Павел Гнесюк
Вечный вздох

Мне памятно другое время!

В заветных иногда мечтах

Держу я счастливое стремя…

И ножку чувствую в руках;

Опять кипит воображенье,

Опять ее прикосновенье

Зажгло в увядшем сердце кровь,

Опять тоска, опять любовь!..

Александр Пушкин

Время – самое хрупкое из созданий.

Кто осмелится взять его в свои руки,

тот навсегда изменит судьбу мира.

Предисловие

Тайна, дремавшая в сердце индийских джунглей веками, наконец приоткрылась группе русских ученых. Они вышли на поляну, купающуюся в призрачном, ядовито-изумрудном сиянии, исходившем ниоткуда. В центре этого неземного света зияла бездна – колодец потеряных душ. То, что они увидели, не было творением человеческих рук – древнее сооружение представляло собой перевернутую пирамиду, ввинченную в самое нутро земли гигантским исполином. Древние, потрескавшиеся камни, отягощенные вековым мхом, образовывали неровные уступы, уводящие вниз, в непроглядную тьму, обещавшую забвение. Воздух стал густым и тягучим, словно сироп и от этого дышать было трудно.

– Ты чувствуешь? – Прошептала Ирина, и в ее голосе звенел безотчетный ужас. Ее взгляд был прикован к воде.

Дмитрий лишь кивнул, давящая тяжесть сжимала его сердце уже несколько минут. Это было физическое присутствие чего-то древнего и недоброго.

– Боже правый! – Вырвалось у Аллы. Ее светлые волосы пылали неестественным факелом в этом гиблом месте.

Вода в колодце была черной, как деготь, и мертвенно-неподвижной, словно отполированная гробовая плита. Ступени, уходящие под черное зеркало, были испещрены длинными, глубокими бороздами – будто по камню скребли когти неведомого чудовища, пытаясь вырваться на свободу.

Их попытка обустроить лагерь казалась жалкой пародией на нормальность. Когда Владимир вбивал колья для страховки, металлический лязг прокатился по джунглям леденящей душу волной. На мгновение воцарилась гробовая тишина – даже джунгли затаили дыхание.

Погружение стало ритуалом вступления в иной, враждебный мир. Холод просочился сквозь неопрен, касаясь кожи ледяными поцелуями. Ступени были скользкими, словно намазанными жиром. Вода сомкнулась над их головами, поглотив последний отсвет реального мира. Фонари, как жалкие свечи, выхватывали из мрака кошмарные видения. Стены покрывали фрески невероятной сохранности: шакалоголовые сущности гнали в пропасть цепи измученных людей. И эти нарисованные глаза… двигались. Поворачивались, следя за нарушителями их покоя.

На пятнадцати метрах тьма шевельнулась. Полупрозрачная, фантомная хватка потянулась к ноге Дмитрия из трещины в камне.

– Здесь что-то есть!? – Его голос в наушниках был чужим, приглушенным водной толщей.

Ирина направила луч вниз – и их сердца застыли. Десятки бледных, студенистых щупалец пульсировали в трещинах, слепые, но чувствующие добычу. Одно из них метнулось к ее лицу. Вспышка ножа, и существо рассыпалось в песчаный вихрь, закрутивший воду.

Кошмар нарастал, на глубине они нашли проход в затопленную шахту. Пока Дмитрий разбирал завал, ледяная петля из плоти и слизи с стальной силой сжала его голень. Из всех щелей выползали новые щупальца, их кончики раздувались, обнажая микроскопические зубы.

– Назад! Немедленно! – Крикнула Тарасова, но страховочные тросы натянулись в струну.

– Что-то тянет веревки! – Искаженный голос Владимира с поверхности оборвался пронзительным визгом.

Дмитрия потащило вниз с нечеловеческой силой. Его фонарь выхватил дно – оно было усыпано пульсирующими белесыми шарами.

– Яйца! – Прошептал он в леденящем ужасе. – Они защищают гнездо.

Одно из яиц треснуло, и на свет выползло нечто с слишком большим количеством суставов. Вода над ними вдруг закипела пузырями, которые сложились в гигантское, ухмыляющееся лицо. Древний дух этого места наслаждался их отчаянием.

– Они играют с нами, – с пронзительной ясностью осознал Дмитрий. – Как кот с мышью.

Его нож выскользнул и медленно потонул. Последнее, что он увидел, прежде чем слизь и тьма поглотили его шлем, – как Ирину рывком удернуло в разверзшуюся в стене черную трещину.

На поверхности случилась тишина, более страшная, чем любой крик. Тросы натянулись, а затем безжизненно обвисли. Стальные карабины были разогнуты, будто их раскрыла рука великана.

– Нет! – Закричала Алла, бросаясь к краю, но Владимир оттащил ее.

– Смотри! – Его лицо было пепельным.

Зеркальная поверхность колодца отражала уже не небо, а саму бездну. Темные силуэты с щупальцами вместо рук медленно кружились в глубине. Один из них поднял нечто, напоминающее конечность, и провел по внутренней стороне водного зеркала. По поверхности поползли идеальные круги – прощальный знак, печать их обреченности.

– Мы не вняли предупреждению… – Глухо проговорил Владимир, отказываясь верить в гибель друзей. – Бухты… они реальны. Что же мы пробудили?

Где-то в джунглях за их спинами закричала птица – слишком громко, слишком долго, и звук этот был точь-в-точь похож на чей-то торжествующий, кощунственный хохот. Бежать было некуда. Проклятие уже настигло их, и джунгли, хранившие эту тайну, теперь станут вечным склепом.

Глава 1. Зов истории

Пансионат "Агапово" стал местом проведения масштабной международной конференции, организованной фондом культурного наследия под руководством Владимира Сергеевича Тихонина. Конференция собрала как ведущих российских учёных, так и зарубежных специалистов, проявлявших особый интерес к истории России и её связям с другими культурами.

Мероприятие началось с торжественной церемонии открытия, где Владимир Сергеевич приветствовал участников. Он был высоким мужчиной за семьдесят с седыми волосами и проницательным взглядом карих глаз. Его элегантный костюм и уверенные движения выдавали человека, который привык к ответственности и лидерству. В своей речи он подчеркнул важность изучения исторического наследия для понимания современного мира.

Кроме научных докладов, программа конференции включала экскурсии по историческим местам Подмосковья, а вечерами гостей развлекали известные артисты, исполнявшие классическую музыку и традиционные песни. Это создавало особую атмосферу погружения в историю и культуру.

Дмитрий Родинов какое-то время назад оставил службу в армейском спецназе и увлёкся исторической наукой. Сейчас в возрасте сорока с небольшим он выглядел моложе своих лет, приехал в пансионат на своём автомобиле и за время движения на свободном шоссе наслаждался открывающимися видами на деревенские пейзажи.

Родинов вспомнил друга Владимира Сергеевича Тихонина и двух деятелей культуры, с кем он приехал из столицы на утиную охоту на озеро. Тогда в незапамятные времена, сам уже не помнил, как оказался в компании друзей, разбивших походный лагерь на берегу лесного озера, возле деревни Агапово и как возникла мысль о строительстве пансионата.

Подмосковье всегда славилось своей удивительной природой. Именно здесь, среди живописных лесов и озёр, построен посёлок Агапово, усилиями руководства фонд культурного наследия, превращен в успешную агрофирму. В корпусах пансионата отдыхали и восстанавливали здоровья гости из столицы.

Озеро, на берегу которого были возведены корпуса, являлось настоящим чудом природы, его воды были кристально чистыми, а берега окружали густые хвойные леса, создавая идеальное место, где можно было и хотелось глубоко дышать, наслаждаясь воздухом пропитанным ароматом хвои.

Через несколько минут, возле указателя пансионат Агапово, сосновый бор стал сгущаться, Дмитрий повел автомобиль по подъездной дорожке к комплексу зданий пансионата и остановился на парковке главного корпуса, гармонично вписанного в ландшафт. Он вспомнил прошлые приезды, большие панорамные окна апартаментов с потрясающим видом на озеро. На территории пансионата располагались уютные беседки, тенистые аллеи, оборудованные площадки для спорта и прогулок, а также просторный песчаный пляж, где можно было не только загорать, но и заниматься водными видами спорта.

Комплекс пансионата включал несколько трехэтажных зданий для размещения приезжающих на отдых, лечебно-оздоровительный корпус, крытый бассейн, открытый бассейн причудливой формы, несколько фонтанов, ухоженный парк с беседками, оборудованный пляж с шелковистым песком на берегу озера, а также хозяйственные и технические постройки. Территория пансионата была огорожена и круглосуточно охранялась.

Он не мог пропустить лекцию своего старшего товарища – профессора Александра Ивановича Акимова, чьи исследования всегда вызывали у Дмитрия глубокий интерес. Дмитрий был невысокого роста, худощавым, с коротко стриженными тёмно-русыми волосами и внимательными серыми глазами.

Его внешность говорила о деловитости и собранности, хотя иногда можно было заметить задумчивость в его взгляде. Он оделся скромно: светлая рубашка, брюки и кожаная куртка, подчёркивающая ее практичность.

Автомобиль Дмитрия – компактный седан серебристого цвета – влился в поток машин, доставлявших участников конференции. Он легко нашёл свободное на парковке место, набросил на плечо сумку и направился к входу.

Пансионат всегда производил на Дмитрия неизгладимое впечатление. Здание, сочетающее классические черты архитектуры с современными элементами, стояло среди живописного парка. Цветущие клумбы, аккуратные дорожки и звуки птичьих трелей создавали атмосферу спокойствия и вдохновения.

Регистрация проходила в просторном холле, украшенном портретами известных деятелей культуры и истории. Здесь Дмитрий встретил нескольких коллег, с которыми обменялся любезностями. Он получил материалы конференции, включая расписание лекций и культурную программу.

Особенно Дмитрия привлекала лекция Александра Ивановича Акимова, посвящённая путешествию Афанасия Никитина. Профессор играл важную роль в работе фонда. За годы работы в этой структуре, Дмитрий сдружился с Александром Ивановичем и считал его одним из самых уважаемых учёных-историков современной России.

Большой зал пансионата "Агапово" был заполнен участниками конференции. В воздухе стояла тихая напряжённость – все ждали выступления профессора Александра Ивановича Акимова, чьё имя было известно не только в России, но и за её пределами. Зрители заняли свои места за удобными креслами, а экран над трибуной готовился демонстрировать презентацию.

Александр Иванович появился на сцене спустя пару минут после объявления. Его аккуратная внешность – седые волосы, строгий деловой костюм и очки в тонкой металлической оправе – вызывали уважение. Он начал свою лекцию с обзора истории путешествий, открывших миру новые грани России.

– Уважаемые коллеги, – начал он своим мягким, но уверенным голосом, – сегодня мы поговорим о тех людях, чьи шаги связали Россию с другими культурами. Эти путешественники стали проводниками между цивилизациями, раскрывая секреты нашей страны для мира.

Акимов в начале лекции упомянул нескольких ранних исследователей, таких как Адам Олеарий, Герберштейн и других европейских путешественников XVI–XVII веков, первыми рассказавших о России в своих записках.

Александр Иванович поправил очки, от энергичных жестов они сползли на нос, и решил акцентировать внимание слушателей на европейских путешественниках, которые первыми открыли миру новые грани России. Он остановился на труде Адама Олеария – дипломата и путешественника XVII века, чьи записки стали одними из первых подробных описаний русской жизни для западной аудитории.

– Олеарий не просто наблюдал за бытом местного населения, но и погружался в его культуру, – говорил профессор мягким, но уверенным голосом. – Записи содержат уникальные наблюдения о русском православии, традициях торговли и даже повседневных привычках людей того времени. Благодаря его трудам, Европа получила представление о России как о сложной и многогранной стране, имеющей свои собственные культурные ценности и обычаи.

В течение минуты профессор говорил о записках Олеария и сыпал цитатами, иногда посматривая в свои записи доклада. Затем Акимов перешёл к рассказу о Герберштейне, другом известном исследователе XVI века.

– Герберштейн, будучи посланником Римского папы, также совершил значительное путешествие через Россию. – Продолжил Александр Иванович и попросил показать слайд. – Его работа стала важным источником информации о политической системе Московского государства, особенно о роли церкви и её влиянии на общество. Особенно важно нежелание Герберштейна ограничиваться лишь внешними наблюдениями. Папский посланник стремился понять глубинную связь между различными культурами, существовавшими на территории России. Его исследования помогли установить диалог между западными и восточными традициями, создавая основу для дальнейшего культурного обмена.

– Путешествия этих исследователей стали символом открытости и готовности к диалогу, продолжавшемся до наших дней. – Александр Иванович попросил обратить внимание присутствующих на личные контакты и встречи людей разных культур для лучшего понимания друг друга. – Именно они заложили основу для более глубокого понимания России за пределами её границ.

Эти слова вызвали особый интерес у участников конференции, многие из них начали делать пометки в своих блокнотах. Особое внимание Александр Иванович уделил русским путешественникам, чьи труды часто остаются недооцененными.

– Среди всех этих имён есть один человек, чье путешествие стало настоящим прорывом. – Продолжил профессор. – Этот человек – Афанасий Никитин, купец из Твери, который отправился "за три моря" в XV веке. Его дневник "Хождение за три моря" – это не просто описание маршрута, это уникальный документ, рассказывающий о культурных, экономических и даже духовных связях между Русью и Индией.

– Никитин не просто был купцом. – Излагал профессор мягким, но уверенным голосом. – Его путешествие стало уникальным примером того, как один человек может изменить восприятие целых цивилизаций друг о друге. – Александр Иванович продолжил свой рассказ о путешествиях Афанасия Никитина для культурного взаимодействия между Русью, Персией и Индией. – В Персии он установил тесные торговые связи, способствующие обмену не только товарами, но и идеями, технологиями, а иногда даже религиозными практиками.

– Никитин не только описал индийские обычаи и культуру, он глубоко погрузился в их духовную жизнь. Афанасий встречался с жрецами, йогами и торговцами, изучая их мировоззрение и философию. – Александр Иванович рассуждал о настоящем прорыве в культурных отношениях, произошедшем в Индии благодаря Никитину. – Изучая его записям, мы можем сегодня понять, какими были представления индийского общества о времени, пространстве и человеческой природе. Возможно, именно эти знания стали причиной того, что Никитин удалил часть своего дневника, опасаясь их последствий для мира.

Эти слова вызвали живой интерес среди участников конференции, многие начали делать пометки в своих блокнотах. Профессор подчеркнул, что культурное влияние Никитина ощущается до сих пор, создавая основу для диалога между различными цивилизациями.

Александр Иванович продемонстрировал слайды с фрагментами текста Никитина, его маршрутами и местами, где он побывал. Особенно захватывающими оказались детали о его пребывании в Индии, встречи с местными жрецами и торговцами.

– Есть теория, что Никитин не ограничился лишь торговыми контактами. – Добавил профессор, замечая, как Дмитрий Родинов внимательно ловит каждое слово выступления. – По некоторым данным, индийские маги ему продемонстрировали и научили навыкам влияния на ход времени. По записям монаха Иллариона, жившего в тоже время, Никитин удалил из своего дневника несколько страниц, где был описан этот ритуал, опасаясь за участь человечества.

Зал встретил эти слова гулом удивления. Многие участники конференции начали перешёптываться, обсуждая необычную гипотезу. Александр Иванович завершил лекцию аплодисментами, в перерыве многие ученые подходили к нему, чтобы задать вопросы или выразить благодарность.

После выступления профессора Акимова участники конференции прослушали лекции виднейших представителей научного сообщества. По завершению всех научных докладов, участников конференции ждал обед, а затем насыщенная культурная программа.

Днём организовывались экскурсии по историческим местам Подмосковья: старинные храмы, музеи и парки. Например, группа посетила Сергиев Посад, где узнала о роли преподобного Сергия Радонежского в формировании русской культуры.

Вечерами в пансионате выступали артисты. Одним из самых ярких моментов стала концертная программа с исполнением классической музыки и народных песен. Особенно запомнился ансамбль, исполнявший старинные русские романсы, создававшими атмосферу глубокого погружения в историю.

Вечером Александр Иванович и Дмитрий Родинов решили продолжить разговор за ужином. Ресторан пансионата был оформлен в традиционном русском стиле – деревянные панели на стенах, мягкие кресла и столики, покрытые белоснежными скатертями. На каждой тарелке красовалась маленькая свеча, создающая уютную атмосферу.

Молодой официант в форменной рубашке и чёрных брюках проводил их к окну, откуда открывался вид на освещённый парк. За соседними столиками сидели другие участники конференции, обсуждая услышанное на лекциях.

– Что будем заказывать? – Спросил Александр Иванович, разглядывая меню. – Здесь отличная русская кухня.

Дмитрий выбрал борщ с чесночными гренками, а профессор предпочёл уху с подкопченной рыбой. Они дополнили свой выбор традиционными вторыми блюдами и закусками – запеченным картофелем по-деревенски, отбивными, селёдкой под шубой, квашеной капустой с яблоками и брусникой. Для напитков выбрали крымское вино, идеально сочетаемое с блюдами.

Ужин начался с лёгкой беседы. Александр Иванович рассказал Дмитрию о своём опыте исследования средневековых источников.

– Знаешь ли, Дмитрий, каждое новое исследование открывает что-то большее, чем кажется на первый взгляд. – Глубокомысленно выдал профессор, отпивая вино. – Иногда древние тексты содержат намёки на вещи, которые выходят за рамки нашего понимания.

Дмитрий внимательно слушал, время от времени кивая. Его глаза блестели от любопытства.

– Например, эти исчезнувшие фрагменты дневника Никитина. – Принялся за второе Акимов. – Они могут вести нас к чему-то действительно важному.

Александр Иванович достал старую книгу из своей сумки, это, как пояснил профессор исследование рукописи Никитина одним монахом, и показал Дмитрию страницу с картой возможных мест, связанных с путешествием Никитина.

По мере насыщения разговор становился всё более интригующим. Александр Иванович рассказал о символах, которые могли бы указывать путь к тайнику Никитина.

– Я считаю, каждый фрагмент дневника связан с определённым местом. – Объяснил он. – Мысленно следуя маршрутом Никитина, можно предположить, первый фрагмент возможно спрятан в Твери, где Никитин начал своё путешествие. Второй – следует искать в Персии, где он получил бронзовую грамоту. Третий… кто знает? Что касается конкретных мест, то Никитин не оставил никаких подсказок.

Дмитрий был полностью поглощён рассказом профессора. Он представлял себе древние города, заброшенные храмы и загадочные символы.

Когда ужин подходил к завершению, телефон Дмитрия внезапно зазвонил. На экране высветился неизвестный номер. Дмитрий извинился перед профессором, вышел из шумного зала ресторана и за дверью ответил на звонок.

– Господин Родинов, мы знаем о вашем интересе к Афанасию Никитину, нам известно о ваших прошлых достижениях. – Холодный, властный голос льдом проскользил по спине Дмитрия. – Ваша семья сейчас в безопасности, но это может измениться, если вы не выполните наши требования.

Дмитрий почувствовал, как сердце забилось чаще. Мужчина, чей голос оставался неизвестным, представился как мастер организации "Стражи времени" и потребовал найти потерянные фрагменты дневника Никитина. В случае неповиновения он пригрозил расправой над семьёй Дмитрия.

– Мы будем следить за каждым вашим шагом. – Закончил собеседник, прежде чем оборвать связь.

Дмитрий вернулся в ресторан, чувствуя давление на своих плечах, рассеянно сел на место, не замечая вопросительного взгляда профессора.

– Что-то случилось, Дмитрий? – Спросил Александр Иванович, обеспокоенно глядя на своего изменившегося молодого коллегу.

Дмитрий молчал, погружённый в свои мысли. Ему казалось, что каждая секунда становится важнее предыдущей.

– Дмитрий! – Профессор повысил голос, привлекая внимание собеседника. – Расскажи, что произошло.

Дмитрий глубоко вздохнул и начал рассказывать о требовании "Стражей времени". Его голос дрогнул от тревоги за семью.

– Эти люди хотят, чтобы я нашёл фрагменты дневника Никитина. – Закончил излагать Родинов. – Меня трудно запугать, но они способны причинить вред моей жене и сыну.

– Мы должны действовать осторожно, хотя это может оказаться человеком, разузнавшим о ваших удачных прошлых поисках древних артефактов. – Александр Иванович внимательно выслушал его, затем решительно заявил. – О стражах времени я читал в записках монаха Бенедикта, составленных в XVI веке. Если стражи времени не утратили своего могущества, то они могут быть опаснее, чем кажется.

Разговор продолжился уже в более серьёзном ключе, пока остальной ресторан погружался в вечернюю атмосферу.

Ночью, вернувшись в свой номер, Дмитрий всё ещё размышлял над услышанным из уст Акимова и напугавшего его телефонного звонка. Он представил себе древние храмы, тайники и символы, которые могли бы указывать путь к тайнам путешествия Никитина.

Дмитрий долго сидел у окна, глядя на звёздное небо. Его мысли были полны противоречивых чувств: тревоги за семью, любопытства к тайнам прошлого и решимости найти выход из этой ситуации.

На следующее утро Александр Иванович и Дмитрий решили прогуляться по территории пансионата "Агапово". Лёгкий весенний ветерок шуршал листвой, а солнечные лучи пробивались сквозь кроны деревьев, создавая на земле причудливые тени. Птицы напевали свои песни, словно приветствуя исследователей древних тайн.

– Дмитрий, я много думал о путешествии Никитина. – Начал Александр Иванович, поправляя очки. – Существует теория, что Афанасий Никитин скрыл несколько страниц своего дневника, чтобы защитить мир от страшной тайны.

Дмитрий внимательно слушал, его серые глаза блестели от любопытства.

– Какой тайны? – Спросил Родинов, когда профессор сделал паузу.

– Есть разные гипотезы. – Александр Иванович остановился у старого дерева, казалось, хранившего свои собственные секреты. – Одни учёные считают, что Никитин обнаружил древний ритуал, способный замедлять время. Это объясняет, почему он вернулся из путешествия через много лет почти не постарев. Другие говорят о формуле эликсира бессмертия, которую он мог узнать у индийских алхимиков. Третьи предполагают, что это была информация о каком-то мощном артефакте, который мог изменить ход истории.

Дмитрий представил себе древние храмы, мудрецов и символы, они могли бы указать путь к тайне. Его воображение работало на полную силу.

Внезапно телефон Дмитрия зазвонил, нарушая спокойствие утра. Он достал мобильник и увидел незнакомый номер. Сердце забилось чаще, когда он услышал холодный, властный голос.

– Господин Родинов, мы снова связываемся с вами. Пока вы проводите время в праздном отдыхе в пансионате, ваша семья – жена Елена и сын Павел – находятся в опасности. Если вы не начнёте действовать немедленно, они будут похищены.

Дмитрий сжал телефон так сильно, что костяшки пальцев побелели. Он попытался сохранить спокойствие, но внутри всё переворачивалось.

– Не трогайте мою семью! – Крикнул Родинов в трубку, чувствуя, как кровь приливает к лицу. – Если меня разозлить, то потом остановить сложно, пока я не убью вас всех.

– Мы знаем о существовании потерянных фрагментов дневника Никитина. Найдите их, передайте нам. Голос на другом конце линии был бесчувственным и механическим. – В противном случае ваша семья будет находиться под постоянной угрозой.

Связь оборвалась. Дмитрий стоял, опустив голову, пытался осмыслить произошедшее. Его мысли метались между тревогой за семью и желанием раскрыть загадку.

Александр Иванович заметил очередные перемены в поведении Дмитрия. Когда тот вернулся к беседе, его обычно светлый взгляд стал тёмным и задумчивым.

– Что-то случилось, Дмитрий? – Мягко спросил профессор, положив руку ему на плечо. – Это очередной звонок стражей?

Дмитрий колебался, но затем решил поделиться информацией и рассказал о втором звонке и требованиях "Стражей времени", высказался о страхе за свою семью.

– Я понимаю твое беспокойство и знаю – тебя не запугать. – Опечалился Александр Иванович, после того как Дмитрий закончил свой рассказ. – Эти люди действительно стремятся к тому, чтобы получить древние знания, уверен, они могут использовать их во зло. Вам нужна помощь. Я обещаю поговорить с Владимиром Сергеевичем, он, как никто другой, понимает важность безопасности сотрудников фонда и их семей.

Профессор предложил Дмитрию свою поддержку, если тот решит продолжить расследование. Дмитрий благодарно кивнул, хотя внутри него всё ещё бушевала буря эмоций.

После прогулки Дмитрий проводил профессора на конференцию, где тот хотел послушать лекцию известного немецкого историка Германа Эббельмана, ученого, опоздавшего на открытие конференции. Сам же Дмитрий отправился гулять по территории пансионата, пытаясь собраться с мыслями.

Родинов в одиночестве обошёл весь парк, иногда останавливаясь у старых деревьев или скамеек, чтобы глубже задуматься. Каждый шаг приближал его к принятию решения. Он понимал, что это не просто игра: за этим стояли серьёзные силы, готовые использовать древние знания для своих корыстных целей.

Несмотря на риск, Дмитрий решил принять вызов. Он начал составлять план действий, представляя, кого можно было бы пригласить в группу доверенных друзей. Первыми на ум пришли Владимир Тихонин, Алла Танаева и Ирина Тарасова – эксперты в разных областях, им он полностью доверял.

Дмитрий нашёл уединённую скамейку у маленького пруда и сел, наблюдая за игрой света на воде. Его размышления были прерваны пением птиц и шорохом листьев.

– Я должен найти эти фрагменты, – произнёс он вслух, будто пытаясь убедить самого себя. – но я сделаю это не ради них, а ради защиты мира.

Его решимость окрепла. Дмитрий понимал, что это станет началом долгого и опасного пути, но он был готов. Теперь ему нужно было лишь собрать команду и подготовиться к первому этапу своего путешествия.

Дмитрий вернулся в свой номер в пансионате "Агапово", всё ещё размышляя над требованием "Стражей времени". Он понимал, что операция поиска фрагментов дневника Никитина будет сложной и опасной. Ему нужна была команда профессионалов, которым он мог бы доверять безоговорочно. Поэтому перед тем, как покинуть пансионат, Дмитрий решил связаться с несколькими экспертами, которых лично знал.

Первым делом Дмитрий набрал номер Владимира Тихонина – своего старого друга и известного археолога. Владимир был сыном основателя фонда культурного наследия, Владимира Сергеевича Тихонина, и продолжал дело своего отца, специализируясь на древних текстах и символах. Телефон долго гудел, пока наконец не раздался знакомый голос.

– Алло? – произнёс Владимир, его интонация выдавала усталость после долгого рабочего дня.

– Привет, Володя, это Дмитрий. – Начал Родинов, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё ещё бушевало волнение.

– Привет, Дмитрий! Как дела? – Голос Владимира стал более живым, стоило ему услышать имя друга.

– Помнишь наш разговор о легенде Афанасия Никитина? – Дмитрий сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями.

– Конечно, помню. – Ответил Владимир. – Ты же знаешь, я всегда интересовался его путешествием. Что-то новое узнал?

– Есть теория, что Никитин скрыл часть своего дневника, чтобы защитить мир от страшной тайны. Эти фрагменты могут быть связаны с ритуалом замедления времени или даже чем-то большим. – Дмитрий колебался несколько секунд, но затем решился рассказать всё. – Теперь меня преследует организация под названием "Стражи времени". Они угрожают похищении моей семьи и требуют найти эти фрагменты.

– Если ты считаешь, что это важно, я помогу. – На другом конце линии воцарилась короткая пауза. Затем Владимир решительно произнёс. – Я могу начать с анализа возможных мест, где мог быть спрятан первый фрагмент. По записям Никитина, это должно быть что-то в Твери.

Дмитрий почувствовал облегчение, услышав готовность друга помочь. Когда Дмитрий позвонил Владимиру, он чувствовал себя словно на грани. Каждое слово было важно, каждый намёк мог изменить исход всей миссии.

– Володя, ты знаешь, что Никитин был не просто купцом, – Дмитрий, старался говорить спокойно. – Его дневник содержит не только описание маршрутов и встреч, но и скрытые намёки на что-то большее. Возможно, это ритуал, способный замедлять время, или даже формула бессмертия.

– Если это действительно так, то найти фрагменты будет непросто. Они могли быть спрятаны в самых неожиданных местах. Владимир на другом конце линии задумался. – Я могу начать с анализа записей Никитина. Есть несколько древних текстов, они могли бы указывать путь.

– Володя, я ещё хотел с твоей Аллой поговорить по этому делу вопросу, ведь без её знаний нам не обойтись. – Дмитрий замолчал, раздумывая каким будет ответ друга.

– Я и сам Аллу хотел предложить. – Моментально среагировал Тихонин. – Трубку ей передать не смогу, я в архиве, а Аллочка дома.

– Свяжусь сам с твой женой, благодарю за соглашение, до встречи в фонде, – сказал Владимир, прежде чем закончить разговор.

Следующим звонком был вызов Аллы Танаевой – жены Владимира и искусства исследователя, специализирующейся на религиозной символике. Дмитрий знал, что её помощь будет бесценна при расшифровке символов, указывающих путь к тайнику Никитина.

– Алла, привет, это Дмитрий. – Бодро поздоровался Родинов, когда девушка ответила.

– Дмитрий? Привет! Чем обязана звонку? – её голос был мягким, но уверенным.

Дмитрий повторил историю, уже рассказанную Владимиру, добавив больше деталей о символах, которые могли бы встретиться на пути.

– Мне нужна твоя помощь, Алла. Ты ведь лучший эксперт по религиозным символам. Возможно, именно ты сможешь расшифровать ключевые намёки в текстах Никитина.

– Это действительно серьёзно, Дмитрий, всё же я в большей степени специализируюсь в истории искусств. – Алла молчала несколько секунд, обдумывая услышанное. – Если ты считаешь, что мои знания могут помочь, я готова присоединиться. Когда начинаем?

– Алла, ты ведь работала над символизмом разных культур, верно? – Решительность Танаевой заставила Дмитрия улыбнуться. – Конечно, Дмитрий. Это одна из моих основных специализаций. Почему ты спрашиваешь? – её интерес был очевиден.

Родинов рассказал ей о легенде Афанасия Никитина и требовании "Стражей времени". Когда он закончил, Алла задумалась.

– Если эти фрагменты действительно содержат информацию о древнем ритуале, то символика будет играть ключевую роль. – По словам Аллы было понятно о её интересе к новой экспедиции. – Возможно, нам придётся столкнуться с индийскими мандалами, персидскими гравюрами и даже славянскими рунами.

– Именно поэтому я хочу, чтобы ты была в команде, Алла. Твои знания могут стать решающими, – сказал Дмитрий, искренне веря в её способности. – Завтра утром в офисе фонда. Будем формировать план действий.

– Поняла, встречаемся в фонде. – Ответила Алла, после чего они попрощались.

Последним звонком был вызов Ирины Тарасовой – талантливого программиста, с ней Дмитрий работал ранее в Баварии, занимаясь поисками так называемого "генератора Шварцшильда". Этот проект научил их обоих ценить точность и конспирацию.

– Привет, Дмитрий! – Ирина ответила почти сразу. – Не ожидала услышать тебя так быстро после нашего последнего совместного проекта.

– Ирина, ты помнишь наш проект в Баварии? – Дмитрий собирался напомнить Ирине Тарасовой об опыте в криптографии, что может оказаться полезным в новом деле.

– Как же я могу забыть последний генератор Шварцшильда, когда ты фактически спас меня? – Ответила она с лёгкой иронией. – Что-то похожее снова случилось?

Дмитрий объяснил ситуацию, акцентируя внимание на необходимости защиты данных и расшифровки шифров.

– Это звучит как настоящий квест. – Сказала Ирина, её голос стал более серьёзным. – Я могу создать программы для анализа возможных комбинаций символов и попытаться обеспечить защиту наших данных от "Стражей времени".

– Ты именно тот человек, которого мне не хватает, Ирина. – Ответил Дмитрий. – Жду тебя завтра в офисе фонда. Готовься поработать с древними текстами.

– Спасибо, Ирина. – Родинов почувствовал лёгкость дыхания. Жду тебя завтра утром в офисе фонда. Там соберётся вся команда.

– Поняла, встретимся завтра в фонде. – Согласилась она, после чего разговор закончился.

После телефонных звонков Дмитрий сел на край кровати, глядя в окно на освещённый парк. Его мысли были заняты предстоящим путешествием. Он чувствовал смесь эмоций: тревогу за семью, ответственность за будущее мира и уверенность в своей команде.

Владимир Тихонин был надёжным другом, чьи знания древних текстов и культур были безупречными. Алла Танаева добавляла глубину своим пониманием символики, что часто играло ключевую роль в подобных исследованиях. А Ирина Тарасова – технический гений, способный справиться с любыми современными технологическими проблемами.

Дмитрий понимал, что каждый из них станет важной частью этой миссии. Теперь у него была команда, готовая отправиться в путешествие.

Дмитрий достал блокнот и начал записывать план действий. Первый этап их пути должен был привести в Тверь, где, согласно легенде, мог быть спрятан первый фрагмент дневника Никитина. Он представлял себе древний храм, заброшенные места и загадочные символы, и их предстоит расшифровать.

– Я слушаю. – На экране высветился номер "Стражей времени". Дмитрий глубоко вздохнул и ответил.

– Надеюсь, вы уже начали действовать, господин Родинов. – Голос на другом конце линии был холодным и механическим. – Мы следим за каждым вашим шагом.

– Я работаю над этим. – Спокойно ответил Дмитрий, хотя внутри всё сжалось от этих слов. – Вы получите результат, когда я найду фрагменты.

Связь оборвалась. Дмитрий положил телефон на стол и продолжил свои записи. Несмотря на принятые решения, Дмитрий не мог избавиться от чувства тревоги. Он постоянно представлял себе жену Елену и сына Павла, находящихся под контролем "Стражей времени". Каждая минута казалась бесконечной.

Однако он также чувствовал странную уверенность. Возможно, это было связано с тем, что он теперь не один. Его команда состояла из людей, чьи навыки дополняли друг друга. Они могли справиться с любой трудностью, встретившейся на пути.

Дмитрий провёл последние часы в пансионате, готовясь к отъезду. Он собрал необходимые материалы: карты, фотографии древних мест и заметки из лекции Александра Ивановича Акимова. Каждый предмет помещался в специальную сумку, предназначенную для длительных экспедиций.

Вечером он решил прогуляться по территории пансионата, чтобы немного успокоиться. Лес вокруг был наполнен тихими звуками: шорох листвы, далёкий плеск воды в пруду и тихие разговоры других участников конференции, всё ещё гулявших по парку.

Дмитрий остановился у старого дуба, росшего возле входа в пансионат. Ему показалось, что дерево само хранит какие-то секреты, возможно, даже древнее время.

В окрестностях Смоленска группа археологов и экспертов фонда культурного наследия проводила раскопки одного из древних храмов Свято-Преображенского монастыря. Это место было известно не только своими историческими руинами, но и своей ролью в средневековой медицине – здесь монахи-лекари помогали местным жителям, используя уникальные методы лечения травами, минералами и даже заговорами.

Из-за необходимости применения инженерных и технологических методов в раскопках экспедицию возглавлял Артур Олегович, начальник лаборатории, неразрушающих методов исследования древних рукописей и артефактов. Это был человек среднего роста с острыми чертами лица и внимательными глазами за толстыми стёклами очков. Его опыт в работе с древними материалами был безупречен, а каждое его движение говорило о профессионализме.

Артур Олегович прибыл на раскопки заранее, чтобы лично проконтролировать подготовку участников. Он знал, что это место может содержать важные артефакты, способные изменить представление об истории взаимодействия между Русью и другими культурами. Храм был спрятан среди густых деревьев, и лишь опытный взгляд мог различить его контуры среди растительности.

Однажды, во время очередного дня работы, один из археологов обнаружил в полу храма скрытый тайник. Этот момент произошёл совершенно случайно: во время расчистки пола от многовекового слоя пыли и грязи молодой археолог заметил неровность в каменной кладке. Внутри находилась старая рукопись, завёрнутая в растрескавшуюся кожаную обложку. На обложке красовалось изображение какого-то растения, которое, казалось, хранило свои собственные секреты.

Артур Олегович аккуратно достал рукопись и произвёл предварительный осмотр. Он сразу понял, что перед ним нечто особенное. Рукопись была написана старославянским почерком, что требовало особой внимательности для расшифровки, аппаратные методы руководитель экспедиции отверг. После первичного анализа он обнаружил, что это были записки монаха Иллариона.

Этот лекарь в XV веке врачевал Афанасия Никитина после его путешествия "за три моря". В записках содержались описания различных трав и снадобий, используемых для лечения. Однако самое интересное касалось того, как Илларион описывал бредовые высказывания Никитина во время болезни. На страницах учёный прочел о существовании некоего ритуала или знания, которое могло влиять на течение времени. Обладая двумя степенями по истории и физике Артур Олегович, отбросил мистические факты.

Артур Олегович решил прочитать несколько страниц вслух, чтобы поделиться своими находками с коллегами. Текст был насыщен подробными описаниями состояния здоровья Никитина и методов лечения, применяемых монахом.

Особенно захватывающими оказались записи о том, как Никитин во время болезни бормотал странные фразы, упоминающие о "вечном вздохе" и "замедлении потока". Монах Илларий записывал эти слова, хотя и не понимал их значения. Возможно, именно они содержали ключ к древнему ритуалу.

Рукопись была в плохом состоянии – страницы слиплись от времени, и некоторые части текста стали почти неразборчивыми. Артур Олегович решил передать дневник более специализированной команде для дальнейшего исследования. Он вызвал своего лаборанта Эдуарда, молодого человека с живым взглядом и быстрыми движениями, которому можно было доверить такую ценность.

– Эдуард, – обратился он к парню, – эта рукопись имеет огромное значение. Я хочу, чтобы персонально ты отвёз эту находку профессору Акимову. Он сможет лучше разобраться в её содержании.

Эдуард согласился без колебаний. Он бережно упаковал дневник в пластиковый футляр, защищённый от внешних воздействий, и отправился в Москву. Его сердце забилось чаще от осознания важности миссии. Он представлял себе, как этот документ может помочь профессору Акимову в раскрытии тайн Афанасия Никитина.

Через несколько часов после отъезда Эдуарда произошло то, чего никто не ожидал. В ночное время на археологический лагерь напали боевики, работавшие на организацию "Стражи времени". Группа людей в чёрных комбинезонах появилась внезапно, используя современные технологии маскировки.

Лагерь был спрятан среди густых лесов, где шум листвы и далёкий плеск воды создавали атмосферу покоя. Теперь эта тишина была нарушена звуками взломанных замков и криками учёных. Боевики быстро взломали охранную систему лагеря и атаковали участников экспедиции. Артур Олегович пытался защитить своих коллег, но силы были неравны. Учёные подверглись жестокому избиению, а некоторые из них были связаны.

Началось всё с тихого шороха за деревьями. Участники экспедиции не сразу поняли, что происходит. Лишь когда свет фонарей выхватил из темноты фигуры в чёрных комбинезонах, стало ясно, что они находятся под угрозой. Первый удар пришёлся по охранной системе – электронные устройства, установленные вокруг лагеря, были выведены из строя. Затем последовала атака на палатки, где находились учёные.

Артур Олегович попытался организовать оборону, но противник был слишком хорошо подготовлен. Они действовали слаженно, словно отработанная команда. Каждый шаг был рассчитан, каждое движение направлено на достижение цели. Учёные оказались беспомощными перед лицом такой решимости.

Старший группы, представившийся кличкой Рикко, лично допрашивал Артура Олеговича. Его голос был холодным и механическим, будто он говорил через специальный фильтр.

– Где дневник? – рявкнул Рикко, ударяя Артура по лицу.

Артур Олегович сопротивлялся как мог, под пытками его воля начала слабеть. Он понимал, что эти люди не остановятся ни перед чем ради достижения своих целей. Каждый удар напоминал ему о важности найденного документа. Это была не просто рукопись – это был ключ к древней тайне, которая могла изменить мир.

– Я… я передал его своему лаборанту Эдуарду, – пробормотал он, чувствуя, как кровь стекает по лицу. – Он должен быть уже в Москве.

Рикко немедленно связался с Мастером "Стражей времени" и доложил о ситуации.

Мастер "Стражей времени" принял решение быстро. Его голос звучал также холодно и рассчитано.

– Мы знаем, куда направился лаборант, – ответил он. – Начните преследование. Если потребуется, используйте методы замедления времени.

Рикко и его команда получили инструкции. Они должны были найти Эдуарда любой ценой. Для этого им предстояло использовать не только физическую силу, но и технологии контроля времени. Эти устройства были созданы специально для таких операций и позволяли замедлить движение конкретных объектов или людей.

Эдуард, ничего не подозревая, продолжал свой путь к Москве. Он ехал на своём Nissan Qashqai, любуясь ночным пейзажем вокруг. Леса, поля и реки мелькали за окном, создавая ощущение спокойствия.

Однако вскоре он начал замечать странные явления. Люди, машины и даже природа вокруг него словно замедлили своё движение. Только его автомобиль продолжал двигаться с прежней скоростью. Эдуард почувствовал тревогу, осознав, что кто-то пытается повлиять на реальность вокруг него.

– Что происходит? – пробормотал он себе под нос, сжимая руль.

Несмотря на попытки "Стражей времени" замедлить его движение, Эдуард успешно достиг Москвы. По прибытии в фонд культурного наследия он узнал, что профессор Александр Иванович Акимов уехал на конференцию в пансионат "Агапово". Не теряя времени, Эдуард направился туда же.

Пока Эдуард преодолевал расстояние до Москвы, нападение на археологический лагерь продолжалось. Боевики, работавшие на "Стражей времени", были жестокими и безжалостными. Они не щадили никого: молодых археологов, опытных экспертов и даже помощников, обеспечивающих быт экспедиции.

Артур Олегович был главной целью. Его пытали, надеясь узнать местонахождение дневника. Каждый вопрос Рикко звучал как приговор:

– Где дневник? Кому ты его передал?

Артур Олегович отвечал короткими фразами, стараясь сохранить самообладание:

– Я передал его лаборанту. Он уже в пути.

Боевики понимали, что потеряли важный артефакт, и это усиливало их ярость. Они применяли различные методы пыток, надеясь выбить дополнительную информацию. Но Артур Олегович был твёрдым, хотя внутри всё переворачивалось от боли.

Когда он наконец признался о передаче дневника Эдуарду, Рикко немедленно связался с Мастером "Стражей времени".

– Мы знаем, куда направился лаборант, – доложил Рикко, – но он уже далеко.

– Используйте методы замедления времени. – Мастер отреагировал моментально. – Это поможет вам догнать его.

Боевики активировали свои устройства, направленные на замедление времени вокруг Эдуарда. Однако их технология имела ограничения: без точных биологических характеристик лаборанта эффект был слабым. Они могли замедлить окружающую реальность, но не самого Эдуарда.

Добравшись до пансионата "Агапово", Эдуард нашёл Александра Ивановича Акимова. Он передал дневник профессору, который сразу понял его значимость.

– Это действительно важно. – Александр Иванович поблагодарил парня, бережно принимая рукопись. – Теперь мы можем начать расшифровку.

Эдуард рассказал обо всём, что произошло с момента его расставания с Артуром Олеговичем. Он описал странное замедление времени вокруг себя и как смог преодолеть это влияние.

Александр Иванович внимательно выслушал его, затем начал анализировать состояние рукописи. Кожаная обложка была растрескавшейся от времени, но на ней всё ещё сохранилось изображение какого-то растения. Возможно, это символизировало одно из лекарственных средств, используемых Илларионом.

Дмитрий Родинов находился в своём номере пансионата "Агапово", всё ещё размышляя над услышанным на лекции Александра Ивановича и последующим телефонным звонком от "Стражей времени". Его мысли метались между желанием спасти семью и необходимостью найти потерянные фрагменты дневника Никитина.

Комната была уютной, с мягким светом ламп и фотографиями окрестных мест на стенах. Дмитрий представлял себе Елену, загорающую на берегу реки с книгой в руках, и Пашку, играющего с мячом во дворе дачи. Эти образы стали для него почти физической болью.

Внезапно в дверь тихо постучали. Дмитрий насторожился, не ожидая гостей в такое позднее время. Он подошёл к двери и осторожно открыл её.

На пороге стояли двое – Александр Иванович Акимов и Эдуард, лаборант из фонда. Профессор выглядел обеспокоенным, а Эдуард – усталым, но решительным.

– Дмитрий, можно войти? – Мягко спросил Александр Иванович.

Дмитрий кивнул, пропуская их внутрь. Когда все расселись, профессор объяснил ситуацию:

– Сегодня ночью произошло нападение на нашу археологическую группу под Смоленском. Боевики, работающие на "Стражей времени", пытались завладеть важной находкой – дневником монаха Иллариона, лечившего Афанасия Никитина.

– Каким образом этот дневник связан с нашей задачей? – Дмитрий удивлённо поднял брови:

Александр Иванович уселся в кресло и положил на колени пластиковый футляр, который всё это время держал в руках, и показал его Дмитрию.

– Этот дневник может содержать ключевые намёки на места, где Никитин спрятал потерянные фрагменты своего дневника. Мы должны его внимательно изучить.

– Я доставил эту ценность прямо из Смоленска. – Эдуард решился добавить к рассказу. – По дороге со мной происходило нечто невероятное, я чувствовал себя в окружении полупрозрачного облака или ореола, а всё остальное вокруг казалось замедленным, почти остановившимся. К счастью, я смог прорваться и доставить посылку профессору.

Александр Иванович аккуратно раскрыл футляр и извлёк древнюю рукопись. Кожаная обложка была растрескавшейся от времени, но на ней всё ещё сохранилось изображение какого-то растения. Возможно, это символизировало одно из лекарственных средств, используемых Илларионом.

Мужчины осторожно открыли первую страницу, стараясь не повредить хрупкий материал. Текст был написан на старославянском, каллиграфическим почерком, требующим особой внимательности для расшифровки. Здесь Илларион описывал процесс лечения Никитина, используя различные травы и минералы.

– Здесь описаны различные методы лечения, – начал Александр Иванович, водя пальцем по строкам, – но есть и другие записи, которые могут быть связаны с ритуалом замедления времени.

Дмитрий внимательно слушал, представляя себе древние храмы и символы, их еще предстояло расшифровать. Теперь он понимал, что каждый шаг этой миссии будет полон опасностей, но его решимость только усилилась.

– Посмотрите на эти записи. Здесь Илларион подробно описывает состояние Никитина после его возвращения из Индии. – Профессор оторвался от древнего текста и посмотрел на собеседников. – Монах пишет о странном свечении глаз купца и его бредовых высказываниях о способности контролировать время. Возможно, именно эти фрагменты дневника Никитин и удалил, чтобы защитить мир от страшной тайны.

Пока Александр Иванович раздумывал над прочитанным, Дмитрий склонился над рукописью, пытаясь разглядеть мельчайшие детали. Он заметил, что некоторые страницы были особенно повреждены временем, а другие – почти идеально сохранились.

– Почему одни страницы лучше сохранились, чем другие? – Задумчиво спросил он.

– Возможно, Никитин специально подготовил эти страницы для долгой сохранности. – Предположил Александр Иванович. – Он понимал, что его знания слишком опасны, чтобы исчезнуть вместе с ним.

– Я заметил, что внутри дневника есть и другие символы, помимо растений. – Эдик рассказал об увиденном, когда завлаб упаковывал дневник. Также я разглядел следы древних печатей, что могли бы защищать текст от несанкционированного чтения.

Дмитрий почувствовал, как его сердце забилось чаще. Он понимал, что перед ним не просто рукопись, а настоящий ключ к разгадке тайн прошлого.

Александр Иванович аккуратно перевернул следующую страницу. Здесь Илларион описывал процесс лечения Никитина. Использование специальных трав, молитв и даже заговоров. Но дальше текст становился всё более загадочным.

– Послушайте это, – сказал профессор, читая вслух. – «Пациент говорит о мире, где время течёт иначе. Он повторяет слова о „вечном вздохе“ и „замедлении потока“. Возможно, индийские мудрецы научили его чему-то большему, чем кажется».

– Мы знаем из записей монаха Иллариона, что Афанасий Никитин вернулся из своего путешествия "за три моря" совершенно другим человеком, – продолжил Александр Иванович, водя пальцем по строкам на странице древней рукописи. – Его слова в бреду и во время жара были полны намёков на то, что он стал свидетелем или участником чего-то невероятного.

Дмитрий внимательно слушал, представляя себе образ умирающего купца, лежащего в комнате монастыря. Его серые глаза стали ещё более задумчивыми.

– Например, он говорил о „вечном вздохе“ и о способности замедлять течение времени, – добавил профессор. – Эти фразы могли бы показаться просто бредом, если бы не одно обстоятельство. После его возвращения на Русь, Никитин действительно выглядел почти таким же молодым, как до отъезда, хотя прошло уже много лет.

Дмитрий почувствовал, как внутри всё сжалось. Он понимал, что эти знания слишком опасны, чтобы попасть в руки "Стражей времени".

– Почему же Никитин скрыл часть дневника? – Спросил Дмитрий, стараясь сохранить спокойствие.

– Возможно, Никитин понял, что использование этих знаний может привести к катастрофе. – Александр Иванович сделал паузу, словно выбирая каждое следующее слово. – Он был не только купцом, но и мудрым человеком, который заботился о будущем своей страны и всего человечества. Поэтому он решил разделить дневник на части, чтобы никто не смог сразу восстановить его содержание.

Профессор наконец-то решил раскрыть пластиковый футляр перед Дмитрием. Внутри находилась старая рукопись – дневник монаха Иллариона. Кожаная обложка была растрескавшейся от времени, но на ней всё ещё сохранилось изображение какого-то растения. Возможно, это символизировало одно из лекарственных средств, используемых Илларием.

– Посмотри внимательно, Дмитрий. – Предложил Александр Иванович. – Здесь содержится не только описание болезни Никитина, но и ключевые намёки на места, где он мог спрятать потерянные страницы.

Мужчины осторожно открыли первую страницу, стараясь не повредить хрупкий материал. Текст был написан старославянским почерком, требующим особой внимательности для расшифровки. Здесь Илларий описывал процесс лечения Никитина, используя различные травы и минералы. Однако дальше строки становились всё более загадочными.

– Послушайте ещё раз эти строки. – Попросил Александр Иванович, читая вслух. – «Страдалец говорит о мире, где время течёт иначе. Он повторяет слова о „вечном вздохе“ и „замедлении потока“. Возможно, индийские мудрецы научили его чему-то большему, чем кажется».

– Это значит, что мы должны найти не только фрагменты дневника, но и расшифровать их содержание. – Дмитрий представил себе древний храм в Индии, где Никитин мог встретиться с магами и узнать о ритуале. – Без этого мы никогда не поймём, куда вели его шаги.

– Именно так. – Александр Иванович кивнул. – Только помни Дмитрий. – "Стражи времени" готовы использовать любые методы, чтобы завладеть этими знаниями. Мы должны быть крайне осторожными.

Дмитрий почувствовал, как его горло пересохло, представил себе древний храм в Индии, где Никитин мог встретиться с мудрецами и узнать о ритуале.

– А что, если эти записи содержат не только описание болезни, но и намёки на конкретные места? – предположил Родинов.

– Это возможно, – Согласился Александр Иванович. – Например, здесь Илларион упоминает о тайных знаках, которые Никитин рисовал во время болезни. Эти знаки могли бы указывать путь к спрятанным фрагментам.

– Я могу помочь с анализом этих символов. – Эдуард достал планшет и начал делать фотографии страниц рукописи. – Возможно, с помощью компьютерных программ удастся восстановить повреждённые части текста.

Дмитрий кивнул, соглашаясь с этим подходом, теперь у него есть не только цель, но и команда, готовая помочь. Комната наполнилась тяжёлой атмосферой. Все присутствующие чувствовали ответственность за предстоящее дело. Дмитрий представил себе свою квартиру совсем другой, место, где раньше царили уют и спокойствие, теперь стало штаб-квартирой для предстоящей операции.

– Ваша задача – использовать процесс поиска фрагментов дневника для собственных целей. – Александр Иванович продолжил объяснять. – Не стоит полностью выполнять требования "Стражей времени". Мы найдём способ противостоять им.

Дмитрий кивнул, соглашаясь с этим подходом, древние знания слишком опасны, чтобы попасть в руки такой организации.

– Я привлеку Владимира Тихонина для анализа текстов, Аллу Танаеву для интерпретации символов и Ирину Тарасову для технической поддержки, – добавил он.

– Отлично, мы тем временем начнём анализ этого дневника. Александр Иванович одобрительно кивнул. – Каждая деталь может стать важной подсказкой.

Дмитрий Родинов бережно держал в руках древнюю рукопись монаха Иллариона. Кожаная обложка была шершавой на ощупь, покрытой тонкими трещинами времени. Он положил ладонь на верхнюю часть обложки и начал проводить пальцами по её поверхности, словно надеясь прочувствовать скрытые секреты. Его серые глаза были сосредоточены, а каждое движение – осторожным.

– Что-то необычное здесь есть, – пробормотал он, заметив странный узор под своими пальцами. – Откуда у монаха тех времён шёлковая ткань? Это явно не местного происхождения…

Никто из присутствующих не мог ответить на этот вопрос. Эдик безвольно пожал плечами, хотя его живой взгляд говорил о том, что он тоже был заинтригован. Александр Иванович Акимов внимательно наблюдал за Дмитрием.

– Что ты ищешь, Дмитрий? – спросил профессор, наклоняясь ближе к столику, где лежала рукопись.

Родинов замолчал, размышляя. Он чувствовал, что перед ним не просто старый документ, а настоящий ключ к разгадке загадок Афанасия Никитина. Возможно, даже намёк на то, каким образом индийские маги могли повлиять на его мировоззрение.

– Мне нужно тишину. – Попросил Родинов, отводя взгляд от профессора. – Я пытаюсь понять, что скрывается под этой тканью.

Профессор кивнул, давая Дмитрию пространство для мыслей. В комнате воцарилась напряжённая тишина. Только шорох страниц и мягкое потрескивание свечей на столах создавали фон для этого важного момента.

Дмитрий перевернул рукопись, повторяя те же движения, что уже сделал ранее. На этот раз его пальцы наткнулись на что-то более конкретное. Он почувствовал слабую выпуклость под шёлком, которая прежде осталась незамеченной.

Его сердце забилось чаще. Он аккуратно положил дневник на маленький столик возле кровати, после чего поднялся и направился к шкафу у входной двери. Из него он достал свой старый швейцарский нож, который всегда носил с собой ещё со времён службы в спецназе. Этот нож был не просто инструментом – это был символ его практичности и готовности к любым испытаниям.

Вернувшись к столику, Дмитрий достал из ножа узкое лезвие. Его движения стали медленными и чёткими. Он тяжело вздохнул, понимая, что сейчас может сделать шаг к разгадке тайны или же повредить уникальный артефакт.

Осторожно подведя лезвие к краю шёлковой ткани, Дмитрий начал аккуратно отделять её от кожи обложки. Каждый миллиметр требовал особого внимания. Шёлк легко поддавался режущему инструменту, но под ним открывались всё новые слои клея, которые предстояло удалить.

Наконец, когда последний слой клея был снят, перед присутствующими предстало тонкое золотое распятие с православным крестом. На обратной стороне распятия находилось кольцо диаметром два сантиметра, сложенное в одной плоскости с крестом. Это было удивительное сочетание символов – христианского распятия и загадочного кольца, которое могло быть связано с индийской мудростью.

– Вот это находка, – выдохнул Александр Иванович, приближаясь к столику. – Даже наши сканеры не смогли обнаружить это. Как ты догадался?

– Почувствовал! – Дмитрий улыбнулся, хотя внутри всё ещё волновался. – Иногда интуиция говорит громче, чем технологии.

Родинов снова замолчал, его внимание сразу переключилось на другой фрагмент шёлка, который он уже срезал с задней обложки. Он внимательно осмотрел его, но ничего не нашёл.

– Жаль, что с обратной стороны кусочка шёлковой ткани ничего нет, кроме нескольких линий. – Пробормотал Дмитрий. – Это скорее грязь… Хотя кто знает?

– Может, попробуем снять шёлк с первой обложки? – Эдик, до этого момента молчавший, внезапно предложил. – Возможно, там тоже что-то скрыто.

– Давайте попробуем! – Дмитрий задумчиво посмотрел на лаборанта, беря дневник в руки снова.

Первая обложка была ещё более растрескавшейся, чем вторая. Дмитрий осторожно поднёс её к свету, чтобы лучше рассмотреть структуру материала. Шёлк казался плотнее, чем тот, что был на второй обложке. Возможно, это указывало на его более древнее происхождение.

Александр Иванович протянул Дмитрию увеличительное стекло, чтобы тот мог точнее определить границы шёлка. Дмитрий поблагодарил профессора кивком и начал аккуратные манипуляции.

Каждое движение ножа было продуманным. Дмитрий представлял себе, как монах Илларион мог бы закладывать эти секреты в свою рукопись. Возможно, он делал это специально, чтобы защитить текст от случайных читателей. Теперь же каждый слой материала становился новым вызовом для Дмитрия.

Наконец, шёлк был полностью отделён от кожи. Дмитрий осторожно перевернул лоскут, и все присутствующие замерли. На обратной стороне шёлка оказалась карта первого путешествия Никитина в Персию, этот вывод можно было сделать по очертанию передовой линии Каспийского моря.

Карта была выполнена тонкой чернильной ручкой, возможно, самим Никитиным. Она показывала маршрут через горы и реки, указывая несколько точек, они могли бы быть местами для спрятанных фрагментов дневника.

– Посмотрите! – воскликнул Дмитрий, не скрывая своего удивления. – Это карта маршрута Никитина! Здесь отмечены три точки, которые кажутся важными…

– Эти точки могут быть связанными с его встречами с местными жрецами или торговцами, – Александр Иванович поднёс карту к свету, внимательно изучая её содержание. – Возможно, именно здесь он получил первую информацию о ритуале замедления времени.

– Либо это места, где он мог спрятать части своего дневника. – Добавил Эдик. – Мы знаем, что Никитин был осторожным человеком.

Дмитрий долго рассматривал карту, представляя себе древние города Персии, через них проходил Никитин. Каждая отметка на карте могла стать ключом к новому этапу их пути.

– Первый пункт маршрута – это древний город на берегу реки, – начал он. – Возможно, именно здесь Никитин встретил своих первых наставников.

– А второй пункт – это горный храм, он, как известно, использовался для религиозных церемоний. – Александр Иванович кивнул. – Здесь Никитин мог получить бронзовую грамоту.

Третья отметка на карте вызвала наибольшее удивление. Она находилась в самом сердце пустыни, где, казалось, не должно быть никаких следов человеческой жизни.

– Что это за место? – спросил Дмитрий, указывая на третью отметку.

– Есть легенда, что здесь находился тайный источник знаний, – объяснил Александр Иванович. – Возможно, именно здесь Никитин узнал о существовании ритуала "Вечного Вздоха".

Дмитрий представил себе древний источник, окруженный песчаными дюнами и хранящий свои собственные секреты. Его сердце забилось чаще от осознания масштаба задачи.

Несмотря, на радость, от находки, Дмитрий не мог избавиться от тревоги за семью. Он постоянно представлял себе Елену и Павла, находящихся под контролем "Стражей времени". Каждая минута бездействия могла стоить им безопасности.

– Нам нужно действовать быстро, – произнёс он вслух. – Если эти люди действительно стремятся к тому, чтобы завладеть древним ритуалом, они могут использовать его во зло.

– Мы будем действовать осторожно, Дмитрий. – Александр Иванович положил руку ему на плечо. – Эти люди действительно так хорошо подготовлены, они могут быть опаснее, чем кажется.

Дмитрий кивнул, соглашаясь. Он понимал, что теперь каждый шаг должен быть продуман до мелочей. После изучения карты Дмитрий начал составлять план действий. Он достал блокнот и начал записывать возможные варианты развития событий.

– Первый этап нашего пути – это Тверь. – Сказал Дмитрий, водя карандашом по бумаге. – Там, согласно легенде, Никитин начал своё путешествие.

– Может дневник и находки ты, Дима, оставишь мне? – Предложил Александр Иванович. – Не стоит забывать о наблюдении за тобой. А я закрою наши артефакты в сейфе пансионата и завтра к вечеру приеду в здание фонда.

Разговор продолжался до поздней ночи. Дмитрий чувствовал, как команда объединяет усилия ради общего дела. Теперь он был уверен, что сможет спасти свою семью и одновременно защитить мир от древнего ритуала. Профессор предложил сфотографировать находки и страницы дневника Иллариона, а когда всё было выполнено, на протяжении четверти часа обсуждали последующие действия, пока Александр Иванович не посмотрел с опаской на лаборанта.

– Эдуард, я хочу, чтобы ты на некоторое время исчез. – Профессор был всё таким же собранным и внимательным, хотя теперь его голос звучал с лёгкой тревогой за судьбу парня. – Спрячься где-нибудь на два-три дня. Эти люди опасны, и мы не можем рисковать твоей безопасностью.

Эдуард кивнул, соглашаясь. Он понимал важность своего положения и готов был принести личные жертвы ради успеха миссии. Дмитрий наблюдал за этим диалогом, чувствуя, как давление на его плечах возрастает. Теперь каждый участник команды должен был действовать осторожно, чтобы не подставить других.

Александр Иванович вместе с Эдуардом покинули апартаменты Дмитрия. Расставшись с друзьями Родинов, долго сидел у окна, глядя на звёздное небо. Его мысли были заняты предстоящей миссией. Он представлял себе древний храм в Твери, странные символы на стенах и возможные ловушки, которые могли бы встретиться на пути.

Но сейчас его главной целью оставалась семья. Он должен был найти способ освободить Елену и Павла, не поддаваясь полностью на требования "Стражей времени".

Наутро Дмитрий проснулся рано. Солнце только начинало подниматься над горизонтом, окрашивая небо в мягкие розовые тона. Он быстро собрал вещи и спустился в ресторан пансионата, чтобы выпить кофе перед отъездом.

Ресторан был практически пуст, за исключением нескольких сотрудников фонда, тоже готовившихся к отъезду. Дмитрий выбрал место у окна, откуда открывался вид на парк. Кофе был крепким и горячим, что помогло ему окончательно проснуться.

Он проверил телефон, убедившись, что от участников команды отказа не поступало, получалось всё трое согласны и будут присутствовать на встрече в офисе фонда. Теперь оставалось только добраться до Твери и начать поиск первого фрагмента.

Дмитрий в темноте покинул пансионат "Агапово" с тяжёлым сердцем. Каждый шаг вперёд мог стать решающим для судьбы его семьи и всего мира. Машина медленно двигалась по утренним дорогам Подмосковья, пока за окном проплывали поля, леса и маленькие деревушки.

Его мысли были заняты предстоящей миссией. Он представлял себе древний храм в Твери, странные символы на стенах и возможные ловушки, которые могли бы встретиться на пути. Однако он также думал о своей команде: Владимире, Алле и Ирине. Их объединяло стремление к истине и желание защитить мир от древних сил.

Глава 2. Похищение

Ночь никак не хотела покидать Москву, превращая улицы в тенистые коридоры, а дома – в молчаливых свидетелей событий. Дмитрий Родинов прибыл к своему дому около шести утра. Город уже успел подготовиться к очередному суматошному дню, на тротуарах появились люди, торопливо бредущие по своим делам. Улицы заполнились автомобилями, медленно собирающиеся в пробки по загруженным дорогам.

Мысли Дмитрия всё ещё были заняты легендой дневника Никитина, ее он услышал от Александра Ивановича Акимова в пансионате "Агапово". Однако теперь, почти добравшись до дома, он решил отвлечься и через часок позвонить жене Елене, отдыхавшей с сыном Павлом на даче.

Квартира встретила его привычной обстановкой.

Это была небольшая, но уютная трёхкомнатная квартира на девятом этаже жилого дома в одном из спальных районов Москвы. Каждый предмет здесь напоминал о семье, тёплый свет ламп, аккуратно сложенные книги на полках и фотографии семьи, украшающие стены. Дмитрий снял пиджак и повесил его на спинку стула, после чего достал телефон.

Он выбрал из списка номер жены, представляя себе её голос – мягкий, успокаивающий и немного игривый. Устроившись поудобнее в кресле, Родинов прикрыл на минутку глаза и уснул. От стука пристроившейся на подоконнике птицы, Дмитрий вздрогнул, провёл рукой по лицу и схватился за телефон. На часах мобильника было уже полвосьмого, решительно нажал на клавишу вызова.

– Абонент временно недоступен… – Вместо родного голоса услышал механическое сообщение.

Дмитрий попробовал снова, но результат был тем же. На этот раз тревога начала пробиваться сквозь его спокойствие. Он представил себе возможные причины, может быть, Елена просто оставила телефон где-то, а сама уже занялась дачными делами? Или сигнал плохой за городом? Возможно, она отправилась к соседям, содержащим целое подворье, за молоком, и не заметила пропущенный звонок?

Однако эти мысли не могли полностью успокоить его. Его сердце начинало биться чаще с каждой минутой без ответа. Он прошёлся по квартире, пытаясь собраться с мыслями. Его взгляд упал на фотографию жены и сына, стоящую на комоде. Павел, маленький мальчик с яркими глазами и широкой улыбкой, радостно обнимал Елену за плечи. Эта картинка заставила его сердце сжаться от тревоги.

Дмитрий только что вернулся из пансионата "Агапово", где провёл несколько дней на научной конференции. Эти дни были наполнены лекциями, обсуждениями и встречами с коллегами. Однако теперь его мысли были далеко от академических вопросов. Он представлял себе Елену и Павла, отдыхающих на даче.

Они всегда любили проводить выходные там, просторный участок земли, окружённый деревьями, маленькая беседка, зелёный кабинет среди ветвей старой яблони и река неподалёку, создавали идеальную атмосферу для семейного отдыха.

Пашка, сын Дмитрия, часто рассказывал ему о своих приключениях на даче. В последнем телефонном разговоре он говорил о том, как играл с друзьями в футбол, используя старый мяч, его когда-то подарил ему дед. Они устраивали мини-чемпионаты на скошенной траве перед домом, а победители получали символические награды – фрукты, конфеты, мороженое или банку прохладной газировки из ближайшего киоска.

– Мы даже сделали свой чемпионат, пап! – Раздался в памяти Родинова радостная речь Пашки. – Я забил два гола!

Елена же предпочитала более спокойные занятия. Она любила повседневные лесные хлопоты, загорала на берегу реки, читая книги или просто наблюдала за сыном. Иногда они вместе работали на даче – пропалывали грядки, красили забор или собирали урожай. Эти моменты были особенными для Дмитрия – это была их жизнь, полная простых радостей и тепла.

Чтобы отвлечься, Дмитрий открыл ноутбук и начал просматривать материалы о путешествии Никитина, их ему дал Александр Иванович. Тексты, карты и старинные гравюры казались слишком далёкими от реальности, когда его семья могла оказаться в опасности. Он закрыл ноутбук и подошёл к окну, выходящему на тихий московский двор. За стеклом потемнело от низких грязно-серых туч, принялся накрапывать дождь. Он чувствовал себя словно в ловушке, неспособный помочь своей семье.

Солнце едва коснулось вершин сосен, окрашивая подмосковную дачу в янтарные тона. Воздух гудел от стрекоз, а запах свежескошенной травы смешивался с дымком от мангала. Елена Родинова, её светлые волосы развевались под порывом ветра, нарезала овощи на веранде. Сквозь открытое окно доносился смех Павла – мальчик гонял мяч по росистой поляне, оставляя за собой следы на траве.

– Паш, почему ты сбросил куртку! Прохладно, тебе не хватало простыть. – Крикнула она, но сын, словно глухой, продолжил игру.

За высоким кованым забором послышался скрип калитки. Из-за него показался Алексей – «дядя Лёша», как звали его соседи. Лицо этого молодого мужчины, изборожденное морщинами, светилось неестественно яркой улыбкой.

– Леночка! – голос его звучал натянуто, будто актёр, заученно произносящий роль. – Никитка рвётся в дельфинарий. Составите компанию? Мой внедорожник «Сузуки» вместит всех!

Елена замедлила движения ножом. Вспомнила, как зимой он помогал им откапывать машину – тогда его руки дрожали словно от холода, а сейчас пальцы сжимали калитку слишком плотно, будто он пытался погнуть металл.

– Мам, можно? – Паша влетел на веранду, запыхавшись. – Никита новый дрон купил! Он говорит, им можно кино снимать, так как камера высокого разрешения и со стабилизацией.

– Только осторожно! – Елена толком не поняла, что бормотал сын, поглядела в сторону Лёши.

Женщина махнула рукой, но сосед уже отвернулся, что-то недовольно высказывал в телефон. Вытерев руки, Елена направилась к калитке. Елену мучило неожиданное появление соседа. Такое поведение было странным, так как Алексея всегда отличало собранность.

– Привет, Леша! – Улыбнулась женщина, поискав глазами сына, задумалась, почему он не позвал нас вчера, а так, внезапно. – Предложение заманчивое, только я договорилась со свекровью сегодня приступить к отложенным дачным заботам.

– Дела на даче никогда не закончатся. – Усмехнулся Алексей. – А сына порадовать тоже полезно, подумай, когда еще удастся вам выбраться в дельфинарий.

– Мама, Никита с дядей Лешей собираются на шоу дельфинов! – Выпалил подбежавший Пашка. – Почему ты против, чтобы мы тоже поехали?

– Да не против я! – Сдалась женщина, не обращая на тревожные звоночки подсознания.

– Ура! – Закричал во все горло Паша. – Никита, мы с мамой тоже едем.

– Алексей, через пятнадцать минут мы будем готов. – Пообещала женщина и направилась обратно на веранду.

– Будем ждать вас в машине на подъездной дорожке. – Алексей отошел от калитки, он сделал жест рукой, словно радуясь, что задуманное удалось.

Салон «Сузуки» пах мятным освежителем и чем-то едким – как будто лекарством. Елена, расположившаяся на переднем пассажирском месте рядом с водителем, прижалась к холодному стеклу, наблюдая, как Никита, сидевший сзади с Павлом, обсуждали запуск дрона в небо. Мальчишки смотрели на экран, встроенный пульт управления, рассматривали заснятое видео, где с высоты была видна дорога и поляна, ведущая к лесу.

– Папа бы одобрил, – хихикнул Павел, тыча пальцем в изображение. – Говорит, техника – будущее!

– Будущее не за такими игрушками, а за роботами. – Никита фыркнул и резко переключил камеру дрона на салон машины. На секунду в объективе мелькнуло лицо обернувшегося Лёши, искажённое гримасой, будто он хотел отругать сына.

– Никита, убери дрон! – Рявкнул отец, и подросток выключил устройство.

Елена сглотнула ком в горле. Лес за окном сгущался, солнце скрылось за тучами. Ее стали донимать вопросы внутреннего голоса: «Почему мы едем через глушь? В дельфинарий ведь другая дорога?».

– Алексей, мы точно не заблудились? – спросила она, стараясь звучать спокойно.

– Объездная, – буркнул он, не отрывая глаз от дороги. – Пробки на трассе.

В зеркало заднего вида Елена увидела Никиту, засовывающего дрожащими руками свою игрушку в рюкзак.

– Мама, я папе позвоню! – Принял решение Павел. – Вдруг он захочет на дачу приехать, а нас нет.

Мальчик вытащил из кармана телефон, провел пальцем по экрану, активируя его, выбрал нужный контакт и приложил устройство к уху. Елена заметила проскользнувшее по лицу Алексей недовольство. Водитель прикусил нижнюю губу, будто в раздумьях, посмотрел в зеркало. Внезапно телефон Дмитрия зазвонил, незаметно пролетело ещё полтора часа. На экране высветился незнакомый номер, но голос на другом конце линии сразу узнал.

– Пап, это я, Пашка! – раздалось в трубке, и Дмитрий почувствовал, как его сердце сделало скачок от облегчения.

– Привет, сынок! Где ты? Почему мамин телефон не работает? – Быстро спросил он, стараясь сохранить спокойствие.

– Мы с мамой собираемся в дельфинарий! Голос Павла был полон радости и возбуждения. – К нам приехал дядя Лёша, сосед по даче, и сказал, что поведёт нас на утреннее шоу вместе с его сыном Никитой!

Дмитрий замер, держа телефон в руке. Лёша был их добродушным соседом, он часто общался с семьёй Родиновых и всегда казался приятным человеком, хотя Дмитрий редко видел его лично. Обычно Алексей, проживающий в своём доме круглогодично, помогал с мелкими делами, привозил продукты, проверял состояние дома, когда семья уезжала. Но сейчас что-то в этой ситуации вызвало у Дмитрия странное чувство.

– Это замечательно, сынок! – ответил Дмитрий, пытаясь скрыть своё волнение. – Вы уже выехали?

Связь оборвалась прямо во время разговора. Родинов не знал, что в момент разговора Алексей потянулся к скрытой кнопке под рулем и включил глушилку. Дмитрий инстинктивно сжал телефон в руке, словно пытаясь вернуть контакт. Однако экран остался чёрным. Он попытался снова дозвониться до Елены, но её телефон оказался вне зоны действия сети. Затем он набрал номер соседа Алексея, но и там никто не взял трубку.

Дельфинарий встретил радостной музыкой, аниматоры в костюмах дельфинов и морских львов раздавали буклеты. В киоске продавали фигурки участников шоу, в кассе Алексей оказался третьим в очереди. Родители с детьми постепенно прибывали на автобусах и собственных автомобилях.

– Давайте в кафе, до начала представления еще минут двадцать. – Леша махнул рукой к зданию с вывеской в форме кита. – Успеем съесть по мороженному и выпить по молочному коктейлю. Елене показались глаза морского гиганта блеклыми и безрадостными, как у больного животного. Павел с радостной улыбкой потянул на себя дверь, пропуская взрослых и своего дачного друга.

Войдя в помещение, Елена поморщилась, внутри пахло жжёным кофе и плесенью. Стены, расписанные волнами, потрескались, а декоративные свечи в железных подсвечниках показались закопченными, что даже стена рядом почернела от дыма. Буфетчица в белоснежной блузке со значком голубого дельфина на груди, лениво обслуживала посетителей возле стойки. Глаза этой полной миловидной женщины были уставлены куда-то в пустоту, а не на посетителей.

– Эспрессо, капучино, два сока и два шоколадных мороженного. – Лёша перечислял пункты заказа, читая меню на стене за спиной, но отчего-то его голос дрожал.

Никита с Пашей расположились за столиком, в ожидании, когда Алексей принесет лакомства. Мужчина протянул чашку с капучино Елене, она с беспокойным сердцем опустилась на стул. Мальчики получили свои порции сока и мороженного. Женщина заметила, как Леша замешкался, когда придвинул стакан ее сыну.

– Не пей! – Елена схватила его за руку, но мальчик потянулся за стаканом сока и уже сделал глоток. Его зрачки расширились, словно впитали весь свет в комнате.

– Мам… голова… – Реакция последовала незамедлительно. Паша рухнул на стол, опрокидывая бокал с остатками сока на пол.

– Что вы наделали?! – Елена вскочила, опрокидывая стул.

Лёша подхватил своего сына за шиворот и отступил к выходу на пару шагов, лицо его подёргивалось.

– Прости, Лена! Они пригрозили Никите. – Лепетал мужчина, в его левой руке женщина заметила маленький шприц без иглы с мутной жидкостью.

Дверь с грохотом распахнулась. Трое в чёрных комбинезонах, лица скрыты под масками с фильтрами, вошли синхронно. Старший прицелился в Елену из пистолета с длинным стволом – не огнестрельного, а какого-то техногенного.

– Родионовы. Вы нужны Мастеру. – Голос звучал механически, словно из динамика.

– Какие ещё игры?! – Елена прикрыла сына телом. – Мы пришли на шоу дельфинов вы ошиблись.

В ответ мужчина достал фото – Дмитрий, она и Павел за ужином на даче. Кадр был сделан через окно.

– Ваш муж скрывает то, что принадлежит Мастеру времени. Теперь вы – приманка.

Прибор в руке мужчины в черном, стоящим позади старшего группы, негромко запищал, звук стал тоньше и совсем пропал. Елена смотрела по сторонам и не могла осознать происходящего. Люди возле прилавка плавно, словно в замедленной съемке, оседали на пол. Монументального вида буфетчица с застывшим выражением лица, оступилась назад и села на тумбу. Посетители, успевшие получить свои заказы, еще минуту назад сидели за столами и радостно что-то обсуждали.

Теперь они в различных позах лежали на столешницах или распластались на полу, скатившись со стульев. Волна неслышимого гула воздействовала на людей с полной неотвратимостью. Елена увидела, как Лёша и Никита падают на пол, скрутившись в судорогах.

Последнее, что она запомнила – холодный пол под щекой и чьи-то руки, волочащие её по какому-то коридору к фургону с затемнёнными стёклами. Автомобиль с семьей Родинова умчался в неизвестном направлении, а прибывающие в дельфинарий продолжали дергать запертую дверь, возмущаясь закрытию кафе.

Сознание вернулось к ней в подвале. Сырость въедалась в кожу, вода капала с труб на потолке, оставляя ржавые подтёки на бетоне. Павел лежал рядом, его запястья стянуты пластиковыми хомутами.

– Проснись! – Елена толкнула его плечо, но мальчик лишь застонал.

Ослабевший Паша почти не слышал мать, его сознание рисовало странные образы. Мальчик попытался разлепить веки и вновь их сомкнул. Он видел в трех метрах перед собой два грязно-желтых раздвинутых полотна занавеси, а за ним стол с большим компьютерным монитором. Мальчик попытался рассмотреть получше. На экране была выведена карта с маршрутом.

– Тверь. – Паша смог прочитать название города на карте.

– Сынок, Павлик, – сквозь слезы заворковала мать, – прошу тебя очнись.

– Папа, как у тебя план для нашего спасения? – Прошептал в бреду мальчик. – Куда и зачем ты направляешься?

Елена безвольно сидела на тюфяке рядом с сыном. Павел вздрогнул, выгнулся назад, потянувшись пришел в себя.

– Мама, не стоит плакать. – по-мужски выговорил Паша и прижался своей щекой к матери. – Папа нас спасет. Я уверен, но ему придется пройти несколько сложных испытаний.

Мальчик не мог знать о коварных планах Мастера времени – мужчины, вынудившего его отца отправится в опасный путь лишь бы раздобыть скрытый в горах Тибета артефакт. Древнее оружие прошлой цивилизации, позволяющей подчинить время собственной власти.

Дмитрий сдвинулся на край кресла, чувствуя, как мир вокруг него меняется. Он представлял себе Павла, играющего с мячом во дворе, а Елена загорала на берегу реки. Эти образы стали для него почти физической болью. Он понимал, что нужно действовать, но пока не знал, как.

Дневная тьма из-за отсутствия солнца, продолжала опускаться на Москву, окрашивая город в тёмные тона. В квартире Дмитрия всё ещё стояла тишина после его долгих размышлений о судьбе семьи. Он сидел за столом, изучая карты древних городов и делая пометки в блокноте. Его мысли были заняты возможными местами, где мог быть спрятан первый фрагмент дневника Никитина.

Внезапно раздался странный звук. Это был не просто скрип или шорох – это было что-то большее. Кто-то пытался открыть входную дверь. Дмитрий замер, его сердце забилось чаще. Он осторожно поднялся с места и направился к прихожей. Телефон всё ещё лежал на столе, а сумка с материалами была готова к путешествию.

Дверной замок щёлкнул, словно предупреждая о грядущем. Затем дверь распахнулась, и в комнату ворвались несколько человек в чёрных комбинезонах. Их лица скрывали маски, а движения были быстрыми и профессиональными. Дмитрий инстинктивно попятился назад, но один из них перехватил его руки, заставляя замереть.

Старший группы, представившийся как Мастер Времени, сделал шаг вперёд. Его высокий силуэт выделялся среди остальных. Под маской можно было заметить холодный, расчетливый взгляд. Голос его был механическим, будто проходил через специальный фильтр.

– Господин Родинов, мы знаем, что вы начали действовать, но слишком долго откладывали. – Произнёс он, подходя ближе. – Ваша семья находится в наших руках. Мы хотим убедиться, что вы понимаете серьёзность ситуации.

Дмитрий почувствовал, как кровь прилила к лицу. Он пытался сохранить спокойствие, но внутри всё закипало от ярости и беспокойства. Его глаза метались между хрониумами, пытаясь найти слабое место в их защите. Однако эти люди действовали как хорошо отлаженный механизм.

Мастер Времени достал планшет и показал Дмитрию видео. На экране появились Елена и Павел. Они находились в маленьком, плохо освещённом и грязном подвале. Павел сидел рядом с матерью, обнимая её за руку. Лица их были испуганными, но они казались целыми и невредимыми.

Дмитрий смотрел на экран, чувствуя, как каждая секунда становится длиннее предыдущей. Его сердце сжалось от тревоги за Елену и Павла. Он хотел протянуть руку к экрану, чтобы хоть как-то прикоснуться к ним, но понимал, что это невозможно. Родинову стоило прыгнуть на мастера и одним коротким движением свернуть шею в порыве ненависти. Что-то заставляли Дмитрия смиренно стоять и слушать предводителя непрошеных гостей.

Мастер Времени достал плоское устройство и раскрыл его перед Дмитрием. Это был компактный прибор размером с книгу, с металлическими зеркалами, установленными на внутренней стороне крышки. Когда он активировал устройство, несколько зеркал начали отражать туманный зеленоватый свет, исходящий из глубины прибора.

Дмитрий внимательно разглядел объемное изображение двойного конуса, соединённого вершинами. Конусы были разделены концентрическими линиями на сегменты, каждый из которых имел свою функцию. В центре мерцала красная пульсирующая точка, символизирующая текущее время.

– Это устройство позволяет нам контролировать поток времени. – Объяснил Мастер Времени, следя за реакцией Дмитрия. – Красная точка означает состояние настоящего момента. Перемещение точки позволяет нам замедлять или даже сдвинуть время назад. Но это не просто игрушка. Оно может сделать тех, кого вы любите, полностью недоступными для вас.

Дмитрий почувствовал, как его горло пересохло. Он не мог отвести взгляд от устройства. Каждая деталь казалась невероятной, но в то же время пугающе реальной.

– Мы можем замедлить время или повернуть его вспять только для вас или для тех, с кем вы прочно связаны. – Продолжил Мастер Времени, демонстрируя возможности прибора. – Если вам придёт в голову идея сопротивления, мы сможем изменить вашу реальность так, что все, кого вы любите, для вас перестанут существовать. Они будут продолжать жить своей жизнью, но вы станете для них чужим. Вы будете словно вырезаны из их жизни.

Дмитрий представил себе эту возможность Елена и Павел живут дальше, но он сам исчезает из их воспоминаний. Эта мысль заставила его сердце сжаться от ужаса. Он понимал, что теперь каждое его действие должно быть продумано до мелочей.

– Вы должны найти все фрагменты дневника Афанасия Никитина и передать их нашей организации. – Мастер Времени сделал паузу, словно давая Дмитрию время осознать происходящее. – Это единственный способ обеспечить безопасность вашей семьи.

Дмитрий почувствовал, как его горло пересохло. Он представил себе древние тексты, символы и загадочные намёки, которые предстояло расшифровать. Каждый шаг мог стать решающим для судьбы Елены и Павла.

– Какие гарантии? – спросил он, пытаясь скрыть свой страх.

Мастер Времени достал плоское устройство и снова продемонстрировал его Дмитрию. Теперь он подробно объяснил его функции.

– Это устройство может замедлить и ускорить время вокруг вас, если потребуется. – Бесчувственно произнес мастер. – Я уверяю, что ваша семья будет содержаться в хороших условиях. Они получают регулярное питание и медицинскую помощь.

Дмитрий кивнул, хотя эта информация немного успокоила его. Он понимал, что "Стражи времени" стремятся использовать древние знания во зло, но сейчас его главной целью было спасти свою семью.

– Ваш сын, Павел, рассказал нам о том, как прекрасно провёл время на даче. Мастер Времени продолжил. – Он играл с друзьями в футбол, использовал старый мяч, который когда-то подарил ему дед. Они устроили мини-чемпионат прямо на поляне, поросшей травой перед пляжем, а победители получали символические награды – мороженое или банку прохладной газировки из ближайшего киоска.

Дмитрий почувствовал, как его сердце сжалось от этих слов. Он представил себе Павла, бегущего по траве с мячом в руках, смеющегося вместе с друзьями. Это была обычная картина их жизни, которую теперь пытались разрушить "Стражи времени".

– Что у вас на даче происходило вечерами? – Спросил Мастер Времени, читая мысли Дмитрия.

– Мы плавали в речке. – Продолжил Дмитрий, демонстрируя покорность. – Пашка любит понырять, а Елена загорает на берегу и читает книги. Иногда они вместе работали на даче, пропалывали грядки, красили забор или собирали урожай.

Дмитрий слушал мастера, раздумывал над своими слова, чувствуя, как каждая деталь заставляет его сердце болезненно сжиматься. Он представлял себе Елену, сидящую на берегу реки с книгой в руках, а Павел плескался в воде, радостно крича от удовольствия. Эти моменты были частью их обычной жизни, но теперь они казались такими далёкими.

– Я сделаю всё, что вы скажете, – произнёс Дмитрий, стараясь скрыть свой страх.

Мастер Времени внимательно посмотрел на него, словно проверяя искренность слов.

– Отлично! – Ответил гость. – Первый этап вашего пути лежит в Тверь. Мы будем следить за каждым вашим шагом. Любая попытка сопротивления приведёт к печальным последствиям.

Когда старший взмахнул рукой, так сразу шагнул поближе один из хрониумов протянул Дмитрию флешку с информацией.

– Здесь карта мест временных флуктуаций, связанных с первым фрагментом дневника. – Доверительно излагал главный хрониум. – Мы ждём результатов. Вы должны сразу передать нам первый фрагмент, как только его обнаружите.

С этими словами группа начала покидать квартиру. Дмитрий стоял, глядя им вслед. Когда дверь закрылась, он опустился на стул, чувствуя, как реальность начинает меняться перед его глазами.

После ухода хрониумов Дмитрий долго сидел в темноте, глядя на экран планшета с записью Елены и Павла. Его мысли метались между желанием выполнить требования "Стражей времени" и стремлением защитить мир от древнего ритуала. Родинов осознавал, каждый шаг может иметь далеко идущие последствия. Его мобильный телефон снова зазвонил, на экране высветился незнакомый номер.

– Я вас слушаю, – Дмитрий постарался сохранить спокойствие хотя его нервы стали аналогией оголенных проводов под напряжением, он только почувствовал холод на другом конце линии.

– Мы следим за каждым вашим шагом, господин Родинов. – Механически прозвучали слова. – Не разочаруйте нас. Посмотрите на свои часы.

– Я осознаю ваше влияние. – Дмитрий сдвинул манжет рубашки, стрелки часов завращались с бешеной скоростью, затем стали замедляться и остановились совсем, вскоре пошли с нормальной скоростью. – Я пойду на всё ваши требования, только обеспечьте безопасность моей семьи.

Связь оборвалась. Дмитрий мрачно выругался, положил телефон на стол и начал составлять план действий. Теперь у него была цель найти фрагменты дневника Никитина и одновременно спасти свою семью.

После ухода хрониумов квартира Дмитрия Родинова погрузилась в ещё более глубокую тишину. Он сидел за столом, глядя на флешку с картой возможных мест для поиска фрагментов дневника Никитина и планшет с записью Елены и Павла. Его мысли были заняты предстоящей миссией, но тревога за семью не отпускала ни на секунду.

Дмитрий понимал, что один он не справится. Ему нужна была помощь профессионалов, кому он мог доверять безоговорочно. Первым делом он решил позвонить Николаю Степановичу – начальнику службы безопасности фонда культурного наследия. Это был человек, всегда находивший выход из самых сложных ситуаций.

Квартира всё ещё хранила следы недавнего вторжения – слегка помятые обои и сдвинутая тумба в прихожей у входной двери, где её взламывали хрониумы, и ощущение холодного присутствия тех, кто только что покинул помещение. Дмитрий достал телефон и набрал номер Николая Степановича. Гудки казались особенно долгими, словно каждая секунда отделяла его от решения проблемы.

– Дмитрий? Что случилось? – Голос Николая Степановича прозвучал уверенно, хотя и с лёгкой ноткой удивления.

– Николай Степанович, это серьёзно, – начал он, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё бушевало. – Моя семья – жена Елена и сын Павел – находятся в руках организации под названием "Стражи времени". – Дмитрий сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями. – Они требуют найти фрагменты дневника Афанасия Никитина, которые якобы содержат информацию о страшной тайне.

– Я понимаю твою тревогу, Дмитрий. Голос Николая Степановича стал ещё более решительным. – Мы немедленно займёмся этим вопросом. Где ты сейчас?

– В своей квартире. – Ответил Дмитрий. – Вам удобнее приехать ко мне или соберёмся в фонде? Нам многое нужно обсудить.

Николай Степанович заверил, что будет через полчаса на квартире, и оборвал связь. Дмитрий положил телефон на стол и начал готовиться к их встрече. Он представил себе команду, собранную Николаем Степановичем. Василий и Вадим – бывшие офицеры десантников, работавшие охранниками в фонде.

Их профессионализм и решительность могли бы стать решающими в поиске Елены и Павла. Дмитрий прошёлся по квартире, проверяя каждый предмет, который мог бы пригодиться для предстоящей операции. Он понимал, что теперь каждая деталь их жизни может быть использована против них.

Он снова достал планшет с записью Елены и Павла. Видео было коротким, но каждый кадр вызывал в нём волну эмоций. Елена сидела рядом с сыном, держа его за руку. Лица их были испуганными, но они казались целыми и невредимыми. Дмитрий представлял себе, как они могут чувствовать себя в этом подвале, куда их забрали хрониумы. Возможно, Павел даже не понимает всей серьёзности ситуации, а Елена пытается сохранять спокойствие ради сына.

Чтобы немного успокоиться, Дмитрий начал перечитывать записи профессора Акимова о дневнике Никитина. Каждый символ, каждое описание маршрута казались теперь важнее, чем раньше. Он понимал, что эти древние знания могут стать ключом к спасению его семьи.

Через полчаса раздался осторожный стук в дверь. Дмитрий подошёл к глазку и увидел знакомые силуэты: Николай Степанович, Василий и Вадим. Начальник службы безопасности фонда был одет в тёмный костюм, а парни предпочитали спортивный, более удобный стиль. Их лица выражали решимость и готовность действовать.

Николай Степанович был человеком среднего роста с широкими плечами и строгим взглядом карих глаз. Его внешность говорила о деловитости и собранности, хотя иногда можно было заметить мягкость в его взгляде. Василий и Вадим были высокими мужчинами с атлетическим телосложением. Их коротко стриженные волосы и внимательные глаза выдавали опытных военных людей.

Дмитрий открыл дверь, и команда вошла. Квартира встретила их привычной обстановкой. Аккуратно сложенные книги на полках, семейные фотографии на стенах и карта мира, на ней Дмитрий отметил все места своих путешествий. Сейчас эта карта стала символом его нового пути.

– Дмитрий, расскажи подробнее, что произошло. Мы должны знать каждую деталь.

Родинов провёл коллег к столу, где всё ещё лежала флешка с картой мест для поиска фрагментов дневника Никитина.

– Люди, доставшие меня звонками и вломившиеся в квартиру, называют себя "Стражами времени". – Родинов начал свой рассказ, стараясь не упустить ни одной важной детали. – Они потребовали найти фрагменты дневника Никитина, якобы содержащие информацию о древнем ритуале замедления времени. Если я не выполню их требования, они угрожают причинить вред моей семье.

Николай Степанович внимательно слушал, время от времени задавая уточняющие вопросы. Когда Дмитрий закончил, он сделал паузу, обдумывая услышанное.

– Я понимаю твою тревогу, Дмитрий. – Вадим поднял свободный стул, поставил его возле стола и сел. – Мы будем действовать быстро и эффективно. Но для начала нужно разделить задачи.

– Моя группа будет сосредоточена на личностях, похитивших Елену и Павла, воспользовавшись связями в силовых органах. Василий и Вадим возьмутся поисками на земле. – Николай Степанович достал блокнот и начал записывать план действий. – Мы проверим все возможные места, куда их могли забрать.

– Также нужно использовать связи в правоохранительных органах, чтобы получить доступ к камерам наблюдения и базам данным. – Предложил Вадим.

– Они наверняка попали под объективы камер твоего дома. – Василий сообщил, что успел обойти дом по периметру. – Давай попробуем составить портрет главного, ты же знаешь, я неплохо рисую.

– Главный представился мастером времени. – Родинов предложил карандаш и несколько листов бумаги другу и принялся отвечать на вопросы.

Василий попросил рассказать поподробнее о мастере света, задавал уточняющие вопросы про глаза, нос рот, интересовался манерой разговора этого человека и даже спросил про походку. После он продемонстрировал результат, дорисовал волосы.

– Надо же похож! – Сердито обронил Дмитрий, предоставив Вадиму и Николаю Степановичу сфотографировать рисунок.

– Ты со своими друзьями продолжишь работу над расшифровкой загадок дневника Никитина и записок монаха. Профессор Акимов уже предоставил вам копию текста, верно?

– Для этого я и привлекаю Владимира Тихонина, Аллу Танаеву и Ирину Тарасову. – Объяснил Родинов, их навыки будут бесценными.

Дмитрий кивнул, соглашаясь с этим разделением задач. Он понимал, что только так можно обеспечить успех всей операции. Пора в фонд собираться, договорился о встрече со всеми в своём кабинете.

Комната наполнилась тяжёлой атмосферой. Все присутствующие чувствовали ответственность за предстоящее дело. Николай Степанович сел за стол, изучая карту, предоставленную "Стражами времени". Его взгляд был сосредоточенным, а движения уверенными.

Василий и Вадим стояли у окна, глядя на Москву. Они обсуждали возможные варианты развития событий, предлагая различные стратегии поиска. Их голоса были тихими, но решительными, будто они уже знали, как найти Елену и Павла.

Дмитрий в своем доме знал расположение каждого предмета быта, играющего свою важную роль в небольшом мире Родиновых. Он любил перебирать книги на полках, погружаясь в расшифровки символов забытого языка, Дмитрий получал успокоение.

Когда друзья покинули квартиру, Дмитрий долго сидел у окна, глядя на отъезжающий автомобиль. Его мысли были заняты предстоящей миссией. Он представлял себе древний храм в Твери, странные символы на стенах и возможные ловушки, что могли бы встретиться на пути.

Сейчас его главной целью оставалась семья. Он должен был найти способ освободить Елену и Павла, не поддаваясь полностью на требования "Стражей времени". Для этого ему нужна была команда доверенных друзей.

После ухода Николая Степановича, Василия и Вадима квартира Дмитрия снова погрузилась в тишину. Он остался один за столом, где всё ещё лежала копия дневника Никитина и карта возможных мест для поиска фрагментов. Его мысли были заняты предстоящей миссией, но внезапно он осознал, что должен сообщить о произошедшем своему тестю – генералу Ивану Павловичу Бордину, находящемуся в другом часовом поясе.

Квартира казалась теперь холодной и безжизненной. Каждый предмет напоминал ему о Елене и Павле. Фотографии на стене, на полке книжного шкафа коробка с пряжей, любимым занятием жены, игрушки сына, аккуратно сложенные в углу комнаты. Эти воспоминания усиливали тревогу за их судьбу. Дмитрий представил себе Елену, читающую книгу на берегу реки, а Павла – играющего с друзьями во дворе дачи. Теперь эти простые радости казались такими далёкими.

Он достал телефон и долго смотрел на него, прежде чем набрать номер, предварительно сверился со временем, подсчитывая какой сейчас час в удалённом гарнизоне, куда Генерал вылетел с инспекцией по вопросам своего управления. Он был человеком высокого роста с широкими плечами и строгим выражением лица.

Его серые глаза всегда говорили о внимательности и готовности действовать. Хотя Дмитрий знал его уже много лет, их отношения оставались формальными, пронизанными уважением, но и некоторой дистанцией. Генерал часто подчёркивал, что семья для него – самое важное, и он всегда готов помочь дочери Елене и её мужу.

– Дима? Что-то случилось? – Звонок быстро соединился, и на другом конце линии раздался знакомый голос.

Голос генерала был твёрдым и деловым, как обычно. Дмитрий начал свой рассказ, стараясь быть максимально кратким.

– Иван Павлович, я должен сообщить вам… – Родинов неожиданно сам для себя замолчал, не желая говорить в лоб, что жена и сын были похищены организацией под названием "Стражи времени".

На том конце линии воцарилась короткая пауза. Затем генерал продолжил более серьёзным тоном.

– Передай трубку дочери. – Потребовал Иван Павлович. – Мне нужно с ней поговорить.

Дмитрий замялся. Ему было сложно объяснить, что Елены сейчас нет рядом, и она находится в опасности. Его сердце забилось чаще, когда он понял, какую реакцию может вызвать эта новость.

– Иван Павлович, я… Она не может ответить. Её похитили вместе с сыном.

Генерал на другом конце линии снова сделал паузу. Дмитрий представлял себе его лицо за этой паузой. Суровое выражение, скрещенные руки и решительный взгляд. Генерал Бордин всегда отличался прямолинейностью и уверенностью в своих действиях.

– Почему ты не связался со мной сразу?! – Рявкнул он так, что Дмитрий невольно отстранил телефон от уха. – Я же могу оказать помощь при таких угрозах! Ты думаешь, что справишься один?!

– Иван Павлович, я только что обратился за помощью к Николаю Степановичу. – Дмитрий попытался объясниться, хотя внутри всё сжалось от этих слов. Мы начали расследование…

– Я уже знаю о похищении! – Генерал на дал договорить Родинову. – Мои источники информируют меня о подобных инцидентах. Почему ты не позвонил мне первым делом?!

Дмитрий почувствовал, как его горло пересохло. Он понял, что генерал действительно был в курсе событий. Возможно, его связи в силовых структурах уже получили информацию о происшествии.

– Иван Павлович, я… – Замялся он, но голос дрогнул. – Я просто хотел действовать осторожно. Не хотел впутывать вас в это дело, пока не буду уверен, что смогу что-то сделать.

– Ты думаешь, что можешь защитить мою дочь и внука своими силами? – Генерал вздохнул на другом конце линии. – Это замечательно, что ты пытаешься в одиночку спасти семью, но наивно. Я – генерал, Дмитрий. У меня есть свои методы и возможности. Если бы ты позвонил мне раньше, мы могли бы уже действовать совместно.

Дмитрий опустил голову, чувствуя, как внутреннее напряжение возрастает. Он представлял себе генерала в его служебном кабинете. Массивный стол из тёмного дерева, портреты в военной форме на стенах и строгий свет ламп, создающий деловую атмосферу. Генерал всегда был для Дмитрия символом силы и авторитета, хотя иногда его прямолинейность могла показаться чрезмерной.

– Извините, Иван Павлович, – Произнёс Дмитрий. – Я просто не хотел беспокоить вас без необходимости. Думал, что справлюсь сначала самостоятельно.

– Слушай меня внимательно, Дима. – Генерал снова сделал паузу, словно обдумывал каждое слово. – В таких ситуациях нельзя действовать одному. Я уже поддерживаю контакты с Николаем Степановичем. Он рассказал мне о вашем плане разделения задач, поиск семьи и расшифровка дневника Никитина. Это правильный подход.

Дмитрий кивнул, хотя тестю этого не было видно. Он чувствовал, как немного расслабляется от этих слов. Знание того, что генерал тоже вовлечён в дело, давало дополнительную уверенность.

– Иван Павлович, спасибо за вашу поддержку, – сказал он. – Я ценю ваши усилия.

– Хорошо, что ты обратился к Николаю Степановичу. – Бордин одобрил решение Дмитрия. – Я тоже буду следить за ситуацией. У меня свои методы и контакты. Если потребуется помощь, они знают, куда обращаться.

Дмитрий представлял себе, как генерал говорит эти слова. Его голос был уверенным, будто он уже заранее подготовил план действий. Возможно, он даже начал координировать свои силы через специальные службы или военные структуры.

– Спасибо, Иван Павлович. – Повторил Дмитрий. – Я очень благодарен за вашу помощь.

– Не благодари преждевременно. Сконцентрируйтесь на поиске этих фрагментов. – Генерал бросил последнюю фразу спокойным тоном. – А я займусь тем, чтобы вернуть вашу семью целой и невредимой.

Дмитрий опустил телефон на стол, чувствуя, как реальность начинает меняться перед его глазами. Теперь он был уверен, что каждая сила, которую он знает, работает над спасением Елены и Павла.

После разговора с тестем Дмитрий еще немного посидел в кресле, пытаясь осмыслить услышанное, принялся собираться на работу. Его мысли метались между благодарностью за помощь генерала и чувством вины за то, что не позвонил ему сразу. Он представлял себе, как генерал сейчас действует, возможно, связывается с высокопоставленными офицерами, использует свои связи в правоохранительных органах или даже активирует военные протоколы.

– Да, Николай Степанович? – Мобильный телефон снова зазвонил. На экране высветился номер Николая Степановича.

– Как прошёл разговор с генералом? – Спросил тот, его голос был мягким, но внимательным.

Дмитрий рассказал обо всём, что произошло. Он объяснил, как генерал уже был в курсе событий и готов помогать.

– Отлично, что он вовлечён. – Обрадовался Николай Степанович. – Это значительно упрощает наши действия. Его связи могут быть полезны в поисках твоей семьи.

Дмитрий согласился с вариантом генератора. Он понимал, что команда становится всё сильнее благодаря включению новых людей.

Дмитрий взял рамочку с семейной фотографией, отщелкнул крышку и с минуту держал фото в руке. Его пальцы касались изображения Елены, а затем Павла. Он чувствовал ответственность за их безопасность, и эта ответственность давила на него всё сильнее.

Он решил не терять времени и засунул снимок в нагрудный карман рубашки. Дмитрий начал собирать необходимые материалы для предстоящего путешествия, документы, карты, зарядные устройства и даже небольшой фонарик для исследования тайников. Его мысли были заняты предстоящей миссией. Он представлял себе древний храм в Твери, странные символы на стенах и возможные ловушки, которые могли бы встретиться на пути.

Однако его главной целью оставалась семья. Он должен был найти способ освободить Елену и Павла, не поддаваясь полностью на требования "Стражей времени". Для этого ему нужна была команда друзей: Владимир Тихонин, Алла Танаева, Ирина Тарасова и, конечно, Николай Степанович с его людьми.

Вырвавшись из квартиры, быстро закинув рюкзак в багажник своей машины, Родинов выехал со двора и влился в поток машин. На проспекте он попал в пробку, вытащил телефон перекинул снимки карты и распятия Тарасовой, достал блокнот и начал записывать план действий.

Первым делом нужно было сосредоточиться на расшифровке копии дневника Никитина, предоставленной Александром Ивановичем Акимовым. Профессор смог получить её от Тверского архивариуса, хранившего уникальные материалы о средневековых путешественниках.

Мобильный телефон, лежащий на свободном пассажирском сиденье, снова ожил. Когда Дмитрий услышал мерзкий голос, то закричал, не сдерживая себя.

– Я работаю над этим! – Родинов старался сохранить спокойствие. – Вы получите результат, когда я найду фрагменты.

– Мы следим за каждым вашим шагом, господин Родинов. Не разочаруйте нас. – Голос на другом конце линии был холодным и механическим.

Связь оборвалась, Дмитрий бросил телефон на соседнее кресло, и, повинуясь нетерпеливым клаксонам позади, продолжил движение. Он понимал, что предстоящее путешествие будет полным опасностей, но теперь у него появилась новая цель. Найти свою семью и одновременно защитить мир от древнего ритуала.

Дмитрий Родинов терпеливо ждал подъёма шлагбаума у входа во двор фонда культурного наследия. Его серебристый седан уже давно стал частью привычного ландшафта этого места. Шлагбаум медленно поднялся, словно нехотя пропуская его внутрь. Дмитрий аккуратно проехал через ворота, оглядывая знакомую территорию. На фоне старинных зданий с элементами классической архитектуры, где сочетались деревянные детали и современные стеклянные конструкции, его автомобиль казался символом перехода между прошлым и настоящим.

Он припарковал машину на своём обычном месте – небольшой парковке перед главным корпусом фонда. Здесь всё было привычно, чистые дорожки, украшенные цветущими клумбами, и тихий шорох листвы, создававший особую атмосферу спокойствия и сосредоточенности.

Сегодня Дмитрий чувствовал себя словно чужак среди этой гармонии. Его мысли были заняты событиями последних дней, а каждая деталь вокруг казалась слишком далёкой от реальности.

– Дима, ты куда запропастился? Мы тебя уже заждались! – Открыв дверцу автомобиля, Дмитрий услышал голос Владимира Тихонина, он уже ждал его у служебного входа.

Голос Владимира был мягким, но в нём чувствовалась тревога. Дмитрий посмотрел на часы, которые всегда носил на запястье – это был подарок отца, напоминание о важности точности и времени.

– Извини, Володя, я задержался в пути, – ответил он, стараясь сохранить спокойствие. – Сейчас у меня есть что показать.

– Сам всех созвал, так что давай уж топай за мной в кабинет управляющего, мы ждём тебя уже полчаса в приёмной. – Тихонин кивнул, указывая Дмитрию следовать за ним.

Дмитрий бросил последний взгляд на свой автомобиль, проверяя, чтобы ничего важного не забыть, затем решительно направился к зданию фонда.

Коридоры фонда были освещены мягким светом ламп, создававшим атмосферу делового пространства. Каждый шаг эхом отражался от полированных полов. Когда Дмитрий вошёл в приёмную управляющего, его встретили три пары глаз – Владимир Тихонин, Алла Танаева и Ирина Тарасова. Они уже сидели за круглым столом, готовясь к важному разговору.

Приёмная была оформлена в строгом стиле, кожаные кресла окружали массивный стол из тёмного дерева, стены украшали портреты выдающихся деятелей культуры и истории, а мягкий свет ламп создавал уютную атмосферу для серьёзных обсуждений.

– Здравствуйте, друзья! – воскликнул Дмитрий, стараясь скрыть свою тревогу. – Нам нужно поговорить о чрезвычайной ситуации. "Стражи времени" не стали дожидаться моей активности и похитили моего сына Павла и жену Елену.

– Прости, Дима, мне об этом ничего неизвестно! Как такое могло произойти? – Его слова вызвали шок у всей команды, Алла Танаева первая нарушила молчание.

– Нам нужно действовать быстро. – Владимир Тихонин предложил. – Давайте пройдём в кабинет моего отца. Он сегодня занят в каких-то высоких структурах, но мы можем использовать его оборудование для анализа материалов.

– Николай Степанович должен быть немедленно оповещён. Это единственная возможность защитить твою семью. – Ирина Тарасова, сидевшая за компьютером в углу комнаты, повернулась к Дмитрию.

– Подожди, Володя. Сначала я хочу показать вам кое-что. – Дмитрий остановил попытку Владимира позвонить руководителю службы безопасности фонда.

– Это подробная карта и фотографии вокруг Свято-Преображенского монастыря под Смоленском. – Родинов достал флешку из кармана брюк и положил её на стол перед Ириной. – О моих снимках поговорим позже. Сейчас важно другое.

– Хорошо, Дима. Рассказывай всё по порядку. – Тихонин внимательно посмотрел на Дмитрия, затем уселся напротив него, скрестив руки на груди.

Дмитрий глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Его серые глаза блестели от предвкушения того, как эти материалы могут помочь найти потерянные фрагменты дневника Афанасия Никитина и одновременно спасти его семью.

– Артур Олегович, начальник лаборатории неразрушающих методов исследования древних рукописей и артефактов, организовал раскопки возле Свято-Преображенского монастыря. Именно там он нашёл дневник монаха Иллариона, лекаря Афанасия Никитина.

– Лекаря Никитина? Ты уверен? – Алла Танаева удивлённо подняла брови.

– Да, именно так. Артур Олегович отправил своего лаборанта Эдуарда с этим артефактом, чтобы тот передал его профессору Акимову. – Дмитрий кивнул, продолжая объяснение. – Это было сделано для защиты ценности.

– Вот почему Эдик вчера примчался в фонд и искал Александра Ивановича. – Тихонин задумчиво почесал подбородок. – Я тогда удивился такой спешке. Что же необычного в этих записках?

– Профессор Акимов и лаборант Эдик заявились ко мне в номер поздно вечером после конференции в "Агапово". – Дмитрий замолчал на мгновение, затем начал свой рассказ. – Они показали дневник Иллариона…

Глаза Дмитрия блеснули в предвкушении того, что он собирался рассказать.

– Когда я только прикоснулся к старой кожаной обложке дневника лекаря, то меня буквально „торкнуло“. – Дмитрий попытался донести друзьям свои ощущения. Мне показалось, что внутри хранятся какие-то невероятные секреты.

– Димочка, давай говори скорее! Что ты там нашёл? – Алла Танаева затрепетала от нетерпения.

– Я аккуратно срезал шёлковую ткань с внутренних обложек дневника. – Дмитрий достал свой телефон и показал им фотографии, сделанные ещё в пансионате. – Под этой тканью скрывались не просто страницы, а настоящие сокровища. – Его голос стал более решительным. – Под шёлком я обнаружил нечто необычное и очень ценное. Это стало ключом к пониманию возможных намёков на местонахождение фрагментов дневника Никитина.

– Володя, ты знаешь, как включить дисплеи в этом кабинете? – спросил Дмитрий, передавая Ирине флешку.

Тихонин молча достал пульт дистанционного управления и беспроводной адаптер для просмотра презентаций. Через несколько секунд экраны ожили, демонстрируя первую фотографию.

– Это золотое распятие, которое я обнаружил под шёлковой тканью на толстой обложке дневника, – начал Дмитрий, указывая на изображение. – Здесь можно заметить небольшое углубление, где оно было спрятано.

– Похоже, кто-то специально скрыл этот артефакт. – Ирина Тарасова внимательно рассматривала изображение. – Как ты догадался о его существовании?

– Интуиция, друзья. – Дмитрий улыбнулся. – Иногда она говорит громче любых технологий. – Дмитрий рассказал о своих действиях, об аккуратном срезе с внутренних обложек шёлковой ткани и обнаружил нечто необычное и очень ценное. Родинов попросил показать следующие снимки.

– На этом шёлковом лоскуте какая-то карта? – Спросила Танаева.

– На втором лоскуте какие-то чёрточки, похожие на грязь. – Продолжил рассказывать Дмитрий. – Со всем этим нам предстоит разобраться.

– Где сам дневник и карта с крестом? – Потребовал ответа Владимир.

– За мной по пятам шли хранители времени. – Родинов развел руками. – Для безопасности мне пришлось оставить Александру Ивановичу.

– Нам нужно срочно заняться дешифровкой карты на шёлке. – Решительно предложила Алла. – Профессор может вернуться сегодня вечером или завтра.

Никто не заметил, как Тихонин вышел из кабинета, в руках он держал смартфон. По-видимому, пришло важное сообщение или поступил звонок, когда устройство находилось в беззвучном режиме. Из приёмной раздался голос Владимира, он в отсутствии отца решал многие вопросы в фонде. Похоже и в этот раз потребовалось безотлагательной вмешательство Тихонина.

– Я только что разговаривал с майором полиции из Смоленского главного управления. – В глубокой задумчивости произнёс Владимир. – У нас новый и опасный враг появился. На экспедицию напала какая-то вооружённая группа.

– Скорее всего это Стражи времени. – Констатировал Родинов. – Либо боевики, работающие на стражей.

– Артур Олегович сильно избит и находится в областной больнице. – Решил рассказать подробности Тихонин. – При нападении на лагерь экспедиции двое студентов старшекурсников ранены. Простите, друзья, но мне придётся немедленно отправиться в Смоленск, так как именно наш фонд отвечает за раскопки и за людей.

– День спустя нам также придётся выехать в Смоленск. – Дмитрий проинформировал друга. – Пока мы исследуем артефакты по фотографиям приедет профессор Акимов.

– Я думаю, смогу вернуться к вечеру. – Тихонин находился в глубокой задумчивости. – Лететь-то всего полчаса.

– Может, Володя, не стоит тебе мотаться туда и обратно?! – Предложила Алла.

– Держите меня в курсе. – Попросил Тихонин.

– Я проинформирую об изменении наших планов. – Дмитрий проводил Владимира и пожал ему руку в коридоре.

– Я правильно понимаю, дневник монаха врачевателя придётся отдать мастеру Стражей времени? – Тарасова дождалась возвращения Родинова и продолжила обсуждение. – Ведь на кону жизнь жены и сына Дмитрия Ивановича?

– Ты, Ирина, всё верно оценила! – Резко выговорила Алла.

Алла предложила пройти в её кабинет и воспользоваться мощной компьютерной станцией для исследований фотографий артефактов до прибытия профессора Акимова в фонд. Родинов проводил женщин долгим взглядом и решил, не покидая кабинета Владимира Сергеевича связаться с экспертом из Совета по церковному искусству и архитектуре при Священном Синоде Русской православной церкви.

– Доброго дня, Арсений Сергеевич! – Поздоровался Родинов, как только произошло соединение. – У меня есть несколько вопросов по распятию недавно обнаруженному нами.

– Рад услышать, Дмитрий Иванович. Отправь мне фотографию, я займусь на досуге. – Эксперт неожиданно рассмеялся. – Вам, как обычно, нужно срочно.

– Посмотрите, фото уже у вас. – Попросил Дмитрий.

– Пока открывается, замечу, сам термин распятие по отношению к изделию с изображением Иисуса, принявшего смерть на кресте, не соответствует православной традиции. – Арсений Сергеевич замолчал, видимо рассматривал фотографию. – Такой предмет культа у нас называют крест независимо от материалов и размера.

– А что можете сказать про сам крест. – Родинов попросил эксперта сконцентрироваться.

– Всё соответствует православным канонам, но на таких крестах, имеющих историческую и материальную ценность, наносились имена мастера или владельца.

– Чем этот ещё крест необычен? – Попросил уточнить Родинов.

– Обратная сторона без привычной иконографии. – Чувствовалось увлечение эксперта. – Обычно на оборотной стороне наносились образы Николая Чудотворца, Иоанн Предтеча.

– А кольцо на обратной стороне вас не смущает? – Решил спросить Родинов.

– Вы, Дмитрий Иванович, меня опередили своим вопросом. – Запыхтел Арсений Сергеевич. – Кольцо и его исполнение очень необычное. Попробуйте провернуть немного кольцо, оно должно встать в раз и подняться на девяносто градусов поперёк задней стороне креста.

– Сейчас я этого сделать не могу, так как крест у Александра Ивановича, а он на конференции. – Родинов был сильно заинтригован гипотезой эксперта. – Я чувствую вы, Арсений Сергеевич, сталкивались с подобным крестом?

– Передайте мой поклон профессору Акимову, жаль мне не удалось выбраться на организованную вашим фондом конференцию. – Затараторил эксперт, словно не желал раскрывать подробности. – Ко мне на исследование поступал бронзовый крест шестнадцатого века с кольцом на обороте. По летописям им пользовался настоятель монастыря под Архангельском, применяя в качестве ключа от скриптория.

– Имеется в виду монастырская библиотека? – Риторически спросил Родинов.

– Всё верно. – Подтвердил Арсений Сергеевич. – Вам важно учитывать ещё один факт, если у вас есть столь необычный ключ, то где-то должен находится замок. Нужно ещё догадаться что вогнутое глухое отверстие, повторяющее святой образ служит замочной скважиной.

Дмитрий поблагодарил эксперта и в ожидании профессора Акимова решил подняться к себе на третий этаж. В коридоре он столкнулся с Александром Ивановичем, прибывшим из пансионата Агапова до завершения конференции. Он лично доставил дневник Иллариона и артефакты, найденные Дмитрием.

– Фотографии, сделанные тобой на скорую руку в пансионате, помогли? – После приветствия спросил профессор.

– Алла с Ириной трудятся, мы можем пройти к ним и поговорить. – Родинов вызвал лифт, когда двери раздвинулись, пропустил Акимова. – Сейчас наши женщины смогут поработать с исходными артефактами, а не со снимками.

– Дмитрий, ты понимаешь, что для безопасности Елены и Павла дневник придётся отдать мастеру времени, – Профессор посмотрел на коллегу в ожидании реакции. – Сначала записки Иллариона нужно восстановить. Только после этого мы сможем начать своё расследование.

– Вы правы, профессор. – Дмитрий кивнул, соглашаясь. Он понимал, что выбора у него нет. – Пока нас не достают Стражи времени, нам нужно провести аппаратное изучение карты.

Родинов шёл по этажу рядом с профессором Акимовым. Мыслями он был погружён на сохранении семьи в безопасности, ему придётся сыграть по правилам "Стражей времени". Дмитрий также знал, что команда сможет использовать это время для своих целей.

В кабинете за мощным компьютером они застали что-то увлечённо обсуждающих Аллу Танаеву и Ирину Тарасову. Профессор поздоровался с женщинами и водрузил на стол тяжёлую ношу – портфель с дневником монаха Иллариона, шёлковыми лоскутами с православным распятием. Его сердце билось чаще с каждой минутой, пока он представлял себе, как эти материалы могут помочь найти потерянные фрагменты дневника Никитина.

Дмитрий задержался в коридоре секунд на десять, поприветствовал сотрудника фонда, спешащего куда-то. Войдя в комнату, он заметил, как Алла поправляла очки, аккуратно рассматривая шёлковые лоскуты. А Ирина работала за компьютером, сканируя страницы дневника монаха. Алла покачала головой, словно осуждая за столь дерзкий подход к древним материалам.

– Страх за семью заставил меня поспешить, я всё же срезал шёлковые куски ткани варварски. – Дмитрий расположился рядом и начал объяснять ситуацию. – Это могло привести к повреждению карты и распятия, спрятанным внутри.

– Мы можем простить тебе эту ошибку, Дмитрий, – Алла вздохнула и бережно передала первый лоскут Ирине для сложного метода исследования.

– Не переживай, Дима, я поступил бы в твоем случае также. Акимов, словом, поддержал Родинова. – Ещё минут десять аппаратных исследований и можно связываться с реставратором, чтобы восстановить обложки так, будто никто их не трогал. Срезанные лоскуты и распятие оставим себе для дальнейших исследований.

Время медленно убегало, Родинова постоянно посматривал на часы, будто это могло помочь его семье. Александр Иванович поднялся со стула, в углу на тумбе располагался телефонный аппарат внутренней связи и попросил подойти реставратора.

Через пять минут дверь в комнату открыла женщина средних лет с внимательными глазами и мягкими движениями. В отделе редакции древних памятников искусства Марион Арамовна славилась своим опытом в восстановлении древних Свитков и книг.

– Вам нужно восстановить кожаные обложки дневника так, чтобы они выглядели неповреждёнными. – Продолжил объяснять профессор Акимов. – Возьмите эту рукопись вместе с футляром.

– Я уберу загрязнения, так поступил бы любой специалист. – Решила рассказать о последовательности своих действий Марион Арамовна. – Затем я буду использовать специальный растворитель для старого клея. – Реставратор наклонилась к куску шёлковой ткани и осторожно прикоснулась двумя пальцами к краю.

– Для нас важно получить этот дневник в том виде, как его обнаружили несколько дней назад. – Акимов ещё раз выделил важность внешнего вида. – Вам не нужно восстанавливать эти материалы до исходного вида каким видел автор этих рукописей.

– Не переживайте, Александр Иванович, я вас хорошо поняла. – Улыбнулась женщина. – Каждое мое движение было чётким и продуманным.

Реставратор тихонько покинула комнату, а тем временем Алла Танаева и Ирина Тарасова занялись исследованием шёлковых лоскутов. Они использовали методы не разрушительного исследования тканей, такие как УФ-освещение, микроскопический анализ и компьютерное моделирование.

– Карта на первом шёлковом лоскуте показывает лишь общий маршрут путешествия Афанасия Никитина, – объяснила Алла, водя пальцем по экрану. – Здесь есть окружности, выделяющие важнейшие места. Однако конкретных координат нет.

– После цифрового восстановления удалось получить более чёткие окружности на карте. – Ирина добавила результаты своей работы. – Когда мы сопоставили их с современными картографическими данными, оказалось, что каждая окружность покрывает площадь от 12 до 25 квадратных километров. Дмитрий представил себе древние города, которые могли бы находиться в этих окружностях. Первым делом нужно было двигаться к месту, куда вернулся и умер Афанасий Никитин – Смоленскому Свято-Преображенскому монастырю.

Александр Иванович посмотрел на часы, заканчивался второй час напряжённого дня, он предложил временно свернуть работу и отправиться пообедать в буфете фонда. Женщины, оставив приборы, производили очередные итерации, охотно поднялись.

Родинов почувствовал урчание в животе, он забыл о том, что последний раз наполнял энергией свой организм ещё вчера за ужином в пансионате. Помещение буфета оказалось пустым, сотрудники фонда привыкли обедать полпервого, можно выбрать любой столик. Увидев наплыв посетителей, буфетчица засветилась на раздаче, выставляя готовые блюда.

Пока реставратор трудилась над обложками дневника, Алла и Ирина обсуждали возможные маршруты. Они сосредоточились на первой окружности, которая указывала на территорию вокруг Смоленского Свято-Преображенского монастыря.

– Этот монастырь был важным местом для Никитина. – Объяснила Алла. – Именно здесь он встретил монаха Иллариона, который лечил его после путешествия. Возможно, именно здесь он спрятал первый фрагмент своего дневника.

– Я могу создать программу для анализа возможных комбинаций символов, которые мы найдём в монастыре. – Ирина дополнила. – Это поможет сузить круг поиска.

Дмитрий слушал их, представляя себе древний монастырь пятнадцатого века. Он видел перед глазами заброшенные храмы, тайники и символы, которые могли бы указывать путь к тайнам Никитина. Обсуждение текущей работы не прекращалось в буфете, каждый высказывал свою точку зрения. Так за неторопливым разговором поздний обед затянулся более чем на час.

– Дима, мне предстоит обсудить некоторые вопросы с Владимиром Сергеевичем, он должен после двух часов прибыть в фонд. – Издалека начал профессор. – Пока мы обедали, я не смог ответить на вызов реставратора. Прошу тебя сходить и поговорить с Марион.

– Мне это не составит труда, Александр Иванович.

Дмитрий первым покинул буфет и направился к реставратору, она всё ещё работала над обложками дневника.

– Марион Арамовна, как продвигается работа? – спросил Родинов, стараясь скрыть своё волнение.

– Обложки почти готовы, Дмитрий, – Реставратор подняла голову, её взгляд был сосредоточенным. – Я восстановила их таким образом, чтобы казалось, будто никто не трогал шёлковые части.

Дмитрий почувствовал облегчение, услышав эти слова. Теперь он был уверен, что дневник будет передан "Стражам времени" в том виде, в котором они его ждут, но настоящие ценности останутся у команды. Реставратор продемонстрировала результат работы и убрала ещё тёплый дневник лекаря в пластиковый бокс.

Поблагодарив от души женщину, Дмитрий поднимался по лестнице и решил связаться с мастером "Стражей времени". Он набрал номер, который ему дали ранее, и вскоре услышал знакомый механический голос.

– Господин Родинов. – Блеклым голосом произнёс мастер. – Мы ждём от вас выполнения нашего требования, если вам дорога жена и сын.

– Я готов передать вам дневник Иллариона, – ответил Дмитрий, стараясь говорить спокойно. – Но прежде всего я хочу услышать голос своей семьи.

– Хорошо, я думаю, смогу это устроить. – Мастер сделал паузу, словно проверял искренность слов Дмитрия. – Ваша семья находится в безопасности.

– Дима, только будь осторожен… – В трубке раздался какой-то шорох и после щелчка Дмитрий услышал голос жены. Связь временно перевели на Елену и Павла.

– Пап, я скучаю по тебе! – Радостно вклинился Пашка и всё оборвалось.

Короткий разговор дал Дмитрию сил для следующих шагов. Теперь он был уверен, что семья в безопасности. Разговор с главой организации "Стражи времени" не завершился без последствий. Мастер, чей голос звучал будто через фильтр, потребовал, чтобы Дмитрий Родинов положил дневник монаха Иллариона в ячейку 177 почтового отделения.

Дмитрий кивнул, хотя внутри него бушевала буря эмоций. Тревога за семью, страх перед неизвестностью и ярость от того, что его вынуждают играть по чужим правилам. Он понимал, что это не просто передача артефакта, а начало опасной игры, где любая ошибка может стоить жизни Елены и Павла.

Дмитрий вошёл в кабинет Аллы Танаевой, где царила тишина, нарушаемая лишь щелчками клавиатуры. На стенах висели репродукции средневековых фресок, а на столе стояла ваза с сухоцветами, напоминая о её любви к древним символам. Он рассказал ей всё, его голос дрожал от напряжения. Алла, обычно спокойная и собранная, побледнела, осознав масштаб угрозы.

– Мы должны быть осторожны. – Прошептала Алла, бережно прикасаясь к своим очкам. – Эти люди не шутят.

Дмитрий попросил её связаться с Николаем Степановичем, начальником службы безопасности фонда, и передать ему всю информацию. Он знал, что Николай, бывший военный, способен быстро сориентироваться в критической ситуации.

Дмитрий спустился на парковку фонда, где его серебристый седан стоял под тенистыми деревьями. Он терпеливо ждал пятнадцать минут, наблюдая за тем, как солнце медленно склонялось к закату, окрашивая небо в пурпурные тона. Каждая секунда казалась вечностью, он представлял, как Николай Степанович получает информацию, как Вадим и Василий готовятся к слежке. Его руки дрожали, когда он сжимал руль, а в груди билась мысль о Елене и Павле.

Наконец, Родинов тронул машину с места и через десять минут остановился возле почтового отделения, где ячейки для хранения выстроились вдоль стены, как маленькие металлические гробницы. Дмитрий аккуратно положил дневник в ячейку 177, стараясь не оставить следов. Затем, борясь с комом в горле и холодным потом на лбу, он вернулся в фонд, где его уже ждали в кабинете Тихонина.

Василий и Вадим, бывшие десантники были натренированы на выживание, выехали на Nissan Almera, неприметном автомобиле серого цвета, не привлекающим внимания. Они следили за седаном Ford Focus, за рулём которого сидел курьер, забравший посылку. Шоссе в Подмосковье было пустынным, вскоре они проследовали по дороге, ведущей к коттеджному посёлку за высоким заборами.

– Он свернул налево, – прошептал Вадим в микрофон, встроенный в наушник. – Похоже, направляется в коттеджный посёлок «Сосновый бор».

Василий взглянул на коллегу, сжимая руль так сильно, что костяшки пальцев побелели. Внезапно из-за поворота выехал чёрный минивэн Mitsubishi с тонированными стёклами. Машина пропустила Ford Focus, затем резко встала поперёк дороги, перегораживая путь.

– Кто такие? – пробормотал Вадим, когда их Nissan остановился в метре от чёрного монстра и дважды подал сигнал клаксона.

Из салона минивэна дверь с лязгом открылась, и наружу высунулся мужчина в чёрном комбинезоне, с автоматом Калашникова в руках. Его лицо скрывала маска, но глаза горели холодным огнём.

– Ложись! – Крикнул Вадим, когда первые пули ударили по колёсам. – Под защиту, вниз!

Он резко пригнулся, а Василий рванул в сторону, пытаясь избежать очереди. Боевик, однако, стрелял метко. Пули пробили лобовое стекло, раздробили радиатор, и капот Nissan начал дымиться. Минивэн с рёвом мотора рванул вперёд, исчезнув за поворотом, а Ford Focus, словно испуганный жук, рванул за ним.

– Дым идёт! – Закричал Вадим, ударяя кулаком по рулевому колесу. – Этот двигатель нас не довезёт!

– Николай Степанович, это Василий. – Василий, обычно спокойный и выдержанный, выругался сквозь зубы. Он достал мобильный телефон, его пальцы дрожали от ярости. – Автомобиль обстрелян, двигатель повреждён. Курьер скрылся. Просим помощи!

Их голоса, полные тревоги, разрывали тишину. Они сидели в машине, пока не прибыл эвакуатор и оттащил Nissan в сторону. Солнце уже клонилось к закату, а в воздухе висела вонь горелого пластика и масла.

Через полтора часа Василий и Вадим, всё ещё в запылённой форме, вошли в кабинет Николая Степановича. Тот, высокий и молчаливый, сидел за массивным столом, его глаза сузились от недовольства.

– Рассказывайте, – Коротко приказал шеф по безопасности.

– Поначалу всё шло по плану. – Вадим начал доклад, его голос был хриплым от пережитого стресса. – Мы следили за курьером, он направлялся в коттеджный посёлок. Но там нас поджидали. Боевики из „Стражей“ использовали чёрный минивэн, возможно, с модификациями, которые помогали им быстро маневрировать.

– Понятно. Двигатель и колёса? – Николай Степанович кивнул, его лицо не выражало эмоций, но Дмитрий заметил, как его руки сжали край стола.

– Двигатель выведен из строя, стрелок пропорол автоматной очередью капот. – Ответил Василий, глядя в окно, где виднелся гараж. – Мастера говорят, что восстановление займет минимум неделю. А та пуля, что попала в радиатор… Похоже, это не простой автомат.

Дмитрий, стоявший у стены, почувствовал, как давление на плечах возрастает. Он представил, как чёрный минивэн везёт дневник Иллариона к тем, кто готов использовать его знания во зло.

– Хорошо, что живы! – Произнёс Родинов, стараясь скрыть свою ярость. – Теперь ясно, „Стражи“ не остановятся ни перед чем.

– Они опаснее, чем мы думали. – Василий, обычно улыбчивый и шутливый, сейчас выглядел мрачным. – Эти люди знают, как выбирать момент для атаки.

– Я не мог предположить такого исхода. – Вадим решил высказать своё мнение. – Они подготовлены, как спецназовцы. Их автомобиль двигался так, будто они контролировали дорогу заранее.

Дмитрий посмотрел на них, чувствуя, как внутри него растёт решимость. Теперь он знал, любой шаг будет подвергнут риску. Но семья оставалась в заложниках, и он не мог отступить.

После доклада Дмитрий вернулся в свой кабинет, где окна выходили на парковку, усаженную тополями. Его взгляд упал на семейную фотографию в кармане. Елена смеялась, держа на руках Павла, а за ними виднелся их дачный домик. Он представил, как "Стражи" могут наблюдать за ним, как их технологии замедления времени готовы в любой момент изменить реальность.

– Нужно действовать быстрее. – Пробормотал он, доставая ноутбук. – Иначе они найдут способ сорвать операцию.

Он открыл файл с картой Смоленского монастыря, полученную от Аллы. Там, где раньше были только обрывки маршрута, теперь появились цифровые отметки, указывающие на важные зоны. Однако точных координат всё ещё не было.

– Дмитрий, я проанализировала символы на шёлке, – В этот момент с ноутбуком в руках вошла Ирина Тарасова, её хрупкая фигура контрастировала с решимостью в глазах. – Здесь есть шифр, связанный с индийскими мантрами. Возможно, он указывает не только на первое место под Смоленском.

Дмитрий склонился над экраном, его серые глаза блестели в свете ламп. Он понимал, что теперь их команда – Владимир, Алла, Ирина и он сам – должны работать слаженно, как часы. Каждый промах мог обернуться катастрофой.

Вечером в фонде собрались все в кабинете Родинова – Владимир Тихонин, вернувшийся из Смоленска, и успевший переодеться в элегантный костюм, Алла в платье с вышивкой, напоминающей древние руны, Ирина в мятой рубашке, словно на ней ещё оставались следы работы в Баварии, и Николай Степанович, чьё присутствие говорило о серьёзности момента.

– Они готовы применять силу, – начал Николай Степанович, его голос был тихим, но уверенным. – Это значит, что „Стражи“ не терпят сопротивления, всё же считаю вашу чисто научную группу нужно усилить моими парнями.

– Первый фрагмент Никитина должен быть в Смоленском монастыре. – Владимир Тихонин, обычно спокойный, сейчас выглядел встревоженным. Как мы туда попадём, если „Стражи“ уже следят за каждым нашим шагом?

– Посмотрите на эти символы! – Она указала на проектор, где демонстрировался шёлковый лоскут. – Здесь есть повторяющиеся узоры, похожие на индийские мандалы. Возможно, они указывают на место, где скрыт тайник.

– Мы должны использовать это. – Дмитрий кивнул, его мысли витали где-то далеко. – Сначала мне нужно связаться с „Стражами“ и дать им понять, что я выполняю их требования. Только тогда они отпустят мою семью.

Дмитрий задумался, его взгляд упал на окно, за которым мерцали огни Москвы. Следующие дни будут самыми опасными в его жизни. После совещания Дмитрий остался в кабинете, где на стенах висели портреты основателей фонда, включая Владимира Сергеевича Тихонина. Его мысли возвращались к Елене и Павлу. Он представил, как они сидят в подвале, как боевики, вроде того, с автоматом, могут их запугивать.

– Они не тронут Елену с Пашкой. – Прошептал он, хотя внутри всё кричало об обратном.

Он достал семейную фотографию, сделанную на даче, Павел прыгал на лужайке, а Елена смеялась, наблюдая за ним. Эта картина тепла и безопасности теперь казалась такой далёкой.

Дмитрий решил связаться с "Стражами" снова, чтобы показать свою готовность. Он знал, что следующий звонок может стать решающим. Его пальцы задрожали, набирая номер, а сердце билось так, словно хотело вырваться на свободу.

Глава 3. В поисках за скрытыми фрагментами

Поздним вечером в фонде культурного наследия воцарила тишина. Офисы погружались в полумрак, лишь в одном кабинете висела напряжённая атмосфера, несколько ламп настольных светильников освещали столы, заваленные картами, распечатками и древними артефактами.

Дмитрий Родинов, Владимир Тихонин, Алла Танаева и Ирина Тарасова собрались в кабинете Владимира, где на стенах висели репродукции средневековых фресок и фотографии доисторических развалин.

– Смоленск – это логичное место поисков. – Начала Алла, водя пальцем по увеличенной карте с шёлкового лоскута и увеличенная до удобного размера. – ведь именно там монах Илларион лечил Никитина, непонятно почему линия обрывается. Может означать, что фрагмент спрятан в точке, куда Никитин возвращался после путешествия.

– Афанасий родом из Твери, и его путь начался там. Владимир, обычно спокойный, кивнул. – Возможно, он вернулся, чтобы спрятать самое важное.

– Никитин смог добраться до пригорода Смоленска будучи тяжело больным. – Высказал Дмитрий неопровержимые факты. – Путешественника привезли в монастырскую лечебницу крестьяне, где он скончался на руках врачевателей.

Родинов замолчал, его серые глаза были устремлены на экран ноутбука Ирины, где мигали пиксели оцифрованных текстов. Воздух в кабинете наполнился запахом кофе и перегретых компьютерных компонентов. Все с готовностью согласились на предложение Тихонина взбодриться ароматным крепким напитком. Ирина, сидевшая у окна, где заливался лунный свет, нажала на клавишу, увеличивая изображение лоскута. Её пальцы быстро скользили по трекпаду, вызывая всплески данных на экране.

– Посмотрите сюда, – её голос звучал с возбуждением. – Под слоем грязи и клея скрывается след. После нескольких итераций ультрафиолетовое сканирование показывает, что эта линия не просто обрывается – она должна быть продолжена в Тверь.

– Видите это пятно? Это не похоже на засохший старый клей. – Она наклонилась вперёд, указывая на экран. – Под ним скрывается символ – окружность, которая на современных картах совпадает с границами Твери. Никитин намеренно оставил намек, обрыв линии – это не конец, а переход в другое измерение, или в пространство, где время замедлено.

– Но как это может быть? В Смоленске сохранились древние записи о его лечении. – Алла, сложив руки на груди, возразила. Там, в монастыре, он провёл последние дни. Сафьян и Тверь… – её голос замер, пока она размышляла.

– Ирина права. – Владимир, стоявший у окна, повернулся к команде. – Эта линия толще других, а её контраст… – он посмотрел на экран. – Это не случайность. Никитин хотел, чтобы мы поняли, ключ в Твери.

– Давайте найдём упоминание сафьяна в дневнике Иллариона. Дмитрий, чувствуя, как пульс учащается, вспомнил слова Мастера "Стражей времени", упоминавших их дачу и его руки сжали край стола. – Возможно, это намек на место, где фрагмент спрятан.

Ирина, не отрываясь от экрана, начала просматривать электронные копии страниц монашеского дневника. Её пальцы нервно царапали клавиатуру, пока она искала ключевые слова.

– Странно, – её голос дрогнул. – На последней странице перед срезом есть важная для нас запись.

«Купец Афанасий просил, чтобы я записал рецепт настойки из травы вербены вечной, которая растёт у стен Тверского собора. Он сказал, что это важно для тех, кто найдёт его дневник. Сафьян же, который он приносил в дар, – из кожи местных козлов, их шкуры обрабатывались особым образом, чтобы сохранить рисунки времени».

– Какое отношение имеет сафьян к фрагментам? – Алла, нахмурившись, произнесла.

– Сафьян в XV веке был редкостью. Только в Твери мастера знали секрет обработки кожи, чтобы она не гнила и сохраняла узоры. – Владимир, доставая очки в золотой оправе, объяснил. – Никитин мог использовать сафьяновую обложку для фрагмента. А упоминание травы – это не просто рецепт, а указание на место, где её собирали, возле храма, рядом с речным портом.

– Если Илларион записал это, значит, он знал о тайнике. – Дмитрий, встав, прошёлся по кабинету. – Возможно, Никитин доверил ему спрятать фрагмент, а сам оставил намёк в дневнике.

– Почему тогда лоскут с картой был обнаружен в Смоленске? – Алла, не сдаваясь, указала на сканированную карту. – Может, Никитин хотел ввести в заблуждение?

– Афанасий очевидно наблюдал за Илларионом, ведущим свой дневник. Он знал, когда кто-то найдёт дневник в монастыре, то попытается распутать следы. – Ирина, не отрываясь от компьютера, ответила. – Мы же видим скрытые слои. Эти окружности – не просто случайные отметки. Они образуют путь, который ведёт в Тверь.

– Ирина права. Никитин был хитёр. – Владимир, как всегда, выступал в роли медиатора. – Руками врачевателя Афанасий оставил потомкам намёки, что видны только через анализ. Если линия ведёт к Твери, значит, там и спрятан фрагмент.

– А если это не указание на место, а “время”? – Дмитрия вдруг осенило. – В дневнике Иллариона говорится о «вечном вздохе». Может, фрагмент удастся найти только в определённый момент?

– У меня есть идея. Надо сопоставить даты из дневника с историческими событиями в Твери. – Ирина, сияя от удовольствия, кивнула. – Например, если Никитин вернулся в день полнолуния, возможно, тайник открывается только тогда.

– Хорошо, поедем в Тверь. – Алла, всё ещё сомневаясь, вздохнула. – Нам главное не ошибиться в выводах, иначе это может стоить жизни вашей семьи, Дмитрий.

Свет от фонарей и лучи фар пытались пробиться между щелями жалюзи, оставляли неяркие полосы или лениво ползли по стенам, останавливались на фотографиях в рамках, словно хотели что-то подсказать людям. Алла Танаева, сидевшая у окна, аккуратно поправляла очки, её пальцы нервно теребили край расстегнутого лабораторного халата. Ирина Тарасова, погружённая в код, время от времени бросала взгляды на ноутбук, где отображались страницы дневника монаха Иллариона. Дмитрий, стоя у стены, глубоко дышал, пытаясь сохранить спокойствие.

– Современная Тверь – это не деревня, – произнёс Владимир, нервно прохаживаясь перед столом. – Город огромный, и без конкретного указания мы будем бродить как слепые в темноте. Никитин мог спрятать фрагмент где угодно, в подвале, в храме, даже в старых стенах крепости.

– Да, это проблема. Нужен точный ориентир. – Алла кивнула, её голос звучал сомнительно. – Может, я смогу найти что-то в символах?

– Посмотрите сюда! – Палец женщины указал на экран. Ирина, внезапно подняв голову, прервала их размышления. – – На этой странице дневника Иллариона есть ключевой момент. Монах писал о своих молитвах в сосновой роще на левом берегу реки Тьмаки. Лекарь упоминает монаха Игнатия, старца, с кем делил обряды.

– Игнатий? – Дмитрий подошёл ближе, его серые глаза впились в текст. – Это имя я слышал в легендах о Тверском соборе. В XV веке он был известен как провидец.

– Если Илларион молился с ним в роще, значит, место связано с монастырём. Река Тьмака течёт рядом с Тверской крепостью. – Владимир, нахмурившись, добавил. – Там до сих пор сохранились старые храмы и пещеры.

– В тексте есть подсказка. – Ирина, дождалась отклика УФ-сканера, проанализировала страницу. – Здесь говорится, что старец Игнатий указал Иллариону место, где время словно замирает. Может в сосновой роще можно найти следы Афанасия? – Голос Тарасовой дрогнул от возбуждения. – Это не просто намёк – это почти древние координаты.

– В XV веке на левом берегу Тьмаки стоял скит, посвящённый Святому Сергия. – Алла, вошла на сервер электронного архива и нашла упоминание рощи. – Монахи там хранили древние свитки. Если Никитин доверил фрагмент Иллариону, а тот спрятал его там… это логично.

– Так что же мы предпринимаем в связи с открывшимися сведениями? – Спросил Владимир, окинув всех взглядом.

– Теперь мы знаем, куда ехать. – Дмитрий, сжав кулаки, демонстрируя непривычное для себя нетерпение. – «Стражи» уже следят за каждым нашим шагом. Надо действовать быстро.

Ночь обнимала Москву мягким мраком, когда команда Дмитрия Родинова покидала гараж фонда. Владимир, занявший место за рулём внедорожника Nissan Patrol, вырулил на трассу М-11, набирая скорость, оставил за собой огни города, словно отрезанные от их пути. Владимир Тихонин, сидевший за рулём, включил дальнюю оптику, и лучи фар рассекли темноту, выхватывая из неё редкие фары встречных машин и придорожные столбы. На заднем сиденье, подсвеченные экраном ноутбука Ирины, Алла и Тарасова перебирали последние данные о тайнике Никитина.

– Надо держать скорость, нам неизвестны методы слежения Стражей, поэтому лучше предположить, что они могут быть на хвосте. – Бросил Тихонин, не отрываясь от дороги. Его голос звучал уверенно, но можно было заметить нервозность по тому, как пальцы сжимают рулевое колесо.

– Через три часа будем у Твери. По маршруту есть один придорожный ресторан – остановимся. – Дмитрий, сидевший рядом с водителем, включил навигатор. – Нужно отдохнуть и обсудить план.

Родинов, уставший от бессонной ночи, замолчал, глядя в окно. Его мысли возвращались к последнему звонку Мастера, где тот угрожал разлучить его с семьей. Он чувствовал, как время тянется, словно под их ногами уже проступала тропа, пройденная Никитиным пять веков назад.

Шоссе М-11 растянулось перед ними бесконечной лентой. Под фарами мелькали знакомые виды Подмосковья, спящие деревни с тускло освещёнными окнами, поля, укутанные в ночную дымку, и редкие кусты, которые, казалось, шептали тайны древних путников. Вдали, за лесами, мерцали огни крупных городов, но здесь, в середине пути, царила тишина, нарушаемая лишь рёвом мотора и шуршанием шин.

– Видишь? – прошептала Алла, указывая на приборную панель. Это Володя активировал детекторы излучения для контроля за направленным слежением. Если хрониумы используют свои устройства, мы это заметим.

Ирина кивнула вместо ответа и убрала свой ноутбук обратно в рюкзак, напряжённая работа в офисе давала о себе знать. Через десять минут она смогла расслабиться и, откинувшись на спинку автомобильного кресла, уснула. Владимир, выключил фары, благо трасса была хорошо освещена. Машина плыла в полумраке, и контуры мира снаружи превращались в смутные тени, будто они ехали сквозь время, а не пространство.

– Надо найти сосновую рощу на берегу Тьмаки. Илларион писал, пространство – под корнями вековых сосен. Но как мы его опознаем? – Дмитрий слышал, как позади него в салоне стало тихо, сжав в руках карту Твери, он негромко предложил.

– Я смог хорошо представить по просмотренным в фонде геоданным, где в XV веке роща росла. – Владимир вспомнил, как Алла запускала старую географическую модель окрестностей Твери. – Сейчас это зона отдыха, но под землёй сохранились остатки древнего скита. Возможно, монах Игнатий молился с Илларионом на некотором возвышении и из-за этого холма мог выбрать конкретное место.

– В нашем архиве есть планы монашеских обителей с тайными проходами. – Решил высказать предположение Родинов. – Вполне допускаю, от монастыря под рощей может проходить подземный ход. Их использовали при осаде монастырей, чтобы вынести особо ценные святыни и спасти людей.

– За нами наблюдают! – Когда раздался тональный сигнал Ирина проснулась и показала на экран детектора. – Устройство показывают аномалию в энергетическом фоне в том районе. Похоже на следы хронографа – техники замедления времени.

Владимир недоумевал, как стражам времени удаётся следить за ними, трасса не была перегружена, все автомобили, движущиеся в одном направлении, можно было пересчитать по пальцам. Дмитрий попытался осмотреть окрестности, утопающие в полумраке за полосой света, предположил, противник уже прибыл в контрольную точку.

После двух часов движения по шоссе, на подъезде к городу, Владимир съехал на обочину и остановил внедорожник возле маленького ресторанчика, возвышавшегося над дорогой. Деревянное здание с просторной, террасой было подсвечено оранжевым светом из окон, а вывеска гласила «Станция “Тверской путь”. Первым вошел внутрь Дмитрий, вдыхая тёплый воздух, и ощущая запах жареного мяса и аромат густой чайной заварки.

Внутри было тихо, только несколько путников и дальнобойщиков занимали два стола, погружённые в беседы. Из кухни выглянула, официантка в тёмно-синем фартуке. Ирина разглядывала стены ресторана, украшенные фотографиями местного ландшафта и картинами тверских художников.

– Давайте закажем местные блюда. – Предложил Владимир, занимая столик возле окна и изучая меню, напечатанное на толстом картоне.

– Я возьму блины с вареньем и чай. Нужно сохранять силы. – Дмитрий, устало опустился на скамью в деревенском стиле.

– Я тоже блины, но сначала съем бутерброды с местной копчёной рыбкой – вдруг нам придётся копаться в роще до утра. – Выбрала Алла, разглядывая меню.

– Я кофе и овсяную кашу с малиной. – Заказала Ирина. – Мало ли какие данные с требуют моего тщательного анализа.

– Спешите, гости дорогие? – Официантка, женщина с седыми волосами и усталыми глазами, подошла с лёгкой улыбкой. Ее голос был дружелюбным, но Дмитрий заметил, как она коснулась кольца на руке – золотого, с узором, похожим на те, что были на страницах дневника Иллариона.

– Десятка полтора блинов, варенье из брусники и чай и принесите большой чайник с чёрным чаем. – Дмитрий не стал комментировать увиденное, когда все сделали свой выбор, попросил.

Через десять минут их стол был завален блюдами, горка блинов с вареньем, копчёная рыба, овсяная каша с медом, и чай в глиняных кружках. Ирина, отхлёбывая кофе, посматривала на ноутбук, что вытащила из рюкзака, с чем никогда не расставалась.

– Я вижу всплески энергии возле Тьмаки. – Сообщила Тарасова. – Похоже, там есть активные точки.

– Помните, в старых записях Иллария говорится, что ритуал требовал связи с землёй, как дань памяти усопшим. – Владимир макнул блин в варенье. – Возможно, фрагмент спрятан в месте, где ручей протекая по лесу, несёт в себе отпечаток прошлого.

– Смотрите сюда! – Алла наклонилась к ноутбуку Ирины, где на экране была развёрнута карта. – В XV веке здесь стояла деревня «Сосновка», а сейчас – только роща. Если Илларион и Игнатий молились под вековыми соснами, значит, это именно то место.

– Вы едете на левый берег Тьмаки? – Внезапно возле их стола вновь появилась официантка и, склонившись, низким голосом прошептала. – Там теперь запретная зона. Местные говорят, что время там бывает… странным.

– Что значит «странным»? – Нахмурился Родинов.

– Люди порой видят, как луна стоит на месте, а ветер несет голоса давно умерших. – Женщина, не отрывая глаз от его лица, ответила. – Ешьте, пока не остыло.

Слова местной жительницы сначала вызвали некоторую оторопь, после минуты молчания, все бросились наперебой обсуждать услышанное, пока Владимир резонно не заметил, что это не просто предание, места на левом берегу реки Тьмака могут быть реальностью.

После завтрака они вышли к автомобилю. Луна светила ярко, освещая трассу, но вдалеке, за лесом, виднелись тени – возможно, автобус или фура, но их очертания казались неестественно чёткими.

– Ирина, проверь детекторы, – велел Владимир, садясь за руль.

– Сигналы слабые, но есть. Кто-то или что-то включает технологии в радиусе пяти километров. – Уточнила Тарасова, включив прибор.

– Значит, мы не одни. – Дмитрий вздохнул, усаживаясь на пассажирское сиденье. – Стражи хотят фрагмент раньше нас, но они не знают точного места, как и мы.

Владимир, включив фары, тронулся с места. Машина рванула вперёд, оставляя за собой ресторан, который тут же погрузился в мрак. Ветер гудел в приоткрытых окнах внедорожника, наполняя прохладой салон и прогоняя сон. За стеклом мелькали силуэты лесов и редких домов.

– За нами наблюдают. – Ирина неотрывно отслеживала показания детекторов. – Возможно, они используют «временные маркеры» – устройства, фиксирующие наши перемещения.

– Поворачиваем на заправку через три километра. Смена маршрута может их запутать. – Владимир сбавил скорость.

Через минуту они свернули на подъездную дорожку пустой заправочной станции, где под неоновым светом горел широко известный логотип топливной компании. Пока Владимир оплачивал топливо в кассе и дожидался заправки, в пятидесяти метрах от них остановился чёрный внедорожник. Тонированное стекло сдвинулось вниз и из салона высунулась рука с каким-то компактным прибором.

– Стражи здесь! – Прошептал Дмитрий, сжимая кулаки. – Не пойму, что они делают.

– Они считывают наши хрономаркеры. – Пояснила Тарасова. – Теперь им локальная слежка не будет нужна.

Владимир, не раздумывая, рванул с места. Их автомобиль резко выскочил на трассу, оставляя за собой шум мотора и яркие вспышки фар. Через зеркало заднего вида они видели, как чёрный внедорожник пытается их догнать.

– Также они используют хронограф! – Выкрикнула Ирина, смотря на экран. – Энергия растёт – они замедляют время вокруг нас, чтобы выиграть его для себя.

Дмитрий чувствовал, как время тянется, словно резина, понял, что скорость падает, хотя в реальности увидеть эту временную флуктуацию увидеть было невозможно.

Ночь расступилась, будто кто-то скинул тёмное одеяло, небо стало светлеть, когда до места назначения оставалось недалеко. Внедорожник, управляемый Владимиром Тихониным, съехал на обочину и остановился на правом берегу реки, в трёхстах метрах от места, где река, сиявшая серебряным шелком, делала поворот в виде колена.

Правый берег реки Тьмаки, освещённый лунным светом, простирался перед ними, словно серебряный шёлк. Вдали, на расстоянии около километра, русло реки изгибалось в форме колена, обрамлённого кустарниками. Дмитрий огляделся, впереди, сквозь сосновые кроны, проглядывали очертания Свято-Успенского монастыря – старые стены, остроконечные купола и тень креста, будто призывавшего их отринуть от мирской суету.

– Прибыли! – Прошептал Владимир, потягиваясь и разминая своё тело от долгого нахождения за рулем. Тихонин первым вышел из автомобиля и направился к перелеску, где его высокая фигура, обтянутая чёрной курткой, скрылась в тени деревьев.

– Владимир, куда ты? – Дмитрий окликнул друга.

– Правее, метрах в тридцати, есть мостик. Тихонин, не останавливаясь, ответил. – Нужно проверить, цел ли.

Ирина, сжимая рюкзак с компьютерным оборудованием, с тревогой наблюдала за уходом Тихонина. Своими умными глазами, скрытыми за тонкими очками, Тарасова посматривала за Родиновым, вытаскивающим из багажника пару тактических рюкзаков с необходимым скарбом.

Владимир, уже недолго отсутствовал, его шаги эхом отдавались на берегу, пока он не вернулся через пять минут с озабоченным лицом.

– Мост цел, – пробормотал Владимир, – но я не уверен в прочности досок.

Тихонин набросил на плечо рюкзак, извлек из багажника три отрезка трубы и скрутил их в единый металлический стержень с заострённым концом, похожий на посох паломника. Дмитрий вопросительно оглядел друга, но тот лишь молча кивнул головой, призывая к движению.

– Не пойму, зачем тебе это? – Дмитрия распирало любопытство.

– Позже поймешь. – Тихонин оборвал друга. – Нам нужно действовать, пока нас не обнаружили.

Алла захватила из салона копии дневника монаха и какие-то листы распечатки, надеясь эти материалы помогут в поисках. Мостик, обнаруженный Владимиром, был старым, с прогнившими досками и ржавыми прутьями перил. Под ногами скрипели доски, а внизу, под ними, журчала Тьмака, отражая блики первых лучей солнца.

Ирина шагала последней, осторожно ступала, выбирая доски попрочнее на вид. С первыми лучами рассвета она постоянно контролировала детекторы, способные обнаружить приближение Стражей. По узкой дорожке, засыпанной песчаным отсевом, тянул за собой телегу, груженную камнем.

– Туристы? – Спросил мужчина. – Красивая и необычная у нас река.

– Мы хотели монастырь посмотреть. – Разоткровенничалась Ирина. – Наверное разливается в половодье?

– Ох, что ты, милая, всё затапливает. – Улыбнулся мужчина своим обветренным лицом. – Тогда и озеро Святого Фомы, что в пяти километрах, водицей наполняется. Монастырь посмотрите, только здесь нет больше жизни.

Мужчина ещё несколько минут о чём-то рассказывал, упомянул колодец. Местный житель увидел потерю интереса к его словам, кивнул, что-то тихонько забормотал и принялся за свою телегу, потянув её по тропинке вдоль берега. Родинов вдохнул воздух, пропитанный смолой и сыростью.

Он задрал голову пытаясь сквозь покачивающиеся ветви исполинов с густой сосновой хвои разглядеть небо. Роща встретила путников пением птиц, шумом крон деревьев и разнообразием ароматов цветов, мха и чего-то прелого.

Пройдя по ровному участку земли, засыпанной сухими иглами от хвойных деревьев, они остановились перед поднимающимся склоном холма. Стали карабкаться на холм, вершина оказалась не большой, почти в её центре находился камень, откуда старец Игнатий молился вместе с Илларионом, устремив взгляд в даль на реку и ещё дальше. Алла смогла разглядеть на камне старые замертво временем руны.

– Слушайте! – Алла, держа в руках распечатку с рунами, вдруг замерла. – Вам не показалась трель птиц необычной?

Дмитрий и вместе с ним остальные остановились, прислушиваясь к шуму леса, наполненного полумраком. Действительно, ветер принёс трели свиристелей и переливы клеста, а где-то вдали крик совы. Ирина почувствовала холодок, пробежавший по спине, нервно пошевелила плечами.

– Это не просто птицы. – Предположила Тарасова. – Они, словно, наблюдатели. – Тихонин улыбнулся, чего только не покажется женщинам.

Группа вновь пришла в движение, двигаясь по ровному участку земли, усыпанному сосновыми иглами. Под ногами хрустели сухие хвойные иглы, а воздух пах мхом и чем-то сладковатым – возможно, цветущими кустами бузины.

Холм, поднимавшийся перед ними, был небольшим, но его вершина казалась магнитом для древних энергий. В центре её лежал гранитный камень, покрытый лишайником. Танаева опустилась на колени и принялась очищать камень от сухих игл, травы и листьев, пытаясь разглядеть что-то.

– Дмитрий, смотри! – Воскликнула Алла, призывая находящегося рядом Родинова.

Владимир подошёл и подал Алле фляжку с водой. Танаева принялась, осторожно поливать расчищенный от грязи камень. Под лунным светом древние руны стали отчётливо проступать – большие и мелкие, сплетённые в узор, похожий на волны.

– Как на страницах записок Иллариона! – Ирина стала перебирать распечатку и одновременно указывала на камень. – Монах писал о месте, где Игнатий молился, устремив взгляд на реку.

Владимир оставил рюкзак и с металлической заострённой трубкой в руках начал обходить вершину холма по спирали, словно разгадывая древний код. Его лицо было сосредоточенным, а шаги – тихими, со стороны казалось, что он боится нарушить покой намоленного места. Тихонин спустился на полтора метра ниже вершины, стоя на склоне левее от их линии подъёма, шест со стуком погрузился на десять сантиметров в рыхлую землю.

– Я похоже нашёл что-то! – Внезапно прокричал Тихонин, втыкая трубку в землю. – Видите? Везде, где я втыкал свою трубу, она уходила в мягкий грунт достаточно глубоко.

Владимир вновь с силой воткнул рядом с собой и металлический шест отозвался глухим ударом. Дмитрий, достав из рюкзака складную лопатку, принялся копать. Земля была рыхлой, и вскоре показались чёрные просмоленные доски – вход в тайный тоннель, ведущий под холм.

Родинов надеялся, что они наткнулись не на камень, а на что-то важное скрытое под холмом. Лопаткой он отбрасывал землю вниз по склону, вскоре он освободил просмоленные доски, почерневшие от времени. Вдвоём мужчины отбросили старый деревянный щит, освобождая проход в туннель под холмом к монастырю.

Дмитрий нацепил на лоб фонарь и проник в лаз, осмотрев стены, отделанные просмоленными досками, прошёл несколько метров и вернулся обратно к лазу.

– Высота тоннеля не более полутора метров. – Разъяснил Родинов друзьям. – Нам придётся двигаться согнувшись.

Когда все спустились в лаз Владимир предложил взять самое необходимое, оставив рюкзаки у входа.

Согнувшись люди преодолели около ста пятидесяти метров, далее потолок стал значительно выше, а стены прохода, отделанные камнем, расширились. Ирина, бредущая последней, сканировала пространство на безопасность. Вскоре группа оказалась перед тупиком, дальнейший ход был заложен камнем, и кладка казалась плотной.

Алла предложила вернуться, а Родинов попытался вытянуть верхний прямоугольный каменный блок, просовывая в щель свой нож. К счастью, это удалось, Владимир принялся помогать, а женщины стали выкладывать блоки вдоль стен, чтобы не мешали проходу. В течение сорока минут удалось разобрать всю кладку и проникнуть в большое темное помещение, не было видно проблесков света.

Только фонари, освещая узкими лучами комнату позволили понять для чего она. Родинов первым попал в помещение и стал осматривать подземную кладовую, наполненную глиняными сосудами на пыльных деревянных стеллажах и пучками сушёных трав на стенах.

– Это аптекарская комната. – Предположил Дмитрий. – Монахи хранили здесь лекарства.

– Я на дверь наткнулся. – Владимир, двигаясь вперёд, обнаружил дверь, обитую металлическими полосами.

– Заперто? – Спросила Алла.

Тихонин надавил на доски двери, и та с трудом открылась, обнажив коридор, разделяющийся на два направления. Родинов предложил разделиться и в компании с Ириной, освещая фонарём путь, двинулся направо. Владимиру с Аллой осталось выбрать прямое направление коридора. Танаева внимательно рассматривала стены пока Тихонин тщательно освещал каждый метр фонарём.

Ирина не пропускала сантиметра стен, пытаясь обнаружить какую-нибудь подсказку или знака, а Дмитрий осторожно шёл вперёд, освещая проход фонарём. Владимир с Аллой прошли пятнадцать метров, периодически останавливались, рассматривая неглубокие ниши с полусгнившим хламом и вскоре оказались перед узкой лестницей, круто уходящей наверх.

– По этой лестнице и можем подняться наверх и найти выход. – Прошептал Тихонин.

– Возвращаемся! – Потребовала Алла. – Мы не можем оставить Ирину и Дмитрия одних.

Тихонин согласился вернуться и пройти по маршруту, куда направились Дмитрий с Ириной. Владимир с Аллой застали друзей стоящими перед разноцветной тарелкой вделанной в кладку за проходом, ведущим ещё в какое-то помещение. Зодчий этого подземного строения зачем-то понизил потолок прохода, а затем вернул его на прежнюю высоту. Владимир пробрался вперёд и сообщил о сложенных обломках сгнившей двери, перекрывавшей когда-то проход.

– Это мандала. – Сказала Алла, осматривая тарелку. – Индийская, как в дневнике.

Алла осветила своим фонарём тарелку над проходом, и та засияла, отражая цветные лучи. Танаева с уверенностью сообщила, рисунок похож на индийскую мандалу и надо попытаться извлечь тарелку. Работа оказалась кропотливой и требовала осторожности, Алла постучала по тарелке, и та отозвалась звонким звуком.

– Пустота за ней. – Обрадовалась Танаева.

Дмитрий согласился и передал Алле свой швейцарский нож, чтобы женщина смогла потихоньку процарапывать закаменевшую глину. Алла смогла извлечь тарелку неповрежденной и передала Тихонину. Дмитрий осветил образовавшуюся полость и разглядел что-то чернеющее в глубине полости каменной кладки. Алла извлекла высохший от времени кожаный мешочек, изготовленный из сафьяна, завязанный таким же шнурком.

В мешочке завёрнутый в ткань, находился свёрнутый фрагмент дневника Афанасия Никитина. Дмитрий предложил всё свернуть обратно в мешок и подняться наверх, где при свете разобрать текст путешественника будет легче. Ирина всё время несла свои компьютерные устройства с собой в компактном рюкзачке, поэтому ей доверили сафьяновый мешочек с рукописью.

Владимир рассказал про обнаруженную лестницу, решили подняться на верх по ней. Когда преодолели наземное сооружение, оказавшееся трапезной, и хотели выйти на солнечный свет, то в окне Дмитрий заметил десятка полтора людей в черном, несколько мощных внедорожников Land Rover и Мастера Времени. Главный стражей стоял напротив входа в здание монастыря и ожидал, когда ему принесут фрагмент дневника Никитина.

Родинов руками потребовал друзей замереть и пока их не заметили Стражи, вернуться в подземелье и выбираться через тайный проход под холмом. На обратное путешествие у друзей ушло около часа, выбравшись из тайного подземного хода и спустившись с холма к реке, группа преодолела мостик. До машины оставалось не более тридцати метров, когда позади и впереди них появились люди в чёрном.

Окружённые кольцом из представителей Стражей Времени, Родинов потребовал, чтобы их пропустили, но хрониумы словно по команде направили на свои жертвы оружие. Ожидание окончания всех надежд и даже возможной смерти затянулось. Прошло четверть часа, из подъехавшего чёрного Land Rover, вальяжно вышел Мастер, кольцо хрониумов разорвалось, он подошёл к Дмитрию.

– Я знаю, господин Родинов, как вам дорог сын, а свою жену Елену вы любите всем своим горячим сердцем. – Мастер замолчал, растягивая театральную паузу. – Поэтому во избежание неприятностей с вашими родными, отдайте фрагмент дневника Афанасия Никитина.

Дмитрий повернулся и потерянно протянул руку к Ирине. Тарасова торопливо расстегнула молнию на рюкзаке, извлекла сафьяновый мешочек протянула Родинову. Дмитрий подержал находку на ладонях с полминуты, пока Мастер не приблизился к нему вплотную и не забрал желаемое. Вернувшись к своим людям, Мастер Времени решил забраться в автомобиль, но развернулся и коротко с улыбкой обронил слова, адресованные Родинову.

– Сейчас мы расстанемся, господин Родинов, но я чувствую, что вы и без этого, – мужчина подбросил на ладони сафьяновый мешочек, – сможете определить следующие координаты, где спрятан очередной фрагмент рукописи.

– Я следую всем вашим указаниям, теперь у вас первая часть удалённой из дневника Никитина. Может пора освободить мою семью? – Лицо Дмитрия стало почти белым из-за отрицательного жеста Мастера. – Хотя бы позвольте услышать голос жены и сына.

– Продолжайте и дальше поддерживать ментальный контакт с сыном. – Мастер улыбнулся одними губами, лицо его не выдавало чувств.

– Что вы хотите этим сказать. – Сердце Дмитрия заколотилось от предчувствия.

– Вы попытались утаить от меня детали маршрута. – В голосе главного хрониума не было даже капли упрёка. – Пришлось воспользоваться электрической стимуляцией мозга вашего сына, так мальчик привёл нас к монастырю, что на берегу реки Тьмака.

– Мучить ребёнка, – Родинов сжал кулаки готовый броситься на мастера стражей, но Тарасова его остановила, – это жестоко.

– Вынужденная жестокость, но почему-то я уверен, мы с вами встретимся и пройдём по всему пути Никитина, тогда сможете вернуть свою семью. – Мастер забрался в салон внедорожника. – Я думаю, короткий разговор с женой вы заслужили. Нужно только немного подождать.

Из грязного и дурно пахнувшего подвала ещё вечером вчерашнего дня Елену с сыном перевели в просторную светлую комнату с зарешеченными окнами. В отличии от подвала в этом помещении было много мебели, шкаф со старыми книгами, круглый стол со свежей скатертью и три обшарпанных стула. Для сна предлагались два полноценных спальных места, диван яркой рыжей обивкой для Елены и тахта для Паши.

Они смогли не только утолить жажду, на столе сразу заметили стеклянный графин с двумя стаканами, но и голод. Тарелки с тёплым пловом принёс не разговорчивый мужчина, из-за своего высокого роста он ходил пригибаясь. Мужчина бросал короткие неразборчивые слова, похожие на мычание. Поэтому Пашка сразу же обозвал надзирателя Герасимом.

Утром следующего дня тюремщик сводил охраняемые персоны в туалет, позднее принёс скудный завтрак. Что особенно порадовало Елену, горячий чай в старых чашках со сколами. Последующие два часа испытаний так напугали женщину за сына, такой страх она ещё не испытывала. В комнату вошли трое, но Елена сразу по вальяжности определила главного.

Мастер времени приказал нацепить на неё наручники с короткой цепью, заведенной вокруг трубы отопления. Стол подвинули к тахте, но перед тем убрали графин и свернули скатерть. Суетливый мужчина из большого саквояжа стал извлекать какие-то приборы с множеством проводов и аккуратно расставлять на столе. Всё это время женщина сидела на диване с прямой спиной, обнимая сына.

– Укладывайте мальчика. – Скомандовал мастер и доктор с охранником вырвали Пашу из рук Елены.

– Что вы собираетесь делать? – Перепугалась женщина. – Она порывалась вскочить, но цепь удерживала её на диване.

– Ваш муж, моя дорогая, считает себя самым хитрым. – Спокойно без злости прошептал главный. – Мы ему дали карту, сведения, но он не прибыл в нужные координаты и не пожелал сообщить мне о своих догадках.

– Позвоните Дмитрию! – Умоляла женщина. – Он вам всё отдаст за сына.

– Период просьб и угроз прошёл! – Мастер времени поднял стул и, поставив его между стеной и столом уселся. – Доктор, чего вы ждёте? – Последняя фраза была произнесена чуть громче, но всё также безэмоционально.

Доктор, удерживающий в руке шприц с желтоватым содержимым, попросил охранника приостановить и усмирить, сопротивляющегося мальчика. Через минуту после введения в вену фармакологического средства Павел расслабился. Его тело вяло вытянулось на кушетке, доктор прицепил электроды к вискам, в подзатылочную ямку, расправив два провода зелёного и синего цвета с зажимами, прицепил их на запястья.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.