Николай Щербатюк
Слушай глазами

Предисловие

В предисловии к книге «Слушай Глазами» я приглашаю вас сделать шаг за грань привычного восприятия – туда, где реальность переплетается с тайной, а время и пространство теряют свои привычные очертания. Эта история – не просто рассказ о человеке, который видит невидимое, слышит неслышимое и переживает невозможное. Это глубокое путешествие внутрь самого себя, где каждая страница – портал в иные измерения сознания и бытия.

Перед вами – книга, которая не стремится дать готовые ответы. Она задаёт вопросы, порождает сомнения и раскрывает загадки, способные потрясти устои вашего мышления. Герой этой истории, Эльян, вместе с Лией, становится проводником по лабиринтам квантовой философии, мистики и тайных связей, которые сотканы из света и тени, смысла и безмолвия.

Читая эти страницы, вы научитесь видеть не только глазами, но и сердцем, слышать – не ушами, а душой. Вы поймёте, что настоящее понимание рождается там, где заканчивается логика, и начинается мистерия. Эта книга – приглашение слушать мир иначе, растворяться в его глубинах и находить ответы там, где кажется, что их нет.

Добро пожаловать в пространство, где слышат глазами, видят сердцем, а реальность – лишь одна из множества граней бесконечности.

Глава 1. Стеклянный шум

Письмо, написанное светом

Он нашёл письмо в самый обычный день, который ничем не отличался от других, разве что воздух был чуть прозрачнее, чем обычно. Как будто реальность на мгновение сдвинулась, и в трещине между моментами проступило нечто. Конверт лежал на подоконнике. Бумага – полупрозрачная, как тонкий лёд, и холодная на ощупь, хотя солнце билось сквозь стекло, обжигая кожу. На конверте не было ни имени, ни адреса. Только внутри – лист с непонятными узорами, словно свет, прошедший сквозь кристалл, отпечатался на бумаге.

Эльян провёл пальцами по линиям. Они не были нарисованы – они будто светились. Не ярко, неуловимо. И странное ощущение: вместо взгляда он начал слышать. Узоры звенели в голове, как тонкий стеклянный перезвон, как если бы кто-то шептал формулы бытия без слов, вибрацией.

Он не знал, откуда пришло это письмо. Почтовый ящик был пуст, соседи – как всегда глухи ко всему, кроме своих дел. Он даже проверил камеры наблюдения в подъезде, хотя знал, что не увидит ничего. И не увидел. Просто пустота. Конверт будто возник сам. Или его кто-то выложил не в этом мире.

Он положил письмо на стол и пытался не смотреть. Но оно манило. Каждый раз, когда он бросал взгляд, в сознании звенело. Чем дольше он смотрел – тем глубже уходил внутрь какого-то иного пространства. Не сна. Не галлюцинации. А чего-то другого. Там не было мыслей, но была ясность. И странное чувство, будто письмо помнит его.

Он провёл вечер в полном молчании. Даже выключил телефон. Он чувствовал, как его восприятие становится тоньше, чувствительней. Кажется, письмо настраивало его, как камертон. Подгоняло к нужной частоте. К той, на которой он мог бы понять. Или не понять – услышать.

Наутро всё изменилось. Проснувшись, он заметил, что окно дрожит – как зеркало, которое помнит, что оно когда-то было водой. Письмо всё ещё лежало на столе, но линии на нём поменялись. Они словно переписались сами. Новый узор. Новый ритм. Теперь он звучал тише, но глубже. Не в ушах – в груди.

Эльян не знал, можно ли рассказать кому-то о происходящем. Он уже пытался однажды – с другом, рациональным до костей. В ответ услышал молчание и смену темы. После этого замкнулся. Сейчас же, с этим письмом, он чувствовал, что рассказывать нельзя даже себе. Слова ломают то, что тоньше стекла.

Он подумал: если это письмо – не для разума, а для того, кто внутри разума? Может, оно обращено к той части, которую мы не ощущаем в повседневности. Той, что живёт под мыслями, как корни под землёй. Письмо будто бы стучалось именно туда.

Он попытался записать то, что чувствует, но фразы разваливались. Никакая логика не могла удержать форму этого послания. Тогда он попробовал другое – закрыл глаза и просто слушал. Без слуха. Без напряжения. Он стал, как зеркало – просто отражал. И в этом отражении что-то ожило.

Оно произнесло имя. Не его имя. Другое.

Лия.

Он вздрогнул. Это имя никогда не приходило в его голову просто так. Он слышал его однажды во сне, давно, и тогда оно звучало, как забытие и возвращение одновременно. Он не знал ни одной Лии. И всё же сейчас, услышав это снова, он понял: это не воспоминание – это зов.

Письмо снова дрожало. Как будто хотело быть прочитанным не глазами, а чем-то другим. Эльян встал, подошёл к окну. За стеклом – город, как всегда. Машины, люди, обычность. Но теперь всё это звучало иначе. Как будто каждая деталь – шептала.

Он чувствовал: письмо – не вещь. Это событие. И оно началось.

Тишина, в которой кто-то дышит

Он сидел в полной тишине. Та, что раньше казалась просто отсутствием звуков, теперь ощущалась как нечто живое. Она больше не была пустотой. Скорее – комнатой, заполненной невидимым присутствием. Как если бы кто-то стоял рядом, но не дышал воздухом, не двигал телом – а был просто фактом. Самим бытием.

Эльян не знал, как объяснить это иначе, кроме как – "тишина стала плотной". Она будто имела вес. Обнимала его, заполняла щели в пространстве. И в ней… кто-то дышал. Не звуком. Он не слышал вдохи и выдохи – но чувствовал их, как чувствуют движение воды в чаше, даже если глаза закрыты.

Он не боялся. Это удивляло его самого. Обычная логика должна была включить тревогу – кто-то незримый рядом, кто-то, чьё присутствие нельзя ни доказать, ни опровергнуть. Но он не боялся. Наоборот – было ощущение узнавания. Как будто эта тишина сопровождала его всегда, просто раньше он был глух.

Он встал и медленно прошёл по комнате. Каждый шаг давал сопротивление, будто воздух стал вязким. Он протянул руку – и ему показалось, что ладонь наткнулась на нечто тонкое, как плёнка. Не видимая, но определённо реальная. Эльян замер. Дыхание стало медленным. В груди ощущалась лёгкая вибрация, как будто сердце настроили на новый ритм.

Внезапно, комната изменилась. Не буквально – стены остались теми же, мебель тоже. Но внутреннее устройство пространства стало иным. Всё стало как бы обращено внутрь. Молча, без слов, оно стало внимать ему, как зрительный зал актёру на пустой сцене. Он был в центре внимания чего-то невидимого.

Он прошептал:

– Кто ты?

Ответа не последовало. Только пауза. Пауза с таким вкусом, что она сама была ответом. Как будто то, что присутствовало рядом, говорило: «Ты не должен спрашивать, ты должен вспомнить».

Плотность тишины нарастала. Её можно было почти взвесить. Он вдруг понял: это не просто состояние комнаты – это состояние его восприятия. Он вошёл в зону, где внимание стало орудием. Где само наблюдение меняет структуру наблюдаемого.

Эльян снова сел на пол, прямо на деревянный паркет. Не было желания включать свет. Он и так видел, но не глазами. Всё стало как будто на просвет. И тишина продолжала быть рядом. Она не уходила, не исчезала. Она двигалась – вместе с ним. Он ощутил, как в ней кто-то переместился. Медленно. Как если бы по комнате прошёл ветер, которого не чувствуют кожей, но чувствуют душой.

Он закрыл глаза.

Кто ты? Почему ты здесь? – мысленно спросил он, не шевелясь.

И снова – не ответ, а состояние. Как если бы ему дали книгу без букв, но с переживаниями. Он начал чувствовать, что это существо – или разум – не отделено от него. Оно не пришло извне. Оно всегда было с ним. Но раньше было заглушено мыслями, страхами, шумом.

Теперь шум ушёл.

И осталась только тишина, в которой кто-то дышал. Очень близко.

Он услышал внутри себя голос. Но не голос – поток. Он не звучал в голове. Он был в самом восприятии. И этот поток шептал:

Ты всегда знал. Но боялся вспомнить.

Слушай дальше. Не ищи глазами. Глаза – ловушка.

Слушай глазами. Тогда ты услышишь меня полностью.

Он распахнул глаза. Комната была та же. Но в углу, возле окна – тень. Не страшная. Не пугающая. Просто невозможная. Она не отбрасывалась от предметов. Она стояла сама по себе.

Он посмотрел на неё. И она посмотрела в ответ. Без лица. Без формы.

Но он понял: это она – Лия.

Девушка в отражении воды

Он вышел из дома внезапно, будто кто-то подтолкнул его изнутри. Ноги шли сами, разум отставал. Всё вокруг звучало по-другому – деревья, машины, даже шаги прохожих. Все эти звуки собирались в узор, неуловимо похожий на письмо. Он шёл, не думая о цели. Он знал – нужно идти. Куда – не знал. Но чувствовал, что его ведут.

Город плавился в утреннем свете. Всё казалось чуть размытым, словно мир стал отражением самого себя. Он вышел к пруду в старом парке. Вода была гладкой, как стекло, неподвижной, неестественно спокойной. И тишина снова вернулась – плотная, пульсирующая, как дыхание.

Он подошёл ближе и посмотрел в воду. Отражение – его лицо. Уставшее, сосредоточенное. А потом… ещё одно. Женское. Оно появилось рядом. Нежно, без звука. Будто всегда там было, просто он не смотрел. Лицо девушки. Она смотрела прямо на него – и улыбалась. Улыбка была тёплая, тонкая, как луч света сквозь стекло. Но в ней было что-то, от чего его дыхание сбилось.

Он резко обернулся. Никого.

Он снова посмотрел в воду. Она всё ещё была там. Лия. Её глаза были прозрачными, как янтарь, в них будто двигались волны, и в этих волнах – покой. Он не знал, как, но был уверен, что это она. Та, чьё имя прозвучало из письма. Та, чьё присутствие он чувствовал в тишине.

Но вот парадокс: её не было. Ни звука, ни тела. Только отражение. Только взгляд из глубины воды. И он понял: она не отражается от внешнего. Она отражается изнутри. Из него.

Он шепнул:

– Ты существуешь?

Улыбка стала чуть грустнее, чуть объёмнее. И в тот же миг ветер пробежал по воде, разрушая гладкость. Отражение исчезло.

Он остался на берегу, не двигаясь. Пытался вернуть этот взгляд, эту связь, но вода молчала. И внутри него – тоже. Как будто дверь захлопнулась. Но он точно знал: встреча была. Пусть даже в ней не было плоти. Она не привиделась. Она вспомнилась.

Он закрыл глаза и представил лицо, которое видел в отражении. Каждая черта была знакома, но не из этой жизни. Он ощущал её, как давно потерянную мелодию, которую услышал снова. Лия. Это имя пульсировало в нём, как свет сквозь веки. Не образ, не фантазия. А присутствие, которое знает его глубже, чем он сам.

Он вспомнил голос из тишины: «Слушай глазами».

Тогда он снова открыл глаза и посмотрел на воду. И понял: отражение может быть реальнее, чем объект. Вода не врёт. Она не изобретает. Она показывает то, что есть, если смотришь иначе.

Он встал. И пошёл обратно. Мир был прежним. Но он уже не был прежним. Внутри него остался отпечаток улыбки. Той, что не существует – но всё равно смотрит.

Глава 2. Физика невозможного

Вещи, которые видят сны

Он заметил это случайно. Стул в углу комнаты. Всегда стоял там – старый, с деревянными подлокотниками, чуть треснувший в основании. Обычный стул, из тех, что не вызывают вопросов. Но утром он выглядел иначе. Подлокотники были толще, чуть изогнуты вверх, как крылья. Ножки – длиннее, изогнуты внутрь. Эльян нахмурился. Он не мог вспомнить, чтобы в комнате стоял именно такой стул. Казалось, он изменился. Незаметно. Пока он не смотрел.

Он встал, подошёл, тронул дерево пальцами. Холодное, живое. Внезапно – лёгкий отклик. Почти ощущение, будто стул дышит. Не буквально, но структура дерева отзывалась его руке, словно запоминала прикосновение. Он отдёрнул пальцы. Отошёл на шаг. Закрыл глаза. Подождал. Потом открыл – и снова увидел тот самый, привычный стул. Всё вернулось.

Он взял блокнот. Записал:

Стул. 8:40 утра. Форма изменилась. Субъективное восприятие? Иллюзия? Проверить завтра.

На следующий день он ждал. Сел на пол, отвернулся. Минут десять смотрел в окно, слушал, как капает вода из крана. Потом повернулся обратно. И снова – изменение. Незаметное, но явное. Одна из ножек теперь имела спираль, как винтовая лестница. Он моргнул. Она исчезла. Вернулась прежняя. Он не испугался. Наоборот – ощутил странную радость. Что-то странное происходит. Он наблюдает мир, который не застывший, а жизненный. Который сам себя рисует в моменте наблюдения.

Он начал экспериментировать. Уходил из комнаты, оставлял предметы, потом возвращался и сравнивал их с зарисовками. Раз за разом – несоответствия. Маленькие, но упрямые. Линии, которых не было. Тени, которые меняют угол. Он записывал, рисовал, пробовал фиксировать детали.

«Это не я схожу с ума», – писал он в дневнике. «Это вещи… спят. И когда ты не смотришь – они видят сны».

Он всё больше ощущал, что реальность – это не твёрдая сцена, а процесс. Как дыхание, как пульс. Объекты живут своим внутренним ритмом. Не обязательно разумны. Но определённо – не мертвы. Мир как будто прислушивается к тому, кто на него смотрит. Подстраивается. Мимикрирует.

В один вечер, в полной темноте, он прошёл рукой вдоль стены – и почувствовал, как она отступила. Не физически. Но будто пустила его глубже. Как если бы внутри был ещё один уровень. Он начал догадываться: пространство не трёхмерное. Оно – настроечное. Как музыкальный инструмент, который звучит по-разному в зависимости от того, с каким вниманием ты к нему прикасаешься.

Эльян понял: его дом – не просто дом. Это интерфейс. Пространство, которое отвечает. И вещи здесь – не просто объекты. Они помнят. Каждая вещь – это как узел во сне. И если смотреть достаточно глубоко – можно попасть в их сны. Увидеть мир, каким он видит сам себя, когда никто не наблюдает.

Он снова вернулся к стулу. Долго смотрел. И вдруг… нечто изменилось прямо на его глазах. Без стыда, без маски. Подлокотник стула вытянулся, как рука, и на секунду в нём проступила форма лица. Лицо – женское. Она. Лия.

Он моргнул – и всё исчезло.

Но теперь он знал точно:

Вещи здесь не просто существуют. Они ждут. Когда ты научишься смотреть.

Закон смотрящего

Эльян заметил это впервые, когда решил не включать свет.

Он сидел в полумраке, и в какой-то момент почувствовал, будто реальность вокруг стала плотнее. Не темнее – иначе. Комната будто затаила дыхание вместе с ним. Он резко встал, протянул руку к выключателю… и вдруг передумал. Оставил тьму. И в тот же миг ощутил: что-то не случилось. Какая-то ветка событий, будто уже готовая, была отрезана. Как если бы он на развилке шагнул не налево, а вправо – и от этого целый мир перестал существовать.

Он стоял в тишине. Пульс в висках. Вокруг – ничего. Но это «ничего» было наполнено напряжением. Как театральная сцена, на которую никто не вышел, но свет уже включён. Пространство ожидало. Его решение стало действием – даже если он не сделал ничего.

Он стал проверять. Утром – завязать шнурки или нет? Пойти привычной дорогой или свернуть в подворотню? Посмотреть в глаза прохожему или пройти мимо?

Каждый раз он чувствовал: что-то рождается. Каждый выбор будто раскрывал лепесток. Он чувствовал, как мир слегка меняется оттенком, как меняется тень на стене, как в воздухе появляется еле уловимый запах – другой.

Через несколько дней он записал в дневник:

«Закон смотрящего: каждое моё наблюдение и каждый мой выбор создают не только последствия – они переписывают ткань реальности здесь и сейчас. Я не иду по пути. Я создаю путь самим фактом взгляда. Момент выбора – это акт сотворения мира».

И это не было философией. Он чувствовал это физически. Как-то утром он решил не пить чай, как обычно, а просто сидеть у окна. И в окне отразилось… нечто. Улица была та же, но дерево слева – другое. Оно всегда было клёном, а теперь стало берёзой. Он моргнул. Берёза исчезла. Клён вернулся. Но остаток – след – остался внутри. Он увидел вторую ветку. Реальность показала себя в перекрёстке.

Он стал понимать, что каждая реальность – это не фиксированная лента, а жидкая ткань, как ртуть, которая принимает форму в зависимости от взгляда. Не просто выбор, а намерение меняет направление. Он – не участник событий. Он – инициатор направлений. Как если бы каждая его мысль тянула за собой нить, которую мир подхватывает и продолжает плести.

И тогда он задал себе вопрос: а если он не выберет вовсе? Если просто остановится и будет смотреть, ничего не решая?

Он попробовал. Засел на диване. Не двигался. Ни жеста, ни мысли. Просто наблюдение. И через некоторое время ощутил: пространство начинает вибрировать. Тонко. Как если бы оно само хотело, чтобы он сделал выбор. Оно просило. Подталкивало. Ему стало страшно. Потому что он понял:

Мир не существует без смотрящего.

Не как метафора. А буквально.

Он не смотрит на мир. Он – вплетён в акт появления мира через внимание. Там, где нет его взгляда – не тьма. Там – пустота. Не-существование.

А значит, даже самый крошечный выбор – не пустяк. Это развилка. Это портал. Это начало нового сюжета, который родится и станет плотным только потому, что он решился увидеть его.

И когда он снова увидел отражение Лии – не в воде, а в стекле шкафа – она смотрела на него, как будто знала:

Ты больше не смотришь. Ты создаёшь.

Лия в чернильном дожде

Дождь был слишком чёрным, чтобы быть настоящим.

Он капал с неба, как будто не из воды, а из чернил. Каждая капля оставляла на земле кляксу, словно страницы книги, в которую кто-то роняет перо, полное смысла. Эльян стоял босиком посреди улицы, но не чувствовал холода. Он понимал: это сон. Но всё было слишком точным, слишком острым, чтобы быть просто сном.

И главное – она была там.

Лия.

Она шла к нему сквозь чернильный дождь, словно сквозь стекло. Каждое её движение будто задерживалось на долю секунды, как старая пленка, а волосы – белые, почти прозрачные – не намокали. Её глаза были полны печали, будто она уже знала, что скажет. Она подошла совсем близко, не касаясь, но он чувствовал её дыхание.

– Ты начал выбирать, Эльян.

Её голос был шёпотом, но он ударил внутри, как гром.

– А я – не могу быть там, где выбор. Я живу в промежутках. В паузе между “да” и “нет”.

Он хотел что-то сказать, объяснить, что делает это ради неё, ради их сближения, что каждое его решение ведёт к ней. Но она покачала головой.

– Ты не понимаешь. Там, где ты выбираешь путь – ты отсекаешь остальные. А я – тень между ними. Я существую только пока ты смотришь, но не решаешь. Только пока ты не знаешь.

И тогда он увидел: каждый его выбор – это лезвие. Оно режет пространство. Оно превращает бесконечность в одну линию.

А Лия – не линия. Она вся ткань. Она голос тумана, след дождя на стекле, дыхание сна.

– Не выбирай, Эльян. Позволь миру быть хрупким, не слепи его. Только тогда я останусь.

Она приблизилась. Касание её пальцев было теплее, чем всё, что он знал. Она вложила ему в ладонь нечто невидимое – и исчезла.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.