Роман Апрелев
Вселенский патриарх

Инока Михаила гроза застала в поле. На Суздале – спутнике планеты Владимир – грозы обычно сухие: гром, молнии, ветер. А дождя может не быть. Михаил остановил машину, собираясь переждать ненастье. Вихри с песком затрудняли видимость, на такой дороге не мудрено свалиться в кювет. Трассы во Владимиро-Суздальской системе так и не научились строить.

В кузове блеяли испуганные овцы, которых инок вез на продажу. Чтобы отвлечься, инок включил книгу и начал перечитывать «Исход». Новый раскат – и молния попала в дерево, стоящее в 30 метрах от грузовика. Ствол загорелся, меж ветвей повалил дым. Михаил завороженно смотрел, как огонь ломает сучья и скручивает листья. Инок перекрестился несколько раз и забормотал молитву.

– Это же неопалимая купина, – выдохнул он и выскочил из кабины.

Михаил подбежал к пылающему дереву, насколько подпустил его жар, и закричал:

– Говори со мной, Господи! Дай мне откровение Твое – все исполню.

Он уткнулся лбом в горячую землю, выпрямился, осенил себя крестом, снова поклонился и так несколько раз. Но дерево лишь потрескивало и дымило, никакого голоса с неба не раздалось. Михаил вслушивался и всматривался изо всех сил, пока искра не попала ему в бороду – из густых волос пошел дымок. Инок сбил огонек.

– Это ли знак, который Ты дал мне? – вопросил он приободренный.

Мужчина просидел на коленях долго, пока на обугленном стволе не перестали плясать последние язычки. Потом в раздумьях он вернулся в автомобиль. В зеркале увидел свое закопченное лицо и начал обтираться.

Наступил 1379 год новейшей эры – Церкви по-прежнему придерживались старой хронологии от Рождества Христова, а некоторые толки упорствовали на отсчете от предполагаемого сотворения мира. Но смена технологической парадигмы настолько изменила мир, что это можно было сравнить разве что с приручением огня древним человеком. Ойкумена резко расширилась, земляне, как вирус, распространились во вселенной. Интеллектуалы давно пошутили, что человечество переживает очередное средневековье. Основания для грустных острот у них были. Технический прогресс заметно опередил развитие нравов. В особенности нравов властителей. Счетчик лет запустили заново, а цивилизация все так же сталкивалась с книжными кострами, геноцидом, репрессиями в отношении мыслящих.

В Новоколоменске, столице Владимира, президент – старый мужчина низкого роста в подчеркнуто дорогом костюме – слушал доклад о состоянии здоровья митрополита Иова.

– Улучшение врачи характеризуют как временное. Болезнь подточила его силы, о реальном выздоровлении речь не идет, все-таки возраст, – рапортовал с экрана уполномоченный по делам религий.

Президент поморщился – он не терпел упоминаний о возрасте. В телетрансляциях его образ автоматически омолаживался, но на самом деле организм износился. Медицина добилась немалых успехов, но и хвори времени даром не теряли. Возникали все новые инфекции, появлялись недуги, с которыми прежде человек не сталкивался.

– Духовенство уже готовится к избранию преемника. Есть наши претенденты, но сильны позиции сербского епископа Мирослава, у которого сильная поддержка на Земле, – продолжал уполномоченный.

Православная церковь стала открытой к внутренним трансферам. Теперь сделать карьеру можно, переходя из одного патриархата в другой. РПЦ как самая крупная организация восточного христианства была вожделенной целью для многих священников в других странах. Хотя клерикалы служат и на колонизированных планетах, все-таки наибольший вес в иерархии, хотя и неофициальный, имеют земляне.

Президент имел амбициозный план протолкнуть своего ставленника, местного, владимиро-суздальского. Властителю хотелось меньше зависеть от общей родины, иметь больше независимости. Поэтому земной митрополит ему тут не нужен был. На этот пост он желал поставить своего духовника Михаила. Благоволение правителя принесло обычному монаху большую службу. Многие министры, узнав, что исповедником Михаила является сам глава планеты, тоже захотели стать его духовными детьми. Священник, много лет прозябавший в монастыре на Суздале, вдруг оказался одним из самых осведомленных и влиятельных людей в планетарном государстве. На исповеди ему поверяли разные секреты и чаяния. Духовник мог давать советы своим подопечным, зная даже больше о политике, чем они. Ведь ему они рассказывали то, что скрывали друг от друга. Михаил никогда не нарушал тайну исповеди, но иной раз мог дать осторожный подсказ президенту, основываясь на конфиденциальных данных. Самый высокопоставленный чиновник Владимира был достаточно умен, чтобы понимать намеки и не требовать от священнослужителя большего.

Влияние Михаила выходило за рамки религиозных дел, иногда ему доверяли и мирские. Сейчас по просьбе президента он летел в Верхний Киев усмирять голодный бунт. Требования горожан были оправданны – перебои с поставками продовольствия вышли за рамки допустимого. Михаил вез видеоприказ об отставке градоначальника. Но власть не должна показать, что уступает смутьянам.