# Феникс

Тиана Хан

Порой привычные жизни людей рушатся резко и неожиданно. Ещё утром Кристина была счастлива. Рядом с ней был любимый человек, она спешила на работу, которая ей нравилась, и планировала, чем побаловать себя на ужин.

Но всё в одночасье изменилось. Обвинённая в том, чего не совершала, Кристина искала помощи и поддержки Леона, но тот предпочёл отстраниться от девушки, что предала его. А было ли предательство на самом деле? Этого он уточнять не стал.

Оставшись наедине со свалившимися на её голову проблемами, Кристина решает начать новую жизнь. И всё вроде идёт хорошо: новая работа, неравнодушные люди рядом. Можно выдохнуть и успокоиться! Однако… на пути девушки снова встаёт Березин.

Что принесёт ей эта встреча? Ведь Леон безумно обижен на Кристину и навряд ли оставит её в покое. Он живёт, пестуя свою ненависть, которая возникла… а действительно, из-за чего? Новицкая ведь не предавала его? Или?..

## Глава 1

С утра мне никак не удавалось сосредоточиться на отчёте. Сердце в груди отстукивало напряжённый ритм, словно предчувствуя, что этот день мне ещё преподнесёт множество сюрпризов.

– Нет! Это невозможно! – резко вскочила я со своего кресла, захлопнув крышку ноутбука.

– Крис, что с тобой? – недоумённо произнесла Алёна, подозрительно глянув на кипу документов на столе. – Совсем тебя загонял Андрей Сергеевич? – сочувственно протянула она.

Тяжело вздохнув, я приготовилась к длительному рассказу о несправедливости нашего шефа, как вдруг в кабинет, словно разъярённая фурия, влетела его жена. Я даже опомниться не успела, а Инесса уже подлетела ко мне и со всего размаху ударила по лицу огромной сумкой-мешком.

– Шалава! – завизжала она, нанося мне удар за ударом. – И откуда вас берут таких? Не успела на работу устроиться, как тут же легла под моего мужа. Тварь! Ненавижу тебя!

Женщина визжала и, брызгая слюной, продолжала размахивать своей торбой, я же стояла перед ней, словно провинившаяся школьница, не в силах и слова вымолвить.

– Успокойтесь! – первой опомнилась Алёнка. – Если у вас есть какие-то претензии к Кристине, то выскажите ей их. К чему устраивать драку?

– Ааааа! Сговорились! – заверещала моя обидчица. – Или ты тоже не против с чужими мужиками погулять?

– О чём вы? – тихо произнесла я, чувствуя, как по щеке скатилась предательская слеза. – Вы что-то путаете…

– Заткнись! – злобно выкрикнула раздражённая тётка, презрительно зыркнув в мою сторону.

– Ой, у тебя кровь… – выдохнула Алёна, протягивая мне упаковку бумажных платков.

Рефлекторно прижав руку к правой щеке, я наконец-то словно вышла из ступора. Ощутила, как лицо пылает огнём. Да… Жизнь меня к такому не готовила. Всхлипнув, я пулей выскочила из кабинета и тут же скрылась за дверью женского туалета. Щёлкнув внутренним замком, подошла к раковине и уставилась в зеркало невидящим взглядом. Правая сторона лица была в крови, что сочилась из краёв раны. Тотчас перед глазами возникла сумка Инессы с массивной металлической пряжкой в виде солнца с острыми лучами. Мне было стыдно, мерзко и страшно. Я не сделала ничего плохого. Просто работала, смиренно сносила притязания Андрея Сергеевича, однако ни разу не позволила себе ответить на его знаки внимания.

В кабинет возвращаться не хотелось. Я мечтала лишь об одном: стать невидимкой и тихо исчезнуть из офиса.

– Кристинка, открой мне, – раздался из-за двери голос моей коллеги.

Распахнув настежь двери, я снова всхлипнула, уронив лицо в ладони.

– Ну, будет тебе, – приобняла меня Алёнка. – Я тут сумку твою принесла… Прости, даже не знаю, что сказать. Эта мегера как с цепи сорвалась. Ого! Вот это рана. Тебе в больницу надо. Похоже, шрам останется.

– Знаю, – пробурчала я и, выхватив из её рук свою сумку, выскочила в тишину коридора.

Наплевать, что рабочий день ещё не закончен. Я не могу здесь остаться и на минуту.

## Глава 2

Прикрыв щёку бумажным платком, я зашла в троллейбус оглядываясь в поисках свободного места. Присев возле одинокой бабульки, попыталась выровнять сбившееся от быстрого шага дыхание.

«Сейчас я приеду домой, приму тёплую ванну, заварю себе чашку свежего кофе, и жизнь наладится», – мысленно уговаривала саму себя.

Скоро с работы вернётся Леон, я всё-всё ему расскажу, он крепко обнимет, прижав к груди, и пожалеет. Так хотелось поскорее уткнуться в его сильную грудь, почувствовать родные и тёплые объятия. Ощутить поддержку и наконец-то выплакать всю боль, что съедает меня изнутри.

– Милая, с тобой всё в порядке? – участливо поинтересовалась соседка, с сочувствием смотря в мою сторону.

– Да, бабушка, – поспешила ответить я, – просто неудачный день. Ничего серьёзного.

Изобразив на лице подобие улыбки, поспешила отвернуться к окну.

– Не переживай, девонька. Всё пройдёт. За дождём обязательно будет радуга.

– Хотелось бы мне в это верить, – тяжко вздохнула я в ответ.

– Все испытания, что посылает нам судьба, нужно выдержать. Не сломаться.

– Благодарю за участие, – не сдержавшись, шмыгнула я носом. – Сейчас мне действительно очень необходима поддержка и… добрые слова.

– Ты телефон-то мой запиши. Авось пригодится. Вижу я, человек ты неплохой, а такая же одинокая, как и я.

– Спасибо, – ответила я, забивая её номер в телефонную книжку. – Только вы ошибаетесь. Я не одинока. Со мною рядом надёжный парень, с которым мы планируем пожениться.

– Ой ли? Неужели я заблуждаюсь? – лукаво улыбнулась она. – Ну, так тому и быть. Кстати, мы ведь не представились друг другу. Серафима Львовна Белова.

– Новицкая. Кристина Олеговна, – в тон ей ответила я. – Для вас просто Кристина.

– Буду звать тебя Крис, мне так больше нравится, – заявила соседка спешно поднимаясь. – Моя остановка. Жду звонка от тебя, деточка.

– Я обязательно вам позвоню, – искренне пообещала я.

– Значит, до встречи?

– До встречи!

«Надо же, неужели в мире ещё остались такие люди, которые не могут пройти мимо чужого горя?», – думала я, глядя сквозь заляпанное стекло на удаляющуюся фигуру Серафимы Львовны.

На улице накрапывал мелкий дождик, но она отчего-то не спешила достать зонт, что торчал из большой кожаной сумки, а неторопливо шла по тротуару, словно не замечала колючих холодных капель.

Да, надо будет обязательно ей позвонить и отблагодарить за участие. После нашего разговора на душе стало немного легче. За раздумьями я и не заметила, как троллейбус доехал до конечной остановки. Спрыгнув со ступеньки, торопливо зашагала к блочной пятиэтажке, в которой мы жили с Леонидом. В окнах горел свет, значит, он уже дома. Возможно, почувствовал, что мне плохо и вернулся пораньше. Это хорошо, наверное, сейчас я бы не смогла остаться одна. Хотелось скорее спрятаться в объятиях своего мужчины от людской несправедливости. Найти успокоение в его сильных руках.

Ловко переступая через две ступеньки, я в пару минут преодолела расстояние, что отделяло меня от нашей квартиры. Нетерпеливо потянув на себя ручку двери, бойко шагнула через порог и, скинув туфли, бросила на пол сумку:

– Леон! Я дома! Милый, мне столько нужно тебе рассказать!

## Глава 3

Чего я ожидала, сбежав домой от несправедливости жизни? Сочувствия, участия… жалости, в конце концов. Хотела, чтобы Леон заслонил меня собой от жестокого мира и незаслуженной обиды. Согрел в родных и таких нужных сейчас объятиях. В общем, много всего. Да вот только не того, что произошло в итоге.

Устремившись в спальню, я в слезах бросилась к нему навстречу, протягивая руки. А взамен, вместо чувственных, спасительных объятий, получила звонкую пощёчину, что болезненно обожгла лицо подобно взметнувшемуся пламени огня.

– За что?.. – простонала, обхватывая лицо ладонями.

– А ты не знаешь? – «выплюнул» Леонид, презрительно смотря на меня. – Да как ты только посмела? Шлюха! Не успела выйти на работу, как тут же спуталась с начальником, и у тебя ещё хватает совести строить из себя невинную овцу? Мне даже находиться рядом с тобой противно! Грязная потаскуха!

– О чём ты? Лёнь… не пугай меня! Я не понимаю, что происходит? Что ты вообще творишь?

Голос предательски срывался на плач, а тело сотрясала нервная дрожь.

– Заткнись, Кристина! Иначе я за себя не ручаюсь! Закрой свой поганый рот! Я знаю ВСЁ! Можешь больше не «кормить» меня сказками о своей неземной любви! – молниеносно подскочив, Леон грубо приподнял мой подбородок рукой и брезгливо посмотрел в глаза.

– Милый? – с надеждой произнесла я.

– Мне звонила Инесса! – отчеканил Леонид, взмахнув рукой.

Я зажмурила глаза, опасаясь того, что он посмеет меня ударить.

– Не трусь, не трону, – скривился он, – не хочу марать руки об такую, как ты. Чего же тебе не хватало, Новицкая? Секса? Или денег? Повелась на бабло? Легла под этого мужика…

– Нет! Всё неправда! Ничего не было! Я вообще не понимаю, что произошло? Неужели ты веришь ей, этой злой посторонней женщине? Ей, не мне, своей любимой девушке?

– Любимой? – неискренне заржал он. – Ты серьёзно сейчас, Новицкая? Таких, как ты, не любят. Они созданы для иного.

– Ты бредишь…

– Бред, говоришь? Все доказательства этого «бреда» на твоём лице! Инесса постаралась? Правильно сделала! Она защищала свою территорию, семью и СВОЕГО мужчину.

– Только вот защищать было не от кого. Я не посягала на их семью…

– Ещё смеешь оправдываться?

– Только не перед тобой… Жаль, что не разглядела тебя раньше.

– Собирай вещи и вали из моего дома! Мне не нужна рядом потасканная грязная баба!

Не отдавая себе отчёта в действиях, я стремительно шагнула к теперь уже бывшему любимому и залепила ему звонкую пощёчину. Как только смелости хватило, сама не понимаю. Только вот, сносить его безосновательные оскорбления было выше моих сил.

– Пошла вон! – злобно отчеканил Березин. – Вали на все четыре стороны! Беги к своему любовнику, может быть, он и пожалеет, но не я. Бабьими слезами меня не проймёшь!

– Он не мой… – тихо вымолвила я, открыв дверцы платяного шкафа.

– И чтобы ноги твоей здесь не было, когда я вернусь! Иначе за себя не ручаюсь!

Схватил с вешалки ключи от квартиры и, шарахнув дверью, скрылся в тишине пустынного подъезда.

Сделав глубокий вдох, я извлекла с нижней полки радостно-розовый чемодан и, утерев слёзы, принялась складывать в него свои немногочисленные вещи. Закончив, уверенно застегнула замок и направилась в ванную комнату. Умылась и с горькой усмешкой посмотрела на себя в зеркало.

– Вот и всё! Такая уж несчастливая любовь у тебя получилась, Кристина! – произнесла вслух, «любуясь» своим отражением.

Промокнув лицо полотенцем, нашла бактерицидный пластырь в аптечке и, наклеив его на рану, связала волосы в тугой хвост. Слёз больше не было. Наверное, они просто закончились. Хотелось, как можно скорее сбежать из этих четырёх стен, что давили на меня немыслимой тяжестью. Как печально, тот, в ком я видела надёжную опору, поверил гнусной лжи и даже не соизволил выслушать меня. Выходит, всё было не по-настоящему. Вся наша любовь – всего лишь фикция.

Горестно улыбнувшись, выдвинула ручку чемодана и, окинув квартиру прощальным взглядом, двинулась навстречу неизвестности. Ключи закинула в недра почтового ящика. Мне они больше не нужны…

Вот и всё, закончилась в одночасье моя, казалось, благополучная жизнь. Я потеряла работу, на которую с таким трудом устроилась после окончания института, и любимого человека. Только вот была ли эта придуманная мной любовь настоящим чувством?

Оказавшись на оживлённой улице, я только теперь осознала, что идти мне, по сути, некуда. В этом городе я совсем недавно, переехала вслед за Леоном. Друзей и подруг нажить не успела. Тем временем разбушевавшаяся непогода требовала, как можно скорее найти укрытие, заливая водяными потоками дороги и тротуары. «Депо-Вокзал», – невольно прочла я, выхватив взглядом табличку, прикреплённую к троллейбусу. Видимо, по этому маршруту мне и предстоит отправиться… Других идей в голове не было. Пересчитав в кошельке более чем скромные накопления, я вошла в пыльный салон троллейбуса, чтобы найти пристанище на железнодорожном вокзале.

Вокзал встретил меня гулом толпы и оживленным гамом. Люди суетились, их лица выражали тревогу или нетерпение. Кто-то спешил к кассам, чтобы успеть купить билеты, кто-то стоял у табло, надеясь увидеть свой поезд, а кто-то прощался с близкими, возможно, навсегда.

Я старалась держаться в тени, чтобы не привлекать внимания. Пробираясь через толпу, я чувствовала, как напряжение витает в воздухе. Проходя мимо окон, заметила, как пассажиры выглядывают на улицу, словно надеясь увидеть кого-то важного или просто надеясь на что-то хорошее в этот дождливый осенний день.

Наконец-то я добралась до камер хранения. Здесь было немного тише, чем в остальной части вокзала, но все равно слышался тихий шепот, приглушенные разговоры и легкий скрип колесиков чемоданов. Я подошла к свободной ячейке и, немного помедлив, открыла замок. Поставив внутрь свой дурацкий яркий чемодан, испытала немыслимое облегчение, сейчас он казался мне неуместным посреди хмурого осеннего дня. Его жизнерадостные цвета и замысловатый узор выделялись среди мрачных оттенков вокруг, вызывая у меня лишь легкое раздражение и внутренний протест.

В зал ожидания я вошла, несмело оглядываясь на дежурного. Его взгляд был ленивым, в нём читалась неимоверная скука. Он лишь мельком посмотрел на меня, прежде чем снова уткнуться в экран телефона. Я почувствовала, как внутри нарастает тревога. Боялась, что он заставит показать билет на поезд, которого у меня, конечно же, не было. Но парень, казалось, был слишком погружён в свои мысли, чтобы обращать на меня внимание.

Я нашла укромное место подальше от выхода, где меня никто не мог заприметить. Притулившись к стене, вытянула озябшие ноги и натянула воротник свитера, пытаясь укрыться от холодного воздуха. Я закрыла глаза, пытаясь отогнать мысли о том, что эту ночь мне предстоит провести здесь.

В голове крутились мысли о том, что мне делать дальше. Идти больше некуда. Да и с работой нужно было что-то решать. Но самым важным сейчас был поиск жилья. Это должно было стать настоящим квестом, учитывая, что в моём кармане было совсем немного денег.

Я знала, что мне придётся искать дешёвое жильё, возможно, даже комнату в общежитии или койку в хостеле. Но это было лучше, чем ночевать на улице. Я открыла глаза и посмотрела на часы. Было уже поздно, и я поняла, что мне нужно отдохнуть, чтобы завтра быть в состоянии приступить к поискам.

Попыталась расслабиться. Но мысли о будущем не давали покоя. Завтрашний день обещал быть непростым, но во что бы то ни стало я должна справиться. Ведь от этого зависела моя дальнейшая жизнь.

## Глава 4

Злая, голодная и невыспавшаяся. Именно такой я встретила новый день. Наскоро умывшись в привокзальном туалете, купила пирожок в киоске и, молниеносно проглотив его, поспешила на остановку.

В офис возвращаться не хотелось, но я должна была забрать трудовую книжку, написать заявление на увольнение и получить характеристику.

Добравшись до офиса, в свой кабинет заходить не стала, а прямиком направилась в отдел кадров.

Людмила Владимировна, как обычно, заседала за столом, неспешно наслаждаясь утренним кофе. Перед ней на маленьком подносе лежала пачка шоколадного печенья, которое она со смаком жевала, не забывая отряхивать жирные крошки с пальцев.

– Новицкая? – насмешливо прищурилась женщина, заметив меня. – Каким судьбами в наш отдел, да в такую рань?

– Увольняться! – мрачно буркнула в ответ. – Дайте лист бумаги и ручку, я тороплюсь.

– Конечно, Кристиночка! –елейно произнесла Людмила, не сдержав издевательской ухмылки. – Вот, держи. Только не забывай, дорогуша, по закону ты должна отработать в течение двух недель…

– Увольте её без отработки, Людмила Владимировна! Сейчас же!

Недоумённо оглянувшись, столкнулась с разъярённым взглядом Игоря Всеволодовича, директора фирмы.

– Мне не нужны подобные сотрудники, которые только и умеют, что «гадить» на рабочем месте, – недовольно скривив губы, процедил шеф. – Что вы, Новицкая, устроили здесь вчера?

– Я?! Вы меня во всём вините? – потерянно прошептала ему в ответ.

– А кто по-вашему? Не успели выйти на свою первую работу и поскакали по… – Поморщившись, он не закончил фразу. – Я был о вас более высокого мнения. Запомните, Кристина Олеговна, впредь не стоит путать личные и рабочие отношения, дабы избежать подобного стыда. Вы ещё довольно молоды, чтобы заводить романы с женатыми мужчинами. Советую найти парня по себе, а не прыгать выше головы, быть может, тогда вы сможете дольше продержаться на новом месте. Если, конечно, не оскверните себя новыми «отношениями».

Слушать его тираду было неприятно и неимоверно больно. В чём? Ну в чём я виновата? Я ведь и вправду не понимаю, почему Инесса прилетела на разборки со мной. Жила себе как умела, была влюблена и уверена, что это взаимно. О том, чтобы иметь в любовниках Марченко, и не помышляла. Он крайне неприятный тип. Даже близко с ним находиться было противно. Да! Не скрою, он пытался подкатить ко мне с первых дней с более чем недвусмысленными намёками, только вот я старалась вести себя отстранённо, дабы не нагнетать. И вдруг…

Не сказав более ни слова, директор окинул мою персону презрительным взглядом и, кивнув Людмиле, покинул отдел кадров, подхватив со стола папку с документами.

Я же застыла на месте как оплёванная, не в силах «переварить» то, что услышала от мужчины.

– Раз шеф так решил, я не смею перечить, – ухмыляясь, заявила кадровичка, выудив из сейфа коробку с трудовыми книжками.

Растерянно обернувшись, я не смогла вымолвить ни слова.

– И куда ты теперь подашься? – насмешливо продолжила она распекать меня. – Характеристику, извини, не успела подготовить, но будь готова к тому, что в ней я напишу всю правду. Игорь Всеволодович уж точно не позволит скрыть подобный инцидент от твоего будущего работодателя. А то мало ли что? – съязвила Людмила, посмотрев на меня с превосходством.

– Да пишите, что хотите! Вот моё заявление! Сделайте поскорее запись в трудовой и не заставляйте меня досаждать вам своим присутствием. А чем я планирую заниматься дальше – совсем не ваше дело, – огрызнулась я, кинув исписанный мелким почерком лист бумаги на её стол.

Скорее всего, женщина поняла, что я не потерплю её хамского тона и могу ответить, а потому не стала нагнетать ситуацию, молча продолжая делать свою работу. Я же села на стул, сиротливо стоящий у дверного проёма, и вперила взгляд в экран смартфона, изучая доску объявлений. Буквально через четверть часа, деликатно кашлянув, Людмила Владимировна обратила моё внимание на себя:

– Вот твоя книжка, Новицкая. Поставь подпись на расторжение трудового договора и можешь быть свободна, как ветер.

Молча выполнив то, что от меня требовалось, я отправилась в новую неведомую и безработную жизнь. Вот только офис покинуть не успела.

– Кристина! Постой! – окликнула меня Алёна едва я поравнялась с планово-экономическим отделом. – Пошли выйдем на улицу. Поговорить надо.

Спустившись по лестнице, мы покинули здание и, завернув за угол, остановились у маленькой кофейни:

– Зайдём внутрь? – предложила теперь уже бывшая коллега.

– Извини, Алёнка. Я на мели, – попыталась отказаться от её приглашения.

– Не парься, Крис! На чашку капучино для тебя у меня денег хватит.

– Идём, если ты настаиваешь, – пожала я плечами последовав за Алёной.

Пройдя внутрь, толкнув стеклянные, кристально прозрачные двери, я услышала мелодичный звон колокольчика, который оповещал персонал о появлении гостей. Радушная официантка встретила нас на входе, предлагая расположиться за любым столиком. Время было раннее, и посетителей в кафе было совсем немного. Сделав заказ, мы присели на диван у большого панорамного окна. Я неловко вертела в руках салфетку, не зная, с чего начать предстоящую беседу.

– В общем, вот, держи. Это велено передать тебе, – без обиняков произнесла Алёна, протягивая мне пару пятитысячных купюр.

– Что это? – спросила я, недоумённо глядя на банкноты. – Ты хочешь занять мне деньги? Да? Извини, но я не знаю, когда смогу вернуть тебе долг. Поэтому…

– Не тупи, Кристина. Ты серьёзно ничего ещё не поняла или просто прикидываешься? Эти деньги, вроде как моральная компенсация от Марченко.

– От Андрея Сергеевича? Но, почему?

– От него. Знала бы какой скандал вчера был, когда ты позорно сбежала с работы.

– Позорно? Именно так ты расценила мой порыв?

– Извини, не хотела обидеть. Просто, к слову, пришлось. Так мне продолжать?

Утвердительно кивнув, я обхватила пальцами горячую кружку с кофе, пытаясь хоть немного унять нервную дрожь.

– Короче, буря была знатная. Инесса орала как резаная, брызжа слюной во все стороны. Кому-то звонила, типа жаловалась на тебя. У меня аж уши в трубочку свернулись, так она верещала. Расписала тебя как последнюю оторву и дешёвку. Даже всплакнула, не забыв упомянуть о том, что ты пыталась разрушить её семью, которую она строила годами.

– Догадываюсь, с кем провела беседу эта женщина… – вздохнула я.

– Марченко таким злым я никогда не видела. Когда он влетел в кабинет, весь искрился от напряжения. Схватив в охапку ненаглядную жёнушку, силой вывел её из нашего отдела и затащил к себе, где они ещё долго ругались за закрытыми дверями. Слов было не разобрать, но ор стоял такой, что…

– Хватит об этом, Алёна. Меня совершенно не интересуют их разборки.

– Ладно, поняла. Ты, кстати, в больницу сходила? Или обработала всё и надеешься, что под пластырем рана заживает сама по себе? Шрам ведь останется, Крис!

– Значит, останется, – согласно кивнула я. – Алёна, всё это так неприятно… Ты ведь знаешь, что я никогда…

– Я всё знаю, – бесхитростно ответила моя собеседница. – Даже знаю, с кем Инесса тебя перепутала. Марченко ведь действительно ей изменяет. Кстати, началось это ещё задолго до тебя.

– Тогда, почему не прекратила вчера весь этот цирк? – обиженно спросила я Алёну.

– Ты, конечно, извини меня, Крис, но я своей работой дорожу. Потому и не вмешалась. Он ведь с Людкой роман крутит, а с ней, сама знаешь, лучше не связываться. Подлая она.

– Постой, с какой Людкой? Не понимаю.

– С кадровичкой, – глуповато улыбнулась Алёна.

– Людмила Владимировна – любовница нашего начальника? Вот это новость! Она сегодня вела себя крайне пренебрежительно. А оказывается, это её рыльце в пуху.

– Ты разве не знала об их связи?

– Нет. Меня никогда не прельщали людские тайны.

– Да я тоже случайно узнала. Забыла однажды телефон на работе, вот и вернулась. Не вовремя. В общем я думаю, что Инессе кто-то всё-таки донёс на неверного муженька, она и связала его задержки на работе и твоё появление. Наверное, поэтому и отыгралась именно на тебе. А Людка что, она, конечно, промолчала, зачем ей подставляться? Эти деньги, вроде как отступные, за то, что попала под раздачу. Марченко просил передать, знал ведь, что тебе придётся вернуться, документы подписать.

– Я не возьму! – торопливо произнесла с неприязнью бросив взгляд на оранжевые купюры.

– Не выделывайся, Новицкая! Хоть это и копейки, тем не менее они тебе пригодятся. Ты думаешь, так легко найти новую работу? На что жить собралась? Бери и даже не думай париться по этому поводу. Извинений тебе никто не принесёт, пусть хоть таким способом Марченко искупит свою вину.

– На подачку похоже…

– А ты у нас слишком гордая, как я посмотрю? Так вот запомни, гордостью человек сыт не будет!

– Ладно, Алёнка, уговорила! – отступила я под её напором. – Только как ни крути, неприятно всё это…

– Ещё бы, так попасть! Шеф, кстати, даже слушать ничего не захотел по поводу вчерашнего скандала. Ему «преступник» наш пытался что-то там объяснить. Мямлил о твоей невиновности. Только Всеволодович непреклонным остался, сказал избавиться от тебя и в нагрузку дать соответствующую характеристику…

– Интересно, что они в ней напишут? Сегодня вот не отдали…

– Эх, подруга! Чувствую, ещё аукнется тебе эта ситуация.

– Надеюсь, нет, – поспешила ответить я.

– Ты главное не кисни! Всё наладится! Если что, я всегда на связи! Звони в любое время без стеснения.

Допив давно уже остывший кофе, Алёна ушла, а я осталась сидеть на мягком диване в уютной кофейне, вдыхая сладкий аромат свежей выпечки. Уходить совсем не хотелось, ведь впереди мне маячил только вокзал. Откинувшись на бархатную спинку, я обхватила руками декоративную подушку, прокручивая в голове произошедшие события. Выходит, Инесса была права в своей необузданной ревности, Андрей Сергеевич и правда завёл интрижку на рабочем месте, только вот я пострадала совсем без вины. Чужие водовороты роковых событий лишили меня всего, чем я была окружена. Желанная работа, домашний очаг, любимый парень рядом – всё это безвозвратно утрачено из-за людей, вступивших в запретные отношения. В один день я лишилась всего, чем дорожила. Так сложились обстоятельства.

Мне не хотелось никому ничего доказывать, оправдываться в том, к чему не имею отношения, но обида корёжила сердце. Ни директор, ни Леон, ни один из них даже не соизволил выслушать меня, обвинив во всех грехах из-за чужого наговора. Шрам на лице будет всегда напоминать о произошедшем, о том, как легко стать жертвой чужого обмана и злобы. Я постараюсь…

Нет, не так! Я сумею принять то, что уже свершилось как факт. Перегорю и заново начну писать историю своей жизни. Подобно огненному фениксу, который сгорает в ярком пламени, чтобы возродиться из небытия и начать всё заново. Будет трудно, но я попробую стать сильнее и выстоять в череде тяжёлых невзгод.

– За счёт заведения, – оторвал меня от размышлений молодой мальчишка-официант, поставив на стол тарелочку с пирожными. – Не грустите, девушка! Череда неприятностей однажды прервётся, а за дождём обязательно будет радуга!

– Спасибо, – искренне улыбнулась я, вспоминая слова Серафимы Львовны, милейшей женщины, с которой судьба свела меня совершенно случайно.

Воскресив в памяти её добрый, проницательный взгляд, мне тотчас захотелось набрать номер, что был сохранён в телефонном справочнике. Позвонить Серафиме и рассказать абсолютно обо всём, что со мной приключилось. Но я не сделала этого. Кто я ей? Случайная попутчица, о которой Серафима уже и думать забыла. Нет! Сама выпутаюсь из создавшейся ситуации.

Угостившись пирожным, сделала глоток кофе и, открыв сайт с объявлениями, приступила к тщательному изучению вакансий в надежде, что мне повезёт, и я смогу быстро найти подходящую работу.

## Глава 5

Первым делом я обзвонила всех потенциальных работодателей, чьи номера телефонов записала в блокнот. Мне с ходу назначили несколько собеседований на завтрашний день чему я несказанно обрадовалась. Быть может, удача улыбнётся мне, и на одну проблему в жизни станет меньше. Теперь оставалось самое главное – поиск ночлега. Квартиру я однозначно не потяну, потому не стоит тратить время впустую, нужно рассматривать только аренду комнат.

Да, жить с посторонним человеком бок о бок удовольствие сомнительное, только вот другого выхода нет. Поначалу я была в весьма приподнятом настроении, объявлений было великое множество, но буквально через тридцать минут мой энтузиазм начал угасать. Куда бы я ни звонила, везде требовали внести оплату за два месяца вперёд…

А у меня и на один месяц едва хватало денег.

Отчаяние медленно, но верно накрывало меня. В конце концов осталось лишь три номера, по которым я ещё не звонила. Закусив губу, набрала первый из них, надеясь на чудо, только вот, увы, его не случилось. Звонок остался без ответа. В объявлении был указан лишь домашний номер телефона. Быть может, хозяева куда-то отлучились или предложение уже неактуально, но трубку так никто и не снял. Оставшиеся два номера тоже оказались неудачным вариантом. Комнаты уже были сданы.

Горько усмехнувшись, я вдруг поняла, что и эту ночь проведу на вокзале, куда я и отправилась не мешкая. К собеседованиям толком не подготовиться, и даже костюм негде отпарить. Придётся идти в одежде, которую ношу уже два дня. Я настраивала себя на то, что это неизбежно, но неожиданно всё обернулось иначе.

Увидев, что моё вчерашнее место пустует, я тут же направилась к нему и, устроившись поудобней, насколько это было возможно, взяла в руки бумажный пакет с пирожками, купленными по пути. Не обращая внимания на окружающих меня людей, приступила к скудному ужину.

– Новицкая? Кристина Олеговна? – раздался поблизости смутно знакомый голос.

Оглядываясь по сторонам, я продолжала жевать, уверенная в том, что попросту ослышалась. Кто в этом городе мог знать меня? Лишь единицы людей, которых здесь быть не могло. Сникнув, я было опустила голову, как вдруг снова услышала тот же голос:

– И как мне расценивать твоё молчание, Крис?

– Серафима Львовна? – обескураженно протянула я, радуясь неожиданной встрече. – Как вы тут оказались?

– Подругу в санаторий провожала. И, представляешь, глазам своим не поверила. Гляжу, ты это или не ты?

– Я… кто же ещё… – грустно вздохнув, произнесла в ответ, отложив в сторону пакет с выпечкой.

– Какой у тебя ужин замечательный! – с иронией произнесла женщина.

– Хотите, я и вас угощу, – вновь потянулась к бумажному свёртку.

– Нет уж! Я такое есть не рискну. Ты, кстати, собралась куда-то? Или встречаешь кого?

– Эх, если бы… – неопределённо пожала плечами. – Я вроде как живу здесь. Временно, конечно.

– Живёшь? – шокировано переспросила Белова. – На вокзале? Что же с тобой приключилось, девонька? И вчера ты была сама не своя…

– Долго рассказывать, Серафима Львовна.

– К твоему счастью, я никуда не тороплюсь, – улыбнулась она: – Только здесь разговора у нас явно не получится.

– А больше и негде, – дрогнувшим голосом ответила ей обхватывая себя руками.

Мне было настолько неудобно перед этой милой женщиной, что хотелось разреветься от досады.

– Вещи твои где, Кристина? – сменив тон, спросила Серафима цепким взглядом обводя пространство вокруг.

– В камере хранения.

– Значит так, сейчас мы спустимся за ними, а после ты поедешь со мной. И не вздумай отказываться.

– Может лучше налегке? Зачем брать с собой чемодан, ведь после я снова должна буду вернуться.

– Куда? – стушевалась она на минуту.

– Обратно. На вокзал.

– Нет уж, дорогая моя, здесь я тебя не оставлю. И не надейся! Вот ещё! Придумала! Чтобы я бросила ребёнка одного на вокзале…

– Я уже давно не ребёнок, – горько усмехнулась, не позволив Серафиме закончить предложение.

– А кто же ты, детка? Обиженный и запуганный ребёнок! Сколько я вас таких повидала на своём веку…

Невольные слёзы хлынули из глаз.

– Ты это брось! Нашла, где сырость разводить. Сейчас же мы забираем твои сумки и отправляемся отсюда восвояси. Забираю тебя к себе. Возражения не принимаются.

– Ведь неудобно… – попыталась возразить ошеломлённая напором Беловой.

– Это мне решать, не тебе! Разберёмся, Крис, не переживай. Вдвоём мы во всём разберёмся.

И я решила, будь что будет, не в моей ситуации отказываться от столь щедрого предложения. Быть может, фортуна сегодня благоволила мне, послав спасителя в лице случайной знакомой, которой оказалось не всё равно.

## Глава 6

Как необъяснимо и странно всё устроено в нашей жизни. Буквально пару часов назад я была совсем одна против жестокости окружающего мира. Мне не на кого было надеяться и не у кого просить помощи. Самое страшное, что я позволила себе смириться с неизбежным, не смея надеяться на чудо. А оно вот случилось!

Ещё час назад я вынуждена была сидеть в неудобном металлическом кресле, поедая пирожки из привокзального киоска, жалея саму себя. И вот, в мгновение ока произошли колоссальные изменения. Я отмокаю в горячей ванной с ароматной пеной и с наслаждением втягиваю носом непередаваемые ароматы готовящейся домашней еды, что разносятся по всей квартире.

Пока мы ехали в троллейбусе, Серафима Львовна не дала мне и слова вставить: всё щебетала о подруге, так вовремя собравшейся в санаторий, и о дожде, что моросил уже третьи сутки. И ни слова о моей беде. Наверное, это и к лучшему. У меня было время подумать и подготовиться к столь непростому разговору.

В квартиру Серафимы я вошла несмело, застыв на коврике у двери, с оптимистичной надписью: «Мой милый дом».

– Не тушуйся, Крис, чувствуй себя как дома, – подмигнула мне женщина, присев на пуфик.

Как только я разулась и повесила на вешалку плащ, Серафима взяла меня за руку и неторопливо провела по своему уютному жилищу.

Квартира состояла из трёх комнат, со вкусом обставленных неброской мебелью в спокойных молочных и кофейных тонах. Остановившись у массивного шкафа, она сдвинула в сторону дверцу, достала пушистый махровый халат и пару чистых полотенец.

– Прими горячую ванну, Крис! Тебе нужно избавиться от накопленного негатива, а я приготовлю нам вкусный ужин. Ты ведь не прихватила с вокзала те ужасные пирожки? – наигранно испугалась она.

– Вы ведь мне не позволили, – искренне улыбнулась в ответ. – Серафима Львовна, мне весьма неудобно обременять вас своими проблемами…

– Не выдумывай, дорогая моя! Марш в ванну! Через час жду на кухне. Так что, не задерживайся.

И мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться её командному голосу и проследовать в ванную комнату.

На кухне что-то жарилось и шкворчало, желудок предательски заурчал от голода.

– Так, Новицкая, пора выбираться из тёплой водички и отправляться на ужин, который обещает быть неимоверно вкусным, – проворчала я себе под нос, вытаскивая сливную пробку.

Ополоснувшись под душем, слегка подсушила волосы феном и закуталась в халат цвета топлёного молока. Подмигнув своему отражению, последовала туда, откуда разносился умопомрачительный запах жареного мяса.

– Кристина, проходи милая, не стесняйся. У меня уже всё готово.

– Пахнет божественно! – восхищённо произнесла я.

– Это ты ещё на вкус не пробовала. Обещаю, останешься в восторге.

А после мы сидели друг напротив друга и неторопливо ели вкуснейшие стейки с тёплым салатом, украшенным кусочками ананасов, запивая всё это великолепие чаем с чабрецом и лимоном. Размеренная беседа текла сама собой, словно после долгой разлуки встретились старинные друзья. Я говорила и говорила, найдя благодарного слушателя в лице Серафимы. Время от времени женщина качала головой, сокрушаясь над несправедливостью, с которой мне «посчастливилось» столкнуться лицом к лицу.

– Что же ты сразу не позвонила, девонька моя? Ещё вчера, когда из дома убежала?

– Я думала об этом! Честно! Просто…

– Всё у тебя просто, – улыбнулась моя собеседница. – Значит так, дорогая моя. Контора, где ты работала, отвратное, я тебе скажу, местечко. Это же надо, уволить ни в чём не повинную девочку из-за домыслов чьей-то ревнивой жены. Директор определённо неправильно поступил, ведь именно он должен был во всём разобраться и принести тебе самые искренние извинения. И эта рана на лице? Ты точно не хочешь снять побои и написать на Инессу заявление? Я помогу, мой крестник…

– Нет! – поспешно прервала Серафиму. – Пусть всё это останется в прошлом. Не хочу ворошить осиное гнездо. Я навсегда запомню, какими подлыми могут быть люди, и постараюсь впредь оградить себя от подобного. И знаете… любви мне больше никакой не надо, сыта по горло! Теперь никаких отношений – только работа и карьера. Я обязательно стану сильнее! Верите мне? Никогда и никому не позволю вытирать об себя ноги. А ещё… я надеюсь, что ни один мужчина не осмелится ударить меня вновь. Я буду избегать их компании. Ведь Леон, он тоже был совсем другим. До всего этого бреда. Знаете, как феникс возрождается из пепла после сожжения, так и я выйду из этой грязи с гордо поднятой головой. Обновлённая, иная! Одинокая? И пусть! Ведь вновь разрешить себе полюбить не смогу. Слишком много боли причиняет эта хвалёная любовь!

– Эх, феникс ты мой обновлённый! Решать, конечно, тебе. Хочешь всё забыть, как страшный сон – дело твоё. Забудь и не вспоминай. А любовь свою ты встретишь вопреки всему… обязательно! Как бы ты старательно не бежала от неё, она настигнет тебя. Быть может, совсем внезапно и не ко времени. Но она будет! Настоящая, верная и взаимная.

– Нет, – грустно улыбнулась я. – Не хочу больше влюбляться и попадать в зависимость от мужчины.

– А этого и не нужно делать! Никаких зависимостей! Ты, девочка, должна надеяться только на себя, стать самодостаточной в первую очередь. И тогда, вот увидишь, в твою жизнь придёт нужный мужчина, которому ты попросту не сможешь отказать во взаимности. Но до той поры, останешься жить здесь, под моим чутким присмотром.

– Да что вы! Как я могу воспользоваться вашей добротой? Это неуместно. К тому же, у меня есть в запасе ещё один подходящий вариант…

– И где же он? – живо поинтересовалась Серафима Львовна.

– По одному номеру я пока не смогла дозвониться. Но чувствую, что именно здесь мне повезёт.

– Чувствует она! Тогда давай, испытаем судьбу, звони прямо сейчас. Если ТАМ действительно всё срастётся и тебе удастся арендовать комнату, то я, так и быть, не буду настаивать, чтобы ты осталась у меня.

Набрав заученный наизусть номер, я нажала кнопку вызова, но Серафима не осталась со мной дожидаться ответа абонента. В прихожей раздался настойчивый телефонный звонок. Сделав знак, что сейчас вернётся, женщина вышла из кухни и сняла трубку новенького стационарного аппарата, который занимал почётное место на высокой тумбе.

– Белова. Слушаю, – отрывисто произнесла она.

– Здравствуйте, по объявлению беспокою, – обалдело ответила я, с неверием вглядываясь в экран смартфона.

Не сговариваясь, мы рассмеялись, весело и непринуждённо.

– Я ведь звонила днём!

– А я с подругой была, сначала в кафе, потом на вокзале!

– Хотела комнату снять! Оказывается, у вас!

– На ловца и зверь бежит, как говорится! – вторила она мне, радушно улыбаясь.

– Видимо, шутки про судьбу и случайности на самом деле не такие уж и шутки!

– Вот что, Кристина Олеговна, комнату я тебе сдам. И никаких отговорок слушать не буду. Оплата мне не нужна, на жизнь хватает, просто скучно одной, вот и решила утешить унылое одиночество временной соседкой.

– Но как же?..

– Будешь помогать по хозяйству: уборка, готовка, поход по магазинам.

– Ведь этого мало…

– А я многого и не прошу. Только скрашивай тоскливые вечера одинокой старухе, делись своими новостями, бедами и радостями. Мне этого хватит с лихвой.

– Выходит, у вас совсем никого нет?

– Теперь у меня есть ты, Крис!

– А дети, внуки? Простите, что спрашиваю…

– Есть крестник. Да только он редко радует меня своими визитами, хоть и звонит еженедельно. Одна я как перст, Кристина.

– Хотите, я буду рядом всегда? Честно-честно!

– Будь, – ответила Серафима, заключив меня в свои тёплые объятья.

Мне стало так хорошо и тепло на душе. Наша встреча – лишь воля случая, но она стала действительно судьбоносной. Я теперь не одна, а значит, со всем справимся. Вместе! И мой золотой феникс вырвется наружу, осветив серые будни яркими отблесками огненного оперения.

## Глава 7

Новый день порадовал ярким осенним солнышком. Унылый дождь наконец закончился, а вместе с ним исчезла и свинцовая серость, что накрывала город непроницаемым куполом. Сладко потянувшись в кровати, я резко встала на ноги и подошла к окну. Нетерпеливым взмахом руки сдвинула в стороны воздушный тюль, позволяя ярким солнечным лучам проникнуть вглубь комнаты.

Из кухни доносились ароматы готовящегося завтрака. Я вновь почувствовала себя маленькой девочкой, окружённой лаской и заботой взрослых.

Не мешкая зашла в ванную комнату, привела себя в порядок и присоединилась к Серафиме Львовне, которая неторопливо смаковала горячий кофе, щедро украшенный взбитыми сливками.

– Доброе утро, Крис! – радушно произнесла она, отставив в сторону свой напиток. – Как спалось на новом месте? Жених невесте приснился?

– Доброе утречко! Я спала как младенец, у вас такие мягкие и пушистые подушки. А жених… Не надо мне никаких женихов.

Мы дружно рассмеялись довольные друг другом, а я вдруг вспомнила, что во сне действительно видела мужчину: холодного, отстранённого со сквозящим во взгляде безразличием. Вздрогнув, отогнала от себя невысказанные мысли и с аппетитом приступила к завтраку.

На собеседования отправилась с лёгкой душой, уверенная в том, что сегодня мой день! Так и вышло! Сразу две компании предложили свои вакансии, и, немного подумав я выбрала «Омегу». Офис фирмы располагался в двух кварталах от дома Беловой, при желании до работы я могла добраться пешком. Что весьма подкупало, учитывая стремительно заканчивающиеся деньги в кармане. К тому же, мне предложили работу по специальности, экономистом.

Характеристику с прежнего места работы в отделе кадров не потребовали, сотрудница лишь вскользь спросила причину моего увольнения. Однако, ответить я не успела, моим спасением стал внезапный телефонный звонок. Неопределённо махнув рукой, Олеся Сергеевна ответила незримому собеседнику, расплывшись в широкой улыбке. Мне она передала два экземпляра договора, изучив которые я уверенно поставила свою подпись и терпеливо застыла в ожидании.

– Значит так, Кристина Олеговна, – закончив разговор произнесла женщина, – завтра ждём вас к восьми утра, и постарайтесь не опаздывать. Денис Владимирович уважает пунктуальных сотрудников. Надеюсь на долгое и продуктивное сотрудничество! Сейчас можете пройти в экономический отдел и познакомиться со своим непосредственным начальником. Эмма Дмитриевна ожидает вас. Ей как воздух необходим ещё один работник в отделе.

– Благодарю, – улыбнулась я, твёрдым шагом устремившись навстречу новой трудовой жизни.

Начальница оказалась довольно приятной и весьма общительной женщиной пятидесяти трёх лет. Красивая, ухоженная, стильная. Она не лезла в душу с расспросами, лишь ознакомила с обязанностями и указала на стол, который мне предстояло занять.

Отдел нам предполагалось делить на троих. Помимо меня под руководством Эммы трудилась Юлия Витальевна, ведущий экономист. Сегодня она, к сожалению, отсутствовала по причине болезни дочери. Внимательно выслушав первичный инструктаж, я сделала пару заметок в блокноте и поспешила домой. Мне хотелось, как можно скорее обрадовать своего Ангела Хранителя – Серафиму Львовну, которая так внезапно появилась в переломный момент моей жизни. Я испытывала безмерную благодарность за её поддержку, тепло и ласку. Если бы не Белова, не знаю где бы я сейчас была. Серафима вселяла в меня уверенность, заражая смелостью и решительностью. Она обладала невероятной харизмой, которая исходила от неё, цепляя в свой плен, заряжая неистребимым оптимизмом. Рядом с ней невозможно было грустить. И я искренне не понимала, отчего ТАКАЯ, как она, была одинока? Почему жизнь так несправедливо обошлась с этой лучезарной женщиной?

Мысли крутились в голове с бешеной скоростью, сменяя друг друга, я настолько выпала из реальности, что не заметила, когда свернула не в том направлении. Пришла в себя только в тот момент, когда со всего размаху умудрилась впечататься в стальную грудь незнакомца.

– Ой! – воскликнула, прижимая ладонь к губам. – Извините меня, пожалуйста. Я, наверное, задумалась и…

– Извиняю! Но в следующий раз будьте внимательнее, – ледяным тоном отчеканил мужчина.

Сильный, властный голос заставил невольно присмиреть и пристально вперить взгляд в собеседника. Передо мной стоял высокий мужчина спортивного телосложения. От его голубых глаз веяло арктическим холодом и опасностью. В ту же минуту мне захотелось провалиться сквозь землю. Я впервые столкнулась с человеком, который умел замораживать одним лишь взглядом, попутно прожигая им насквозь.

«Надо будет держаться от него подальше», – подумала я, стараясь ретироваться.

– Новенькая? – отрывисто произнёс он, не удосужившись даже поздороваться, едва я попыталась обойти его стороной.

– Да, – пискнула я, не узнавая собственный голос.

Горло внезапно запершило. Чувствуя, как лицо резко покраснело я стояла перед этой глыбой льда, пытаясь унять навязчивый кашель, который никак не хотел успокаиваться.

– Характеристику занеси в отдел безопасности, – произнёс он, словно не замечая моего состояния.

– Меня уже приняли, я и договор подписала…

– Это неважно! – отозвался собеседник. – Всех сотрудников, без исключения, проверяю я лично.

– У меня нет… характеристики…

– Макс, ты чего так на девчонку насел? – внезапно вышедший из кабинета молодой мужчина протянул мне бутылку воды: – На, держи, а то слушать твой кашель невыносимо.

Благодарно кивнув, я открутила крышку и жадно припала к пластиковому горлышку. Спасительная влага хлынула в надсаженное горло, принося облегчение.

Я пила воду, с любопытством рассматривая своего неожиданного спасителя. Это был высокий темноволосый мужчина с ярко-зелёными глазами, в которых плясали озорные огоньки. Он с радушием смотрел на меня, в то время как ледяной истукан продолжал недобро смотреть в мою сторону, парализуя взглядом голубых глаз.

– Шеремет Андрей Владимирович, – представился мой благодетель, – заместитель Воронцова, – кивнул он на рядом стоящего мужчину.

– Новицкая Кристина Олеговна. Экономист, – изобразила на лице подобие улыбки.

– Ладно, я вас оставлю, Кристина Олеговна, уж простите, на «растерзание» своему начальнику. Служба зовёт! – подмигнув, он тепло улыбнулся и размашисто зашагал по коридору.

Чем дальше он удалялся от нас, тем тоскливее становилось на душе. Я боялась поднять взгляд на Воронцова, опасаясь этого мужчину.

– Завтра жду вас у себя, Новицкая. Раз характеристики нет на руках, будете мне тщательно пересказывать свою биографию. А я уж сам всё проверю, если что-то покажется мне подозрительным.

– Можно подумать, тут сверхсекретный объект… – буркнула я, стараясь снова протиснуться мимо него.

– Что вы сказали? – недоумённо переспросил мужчина.

– Зайду, говорю, завтра. Обязательно. До свидания.

– И, чтобы без опозданий!

– Да поняла я уже! – нервно ответила, избегая смотреть ему в глаза.

Оцепенение медленно, но верно спадало. Наверное, этому способствовало знакомство с Андреем Владимировичем. Замечательно, что он так вовремя оказался рядом.

Воронцов так и не соизволил сдвинуться с места, что же, уйду первой! Смело шагнув вперёд, я гордо расправила плечи и задрала голову. Шла, устремившись к выходу, стараясь не оглядываться. Лопатками чувствовала, как меня прожигает ледяная лавина, столкновение с которой я не планировала. Хотелось сжаться в комочек и со всех ног броситься наутёк, но я не могла позволить себе снова стать слабой.

Да… Некстати я привлекла его внимание. Ой, некстати…

## Глава 8

Утро…

Серафима Львовна напутствовала меня, что всё будет хорошо:

– Крис, ну что ты опять выдумываешь? Вот беда – биографию потребовали рассказать. Это же службисты, они все такие. Пока подноготную не узнают – спать спокойно не смогут. Тебе ведь нечего стыдиться, девочка! Отвечай спокойно на все его вопросы. Тем более, договор о приёме на работу подписан, и наличие или отсутствие характеристики особой роли уже не сыграет.

– Да я понимаю, только вот… Вдруг он реально позвонит Марченко или, что ещё хуже – директору и узнает ту нелицеприятную историю, из-за которой мне пришлось уволиться?

– Хочешь, я всё же поговорю со своим крёстным сыном? У мальчика весьма обширные связи и полезные знакомства. Он поможет непременно. Тебе ещё извинения принесут все участники конфликта, и переживать будет не о чем.

– Я вам благодарна, очень, за предложенную помощь, только вот не хочу, чтобы кто-то посторонний вмешивался в те события. Неприятно всё это…

– Как знаешь, Кристина, но если что…

– Обязательно пожалуюсь вашему мальчику, – рассмеялась я, чувствуя, как страх понемногу отпускает меня.

К офису подошла уже успокоившись. Приложив пропуск к турникету, миновала пост охраны, вежливо поприветствовав дежурного, и уже на подходе к отделу вдруг застыла в нерешительности: куда же мне направиться в первую очередь? К себе или в службу безопасности?

– Кристина! Молодец, что пришла чуть раньше, – раздался за спиной голос начальницы.

– Доброе утро, Эмма Дмитриевна! – улыбнулась я женщине.

– Доброе-доброе! Будь любезна, сбегай в архив за документами. Девочки уже в курсе, какие папки мне нужны. Сама не могу – Денис Владимирович вызывает к себе.

– Но я… мне…

– Что-то не так? – нахмурилась она.

– Мне вроде как к безопасникам надо зайти. Биография, характеристика и всё такое… Воронцов просил «без опозданий».

– Ох, Максим Евгеньевич! Всех сотрудников словно через сито пропускает. Такой характер у парня, что с ним поделаешь? Видимо, сказывается непростое прошлое. Обязательно сходи к нему, но чуть позже. Он человек хороший, только дотошный до одури.

– Так куда мне сначала? В архив или к нему? – растерялась я.

– В архив! К Воронцову сходишь, когда разберём кипу документации.

Что же, нежелательная встреча состоится чуть позже, что, несомненно, радует.

«Словно гора упала с плеч», – подумала я, согласно кивнула Эмме и поспешила выполнить её поручение.

Воронцов всё никак не покидал мои сбивчивые мысли. Я не знала, чего ждать от беседы с ним. Нет! Не так! Я не желала разговаривать с ним, а тем более оставаться наедине за закрытыми дверями. Мужчина не то, чтобы пугал меня. Нет. Только его грозный вид и колючий взгляд никак не настраивали на непринуждённое общение. Вот ни капельки!

Эмма Дмитриевна вернулась лишь через час и тут же загрузила неотложной работой. О несостоявшемся визите я вспомнила ближе к вечеру. Странно, но Воронцов так и не побеспокоил меня. Может быть, забыл о нашей встрече? Хотя, не похоже, что этот человек о чём-то может забыть.

С нетерпением я следила за стрелками часов, мысленно торопя время. Настроя на разговор уже не было. «Пусть он состоится завтра, не сегодня», – думала, готовясь как можно незаметнее покинуть офис. Что мне, к счастью, и удалось. В конце рабочего дня я тенью прошмыгнула мимо поста охраны и, спустившись по лестнице, бодро зашагала в сторону остановки.

## Глава 9

Судьба была ко мне более чем благосклонна. Уже месяц я трудилась в «Омеге» зарекомендовав себя исполнительным и незаменимым сотрудником. Эмма Дмитриевна в первые дни ввела меня в курс дела, разделив обязанности между мной и Юлией. Работоспособности и неуёмному энтузиазму, которые я с удивлением обнаружила в себе, можно было лишь позавидовать. Встреча с Воронцовым уже не казалась такой ужасной, хотя за прошедший месяц она так и не состоялась. Оказывается, в мой первый рабочий день он отправился в служебную командировку по краевым филиалам фирмы, проводить какую-то проверку, а я смогла выдохнуть с облегчением и привести нервы в порядок. Оставшимся на месте безопасникам не было до моей персоны абсолютно никакого дела, включая Андрея Владимировича, заместителя Воронцова. Он лишь вежливо здоровался при встрече и, дежурно улыбаясь, проходил мимо. Я всецело отдавалась полюбившейся работе, радуясь тому, что наконец-то попала в здоровый и слаженный коллектив.

Вот и сегодня, как ни в чём не бывало я пришла на работу в приподнятом настроении, готовая «горы свернуть».

– Видела уже, Кристинка? – взволнованно зашептала Юля, едва я вошла в кабинет.

– Что видела? – так же шёпотом ответила я.

– К нам нового программиста приняли. Симпатичный такой! Мечта, а не мужик! Старше меня на три года. Но самое главное – не женат! – произнесла она восхищённо.

– А сколько тебе, напомни? – не разделила я её радостный настрой.

– Тридцать, – легко выдала свой возраст моя коллега.

Что-то внутри болезненно царапнуло. Леону тоже было тридцать три…

– Девочки, в обеденный перерыв наговоритесь. Работы много.

– Да, Эмма Дмитриевна, – покорно ответила я, усаживаясь за стол.

Всё хорошее рано или поздно заканчивается. Вот и я наконец-то дождалась того, что неизбежно должно было произойти. В обеденный перерыв в столовой ко мне подошёл Андрей Шеремет:

– Кристина, ты как пообедаешь, зайди к нам в отдел. Макс вернулся. Хочет с тобой побеседовать. Чисто формально.

– Да, конечно, – покорно ответила я, готовясь к «задушевному» разговору.

Аппетит был испорчен. Кусок не лез в горло. Вяло поковыряв вилкой в салате, ко второму блюду я так и не притронулась. Настраивайся не настраивайся, а идти придётся. Поднявшись из-за стола, я отнесла поднос на кухню и нарочито медленно отправилась к безопасникам.

Дверь кабинета была распахнута настежь. Поравнявшись с проёмом, я нерешительно остановилась на пороге, исподтишка рассматривая застывшего словно каменное изваяние Воронцова.

Мужчина стоял у большого окна устремив вдаль ледяной взор голубых глаз. На глянцевом подоконнике прямо перед ним стояла массивная пепельница, доверху заполненная окурками. По большому, светлому кабинету струился запах табака вперемешку с ментолом. В правой руке Воронцова тлела сигарета, к которой он почему-то не прикасался. Сегодня мужчина был не в деловом костюме, а по-простому в толстовке и джинсах. Сейчас он менее всего напоминал грозного начальника безопасности.

Я невольно рассматривала его, отмечая про себя, что он довольно хорош собой, хоть и вызывает невольную оторопь в душе. Короткая стрижка и лёгкая небритость придавали его лицу неприветливый вид. Но самыми примечательными были, конечно, глаза. Льдистые, холодные и… безразличные? Они не выражали абсолютно никаких эмоций. Словно Воронцов воздвиг внутри себя нерушимую стену, отгородившись тем самым от внешнего мира.

В груди вдруг что-то ёкнуло, а по венам заструилась непреодолимая жалость. Мне вдруг отчаянно захотелось узнать причину его холодности и неприступности. Подобного порыва со мной никогда не случалось, и, удивляясь новым, чуждым эмоциям, я недоумённо шагнула вперёд.

– Насмотрелись, Кристина Олеговна? – с издёвкой спросил хозяин кабинета и, затушив сигарету, резко обернулся.

– Извините, – откашлялась я, – не хотела вас отвлекать.

Вот же дура! Так откровенно пялилась на него, не сообразив, что он видит меня в отражении оконного стекла.

– От чего отвлекать? – его язвительность не вывела меня из себя.

– От созерцания осеннего пейзажа, – не стушевалась я.

На секунду в его глазах мелькнуло нечто похожее на удивление, словно ледяной щит дал небольшую трещину, позволив яркому свету пройти сквозь него. Однако Воронцов тут же подавил в себе эмоции, вновь накинув на лицо непроницаемую маску отрешённости.

– Присаживайтесь, – пророкотал он, цепким взглядом указав мне на стул.

Осторожно ступая, я подошла ближе, в нос ударил терпкий аромат сандала, исходящий от мужчины. Делая глубокий вдох, я неожиданно поняла, что он пришёлся мне по вкусу, напомнив лёгкое дуновение ветра, сдобренного пряностями и… сливками? Мне неотвратимо захотелось сделать шаг ближе, уткнуться лицом в мягкую ткань его толстовки и ощутить дурманящий разум аромат чуть ближе, чем на расстоянии вытянутой руки. Тряхнув головой отогнала от себя странные и неуместные мысли. Только бы Воронцов не заметил моего душевного порыва!

– Кристина Олеговна, вы не расслышали меня?

Молча опустившись на стул, я отвела взгляд в сторону, недоумевая о причинах пугающего «приступа», что приключился впервые в жизни.

Расположившись за рабочим столом Максим углубился в изучение моего личного дела. Сдвинув брови, он листал копии документов, не переставая хмуриться.

– Так почему вы ушли с предыдущего места работы? Что вас не устраивало? Зарплата? Коллектив?

– Разве, это имеет значение, Максим Евгеньевич?

Максим… Почему его имя отзывается в душе звенящими тёплыми нотами? Собственное поведение пугает меня. Я слишком странно воспринимаю этого мужчину.

– Имеет, Кристина Олеговна, – прервал мысли суровый голос. – Мне нужно знать, к чему быть готовым. Наши сотрудники должны иметь незапятнанную репутацию. Как деловую, так и личную.

– Вам не о чем беспокоиться, – вымолвила в ответ.

– Вы, как я вижу, не замужем, Кристина Олеговна. Предупреждаю, в нашей компании не приветствуются связи личного характера во время выполнения служебных обязанностей.

– Вы имеете в виду служебные романы?

– Можно и так сказать.

– Будьте спокойны, Максим Евгеньевич, романтические отношения интересуют меня в данный момент меньше всего.

– Приму к сведению. Так вы ответите на мой вопрос?

– Какой? – рассеянно произнесла, не в силах отвести взгляд от его лица.

– Причина увольнения, Кристина Олеговна. Вопрос всё тот же.

Голос Воронцова был равнодушным и грубым, однако во мне он отдавался щемящей тоской.

«Что же с ним приключилось? Почему он такой холодный? Что за тоска гложет его душу?», – думала я, не обращая внимания на ледяные искры, что метали глаза мужчины.

– Отказываетесь говорить? Так ведь я и сам могу узнать. Дело пяти минут.

– Ничего такого, о чём мне следовало бы вас уведомить, не произошло, – отмерла я, приказав себе отвести взгляд в сторону. – «Омега» расположена ближе к моему дому. Я просто выбрала комфорт и…

– Добрый день, Максим Евгеньевич! – вдруг раздался за спиной до боли знакомый голос, который в пару секунд привёл меня в чувство заставляя содрогнуться от неприязни и… страха?

– Леонид Вадимович, проходите, – ответил на приветствие Воронцов.

– Какой компьютер барахлит? Давно выдаёт ошибку? – словно острым лезвием по нервам резанул голос того, кого я не ожидала встретить.

Березин! Какого лешего он здесь забыл? И почему судьба не может оставить меня в покое, преподнося в очередной раз весьма неприятный сюрприз?

Воронцов кивком головы указал на стол за моей спиной, я же в этот момент внутренне напряглась, ожидая неизбежного. Ноги словно к полу приросли. Как ни старалась, я не могла сдвинуться с места. Злополучная встреча оглушила подобно шальному выстрелу.

– Леонид Вадимович Березин – вновь принятый программист. Кристина Олеговна Новицкая – трудится в компании экономистом, – счёл нужным представить нас друг другу хозяин кабинета.

Едва кивнув, я набрала в лёгкие побольше воздуха и непроизвольно сжала кулаки, пытаясь сдержать предательские слёзы, готовые хлынуть из глаз неудержимым потоком.

– Новицкая? Серьёзно? Ты? – издевательски произнёс Леон изобразив на лице гаденькую ухмылку. – Как же так получилось, что мы трудимся в одной организации? Вот незадача! Ты и здесь вся в грязи изваляешься, прежде чем свалить восвояси?

– Вы знакомы? – подал голос Воронцов, приподняв бровь. – Кристина Олеговна?

– Имел несчастье, – скривился Березин, словно проглотил кислую дольку лимона.

– Работали вместе?

– Можно и так сказать, – злорадная усмешка словно приклеилась к физиономии Березина, заставляя меня всё сильнее нервничать.

– Простите, Максим Евгеньевич, мне нужно идти. Срочно! – выдала я и пулей выскочила из кабинета.

Я могла ожидать чего угодно, но только не того, что произошло. Леонид… Как я боялась встречи с ним! И вот, он здесь! Какого чёрта Березин решил сменить работу? Ведь его всё устраивало на предыдущем месте. Сколько гадостей обо мне он наговорит Воронцову?

Что я испытала, неожиданно увидев того, кто вытер об меня свои грязные ноги? Лишь страх и омерзение. Сердце не билось в припадке былой любви. Мне было всё равно. Пережила и перегорела. Но… Что он может поведать Максиму? В каком свете выставит меня перед ним? Грудь сдавили не вырвавшиеся на волю рыдания. Я хватала ртом воздух, не имея возможности вдохнуть. Своим появлением Леон мне будто перекрыл доступ к кислороду, оставив задыхаться от безысходности подобно выброшенной на берег рыбе.

Воронцов… Я не хотела, чтобы он узнал причину моего недавнего увольнения. Он не поймёт. Осудит и… возненавидит? Почему-то именно этих чувств я опасалась.

Сердце предательски билось в груди, разрывая грудную клетку, предвещая неизбежную беду.

## Глава 10

Я почувствовал её аромат, едва она приблизилась к кабинету. В нос ударил тошнотворный и приторный запах духов, который сложно было не уловить. Шлейф ванили и пудры с невероятно сладкими нотами шоколада с ног до головы окутывал эту пигалицу, посмевшую ослушаться меня и не явиться по первому зову.

Впервые мы столкнулись с Новицкой в коридоре, вернее, она налетела на меня, витая в облаках. Настроение тогда было паршивое, в этот день ушла Лёля, моя жена, с которой я прожил бок о бок добрых десять лет. Ушла без предупреждения и без особого повода. Просто встала рано утром, собрала свои вещи и с укором посмотрела на меня:

– Я так больше не могу, Воронцов…

– Как так? – недоумённо уставился я на сумки и чемоданы. – Ты куда-то собралась?

– Куда-то! – усмехнулась она. – Тебя только это интересует?

– Лёля… Я не понимаю…

– А чего тут понимать? Я устала, Воронцов! От тебя, от твоей работы на износ и от нашей семьи в конце концов. Да, ты сменил поле деятельности, и я теперь не трясусь ночами с единственным вопросом: «А вдруг он не вернётся?», но ты ведь остался ТАКИМ же, Максим! – в отчаяние выкрикнула жена.

– Каким, Лёль? О чём ты?

– Таким же, как и был, – горестно махнула она рукой. – Ты вечно занят и неимоверно холоден.

– Но ты ведь должна понимать, что я стараюсь ради нас…

– Нас больше нет, Максим! – грубо оборвала меня жена. – Вещи заберу в течение дня, а сейчас просто уйду. Надеюсь, что расстанемся мы без истерики и взаимных оскорблений.

– И куда ты собралась?

– К родителям. На развод подам сама. И, кстати, буквально вчера я сделала аборт. Просто хочу, чтобы ты знал.

– Ты… постой, ты была беременна?

– Ты даже этого не заметил… О чём с тобой вообще говорить?

– Дура! Дура непроходимая! Что же ты натворила, Лёля?! – закричал я, оседая на пол.

В голове билась одна мысль: «Ребёнок. Она избавилась от моего ребёнка!»

Слёзы больно щипнули веки. Я сжал кулак и, вцепившись в него зубами, подавил рвавшийся наружу крик. Лёлька знала, как я мечтал о сыне. Сам вырос в детдоме, родителей своих не знал. Наверное, поэтому хотел создать семью поскорее. Одиночество – это страшно. Действительно страшно.

– Как ты могла? Как ты только посмела сотворить ЭТО?

– Макс, успокойся. Я сказала тебе об этом не ради истерики. Поступила так, как считала нужным. Прощения просить не буду. Не до детей мне сейчас. Я должна устроить свою жизнь.

– Она у тебя была не устроена?

– С тобой, нет.

– Ты кого-то встретила? Это всё из-за него? Да?

– Это не имеет значения.

– Ошибаешься, Лёлька! Ещё как имеет!

– Я устала, Воронцов! От твоей работы, командировок вечных. От твоего невнимания! От тебя в конце концов! Иногда мне кажется, что вся наша жизнь – это лишь игра. Ты ведь никогда не любил меня…

– Лёль, ты же знаешь, что назад пути не будет?

– Ещё бы! – горько усмехнулась жена. – Гордый Воронцов никогда не отменяет своих решений. Знаешь что, Макс? Катись-ка ты к чёрту со своими принципами и гордостью! А я сыта по горло! Всё! Хватит!

– Значит, так, да? Всё решила за нас двоих? Что же. Иди. Держать не стану.

– Да пошёл ты! – процедила она и, подхватив сумочку, громко хлопнула дверью.

Я остался один в коридоре, заставленном её вещами. На душе было пусто и холодно. Известие о том, что у нас мог быть ребёнок, застало меня врасплох. Я ведь думал, что кто-то из нас двоих бесплоден, раз за десять лет не случилось ни одной беременности?

«А вдруг я ошибался, и Лёля сделала ЭТО не впервые?» – осенила меня мысль, заставившая злобно садануть кулаком по стене. От собственного бессилия.

Нестерпимая душевная боль оттеснила уход Лёли на второй план. Эта женщина на корню загубила мою мечту о счастливой семье, наполненной детским смехом. Так стоит ли о ней сожалеть?

Я пытался, да, чёрт возьми, я пытался построить с ней семью. Как умел! Примера перед глазами у меня не было, действовал по наитию. Хотел заработать побольше денег, обеспечить нам достойное будущее. Работал-работал, крутился как мог. И что из этого вышло? После десяти лет брака остался один… Всё, хватит, «наелся досыта»! Никакой больше любви и семьи! Буду один, как Шеремет. Так проще. Никто не предаст…

Естественно, я был зол в тот день. Все женщины казались мне предательницами и обманщицами. И этой новенькой я вроде ничего плохого не сказал, но разговаривал весьма грубо, словно именно она стала причиной моей тихой ярости. Да и хрен с ней, с этой Новицкой! Чего я вообще заморачиваюсь? Затушил сигарету, выныривая из бездны воспоминаний:

– Насмотрелись, Кристина Олеговна?

– Извините, не хотела вас отвлекать.

Не хотела она! Столько времени простояла в дверном проёме, внимательно изучая меня. Зачем?

Безучастно я наблюдал за ней, замечая необъяснимые странности. Она вдруг повела носом втянув воздух, и прикрыла глаза от… удовольствия? Девчонка потеряла самоконтроль на доли секунд, но я отчего-то заострил на этом внимание.

– Кристина Олеговна, вы не расслышали меня? – повторил чуть настойчивее, в очередной раз кивнув на стул.

Новицкая наконец-то заняла место по ту сторону стола.

Дальше всё пошло по наработанной схеме. Я изучал её личное дело, она сидела рядом, пытаясь казаться смелее, чем есть на самом деле. Не знаю, в чём причина, но девчонка упорно отказывалась назвать причину увольнения с предыдущего места работы. Не проблема, сам узнаю, что там за «страшная» тайна.

Мы бы ещё долго вели наш бессмысленный диалог, если бы в кабинет не вошёл новый программист. Слова Березина и реакция Новицкой говорили о многом. Я заметил, как Кристина сжала кулаки, становясь белее мела. Словно кто-то в одночасье стёр невидимым ластиком все краски с её лица. Взгляд девушки остекленел из-за непролитых слёз. Возможно ли, что этих двоих в прошлом связывало нечто большее, чем знакомство?

– Простите, Максим Евгеньевич, мне нужно идти, – через чур резко вскочила со стула Новицкая и опрометью выскочила из моего кабинета, оставив множество вопросов.

Сердце вдруг сжалось от необъяснимой жалости к этой пигалице, которую изначально я воспринял в штыки. Медленно перевёл взгляд на Березина: ощерившись, он смотрел ей вслед. И меня это отчего-то задело.

Между ними двумя явно не всё гладко. Как это может повлиять на рабочую обстановку в нашем сформировавшемся коллективе? Стоит ли присмотреться к ним более внимательно? Разум твердил, что это всего лишь рабочий интерес, но сердце вдруг неистово забилось в груди. Неужели меня так расстроило состояние Новицкой? Нет! Бессмыслица какая-то…

## Глава 11

Кристина ушла, а Березин как ни в чём не бывало приступил к отладке компьютера. На лице парня проскальзывало негодование и затаённое злорадство. Выдержав небольшую паузу, я решил выяснить, что, чёрт возьми, происходит:

– Леонид, если вам известны некие нелицеприятные факты из жизни Новицкой, связанные с её профессиональной деятельностью…

– Да какие там факты, Максим Евгеньевич, – пренебрежительно произнёс собеседник, оборвав меня на полуслове. – Шлюха она и есть шлюха.

Он зло зыркнул в сторону коридора, и на его лице заходили желваки. Тут и без слов было ясно, Березин нешуточно обижен на Кристину. И этот факт заставил внутренне напрячься.

– Вас гложет какая-то личная обида? – вкрадчиво продолжил я развивать тему.

Мне хотелось узнать, как можно больше о её прошлом… о ней самой. Внезапное осознание того, что Новицкая занимает большую часть моих мыслей, немного шокировало. С чего вдруг? Я ведь больше не планировал отношений. После Лёли… Тогда, какого рожна продолжаю по крупицам выуживать информацию о ней, испытывая дикое нетерпение?

– Жил я с ней, понимаете? Даже жениться подумывал, а она… такое отчебучила!

– Предала? – понимающе произнёс я в ответ, накрытый волной горького разочарования.

– Хуже! На работе с начальником своим женатым спуталась! От жены его выхватила люлей и, поджав хвост, сбежала. Как крыса! Я всё узнал от Инессы, супруги Марченко. Спасибо этой умной женщине, что догадалась позвонить мне и открыла глаза на то, какую змею я пригрел на своей груди. А то так бы и жил с огромными ветвистыми рогами, на потеху всему честнОму миру.

После этой тирады Березина знатно перекосило. Мужчина отвлёкся от выполняемой работы и, с пренебрежением усмехнувшись, воззрел на меня, ожидая ответной реакции. Мне слабо верилось в то, что Новицкая – коварная изменница. Хотя… Иногда у таких тихушниц, как она, нехилый багаж за плечами.

– Вот, значит, что приключилось, – намеренно медленно произнёс я. – Выходит, Новицкая покинула прежнее место работы из-за любовной связи с женатым мужчиной?

– Ну да, так и есть! Я, конечно, выгнал её сразу, даже разбираться не стал в произошедшем. Зачем? И так всё ясно! Не знаю, куда она подалась после, может, к любовнику своему побежала раны зализывать. Хотя… Инесса была настроена очень решительно. Навряд ли бы она подпустила разлучницу к мужу ещё раз.

Что-то не вязалось в этом обстоятельном рассказе. Глаза Березина бегали из стороны в сторону, выказывая нервозность мужчины. Исходя из того, что узнал, я должен был отнестись к Новицкой пренебрежительно. Меня всегда коробили супружеские измены, но вот только едва я вспоминал её чистые и честные глаза – сомнения брали верх над фактами.

– А шрам на её лице? Откуда он?

– Это Инесса её ударила. Женщина, чего с неё взять?

– Вы так подробно всё рассказываете, словно являлись прямым участником событий.

– Нет, что вы, Максим Евгеньевич. Я знаю о ситуации лишь со слов Инессы Марченко.

– А Кристина, она разве ничего не попыталась объяснить? – допытывался я.

– Не счёл нужным выслушивать эту…

– Достаточно! – резко оборвал Березина. – Благодарю за исчерпывающую информацию, Леонид Вадимович. И очень надеюсь, что ваши личные отношения никак не повлияют на рабочую атмосферу коллектива.

– Конечно! Можете не сомневаться. Буду держать себя в руках.

Спустя пятнадцать минут Березин покинул мой кабинет, я же ещё раз пересмотрел личное дело Новицкой, внеся в него несколько пометок. Отбросив папку, встал из-за стола, с удивлением глянув на часы. Рабочий день подходил к концу. В пустую квартиру возвращаться не хотелось. С недавних пор родные стены давили на меня, вызывая необъяснимую злобу в душе. Не придумав иного варианта, я решил отправиться в спортзал. Глянув в окно, зацепился взглядом за стройную женскую фигуру. Сердце неожиданно ускорило ритм. Прильнув к стеклу, я внимательно наблюдал, как девушка идёт вдоль тротуара, придерживая полы плаща, раздуваемого ветром. Минута-две… Она остановилась, обернувшись в задумчивости. Её волосы взметнулись, повинуясь внезапным порывам. К горлу подкатил ком. Новицкая! Меня словно волной накрыло предчувствие чего-то неотвратимого.

– Красивая ты, Кристина, да только красота бывает обманчива. Раз с начальником связалась, имея за спиной стабильные отношения, значит, и ты очередная искательница лёгких денег, содержанка, – неожиданно произнёс я вслух.

– О ком это ты? – вклинился в раздумья мой заместитель и по совместительству лучший друг.

– Да так, Андрюха. Ни о чём и обо всём. Надо же, как бывает, с виду человек приличный, а внутри такая гниль обнаруживается. Губки бантиком, глазки невинные, с виду милая девчонка. А на самом деле…

– Что на самом деле? – протянул Шеремет, всматриваясь в кристально прозрачное стекло.

– На самом деле предательница и изменница. Ну, по крайней мере, до меня дошла именно такая информация.

– Так ты о Лёльке! Значит, уже сам всё знаешь. А я всё думаю, как вывалить на тебя столь отвратные новости.

– Постой, Андрей! Знаю о чём? Что-то случилось с Лёлей? – недоумённо переспросил я, не понимая, при чём тут моя жена.

– На вот, держи! Тут свидетельство о разводе. И досье на Лёльку, как ты и просил. Хотя, ты же в курсе.

– Объясни толком, что в этой папке? Какой-то компромат?

– Фотки, адреса, явки и пароли, так сказать.

– Какие фотографии?

– Там Лёлька твоя, с этим своим… новым возлюбленным. Короче, сам смотри!

– И кто он? – холодно спросил я, чувствуя, как леденею изнутри.

Значит, и я попал в общество «рогоносцев».

– Банально всё. Начальник её. Богатый и разведённый.

– Ясно. Выходит, усталость – это просто отговорка. И аборт… лишь для того, чтобы без потерь перескочить к новому мужику. Да, и кстати, как быстро нас развели? Всего месяц прошёл.

– Да там батя её руку приложил.

– И здесь без него не обошлось.

– Макс, ты всё ещё хочешь вернуть её?

– Даже если бы захотел, никогда не смогу поступиться гордостью. Принять из-под другого мужика? Нет уж, увольте! Я себя не на помойке нашёл.

– Слушай, а давай напьёмся? В хлам! Прямо сейчас!

– Вообще-то я собирался в спортзал, но твоя идея мне нравится намного больше. Ведь нужно отпраздновать мой развод, как думаешь?

– А то! – самодовольно осклабился Шеремет. – Значит, едем развлекаться?

– Едем!

## Глава 12

Алёнка позвонила мне совершенно неожиданно, но весьма вовремя. Когда я покинула кабинет Воронцова, первым желанием было вновь сбежать: подальше от Леона и от жутких ледяных глаз Максима Евгеньевича. Броситься прочь, не оглядываясь, затаиться от всех и вновь попытаться заблокировать тягостные мысли. В тот момент я была абсолютно уверена в своём решении, а потому решительным шагом направилась в отдел кадров. Обхватив ладонью металлическую ручку двери, я уговаривала себя совершить последний шаг, почувствовав, как внезапно мой телефон завибрировал. Отступив, сунула руку в карман строгого офисного платья, не понимая, кому могла понадобиться. Прочитала на экране имя абонента и облегчённо выдохнула. Звонила Алёна, моя бывшая коллега, с которой мы остались в приятельских отношениях:

– Кристина, какие планы на вечер? – радостно прокричала она, едва я ответила на звонок.

– Особо никаких, домой поеду, – прислонившись к стене, ответила подружке.

– Какая ты занудная, Новицкая. И не скажешь, что тебе двадцать три. Ты больше похожа на мать семейства с кучей забот и проблем за плечами.

– Алён, давай ближе к делу, – раздражённо поморщилась я.– Есть какое-то дельное предложение?

– Ага! Зришь в корень, подруга! В общем, меня пригласили на двойное свидание. Ну, пожалуйста-пожалуйста, Новицкая, составь компанию! Очень тебя прошу! Мне реально не с кем идти!

– Извини, Алён, нет настроения… Да и особого желания заводить новые знакомства.

– Крис! Ну разве я часто тебя прошу о подобном? Давай хоть на полчасика съездим! Не понравятся парни, свалим по-тихому, что мы теряем?

– Так ты их и в глаза не видела? – искренне поразилась я.

– Почему не видела? В соцсетях общались. Нормальный такой парень, симпатичный. Значит, и друг ему под стать. Ну как? Ты согласна?

– Только если ненадолго, – сдалась я, понимая, что и самой мне нужно развеяться, дабы привести мысли в порядок.

– Класс! Заеду за тобой в конце рабочего дня. Адрес своего офиса скинь!

Вот так, поддавшись уговорам Алёны, я и оказалась вечером в довольно известном ресторане в компании незнакомых парней. В отдел кадров я так и не зашла.

На вид мужчинам было около тридцати лет. Оба высокие, спортивные, довольно симпатичные. Для чего таким, как они, нужно искать знакомства в интернете? Неужели в обычной жизни им не везёт?

Встретили они нас с букетами ярких цветов, усадили за стол и начали галантно ухаживать. Атмосфера была весьма дружелюбной, но что-то не давало мне покоя. Новое знакомство и ненавязчивое общение казались вполне нормальными, но внутри меня нарастало странное напряжение.

Краем глаза я заметила, как парни переглядываются между собой, словно ведут молчаливый диалог. Их жесты и взгляды становились всё более явными, и это вызывало у меня необоснованную тревогу. Чем дальше мы общались, тем сильнее я чувствовала себя не в своей тарелке.

Мне было некомфортно. Хотелось как можно скорее покинуть эту «дружную» компанию, но Алёна явно никуда не торопилась. Она наслаждалась разговорами и шутками парней, словно не замечая моего внутреннего беспокойства. Я не могла её оставить одну, а подруга, похоже, никуда и не торопилась.

Пришлось смириться с неприятной ситуацией, хотя внутри меня всё кипело. Я пыталась расслабиться, но каждое слово и движение парней только усиливали напряжение. Мне казалось, что они что-то скрывают или замышляют. Я не могла понять, что именно, но чувство тревоги никак не отпускало меня.

– Чего такая хмурая, Криська? – обратился ко мне Дима, протягивая наполненный бокал вина. – На, выпей, и жизнь засияет новыми красками! – парень послал многозначительную улыбку своему другу, что не скрылось от моих глаз.

– Спасибо, не хочется, – отвела я в сторону его руку насторожившись. – А зовут меня Кристина, можно Крис, но никак иначе.

– Ахаха! – захохотал он в ответ. – Смотри, Ром, какая дерзкая девочка попалась. Твоя-то явно покладистая, – ухмыльнулся он, с одобрением глядя на мою подругу.

Алёна в это время уже вовсю обнималась с Романом и явно была не против продолжить вечер в более интимной обстановке. Посматривая на циферблат настенных часов, я для приличия выждала ещё тридцать минут и решительно встала из-за стола:

– Ребят, рада была знакомству, но мне действительно уже пора.

– А кто тебе сказал, что ты можешь вот так уйти? Кинуть решила, сучка? – осклабился Дмитрий, схватив меня за запястье. – Ща расплатимся и поедем отдыхать в более уединённое место.

– Нет! Это точно без меня! – отчётливо произнесла, стараясь не обращать внимания на оскорбление.

– Слышь, коза! Ты что, не знала, куда шла? Не в курсе, чем заканчиваются подобные «встречи»? Значит, приехала, пожрала за наш счёт, выпила, а дальше… динамо включила?

– Могу внести свою лепту деньгами, – бледнея от омерзения чётко ответила хаму. – Итак, сколько я должна за еду?

– Крис! Ну что ты в самом-то деле? Ведёшь себя как…

– Как кто, Алёна? Договаривай!

– А то ты сама не понимаешь! Не выёживайся, поехали, расслабимся! Ребята отличные! Ну нормально же сидели, общались. Чего ты завелась?

– Вот! Подруга твоя дело говорит! – вклинился в наш диалог Дмитрий.

– Оставайся с «отличными ребятами», раз тебя радует подобное времяпровождение, а мне здесь явно не место!

– Слышь, ты чё борзая-то такая?

Сделав вид, что не расслышала последнюю фразу, я стремительно зашагала в сторону выхода, однако, спустя пару шагов была грубо остановлена одним из мужчин. Вцепившись в плечо сильными пальцами, он резко дёрнул меня назад. Не удержав равновесия, я со всего маха впечаталась в грудь своего обидчика.

– Не дёргайся, коза! Съездишь в сауну, отработаешь шикарный ужин и пойдёшь на все четыре стороны. Не хочешь по обоюдному, значит, дашь без согласия! Я не привык к отказам! Уяснила?

Парни противно заржали практически в унисон, а я словно впала в ступор, чувствуя, как немеет кожа головы. По телу пробежала предательская дрожь, а лоб покрылся холодной испариной. Вот это я влипла, купившись на авантюру Алёны. Лучше бы сразу удалила её номер и прервала всяческое общение после увольнения. Дура! Тысячу раз – дура!

## Глава 13

В ресторане было многолюдно. Шум и гомон, царившие в центре зала, неимоверно раздражали. Оглядевшись по сторонам, я заприметил в дальнем углу более уединённую зону, где диваны с высокими спинками отгораживали отдыхающих людей друг от друга, создавая иллюзию приватности.