Михаил Е.
Скользкая дорога

Глава 1

Теплые капли заканчивающегося дождя лениво барабанили по крышам припаркованных машин, оставляли круги в маленьких редких лужах у обочины. Виктор втянул голову в плечи, подняв воротник куртки – он ненавидел, когда вода затекала за шиворот, медленно сползая по шее к спине.

Он перебежал улицу, на ходу оглянувшись, чтобы не попасть под машину, и из-за этого чуть не налетел на припаркованный грузовик. Торопливым шагом Виктор пересек небольшую площадь, на которой некоторые прохожие уже убирали зонты. Сокращая путь, он прошел через двор одного из домов и свернул в переулок. Здесь было сухо. Дома были высокие и крыши наверху не давали каплям долететь вниз. Виктор ускорил шаг, чтобы пройти это место побыстрее – здесь стоял соленый тухлый запах от рыбного магазина, служебный выход которого как раз располагался в переулке. Но запах был не единственной причиной, отталкивающей Виктора. Это место было популярно у хулиганов, так как почти никто не проходил этой дорогой. Но Виктора гнал от этого места не страх, а отвращение от воспоминаний. Если бы не спешка, он не пошел бы по этому пути.

Облака, сменявшие тучи, по немного начинали окрашиваться оранжевым. Наступал вечер летнего дня. По обыкновению все готовились покончить с работой, а кто-то уже направлялся домой. Но в одном офисе мужчина нервно стучал ногой по полу. Ему пришлось отвечать на звонок всего за пять минут до конца смены. В сумку уже были наспех сложены вещи, а мысли работника были уже далеко от данного места, за день накопившего неприятный запах пота, остатков обеда и прочих ароматов, которые само собой возникают в закрытом помещении без окон.

Виктор, забежав домой, тут же позвонил в контору и вот уже почти десять минут разговаривал с их сотрудником. Он медленными шагами перемещался по тесной кухне в своей маленькой квартире. Несколько раз наливал себе воды, выпивал лишь половину, а оставшуюся воду выливал, чтобы через минуту налить еще раз. Устраиваться на новую работу всегда непросто. Но в разы сложнее, если ты только окончил школу. Какой работодатель возьмет к себе человека без опыта, без знаний. В некоторых случаях эти факторы можно опустить при личной встрече, ведь в беседе «один на один» в твою пользу может сыграть твоя внешность и манера держаться в разговоре.

На это и надеялся Виктор, договариваясь о встрече с представителем частной организации, занимавшейся строительством. Спортивное телосложение и острый ум, который многие взрослые ставили в пример своим детям. Это давало вчерашнему школьнику смелость полагать, что он сможет разговорить работодателя и устроиться на подработку.

Виктор хоть и случайно, но очень удачно позвонил в последний момент. Сейчас он думал, что работник захочет поскорее пойти домой, нежели говорить по телефону. Работник замялся, не зная что делать, и собирался уже перенести разговор на другой день, но Виктор буркнул что-то про срочность и важность и работнику пришлось сдаться.

– Ну хорошо, – выдавил из себя высоким голосом работник. – Тогда завтра в 8:00 приходи в офис. Адрес ты знаешь. Не опаздывай!

– Конечно, спасибо.

Звонок завершился. Виктор вернулся в комнату, взял с кресла оставленную утром старую книгу. Её страницы уже ни на чем не держались и от неосторожного движения грозили разлететься по полу. Молодой человек аккуратно поставил книгу на пыльную полку, на свое место между новым фантастическим романом и кулинарным справочником.

Виктор плюхнулся на кресло и закрыл глаза, чувствуя, как напряжение постепенно покидает его тело. Он начал падать через кресло куда-то вниз, дернулся и проснулся под шум от дверного звонка. От такого пробуждения ему сдавило виски. За окном небо посинело. Подходя к двери, Виктор глубоко вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. Он совсем забыл про сегодняшний вечер. Дверь открылась.

– Виктор! Здравствуй, дорогой! Последние вещи перевезены, прямо сейчас едем в новую квартиру. Так что собирайся, сейчас уже поедем, будем отмечать, – Виктор включил в прихожей свет и пропустил мужчину в квартиру. – Что-то ты какой-то бледный. Случилось что? – сказал сосед, внимательно смотря из-под очков строгим взглядом.

«Черт! Не получилось. Сейчас опять начнется», – подумал про себя Виктор.

– Не берите в голову, Томас. Чувствую себя как обычно. Ну может немного устал, день трудный. – проговорил Виктор, сдвинув брови и растягивая слова. – Я провожу вас, а затем вернусь к себе. Надеюсь, вы не обидитесь.

– Конечно не обижусь. Я просто не приму твой отказ.

Томас улыбался, но в его глазах читалось железное «никаких но».

– Я серьезно, Томас, не хочу сегодня быть в шумной компании.

– Тебе нужна хоть какая-нибудь компания сегодня! Выглядишь так будто тебя приговорили к заключению. И камерой для тебя служит эта квартира, и ты соглашаешься добровольно на медленную казнь. Мы перебираемся на новое место, а значит следить за тобой будет некому. Я хотел сегодня поговорить с тобой, и я поговорю.

Виктор глубоко вздохнул, принимая бесполезность спора.

Томас нахмурился. Сделав два больших шага, он подошёл к окну и открыл его. В комнату ворвался влажный ветер, пахнущий мокрыми листьями.

– Хоть иногда обращай внимание, – сказал Томас, указывая на окно. Он, видимо, имел ввиду постоянную духоту в квартире Виктора. – Не хочешь шумной компании? Ну хорошо, пойдем отметим вдвоем, – продолжал Томас.

– А как же Анна?

– Сначала разберусь с тобой, потом поеду к остальным.

Сорокалетний мужчина с густыми темными волосами, но с сединой на висках, работал в крупной компании на высокой должности. Он мог позволить себе квартиру в доме получше и в более престижном районе. Но его уютная квартира, в которой он жил с женой, вполне удовлетворяла все их потребности до недавнего времени.

– Сейчас, когда новая квартира готова и все вещи перевезены, очень трудно расстаться с этой «квартиркой». Ничего страшного, Виктор, если ты не можешь понять сейчас мою мысль…Но с годами поймешь. Точно так же привяжешься к чему-нибудь, что потом не захочешь оставлять.

Неожиданно было для Виктора наблюдать за такой сентиментальной стороной своего соседа. Возможно, он бы даже по-настоящему удивился, если бы не был таким уставшим.

В дверь постучали.

– Держи! – Томас снял с вешалки легкую куртку и отдал ее Виктору.

– Да мне и так нормально будет.

– Дождь прошел. Сейчас похолодает, не спорь! Мы, возможно, с тобой надолго.

Виктор, немного нахмурившись, стал надевать кроссовки. На нем была футболка и джинсы: достаточный по мнению Виктора набор для выхода на улицу. Но он решил не спорить. Томас открыл дверь.

– Витя! Привет! – сказала женщина, с накинутым на плечи темно-зеленым плащом.

– Здравствуйте, Анна. Скажу вам это ещё раз, хоть вы уже и слышали, но я искренне рад за вас!

С появлением женщины причина переезда на новое место становилась понятной. Ни Томас, ни Анна не имели детей, что всех, в том числе и их самих, удивляло. В таком возрасте уже полагалось быть родителями. Поэтому, когда соседи Виктора уже смирились с фактом, что не быть им папой и мамой, новость о том, что у них будет ребенок, стала самой счастливой в их жизни.

– Спасибо! Все наши знакомые тоже за нас рады, особенно мои родственники. Моя сестра почти каждый день звонит мне, интересуется, дает советы. У нее двое детей. Помню, как я с ними нянчилась раньше и чувствую, что с моим собственным ребенком справлюсь, хотя все равно волнуюсь! У Томаса, конечно, нет племянников, но есть младший брат…

– Я уверен, что вы будете замечательными родителями, Анна. Надеюсь, на новом месте вам удастся создать тот же уют, чтобы растить малыша.

– Да, дом просторный и место удачное. Рядом парк и детский сад. Правда, Томасу до работы далеко, но что поделать. Пришлось поискать подходящую по размерам квартирку, ведь мои родители сказали, что переедут на время к нам, будут помогать со всеми хлопотами.

Тут она остановилась и посмотрела на Виктора, слегка нахмурившись. Видимо, от её взгляда тоже не скрылось состояние парня.

– Виктор, похоже тебе надо срочно развеяться! – неожиданно заявила она. – Твое счастье, что в нашей с Томасом компании это получится лучше всего. Ну, вперед!

Анна, хихикнув, повернулась к мужчинам спиной, не дав возможности рассказать, что Виктор с ними не поедет. Виктор вернулся в квартиру за кошельком. На секунду он задумался о том, а не закрыть ли ему дверь и остаться дома, несмотря на попытки его друзей помочь ему.

Лифт не работал уже неделю, что доставляло неудобство Виктору, который не терпел никаких нарушений в своей упорядоченной жизни. Но Анну, судя по всему, в её положении нисколько не смущала перспектива каждый раз спускаться и подниматься на четвертый этаж.

Женщина говорила всё время, пока они спускались по лестнице. Виктор пропускал мимо ушей её болтовню. Он решил обратиться к Томасу.

– Полагаю, сейчас вашу радость не может омрачить ничто… кроме того, что вам придется жить с тещей под одной крышей, – шепотом сказал Виктор, глядя на своего соседа.

Тот, улыбаясь, легонько ткнул его локтем в бок.

– Это хоть и скверно, но не смертельно.

– И тем не менее, Томас, развеяться похоже необходимо вам. Иначе зачем вам оставлять жену и выгуливать меня.

– Очень проницательно. Объясню позже.

Выходя из душного дома на свежий воздух, Виктор почувствовал прилив сил, сознание немного прояснилось. Нехотя он признавал правоту Томаса.

Последний дневной свет осветил сотни бликов: на траве, на дороге и на припаркованных машинах остался след от прошедшего дождя.

Виктор обернулся на дом, в котором жил уже несколько месяцев, с того момента как ему исполнилось восемнадцать. Дом был не плох и не хорош, не новый, но и не слишком уж древний. Обычный восьмиэтажный дом ничем особенным не выделялся, но небольшой ремонт ему бы не помешал. У соседних домов в течение года ремонтировали фасад, обустраивали лужайки у входа, чинили или полностью меняли скамейки. Дом же, в котором жил Виктор этим не мог похвастаться. А все дело было в старшей по дому, в женщине преклонных лет, которая либо из вредности, либо из лени не собиралась по примеру соседей заняться этим делом. Жильцы поначалу пытались достучаться до старушки, и даже в один день организовали собрание дома, на которое она пришла и просто, чтобы её этим больше не беспокоили сказала что-то вроде: «Ремонт дому не требуется, а то, что вы хотите, ни более чем ненужный макияж». Никто из жителей дома, надо заметить, не решался взять на себя ее обязательства, а потому вопрос о ремонте больше не поднимался.

Из окна второго этажа доносились звуки телевизора и мужская ругань. Эта квартира была самой проблемной во всем доме, мужчина, который там жил, делал ставки и вне зависимости от результата шум и беспокойство соседей были обеспечены. Это было бы серьёзной проблемой, которую жильцам дома нужно было решить, если бы это происходило каждую неделю, но этот сосед появлялся раз в пару месяцев. Никто не знал где он работает и совсем немногие знали, как он вообще выглядит. Шумные дни этой улицы в основном были связаны именно с ним, но так как они были редкими остальные соседи не решались на это обращать особого внимание, и также, как в случае с ремонтом дома, махнули на это дело рукой.

Виктор шел сзади, наблюдая как Томас что-то объясняет жене. Она кивнула и обернулась позвать Виктора. Анна поправила прядь светлых волос, которую тут же сдул ветер, и вздохнула. Её голос звучал мягко, но в уголках губ пряталась усталость.

– Томас в последнее время совсем забыл, что такое отдых, – сказала она, глядя в спину мужу, который махал рукой проезжающим такси. – То квартира, то работа, то моё здоровье… Знаешь, он даже уговорил меня уволиться! Говорит, что я слишком устаю. А сам? Сам-то когда спал в последний раз?

– Он просто не умеет иначе, – Виктор осторожно улыбнулся. – Помните, вы рассказывали как однажды он три ночи подряд дежурил у вас в больнице? Для него забота – это воздух. Без неё он задохнётся. Так что…не сердитесь.

– Нет-нет! Что ты, Виктор! Я вовсе не сержусь, совсем наоборот. Я очень ему благодарна. Но просто…он себя загоняет. Не может один человек все контролировать. Поговори с ним, я знаю он тебя послушает.

– Хорошо. Похоже сегодня мне придется примерить на себя роль весельчака, да? – сказал Виктор, смотря на Анну с улыбкой.

– Спасибо тебе, дорогой. Я бы хотела прогуляться с вами, но раз Томас говорит, что вам нужно поговорить вдвоем, то спорить не буду. В конце концов иногда супругам нужно отдыхать друг от друга. Ты согласен?

Виктор замолчал, глядя куда-то за спину Анны. Плечи его чуть ссутулились.

– Я не лучший консультант в этом вопросе. Девушки у меня нет. Родителей тоже не было, так что я не знаю как должны вести себя люди в таких отношениях.

К тому времени уже подъехало такси. Томас посадил в него свою жену. Назвав таксисту адрес и, заплатив вперед, он попрощался с Анной. Проводив взглядом машину до угла улицы, он повернулся в противоположную сторону и пошел.

Виктор взглянул на часы, которые показывали десять часов вечера, и пошел вслед за своим соседом.

Они шли молча по почти безлюдным улочкам, мимо магазинов и кафе, большинство из которых уже закрывались, и только уборщики были сейчас единственными посетителями. Виктор шел сзади, не отводя взгляда от спины Томаса, он не торопил его, давал собраться с мыслями, хотя такое поведение человека, которого он знал достаточно долго, вызывало опасение.

На их пути встретился старый кинотеатр, которому пора было уже давно кануть в лету, но он стоял. Стоял в тени выделявшихся современных домов, освещаемых тонким светом уходящего дня. Томас лишь на мгновение задержал на нем свой взгляд, продолжая идти.

Проходя мимо парка, который расположился за зданием кинотеатра, Виктор почувствовал сильный приятный сладкий аромат цветущей сирени. Влажность в воздухе, вызванная прошедшим дождем, лишь усиливала запах.

Они подходили к пешеходному переходу, когда на светофоре горел красный свет, и, хотя машин поблизости не было, Томас все же остановился. У Виктора была всего секунда, чтобы решить – остановиться рядом или остаться позади. Когда он поравнялся с Томасом, то взглянул на него и увидел слабую грустную улыбку на спокойном лице. Виктор решил первым нарушить молчание, которое уже достаточно затянулось.

– Томас, я уже начинаю серьезно за вас переживать. С момента как мы проводили вашу жену вы всё молчите. Скажите, что происходит?! – последнюю фразу Виктор сказал явно громче, чем собирался.

– Подожди. Ещё немного.

– Я не понимаю…

Но цвет светофора уже сменился на зеленый и Томас тут же пошел дальше. Виктор помедлил пару секунд, потрясенный последней фразой своего, уже бывшего соседа, а потому немного от него отстал. Мужчина был почти наголову выше молодого парня, поэтому Виктору приходилось прикладывать дополнительные силы, чтобы не отставать. Он собирался догнать своего друга, чтобы тот наконец объяснился. Но Томас шел прямо и быстро, даже не обходя лужи. Расстояние между ними увеличилось почти на десять метров, и Виктор собирался было уже перейти на бег, но тут его спутник вдруг остановился возле здания, на которое Виктор поначалу не обратил внимания. Он снова встал рядом со своим другом.

Это была школа, которую Виктор закончил совсем недавно.

– Зачем мы остановились около моей школы? – сказал Виктор, обращаясь к Томасу, который что-то искал во внутреннем кармане своего пиджака.

– Я тоже здесь учился, мой друг, – сказал Томас, доставая пачку сигарет. – Будешь?

– Спасибо, – сказал Виктор и взял одну сигарету. – Раньше вы не рассказывали об этом.

Томас достал из кармана зажигалку и подкурил свою сигарету, затем передал зажигалку Виктору. Это было явно не фабричное изделие, а сделанное на заказ. Главным узором на зажигалке была змея, которая, свернувшись в кольцо, кусала себя за хвост. На месте глаза был расположен зеленый камушек, а вся чешуя отливала серебром. Зная, что Томас был состоятельным человеком, Виктор предположил, что и изумруд, и серебро настоящие.

– Нравится? – спросил Томас, когда Виктор уже закурил. – Досталась от отца, когда я вернулся из армии. Он оставил мне её с запиской, в которой говорил: «Это первый и последний мой тебе подарок. Я никогда тебе ничего до этого не дарил, потому что после моей смерти ты получишь от меня всё, что я успел нажить. Но эта зажигалка – наша семейная реликвия, а потому важнее всего остального». Это всё, что он написал. Отец умер, пока я был в армии. Мне достался дом, небольшой магазинчик, в котором отец торговал ювелирными изделиями и его долги, из-за которых магазин пришлось почти сразу же продать. Мать прожила всего на полгода дольше. Тогда я продал дом, чтобы расплатиться с оставшимися долгами и купил квартирку, в которой жил со своим младшим братом. – Томас смотрел как тлеет сигарета, как дым, освещаемый бледным светом уличного фонаря, изгибаясь, поднимается вверх. – Знаешь, он уже в детстве был взрослым, всё понимал. Он понимал какая тяжесть свалилась на мои плечи, и какой груз ответственности лег на него самого. Он видел, что я прихожу с работы уже ночью, все домашние дела были на нем. Ты мне его напоминаешь: такой же взрослый и самостоятельный.

Тут Томас оторвал свой взгляд от ботинок и посмотрел перед собой.

– А почему мы остановились у школы? Ностальгия? – спросил Виктор, который уже докурил сигарету.

– Видишь на третьем этаже второе окно справа?

– Кабинет химии.

– Тогда это был кабинет истории. Анна сидела у окна и всегда роняла ручки, чтобы я наклонялся их поднять. – Он хрипло рассмеялся. – А потом, когда родители умерли…Все наши «друзья семьи» куда-то испарились. Очень заняты наверное. До сих пор. Но тогда была Анна и ее родители. Приносили нам с братом еду, пока мы… пока мы просто сидели и не понимали, как жить дальше.

Томас тоже докурил сигарету и выкинул ее.

– Прости, если заставил тебя волноваться, просто я хотел попрощаться с воспоминаниями своей молодости, которые связаны с этим местом. Кинотеатр, в который мы ходили на наше первое свидание с Анной, парк, где я предложил ей встречаться и где мы всегда гуляли. Здесь я встретил любовь и пережил серьёзную утрату. Именно здесь я вырос, и я имею ввиду не только возраст, понимаешь?

Виктор молчал. Что он мог знать о прощании с домом. Его «дом» всегда умещался в рюкзаке.

– Но зачем прощаться? Эти места никуда не делись, вы всё также можете прогуляться по этому парку со своей женой.

– Понимаешь, мой друг, места остаются, но обстоятельства меняются. Чувства, которые я здесь испытал когда-то, уже кажутся чувствами другого человека. Уезжая отсюда, я навсегда теряю связь с этим местом, который многие годы был мне домом.

– Но впереди новый дом и новые связи. – сказал Виктор, стараясь разбавить эту меланхоличную обстановку.

Тут наконец Томас улыбнулся привычной доброй улыбкой.

– И вот тут ты прав, философ! Абсолютно прав. Именно за это и надо выпить. Иди за мной, я знаю тут хороший бар, который мы должны сегодня ночью посетить!

Очень резко Томас снова стал собой, такая перемена ошарашила Виктора, хотя теперь, когда его друг был в своем обычном веселом настроении, это не могло не радовать. Томас теперь шел рядом с Виктором, не прерываясь ни на секунду, всё рассказывал о новом доме. Так они прошли до конца широкой улицы, на которой стояла школа, свернули на чистую, но узкую дорожку между двумя домами. Снова вышли на широкую улицу, на которой Томас, разговорившись, не заметил, что переходит на красный свет и чуть не выскочил на дорогу. Виктор вовремя схватил его за локоть.

У входа в бар стояла небольшая группа людей. Они о чем-то громко спорили и спор мог в любую секунду перерасти в драку, в следствие какого-нибудь случайного пустяка. Проблемой было то, что они загораживали вход в бар и пройти туда можно было только потревожив их. Виктор замедлил шаг, Томас ничего не замечая продолжал идти.

– Нет я тебе говорю! – процедил сквозь зубы краснолицый мужчина лет тридцати в коричневой кожаной куртке, которой, судя по виду, было лет больше, чем ее владельцу. – Это твоя собака! Я не собираюсь платить за лечение какой-то шавки, чей хозяин не может за ней уследить!

– Это ты, пьянь, не смотришь по сторонам, когда едешь на своем корыте. Если у тебя есть деньги на выпивку, значит и на лечение моей собаки найдешь!

Хозяин больной собаки был одет в довольно приличный пиджак и красивый серый плащ, пола которого была забрызгана грязью. Мужчина с короткими светлыми волосами и небольшим, но заметным шрамом на подбородке держался очень уверенно в компании сильно пьяных агрессивно настроенных людей. Было видно, что он один из тех людей, которые принципиально не будут выполнять за других их обязанности, а потому Виктор был уверен, что этот мужчина намерен до вести дело до конца и получить с краснолицего пьяницы деньги. Даже если придется простоять до утра, дожидаясь полиции. Даже если дело дойдет до драки.

К счастью, толпа была так увлечена руганью и приближающейся перепалкой, что Виктор и Томас незаметно, как будто они были неосязаемы, прошли сквозь людей и зашли в бар.

– Страшное это дело – пьяные люди. Да? – сказал Томас, снимая свою куртку. – Мой отец вообще не пил, но пьющих не призирал. А я вот пью.

Они прошли через небольшой зал и уселись за столик рядом с барной стойкой. В помещении было полно различного народу. Сразу за двумя столами сидела компания молодых людей, которая была самой громкой. У самого входа расположились три мужчины, по виду обычных рабочих, которые зашли после рабочего дня выпить, чтобы расслабиться, но слишком засиделись. Один из них уже поддерживал голову двумя руками и широко раскрыл глаза, по-видимому, борясь со сном. Сам он уйти уже не мог, а потому ждал своих более трезвых друзей.

Недалеко от столика Виктора и Томаса, прямо под одной из люстр, освещавших зал, сидела пара девушек. Одна из них накинула на плечи кремового цвета куртку, ее темные волосы были забраны в пучок. Ее подруга, шатенка с короткой стрижкой, сидела к Виктору спиной.

– Что будете пить? – сказал седой мужчина, подошедший к столику.

– Мне пожалуйста коньяк. Давайте, наверное, французский. – ответил Томас официанту.

– Сколько хотите?

– Давайте сразу бутылку, – сказал Томас и увидел, как старый официант на секунду удивлено расширил глаза. – И поесть чего-нибудь. Мясного.

Официант кивнул, а затем повернулся, смотря на Виктора.

– Мне тоже мяса и вина. Красного.

– Нет-нет-нет, Виктор. Это не серьезно. Принесите ему виски. Ирландского…Тоже бутылку. – добавил Томас, не давая задать вопрос официанту.

– Томас, это вы можете пить и не пьянеть. Я так не умею, не забывайте. – сказал Виктор, когда официант удалился от них. – У меня завтра с утра ещё дела.

– Дружище, тебя никто не заставляет пить сразу всё. Если что останется, так заберешь домой. Здесь так можно.

Дожидаясь, пока им принесут их заказ, Виктор посмотрел в окно. С этого места было хорошо видно вход в здание, у которого компания уже поредела. Видимо люди, которым уже стали неинтересны однообразные обвинения двух мужчин, разошлись по своим делам. Пьяного краснолицего видно не было, но второй участник спора оставался на месте и смотрел то по сторонам, то на свои часы.

Подошел официант и поставил на стол две бутылки и два бокала. Томас налил себе половину, Виктор чуть меньше.

– Молодые люди, когда становятся совершеннолетними, очень неосторожно знакомятся с миром алкоголя. Но ты другое дело. У тебя же немного опыта в этом деле, я прав?

– Правы.

– Вот я и говорю. Ты не имеешь опыта, но зато имеешь ум, который тебя бережет, – сказал Томас и поднял свой бокал. – Давай выпьем за тебя, мой друг! За твой выпуск из школы!

Томас аккуратно ударил своим бокалом о бокал Виктора, стараясь не пролить содержимое. Виктор сделал глоток и почувствовал, как алкоголь снимает усталость, накопленную за день. Такого эффекта он не ожидал, но зрение на секунду помутнело и веки начали тяжелеть. Похоже отсутствие опыта, о котором говорил Томас, всё же сыграла свою роль. Виктор решил оставшееся время пить понемногу.

– Объясни мне одну вещь, парень. – сказал Томас, осушивший половину изначально налитого. – Ты же окончил школу с отличием. Так?

– Так.

– И можешь выбрать хороший университет, где готовят хороших специалистов, и потом всю жизнь работать на достойной работе и получать хорошие деньги. Так?

– Ну да.

– Почему ты тогда решил стать военным? В чем причина? Я не понимаю. Ты мог выучиться на юриста и работать в моей конторе.

– Понимаете, Томас, всё пошло с детства. Как вы знаете, я рос в детском доме…

– Знаю, и? – перебил Томас.

– Ну и развлечений там не так чтобы много было. Я читал книги. А на интересные фантастические романы спрос был большой, и завладеть ими мне удавалось не всегда. Поэтому я в основном читал историческую литературу или военные рассказы про шпионов и разведчиков. И…ну так вот и получилось.

Немного наклонившись вперед, Томас уперся локтями в стол и внимательно слушал.

Глава 2

В детский дом Виктор попал еще младенцем. Его нашли двое мальчишек-сирот, когда возвращались «домой» из школы, и задержались до ночи, гуляя по городу. Ребенок лежал на автобусной остановке, завернутый в коричневую куртку, мокрую от осеннего дождя. Бледное лицо младенца было неподвижно, он не издавал ни звука. Мальчики, пораженные представшей перед ними картины, медлили, они не знали, как поступить. Им уже приходилось видеть детей, прикованных какой-нибудь болезнью к постели, но к виду бездыханного тела были явно не готовы. Детская любознательность в конце концов переборола страх, и один из ребят всё-таки решился подойти. Он медленно наклонился и осторожно ткнул в щеку бледное личико. Из-за страха парень не мог понять, почудилось ли ему какое-то движение бровей у младенца, или ему не показалось, и ребенок был ещё жив.

Он закрутил головой по сторонам в поисках взрослого, который мог помочь. И нашел. К ним быстрым шагом, держа в одной руке зонтик, а другой придерживая воротник пальто, шел тощий, невысокий мужчина. Мальчики подбежали, начали наперебой говорить, просить помочь. Они объяснили, что недалеко находится их детский дом, и что ребенка нужно отнести туда.

Свет от уличных фонарей проходил сквозь капельки, оставленные дождем на окне, и оставлял на стене комнаты маленькие точки. Женщина сидела в кресле, на коленях у нее лежало теплое, но порванное в некоторых местах одеяло. Голова ее все сильнее склонялась к плечу и было непонятно, что упадет раньше – она или книга, которую женщина держала в руке, положив указательный палец между страницами. Ото сна ее оторвал звук входной двери и голоса вошедших.

Ещё не до конца проснувшись она вышла в коридор, тускло освещенный единственной лампой, стоявшей на комоде, на одной из дверец которого не было ручки.

–Вы почему так поздно?! Я почему вас ждать должна! – сонливость женщины мгновенно испарилась. Тут она обратило внимание на мужчину, стоявшего позади ребят. – А это ещё кто с вами такой? Стоит, порог заливает…

– Тут…вот что, – сказал мужчина и показал укутанного младенца, которого держал на руках.

– Кто, – поправил его один из мальчишек.

Тут женщина надела очки, до этого висевшие на шее, соединенные цепочкой. Она была еще не стара, просто от работы с документами и чтения книг по ночам (единственным свободным временем для этого дела) зрение ее ухудшилось. Она посмотрела на ребенка. Затем подняла глаза на мужчину, смотря исподлобья.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.