закрыла дверь в свой кабинет и, наконец, решилась.

В памяти пронеслись воспоминания. Как сегодня помню тот день.

Я принесла ее домой. Долго гладила футляр все не решаясь открыть. Затем, все же открыв, просто любовалась совершенным творением.

Робко взяла в руки инструмент. Сколько же я не играла? Десять лет…

Аккуратно надавила на струны одной рукой. В другой смычок легко побежал и начал свой танец. Надо же, сколько лет прошло. А руки помнят..

Я играла медленную чувственную мелодию и слезы капали из моих глаз. Я плакала. Плакала и моя душа, освобождаясь от боли, страха и отчаянья, погребенных глубоко под умными рассуждениями психологов и заглушенных медицинскими препаратами. Закончив одну мелодию тут же начала другую, а затем еще одну, и еще.

Шея затекла, пальцы болели с непривычки, но остановиться я уже не могла.

Когда же все-таки я сделала перерыв, я уже точно знала, что буду делать. Что я хочу делать – заниматься тем, что я люблю больше всего. Музыкой.

Когда-то мои родители решились оградить меня от музыки, думая, что мне будет больно вспоминать о случившемся. Инструмент был спрятан. Да я и сама не хотела. Сегодня же я поняла, что нет. Только музыка вернет меня к жизни. Потому что сейчас я ощутила, что только когда я играю, я жива. Даже если иногда я чувствую боль, а сердце плачет о несбывшихся надеждах, я знаю, что я жива. И да, я хочу жить свою жизнь. Ведь она у меня одна. Да, не по общепринятым стандартам (семья, дети, постоянная работа). Но это моя жизнь. И я хочу быть счастливой так, как это видится мне. И я точно знаю, что счастливой меня сделает музыка. И моя жизнь будет связана с ней. Даже если никто меня не поддержит. Хотя я точно знаю, что минимум один человек будет на моей стороне – моя подруга.

Подошла к шкафу и достала оттуда инструмент, который перед отъездом в отпуск принесла сюда. Я купила ее втайне от всех некоторое время назад. Примерно тогда, когда сделала пластику на подушечках пальцев и шлифовку менее заметных рубцов.

О последнем в курсе была только Янка. Я никак не объясняла эти манипуляции. Она ничего не спрашивала. Просто подошла и крепко обняла, позволив мне самой рассказать все тогда, когда я посчитаю нужным.

Я принесла инструмент именно сюда, потому что здесь отличная звукоизоляция. Кода делали ремонт перед открытием кабинета, об этом позаботились особенно. Чтобы пациентов ничто не отвлекало и они чувствовали себя комфортно.

Осторожно, потихоньку, очень аккуратно я начала играть. Медленно, тихо, потом все быстрее и громче. Я вновь убедилась, что несмотря на перерыв, пальцы помнят. Все пассажи, все движения, все мелодии.

Я играла, наслаждалась давно забытыми эмоциями и плакала… Плакала от счастья, от возможности ощущать пальцами струны и воспроизводить такую прекрасную музыку. Плакала от жалости к себе и от того, что потеряла столько много времени. Плакала о несбывшихся мечтах и надеждах. Плакала освобождая себя. И наполняя новыми желаниями и мечтами.

Я была так увлечена, что не услышала звук открывающейся двери. И лишь время спустя, когда я закончила и обернулась, я увидела папу. Он стоял прислонившись к двери и в его глазах были слезы. Это были слезы счастья. Молча обнялись. В тот момент мы, наверное отпустили ситуацию. Простили себя и позволили себе жить дальше. Счастливыми и свободными от воспоминаний и чувства вины.

ГЛАВА 9

СВЕТЛАНА

Писалась под «Triumph» Edvin Marton

Я начала активную подготовку к поступлению.

Оставила пару клиентов для поддержания практики – все же доход, несмотря на имеющиеся сбережения, будет не лишним. А все остальное время я посвятила занятиям: частные уроки и долгие-долгие часы репетиций. Теперь у меня снова была мечта. И я очень хотела ее осуществить. Поэтому стала планомерно двигаться к ней. Хотя бы это я для себя могу сделать.

И вот как только все вошло в привычное русло. Первое волнение и эйфория после возвращения к музыке прошла. Был сформирован четкий план действий и сделаны первые шаги, произошло очередное потрясение.

Отец ушел от матери. Не к другой женщине. Нет. Просто ушел. Оставил ей дом и все, что в доме. Купил себе квартиру недалеко от меня. Попросил помочь обставить его холостяцкую берлогу.

Не то, чтобы для меня это стало шокирующей новостью. В последние годы их отношения сложно было назвать семейными. Однако это событие все же повлияло и на меня. Потому что точка в моих взаимоотношениях с матерью была поставлена, наверное, именно тогда.

Она пришла ко мне. Даже не так. Ворвалась в квартиру, больно задев меня плечом.

– Это ты во всем виновата! После того случая отец отдалился от меня! Все о тебе, о тебе! И сейчас! Если бы не ты. Он бы..

– Мама, послушай только что ты говоришь! Что значит отдалился?! Да, он уделял мне время! Его душа болела за меня! Но разве ты не считаешь, что мне было жизненно важно это внимание? Что мне нужна была поддержка?!

– Но он же просто растворился в тебе! Позабыв и обо мне, и о Ксюше!

– Растворился он в работе, а не во мне. Нагружая себя неимоверно, чтобы забыться и спрятаться от чувства вины!

– Да! И в этом тоже ты виновата! Если бы не твоя дикая увлеченность музыкой и эти поздние уроки, этого никогда бы не произошло. А так! Я потеряла и дочь! И мужа!

– Мама, о чем ты говоришь! А хотя знаешь! Если ты позволяешь себе такое говорить, то я, пожалуй, тоже скажу наконец. Отец не растворился во мне. Он просто додал мне недостающее. То, что должна была дать мать, но по какой-причине не сделала этого. Да. Ты переживала. Но за кого больше? За меня? Или за себя, когда мы стали центром внимания из-за тех событий? Или из-за Ксюши, которая, бедняжка, должна была терпеть «весь тот ужас и шепотки за спиной» из-за сестры? За кого ты переживала больше, мама?

– Ты не можешь..

– Могу! И скажу! Мне тебя не хватало. Ты мне была нужна! Хотелось ласки, объятий. Тихих слов, что все будет хорошо. Но ты заморозилась словно айсберг в своем трагизме. А у меня были только папа, Яна и тетя Маша. Это ее мягкие ладони гладили меня по голове, ее тихий голос утешал меня и уговаривал, что все наладится, ее глаза смотрели с нежностью и любовью. Хотя она вовсе не моя мама! Понимаешь! Мать моей подруги оказалась мне ближе в тот ужасный период!

Мать смотрела на меня. Открывала и закрывала рот не в силах сказать что-либо.

– А папа. Он просто старался скрасить мою жизнь как умел. И с болью старался справиться так как умел – работая на износ. А в том, что он ушел не надо винить меня. Лучше подумай, может, ты сама в чем-то виновата? Посмотри как ты изменилась! Где та яркая, смеющаяся, легкая женщина? Ты вся такая важная, гордая, неприступная. Закрывшаяся в своем горе. Теперь еще и в обиде.

– Да как ты смеешь..

– Ты вся в этих гламурных шмотках, косметологах, массажах. Ты же даже улыбаться не можешь, мама! Да, ты отлично выглядишь. Не спорю. Но твоя красота холодная. Ненастоящая. Где твои смеющиеся глаза? Где веселые лучики морщин вокруг глаз от искренних улыбок? Ты сама во многом виновата. Я не одобряю поступок папы. Но и не осуждаю его. Вообще не берусь судить. Он по-прежнему мой папочка. Мой любимый и самый лучший папочка. И он таким и останется. А как сложатся наши отношения с тобой, мама, решать только тебе. Я всегда открыта и жду тебя. Но терпеть незаслуженные упреки я больше не буду. Приходи с миром, мама. И я всегда буду рада тебе. И Ксюше тоже.

Этот разговор стоил мне немалых усилий и моральных сил, но в то же время принес облегчение. Я долго терпела и копила обиду. А обида, как говорила мне мой психолог, одно из самых разрушающих чувств. Высказав все я отпустила ее. Простила и стала жить дальше. Сначала я ждала, что мама придет, позвонит, хоть как-то даст о себе знать. Но этого не происходило. И со временем я перестала ждать. Потепления в отношениях не произошло. Нет, мы не жили в состоянии войны. При необходимости общались, но все реже и реже. Если раньше мы хоть иногда встречались на семейных ужинах, то после папиного ухода они сошли на нет. Редкие сообщения на праздники. Вот и все, в чем заключалось мое общение с мамой. И с сестрой тоже.

Зато у меня были папа, Яна и ее замечательные детки.

Я поступила в консерваторию. И была счастлива. Со стороны, возможно, казалось, что все легко и я настоящая счастливица – что ни замечтаю, все сбудется. И только самые близкие мне люди знали, каких титанических усилий стоило дойти до своей мечты. Сколько часов занятий каждый день приближали меня к моей цели. Но оно того стоило.

Я училась, погружалась в мир музыки. Общалась с интереснейшими людьми. Жила дальше. Вновь пробовала завести отношения, но вновь не складывалось. Я не рвала не себе волосы и не рыдала в подушку. Просто выдыхала. И ехала менять шторы…

Однажды мои размышления натолкнули меня на интересные мысли. Все так много говорят об одиночестве. Насколько оно может быть опасным для людей. Только почему-то все рассматривают его с одной лишь стороны. Не задумываясь над тем, что одиночество действительно опасно. Опасно тем, что сталкивает вместе несовместимых людей. И эти люди, в попытке убежать от одиночества, терпят, страдают, ненавидят свою жизнь, но продолжают быть с тем, с кем быть не хотят. И как часто это приводит к трагедиям…

Какое счастье, что я не одинока… Хоть и одна.

КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Мы вошли в этот замок из дождя

Только двое ты и я

И так долго были вместе.

Мы спаслись в этом замке из дождя

Только двое ты и я

в самом одиноком месте⁵

ГЛАВА 10

СВЕТЛАНА. 10 лет спустя

Писалась под «Рингтоном» Диана Арбенина

Еще раз внимательно просмотрела все ингредиенты. Покрутила в руках полупустую бутылку молока. Все же придется идти в магазин. Тот, который у нас внизу, уже закрыт, потому что по субботам они работают только до обеда. Придется идти в другой. Путь к нему лежит через небольшой скверик, а уже скоро стемнеет…

Ладно, если быстро, то успею…

Я по-прежнему не очень люблю готовить. Но возвращаясь домой с гастролей – да, помимо мечты об учебе в консерватории, сбылась еще одна моя заветная мечта – играть в ансамбле. Мы успешны и востребованы. Играем классику в различной обработке (фольк, модерн, рок иногда). Скрипка, фортепиано, виолончель и саксофон. Такое вот сочетание.

Так вот, возвращаясь домой с гастролей я стала находить особое удовольствие в приготовлении еды дома. Это заземляет, замедляет и возвращает меня к себе. Вот и сегодня. Я была уверена, что у меня есть все для того, чтобы приготовить лазанью. Но нет. Оказалось, что нет молока. А я уже настроилась. Вот и бегу торопливо, чтобы успеть вернуться из магазина до того как стемнеет.

К счастью, в магазине малолюдно. Все же выходной. Взяла три бутылки молока – у меня все еще не очень получается соус бешамель, поэтому беру с запасом – вдруг придется переделывать. На кассе стоит один человек. Отлично. Подхожу, выкладываю свои покупки на ленту, добавила еще бутылку минералки. Взяла пакет, достала кошелек…

Очередь все не двигается. Впереди стоит мужчина. Вижу только широкую спину в куртке-аляске. Лицо наполовину закрыто пушистым капюшоном. Он неторопливо перебирает скомканные бумажки, которые достал из заднего кармана джинсов (как можно так обращаться с деньгами?!), ровняет их, отсчитывает, отдает кассиру. Ну все, выдыхаю. Сейчас моя очередь. Но нет! Из другого кармана он достает жменю монет и так же неторопливо начинает отсчитывать их, выбирая, очевидно, самые мелкие.

– А можно побыстрее! Время, в отличие от людей, в ступор не впадает! – не выдержала я.

Мужчина замер и повернулся ко мне. Его вопросительно-снисходительный взгляд сменился на радостный, а лицо украсила белозубая улыбка. Я нервно сглотнула. Глеб Полянский. Мой недавний знакомый.

– Светлана! Я тоже рад тебя видеть!

Глянул на мои покупки и обратился к кассиру.

– Посчитайте и это, пожалуйста!

– Нет, нет, не надо! Во-первых, я в состоянии оплатить сама, – возмутилась я. – Во-вторых, я не выдержу, если ты начнешь опять пересчитывать и ровнять свои сбережения. Давай наоборот, я рассчитаюсь за все картой. Так быстрее будет, а я тороплюсь.

Глеб засмеялся.

– Я уже почти все. Повернулся к кассиру, отсчитал еще монет и стал складывать свои покупки в пакет. Хлеб, сыр, мясная нарезка, цепеллины. Сметана, кетчуп. Типичный набор холостяка – зачем-то отметила я для себя.

Быстренько рассчиталась и заторопилась домой.

Глеб ждал меня у выхода.

– Ты на машине?

– Нет, пешком. Мне тут недалеко.

Он внимательно посмотрел на меня, заметил мою нервозность, наверное. Опустил взгляд – я переложила пакет из одной руки в другую. Три бутылки молока и бутылка минералки все же тяжеловато.

– Я проведу тебя. Помогу занести пакет. Только вещи свои в машине оставлю

Метнулся к машине, оставил на заднем сиденье статусного внедорожника свои покупки и быстрым шагом вернулся ко мне.

– Как дела? Давно мы не пересекались с тобой, – начал Глеб беспечную беседу.

– Я на гастролях была почти два месяца. В Европе. А кроме этого, чего бы нам пересекаться. Янка уехала. Благодаря твоему дружку⁶ – не удержалась я чтобы не пройтись по его другу Демиду.

– Свет, ну не начинай, а. Мы же уже все выяснили тогда.

– Ну да, ну да.

– Да и потом, разве мы должны зависеть от Яны и Демида? Мы же и без них можем прекрасно продолжить общение.

– Мне кажется, что это мы тоже уже выяснили.

– Да-да, я помню. И все же..

– Без «все же»

– А для чего тебе столько молока? Ты принимаешь в нем ванну? И в этом секрет твоей красоты? – Глеб «незаметно» сменил неприятную для нас обоих тему.

– Нет, – засмеялась. – это был секрет Клеопатры. Я таким не промышляю.

– Тогда для чего?

– Решила приготовить лазанью. Но мне все еще не поддается соус бешамель. То комочками весь пойдет. То пригорит. То загустеет слишком. Вот я и взяла с запасом, чтобы по новой сделать, если не получится с первого раза.

– Надо просто хорошую емкость. Типа сковороды вок. Все рекомендуют кастрюлю. Но вок лучше. Хорошо растопить масло и медленно-медленно всыпать муку. И не добавлять молоко, пока мука с маслом не превратятся в однородную субстанцию. А потом по чуть-чуть, но не очень медленно, вливать теплое, что важно – не холодное, а именно теплое молоко. И постоянно мешать. Венчиком. Не ложкой.

– М-м, – удивленно промычала я. – Даже не знаю, что сказать..

– Я некоторое время назад озадачился принципами здорового питания. Еда, приготовленная на пару и все такое. Так вот. Еда на пару – очень вкусная. Сочная. А с правильным соусом – просто шик. Я так увлекся, что даже мастер-класс проходил по соусам. Оттуда и знаю все это. Ну и практикую иногда. Так что приглашаю тебя на ужин моего собственного приготовления. Что предпочитаешь – ту же лазанью или, может, треску в сливочно-яичном соусе?

– Я подумаю, – ответила я только потом спохватившись, как же ловко он задал вопрос, что я не сообразила отказаться.

– Ну хорошо. К пятнице определишься? Я позвоню.

Это как раз один из немногих случаев, когда я потеряла свое красноречие. Он так уверенно вел разговор и шел к своей цели (пригласить меня на свидание), но при этом делал это так ненавязчиво и элегантно что, я пожалуй впервые за последние годы растерялась и не нашлись, не то что сострить, вообще ответить что-либо. Просто молча кивнула.

Тем временем мы дошли до моего подъезда.

– Я подожду, пока ты поднимешься в твоих окнах загорится свет. Так я точно буду знать, что бы в безопасности. Какой этаж? Где твои окна?

– Пятый этаж. Вот те два окна. И одно еще на ту сторону выходит, – зачем-то добавила я.

– Отлично. Хорошего вечера тебе! Созвонимся!

Глеб снова улыбнулся своей очаровательной улыбкой, а я снова угукунув что-то невразумительное направилась в подъезд. Откуда он знает? Нет, он не может знать. Просто так беспокоится.

Зашла в квартиру, села на пуфик в прихожей и словила себя на том, что улыбаюсь. На душе хорошо, спокойно так..

Ой, я же свет не включила. Разулась, прошла на кухню, включила свет и выглянула в окно. Глеб махнул мне рукой и направился в сторону магазина, где остался стоять его автомобиль.

***

Мы познакомились несколько месяцев назад.

Точнее не так. Впервые мы встретились около полугода назад в Китае. Я была на гастролях, а он в деловой поездке. Мы тогда пересеклись несколько раз на мероприятиях: я там выступала с ансамблем, а он пришел с партнерами по бизнесу. Я не сразу, но обратила на него внимание…

Внешность Глеб имеет обычную. Короткие светло-русые волосы, приятное лицо, но прямо роковым красавцем назвать его, наверное, нельзя. Прямой нос, чуть полноватые губы. Хотя, вот да – губы у него очень красивые. С четким контуром, симметричные, правильной формы. Но то, что притянуло мое внимание – это глаза. Удивительного солнечно-карего цвета. Словно темный свежий тягучий мед. Глубокие и прозрачные. Когда мы встретились взглядами, мне потребовалось усилие, чтобы отвести глаза. И еще какое-то время они виделись мне, стоило опустить веки. Такой глубокий умный добрый взгляд. Взгляд не хищника, а сильного человека, который свою силу использует на благо. Не подавляя никого своим превосходством.

И улыбка… Она преображала его до неузнаваемости. Из обычного симпатичного парня он превращался в обаятельного, сногсшибательного красавца с бешеной харизмой. Красивые ровные белые зубы. Широкая улыбка и лучики-морщинки вокруг глаз. Как-то я читала, что искренность улыбки можно определить именно по наличию этих тоненьких морщинок у глаз. Современные модные дивы всеми силами пытаются избавиться от них, именно поэтому их лица кажутся неестественными и холодными. Улыбка же Глеба была совершенно искренней. Солнечной и душевной.

Мы так и не заговорили друг с другом тогда. Хоть и виделись еще несколько раз на наших выступлениях. Потом однажды, когда он не пришел, я подумала что не судьба и внешне осталась равнодушной к данному факту. Хотя, если быть честной с собой, то еще некоторое время вспоминала эти манящие глаза подобные темному меду. Взгляд, такой же тягучий и обволакивающий. И удивительной красоты улыбку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

 Яна Мкр «Я не буду читать своей дочери про принцесс…» В исполнении Анны Егоян

Вернуться

2

 Историю Яны можно прочитать в книге «Два Феникса»

Вернуться

3

 Волна Banzai Pipeline считается меккой для серфинга. Легендарная волна с потрясающими трубами возникает там, где энергия свелла встречается с коралловым рифом. Королева волн находится у берегов острова Оаху, Гавайи. На сегодняшний день это одна из самых сложных волн на планете.

Вернуться

4

Речь о рубаи Омара Хайяма

Вернуться

5

 «Замок из дождя» Вл. Пресняков-младший и Н. Подольская

Вернуться

6

 Историю Яны можно прочитать в книге «Два Феникса»

Вернуться