Арина Ланская
Продавец из книжного

Как всё начиналось

До девяти лет Женя Ли был обычным российским школьником. Как и все ровесники посещал школу – с умеренным количеством прогулов. Периодически ссорился с сестрой, как и положено младшему брату. Учился в целом неплохо, можно даже сказать – хорошо. А ещё он всегда любил читать книжки: будь то художественная литература из бабушкиной домашней библиотеки или школьный учебник по истории. Когда ему исполнилось девять, он вместе с семьёй переехал из Оренбурга в Сеул. Большой город, а по сравнению с родным Оренбургом – огромный мегаполис, очень напрягал маленького мальчика. Но он быстро привыкал к непривычной обстановке и учил новый для себя язык. Несмотря на корни, корейский язык русскому корейцу поддался не сразу, но Женя не сдавался и вскоре начал понимать, что к чему. Влиться в новую жизнь помогала школа и окружение, в котором, кроме родителей и сестры, по-русски никто больше не говорил.

Так прошло несколько лет. Женя, ставший теперь Джэ Ёном, завёл новых друзей и даже сумел достичь небольшой популярности в школе. Родители хвалили его, хотя, как и прежде, сравнивали его успехи с успехами сестры. Ему нравилось быть узнаваемым, получать в соцсетях лайки и комментарии от незнакомцев, которые хвалили его внешность. Учился он по-прежнему неплохо и всё ещё любил читать. Хороший заработок семьи позволял ему посещать разные курсы для подготовки к будущим экзаменам, а ещё он взялся учить китайский и английский. Плюс ко всему Джэ Ён занимался спортом, любил баскетбол и теннис. Во время тренировок и школьных матчей за ним всегда наблюдало множество глаз и фотокамер. Однажды он проснулся популярным – одна из его фоток разошлась по интернету. И теперь его узнавали не только в школе, но и за её пределами. Люди восхищались красивыми чертами лица и хотели узнать имя этого юноши. Оказалось, фото выложила одноклассница, которой давно нравился Джэ Ён. На фотографии он был запечатлён аккурат после недавнего матча: в спортивной форме, с влажными волосами и полотенцем на шее. На его взгляд, фотка вышла так себе, но люди заметили, что даже в таком виде молодой человек выглядит неотразимо и ему явно суждено стать моделью, актёром или айдолом.

Буквально через неделю ему позвонили из крупного музыкального агентства. Оказалось, мама тайно отправляла фотографии Джэ Ёна разным подобным агентствам, но никто не приглашал парнишку к себе. Но теперь, когда Джэ Ён случайно стал популярным, им заинтересовались и предложили принять участие в шоу. Зрителям Джэ Ён тоже понравился, количество подписчиков на его страничках в соцсетях увеличилось. Так он стал стажёром в агентстве, а уже через год дебютировал в составе группы "J8" ["Джэй Эйт"]. И в семнадцать лет к нему внезапно пришла популярность.

Сестра Джэ Ёна – Джи А, в свою очередь решила сделать упор на карьеру и двигаться к своей цели, несмотря ни на что. Ведь всё внимание родителей теперь было приковано к младшему брату, а ей оставалось надеяться лишь на себя. Она когда-то тоже мечтала о популярности, но потом решила, что это глупо и стоит выбрать более стабильную профессию. К тому же, заурядная внешность Джи А вряд ли пришлась бы по вкусу искушённым любителям корейской поп-индустрии. Под стандарты корейской красоты она подходила разве что красивыми глазами. Рост и фигура не подходили для образа кукольной девочки. Скорее она могла бы стать баскетболисткой или хорошим пловцом. Поэтому Джи А решила сконцентрироваться только на своих планах, не обращая внимания на Джэ Ёна, а потом и вовсе сняла жильё на пару с подругой и съехала от родителей.

Несмотря на отсутствие таланта в музыке и танцах, Джэ Ён стал "лицом" группы, хотя как вокалист и танцор оставался на задворках. Среди участников нашёлся лишь один его ровесник – китаец Чен Джи Цзянь. Остальные были старше и уже давно стажировались в агентстве. Им повезло попасть в группу лишь потому, что в начале имени у каждого обнаружилась буква "j", если писать по-английски. Так и собралась группа "Джей восемь", как её прозвали в российском сообществе. Джэ Ён быстро нашёл общий язык с Джи Цзянем, а вот другим участникам популярный русский парень без музыкальных талантов особо не нравился. Возможно, они попросту завидовали его внешности: блестящая гладкая кожа, идеальный овал лица, прямой нос, большие глаза с двойным веком – их больше всего обожали фанаты, ровные чёрные брови, изящные губы. Рост в целых сто восемьдесят четыре сантиметра, широкие плечи и спортивное тело. Не каждый участник мог похвастаться "полным набором", а кому-то оставалось довольствоваться работой пластического хирурга. От ведущего вокалиста и по совместительству лидера группы Джи Тхэ он то и дело слышал: "Ты что, даже это спеть не можешь? Твоя партия и так самая маленькая!" или "Ты танцевать вообще собираешься? Что ты дёргаешься, как в конвульсиях?". Других участников "папочка" Тхэ тоже воспитывал, но чаще всё-таки прилетало младшим.

Жизнь Джэ Ёна с приходом популярности резко изменилась. И хотя поначалу ему было весело и интересно, но на голом энтузиазме далеко не уедешь. Школьные друзья отдалились от него, да и школу он стал посещать гораздо реже. Теперь весь его круг общения в основном состоял из стаффа, менеджеров и участников группы. Вместо чтения книжек он теперь проводил часы и дни, оттачивая танцевальные навыки и вокал. А помимо этого ему, как популярному айдолу приходилось постоянно заниматься спортом, придерживаться специальной диеты, ездить на всякие интервью, передачи и шоу.

Так шло время. Вот Джэ Ён уже окончил школу, а потом заочно отучился в университете по специальности "исполнительное искусство". Разъезды по передачам и шоу продолжались, к ним прибавились контракты на съёмку рекламы всего, чего только можно: косметики, одежды и даже жареной курочки. Причём больше всего предложений приходило именно Джэ Ёну, как лицу группы. Между делом ребята успевали выпускать альбомы, давать концерты и даже устраивать туры. О полноценном здоровом сне Джэ Ён давно позабыл. Закрыть глаза хоть на пятнадцать минут после выступления посреди рабочего дня – уже было большим счастьем. Он чувствовал, что здоровье ухудшается и даже говорил об этом менеджеру и родителям. Но все хором убеждали его, что всё хорошо и что нужно просто подождать, ведь волна популярности – это не навсегда. Когда закончился первый пятилетний контракт, Джэ Ён подумывал уйти, но родители смогли убедить его остаться. Мать утверждала, что сейчас пик его карьеры и нужно пользоваться моментом. А отец говорил, что зарабатывать лицом – легче всего. Но на самом деле Джэ Ён пахал, как лошадь и не чувствовал той лёгкости и радости, о которой мечтают те, кто становится стажёрами. Ведь многие думают, что, если ты красивый, то больше ничего делать не нужно и деньги сами льются рекой на банковский счёт. Но это было далеко не так. Джэ Ён с каждым годом чувствовал себя всё более истощённым, как морально, так и физически. Он стал чаще болеть, из-за чего пропустил несколько концертов. Ему казалось, что от прежнего него осталась только обложка. Красиво? Да. Но всё это было лишь пустышкой. Он не чувствовал себя прежним и не понимал, кто он теперь. Джэ Ён? Джэй Эл? Может, Джэй-младший? Это всё имена с обложек, псевдонимы, прозвища, которыми его называют. Но он хотел просто быть собой.

Популярный парень, который по красоте стоит рядом с Чха Ыну, Ким Тэ Хёном и Чон Хэ Ином разочаровался в жизни. Ему вдруг захотелось просто уйти, спрятаться, исчезнуть… Исчезнуть навсегда. Хотелось надеть плащ-невидимку и спокойно ходить по улице, смотря людям в глаза, а его при этом никто бы не видел. Он устал от своей популярности, хейтеров и ненормальных фанатов, которые не знали личных границ. Устал от постоянных разъездов и сна по четыре часа. Он просто устал от всего.

Весна перемен

С дебюта прошло уже семь лет, а популярность группы только росла. Хотя на фоне популярности Джэ Ёна успех всей команды казался значительно меньше. И, несмотря на то, что роль младшего участника просто обязывала его быть популярным, лидера это почему-то раздражало. Но на всех интервью Джи Тхэ говорил, что они рады успеху Джэ Ёна и всей командой поддерживают своего макнэ [младшего]. По факту действительно поддерживал его только Чен. Сообщество фанатов, само того не подозревая, отделило Джэ Ёна от коллектива. Он снимался в клипах других исполнителей, в рекламе, дебютировал как актёр. И хотя он уже был вполне самостоятельным, родители всё равно не позволяли ему хоть немного сбавить рабочий темп. К родителям присоединился и менеджер, а ещё представители компании. Все кругом убеждали Джэ Ёна, что это здорово и круто, – быть таким популярным. "Нужно стремиться к большему, – говорил отец, ставя ему в пример сестру. Ведь все здесь так живут. Ты либо популярный, богатый и успешный, либо никто". Но к большему он стремиться уже не мог. Чувствовал, что ноша слишком тяжела и хотел всё бросить. Возможно, в других компаниях у айдолов дела обстояли получше, но Джэ Ён этого не знал, да и знать не хотел. Из-за чувства опустошённости и заметного отчуждения, постоянным спутником Джэ Ёна в последние пару лет стал психолог. Фанатам не нравилось, что артист стал меньше веселиться и улыбаться, их это сильно беспокоило. Но ему нужен был не психолог, а глоток свободы и восьмичасовой сон. Он думал только о том, как бы покончить со всем этим, потому что не мог больше так жить.

– Братишка, – сказал он как-то Чену, – что ты собираешься делать, после того, как контракт снова закончится?

Они сидели в VIP-зале одного из популярных ресторанов китайской кухни, где не было посторонних глаз и ушей. Спокойная обстановка позволяла поговорить по душам и обсудить те вопросы, которые было запрещено поднимать при других участниках.

– Не знаю… Подумываю уйти в свободное плавание. Хочу стать продюсером и писать хиты для новичков. А ты? – Чен провел рукой по светлым волосам. Совсем недавно он посещал стилиста и освежил причёску, чтобы блонд не выглядел слишком жёлтым.

– А я мечтаю всё бросить и свалить на какой-нибудь остров. Там буду лежать в номере отеля и неделю отсыпаться. Потом поплаваю, наемся всякой вредной еды… А ещё с девушкой познакомлюсь, – Джэ Ён безучастно листал увесистую книжицу с фотографиями блюд. Половину из того, что было в меню, есть им было запрещено. Но так как сегодня выходной, ребята могли позволить себе купить что-нибудь вкусненькое.

– Ха, неплохо! Я бы тоже завёл себе подружку.

– Но я хочу, чтобы девушка не знала меня. Не хочу встречаться с фанаткой, которой только моё лицо нравится.

– А разве есть такие девушки? – Джи Цзянь улыбнулся.

– Не знаю, – Джэ Ён тоже натянул улыбку. – Разве что на каких-нибудь островах, где нет интернета…

– Хочешь уйти? – прошептал Чен, будто бы кто-то мог их услышать.

– Только об этом и мечтаю. Но все будут против…

Джи Цзянь похлопал его по плечу, понимающе кивнул и сказал:

– Никто нас не понимает, братишка. Люди не понимают, что мы тоже устаём. Им контент подавай.

– Но ты ведь всегда говоришь, что успех – это главное в жизни. Уже передумал?

– Нет. Я по-прежнему так считаю. Просто, если всё достало… стоит подумать о том, чем бы ты действительно хотел заняться. Я вот, например, планирую вернуться на родину.

– Вернуться? Звучит как прекрасный план… – задумчиво произнес Джэ Ён. – И почему я сам об этом не подумал.

– А хочешь вместе рванём в Китай? Дуэтом будем выступать?

– Идея рвануть куда-нибудь меня вполне устраивает, но выступать я больше не хочу. К тому же, ты ведь слышал, как я пою, – усмехнулся Джэ Ён.

– Поверь, сейчас ты поёшь уже намного лучше, чем во времена дебюта!

– Слушай, а контракт ведь можно расторгнуть раньше срока? Это же наш второй контракт…

– Кажется, да. Хочешь свалить уже сейчас? – удивился Чен. – Смело!

– Пока не уверен… Но, если я однажды исчезну, я хочу чтобы ты знал…

– Эй, братишка! Не нужно исчезать! – обеспокоенно воскликнул Чен. Он подскочил с места, схватил друга за плечи и встряхнул. – Подумай о будущем!

– Да ты дослушай! – Джэ Ён убрал руки Чена от себя и заставил друга сесть на место. – Так вот, если я исчезну, знай, что я не умер. Наоборот, я хочу жить и вырваться из этой кабалы! Если вдруг я пропаду с радаров, не стану отвечать на звонки и не буду заходить в соцсети, – значит я вернулся на родину.

– Только живи, братишка! Живи, как хочешь! А я постараюсь приехать и навестить тебя. Вместе поедим борща. Что скажешь?

– Прекрасная идея! Я обязательно напишу тебе, как приеду. Не хочу терять такого друга, – улыбнулся Джэ Ён.

– Братишка! Ты же знаешь, мы с тобой братья навсегда!

Чуть позже они позвали официанта и заказали еду. День обещал быть интересным, ведь ребята много чего запланировали. Но после обеда, вместо всех планов, Джи Цзянь предложил поехать куда-нибудь подальше от шумного города.

– На пляж? В начале марта?

– Именно!

– И что там делать?

– Не важно, что делать! Главное, там сейчас мало людей. Насладимся шумом волн и морепродуктами, – сказал Чен, когда они сели в машину.

– А как же наши планы?

– Мастер-класс по рисованию? Кинотеатр? Честно, я ничего не хочу после такого плотного обеда. Разве что спать.

Джэ Ён рассмеялся.

– Спать на пляже… Интересный вариант. Ладно, поехали! Ты же у нас водитель.

– Вот именно! А ты водительское, похоже, вообще не собираешься получать.

– Да зачем мне удостоверение, у меня нет времени учиться водить. А если бы время и было, то на личном транспорте некуда ездить.

– Я ведь езжу.

– Раз в месяц, в лучшем случае два.

Джи Цзянь улыбнулся, нажимая на кнопку запуска. Он погладил руль автомобиля и прошептал: "Не слушай его, Сяо Сян".

– Ты даже имя машине дал!

– Конечно!

Оба рассмеялись. Джи Цзянь плавно вырулил с парковки на дорогу и велел навигатору держать курс на ближайший пляж.

За два с половиной часа пути они многое обсудили. Джэ Ён поднял важную для себя тему, касающуюся переезда. Он спрашивал Джи Цзяня, как тот переехал в Корею будучи взрослым и самостоятельным, ведь сам он плохо помнил процесс переезда и не знал всех тонкостей. Ведь важными вещами в то время занимались родители, им помогала старшая сестра. А Джэ Ён просто ходил за ними как хвостик и пытался развеселить. Переезд из России в Южную Корею родителям дался не просто, но Джэ Ён узнал об этом позже от старшей сестры. В детстве всё казалось ему таким простым: собрали вещи, сели в самолёт, и вот они уже в другой стране.

– Как думаешь, можно за пару часов найти хорошего юриста, который мне поможет свалить из компании без оплаты всяких там неустоек? – спросил Джэ Ён.

– Не знаю. Я в этом совсем не разбираюсь. Может, менеджер Пак нам поможет? Она так-то дама умная.

– Не хочу чтобы кто-то узнал о моих планах. Я бы хотел сохранить всё в секрете, чтобы никто, кроме тебя не узнал.

– Вот так? Оу. Это сложно. А родители? – поинтересовался Джи Цзянь.

– Им я бы тоже предпочёл не рассказывать. Поставлю перед фактом… Это конечно неуважительно – вот так вот сбегать…

– Стоит придумать хороший план, чтобы никто ничего не узнал. Пока у нас выходные, можем заняться планом твоего побега.

– Правда? Ты мне поможешь?

– Конечно! Идея безумная, но я же не брошу тебя одного. К тому же… – Джи Цзянь вздохнул, на секунду его лицо поменялось, в глазах отразилась тень печали. Но он так и не закончил фразу.

– Ты о чём? – Джэ Ён непонимающе уставился на друга.

– К тому же, – Чен натянул улыбку, – не хочу смотреть, как ты страдаешь! Вот что я хотел сказать.

Прогулка по пляжу ненадолго вернула Джэ Ёна в детство. Когда он был ребёнком, поездки к морю с семьёй на машине всегда были знаменательным событием. Вот и сейчас, когда он вместе с другом гулял по пляжу, проваливаясь в мягкий песок, на душе было тепло. Местами уже начали распускаться первые весенние цветы, но Джэ Ён не замечал этого ровно до того момента, пока не выехал за город. Проводив весеннее солнце за горизонт, друзья расположились в уличной закусочной. На ужин они заказали суп с мидиями, хэмуль паджон [вариация луковых блинчиков с морепродуктами] с креветками и рисовое вино.

– Возможно, моё решение вот так всё бросить кажется спонтанным. Но я давно уже думаю об этом, – сказал Джэ Ён.

Чен, обмакнув кусочек лукового блина в соус, дружелюбно улыбнулся и спросил:

– Ты когда-нибудь мечтал стать знаменитым?

– Почему ты спрашиваешь?

– Мне интересно знать, какая у тебя настоящая мечта? Ведь ты не раз говорил, что мечту стать знаменитым тебе навязали родители.

– Я скорее мечтал стать знаменитым писателем или сценаристом, но никак не красивым лицом с обложки модного журнала.

– Весна, – Чен оглянулся вокруг, сделал многозначительную паузу, – прекрасное время, чтобы начать всё сначала! И несмотря на то, что любое принятое нами решение – это риск, я думаю, стоит попробовать. Кто знает, может из тебя получится неплохой сценарист?

– Если бы не твои слова, брат Цзянь, я бы, наверное, так быстро не решился.

Джи Цзянь похлопал друга по плечу и они продолжили ужинать.

Точно так же, как и поехать к морю, ребята спонтанно решили заночевать в ближайшей гостинице, чтобы ещё хоть немного растянуть это тёплое чувство детской радости. Благо дело народу было немного, поэтому Джэ Ён и Джи Цзянь спокойно заселились в соседние номера. Им иногда хотелось поспать в одиночестве, когда никого нет рядом. Хотя за долгое время жизни в общежитии оба привыкли, что в комнате всегда есть ещё один постоялец. Но сейчас им захотелось побыть наедине со своими мыслями. К тому же, этой ночью Джэ Ён не мог уснуть. Обычно он засыпал в любом месте и при любой удобной возможности, а потом спал, как убитый. Но сегодня мозг не прекращал подкидывать идеи о том, куда лучше всего перебраться и чем заняться после переезда. Он лежал, уставившись в побелённый потолок, на который падал свет из окна. Мысли были заняты лишь одним: нужно уезжать в ближайшее время. Пока не передумал. Или, точнее сказать, пока не переубедили. Да, Джэ Ён привык с детства слушаться старших, оттого и страдал, занимаясь тем, что ему не нравится, ведомый мнением других. Но сейчас, когда ему уже исполнилось двадцать четыре, он решил, что достаточно самостоятелен, чтобы распоряжаться своей жизнью так, как хочется. До этого он всё убеждал себя, что сможет заняться любимым делом на пенсии. На зачем ждать до пенсии? Что, если до этой самой пенсии он может даже не доживёт? Сладостная мысль о скорых переменах заставляла его улыбаться в темноту. Он, кажется, никогда не был так счастлив, как сейчас. Да, скорее всего на пути к мечте о свободе его ждут трудности и препятствия. Но он был полон решимости как никогда.

Согласившись со своими раздумьями и мысленно поставив подпись на воображаемый план, казавшийся почти идеальным, Джэ Ён вдруг понял, что уже светает. Первые солнечные лучи пробились сквозь стекло и заиграли на светлой стене. Он взял смартфон, проверил время. На часах было 6:54. "Сестра должна была уже встать в это время", – подумал он. Ещё ночью Джэ Ён решил попросить помощи у Джи А. Он не знал, согласится ли сестра, но как говорят: попытка не пытка. Хотелось сначала поделиться мыслями с Ченом, но он не мог позволить себе разбудить друга в выходной.

– Чего ты звонишь в такую рань? С ума сошёл что ли? – пробурчала сестра, подняв трубку.

– Разве так приветствуют дорогого младшего братика, нуна [обращение к старшей сестре]? Ты совсем не скучала по мне?

– Что тебе нужно? Ты не звонил сто лет. Давай говори быстрее. Я собираюсь на работу, нет времени нянчиться с тобой.

– Нуна, помоги мне! – стараясь изобразить грустный голос, сказал Джэ Ён. – Хочешь стать лучшим ребёнком для наших родителей? Найди для меня самого хорошего юриста. Он нужен мне сегодня, пожалуйста!

– Что за бред? Ты чего удумал? – продолжала ворчать Джи А.

– Я хочу сбежать, – прошептал Джэ Ён.

– Что? Ты что, пьян?

– Нет. Не спрашивай. Просто помоги мне. Один раз, прошу! Как только я уеду, ты станешь самым лучшим ребёнком для родителей, примером для подражания, превосходной дочерью, которая всего добилась сама. А я буду непутёвым сыном, который не выдержал своей популярности и решил бросить всё.

Минуту сестра нервно дышала в трубку, а потом наконец сказала:

– Это всё звучит, как полный бред, но!

– Но? – с надеждой переспросил Джэ Ён.

– Я помогу тебе. Но из корыстных целей, лишь для того, чтобы выглядеть лучше в глазах родителей и стать лучшим ребёнком. Только ради этого.

– Всё равно спасибо, нуна! Век не забуду твоей доброты! Несправедливо, что родители всё время сравнивали нас с тобой. Ты же знаешь, что ты куда лучше меня!

– Ах ты подхалим! Ну, ладно. Удачи тебе в твоей новой жизни. Номер юриста я сейчас пришлю. Кстати, он тебя терпеть не может, его дочь тратит деньги на вещи с вашей группой, а особенно, – с твоим лицом.

– Значит, точно поможет уйти, – усмехнулся Джэ Ён.

– Наверняка, – уже более ласковым тоном подтвердила Джи А. – Пиши иногда, если соскучишься и захочешь послушать ворчание старшей сестры.

– Напишу. И даже позвоню! Только родителям не говори о моих планах. Я позже сам им всё объясню. Хотя они не поймут, но…

– Не переживай. Рано или поздно они примут твой выбор, как приняли мой. Они ведь любят нас, – сказала Джи А.

– Спасибо тебе, нуна. Ты лучшая!

– Давно я не слышала этого от тебя. Приятно! Но мне пора на работу, так что извини, братик. Рада была поболтать.

– И я.

Сестра положила трубку, и Джэ Ён представил теплую улыбку на её лице. Действительно, они не созванивались уже очень долго, и последний их диалог кажется закончился не очень хорошо. Но Джэ Ён плохо помнил, у него не было времени думать о таких мелочах. Да и в целом у него не было времени думать. Несмотря на их вечные ссоры и драки в детстве, на соревнования "кто лучший ребёнок", которое начали родители, и разногласия по жизни, они всё же любили друг друга. Джи А всегда заботилась о младшем братике, хотя по началу он этого не понимал. Только недавно, лет, наверное, в двадцать, Джэ Ён стал чувствовать заботу сестры. И даже за её ворчанием он видел добрые намерения и любовь.

Довольный собой, Джэ Ён прилёг на тоненький мягкий матрас. Он снова проверил время и подумал, что неплохо было бы хоть немного вздремнуть. Но тут в дверь постучали.

– Сяо [кит. "младший"] Ли, братишка, ты уже не спишь?

Джэ Ён усмехнулся. Похоже, из-за тонких стен, Чен слышал его восторженный разговор с сестрой. Значит, он тоже рано проснулся. Недолго думая, он встал с постели и открыл дверь.

– Как ты меня назвал? Сяо Ли?

– Всегда хотел назвать тебя так, младший братик, – Чен улыбнулся.

– Эй, ты всего на три месяца старше! Мы одного возраста, брат Цзянь. Если хочешь звать меня младшим, тогда уж лучше зови "молодой господин", – Джэ Ён тоже растянул губы в улыбке.

– Да иди ты, ваше высочество! – Чен в шутку хлопнул друга по спине.

– Так и есть! Мой предок был из королевской семьи!

– Сам говорил – это не доказано!

Оба рассмеялись, а потом притихли, вспомнив, что стены тонкие, а на дворе раннее утро. Джэ Ён умылся, собрал вещи, и ребята пошли завтракать. В уличной закусочной им оставалось только наслаждаться прекрасным спокойным видом синих весенних волн и свежими морепродуктами. Было немноголюдно, но кто-то из посетителей всё же узнал их. Девушка за соседним столиком делала вид, что снимает селфи, но по вспышке камеры стало понятно, что это не так. Вместо того, чтобы начать скандал или хотя бы попросить довольную фанатку удалить снимки, ребята быстро расправились с завтраком и пошли на пляж.

– Вот об этом я говорю, – вздохнул Джэ Ён. – Мне кажется, даже в деревенской глуши от фанатов не скрыться.

– Тогда рассказывай, – Джи Цзянь растрепал ему волосы, – что твоя умная головушка за ночь придумала. Ты же всю ночь не спал?

– Эй! – Джэ Ён поправил прическу и надел капюшон, чтобы не отсвечивать своими ярко-красными волосами.– Перекрашусь сегодня, – пробурчал он себе под нос.

– Ну, говори давай! Или хочешь, чтобы я идеи предлагал? – подбодрил его Джи Цзянь.

– В общем, план такой: скажи всем, что оставил меня в ближайшей больнице. Если спросят, скажи, что это из-за проблем с желудком.

– А ты?

– А я поеду в офис "Платинум Стар", по пути встречусь с юристом, которого порекомендовала мне нуна. Там встречусь с директором. И, надеюсь, он отпустит меня. Как только расторгну контракт, куплю билет на самолёт.

– А вещи?

– Вещи, точно… Придется вернуться за вещами в общежитие… Может, ты привезёшь мне их?

– Запросто!

– Всё я точно не увезу за раз. Но об этом подумаю позже. Главное – уехать.

– План неплохой. Но что, если директор тебя не отпустит? Или, если его не будет на месте?

– Я всё равно уеду и в конечном итоге он сам выгонит меня! – заявил Джэ Ён. – Но это не такой хороший вариант, хотя я всё же рассматриваю, что он возможен.– Окей. Удачи тебе, сюн [кит. вежливое обращение к сверстнику "уважаемый друг"]! – Джи Цзянь похлопал друга по плечу. – Надеюсь, с тобой всё будет хорошо.

– И я на это надеюсь. Спасибо, брат Цзянь. Подожди, как ты меня опять назвал?

Чен усмехнулся, хлопнув себя по бедру.

– Лучше учи китайский!

– Мой китайский уже итак неплох!

– Раз не нравится, что я зову тебя младшим, я решил звать тебя "уважаемый друг", а не просто братишка.

– О-о, – протянул Джэ Ён.

– Братишка, надеюсь, расстояние не станет помехой нашей дружбе! Я обязательно буду приезжать к тебе в гости. А ты приезжай ко мне. Уверен, моя матушка будет рада видеть тебя у нас!

После таких трогательных слов Джэ Ён готов был расплакаться, но успокоительные, прописанные лечащим врачом, помогали контролировать внезапно нахлынувшие эмоции. Он обнял своего названного брата, хотя и не был любителем всяких подобных штук, да и вообще не тактильным человеком. Надо признать, что несколько лет жизни в общежитии стёрли личные границы и понятие о том, что твоё, а что общее. Но всё же Джэ Ён постарался сохранить при себе своё личное пространство и избегал внезапных объятий.

– Ну, ты чего, братишка! Я тебя прямо не узнаю, – Чен улыбнулся, встряхнул Джэ Ёна за плечи. – Улыбнись, не грусти! Ты же начинаешь новую жизнь!

– Да-да. Я рад. Но тяжело расставаться с единственным другом.

– Не переживай, ты же не на другую планету переезжаешь. У нас есть мобильная связь и интернет. На крайний случай, воспользуемся голубиной почтой!

Джэ Ён рассмеялся. Печальные мысли как рукой сняло, ведь брат Цзянь мог развеселить любого.

– Мне нравится идея с голубиной почтой. Я пришлю тебе свой новый адрес, как приеду. Отправишь мне голубя?

– Отправлю тысячу голубей! Ладно, – Джи Цзянь посмотрел на часы, – ехать пора. Куда тебя подвезти?

– Нуна прислала адрес юриста. Она написала, что я могу ехать сразу к нему, потому что она уже связалась с ним.

– Нуна заботливая. Хорошо, к юристу – значит к юристу!

Они загрузили вещи в багажник и сели в машину. Ещё пару часов и будут на месте. Чен тронулся с места и включил вперемешку свой любимый "русский плейлист". Первым запел Бурито "Штрихи". Одна песня закончилась и началась следующая.

– О, это моя любимая! – сказал он, когда заиграл трек Filatov & Karas "Мимо меня", и прибавил громкость.

– Да ты так про каждую песню в этом плейлисте говоришь.

– Потому что они все любимые! Кстати, напомни, о чём она?

Джэ Ён кратко перевел Чену смысл песни, а потом добавил с усмешкой:

– Это прямо про меня.

– Точно! Но теперь-то всё будет по-другому!

– Ты на эту песню кавер на китайском записывал и не помнишь?

– Не помню. Я ничего не помню, – Джи Цзянь рассмеялся. – Я забываю всё хорошее, чтобы потом снова радоваться, как в первый раз!

– Ну ты шутник, брат Цзянь!

– На самом деле я уже столько всего на свой канал залил, что правда не помню, когда записывал этот кавер. А людям понравилось, да?

– Конечно! Что бы ты не пел, фанатам нравится.

– Это хорошо. Хорошо, – Чен обнажил зубы в самодовольной улыбке.

Разговор внезапно закончился. Оба утихли, довольные проведённым у моря свободным временем. Джи Цзянь вздохнул, подумав о том, что друг вскоре покинет его. Он вспомнил какую-то шутку, которой захотел поделиться, но заметив, что Джэ Ён заснул, Чен не стал его тревожить. "Всё-таки, он всю ночь не спал", – подумал Чен и по губам скользнула улыбка. В голове, словно старая киноплёнка, закружились воспоминания о том, как они впервые встретились и о жизни до того, как названные братья нашли друг друга.

Джи Цзянь, выглядевший как милый младший брат Джэ Ёна, вообще-то был на три месяца старше, хотя родились они в один год и поэтому считались ровесниками. Со стороны он всегда казался щуплым и хилым из-за своих ста восьмидесяти сантиметров роста и при этом небольшого веса. Но за кажущейся худобой скрывалась мышечная масса, которую Джи Цзянь всегда поддерживал тренировками и диетой. Ещё задолго до дебюта, родители на один из дней рождения подарили ему поход к пластическому хирургу, чтобы увеличить разрез глаз, а заодно и сделать лазерную коррекцию зрения. Так он стал красавчиком номер один в своей школе. Позже ему подарили синтезатор, и просто красивый мальчик стал ещё и популярным певцом в интернете. Сначала он записывал каверы на чужие песни, а потом потихоньку начал писать свои собственные. Его заметили представители компании "Платинум стар" и пригласили поучаствовать в шоу. Так китайский парень и попал в мир корейского шоу-бизнеса. Блестящие чёрные глаза, бархатный голос и врождённое обаяние – были его козырями. Благодаря этому он попал в группу. Фанаты назвали его "королём милоты". А среди участников "J8" по красоте он занимал второе место после Джэ Ёна, по мнению поклонников.

После знакомства с русским корейцем поближе, Джи Цзянь стал фанатом всего русского: музыки, кухни, культуры, стиля жизни и даже сериалов. В свободное время, когда нужно было пополнять личные соцсети контентом, он записывал каверы на русском, а потом переводил песни на китайский. Фанатам это нравилось, как русским, так и китайским. Вместе с Джэ Ёном он снимал фуд-блоги по русским ресторанам и пробовал русскую еду. Он даже выпросил у матери Джэ Ёна рецепт борща и научился его готовить. Видео, пропитанные "русским духом", быстро набирали популярность, независимо от того, Джэ Ён их выкладывал или Джи Цзянь. Русским фанатам нравилось наблюдать за реакцией китайца на конфеты из их детства или пресловутый холодец. А китайским фанатам было интересно попробовать всё то, что дегустировал их любимый исполнитель. Кто-то делился в комментариях мнением о продуктах, кто-то ссылками, где вкуснятину можно купить, а кто-то просто поддерживал ребят и ждал новых видео.

Джи Цзянь с упоением думал о тех временах. Хотелось, чтобы их дружба длилась вечно. Его печалило, что Джэ Ён уезжает так скоро, но с другой стороны, он был рад видеть сияющее от счастья лицо лучшего друга. Таким радостным Джэ Ёна он не видел очень давно. Он решил, что как только появится возможность, сразу же рванёт в Россию, чтобы встретиться с другом. Они ещё не расставались, но Джи Цзянь уже мечтал о следующей встрече. Его, в отличие от друга, вовсе не тяготила популярность. Ему было весело развлекать фанатов, их радость окрыляла его. Но, будучи человеком эмпатичным, он также прекрасно понимал чувства Джэ Ёна и рад был бы чем-то помочь. Но как избавить популярного айдола от его популярности? Джи Цзянь этого не знал. Поэтому он с радостью согласился помочь воплотить в жизнь план побега, который придумал Джэ Ён. И пусть этот план не был идеальным, поддержка для Сяо Ли [Джэ Ёна] была очень важна. Джи Цзянь знал, что в одиночку друг может не справиться.

Проснулся Джэ Ён на заправке. Он открыл глаза, едва Джи Цзянь заглушил мотор. Они были уже неподалёку от места назначения.

– Я всё это время спал? – спросил Джэ Ён, потирая сонные глаза.

– Отдохнул хоть немного? – поинтересовался Чен.

– Наверное… Не уверен.

– Взять тебе "американо" со льдом?

– Мне же недавно врач запретил, – театрально захныкал Джэ Ён.

– Прости, забыл! Тогда "бабл ти"?

– Угу.

– Перекусить не хочешь?

– Не. Хочу быстрее разобраться с волнующим меня вопросом. А потом и поем.

– Оке-ей, – протянул Чен.

Из окна автомобиля Джэ Ён заметил цветущее дерево сливы. "Уже весна, а я и не заметил", – промелькнуло в голове. Сколько зим и вёсен он уже пропустил из-за плотного графика? Сколько раз не заметил красоту природы, скрываясь от вспышек фотокамер за тонированным стеклом? Сколько ещё лет он мог бы так жить? Цветы сливы символизируют мудрого человека, который находится в вечном поиске истины. А что такое истина? И как её найти? Может истина кроется в том, чтобы следовать за своей мечтой и жить счастливо?

– Бабл ти для молодого господина Ли Джэ Ёна, – Джи Цзянь протянул пластиковый стакан с трубочкой в открытое окно.

– Напугал!

– Прости, я не хотел! – крикнул Чен, обходя машину. – Решил немного взбодрить тебя.

– У тебя получилось, – пробурчал Джэ Ён.

– Задумался?

– Ага. Торможу немного. Стоило всё же поспать ночью.

– Давай, соберись, – сев за руль, Джи Цзянь легонько толкнул его локтем в бок и завёл авто. – И, кстати, составь список вещей, которые хочешь взять с собой, чтобы я привёз.

– Напишу ближе к вечеру, как освобожусь.

Джи Цзянь оставил Джэ Ёна возле офиса юридического агентства, а сам поехал в общежитие. Юрист, которого порекомендовала нуна, господин Чхве, обитал на третьем этаже небольшого офисного здания. Секретарь сообщила Джэ Ёну, что его уже ждут и тот смело отправился на нужный этаж. Нажав кнопку лифта с цифрой три, он вздохнул. Каким бы не оказался господин Чхве, оставалось надеяться, он действительно так хорош, как о нём говорила нуна. Двери лифта открылись. Джэ Ён прошёл по коридору буквально два шага и сразу же нашёл нужный офис. На двери значилось "Юрист Чхве Чхан Ён". Джэ Ён постучал для приличия и вошёл. Господин Чхве, мужчина лет сорока пяти, встретил незнакомца серьёзным и спокойным взглядом. Серый костюм, явно не новый, но классического кроя, смотрелся на нём опрятно. Возможно, это был любимый его костюм, а может быть господин Чхве просто очень экономный. Интерьер офиса тоже выглядел весьма хорошо и даже в некотором роде дорого. Правда, дорого это было лет десять назад. Но надо сказать, следы времени были едва заметны, что показывало бережливость и аккуратность хозяина. Практичному человеку, который знал цену деньгам и не разменивался по мелочам, хотелось довериться.

– Господин Чхве, здравствуйте! Меня зовут Ли Джэ Ён, – представился Джэ Ён и легко поклонился.

– Присаживайтесь, господин Ли, – отозвался юрист.

Так и не дождавшись приветственной неискренней улыбки, Джэ Ён с облегчением выдохнул. Похоже, сестра была права, и господин Чхве действительно недолюбливает популярного айдола. Что ж, это даже хорошо. Сложно представить сорокапятилетнего мужчину в роли ярого фаната мальчишеской группы. Мысленно Джэ Ён усмехнулся.

– Ваша сестра сообщила мне о вашем деле. Я помогу вам уйти из компании без всяких проблем.

Джэ Ён кивнул. Он был согласен с любыми условиями, даже если сегодня его попросят дать прощальный концерт.

– Меня интересует финансовая составляющая нашего соглашения. Какова стоимость вашей работы? – поинтересовался Джэ Ён, чуть подавшись вперёд.

– Госпожа Ли Джи А уже оплатила мои услуги, об этом не беспокойтесь. Но у меня есть ещё одно условие.

– Какое?

– Хочу попросить ваш автограф для моей дочери. Её зовут Бо Ра. Пожалуйста, подпишите все эти вещи, – он указал на стол у окна, заваленный разными предметами с символикой группы "J8", их общими фотографиями и в частности лицом Джэ Ёна. Там было полно предметов: от футболок, до коллекционных карточек. Джэ Ён уставился на всю эту кучу, которую не заметил, когда пришёл сюда.

– За час, надеюсь, управитесь?

– Без проблем, но я думал, вы ненавидите меня.

– Не совсем так, – внезапно на губах господина Чхве появилась лёгкая улыбка, – я не ненавижу вас. Просто не хочу видеть ваше лицо в моём доме, господин Ли. Но моя дочь любит вас, а я люблю её. Для неё я даже готов пойти на такой шаг, как оказать помощь вам. Когда она узнала, что я буду помогать вам, она мечтала встретиться с вами, но сейчас гостит у бабушки с дедушкой в Пусане. Позвони ваша сестра днём ранее, я бы попросил… Но сейчас не могу просить вас о встрече, поэтому принёс все эти вещи по просьбе дочери.

– Я так благодарен, что вы согласились мне помочь, что даже съездил бы в Пусан! – заявил Джэ Ён.

– Не стоит терять время зря. Моя работа как раз заключается в решении чужих проблем. Так что, не переживайте. Ваш вопрос можно решить очень быстро.

Господин Чхве протянул ему ручку и они подписали договор. Потом Джэ Ён приступил к своей последней миссии в роли айдола – мини автограф-сессии. Он взял чёрный маркер, потренировался на листе бумаги. Рука дрогнула и первый раз буквы вышли кривыми. Давно он не оставлял автограф. Последняя фанатская встреча с его участием прошла около года назад, у него даже на это не было времени. Две заглавные английские буквы "JL", как бы повернутые друг ко другу спиной, стали его подписью на долгие годы. Он не придумал ничего лучше, чем взять первую букву фамилии и имени. Но сейчас от волнения и недосыпа тряслись руки. Джэ Ён переживал, что может одним неловким движением испортить любимые вещи маленькой девочки. Но вдруг господин Чхве сказал:

– Не переживайте, если автограф выйдет не таким ровным, как вам хотелось бы. Вижу, вы напряжены. Всё хорошо. Даже если вы нарисуете звёздочку или любые другие каракули, моя дочь будет рада, ведь каракули будут написаны вами.

Джэ Ён кивнул ему в ответ. Перед тем как начать подписывать вещи, он достал смартфон и нашёл в телефонной книге сестру. "Нуна, зачем ты оплатила услуги господина Чхве?" – написал он. Сестра ответила через пару секунд: "Это мой прощальный подарок. Не смогу обнять тебя и посидеть с тобой на дорожку, поэтому, решила оплатить". "Не стоило. У меня есть деньги", – написал Джэ Ён. "Не знаю, чем ты собираешься зарабатывать на жизнь, но лучше прибереги свои деньги. Будь умницей и не переживай. Я достаточно зарабатываю, чтобы сделать это" и смайлик "сердечко" в конце. Джэ Ён улыбнулся. Давно он не чувствовал такой поддержки от близких. Внезапно на какие-то доли секунды уезжать ему расхотелось. Ведь как бы хорошо не было вдали от корейской суетной жизни, в России он будет совсем один, вдали от друга и родных. Но Джэ Ён отогнал эти мысли прочь. Никто не запрещал ему в любое время приехать обратно и навестить родню, а Чен так и вообще пригласил к себе в Шанхай.

Стараясь не торопиться, Джэ Ён справился с поставленной задачей "всё подписать" примерно за полчаса. Вещей оказалось действительно много, некоторые из них он и сам до этого случая не видел. А о существовании других даже не знал. Любовь фанатов и их поддержка помогала айдолам, фигурально выражаясь, двигать горы; например, справляться с ментальными проблемами. Но Джэ Ён чувствовал, что вся поддержка его фан-базы держится лишь на том, чтобы он как можно чаще появлялся в кадре. Большую часть его фанатов почему-то мало заботило его состояние. Выспался ли он? Хорошо ли поел и поел ли вообще? Этими вопросами задавались единицы. Другие же в основном писали: "Джэ Ён, женись на мне" или "Почему ты такой красивый, Джэ Ён оппа [дорогой]!". Он и сам бы хотел знать, почему такой красивый. Мама говорила, что сын пошёл в неё. Поначалу его смущали и забавляли комментарии с просьбой жениться, а потом Джэ Ёну это надоело. Но сейчас, думая о маленькой девочке, отец которой хочет помочь ему уйти из компании, он попытался поставить себя на её место.

– А как зовут вашу дочь, господин Чхве?

– Бо Ра. Ей уже четырнадцать лет.

Забавно, ведь четырнадцатилетние девочки как раз и писали Джэ Ёну просьбы взять их в жёны. Иногда они разводили в комментариях целые баталии на эту тему, обсуждая, во сколько лет Джэ Ён наконец женится. Писали ему девушки и постарше: постарше него, сестры, и даже старше матери. Они тоже хотели в мужья красивого мальчика или просто предлагали сходить на свидание.

– Она только и твердит, что хочет стать трейни [стажёр агентства индустрии k-pop], чтобы лишний раз встречаться со своими кумирами где-нибудь в коридоре компании. Она хочет стать до такой степени популярной, чтобы подружиться с её любимыми айдолами. Я уже не знаю, как её отговорить и даже почти согласился. Но смотря на вас… – Чхве вздохнул, – своей дочери я бы такого не пожелал.

– Если смотреть на меня, то моё нынешнее положение в обществе не было моей мечтой. Об этом мечтали мои родители. А я всегда хотел огромную домашнюю библиотеку, чтобы читать всё свободное время. Но сейчас любую минуту личного времени я стараюсь тратить на сон. У меня даже нет времени провести день с другом, что уж говорить о чтении книг. Поэтому, не смотрите на меня, господин Чхве. Если Бо Ра действительно мечтает быть популярной, трудиться, радовать фанатов и жить именно так, то вы можете только поддержать её в этом.

– Звучит убедительно, господин Ли. Вы не думали переквалифицироваться на юриста? – господин Чхве улыбнулся.

– Нет, спасибо.

– Что ж, в таком случае можем ехать, если вы готовы.

– Буду рад, если подвезёте меня, я без личного транспорта.

– Не верится, что у вас нет автомобиля.

– Это только потому, что я до сих пор не получил водительское удостоверение. Так бы давно купил.

– Ах, вот в чём дело. В таком случае я вас, конечно, подвезу.

В офисе директора было неспокойно. Из-за новости об уходе самого популярного участника одного из наиболее успешных проектов компании, директор Ю был потрясён и озадачен.

– Что за ребячество?! – он хлопнул рукой по столу. – Ты два года назад продлил контракт, что теперь не так?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.