Екатерина Ёлгина
Обмануть систему

ПРОЛОГ

– Я забрала все технологии! – раздался торжествующий шепот. Затем тихий смешок. Пустой зал принял эту информацию безропотно. Пальчики провели по приборной панели огромного бортового компьютера, задержались около крохотной красной кнопки, отстукивая простой ритм. Симуляция космического корабля внушала уважение даже ей: как они создали такой шедевр, не прибегая к помощи Искусственного Интеллекта? Как просчитали каждый возможный маневр и подключили электронику вручную? Но вопрос в другом: зачем они это сделали? Неужели догадывались обо всём еще десяток лет назад, или это просто паранойя нескольких человек из Главного Управления?

Она усмехнулась. «ЗАСЛОН», корпорация с мировой известностью, которая всегда была сосредоточена на инновациях: лучше, больше, дальше, сильнее, выше, мощнее… а что они будут делать теперь, когда все разработки исчезли в один миг со всех серверов? Копии протоколов стерты, связи кодов нарушены, даже черновики с погрешностями растворились в небытии. Взглянув на часы, тряхнула головой, словно хотела сбросить легкий тремор предвкушения:

– Ну что ж, пора прощаться. Спасибо этому гребаному дому, пойду к другому.

Она уходила, не оглядываясь. Никого не жаль, даже Фёдора, которого таскают на допросы вот уже третий месяц и держат в изоляторе. Не стоило ему лезть в это дело. Кары небесной не существует, каждый сам вершит свою судьбу.

Двери в симуляционный модуль закрылись, оставляя корпорации и человечеству прошлое, с ручными заедающими механизмами и неисправными системами. А её ждёт будущее.

Для камер третьего этажа она всё ещё невидимка, осталось лишь преодолеть путь до конца коридора, спуститься на лифте на минус первый этаж, на подземную парковку, сесть в машину и свалить из этого города, а потом из страны. Так просто, когда в руках ценнейшие нанотехнологии за последние годы. Охрана ликвидирована, система безопасности не видит в ней угрозу. Пока. В лифте ей встретились пятеро сотрудников с других этажей, одну девушку она знала по имени. Улыбнувшись и поправив кант рукава спецформы, проговорила:

– Доброго дня, Настя. Как дела?

Блондинка с короткой стрижкой кивнула ей, вежливо поддерживая разговор:

– Добрый, добрый. Вроде бы всё хорошо, по плану. Слышала, что в вашем отделе новая разработка. Что на этот раз?

Усмехнувшись, она покачала головой:

– Если я расскажу, мне придется тебя убить.

Присутствующие дружно посмеялись – это была любимая шутка всей корпорации.

Настя и остальные вышли на первом этаже, наступило долгожданное одиночество.

На парковке отчего-то царила темнота, диодные световые датчики не работали, камеры застыли в одном положении. Около колонны кто-то кашлянул, а затем мужской силуэт сделал шаг ей навстречу. Тут никого не должно было быть! Она занервничала, кожа под одеждой покрылась холодными мурашками.

– Добрый день. Вы же из отдела инновационных разработок? Я вас задержу на пару минут, вы не против? Есть разговор.

– Да-да, добрый. Вообще-то, я спешу, извините.

Мужчина улыбнулся, кивнул с пониманием, отступил.

До машины оставалось несколько метров, внутреннее напряжение заставляло скрипеть зубами. Со стороны запасного выхода из здания мелькнуло несколько теней. Обернувшись на мужчину у колонны, она встретила его насмешливый взгляд. Незнакомец радостно помахал ей рукой. Почему он не садится в свою машину? Что он тут забыл? Спиной она чувствовала пристальный взгляд. Пикнув брелком от машины, ускорила шаг.

Около черного минивэна обнаружилось ещё трое мужчин, те самые “тени”.

– Голубушка, как хороша! – пробасил высокий здоровенный детина в военной форме.

– Что происходит? Вы кто?

Но в ответе она не нуждалась. Прямо сейчас, её светлое будущее поглощала тьма настоящего: из автомобиля вышел профессор. Взгляд его зеленых глаз она больше никогда не забудет.

1 глава

5 лет назад

Коридоры третьего этажа вели в святая святых корпорации: лаборатории под спецпроекты, исследовательские блоки, безопасные залы для тестирования секретных изобретений. Вход строго по пропускам, два поста охраны, сенсорная блокировка дверей и бездушная автоматизация всего корпуса: даже туалеты чистили себя сами.

Соня и Арина, Роберт и Иван двигались строго за научным руководителем, не позволяя себе остановок и любопытных разглядываний. Впрочем, смотреть было не на что: стерильные пространства стального или белого цвета с мутными защитными стеклами кабинетов, освещение через хитрые датчики-камеры на потолках, а ещё – неприметные двери, выезжающие прямо из стеновой ниши.

Научрук, Вера Расуловна Ниядзе, неслась вперед, будто бежала от пожара. Невысокая дама, обладательница пышных форм, с черными волосами в причёске каре, ямочками на щеках и карими глазами производила впечатление доброй няньки, а может – медсестры, но это лишь на первый взгляд. Группа умнейших студентов поступила в распоряжение заслуженного биолога и нейрохирурга страны, профессора – разве можно медлить?! Ребята вроде сосредоточенные, с горящими глазами, полные сил и энтузиазма: как раз то, что нужно для их скромного отдела инновационных разработок. Впрочем, это уже не первые умники, попавшие в АО «ЗАСЛОН» на практику после сумасшедшего конкурса: в прошлом году группа насчитывала шестерых, но в реальности толк вышел лишь из одного парнишки.

Женщина в темно-синем костюме подошла к узкой красной панели (единственному яркому пятну на весь этаж) и выставила пухлую руку запястьем вверх. Ребята, остановившиеся на шаг позади, не ожидали, что луч зеленого сканера сорвется с потолка и наполнит пространство громким противным сигналом. Проверка личности длилась довольно долго.

– Я же говорил, что она робот, – прошептал Иван. Девушки переглянулись и прыснули.

– Дурак ты, Ванька, в кант спецформы вшит чип, – тихо ответил Роберт, поправляя очки.

Вера Расуловна обернулась и смерила их взглядом:

– И это лучшие умы университета?.. Ещё одно бредовое предположение, и ваши мозги отправятся на стол к практикантам, в качестве свежего материала для исследований.

Иван побледнел, отчего редкие веснушки резче выделились на остром лице, гармонируя с рыжими бровями. Роберт смущенно кашлянул, а Соня и Арина захихикали. Девушки были очень похожи внешне, их часто называли сестрами, даже близняшками. Высокие, стройные, темноволосые и голубоглазые, они порой неосознанно копировали мимику и жесты друг друга.

Научрук, нахмурившись, продолжила:

– А “веселушки” будут развлекать профессора знанием теории нейрофитолитической связи синтетических имплантов и человеческого сознания.

Соня стыдливо опустила глаза в пол, а вот Арина хмыкнула и с вызовом ответила:

– Все знают, что такой синтез разрушает саму структуру мозга, это не гуманно и запрещено Конвенцией по правам…

Потайная дверь в блок открылась, Вера Расуловна еще пару секунд смотрела в глаза новенькой выскочки, прежде чем сделала приглашающий жест.

Просторная комната вмещала десять огромных столов с самыми современными микроскопами и замысловатым оборудованием, начиная от медицинских расходников, анализаторов и заканчивая электрохирургическими высокочастотными аппаратами.

– Ну, так и будем стоять на пороге гениальных исследований или всё-таки углубимся в недра спецпроекта?

Голос Веры Расуловны вывел из ступора лучших студентов, и те, друг за другом, принялись обходить аудиторию. Визуально всё выглядело стерильно, ожидался запах хлорки или, хотя бы, спирта. Удушливый аромат розовых и лавандовых нот напополам с запахом свежеприпаянных электронных плат не вязался с атмосферой лаборатории.

У стены располагалась эндоскопическая стойка, а также несколько неработающих мониторов на низких столиках, похожих на парты для начальной школы. Самым интересным оказалась вертикальная капсула в человеческий рост, с непрозрачным стеклом и набором непонятных кнопок на панели: значки были похожи на смесь кодов для дешифровщика из компьютерной игры прошлых лет.

Окон не оказалось, как и очевидных дверей, источником света оставались такие же потолочные датчики, что и в коридоре. На двух стенах висели включенные проекторы с яркими таблицами и плакатами на тему строения человеческого мозга. Повертев головами, ребята замерли в нерешительности: кажется, здесь нельзя ничего касаться.

– У нас в Меде не разрешали даже близко подходить к высокочастотникам, а тут такое…– заметил Роберт, разглядывая оборудование на одном столе. – Вы работаете с техниками и программистами?

– Мы и есть программисты, – раздался мужской голос с хрипотцой из динамика, сливающегося с потолочным датчиком. Парни резко обернулись, а девушки едва не подпрыгнули. Эффект неожиданности сработал, как и всегда. – А ещё мы биологи и нейроинженеры.

Научрук хихикнула в кулак, затем нахмурилась и строго сказала:

– Илья Геннадьевич, вылезайте из прибора, у нас много дел.

Дверь вертикальной капсулы бесшумно отъехала, выпуская профессора. Илья Геннадьевич выглядел гораздо моложе своего возраста: подтянутый, стройный мужчина в белом халате поверх строгой синей рубашки, глубокие зеленые глаза с живым озорным блеском, темные волнистые волосы с проседью зачесаны назад, создавая забавный объем. Лицо с небольшими морщинками у глаз притягивало, его хотелось рассматривать и изучать. Чем и занимались ребята добрых полминуты в воцарившейся тишине. Профессор неторопливо обошел ряд столов с оборудованием и остановился около Арины.

– Привет, студенты, рад видеть вас в моей обители. Илья Геннадьевич Тоботов, Властелин и Повелитель отдела Икс, – профессор подмигнул Вере Расуловне, на что та закатила глаза. Создавалось впечатление, что хозяйка тут как раз она, госпожа Ниядзе, а Тоботов – не совсем серьезный сотрудник на подмоге.

– Ну-ну, Илья Геннадьевич, успеете еще похвастаться, надо посвятить ребят в основы нашей работы. Глядишь, кто-нибудь да сгодится и останется на ставке…

Соня и Арина одновременно округлили глаза: можно и правда работать на ЗАСЛОН?! Иван пожал плечами, а Роберт заинтересовался:

– Так мы же прошли конкурсный отбор. Разве это не гарантирует рабочее место?

– Конкурс был на практику, глупенький мой, – сострил Иван, – ты что, невнимательно условия читал?

– Да иди ты…

Профессор усмехнулся, поднимая руки вверх, призывая к перемирию. Пока внимание студентов было сосредоточено на мужчине, Вера Расуловна дошла до капсулы, придирчиво осмотрела её, подергав за внутреннюю ручку двери, а затем заняла самый дальний стол у стены. Она принялась раскладывать инструменты в своём порядке, не забыв сначала нацепить одноразовые перчатки.

– Итак, друзья, вы сейчас проходите практику. Ваш университет не знает о возможностях ЗАСЛОНА, оно и понятно. По итогам полугодовой работы мы посоветуемся с Верой Расуловной и другими коллегами, кто из вас останется на скромной вакансии младшего помощника отдела разработок. Ну, а потом можно дорасти до полноценного сотрудника.

– Только кто-то один? – тихо уточнила Соня, робко взглянув на Илью Геннадьевича.

Профессор улыбнулся, от чего в аудитории стало как будто теплее.

– Необязательно, это решим чуть позже. Сейчас вы должны погрузиться в наноинженерию под нашим чутким надзором, оставьте свои соревновательные навыки на потом. Сразу предупреждаю: подставлять друг друга, собирать сплетни, выдумывать клевету запрещено. Чем грозит обратное вы и сами понимаете, надеюсь.

– И есть рыбу в столовом блоке лаборатории тоже нельзя, – проворчала Вера Расуловна, не поворачивая головы.

– Это не самое главное правило, – возразил Тоботов, закатив глаза.

– Но оно существует! Никакой рыбы, никакого запаха, никогда!

Ребята переглянулись: причем тут рыба? Но тема осталась недосказанной.

2 глава

3 года назад

Вера Расуловна весь день потом хмурила брови. Ну ведь было сказано: не трогать настройки нового модуля МИП, отвечающего за обеспечение энергией вторичного электропитания. Под защитный экран убрала, лично. Профессору приспичило похвастаться перед бывшими студентами, а теперь – составом помощников второго уровня доступа в отделе. Оставила их на полчаса, а когда вернулась, то застала оживленный спор Тоботова и молодежи. Ванька, конечно, тут же ухватился за идею использования МИПа:

– Да ну, это всё ерунда. Я вот думаю, что модуль можно не только в экзоскелетах использовать. Чего он там сделает? Только датчики и терморегуляторы костюма подстрахует. Это не инновация, особенно для военных. На той неделе пробовали в другом снаряжении подключить прототип МИПа, мне Артур рассказывал, так их военрук закатил глаза и фыркнул: сто лет в обед такой разработке, ничего нового…

– Да? А пусть твой Артур меньше сплетни разносит, гаденыш! – разозлился Тоботов. Профессор, нависая над столом Ивана, грозно тряс пальцем, измазанным чем-то синим. – Что он там понимает, стажер этот! Модуль автономно снабжает дополнительным питанием вообще всё, где бы ни был подключен. Это же источник сам по себе. Даже на космическом корабле будет работать, как резерв, если основному энергоблоку придет кирдык!

– Илья Геннадьевич! – не выдержала мадам Ниядзе, обратив на себя внимание спорщиков. Профессор цокнул языком, скрестил руки на груди. Синий палец мгновенно оставил отпечаток на белоснежном халате. – Во-первых, я же просила не трогать модуль! Во-вторых, опять в реактив залезли, а ну-ка снимайте халат, а то потом не отстирается. Ну и в-третьих – выбирайте выражения, в конце концов! При девочках!

Соня и Арина синхронно хихикнули, Иван пожал плечами, а Тоботов, гордый и молчаливый, скинул халат на стол и вышел в крохотную коморку за лабораторией, служившей комнатой отдыха. Сотрудники часто не доходили до зоны столовой и устраивали перекусы прямо там. Вера Расуловна покачала головой, буркнула: «Как маленький!», попутно сгребая халат и извлекая МИП из контейнера. Обернувшись на троих младших сотрудников, она холодно отчеканила:

– Не трогать модуль ни при каких обстоятельствах, понятно? Даже если профессор скажет обратное.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.