# Где демон шепчет о забвении

Соня Середой

Вэй Лу, заклинатель-изгой, практикующий тёмную магию, и Асура, лучший ищейка империи, не должны были встретиться.

Один и тот же сон разделил жизнь каждого из них на до и после. Теперь Вэй Лу знает, что рядом с ищейкой он встретит свою погибель. И вечный изгой либо вновь обретет свободу, либо будет казнён.

Сможет ли он поступиться собственными принципами и памятью прошлого, чтобы обрести шанс на новую жизнь? Или же всё приведёт к тому, что ситуация станет хуже? Намного хуже.

© Соня Середой, текст, 2025

© huaepiphany, иллюстрация на обложке, 2025

© Heirasu, иллюстрации на форзацах и внутреннее оформление, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

## Глоссарий-справочник

Единицы измерения длины

Фэнь, рыночный фэнь (кит. 市分) – 3⅓ мм;

Цунь, рыночный цунь (кит. 市寸)– 3⅓ см;

Чи, рыночный чи(кит. 市尺) – 33⅓ см;

Бу (кит. 步) – 1⅔ м;

Чжан, рыночный чжан (кит. 市丈) – 3⅓ м;

Ли, городской ли (кит. 市里) – 500 м.

Единицы измерения массы

Цянь, рыночный цянь (кит. 市钱) – 5 г;

Лян, рыночный лян (кит. 市两) – 50 г;

Цзинь, рыночный цзинь (кит. 市斤) – 500 г;

Дань, рыночный дань (кит. 市担) – 50 кг.

Единицы измерения времени

Фэнь (кит. 分) – 1 минута;

Кэ (кит. 刻) – 14,2 минуты, четверть часа;

Шичэнь (кит. 时辰) – 2 часа, 1 «большой час»;

Чжань ча (кит. 盏茶 – дословно «Одна чашка чая») – 15 минут;

Чжу сян (кит. 炷香 – дословно «Одна палочка благовоний») – 30 минут;

Дань чжи (кит. 弹指顷 – дословно «Щелчок пальцами», «миг») – 10 секунд;

Шунь цзянь (кит. 瞬间 – дословно «Одно мгновение») – 1 секунда.

Древнекитайский часовой день

Час крысы (кит. 子鼠) – время с 23 часов до 1 часа.

Час быка (кит. 丑牛) – время с 1 до 3 часов.

Час тигра (кит. 寅虎) – время с 3 до 5 часов.

Час зайца (кит. 卯兔) – время с 5 до 7 часов.

Час дракона (кит. 辰龙) – время с 7 до 9 часов.

Час змеи (кит. 巳蛇) – время с 9 до 11 часов.

Час коня(кит. 午马) – время с 11 до 13 часов.

Час барана (кит. 未羊) – время с 13 до 15 часов.

Час обезьяны (кит. 申猴) – время с 15 до 17 часов.

Час петуха (кит. 酉鸡) – время с 17 до 19 часов.

Час собаки (кит. 戌狗) – время с 19 до 21 часов.

Час свиньи (кит. 亥猪) – время с 21 до 23 часов.

## Часть первая

### Глава 1. Заклинатель берёт заказ

Небольшое поселение теснилось в горах, словно в материнских объятиях, утопая в тумане позднего вечера. Пока по пагодам и крышам стучал дождь, разливая запах сырости, молодой человек сидел у окна и рассматривал раскинувшийся перед ним прекрасный пейзаж. Горы стали для него любовью: они очаровывали не только красотой, но и практичностью, помогая скрыться от суровой реальности этого мира. Однако в отличие от парочки любовниц, отдыхающих на ложе странствующего путника, чарующая картина ночного города манила не столь сильно.

Переводя дух после сладострастных утех, Вэй Лу[1] неторопливо дегустировал терпкий напиток, в то время как взгляд задумчиво блуждал по перешёптывающимся девушкам: милым и коварным созданиям, что умело обдирают клиентов до последней монеты.

«Если б не Вэй Учэнь[2], я бы потратил все свои деньги за пару дней…», – с долей вины подумал Вэй Лу, вспоминая старшего брата, который вправлял его мозги на место. Если у Вэй Лу был девиз: «Бери от жизни всё и наслаждайся», то у Вэй Учэня лозунгом до гробовой доски считалось: «Нам ещё жить завтрашний день, и неважно, что я уже умер».

Что-то не менялось никогда.

Хмель, разгоняющий мысли, не помешал почувствовать лёгкое колебание духовной энергии. Обернувшись к окну, Вэй Лу увидел в свете настольной лампы маленькую птицу, приземлившуюся на подоконник. Нехорошее предчувствие тронуло сердце, вынудив свести густые брови к переносице. Отодвинув занавесь, он убедился, что к нему прилетел почтовый заколдованный ворон из храма Зелёных гор – духовной обители этого города.

Достав послание и пробежав по мелкому тексту сосредоточенным взглядом, Вэй Лу невольно захотел выпить ещё. Настоятелю храма требовалась помощь с особым посетителем, который подвергся губительному воздействию злого духа. Дело срочное.

Вэй Лу помедлил и, выдохнув, свесил голову, размышляя, стоило ли проигнорировать послание или взять заказ? Упоминалось, что клиент готов выложить крупную сумму, а деньги ему нужны позарез. Деньги всегда нужны позарез.

«Вэй Учэнь обещал вернуться к рассвету. Но ожидать его – это всё равно, что надеяться на приход туч с радугой в период засухи[3]», – с сомнением рассудил Вэй Лу.

– Всё в порядке, господин?

Обратив взгляд на любовниц, Вэй Лу невольно заставил их поёжиться и отвернуться. Из-за специфичной внешности, делающей его более похожим на дикаря, нежели на аскетичного аристократа, любое выражение на лице, помимо улыбки, выглядело угрожающим.

– Отдыхайте. Деньги на столе. А мне пора.

– Господин слишком быстро покидает нас, – присев, с лукавой улыбкой подметила девушка. – Неужели мы наскучили этому господину?

Вэй Лу только ухмыльнулся её сладким речам. Вэй Учэнь с детства вдалбливал ему в голову, что при посторонних порой лучше молчать, как замёрзшая цикада. С этим у него дела обстояли чуть лучше, чем с попытками не разбрасываться деньгами. Поэтому, закутавшись в длинные одежды и накинув на широкие плечи плащ, он уступил мимолётному желанию и подошёл к кровати, чтобы поцеловать любовниц на прощание и игриво щёлкнуть миловидную красавицу по кончику носа.

В тёплой постели да под крышей дома было куда приятнее, чем в прохладной ночи, пропитанной дождём и туманом. Если быть точным, то не совсем туманом, а облаками, которые постоянно оседали на пиках гор и порой спускались вплоть до городка. Неплохой заработок в шахтах, а также относительная близость к столице заманивали сюда все больше людей.

Храм Зелёных гор располагался на окраине поселения, и пока Вэй Лу до него добирался, то успел перепачкать ботинки и промочить штаны, а про волосы, которые превратились в завитки овечьей шерсти при одном лишь упоминании воды, лучше не уточнять. Скрыв нижнюю часть лица за тканевой маской, он и вовсе мог сойти за бандита. В этом Вэй Лу лишний раз убедился, когда на пороге храма встретил настоятеля, испугав того до икоты.

Ни дать ни взять чудовище пришло убивать беспомощного старика. Последний аж дёрнулся с перепугу, пригрозив Вэй Лу кулаком. Наверняка и седых волос прибавилось.

– Доброй ночи, настоятель.

После сухого приветствия небо рассекла вспышка молнии, за которой прогремел гром. Ещё немного, и старик бы схватился за сердце.

– Боги тебя подери! Ты хочешь смерти этого старика? Зачем из кустов выпрыгивать? – возмущённо запричитал мужчина, боязливо оглянувшись по сторонам.

– А зачем вы стоите у входа?

– Чтобы кто другой ненароком не зашёл в храм!

– Но сейчас уже за полночь.

– Да если б не твой голос, я бы тебя и не узнал! Что, пропускать должен? Даже не видя твоего лица… с бандитом легко спутать.

Вэй Лу отвёл взгляд и призадумался. Будь на его месте бандит, настоятель бы отправился к своим предкам на небеса.

– Это комплимент или?..

– Хватит разговоров, иди за мной! И сними свои грязные сапоги, наследишь ещё!

Такое чувство, что претензия предназначалась исключительно ему, а не дороге, которую постоянно размывало во время дождей. Зайдя под крышу и оставив обувь у входа, Вэй Лу вот-вот хотел проследовать за мужчиной, однако старик, остановив его недовольным взглядом, красноречиво глянул на мокрые носки на его ногах.

– Вы серьёзно? – устало пробормотал Вэй Лу.

Брезгливость вкупе с вынужденным смирением сделали лицо настоятеля Тай У[4] столь карикатурным, что если перенести его портрет с длинными бровями и редкой бородкой на холст, получится забавная гравюра. Тай У лишь закатил глаза да взмахом руки велел следовать за собой. Своим поведением он никак не напоминал благочестивого монаха, скорее уж шарлатана с рынка. Но это, пожалуй, и помогло Вэй Лу и Вэй Учэню быстро найти с ним общий язык.

Пока Тай У вёл его по коридору, Вэй Лу не мог не отметить странность – на постах не было стражи, а барьер, защищающий от тёмных сил, окружал храм. У Вэй Лу начало закрадываться нехорошее предчувствие, потому что отпускать с постов послушников, пусть и миролюбивых, не выглядело оправданным решением.

Тем не менее он молчал до тех пор, пока Тай У не привёл его в одну из гостевых комнат храма, где горели две небольшие свечи. Помещения пропитались запахом благовоний, от которых чесался нос. Заметив человека, подскочившего с колен и бросившегося к ним с перепуганным видом, Вэй Лу натянул капюшон пониже.

– Настоятель! Настоятель, прошу, помогите молодому господину, он больше не приходит в себя, он!..

– Успокойтесь, уважаемый, – ухватив встревожившегося незнакомца за плечи, Тай У отвёл его подальше от высокой фигуры в чёрном плаще. – А теперь расскажите господину всё то, что поведали этому настоятелю.

Мужчина средних лет едва не разрывался от тревоги. Скромные, но чистые одежды из хорошего хлопка, а также опрятность выдавали в нём слугу достаточно знатной особы. Вероятно, той самой, лежащей на кровати в дальнем углу, которую Вэй Лу с трудом мог разглядеть из-за полумрака.

– Вы… – невнятно пробормотал мужчина, преисполнившись волнительного трепета. – Вы действительно… настоящий тёмный заклинатель?

«Нет, гуй[5] тебя подери, старик меня ради развлечения притащил», – мысленно сокрушился Вэй Лу, однако не стал винить слугу. Со стороны он куда сильнее напоминал грозного солдата, чем элегантного заклинателя, практикующего тёмное колдовство.

Вэй Лу промолчал, отчего, нервно сглотнув, мужчина с застывшим сердцем потупил взгляд и засеменил мелкими шагами к хозяину. Он поторопился вернуться к нему, словно за пару мгновений с тем могло что-то случиться.

Переглянувшись с Тай У, Вэй Лу двинулся следом и в скудном свете свечи увидел на кровати незнакомца. Первое, что сразу бросилось в глаза – достаточно дорогой тёмно-синий наряд с узорами из серебряных нитей. Грязь и пыль с дороги, а также местами рваный подол не могли скрыть дороговизну ткани. Такие одежды вряд ли принадлежали провинциальному богачу, скорее уж жителю большого города.

– Молодой господин… он… прошу вас, помогите молодому господину, этот слуга заплатит огромную сумму, только помогите ему.

– Так что случилось? – спросил Вэй Лу.

– А, – осёкся слуга, – молодой господин стал жертвой злого духа. Мы держали путь через Холодный перевал, господину требовалось как можно скорее вернуться в столицу по работе, однако на нас напал злой дух. Мой господин владеет искусством боя на мече, как и все знатные благородные люди, однако демон оказался силён. Господин потерял меч, нам пришлось, к своему стыду, бежать, а дух… дух оставил на господине свою тёмную метку… и, боюсь, недуг господина… демон исказил его ци[6]…

Вэй Лу слушал рассказ мужчины, пока его взгляд внимательно скользил по молодому незнакомцу, которому на вид не исполнилось больше тридцати лет. Светлая кожа цвета слоновой кости, нежные черты лица, преисполненные некой мягкости, вызывали сравнение со святой с горы Гу Е[7].

– Как долго вы были в пути? – спросил Вэй Лу.

– А-а… где-то два дня.

– Молодой господин носил головной убор во время путешествия? – подойдя к кровати и опустившись на корточки, он подметил детали, которые проявляли себя только вблизи.

– Нет, а разве?..

– Как долго ваш господин практикует фехтование?

– Что? С детства, как и все благородные мужья.

– Угу, – неопределённо хмыкнул Вэй Лу, поднявшись и повернувшись к слуге. – Интересная история, но, быть может, вы расскажете мне правду?

– Но этот слуга говорит правду!

– Говоришь, что молодой господин практикует боевые искусства, но на его ладонях нет и следа мозолей. Руки нежны, словно у барышни. Также ты сказал, что вы шли два дня через Холодный перевал, но в последние время там стояла ясная погода, а без головного убора лицо молодого господина должно было покраснеть или загореть. Одет он не просто по столичной моде. Такие наряды шьются на заказ у лучших мастеров. Значит, он как минимум богат, чтобы нанять себе охрану для дальнего путешествия.

– …

– Я действительно чувствую непорядок в его духовной энергии, она чем-то подавляется, но это определённо не демоническая ци. Ты этого заклинателя за дурака держишь?

– Прошу, господин! – упав в ноги Вэй Лу, слуга ударился лбом о пол и слёзно пустился причитать: – Этот слуга не врал, мой господин действительно подвергся дурному влиянию, мы бежали от демонов. Этот слуга даст вам много золотых пластин, только прошу, помогите молодому господину. Этот слуга готов пожертвовать собой, но он не имеет права рассказывать большего.

Вэй Лу бросил неоднозначный взгляд на Тай У, а тот, в свою очередь, лишь развёл руками.

Беспокоила его не столько странная история, сколько статус неизвестного господина. Богат, опрятен, имел вкус в одежде, а самое главное – в нём пульсировал ощутимый ток энергии, что наводило Вэй Лу на нехорошую мысль. Неужели он имел дело с заклинателем-воином? Или того хуже – тёмным заклинателем?

«Но у него ладони без мозолей, явно никогда не держал меч. А если окажется тёмным заклинателем, то плохо будет уже мне. Но это в случае, если он работает на государство. А если такой же нелегал, как я? Нет. Вряд ли аристократ изучал бы тёмное искусство».

Люди, практикующие магию, тёмное искусство, находились под контролем государства, и таких, как Вэй Лу, незаконно предоставляющих свои услуги, отлавливали и давили, как крыс и клопов. Им приходилось искать себе заказчиков через небольшие храмы или секты, до которых едва ли доходило финансирование свыше, или крупные духовные школы. Секты так и вовсе старались не высовываться, памятуя о жутких гонениях, со времён которых последователи светлого пути всё реже и реже стали называть себя просто заклинателями. Слово «заклинатель» надолго стало ассоциироваться у людей с приверженцами тёмного пути.

Все выживали, как могли, и с подозрением поглядывали друг на друга. А появившийся в горном городке аристократ, практикующий путь заклинателя – вот только светлого или тёмного? – имел огромные шансы навлечь беду.

«Удивительно, почему старик не прогнал их с порога? – покосившись на Тай У, подумал Вэй Лу. – Это слишком рискованно. Если выяснится, что это государственный тёмный заклинатель или ещё хуже – тёмный заклинатель в бегах, который совершил преступление… Учэнь меня порвёт на куски, если я сунусь в это дело. Это того не стоит».

– Прошу, господин заклинатель, этот слуга отдаст вам сто золотых пластин, только помогите!

Повисла долгая пауза.

«Или всё же стоит рискнуть?» – сохраняя видимую невозмутимость, Вэй Лу одним лишь взглядом, брошенным на Тай У, обменялся с ним единомышленным решением о возникшей ситуации.

Он отработает эти деньги, какого бы злого духа ни пришлось вытаскивать из тела молодого господина!

«Но ведь Учэнь с меня кожу живьём снимет», – пробился голос разума, который подтолкнул Вэй Лу к колкому замечанию:

– При всём уважении, но я не вижу при вас столько денег.

– Да, вот именно! – вдруг встрепенулся Тай У, расправив плечи и с недовольством принявшись осыпать слугу порицаниями: – Вы нас за глупцов держите? Вы можете себе представить, насколько опасны для нашей репутации и жизни сам факт колдовских практик? Вы нас подвергаете опасности и заодно обмануть хотите?

– Прошу, помилуйте. С собой у нас, конечно, только двадцать семь золотых слитков, и этот скромный слуга с разрешения хозяина готов отдать вам всё. Это слова моего господина. Только прошу, спасите его.

– Деньги вперёд, – одновременно произнесли мужчины, да с таким грозным настроем, что, вновь глянув друг на друга, сделались ещё мрачнее.

«Как бы потом не пришлось драться с этим старикашкой за деньги», – невольно подумал Вэй Лу. Хотя вряд ли Тай У отважится обокрасть его. На Вэй Лу и Вэй Учэне держалась большая часть заработка храма.

Как только вопрос с оплатой был решён, и мужчины пересчитали золотые пластины, убедившись в точности озвученного количества, Тай У взял со слуги клятву, что его господин выплатит остаток долга. Вэй Лу попросил их покинуть зал, ему требовались покой и тишина, чтобы подготовиться к работе. Слуга, видно, очень переживал за молодого господина, поэтому Тай У пришлось чуть ли не за шкирку выволакивать его наружу. Старику уже за семьдесят, а порезвее многих подростков будет.

Сбросив с плеча сумку и достав необходимые ритуальные принадлежности, Вэй Лу начертил круг заклинания на полу и в заданном порядке разместил на краях осколки костей белого оленя – своего духовного животного. В ремесле тёмных заклинателей, практикующих запрещённые техники, души простых и магических зверей служили проводниками и помощниками. В былые времена, когда они объединялись в секты, каждый в той или иной степени владел пятью направлениями колдовского искусства: онейромантией, некромантией, предсказаниями, целительством или экзорцизмом. Сейчас, с утратой умов и талантов из-за гонений, лишь одно государство могло похвастаться своими ценными трофеями.

– Ну что, прекрасный лотос, давай посмотрим, что с тобой не так, – подхватывая молодого господина на руки, Вэй Лу перенёс его в центр ритуального круга и аккуратно положил на пол. Мужчина оказался неожиданно лёгким, хотя сквозь ткань одежды прощупывалось жилистое и крепкое тело.

«Может, действительно обучался фехтованию? – задумался Вэй Лу, но для пущей убедительности позволив себе коснуться ладоней аристократа, отмёл эту мысль. – Нет, слишком мягкие».

– Во что я ввязываюсь? Ох… сто золотых, сто золотых… Сто золотых и порванное причинное место Учэнем. А когда было просто?

Жадность его точно погубит.

Вэй Лу достал из дорожной сумки последний атрибут для проведения ритуала – маску из черепа оленя, скрывающую левую сторону лица. Основным направлением его магической практики являлась онейромантия – искусство чтения человеческой души по снам. Онейроманты часто практиковали и предсказания: их посещали видения. Однако Вэй Лу редко этим баловался. Также данное умение помогало как отыскать кого-то с помощью частиц духовной энергии, так и в более сложных ситуациях, как нынешняя, способствовать борьбе человека со злыми духами. Экзорцисты в этом плане, конечно, более практичные ребята.

Но имели, что имели.

– Ладно, белый лотос, – усаживаясь подле молодого аристократа, Вэй Лу надел маску и почувствовал близость своего духа-хранителя. Опустив взгляд, он немного помедлил, прежде чем приступить к работе. – Давай посмотрим, ради чего ты испортил мне столь дивный вечер.

### Глава 2. Заклинатель отправляется в мир снов

Через сны люди познают свой внутренний мир. Для онейроманта грёзы являются дверью, приглашающей войти в сознание человека и увидеть всё без утаек: страхи, духовную энергию и самое важное – душу того, чей сон стал временной обителью тёмного заклинателя.

Вэй Лу попадались разные люди: в большинстве ему приходилось иметь дело с довольно простыми сознаниями, чьё воображение затягивало его в будничное окружение. Место же, в котором он оказался сейчас, удивило своим сюрреализмом. Преобладание алого цвета, укутавшего выжженные горные массивы, подчёркивало жёлтую дымку тумана. Местность до ужаса напоминала Мёртвые земли на юго-западе, ближе к морю, где некогда случился Разлом миров. В сражении с демонами в тех землях не осталось ничего живого, только пустыня с потрескавшейся землёй, которую день и ночь шлифовали сильные ветра.

Однажды Вэй Лу удалось побывать в подобных краях.

«Но почему это место так выделяется в сознании столичного аристократа? Столица и Мёртвые земли находятся в противоположных концах страны, – с сомнением подумал Вэй Лу. Оглянулся, вновь узрел лишь гиблую горную породу да иссушенные деревья под палящим солнцем. – Да и где он? Обычно людей встречаешь прям с порога их разума… Или в этом виноват демон?»

Нередко случалось, что демонические сущности утаскивали душу человека в глубокий уголок сознания, отчего тёмным заклинателям становилось труднее её отыскать. Онейроманты блуждали по снам людей, экзорцисты целились на тёмную ци и вытаскивали её из человека. У каждого свой подход.

Сложность доставляла и нехватка информации: слуга достопочтенного господина отказывался называть его фамилию. Похоже, переживал за репутацию хозяина куда больше, чем за его жизнь, предоставив Вэй Лу скудную подачку в виде имени – Юй[8]. В такой ситуации его прямо-таки и тянуло проявить фамильярность: припоминая утончённые черты лица аристократа, очень хотелось игриво окликнуть того: «Эй, братишка Юй, где ты?»

Правда, в таком случае не видать ему обещанной сотни золотых слитков. Хотя теперь Вэй Лу сильно сомневался, что у «братишки Юя» имелась сотня золотых. Это же какие баснословные деньги! Даже если пластины не весили больше цяня[9], на такое состояние можно пару лет жить, не ведая нужды.

И чем дольше Вэй Лу бродил по скалистым землям, тем сильнее возрастала тревога, что, будучи ослеплённым блеском яшмы, он не увидел отполированных камней.

При выходе из ущелья, где горы расступались высокими угловатыми обрывами, показалось иссушенное дерево огромных размеров. Чёрные длинные ветви ниспадали плетями, создавая яркий контраст с бесконечным алым морем песка. Вэй Лу стоял на срубе одной из отвесных скал, с которой можно спуститься, лишь спрыгнув с довольно опасной высоты.

Осознание того, куда его уволокло сновидение, ударило по телу колючими мурашками.

– Это же…

История описывала Мёртвые земли как пустыню, а место разлома отличалось глубоким шрамом на земле, некогда породившим более тысячи ужасных тварей. Теперь же эта пустошь выглядела, как каньон, на выходе которого росла священная ива – по преданиям точка, где однажды стояли великие заклинатели-воины, запечатавшие барьер ценой своих жизней.

Голову пронзило жуткой болью, уши заложило звоном, отчего перед глазами всё поплыло. Страшные картины начали врезаться в сознание мутными образами: бьющее к небесам пламя, капающая с острого кинжала кровь, силуэты двух людей в сгустках тёмной материи.

Зажмурившись и покачнувшись, Вэй Лу моментально потерял равновесие и сорвался со скалы. Ощущение свободного падения отрезвило его, заставив сердце болезненно сжаться. Однако выскочивший из пустоты белый силуэт не позволил ему разбиться. Поймав Вэй Лу, он в несколько прыжков опустился на дно каньона.

Быстро сбив спесь испуга, Вэй Лу облегчённо выдохнул и, расслабившись, обмяк, сидя на спине белого оленя.

– А ты как всегда вовремя, Бай Шоу[10].

В ответ, разумеется, последовала тишина: животное только дёрнуло ухом, дожидаясь, когда Вэй Лу прекратит строить из себя наездника. Спешившись, он оглядел своего духа-хранителя, которого покрывала белоснежная жёсткая шерсть. Чёрные глаза выделялись обсидианами. Животное подобной красоты вряд ли встречалось в мире живых, но даже если простой человек и увидел бы Бай Шоу, то восхищение моментально бы сменилось страхом. Правая сторона тела радовала глаз, но стоило оленю обернуться, как левая часть морды демонстрировала обнажённый череп с иссохшими мышцами. На туловище пятнами алели сухожилия, а левая передняя нога и вовсе представляла только кости и связки.

Во снах всё предстаёт без прикрас реального мира. Духи являлись далеко не смутными образами.

Вэй Лу направился к высохшему древу на выходе из каньона, Бай Шоу следовал по пятам. Под высокими скалами Вэй Лу чувствовал себя клопом, которого можно раздавить в один лишь миг. Но он хотя бы мог свободно передвигаться в отличие от молодого мужчины, опутанного и подвешенного на цепи под деревом.

Рваные одежды и растрёпанные распущенные волосы незнакомца беспощадно теребил ветер. Кандалы удерживали обмотанные грязными бинтами руки, грубо впиваясь в запястья. Особой деталью изнеможённого мужчины представляли собой обвязанные лентой глаза, с которых по щекам текли кровавые слёзы. На шее незнакомца сидел металлический ошейник с колючими шипами.

«Это демон так постарался над его душой?» – с сомнением подумал Вэй Лу, за всю свою жизнь не припомнив случая, когда тёмные сущности оставляли жертву без присмотра. Он оглянулся, но кроме бескрайних песков и каньона ничего выделяющегося не заметил.

– Ты тёмный заклинатель? – спросил незнакомец.

Вэй Лу и рта не успел открыть. Удивившись, что мужчина каким-то образом смог его почувствовать, он пришёл к выводу, что это могла быть специфика мироощущений во сне.

– А вы господин Юй?

– Моё имя. Откуда вы его узнали?

– Ваш слуга сказал, но именем вашего рода не поделился.

Плечи пленника чуть опустились, словно от вздоха облегчения. Неужели действительно беспокоился о секретах своей фамилии?

– Что ещё сказал слуга этого достопочтенного?

К сожалению, Вэй Лу не смог разделить желания и расслабленно выдохнуть после озвученного вопроса. Сдавалось ему, господин Юй увиливал, словно торговец, спрашивающий о цене коровы, чтобы узнать цену лошади. Почему он не спросил Вэй Лу о близости демона, что выглядело бы более ожидаемо?

– Сказал, что вы заплатите сотню золотых слитков за мою работу. Пока не подтвердите, я с места не сдвинусь.

– Вы издеваетесь? Алчность вас совсем ослепила?

– Кто б говорил про слепоту, – не удержался от язвительности Вэй Лу, наблюдая, как лицо собеседника скривилось от отвращения.

– Этот достопочтенный заплатит обещанные деньги. Освободите его, пока не поздно. Этому достопочтенному нужно срочно избавиться от цепей!

«Вот же заладил… достопочтенный, достопочтенный».

Благо, что у собеседника глаза были завязаны, иначе бы он только сильнее взвился из-за выражения брезгливости, с которым Вэй Лу оглядел его с ног до головы. Ох уж эти аристократы, воистину.

Объединять силы со своим духом-хранителем Вэй Лу пока не видел смысла, поэтому, подойдя к цепям, удерживающим господина Юя, обхватил их. Холод металла обжёг руки. Странное ощущение, учитывая, что во снах органы чувств не реагировали столь остро. Металлические звенья более напоминали артефакт, а не орудие демона. И как только Вэй Лу наполнил их своей энергией, чтобы разорвать, подобно тонким лианам, он лишний раз убедился в собственной правоте – здесь не было и следа демонического присутствия.

Тревога обожгла сердце Вэй Лу, а следом по нему ударило и раздражение. Разорвав цепь с громким звоном, отразившимся от стен каньона, он ощутил себя крысой, попавшей в ловушку.

– Ай! – рухнув на четвереньки, господин Юй в раздражении обернулся к Вэй Лу. – Ты что творишь?!

– Слушай, братишка Юй, я терпеливый человек, но…

– Да как ты смеешь называть этого достопочтенного столь неуважительно! Если хочешь получить деньги, придержи язык!

– Если хочешь выбраться из сна, советую сделать то же самое, – издевательски улыбнувшись, нараспев произнёс Вэй Лу и присел на корточки. – С тебя ведь нужно как-то снять ошейник, разве нет?

– Словно твоя оленья морда знает, как это сделать.

Грубость, конечно, не понравилась Вэй Лу, придавая господину Юю ещё более отталкивающий образ. Но мигом позже по спине пробежал холодок, а зрачки сузились от испуга. Будучи ослеплённым, господин Юй не мог воспринимать окружение настолько детально, чтобы разглядеть костяную маску на лице Вэй Лу.

Люди не просто так не имели возможности видеть лица тех, кто им снился. Чёткие очертания говорили лишь о том, что человек встретил другую душу – будь то умерший или живой. Именно поэтому большинство тёмных заклинателей, особенно онейроманты и некроманты, скрывали лица за масками, чтобы защитить свои души от демонов и злых тварей.

Безусловно, нельзя исключать совпадение, однако Вэй Лу с пугающим озарением обнаружил очевидный факт – перевязь и кровавые слёзы тоже частично скрывали лицо господина Юя. Простые люди, как и адепты светлого пути, не практиковали тёмное колдовство, а значит, не могли и не знали, как прятать лица во снах и при духовном контакте с нечистью.

«Получается, этот парень… тоже тёмный заклинатель?!»

Беспокойство от неожиданного открытия сдуло порывами шквального ветра вместе с песками и жёлтой дымкой тумана. Прикрывшись рукой, Вэй Лу почувствовал неладное. Да и господин Юй лишний раз подтвердил его догадку, вдруг воскликнув:

– Сверху!

Господин Юй толкнул его в спину, что показалось сродни прикосновению раскалённого металла. Вэй Лу уже подумал, что тот собрался его атаковать, однако боль моментально исчезла, как и всё окружение.

Оба заклинателя отпрыгнули в сторону, уходя из-под сгустка энергии, поднявшего облако пыли. Бай Шоу оказался подле своего хозяина, грозно пригнув голову и затопав копытом. В красной пыли Вэй Лу едва ли смог кого-то разглядеть, кроме своего зверя. Даже господин Юй куда-то пропал, пока в лицо не ударил новый порыв сильного ветра.

Вновь движение.

Вэй Лу почудилось, словно в его направлении где-то проскользнула огромная змея, однако металлический звон указывал на то, что звук исходит от цепей на дереве. Одна, вторая, третья – они били по земле, где ступала его нога, а также метили в Бай Шоу, отбивающегося от них духовной энергией и рогами. Но как бы ни был силён зверь, в ловкости он знатно уступал, отчего цепь живыми путами обвилась вокруг его шеи.

– Бай Шоу!

Отвлёкшись на оленя, тщетно пытавшегося высвободиться из оков, Вэй Лу невольно подставил под удар и себя, позволяя металлическим звеньями скрутить левую руку. Острая боль обожгла предплечье, вынудив его в негодовании присмотреться к путам и с растерянностью обнаружить… далеко не цепи. То, что он принял за звенья, теперь обрело форму позвонков, в то время как острые змеиные клыки впивались ему в руку.

За иллюзией снов скрывался другой дух-хранитель?

Поддавшись лёгкой панике и быстро осмотревшись, Вэй Лу не увидел и следа господина Юя.

«Этот мерзавец сбежал! Проснулся, стоило мне освободить его!» – в раздражении подумал Вэй Лу. При одержимости злым духом такое маловероятно, а костяные змеи, спускающиеся с дерева, и вовсе опровергали возможность присутствия демона или призрака.

Всё оказалось хуже. Намного хуже.

– Очередной тёмный заклинатель. Сколько ж трупов за собой оставит Синь[11] Юй, пока не поймёт, что в его положении от меня никуда не деться?

Озвученная фамилия отдалась чем-то узнаваемым, но куда сильнее внимание Вэй Лу привлёк человек, перед которым расступились жёлтые волны тумана. Высокий мужчина вальяжно приближался навстречу пойманной жертве, ветер трепал его длинные волосы, в то время как большую часть лица скрывал огромный змеиный череп с опасно блестящими клыками. Распахнутый на груди тёмный халат откровенно выделял костяные наросты под ключицами и на шее. Небольшой талисман, вылитый из серебра с инкрустацией тёмно-фиолетового минерала, висел на цепочке. А выползающий из-под полов одежды змеиный хвост из позвонков поверг Вэй Лу в глубокий шок.

Нет. Ну так удачно он не мог попасть. Ну не мог же?

«Если это действительно не сон, то… как я мог попасть к Заклинателю змей?!» – с этой мыслью, поддавшись панике, Вэй Лу принялся отчаянно вырываться из захвата, даже будучи готовым расстаться с собственной рукой. Но на его тщетную попытку Заклинатель змей лишь тихо рассмеялся. А вот Вэй Лу смеяться не хотелось, потому что этой ночью он никак не планировал оказаться в ловушке государственного заклинателя, ведущего охоту на собратьев по тёмному мастерству! Да и в целом в этой жизни!

– Надеюсь, ты всё прекрасно видишь?

Вэй Лу рефлекторно отшатнулся, отпрыгнул подальше, насколько позволяла змея, намертво вцепившаяся в его руку. Оглянувшись и убедившись, что Бай Шоу так же оказался пойман и до него не дотянуться, чтобы объединить силы для борьбы, он принялся лихорадочно соображать, что делать дальше.

Он проигнорировал странный вопрос Заклинателя змей. Ему в принципе оказалось невдомёк, как его угораздило столкнуться, пусть и во сне, с цепным псом государства. Тёмные заклинатели, истребляющие себе подобных – от таких людей аж зубы холодели[12].

«Выходит, что у этого Синь Юя ранее была установлена ментальная связь с Заклинателем змей, и тот уже проникал в его сознание, иначе бы такого сюрприза не получилось. Если Синь Юй проснулся, то… теперь, значит, я оказался связан с этим ублюдком?! Да вы издеваетесь?! Здесь и тысячи золотых слитков будет мало для компенсации!» – взревел про себя Вэй Лу, отпрыгивая от атаки костяных змей.

Стоило ему подскочить, как удерживающая его сила рванула в сторону, утягивая к дереву. Заклинатель змей бросился наперерез, планируя атаковать Вэй Лу. Ничего другого не оставалось – вложив в захваченную руку максимум духовной энергии, Вэй Лу освободился, беспощадно разрывая не только костяной обруч змей, но и травмируя духовные потоки. Ударная волна отбросила Заклинателя змей на несколько бу[13], однако не нанесла значительного урона.

Рано было радоваться. С дерева посыпался новый град из змей, от которых Вэй Лу едва успевал уклоняться и отбиваться. Заклинатель змей так же не стоял в стороне, атакуя его напрямую. Во сне сражаться врукопашную было куда проще, чем наяву, к тому же основополагающей единицей в бою для тёмных заклинателей являлась их духовная сила и мастерство контроля над ней. В отличие от последователей светлого учения, адепты искажённого пути полагались на духов-хранителей и так называемую нечисть, заменяющую им мечи. О чём в данной ситуации Вэй Лу серьёзно сожалел: ему очень хотелось обрушить тяжёлое лезвие на голову противника.

«Я могу уйти прямо сейчас, пока он меня не схватил, но Бай Шоу до сих пор окутан змеями… Лишиться духа-хранителя или жизни? Какой потрясающий выбор!»

Змеи падали стрелами не только с иссохшей высокой ивы, но и вырывались из-под земли. А из-за желтоватой дымки заметить их удавалось лишь в последний момент. Противник определённо играл с ним, что подтверждало слухи о его садистской натуре. Охотился на себе подобных. Как же это злило! Вэй Лу поддался вспыхнувшему гневу и хотел было голой рукой отмахнуться от прыгнувшей на него змеи, как вдруг на огромной скорости чёрная мелкая тень врезалась в тварь.

Из-за инерции Вэй Лу не сразу остановился, чуть ли не став жертвой ещё одного змея, однако мелкое пятно вновь ударило по гаду, защищая его. И в этот раз Вэй Лу удалось рассмотреть неожиданного помощника – мелкую птицу, похожую на дрозда.

Змеи прекратили атаковать. Рассыпавшись белыми кольцами на красных песках, они застыли подобно своему хозяину, который долгий миг смотрел на Вэй Лу, а мгновением позже поднял в воздух стену из духовной энергии, защищаясь от града чёрных птиц.

Щебет наполнил воздух, стая пернатых вылетала из каньона и кружила над пустыней. Не смея терять драгоценное время, Вэй Лу помчался к Бай Шоу, освобождая его от костяных пут. Твари оказались куда прочнее, чем он ожидал, но духовная сила оленя помогла высвободить его из плена.

Обернувшись, Вэй Лу отметил, что пусть агрессивные птицы и доставляли Заклинателю змей хлопоты, впрочем не причиняли ему вреда, лишь задерживая на месте. Но это уже не играло большой роли: запрыгнув на Бай Шоу, Вэй Лу пришпорил его и помчался в направлении ущелья, наблюдая на вершине отвесных скал силуэт, управляющий птицами.

– Стой! Не уйдёшь! – в ярости закричал Заклинатель змей, ударяя вокруг себя концентрированной тёмной энергией.

Поднятые пески накрыли Вэй Лу пылевым облаком, заставив его оглянуться и увидеть в дымке очертание огромной кобры, буквально вырастающей из-под земли. С такой тварью пришлось бы сражаться всерьёз, но пришедший на помощь тёмный заклинатель поспособствовал успешному отступлению. Птицы принялись биться о стены каньона, провоцируя обвал – маленькие духи жертвовали собой по мысленному приказу своего повелителя, чтобы отрезать путь к удирающему Вэй Лу.

Как бы то ни было, Вэй Лу поспешил покинуть царство снов. Даже несмотря на то, что Заклинателю змей потребуется время, чтобы выбраться из ловушки подсознания, испытывать судьбу и оставаться здесь дольше положенного не хотелось. Его интересовали куда более серьёзные проблемы.

Например, жёсткая взбучка по пробуждении…

Ну и, разумеется, сто слитков золота, которые он удавится, но стрясёт с этого наглого беглеца-аристократа!

### Глава 3. Заклинатель путешествует не один

Головная боль при пробуждении оказалась настолько сильной, что если бы кто-то ударил в бубен, то с огромной вероятностью отправил бы Вэй Лу на небеса. Измученно выдохнув, он разлепил веки и в тусклых лучах рассвета, пробивающихся сквозь решётчатые ставни, увидел склонившегося над ним человека. Подобным мрачным взглядом можно было сжигать города и уничтожать цивилизации.

Нервно хохотнув, Вэй Лу улыбнулся:

– Я умер и попал на небеса, где меня встретил прекрасный небожитель?

Возвышающийся над ним парень угрожающе сощурил глаза, блестящие подобно отполированному обсидиану.

– Если бы ты сдох, то попал бы в Бездну.

И вновь нервный смешок.

Вэй Учэнь в тихом гневе пугал куда сильнее любых громких слов и угроз. Он напоминал ворона, готовящегося схватить свою жертву острыми когтями и растерзать в клочья без единого сожаления. Вэй Лу стало не по себе: он поспешил подняться на ноги, опасаясь, что его не пожалеют и примутся пинать, словно мешок с рисом.

– Ха-х… а ты как раз вовремя. Даже не думал тебя увидеть.

– Если бы не я, ты бы помер, – не меняясь в лице, констатировал Вэй Учэнь.

Несмотря на то, что Вэй Лу был младше на несколько лет, в их тандеме любой бы смог принять за старшего именно его. На фоне брата Вэй Учэнь выглядел хрупким невысоким юношей, постоянно кутающимся в мешковатые длинные одежды. Раскосые глаза под густыми бровями всегда находились в тени, острый подбородок и ярко очерченные скулы придавали выражению лица изящности и благородства.

«Действительно, как птица», – невольно подумал Вэй Лу, снимая маску и наблюдая за тем, как Вэй Учэнь осматривал комнату, заострив всё внимание на ритуальном круге. Проследив за его взглядом, он отметил, что некоторые из осколков костей почернели. Тёмная энергия до сих пор кружила в воздухе.

– Расскажешь, наконец, что тут произошло?

– К настоятелю прибыл клиент, какой-то аристократ, которого якобы одолел злой дух. Меня попросили разобраться.

– То, что происходило в сновидении, уж никак не походило на злого духа. Ты ведь не настолько глуп, чтобы не почувствовать странность ещё до начала ритуала. На кой ты в это ввязался? Не мог меня хотя бы подождать?

– Хотел, но нам предложили аж… – И тут на Вэй Лу снизошло озарение, из-за которого его лицо сделалось столь бледным и испуганным, что он бросился прочь из комнаты, не говоря ни слова.

Вэй Учэнь тяжко вздохнул. Постояв мгновение в полнейшей тишине и силясь не возвести взгляд к потолку, он проигнорировал выходку Вэй Лу и принялся в скором темпе собирать атрибуты проведённого ритуала в тканевый мешок. Только после завершения сборов, когда он покинул комнату, до него донёсся разъярённый крик Вэй Лу:

– Вот же сволочь!

И это при том, что они находились в храме. Ни намёка на уважение к богам.

Громкий топот свидетельствовал о скорейшем возвращении Вэй Лу. Выражение его лица говорило о крайней обиде и негодовании: он задыхался от переполняющих его эмоций. Взгляд рьяно метался из стороны в сторону. Уж очень он напоминал ребёнка, у которого соседский мальчик отнял игрушку.

– Он… он… мои деньги… он их все забрал! Этот старый ублюдок!

Лишь из-за того, что в храме не было ни души, Вэй Учэнь позволил Вэй Лу слегка поистерить. Однако с рассветом сюда должны вернуться люди.

– Забудь о деньгах, – спокойно рассудил старший Вэй, – у нас есть проблема поважнее.

– Вот именно! Это отсутствие денег! – всплеснул руками Вэй Лу. – Этот старый пень украл все двадцать семь золотых пластин!

– … – Захлопав ресницами и одарив Вэй Лу ярко выраженным взглядом крайнего осуждения, Вэй Учэнь моментально переменился в интонации: – То есть ты потерял двадцать семь золотых слитков?

– Хуже! – всё не унимался Вэй Лу, с каждым словом позволяя эмоциям сильнее влиять на активную жестикуляцию. – Этот аристократ обещал целую сотню! И он тоже сбежал!

В опустившейся тишине сумка соскользнула с плеча Вэй Учэня. Он внезапно ухватил Вэй Лу за грудки с поразительной силой и, наклонив к себе, в момент потерял самообладание.

– То есть ты потерял целую сотню золотых, причём натравил на себя Заклинателя змей?!

В глазах Вэй Учэня полыхало пламя. Несмотря на куда более хрупкое телосложение, он без труда заставил Вэй Лу пригнуться и растерянно захлопать ресницами.

Проснувшаяся совесть заставила Вэй Лу с неловкостью отвести взгляд; он и не знал, что сказать на этот счёт. Потому что действительно чувствовал себя жутко виноватым.

Шумно выдохнув и отпустив Вэй Лу, Вэй Учэнь постарался успокоиться. Он решительно двинулся в сторону выхода, а Вэй Лу ничего не оставалось, кроме как подхватить с пола свою сумку и пойти следом.

– Так что теперь? Пойдём за настоятелем выбивать свои деньги?

– В храм он явно не вернётся в ближайшее время, – рассудил Вэй Учэнь, – на имеющиеся деньги он вполне может безбедно жить целый год. Во всяком случае, на его месте я бы точно не стал оставаться здесь. Он мог укрыться в соседнем городке, что находится ниже по ущелью. И велика вероятность, что аристократ, про которого ты талдычишь, мог уйти вместе с ним.

– Пригрозил настоятелю расправой? Чтобы тот укрыл его в безопасном месте?.. Хм, возможно, ведь тот господин был вместе со слугой, двое против одного.

– А ещё, раз твой клиент обещал сотню золотых, Тай У сам за ним увяжется с чистой совестью.

Вэй Лу согласно закивал, словно послушный ученик, следующий за своим мудрым учителем. На выходе из храма их встретило прохладное утро: в воздухе всё ещё витала влага и запахи растений. Он полагал, что атмосфера должна взбодрить его, но стоило спуститься со ступеней парадного входа, как между лопаток вспыхнула боль, хлынувшая по позвоночнику к голове. Поддавшись головокружению, Вэй Лу на ватных ногах покачнулся, но благодаря быстрой реакции Вэй Учэня не упал в грязь лицом.

– Ты чего?

– Слабость вдруг нахлынула. Не знаю…

– Идти сможешь?

– Да… Да, смогу.

Как бы то ни было, вряд ли Вэй Учэнь понёс бы его на себе: в лучшем случае потащил бы за ноги, собирая всю грязь по дороге. Почесав макушку, Вэй Лу в задумчивости обернулся к храму, обратив внимание на защитные талисманы, висящие под пагодой на плетёных лентах из крепкой ткани. Неужели на него так подействовали обереги от тёмных сил и нечисти?

«В общем-то, гуй его знает, что Тай У мог тут развесить, – рассудил Вэй Лу, решив не преувеличивать масштаб проблемы без должных оснований. Глянув в спину скрывающемуся в лесу Вэй Учэню, он поспешил следом и поймал ещё одну невесёлую мысль: – Но на Учэня это вообще не подействовало… С другой стороны, он куда более опытный заклинатель, чем я».

Угнаться за Вэй Учэнем оказалось делом непростым: лёгкая слабость продолжала преследовать Вэй Лу, так что спустя несколько падений и пару попыток выбраться из колючего кустарника, Вэй Учэнь сжалился над ним. Разместившись в тени на крутом склоне, первым делом Вэй Лу упал под дерево, опираясь на кривые корни. Ощущение складывалось скверное, словно внутренности перемололи в фарш, отчего так и хотелось согнуться пополам.

– Вот тебе и простой заказ, – протягивая Вэй Лу флягу с водой, Вэй Учэнь не постеснялся придать голосу поучительный тон. Присев на выступающий из земли корень, он шумно вздохнул и попросил: – А теперь рассказывай, что произошло во сне. Как тебя угораздило столкнуться с Заклинателем змей?

– Хороший вопрос, – сделав глоток, Вэй Лу попытался собрать воедино имеющуюся информацию, но голова не соображала. Ему стало худо. Уткнувшись лбом в жёсткую кору, он шумно выдохнул и прикрыл глаза. – Я взял заказ у аристократа. Точнее, у его слуги, сам молодой господин уже находился без сознания. В истории было много несостыковок, как именно за ними гнался демон. Но я повёлся на вознаграждение… Кто ж знал, что этот гад тоже окажется тёмным заклинателем.

– Тёмным заклинателем? – насторожился Вэй Учэнь. – Как ты мог не опознать заклинателя по ауре?

– Ты ведь не хуже меня знаешь, что мы можем прятать ауру, а учитывая, что для работы используется тёмная энергия, её и за демоническую нетрудно принять. Да и где ты встречал аристократов-заклинателей?

– В столице на поводке у императора, под услужением духовных школ. Имя у этого аристократа не спрашивал?

– А, да. Сам слуга назвал его Юй. А Заклинатель змей обратился по фамилии Синь.

– Синь Юй… – задумчиво пробормотал Вэй Учэнь, сведя густые брови к переносице и сделавшись мрачнее прежнего. – Скажи, ты без меня хоть иногда думаешь немного?

– Думаю о деньгах.

– …

– Что ты на меня так смотришь? У нас и так заканчиваются сбережения, а тут такой шанс появился. Если б я просто обворовал этого аристократа, то Тай У потрудился бы пустить слухи по ближайшим храмам, чтобы никто нас на работу не брал.

– Деньги – не проблема, если не швыряться ими направо и налево. Меньше бы тратил на развлечения, не пришлось бы…

– Это мои деньги, я могу их тратить, как пожелаю, – огрызнулся Вэй Лу, не постеснявшись с обиженным выражением на лице придать фразе оттенок раздражения.

Вэй Учэнь продолжал смотреть на него тяжёлым взглядом, в котором читалось стойкое холодное осуждение, каким обычно старцы одаривают молодых безрассудных смельчаков.

– Ты ж не будешь спать со мной в обнимку, а мне нравится быть в компании людей.

– Ты же ничего не разболтал?..

– Ничего! Я не настолько глуп. Мне просто… а, не важно.

Обида обожгла сердце Вэй Лу. Головой пусть он и понимал, что Вэй Учэнь говорил правильные вещи, однако жизнь в постоянных бегах без намёка на какие-то связи и близкие отношения давалась ему нелегко. А Вэй Учэню будто и не приходилось приспосабливаться: одиночество шло с ним верным попутчиком, в то время как Вэй Лу это самое одиночество больше напоминало злобную собаку.

Старший брат радовался свободе, расправив крылья, несмотря на трагичную судьбу их семьи и секты. А младший чувствовал себя по сей день застрявшим в прошлом, когда его окружали родственники, домашняя атмосфера уюта и негласный статус любимца семьи. Вэй Лу купался в любви и не знал в ней нужды. А потом, в один несчастный день, его жизнь перевернулась с ног на голову. Вэй Учэнь уже был достаточно взрослым в то время, чтобы стойко перенести удар, а для десятилетнего Вэй Лу минувшие события стали травмирующим кошмаром.

– Клан Синь, – после затянувшегося молчания первым обмолвился Вэй Учэнь, – если это те, о ком я думаю, то…

– Мы в заднице?

– Хуже. Не только мы. Клан Синь – одни из немногих, кто смог пережить гонение сект заклинателей. Но как я помню, их основное ремесло – целительство.

– Странно, что я о них не слышал.

– Да вряд ли и услышал бы. Говоря «пережить гонение», я имею в виду, что в живых оставили только детей и женщин, которые не могли бы оказать должного сопротивления. Если Синь Юй действительно заклинатель из того клана Синь, то выходит, что он находился под покровительством одной из духовных школ. Или напрямую служил государственным чиновникам.

– С позволения императора школы держат тёмных заклинателей, словно псов на поводке. И обращение к ним не лучшее, чем к свиньям в загоне. Но этот выглядел вполне опрятно… даже богато. Да и деньги при себе имел.

– Как тёмные заклинатели, семья Синь не была уникальной, но отец рассказывал, что она имела благородное происхождение. Ведь сотню лет назад подчинить потоки инь для заклинателей считалось чем-то выдающимся и престижным, отчего и появилось много сект вокруг разных кланов. Если этот Синь Юй завоевал доверие и теперь приносит пользу, то почему, ты думаешь, его станут облачать в обноски и издеваться? Хоть глас императора и толкает людей ненавидеть, а также доносить на тёмных заклинателей, по факту те же люди нанимают нас в час нужды, а государство использует нашу силу. Мы как животные, которых хочется посадить на поводок, выдрессировать, научить командам. Зачем бить охотничью собаку, если она приносит пользу?

– Но, похоже, чья-то собака всё-таки сбежала… – мрачно рассудил Вэй Лу.

Озвученные слова заставили Вэй Учэня нахмуриться и нервно сжать кулаки. Вэй Лу, похоже, догадывался, о чём тот призадумался, поэтому имел осторожность высказать предположение:

– Думаешь, стоит ли отправляться за стариком, если рядом с ним может быть беглый заклинатель?

Помедлив, Вэй Учэнь устало прикрыл глаза и выдохнул, что прозвучало как тихая усмешка. Качнув головой, отчего завитки волос коснулись плеч, он поднялся с корня. Помолчав в раздумье и присмотревшись к рядам кривых деревьев, спускающихся по склону, Вэй Учэнь произнёс:

– Заклинатель змей в любом случае видел тебя. Может, он и не рассмотрел твоё лицо, но ищейкам потребуется время, чтобы среагировать. Пока буря не утихнет, нам придётся переждать и на какое-то время забыть о заказах. Так что нам нужны деньги. Тех, что я получил за свою работу, нам будет недостаточно.

– Значит… – осознав, что Вэй Учэнь вовсе не злился на него, а размышлял над дальнейшим планом действий, Вэй Лу слегка воодушевился. Он понял, куда дует ветер.

– Значит, пойдём выбивать деньги у старика.

– Ха! – тут же позабыв об усталости, Вэй Лу с энтузиазмом поднялся на ноги и не сдержал хитрой ухмылки. – Прям как настоящая команда! Я отвлекаю – ты забираешь деньги?

– Скорее, ты создаёшь проблемы, а я их решаю, – не оценив восторг, Вэй Учэнь ужалил собеседника упрекающим взглядом, заставив того виновато хохотнуть. – Раз пришёл в себя, то выдвигаемся. Дороги размыло, поэтому доберёмся к ближайшему городку через пару шичэней[14]. Вниз по склону идти быстрее.

– А ты уверен, что старика нет в городе в горах?

– Уверен. Мои птицы облетели округу, не нашли ни следа ауры. Так что вперёд.

– И когда ты всё успеваешь? – озадаченно пробормотал Вэй Лу, но получив в ответ недовольный взгляд, поспешил плотно сжать губы и молча последовать за Вэй Учэнем.

Удивительно. В какие бы спорные ситуации ни влезал Вэй Лу, Вэй Учэнь практически никогда не кричал на него. Его злость выражалась в мрачном взгляде и раздражённом бурчании, порой осуждении, однако после этого всегда шли тяжкий вздох и попытка придумать, как разрешить ситуацию. Несмотря на то, что Вэй Учэнь выглядел куда более субтильным и уступал в росте младшему брату, последний всегда воспринимал его каменной стеной, за которой можно укрыться. Какие бы невзгоды ни случались, он не оставлял его в беде.

Улыбнувшись из-за нахлынувшей радости, Вэй Лу поспешил нагнать Вэй Учэня. Конечно, не обошлось без очередного падения на скользкие листья и грязь, но это ничуть не смутило его. Он был готов катиться кубарем вниз по склону, собирая шишки и ветки, лишь бы не отставать от Вэй Учэня ни на шаг.

В себя Вэй Лу пришёл уже через несколько фэней[15] пути, а спустя пару шичэней они с Вэй Учэнем спустились с высоких гор, оказавшись у окраины небольшого городка. Ночные тучи остались позади, поэтому утро встретило пару заклинателей ясным солнцем и редкими облаками. Первым делом они направились к маленькому храму, стоящему на отшибе подле устья горной реки. Хотя это даже храмом трудно назвать, так, постройка для вознесения молитв одному из богов, что сохраняет его алтарь от дождей и ветров.

Наблюдая за скромной обителью, за которой в лучшем случае присматривала пара послушников, Вэй Лу моментально приметил привязанную к дереву гнедую лошадь, чьи упряжь и седло нельзя назвать дешёвыми. У него был хорошо намётан глаз на дорогие вещи, и уж вряд ли кто-то из монахов мог себе позволить подобные аксессуары для верховой езды. Да и в принципе – позволить себе лошадь.

Сидя в высокой траве, словно два изголодавшихся волка, высматривающих добычу, братья Вэй продолжали изучать окружение – посетителей в храме пока не наблюдалось.

– Я не видел никакой лошади у того аристократа, – подметил Вэй Лу, вынуждено повысив голос из-за шума горной реки.

– Не говорил твой аристократ, откуда держал путь?

– Сказал, что с Холодного перевала, но это явная ложь.

– Однако лошадь выглядит чересчур… хорошей для такого места. Хотя не исключено, что здесь мог проходить важный человек.

– А ты не можешь призвать своих И Шоу[16], чтобы они подлетели поближе и разведали местность?

– Если мы действительно имеем дело с заклинателем, он может отреагировать на колебания тёмной энергии. Сбежит или поднимет шум. Давай так: я переберусь через реку вниз по течению, а ты найдёшь переправу выше. Зайдём с двух сторон. К сожалению, настоятель Тай У знает нас в лицо, но если внутри только аристократ, то он не поймёт, кто я. Воспользуюсь этим, а ты подкрадёшься сзади к храму. Я отвлеку и заведу аристократа внутрь, ты зайдёшь следом.

– А если там будет старый пердун тоже?

– Сделаю вид, что только возвращаюсь в город, задержавшись. Буду вести себя, как ни в чём небывало.

– О-о, умно…

– Ты издеваешься?

– Нет, ты правда умеешь составлять отличные планы, – ударив кулаком о ладонь, с искренним воодушевлением отметил Вэй Лу, на что удосужился лишь недоверчивого прищура. Взгляд Вэй Учэня так и говорил: «Ну совсем дурака из меня не делай… или из себя».

– Иди уже…

Быть может, Вэй Лу и переигрывал с эмоциями, но иначе он не мог отреагировать на ситуацию. Его охватывало и восхищение братом, и желание подшутить из-за чересчур карикатурной серьёзности. Он игриво отсалютовал, заставив Вэй Учэня закатить глаза и прошептать ругательства, прежде чем отправиться в путь.

Возможно, Вэй Лу не до конца осознавал всю опасность ситуации: подле Вэй Учэня любая угроза казалась интересным приключением. Ловко перебравшись по скользким камням через реку и чутка подмочив сапоги, он оказался на дороге. Тропа вела к городу, из которого они недавно прибыли – в гору же ползти пару-тройку шичэней, не меньше. У скромного храма, расположившегося среди деревьев, Вэй Лу не ощутил никаких колебаний энергии. Про тёмную ци и речи не шло. Невольно он задумался: «А есть ли вообще кто-то внутри?» – на что парой мгновений позже услышал шорох, доносящийся из открытого окна.

«Кто-то там действительно есть», – подумал он, однако рисковать и заглядывать внутрь посчитал излишним. Подкравшись к ближней стене постройки, он увидел шествующую фигуру Вэй Учэня. Вэй Лу жестами показал, что внутри кто-то есть.

Щебет птиц мог перебить разве что шум горной реки, и даже когда Вэй Учэнь ступил на порог храма, выманивая незнакомца наружу, Вэй Лу едва ли мог расслышать голоса. Учитывая, что знакомая интонация Тай У не сотрясала стены, вполне вероятно, храм мог обслуживать деревенский житель. Гадать он не стал, предпочёл подпрыгнуть и, зацепившись за подоконник открытого окна, аккуратно залезть внутрь. Несмотря на массивную фигуру, действовал он подобно кошке, тихо забираясь в помещение.

Запах благовоний тут же ударил в нос. Приёмный зал пустовал, Вэй Лу не брался судить, кто мог находиться в соседних помещениях. Взгляд тут же зацепился за спину невысокого мужчины. Он беседовал у открытых дверей с «незваным гостем». Быть может, Вэй Лу и не стал бы предпринимать необдуманных решений, но он сразу же признал голос незнакомца. Поддавшись порыву, он на цыпочках подкрался к мужчине в скромных одеждах.

Видя, как высокая тень надвигается на суетливого собеседника, Вэй Учэнь на мгновение потерял самообладание и, застыв с открытым ртом, затаил дыхание. Ему стоило немалых усилий не смотреть на Вэй Лу, который бесцеремонно захватил мужчину и зажал ему рот ладонью, утаскивая бедолагу с порога. Не теряя ни мгновения, Вэй Учэнь тенью проскочил внутрь, захлопывая за собой дверь.

Вэй Учэнь даже не обозлился, лишь удручённо вздохнул и спросил:

– Ты серьёзно?

– Не беспокойся! Я узнал его голос, это тот слуга, который был с тем аристократом.

Сообразив, что его узнали, мужчина, побледнев от страха, принялся дёргаться ещё сильнее, но выглядело всё так, словно мышь пыталась высвободиться из капкана. Вэй Лу даже на шаг не дёрнулся, смотря на Вэй Учэня гордым и довольным взглядом. Словно кот, притащивший хозяину пойманную крысу.

– Уважаемый, – обратившись к слуге Синь Юя, Вэй Учэнь громко хлопнул в ладоши перед его лицом, привлекая внимание. Тот моментально замер. – Вы понимаете, кто мой брат, верно?

За неимением другого способа отреагировать на заданный вопрос, мужчина лишь кротко кивнул.

– Значит, вы понимаете, кого решили обмануть, оставив без денег? Учитывая, что настоятель забрал всю оплату, а мы вас встретили здесь, вы фактически обокрали тёмного заклинателя, работающего нелегально. Обманули. В таких случаях обычно всё решается по закону улиц, и мой брат будет в праве не только забрать у вас всё до последнего гроша, но и убить, как обманщика. Затем мы найдём вашего господина и сделаем с ним много непотребных вещей, после чего срежем волосы и голое тело скинем в реку. Это будет выглядеть очень некрасиво, люди о многом подумают. Знаете ведь, что слухи разносятся, как поветрие. Вот такой позорный финал для достопочтенного Синь Юя. Поэтому предлагаю, во избежание подобного развития событий, подумать. Выдохнуть. И объясниться, почему вы столь ужасным образом поступили с моим драгоценным братом? Если я сочту оправдания достойными, вы отделаетесь лишь возвратом долга, а также компенсацией за нанесённый ущерб. Я доходчиво объяснил?

После долгого молчания мужчина издал слабый стон, будто собака, скучающая по своему хозяину. Вэй Лу поражался мастерству Вэй Учэня запугивать жертв в литературной манере, сам же он мог лишь стремиться к подобному. Переполненный гордостью, что их дуэт превосходно сработал, Вэй Лу, к сожалению, вынужденно погасил улыбку и отвернулся под хмурым взглядом Вэй Учэня – тот воспринимал ситуацию далеко не столь беззаботно.

Закрыв окна и связав слугу, да усадив его в тёмный угол, братья убедились, что более никого в храме не было.

– Где твой хозяин? – вернув внимание невольному пленнику, поинтересовался Вэй Лу. Однако мужчина лишь опустил голову и сжался, словно его вот-вот грозили избить кулаками. – О, кто-то желает прочувствовать на себе все виды пыток? Посмотрим, насколько ваша выдержка сравнима с преданностью.

Шагнув навстречу слуге, Вэй Лу заставил его втянуть шею в плечи и забиться в угол. Пытать он его, конечно, не собирался, но вот от осознания удачного запугивания прямо-таки гордость взяла. Усмехнувшись, он подумал ещё сильнее подкосить моральное состояние незнакомца, но рука, накрывшая его плечо, сдержала порыв. Вэй Учэнь шагнул вперёд и присел на корточки перед мужчиной.

– Твой хозяин, Синь Юй – нам нужны лишь деньги, которые он обещал.

– Господин Синь… откуда?..

Похоже, фамилия господина немного растормошила мужчину, он в негодовании и лёгком испуге уставился на Вэй Учэня.

– Этот слуга ведь не говорил его полное имя.

– Зато Заклинатель змей сказал, – подключился к разговору Вэй Лу, – об этом вы как-то не предупредили. Вы просто подставили меня под удар. Так что сотня золотых – это меньшее, что вы можете нам дать.

– Нам не столько важен твой господин, сколько деньги. Однако, поймав твоего господина, за которым охотится Заклинатель змей, я могу получить награду.

– Н-но вы же тоже…

– Он – да, я – кто знает? – неоднозначно ответил Вэй Учэнь, не спуская с мужчины пристальный вдумчивый взгляд. – Если вы спрятались здесь, значит, вас мог сюда привести только настоятель Тай У. Вы взяли его в заложники или он сам прицепился к вам? Где он и твой хозяин? А ещё куда более важно – где деньги, которые ты передал настоятелю? Мой брат так и не нашёл своей части оплаты. Будьте честным мужем, достопочтенный, не заставляйте этих заклинателей разбираться по волчьим законам.

Мужчина явно не хотел выдавать своего господина, да и вряд ли выдаст, однако Вэй Лу видел его страх. Взгляд слуги то и дело метался к алтарю. Жест достаточно нервный и боязливый, впрочем Вэй Лу предпочёл проверить догадку. И не промахнулся в своей наблюдательности – доски под алтарём отходили от пола, храня под собой небольшой тайник. В нём Вэй Лу обнаружил мешочек со слитками. Он прекрасно помнил шёлк серой ткани и красивую ленту с кисточками, но внутри не доставало пяти золотых пластин.

– Похоже, пять штук старейшина уже забрал. Но остальные здесь.

Плюс ко всему, Вэй Лу обнаружил ещё несколько связок с деньгами, но рассудил, что обдирать священную обитель как-то чересчур. Слуга чуть расслабил плечи, но упрямо отвернулся, не желая сдавать Синь Юя. Подобная преданность вызывала уважение, однако под пытками мужчина мог расколоться в два счёта. Вэй Лу постарался угомонить раздражение мыслью, что в принципе, часть оплаты теперь находилась у него на руках.

– Лу, – коротко окликнул его Вэй Учэнь, мотнув головой к выходу.

Отойдя к двери и внимательно наблюдая за слугой, чтобы тот какую глупость не выкинул, братья перешли на шёпот. При должном желании, конечно, их можно подслушать, но вряд ли пленник узнает что-то ценное.

– Судя по всему, те двое отправились в город.

– На кой гуй им в город? – усомнился Вэй Лу, сведя брови к переносице. – Если того аристократа ищут патрули, то им лучше не шастать по округе.

– Из столицы сюда ведут две дороги – в обход гор и через тот городок, в котором мы пребывали этой ночью. В любом из вариантов ищейки вряд ли бы добрались сюда, максимум только приблизились. Может, Заклинатель змей и видел тебя во сне, но это не значит, что он сможет преследовать тебя наяву.

– Хотелось бы, – с сомнением пробормотал Вэй Лу, а затем глянул на слугу и повысил голос: – Ты говорил, что вы двигались через Холодный перевал. Это правда или нет? Откуда вы с господином бежали? Учти, от ответа зависит, поймают нас псы государства или у нас ещё есть время.

Но в ответ мужчина лишь негодующе посмотрел на него, что вызвало у Вэй Лу приступ раздражения. Как этот идиот не поймёт, что подобного рода информация ну никак не навредит его доблестному хозяину? Оскалившись и сжав кулаки, Вэй Лу наградил мужчину колючим взглядом, но от поспешных действий его оградил Вэй Учэнь.

– Забудь о нём, – и продолжил шёпотом: – Лу, мы можем сейчас уйти, денег у нас предостаточно за заказ. Риск того не стоит. Пусть настоятель и этот слуга знают нас в лицо, вряд ли это что-то даст, если их схватят. Мы сможем уйти.

И хотя перспектива подзаработать денег манила, словно мёд муравьёв, Вэй Лу вынуждено признал: даже сотня золотых не стоила того, чтобы столкнуться лицом к лицу с ищейками. Не скрывая разочарования от упущенной выгоды, он угрюмо кивнул, направившись следом за Вэй Учэнем.

– Эй! Вы меня что, связанным так и оставите?

На недовольный возглас слуги Вэй Лу предупредительно блеснул раздражённым взглядом, вынудив того моментально умолкнуть. Сказал бы лучше спасибо, что жизнь сохранили. Вэй Лу был достаточно милостив к людям, что в моменте мешало принятию жёстких решений. Однако чем больше трупов они бы оставляли за собой, тем охотнее за ними гнались бы ищейки, порицая за кровожадность.

– Давай поступим так, – сойдя с порога храма, обмолвился Вэй Учэнь, – я сейчас пойду в город, закуплюсь припасами и едой, а ты уберёшь с лошади все выделяющиеся побрякушки. Можем что-то заложить, вероятно, получим серебряный слиток или пару монет, так что прихвати всё в мешок. Собирайся и выезжай, подождёшь меня на другом конце городка. Деньги за заказ давай разделим пополам, на всякий случай.

– Уведём лошадь, значит… – задумчиво пробормотал Вэй Лу, с беспокойным видом отдавая часть золотых слитков.

– Всё ещё боишься?

– Нет, какое там, подумаешь, в детстве свалился с лошади, а она мне чуть по рёбрам не прошлась, пф-ф!

– Поменьше язвительности, побольше дел. Встретимся через шичэнь у выхода из города.

– Понял-понял.

Вэй Учэнь не собирался терять время попусту, а вот Вэй Лу, долго смотря ему в спину, не торопился. Сжав кулаки и медленно выдохнув, он перевёл напряжённый взгляд к мирно стоящей лошади. Рядом с Вэй Учэнем он старался держать детские страхи при себе, но когда они седлали коней, то в душе Вэй Лу кричал похлеще городской девицы, хотя на губах и красовалась улыбка.

В годы юности, когда отец учил его верховой езде, Вэй Лу до безумия любил лошадей и считал, что любая из них будет ему подконтрольна. В детстве поступь его была велика, а дух величав, как и полагалось ребёнку, рождённому под счастливой звездой. Но чрезмерная заносчивость юного сердца сыграла с ним злую шутку – Вэй Лу до сих пор содрогался от воспоминаний, как слетел под копыта мчащейся позади лошади. Верховая езда у него не вызывала страх, он и сейчас с удовольствием скакал верхом, но вот чтобы подойти к коню и не шарахнуться, приходилось делать над собой усилия.

– Привет, парень, – обратился он к коню с нервной улыбкой. – Ты же парень, да?

Вэй Лу постоянно казалось, что каждая незнакомая лошадь желала либо ударить его, либо откусить пальцы, поэтому за время, которое он провозился с животным, сгорело бы четыре палочки благовоний[17].

Вэй Лу чувствовал себя смущённым до предела. Полнейший стыд. Но, к своему счастью, конь не покусился на его пальцы, а даже стойко вынес процесс обмундирования. Воистину, столько всякой мишуры на животное вешать стал бы лишь идиот, тем более идиот в бегах.

За шумом горной реки Вэй Лу вряд ли бы услышал кого-то, бредущего по дороге, однако громкое сбивчивое дыхание тут же насторожило его, как и промелькнувший мимо силуэт. Он интуитивно прильнул к коню, словно пытаясь за ним спрятаться, но из-за того, что тот мотнул головой, Вэй Лу испуганно отпрянул и протянул нервное «ы-ы». Сердце аж дрогнуло.

Боковым зрением он увидел на широкой тропе девушку, вяло передвигающую ногами. Остановившись, незнакомка оперлась о колени; её одежды оказались сплошь покрыты грязью, говоря о том, что она не раз падала за время пути. В свете утренних лучей, несмотря на пыль и красные пятна на лице от продолжительной физической активности, девушка выглядела невероятно красивой и притягательной. Словно нежный сочный персик в знойную погоду.

У Вэй Лу закралось неприятное предчувствие, раскрывшееся удивлением, когда девушка, повернувшись в его направлении, вдруг просияла и измученно воскликнула:

– Господин!..

Сделав лишь шаг навстречу, она тут же завалилась на колени, вынудив Вэй Лу моментально позабыть о коне. Бросившись к девушке, он чуть сам не упал перед ней, ухватив за плечи и в негодовании с лёгким испугом пробормотав:

– Ты что тут делаешь, Хуа[18]? Как тут оказалась? – встряхнув путницу, в которой он моментально узнал свою любовницу из городка в горах, Вэй Лу надеялся тут же получить ответ. Однако Хуа едва ли могла совладать со сбившимся дыханием, казалось, она быстрее лёгкие выплюнет, чем произнесёт хотя бы какое-то слово.

Оставаться на дороге, по которой вполне ожидаемо скоро начнут ходить люди, Вэй Лу посчитал ужасной идеей – моментально привлекут внимание. Поэтому, подхватив на руки хрупкую Хуа, он тут же бросился в храм и чуть с ноги не вышиб дверь, перепугав связанного слугу. Укладывать Хуа на пыльный пол Вэй Лу считал кощунством, но кроме алтаря и пары табуреток в зале ничего более не оказалось. Пришлось пожертвовать удобствами.

– Так, давай сюда, аккуратно. – Помогая ей присесть у стены, Вэй Лу внимательно осмотрел её с ног до головы и подивился тому, в сколь ужасном состоянии она пребывала. Один сандаль давно слетел с ноги, отчего белый носочек разодрался вместе с кожей на ступне. Выглядывающая из-под распахнутой юбки голень сплошь покрыта царапинами и синяками. О состоянии остальной одежды и говорить не стоило.

«Она будто всю ночь бежала из города, – глядя на Хуа, чья работа вообще не предполагала покидать квартал развлечений, Вэй Лу поразился состоянию её ног. – Как она вообще смогла сюда добраться?»

– Милая Хуа, ты что здесь делаешь? Ты бежала?

– Господин… прошу, простите, господин…

– Отдышись, объясни всё по порядку.

– Они… моя… Хуан[19], они… они забрали её, они… я… я не знала, что делать…

Хуан. Другая любовница. Они с Хуа работали в паре[20].

Вэй Лу ничего не понимал из сбивчивой речи Хуа, лишь нахмурил брови, наблюдая за хлынувшими из её глаз слезами. Она была не в себе, а теперь, после продолжительной бессонной ночи, мчась вниз по склону, её накрыла истерика. Спрятав лицо за не менее истерзанными ладонями, Хуа захныкала и задрожала.

Кто-то забрал Хуан, а малышка Хуа сбежала, чтобы… что?

В полнейшем негодовании, плотно сжав губы и затолкав нарастающее раздражение поглубже в глотку, Вэй Лу обхватил тонкие запястья Хуа, пытаясь осмотреть её лицо. Она сопротивлялась, однако не могла пойти против его силы.

– Милая Хуа, как тебе удалось сбежать?

Пусть Вэй Лу и называл её любовницей, по факту, как и Хуан, она работала проституткой, пусть и в довольно хорошем заведении. Из-за этого вопрос о возможности побега вставал особо остро: из таких мест если и сбегали, то не дальше города. Охрана моментально отлавливала беглецов, а затем жестоко наказывала. Да и помня характер Хуа, вряд ли бы она отважилась на побег, даже если с Хуан что-то случилось.

Может, парочка и была близка, однако Вэй Лу полагал, что между ними не настолько крепкая связь.

Всматриваясь в заплаканное лицо Хуа, он ощущал уже не просто дискомфорт. Вэй Лу с подозрением прищурился и, раздражившись её молчанию, схватил за подбородок. Грубый жест вынудил Хуа испуганно пискнуть и в ужасе уставиться на помрачневшего Вэй Лу. С каждым мгновением его пальцы всё крепче сжимали мягкие щёки, с которых буквально на глазах уходила краска.

– Почему ты не удивилась, увидев меня?

Жалобно пища не то от страха, не то из-за дающей о себе знать боли, миловидная красавица внезапно стала противна Вэй Лу. Злоба царапала грудь изнутри. Его удушающая харизма прорывалась наружу, заставляя торопеть не только Хуа, но и забившегося в угол слугу.

Стойкое ощущение, будто Хуа оказалась мышкой, выпущенной для того, чтобы приманить кота, нахлынуло на Вэй Лу давящим разочарованием. Он не исключал возможность, что фэнем позже и вспылил бы, однако этому не суждено было сбыться.

Вэй Лу почувствовал лёгкое колебание духовной энергии.

В спину ударило дуновение прохладного ветра. В ушах стоял шум бушующей горной реки, за которым терялись любые звуки, в том числе и чьи-то шаги, опускающиеся на скрипучие деревянные ступени старого храма. Вэй Лу не услышал, он почувствовал, что на пороге у распахнутых дверей кто-то остановился.

И этот кто-то пришёл далеко не с мирными намерениями…

### Глава 4. Заклинатель ввязывается в неприятности

Взгляд незнакомца, словно острый клинок рассекающий нежный лепесток сливы, нарушал внутреннее спокойствие Вэй Лу. Человек, застывший в дверях, явился образом идеального произведения искусства, с которого умелая рука творца стёрла все неровности и лишние линии. Длинные одежды цвета песка без единой складки украшал узор из серебряных нитей. Угольно-чёрные волосы, убранные в тугой хвост, особо контрастировали с бледной кожей лица. Лишь одна тонкая прядь ниспадала на лоб.

Застав посетителей храма врасплох одним своим появлением, молодой мужчина обратил внимание на Вэй Лу, у которого от его непроницаемого, ничего не выражающего взгляда волосы встали дыбом. Вэй Лу не ощутил ни капли агрессии или злых намерений со стороны незнакомца, но ему хватило униформы и меча в ножнах, чтобы опознать адепта светлого пути.

Затянувшуюся паузу развеял тонкий боязливый писк Хуа: при виде воина она едва не потеряла сознание от накатившего страха. Мужчина никак не отреагировал.

«Всё понятно», – только и подумал Вэй Лу, медленно поднимаясь с колен.

Мужчина в светлом ханьфу внимательно следил за ним, и как только Вэй Лу выпрямился в полный рост, его глаза чуть прищурились. Похоже, тот не ожидал, что ему встретится столь высокий и широкий в плечах заклинатель. Но против острого меча и светлой магии даже монстр не устоит в бою.

– Это тот, о ком ты говорила? – спросил незнакомец, обращаясь к Хуа, неотрывно продолжая смотреть на Вэй Лу.

Хуа захныкала, в страхе уронила голову и, упав на разбитые колени, затараторила:

– Прошу вас, господин, я всё сделала так, как вы просили. Отпустите сестрицу Хуан, пощадите нас…

Значит, действительно использовали любовниц, как наживку. Только не это озадачило Вэй Лу. На мгновение он оторопел от звука голоса мужчины – пусть и без тени эмоций, но он без сомнения принадлежал незваному гостю из сна. Заклинателю змей. Или ему показалось из-за волнения? Интонация определённо звучала мягче. Но почему государственный заклинатель носил униформу адепта школы светлого пути? За такую дерзость его бы как минимум выпороли!

«Понятно…» – пронеслось в голове у Вэй Лу, однако на деле ему ничего не понятно.

– Уважаемый господин, – с неожиданной церемонностью, в которой, правда, не ощущалось ни следа настоящего уважения, обратился к Вэй Лу Заклинатель змей. – Я попрошу вас…

Дёрнувшись со всей возможной прытью, Вэй Лу в два шага преодолел расстояние до стены и в прыжке выбил собой окно вместе со ставнями. Выслушивать красивые речи у него не имелось никакого желания, он действовал исходя из учений Вэй Учэня – в любой непонятной ситуации выпрыгивать в окно. Без казусов порой не обходилось, но в данный момент, стоя перед выбором между ушибами или мечом, он выбрал путь наименьших увечий.

Уровень адреналина, подскочивший в крови, позволил Вэй Лу не тратить время на панические раздумья. Подбежав к коню, который мирно топтался у храма, он содрал с дерева вожжи и запрыгнул в седло. В иной ситуации Вэй Лу вряд ли бы отыскал хотя бы долю подобного энтузиазма. Четвероногое создание явно не ожидало, что его пришпорят столь внезапно, отчего рвануло вскачь больше из-за страха, чем по сигналу наездника.

Вэй Лу даже думать не хотел, в каком шоке и недоумении пребывали люди, оставшиеся в храме. Выезжая на дорогу, он обнаружил позади себя отряд из восьми-десяти человек, который моментально всполошился, заметив, как он удирает.

Соображать в экстренных ситуациях у Вэй Лу получалось куда хуже, чем просто брать и бежать. Пришпоривая коня и прикрикивая, Вэй Лу заставлял животное нестись достаточно быстро, чтобы того начинало заносить на поворотах. Комья скользкой грязи летели из-под копыт. Прохладный ветер бил в лицо. А в голове никак не укладывалось, как за пару мгновений ситуация напрочь вышла из-под контроля?

Светло-жёлтые одежды с характерными узорами, тонкий меч. Вэй Лу не понимал, как человек из сна оказался ещё и воином светлого пути. Или наоборот. Неужели школа, адептом которой являлся Заклинатель змей, позволила ему носить отличительные одежды?

«А почему нет? Тёмная энергия или светлая, а с мечом куда проще отлавливать нелегальных заклинателей, чем с воображаемыми духами-хранителями, прыгая по снам. Будь он проклят!» – в чувствах выругался про себя Вэй Лу, увидев первые городские постройки, выглядывающие из-за деревьев.

Об особом положении Заклинателя змей он мог подумать и позже. Куда сильнее его беспокоили не колдовские способности свалившегося на голову ищейки. Каким-то образом тому удалось выйти на его любовниц, использовать их в качестве наживки. Судя по увечьям Хуа, её заставили вполне убедительно отыграть роль беглянки. Не знай Вэй Лу её достаточно хорошо, то не заподозрил бы подвоха.

«Но если она должна была лишь указать на меня, то к чему такая жестокость?»

Позади послышались крики и топот копыт. Оглянувшись и убедившись, что за ним увязался хвост, Вэй Лу раздражённо шикнул. Деваться некуда, оставалось только попытаться затеряться в городке: на открытой местности его могли моментально поймать, а присутствие обычных граждан заставит государственных ищеек дважды подумать, прежде чем что-то делать. Наверное.

– С дороги! Прочь!

Стояло уже далеко не раннее утро, миновал час дракона[21], поэтому на улицах сновало много людей.

«Может, и не такая удачная идея», – поневоле подумал Вэй Лу, отметив, что он замедлился.

Горожане с криками и возмущениями разбегались по сторонам: кто-то бросал в спину Вэй Лу проклятья, кто-то пытался собрать рассыпавшиеся вещи. Узкие улочки одноэтажной-двухэтажной застройки кишели, подобно муравейнику. В таком беспорядке отыскать Вэй Учэня не представлялось возможным. Быть может, и к лучшему: на него Вэй Лу уж точно не хотел накликать беду. Благодаря парным талисманам в форме нефритовых подвесок, висящих у них на шеях, он попытался предупредить Вэй Учэня об опасности посредством передачи тёмной энергии.

«В любом случае поднятый шум он точно заметит», – подумал Вэй Лу.

Но не о Вэй Учэне следовало беспокоиться. Думая о погоне, Вэй Лу в последний миг увидел всадника, выскочившего светлым пятном на перекрёсток. Просторные одежды развивались на ветру подобно плавникам экзотичной рыбы. Вэй Лу в испуге выдавил из горла набор бессвязных звуков, натянул вожжи и, заставив коня затормозить, заскользил по грязи. Лошадиное ржание пронеслось над крышами домов.

В ужасе обхватывая лошадь бёдрами и цепляясь за гриву, чтобы не свалиться, Вэй Лу чуть не распрощался с душой от страха. Ему сразу вспомнилось, насколько страшно падать под копыта перепуганного животного.

Сердце стучало где-то в горле. На долгое мгновение окружение потерялось за пеленой ошеломления. Тяжело и быстро дыша, Вэй Лу крепче сжал в кулаке гриву коня. Во снах, когда он взбирался на Бай Шоу, даже капли подобного страха не испытывал, а в реальности от вида парнокопытных аж волосы и кости пугались[22]. Позор.

– Неприлично так сбегать, когда с вами ведут беседу.

Для начала Вэй Лу с радостью бы хотел поинтересоваться, как Заклинателю змей удалось его обогнать. Вполне вероятно, что преследователь скакал по окраинам, что дало ему фору в скорости. Но этот вопрос отпал моментально, вынудив Вэй Лу в негодовании скривить лицо и глянуть на Заклинателя змей.

– Ох, простите. Этот уважаемый не из тех, кто ожидает, когда его убьют.

– Этому достопочтенному никто не собирался причинить вред, если он является законопослушным подданным.

«А я смотрю, ты шутник», – чуть не ляпнул вслух Вэй Лу, однако по выражению лица и так стало понятно, какие мысли крутились у него в голове. В принципе, такие слова вполне логичны: их окружала огромная толпа зевак, и признать свою истинную натуру в облачении последователя светлого пути Заклинатель змей не мог. Наверное, за репутацией эти достопочтенные всё же следили. Они бы не позволили щеголять тёмному заклинателю в одежде своих адептов; те обычно носили плащи и не выделялись.

– Давайте не усложнять ситуацию. Прошу достопочтенного спуститься с лошади и указать, где прячется тот, кого мы ищем.

– Да откуда я могу знать, кого вы ищите?

– Достопочтенный сидит на его лошади.

Вэй Лу успел только дёрнуть челюстью, да плотно сжать губы, выражая обиду.

– Вообще-то, это конь.

Что ж. Он пытался.

Прищурившись, Вэй Лу недоверчиво оглянулся, обнаружив, что путь назад ему отрезали всадники в знакомых светлых одеждах.

– Господин. Слезайте.

– О, заставьте меня, – с вызовом бросил Вэй Лу, надеясь, что его дерзость хотя бы немного выведет Заклинателя змей из себя и даст ему время на размышления.

Заклинатель змей будто уши заткнул, пропустив неуважительные слова, которыми куда сильнее оскорбились находящиеся позади адепты. Он лишь сдержанно вздохнул. Вывести его из себя вряд ли удастся, значит, придётся действовать исподтишка, прибегать к уловкам. Да только наблюдая за Заклинателем змей, Вэй Лу краем глаза заметил среди толпы знакомое лицо. Увы, но сдерживать эмоции, как Вэй Учэнь, он не умел, поэтому его брови моментально опустились вместе с уголками губ.

«Серьёзно. Он даже не пытается», – подумал Вэй Лу, с закипающим раздражением наблюдая за старым настоятелем храма Зелёных гор.

Тай У, держащийся за спинами крестьян, словно любопытная боязливая мартышка, выглядывал украдкой, но как только его взгляд встретился со взглядом Вэй Лу, замер.

Заклинатель змей, обнаружив переключившееся внимание Вэй Лу на толпу позади себя, чуть обернулся, скосив взгляд в сторону. Пытался ли он прислушаться к колебаниям тёмной энергии, чтобы вычислить Синь Юя, или же опасался, что его пытались провести, Вэй Лу не стал разбирать. Уж явно не в тот момент, когда из дверей какого-то заведения вышел человек, от обращения которого Тай У дёрнулся так, словно его пятки лизнули раскалённые угли. Даже несмотря на то, что незнакомец прятал голову под капюшоном плаща, Вэй Лу сразу узнал кончик острого носа и изгиб мягких губ.

Даже если ошибётся, невелика беда. Выкинуть всегда успеет.

– Вы, это, обернулись бы, что ли… – кивнув в направлении Тай У, обратился к Заклинателю змей Вэй Лу.

И только Заклинатель змей отвёл от него взгляд, Вэй Лу пришпорил коня. Надо отдать должное сноровке Заклинателя змей, меч моментально выскользнул из его ножен, норовя ужалить проносящегося мимо неприятеля. Вэй Лу мог отклониться, однако конь не обладал подобной манёвренностью и мчался прямо на лезвие, грозящее упасть ему на морду. Сконцентрировав тёмную энергию в ладони и выбросив её вперёд, отбивая оружие, Вэй Лу проскочил мимо Заклинателя змей. Их взгляды встретились: пылающий огнём и тот, что оставался спокойнее высокогорного озера.

Зеваки расступились в стороны, не желая попасть под копыта. Вэй Лу намеревался действовать быстро. Даже несмотря на то, что он обнаружил Синь Юя, это не гарантировало, что ищейки так же легко обратят на него внимание. Поэтому, возложив надежды на пришедшую в голову идею, Вэй Лу с импульсивной злостью воскликнул:

– Толкай его ко мне, или я убью тебя! – в суматохе он не сумел подобрать слов получше, но Тай У тут же ухватил Синь Юя за грудки, подталкивая навстречу мчащемуся коню.

Синь Юй толком не понял, что произошло: вот он хотел окликнуть Тай У и с недовольством отдать ему вырученные деньги, а в следующий момент его мощным рывком закинули на коня.

– Какого демона-а-а?!.. – только и успел воскликнуть Синь Юй, болезненно падая животом на край седла.

– Пошёл, пошёл!!!

Одной рукой подгоняя вожжами коня, а другой удерживая Синь Юя за складки плаща, Вэй Лу свернул на менее людную улицу.

– Ты что творишь?! Ты вообще кто такой?! Живо отпусти этого достопочтенного!

– Только если под копыта мчащихся сзади лошадей! Могу сразу кинуть в руки Заклинателя змей! Хочешь?!

Так или иначе, Вэй Лу действительно собирался использовать Синь Юя в качестве разменной монеты, а на крайний случай планировал скинуть под копыта мчащейся позади процессии. Но его внимание привлёк талисман на груди, обжёгший колючей энергией. Вэй Учэнь находился где-то поблизости, в чём Вэй Лу убедился моментом позже, заметив, как тот появился в проходе между домами.

Наверное, Вэй Учэню предстала до боли живописная картина: младший брат удирал вскачь, прихватив орущего Синь Юя, а за ними неслась толпа ищеек во главе с Заклинателем змей. Во взгляде Вэй Учэня так и пронёсся немой крик: «И шичэня не прошло, как я тебя одного оставил!». От потрясения мягкая паровая булочка, которую он только-только успел надкусить, чуть не выпала из ослабших пальцев.

Для Синь Юя удержаться на коне, лёжа поперёк безвольной куклой, было катастрофически сложно. Мешая крики с рычанием, он ухватился за подпругу. Синь Юй заподозрил неладное довольно быстро и возмущённо воскликнул:

– Это что, мой конь?!

Чуть не свалившись головой вперёд из-за резкого поворота, Синь Юй вынудил Вэй Лу подхватить себя за плечо. Перекинув одну ногу через шею коня, путём нехитрых трюков Синь Юй сумел занять сидячее положение, да только оказался лицом к лицу с Вэй Лу.

Выражение раздражения и гнева моментально исказило тонкие черты Синь Юя, смыв ту холодную притягательность его красоты.

– Так значит, ты и есть?!..

– Завали, – резко отодвинув голову Синь Юя, Вэй Лу попытался не с меньшим недовольством отплеваться от его длинных волос, которые то и дело лезли ему в рот. – Загораживаешь весь обзор!

Грубость обращения только сильнее возмутила Синь Юя, но вместо того, чтобы продолжить ссору, ему пришлось схватиться за широкие плечи Вэй Лу, чтобы не свалиться с коня.

– Куда мы вообще едем?!

– Куда подальше. Лучше помолчи и попробуй отбиться!

– Отбиться? Чем я тебе попробую отбиться?! Этот достопочтенный целитель, а не воин! Этот достопочтенный не использует тёмную ци!

– Да кому ты заливаешь, а?! Я видел тебя во сне, фантомный образ говорит не в твою пользу. Или ты слепой ещё и в реальном мире?!

Синь Юй лишь недовольно зашипел. Единственное, что он сделал – это проглотил ругательства, позволив Вэй Лу спокойно управлять конём. Как только они выехали из города, то вновь углубились в лес.

Теперь толпы не мешали вести преследование, как и атаковать беглецов. Несколько клинков, воспарив в воздухе, подобно стрелам, полетели в удирающих тёмных заклинателей.

Вэй Лу сразу почувствовал колебания энергии, намереваясь вслепую вскинуть руку и защититься вспышкой тёмной силы. Однако Синь Юй умел не только ругаться. Он достаточно быстро среагировал на угрозу, изъяв из рукава защитный талисман, который активировал поток энергии. Вэй Лу услышал лишь приглушённый звук удара мечей о невидимый барьер, а в душе изумился – Синь Юй использовал сбалансированный ток тёмной и светлой энергии.

«Ничего себе, – невольно подивился Вэй Лу. – Он способен развивать и накапливать разные духовные силы…»

Из тёмных заклинателей не всегда выходили хорошие целители, потому что это мастерство требовало идеального баланса тёмной и светлой ци. Самый безопасный в своём роде навык. Целители реже всех погибали из-за искажения духовной энергии. Однако и обучаться мастерству приходилось дольше. Речь ведь шла о воздействии на человеческую плоть, а не только душу.

Использование тёмной энергии само по себе губительно для заклинателей, сколь бы отменными мастерами они ни становились. А если становились, то обычно не доживали до глубокой старости из-за переизбытка энергии инь в организме. Опасное ремесло, в котором тёмные заклинатели ходили по тонкому краю мучительной смерти и могущества из поколения в поколение.

Тем не менее, каким бы ценным заложником Синь Юй ни оказался, Вэй Лу решил разыграть украденную карту. Живя в этой местности последний год, он вполне неплохо изучил округу, поэтому достаточно быстро услышал шум мощной горной реки. Уведя коня в лес и промчавшись до тех пор, пока зверь не начал спотыкаться о корни, он тут же спешился и побежал прочь.

Вэй Лу нёсся, очертя голову. Перепрыгивал через выступающие камни, пробивал собой пышные колючие кустарники, не жалел ни кожи, на которой оставались глубокие царапины, ни лёгких, усердно втягивающих воздух. Пусть ищейки хватают Синь Юя, а от него могут и отстать, – так Вэй Лу думал до тех пор, пока не увидел силуэт по левую руку.

– Ты какого гуя бежишь за мной?!

– Этот достопочтенный что, на идиота похож там оставаться?! – в столь же раздражённой манере прикрикнул на него Синь Юй.

Неслись они, конечно, недолго, выбежав из леса на небольшой уступ, заканчивающийся крутым обрывом. Горная река в небольшом ущелье бурлила и пенилась из-за мощного потока, обтачивающего горную породу. Прыгать в эту адскую мясорубку – всё равно, что добровольно расстаться с жизнью.

– И куда ты нас завёл?! – в раздражении бросил Синь Юй.

Вэй Лу и рта не успел открыть, почувствовав вибрацию воздуха и услышав свист ветра. Отпрыгнув в сторону, он всё же уступил в скорости заколдованному оружию, успевшему полоснуть его по спине. Меч, окутанный светлой энергией, подобно дикой птице, пролетел вокруг обрыва и вернулся к хозяину, подоспевшему показаться на кромке леса вместе с заклинателями-воинами.

Адепты в одеждах насыщенного песочного цвета закрыли пути отступления. Среди них особой статью выделялся Заклинатель змей, в руке которого лежал тонкий меч, окроплённый кровью. Вэй Лу при виде алых капель раздражённо скривился, будто задели не только его спину, но и гордость.

– Господа, этот достопочтенный всё-таки будет настаивать на том, чтобы вы перестали вести себя столь агрессивно, – обратился к ним Заклинатель змей. – К сожалению, пользуясь властью, данной этому…

– Великому Асуре жаль, что придётся доставать клинок? Вот уж не думаю, – с раздражением прервал его речь Синь Юй.

«Асура? Это имя не из наших краёв. Имя юго-восточного происхождения… Он родом аж оттуда?»

Также Вэй Лу не мог не отметить, что для Синь Юя не составило труда чётко выговорить его имя с таким звонким окончанием. Значит, встречались они уже не впервые.

Даже несмотря на то, что западные земли считались менее привлекательными для жизни, юго-восток и вовсе был забытым краем, в котором проживало достаточно закрытое общество. Поговаривали, что государственные ищейки не рисковали соваться туда ни под каким предлогом. Это бы сделало юго-восток идеальным укрытием для тёмных заклинателей, не подвергай их жестоким расправам местная коммуна. Они считали любое проявление тёмной инь проклятьем и скверной, отчего могли убить даже ничего не понимающего ребёнка, только-только пробудившего свои силы.

– Синь Юй, ты зашёл слишком далеко. И впутал в это другого человека, хотя и упростил нам работу, а точнее, поспособствовал поимке преступника. Если сдашься, этот заклинатель будет благосклонен и замолвит за тебя слово перед главой школы.

Вэй Лу стало не по себе. Обращение к Синь Юю звучало достаточно искренне, чтобы вызвать в нём беспокойство. Взгляд Асуры всё ещё обжигал льдом, однако он полнился каплей сожаления. Но реакция Синь Юя помогала держать недоверие в узде; тот только сильнее скривился от услышанных слов.

Ситуация ухудшалась. И действовать стоило быстро. Спину жгло от полученной раны, Вэй Лу чувствовал, как кровь пропитывала рассечённые края одежды. Отступив на шаг, он тут же привлёк внимание Заклинателя змей.

– Ты онейромант, – колко бросил Асура, в момент вернув невозмутимый вид. – Даже если ты хорошо развит физически, тебе не справиться со мной.

Вэй Лу с подозрением прищурился.

– А ты у нас, значит, ещё и заклинатель-воин. Объединяешь светлые и тёмные пути. Прям два исключения из правил в одном месте, – бегло глянув на Синь Юя, он недовольно хмыкнул. – Недаром тебя считают столь опасным, Заклинатель змей. Каково это – охотиться на своих?

Вэй Лу отчаянно тянул время, опасался, что Асура отреагирует на малейшее движение. А учитывая, что стоящие подле него адепты нервно переглянулись, Вэй Лу, видимо, надавил на больное место. Слава о Заклинателе змей ходила дурная. Его в какой-то степени считали неуловимым: появлялся то тут, то там. Действовал то скрытно, отлавливая нелегальных заклинателей, то устраивал показательные казни.

– Понятие «своих» может трактоваться людьми по-разному, – без единого намёка на эмоции отозвался Асура. – Вы нарушители правопорядка, и этот заклинатель сделает всё, чтобы обезопасить мир. Даю последний шанс: сдавайтесь по-хорошему, и к вам проявят милосердие.

– Милосердие? – скептично переспросил Синь Юй. – От тебя-то?

– Синь Юй, не стоит вводить себя и молодого господина в заблуждение. Этот заклинатель относится к людям с уважением. Каждому даёт шанс. Ты молодой господин клана Синь и должен понимать, какими последствиями грозит твой побег.

«Они все, что ли, так странно говорят? Себя в третьем лице называют… что за глупая привычка у аристократов и этих столичных», – скривившись, подумал Вэй Лу. Он уже давно отвык от подобной манеры речи.

Пока они обменивались бессмысленными фразами, Вэй Лу нервно поглядывал на обрыв, а затем перевёл взгляд к лесу, в котором заметил движения среди густых крон деревьев. Одно, второе, третье. Птицы усаживались на ближайшие сосны, появляясь словно из тени пушистых ветвей. Обычные адепты заметили их намного позже Асуры, который медленно обернулся, устремив взгляд к крупной вороне.

Чернокрылое создание внимательно смотрело в ответ.

В воздухе опустилось напряжённое молчание, разбиваемое бурным потоком реки. У Вэй Лу сердце забилось быстрее в лихорадочном предвкушении трюка, который с немалым успехом мог обернуться смертью. Асура же смотрел на птицу ничего не выражающим взглядом. И в следующий миг, дав мечу вылететь из рук, он разрубил призрака пополам.

Не задумываясь более ни на миг, Вэй Лу бросился к обрыву под крики десятка призрачных птиц, взметнувшихся в воздух чёрным облаком. Налетев на Синь Юя и прижав его к себе, он спрыгнул со скалы. Окутав себя плотным кольцом тёмной энергии, Вэй Лу погрузился в ледяную воду, потоки которой закрутили его, безжалостно ударяя об острые камни. Если бы не щит из энергии, он бы наверняка переломал себе кости, однако защиту от ударов он, к сожалению, не гарантировал.

На кой гуй он вообще захватил с собой Синь Юя? Хороший вопрос. Но ответить на него Вэй Лу посчитал нужным хотя бы после того, как постарается пережить увлекательный сплав по руслу реки в направлении неизвестности.

### Глава 5. Заклинатель в безопасности. Но надолго ли?

Горные реки – одно из опаснейших природных явлений. Выбраться из них удастся лишь в двух случаях: либо когда поток успокоится, либо когда река обмельчает. Хотя «выбраться» – не совсем корректное слово. Скорее уж, когда «прибьёт ваш труп».

Вэй Лу в полной мере признавал себя ещё чуть-чуть и трупом. Пусть защита из энергии и помогла смягчить удары, однако полностью от них не избавляла. Он уже представлял, сколько синяков расцветёт на его теле к вечеру.

– Ты безумец!.. Кха!..

А вот и его благодарность подоспела.

С трудом вскарабкавшись по скользким камням, набивая себе дополнительные синяки и дрожа от холода, беглецы выбрались на берег. Выплёвывая воду и судорожно переводя дыхание, Синь Юй успевал бранить Вэй Лу, который всерьёз задумался о том, чтобы того утопить. Может, обнаружив мёртвого Синь Юя, ищейки отстанут?

Вряд ли. Асура славился своим упорством. Если встретился с ним однажды, считай, проводит до могилы.

Тяжко выдохнув и болезненно скривившись, Вэй Лу рухнул плашмя. Тело ныло, спину жгло огнём из-за открытой раны. В голове стоял звон, а воздух казался жутко холодным из-за вымокшей одежды. Благо, что стоял день, иначе ночью такое купание точно ничем хорошим не закончилось бы.

Вэй Лу усмирял боль, разлившуюся по телу. Синь Юй в целом пытался прийти в себя после захватывающего дух спуска.

Поднявшись на четвереньки, в первый миг Вэй Лу прочувствовал тупую боль от ушибов в левом бедре и боку и лишь затем осмотрелся. Подвеска на груди пульсировала тёмной энергией – похоже, Вэй Учэнь пытался отыскать его. Недаром же нагнал на Асуру и его свиту призрачных птиц.

Поднявшись на ноги, Вэй Лу побрёл в сторону леса, попутно снимая магический артефакт с шеи и наблюдая, в каком направлении тот пульсировал сильнее.

– Куда ты идёшь?

Оглянувшись на Синь Юя, с которого ручьями стекала вода, Вэй Лу невольно хмыкнул. Сейчас его собрат по несчастью напоминал больше мокрую крысу, нежели домашнего благородного кота. Длинные пряди и чёлка липли чёрными линиями к побледневшим от холода щекам, тонкие губы утратили розовый цвет. Но что повеселило Вэй Лу, так это лёгкие тёмные разводы теней у нижних век – похоже, Синь Юй не пренебрегал столичной модой в использовании косметики.

«А я ведь принял его яркий взгляд за естественный… везде обман», – словно старик запричитал про себя Вэй Лу, невольно позавидовав Синь Юю. Ведь на его лице малейший штрих угольных теней смотрелся бы чересчур вульгарно. Зато Вэй Учэню бы пошло.

Усмехаясь забавным мыслям, Вэй Лу покачал головой. Синь Юй воспринял этот жест по-своему.

– Ты привёл к этому достопочтенному ищеек, так хотя бы потрудись сказать, куда нам теперь идти?

– Достопочтенному… Если не замолчишь, достопочтенный, я тебя к дереву привяжу, и останешься тут их дожидаться, – продолжая осматриваться, вздохнул Вэй Лу.

– И чем же, позволь уточнить, привяжешь?

– Твоей же одеждой, предварительно усадив голой задницей на муравейник, – состроив угрожающее выражение лица, Вэй Лу повелительно глянул на Синь Юя сверху вниз. – Лучше дай хоть один повод, из-за которого мне не стоит этого делать. В первую очередь охота ведётся за тобой.

Синь Юй насупился. Сложив руки на груди, с важным видом и долей цинизма сообщил:

– Этот достопочтенный – целитель. Удар магического оружия будет долго заживать без помощи достопочтенного, да и тебя знатно побросало на камни. Полезно иметь при себе целителя.

– Угу, – не разделяя воодушевления, сдавленно промычал Вэй Лу и прищурился, – ты себя в добровольные прислужники отдаёшь? Отлично! Не забывай, что должен мне деньги за заказ.

– Вот нашёл что вспомнить! Где этот достопочтенный тебе деньги сейчас возьмёт?!

– Да что ты всё заладил «достопочтенный», да «достопочтенный»! Говори уже, как все нормальные люди! Это тебе не дворец императора. К тому же, ты Тай У все деньги отдал на заложенные вещи?

– Да вы оба издеваетесь?! Двадцати семи золотых слитков более чем достаточно за заказ!

– Ага, с оговоркой на Заклинателя змей и недавние приключения. Старик украл все слитки, так что оставил меня без гроша.

Конечно, Вэй Лу не стал упоминать, что они с Вэй Учэнем благополучно обнесли храм, разделив между собой улов. Невольно рука потянулась ко внутреннему карману – мешочек с золотыми, включая костяную маску онейроманта, всё ещё находились при нём.

– А это вообще проблема этого достопочтенного?!

– Нет, это ты стал моей проблемой, красавчик, так что прекращай хныкать и дай сосредоточ…

– Да как ты смеешь обращаться к этому достопочтенному в столь фамильярном тоне?! – моментально вспыхнул Синь Юй, расправив плечи и уверенно шагнув навстречу. Вэй Лу только ниже опустил голову, с выражением негодования наблюдая за Синь Юем.

Со стороны выглядело, словно декоративная собачка тявкала на огромного сторожевого пса. Видимо, Синь Юй и сам об этом догадался, почувствовав возросшее напряжение.

– Слушай, я тебя ведь действительно голой задницей в муравейник посажу, если не перестанешь кичиться.

– …

– Я вас обоих в муравейник голой задницей посажу. Вы вообще нормальные так орать на всю округу?

От озвученной реплики Синь Юй аж дёрнулся и в растерянности уставился на фигуру, замершую посреди высоких сосен и изобилия кустарника. Понять его испуг вполне можно: Вэй Учэнь умел подкрадываться и прятаться, словно чёрный кот, охотящийся на птиц. Вэй Лу же не испугало его появление благодаря медальону, который предупредил о близости своей пары.

– Это…

– Мой старший брат, – рефлекторно ответил Вэй Лу.

– Тебе ещё и на язык муравьёв насыпать? – неодобрительно зарычал Вэй Учэнь.

Запоздало сообразив, что сболтнул лишнего, Вэй Лу плотно сжал губы и виновато потупил взгляд. Он не мог не отметить, что все его мыслительные способности моментально ослабевали, когда поблизости появлялся Вэй Учэнь. Будто передавали эстафету в гонке за контролем над ситуацией, а сами отходили в затяжной отдых.

Синь Юй нахмурился. Выглядел уж чересчур напряжённым и обеспокоенным.

Пристально присмотревшись к застывшему в нескольких шагах Вэй Учэню, Синь Юй красноречиво осмотрел его с ног до головы. Недоверчиво прищурился, но промолчал. Вэй Лу стало любопытно, о чём же он подумал, однако предпочёл вернуться к наиболее весомой проблеме.

– Ладно, нам нужно как можно скорее уходить отсюда, ищейки наверняка будут идти вдоль устья реки.

– Уже идут, – обмолвился Вэй Учэнь, – и палочка благовоний не прогорит, как они будут здесь.

– Уже?! – подорвался Синь Юй. – А ты откуда знаешь?

– Птицы шепчут, – не удостоив его и взглядом, бросил Вэй Учэнь, обернувшись и чуть повысив голос: – И ты проводишь нас к убежищу, так?

Вэй Лу проследил за взглядом Вэй Учэня, заметив, как в нескольких чжанах из-за широкого ствола сосны украдкой выглянул пожилой мужчина в одеянии монаха.

При виде нервно озирающегося Тай У у Вэй Лу настроение совершило оборот вокруг своей оси: сначала упало под стать тяжёлому камню, а затем ударило в голову горячим раздражением.

– А что тут делает этот старый пердун?! – возмущённо воскликнул Вэй Лу, не постеснявшись указать пальцем на Тай У. В голосе так и звенела обида. – Ты зачем его притащил?

– Прояви хоть немного уважения к служителю бога, неблагодарный мальчишка! – высунувшись из-за дерева, пригрозил кулаком Тай У. Не успел Вэй Лу возмутиться, как позади послышался циничный комментарий:

– Согласен. Невежа и деревенщина, никакого воспитания.

От нахлынувшего раздражения Вэй Лу только и мог, что открывать рот, задыхаясь от слов, которые в бесперебойном порядке пытались одновременно слететь с языка. Синь Юй, вздёрнув подбородок, сложил руки на груди и отвернулся, выразив свою позицию. Окружённый подобным отношением, Вэй Лу был искренне недоволен, ведь именно из-за этих двоих они все в итоге и оказались в таком положении. Он попытался отыскать поддержку у Вэй Учэня, но стоило столкнуться с его осуждающим уставшим взглядом, то и вовсе подавился негодованием.

– Ладно! – всплеснув руками да закатив глаза, отмахнулся Вэй Лу. – Я не буду искать муравейники, чтобы… вот это вот.

– Не смей отходить от меня больше, чем на чжан, – настоятельно рекомендовал Вэй Учэнь, продолжая буравить его убийственно холодным взглядом.

– Ладно-ладно…

– Я серьёзно. И шичэня не прошло, а ты поднял на уши весь город.

– Да понял я… пошли уже.

Рёбра болели так, будто их обгладывали мыши. Вэй Лу понимал, почему Вэй Учэнь порицал его из-за поднятого шума, но ведь он виноват лишь в том, что отреагировал на свою любовницу, внезапно появившуюся на тропе. Однако не это его разозлило. Быть пристыженным на глазах у наглого аристократа и подлого старикашки – тот ещё позор. Поэтому на протяжении дальнейшего пути Вэй Лу не стеснялся кидать в них голодные взгляды, в душе мечтая разорвать каждого на мелкие кусочки. Раздражение усиливалось от мокрой и липнущей к телу одежды, а также боли во всём теле.

Спину при каждом шаге будто полосовали розгами. Слабость накатила вновь, впрочем перетерпеть головокружение для Вэй Лу не составило труда – он двигался на автомате. Они с Вэй Учэнем жили постоянными путешествиями и долгими переходами: порой выдавались тяжёлые времена, когда они шли, пошатываясь от голода, но всё же шли и не падали.

Те времена пугали Вэй Лу куда сильнее увязавшейся за ними погони. Замечая, как Синь Юй нервно поглядывал по сторонам, он мог лишь пожалеть его. Видать, ему пришлось совсем худо, раз рискнул броситься в бега.

С этими мыслями, спустя шичэнь, когда солнце уже раскалило воздух, они добрались до убежища, которым столь громко называлась небольшая пещера у подножья отвесных скал. Пару месяцев назад Тай У поведал об этом месте братьям Вэй: оно являлось чем-то вроде уголка с минимальным количеством удобств для короткого ночлега. Расположенное вдали от дорог, оно не привлекало внимания. Тай У обнаружил пещеру ещё в детстве и с возрастом сделал из неё потайное убежище для возможности переждать бурю – работая с нелегальными заклинателями, никогда не знаешь, когда придётся скрываться.

По пути никто из четверых не проронил ни слова, но добравшись до конечной точки маршрута, сохранять тишину оказалось невозможно.

Вэй Лу не стал тратить время понапрасну: едва заметив в углу пещеры циновку, он поспешил упасть на неё, принявшись стягивать верхнюю и нижнюю рубахи. Тай У собирался уже отчитать его за бесцеремонность, но видя, что Вэй Лу кривился при малейшем движении, проглотил слова.

– Я распущу птиц, чтобы осматривали территорию, – остановившись у входа, скрывающегося за невысокими деревьями, Вэй Учэнь не собирался терять контроль над ситуацией. – По времени мне понадобится не больше одной чашки чая[23], чтобы всё сделать: солнце слишком сильное, чтобы концентрировать тёмную энергию. Постараюсь отыскать и по мере возможности отслеживать ищеек и… о-о.

Вэй Учэню хватило одного взгляда на обнажённый торс Вэй Лу, чтобы отложить озвучивание планов. На теле уже проступили синяки. Вэй Учэнь подошёл ближе и обнаружил достаточно серьёзный порез на спине Вэй Лу, из которого подтекала кровь. Лицо Вэй Учэня исказило беспокойство.

– Поверь, выглядит хуже, чем есть на самом деле, – постарался пошутить Вэй Лу. Хотя на деле ему действительно хотелось просто упасть и не шевелиться.

Тонкие пальцы аккуратно коснулись широкой спины у краёв открытой раны. Лицо Вэй Учэня омрачила тень. За долгие годы жизни им с братом ни раз приходилось вступать в драки, поэтому взгляд Вэй Учэня быстро оценил ранение. Такое увечье требовало скорой обработки и иглы с нитью, но под руками у них в лучшем случае нашёлся бы только лоскуток чистой ткани. Но было кое-что и получше.

Уверенно обернувшись к Синь Юю, Вэй Учэнь прищурился.

– Ты.

– Я?

– Залечи ему рану.

– Чего это вдруг? – насупился Синь Юй.

– Перефразирую. Залечи ему рану, или я сломаю тебе пальцы.

– …

Быть может, Синь Юй и нашёл бы смелость возмутиться, но под угнетающим взглядом он только и смог, что недовольно фыркнуть.

– А лучше… – добавил Вэй Учэнь, оглянувшись на всех присутствующих, остановив внимание на наиболее проблемных персонажах. – Раздевайтесь. Господин Тай, принесёте мне их одежду, я скажу, где её положить.

– С че-чего это вдруг этому достопочтенному раздеваться?!

– Можешь не раздеваться. Ходи, как мокрая крыса, – пренебрежительно бросил Вэй Учэнь, вернув внимание Вэй Лу. – А до твоего здоровья мне всё же есть дело. Снимай штаны, просушим их.

– Так этому достопочтенному лечить его или раздеваться?!

– Достопочтенны здесь только твои деньги. Для начала прекрати кричать и говори нормально. Иначе я сдеру с тебя шмотки и затолкаю в глотку. Вылечи Вэй Лу. А дальше – хоть голым бегай.

Трудно представить, отчего он едва смог сдержать режущую щёки улыбку. Несмотря на то, что Вэй Учэнь уступал в росте на пару цуней Синь Юю, он с непоколебимой уверенностью мог поставить оппонента на колени. Приказным тоном Вэй Учэнь вынудил его умолкнуть, и тому ничего более не оставалось, кроме недовольных пыхтения и кривляний.

Оба искателя приключений освободились от мокрой одежды, оставшись в нижних одеяниях. Вэй Лу передал заодно и нижнюю рубаху, и когда Тай У принимал у них одежды, то выглядел настолько подавленным и брезгливым, словно ему всучили мешок дохлых ящериц.

Синь Юй без лишних церемоний принялся за работу. Поначалу Вэй Лу относился скептично к его навыкам, опасался, как бы ему хуже не стало. Мягкие подушечки пальцев аккуратно легли на края воспалённой раны, и уже через пару мгновений Вэй Лу ощутил покалывание энергии. Ему приходилось получать помощь заклинателей-целителей только в детстве, когда лекарь секты помог залечить ему раны после падения с лошади.

Искусство исцеления достаточно тонкая и сложная наука. Человек должен владеть не только основами управления духовной энергией и обучиться балансу между инь и ян, но и стать хорошим лекарем. Знать строение тела человека, расположение органов, их работу, а также множество других сложных вещей. В былые времена каждая уважаемая и влиятельная семья стремилась заполучить умелого заклинателя. Сейчас дела обстояли куда сложнее. Каждый известный целитель подвергался обязательной переписи и зачислению в государственные списки, имел определённый документ для возможности работать.

В нынешние времена заклинатели-целители не обладали свободой действий. Влиятельные кланы и уж тем более духовные школы держали их при себе, как псов на коротком поводке. Найти нового дозволялось лишь через запрос государственным чиновникам. Или поймать нелегального, словно дичь на охоте.

Да и куда бы в принципе делись целители? Попробуй они сбежать или уйти из-под опеки клана или школы, то моментально потеряли бы протекцию и стали нелегалами. Подобные условия, когда заклинателям – и не только целителям – некуда было идти, развязывали руки многим школам. Фактически бесплатная рабочая сила. Дают пару серебряных монет в месяц, считай, повезло.

Вэй Лу невольно обернулся, присмотревшись к сосредоточенному выражению лица Синь Юя. Тот не обратил на него внимания. Полностью сконцентрировался на работе. В глазах блестели фиолетовые искры, выделяясь пылающими сапфирами на фоне холодной и сдержанной красоты. Кожа бледная и нежная, не терпящая прямых солнечных лучей. Но влажная ткань рубахи из мягкого хлопка, облепившая руки и грудь, подчёркивала рельеф далеко не худенького и немощного тела. Не воин, конечно, вряд ли Синь Юй утруждал себя физическими упражнениями, но и не лежал праздно целыми днями на кровати. Не страдал от голода и побоев. Видимо, не так уж и плохо жил.

– Ну что? – прервал тишину Вэй Лу, стараясь придать голосу немного беззаботности. – Расскажешь, наконец, во что ты нас впутал?

– Ты сам в это впутался, – нахмурив прямые брови, пробормотал Синь Юй.

– Не находишь, что в твоём положении уже как-то невыгодно ёрничать?

– Этот… Я не обязан перед тобой отчитываться.

Слова, произнесённые с ноткой цинизма, неприятно ужалили Вэй Лу, и тем не менее, возымев над собой усилие, он постарался сохранить спокойствие. Беззаботность, правда, исчезла из его голоса.

– Но ты обязан мне жизнью, иначе бы тебя забрал Заклинатель змей, или ты бы расшибся насмерть о скалы. А теперь прекрати испытывать моё терпение, – с улыбкой, способной рассечь чужое самообладание не хуже боевого кинжала, Вэй Лу блеснул хищным взглядом и без намёка на веселье произнёс: – Говори.

Синь Юй не стал смотреть ему в глаза, но прекрасно почувствовал сжигающее внимание чужого взгляда и напрягся. Однако гордость не позволяла ему стушеваться. Чуть вздёрнув подбородок, он сказал:

– Спрашивай. А эт… я подумаю, отвечать или нет.

– Почему за тобой гонится Заклинатель змей?

– Потому что я сбежал.

– Откуда?

– Из столицы.

– А от кого?

– Если скажу «от Заклинателя змей», ты себя идиотом не почувствуешь?

Идиотом, может, и не почувствует, но вот готовой взорваться пороховой бочкой – вполне. Пыхтя, словно бык, Вэй Лу с трудом заставил себя прикусить язык. В конце концов, если он переломает Синь Юю пальцы, тот не сможет его вылечить.

– Если ты бежал напрямую от Заклинателя змей, то работаешь непосредственно на государство… или что? Или ты из какой-то духовной школы, которая посадила тебя на поводок?

– Разве это имеет значение? Бежал, значит, надо было.

На удивление, фраза оказалась лишена колкости, произнесена довольно буднично и понуро. Вэй Лу немного помолчал, размышляя, с какой стороны теперь подойти к разговору.

– Значит, его зовут Асул… р…ра[24]. Асура. И вы друг друга знаете. Заклинатель змей подчиняется напрямую императору, ну либо старшим министрам, я там точно не знаю, как у вас всё устроено. Но почему тогда он пришёл за нами в одежде духовной школы Тайян[25], заклинателей-воинов? – размышлял вслух Вэй Лу. – Школа Тайян имеет хорошие отношения с императором, что позволяет им использовать государственных заклинателей для своих нужд. Так, что ли? Или наоборот? Государство пользуется их заклинателями? Но я не думал, что Тайян позволят Заклинателю змей притворяться одним из них. Либо не хотели привлекать внимания к заклинателю, либо…

– Либо ты слишком наивный, если думаешь, что духовные школы брезгуют заклинателями, – недовольно, под стать ворчащему старику, пробормотал Синь Юй. – Ты ведь в курсе, что духовные школы могут оставлять себе пойманные трофеи?

– Если заклинатели не совершали серьёзных преступлений, то да, – вздохнул Вэй Лу.

Даже если и звучало неплохо – оказаться на попечении у духовной школы – в реальности они предпочитали избавляться от пойманных заклинателей. Слишком много ответственности и расходов. Таланты большинства «нелегалов» меркли на фоне адептов светлого пути, которые видели своё предназначение в уничтожении нечисти и в борьбе с тьмой. Талантливые онейроманты и целители ещё имели шанс стать домашними питомцами с крышей над головой и полной миской риса. Поиски гадателей всегда становились болезненными: их способности проявлялись спонтанно в разном возрасте. А от экзорцистов и уж тем более некромантов все плевались, как от гнойников на теле этого мира. Слишком опасные люди.

Вэй Лу вновь вздохнул.

– Так что с тобой-то в итоге случилось? Ты бежал от государственных чинов, и теперь за тобой, как за лакомым кусочком и свободным трофеем, охотится школа Тайян? Они договорились с Заклинателем змей или что? Чего-то я не понимаю.

– Я и не прошу тебя понимать.

– Тогда что, расстаёмся здесь и ты сам по себе?

– …

– Тебе есть куда идти?

В опустившейся тишине чувствовалось столько безысходности, что Вэй Лу невольно пожалел Синь Юя. Характер у того не сладкий, однако в сложившейся ситуации держался он довольно неплохо.

– Есть. Вернусь только за слугой.

– А-а… не думаю, что это хорошая идея. Мы связали его и оставили в храме, когда появился Заклинатель змей.

– … – от услышанных слов Синь Юй прервал поток энергии, остановив исцеление раны. Застыв с широко распахнутыми глазами, он в замешательстве взглянул на Вэй Лу. – Вы ЧТО?! Оставили его там? Одного?!

Вэй Лу почувствовал себя неловко, громкий оклик невольно задел его совесть. Потупив взгляд, он тихо уточнил:

– А этот Заклинатель змей… он жесток?

– Пф. А чего спрашиваешь? – раздражённо бросил Синь Юй.

– В городке в горах у меня была пара любовниц. Девушка… она прибежала к храму, где вы остановились. Поначалу я действительно думал, что она сбежала из борделя, так как Хуан забрали… – от нахлынувших мыслей и понимания действительности Вэй Лу стало противно на душе, об него будто ноги вытерли. – Похоже, ищейки дышали тебе в спину и перевернули городок за считанные часы и через Хуа вышли на мой след. Если уж этот Асура запомнил моё лицо, её использовали, чтобы она точно указала на меня. Обставили всё так, чтобы её побег выглядел реалистичным. Заставили бежать в тонком халате холодным утром, сбивая ноги в кровь. Если б я не возился с твоей лошадью, то и не встретил бы её. Она тоже осталась в том храме. Она… вряд ли она могла что-то ещё сделать, как не подчиниться.

Помня вспышку злости, нахлынувшую на него при осознании, что Хуа неспроста оказалась на горной тропе, Вэй Лу стало немного стыдно. Он был достаточно порывистым, от чего мог и вред причинить. Может, и хорошо, что Асура показался на пороге в нужный момент.

На сердце потяжелело.

– В этом весь Асура, – устало вздохнул Синь Юй, продолжая исцелять рану собеседника. – Не верь его добрым речам. На публике он само очарование и вежливость, а по факту очень жесток. Если он шантажировал ту девушку твоей любовницей, можешь попрощаться с ней. С той Хуан.

– Лечи уже рану.

На некоторое время в пещере воцарилась удручающая тишина.

– Я закончил.

– Как вовремя, – невзирая на невнятное бормотание Синь Юя, Вэй Лу не постеснялся обернуться и наградить его колючим взглядом. – Сказать что-то хочешь?

– Слушай, я вовсе не поэтому…

– В глаза смотри, когда говоришь.

И вновь он увидел его лицо. Изящное, красивое, словно нарисованное рукой мастера. Синь Юй не решался смотреть в глаза. В общем-то, и к лучшему. Вэй Лу в очередной раз пришлось себя одёрнуть, буквально заставить взорвавшееся в груди пламя угаснуть. Упрямо мотнув головой, он шумно выдохнул.

Предпочёл вернуться к ранее поднятому разговору:

– В любом случае… ты вообще уверен, что твой слуга и Хуа ещё в городе?

Синь Юй кивнул.

– Если они нам хотя бы немного дороги, Асура будет использовать их до последнего. Как приманку. Не знаю насчёт твоей любовницы, но он прекрасно знает, что дядюшка Бо[26] мне дорог.

Дядюшка Бо. Обращение к обычному слуге в столь тёплой манере невольно удивило Вэй Лу, отчего он приподнял брови. Так непривычно слышать от дерзкого аристократа подобные речи. Похоже, тот дядюшка Бо действительно был ему дорог. Да и наверняка Синь Юй значил для того не меньше, раз согласился бежать вместе с ним. Такие крепкие связи встречались так же редко, как клюв феникса или рог единорога. Вэй Лу это подкупило.

– Что ж, значит, нам придётся вернуться, – в беззаботной манере подметил Вэй Лу. – Хуа, конечно, указала на меня, но она ни в чём не виновата, просто пыталась выжить. Её можно понять. И раз тебе дорог тот старик, то нельзя бросать близкого человека в беде.

Сказал бы кто несколько часов назад, что он преисполнится энтузиазма спасать чьего-то слугу, Вэй Лу ни за что бы не поверил. Да и сейчас, наверное, хотел хлопнуть себя по лбу. Но что-то в обращении «дядюшка Бо» тронуло его за душу. Только слова об этом человеке из всех колких замечаний Синь Юя выглядели живыми и не наигранными. Вэй Лу не понаслышке знал цену дорогим сердцу людям… Каково это, когда родные и близкие погибали.

Синь Юй в негодовании смотрел на Вэй Лу, промолчал, но в этом молчании ощущалась благодарность. Хотя бы за то, что последний не высмеял его желание спасти обычного слугу.

Но идиллия быстро разрушилась.

– Это исключено.

Эти слова заставили двух задумавшихся заклинателей вздрогнуть. На входе в пещеру стоял Вэй Учэнь.

– Брат… – суетливо поднявшись на ноги, Вэй Лу попытался объясниться, но его и слушать не желали.

– Вы совсем дураки? Рисковать жизнями из-за слуги и проститутки?

– Но ведь…

– Дядюшка Бо не просто слуга! – взвился Синь Юй, решительно приблизившись к Вэй Учэню. – Он был верен моей семье, заботился обо мне с детства, заменил отца и товарища, когда моего родного… Я обязан спасти его! А если у тебя, проходимца, сердца нет!..

– Тогда проваливай, – жёстко осадил его Вэй Учэнь, заставив от неожиданности чуть отпрянуть и растеряться.

– Что?

– Может, сердца у меня и нет, зато умом я не обделён.

– Слушай, брат, это…

– И этот самый ум спасал тебя каждый раз! – внезапно прикрикнул Вэй Учэнь, сурово глянув на Вэй Лу. Эхо его голоса ударило по пещере, ввергнув Вэй Лу в растерянность. – Только ум помогает нам до сих пор оставаться живыми. В эмоциях и глупых привязанностях нет правды. Никуда ты не пойдёшь. А еслиэтот хочет попасть прямо в лапы Заклинателя змей, то пусть проваливает.

– Какой же ты отвратительный и бессердечный. Ни капли понимания о чести!

– С честью знакомы те, кто сейчас в гробах отдыхает, – стрельнув жгучим взглядом, зашипел Вэй Учэнь.

– Ну и отлично! От вас больше проблем, чем пользы!

Вэй Лу в растерянности наблюдал за происходящим. Не ту стратегию выбрал Синь Юй, чтобы склонить Вэй Учэня помочь им в спасении ни в чём неповинных людей. Своими эмоциональными порывами он лишь расшибся о скалы холодного расчёта. И вид того, как он с гордостью обходит Вэй Учэня стороной, скрываясь у выхода пещеры, вызвал у Вэй Лу чувство неловкости.

Старик Тай У, вернувшийся парой мгновений раньше, глядя на картину, только сокрушённо покачал головой и обиженно пробормотал:

– Он же мог нам денег дать…

– Нет у него больше денег, – силясь подавить раздражение, подметил Вэй Учэнь. – Он ведь беглец. Где ему ещё их взять? Сдохнет и…

Не успел он завершить мысль, как Синь Юй вернулся в пещеру с гордостью, которой позавидовал бы сам император. Невозмутимо прошествовав мимо людей, он уселся на циновку, на которой недавно лечил Вэй Лу, и скрестил руки на груди. Упрямо вздёрнув подбородок и помолчав, он произнёс:

– Одежда этого достопочтенного всё ещё сохнет. Вот высохнет и достопочтенный уйдёт.

– …

В до боли неловком молчании, держащимся на разбухшем чувстве собственного достоинства Синь Юя, присутствующие обменялись напряжёнными взглядами. Натужный смешок, который не удалось сдержать Вэй Лу, острым кинжалом вспорол тишину. Но осуждающий взгляд Вэй Учэня моментально заставил его умолкнуть.

– Господин Вэй, – обратился к старшему из братьев Тай У. – Нам в любом случае стоит вернуться. Господин Бо показался мне хорошим человеком, к тому же он знает, куда направляется молодой господин Синь. Если мы желаем получить вознаграждение, то все попадём под удар. Что, если Заклинатель змей прибегнет к пыткам?

– Учэнь, – подключился к разговору Вэй Лу, – мы все уже в это впутаны. И если есть возможность спасти господина Бо и милую Хуа, то…

– С чего вы вдруг все стали такими дружными дураками? Вы этого человека знаете от силы несколько шичэней, – с пренебрежением указав на Синь Юя, нахмурился Вэй Учэнь. – Нам нужны только деньги. Денег он нам больше не даст.

– Учэнь…

– Хватит.

– Но ведь Синь Юй исцелил мою рану!

– Которую тебе нанесли из-за него, – ошпарив Вэй Лу гневным взглядом, Вэй Учэнь помрачнел ещё сильнее. – Думай головой. Касается всех.

Никто не рискнул вставить слово.

– Хватит полагать, что вы в какой-то сказке. Если белоручка ещё может себе позволить мечтать о чести и доблести, то вы хоть не позорьте себя, – с неприязнью нахмурился Вэй Учэнь. – Помощь людям кормит нас, но порой эта самая помощь вполне может и убить. Спастись от ищеек нам позволила воля случая. Если аристократишка хочет вернуться, то пусть возвращается. А ты, Лу… тебе там делать нечего. Эта девчонка пустила тебе холодную стрелу в спину[27].

– Но она пыталась выжить…

– А ты, как посмотрю, так и бежишь навстречу смерти. Забудь о временных привязанностях, Лу, – с горечью пробормотал Вэй Учэнь, – лучше думай о том, как бы самому выжить.

### Глава 6. На заклинателя нападают

К вечеру вновь наползли тучи с горного массива, и заморосил мелкий дождь. Путешествовать в столь промозглую погоду, да ещё и в тёмное время суток, даже для опытных путников не всегда безопасно. Однако благодаря неприятным погодным условиям появился шанс замести за собой следы и уйти от государственных ищеек.

Натянув на голову капюшон плаща, Вэй Лу с неспокойным сердцем смотрел вслед удаляющемуся Синь Юю. Они распрощались парой скомканных фраз, в которых весомо ощущалась обида молодого аристократа. Глядя на него, Вэй Лу прекрасно понимал, что тому не выжить в одиночку. Его либо поймают ищейки, либо сожрут волки.

– Лу, не стой, как деревянный петух[28], пойдём.

На оклик он обернулся с видом несчастного побитого щенка, отчего Вэй Учэнь глубоко вздохнул и едва ли не закатил глаза.

– Брат…

– Нет.

– Ну… ну не можем же мы вот так его оставить.

– Можем. И оставим, – категорично заявил Вэй Учэнь. – От него никакой пользы, и помогать ему в спасении слуги я не вижу смысла.

– Но что плохого в том, чтобы помочь ему спасти близкого человека? Будь мы на их месте, разве бы ты не хотел заручиться чьей-то поддержкой?

– Мы не на их месте. Вэй Лу, тебе что, горный воздух голову продул? Сначала та проститутка, теперь этот белоручка – стоит появиться симпатичному личику, и у тебя исчезает способность здраво мыслить.

Обвинения Вэй Учэня больно задели Вэй Лу. Он отвёл взгляд и насупился, не сказав ни слова. Стоя близ леса у небольшой поляны под склоном горы, он подставлял лицо усиливающемуся ветру, вырывающему непослушные локоны из причёски. Конечно, он грешил тем, что привязывался к симпатичным людям, и речь шла далеко не про интимную близость. Синь Юй ему не особо понравился: уж явно не после того, как тот отреагировал на его слова о любовницах. Но он хотел спасти обычного слугу, рискуя свободой. Подобная самоотверженность невольно подкупала.

Вэй Лу понимал скептичность Вэй Учэня. Они выживали. Они мчались за деньгами, а не доблестными подвигами. В прошлом могли напасть на прохожего ради пары медяков, чтобы купить себе скудный ужин. Вэй Лу прекрасно помнил времена нужды, однако его воспитывали далеко не как разбойника.

– Отец говорил, что если есть шанс помочь человеку, не вредя себе и своим интересам, нужно помогать.

– Ага. И где он теперь после этого?

Слова сорвались слишком быстро, поразив Вэй Лу прямо в самое сердце. Вздрогнув и нахмурившись, он отвернулся, с болью вспоминая об отце, чьи действия сгубили их семью.

Меньше всего хотелось окунаться в прошлое, поэтому, отмахнувшись от него, Вэй Лу вернул внимание Вэй Учэню. Собственные слова, видимо, и его самого укололи острой иглой, отчего тот с прискорбным видом уставился себе под ноги.

– Нас так или иначе будет преследовать Заклинатель змей, – сказал Вэй Лу. – У Синь Юя нет при себе денег, но сам по себе он является ценным приобретением. Он целитель. Ни ты, ни я в этом не разбираемся. Иметь при себе подобного дельца довольно прагматично и выгодно. Он сказал, что собирается где-то укрыться, может, и нас приютит. А если ему некуда идти, то пусть идёт с нами и отработает долг за помощь. Как тебе идея?

Вэй Лу думал на ходу, однако молчание со стороны Вэй Учэня вселяло надежду на положительный ответ. Они умеют скрываться: научились за минувшие двенадцать лет. Одним человеком больше, одним меньше – разницы не сыграет.

– Почему ты так хочешь ему помочь?

Вэй Лу и сам с трудом мог ответить на этот вопрос. Да, ему импонировала мотивация Синь Юя спасти близкого человека, несмотря на сопутствующие риски, но этого все ещё было недостаточно. Не исключено, что его подкупило симпатичное лицо. Пусть и прошли только сутки с момента их знакомства, однако Вэй Лу казалось, что миновала уже целая неделя – столько событий произошло.

– Потому что могу. А, как известно, за каплю помощи платят целым потоком благодати. Синь Юй наверняка не забудет этого.

– …

Красноречивое молчание Вэй Учэня вынудило Вэй Лу неловко засмеяться.

– Тебе определённо голову повредило после падения со скалы, – пробормотал Вэй Учэнь, обернувшись к Тай У, что стоял неподалёку в желании поскорее убраться в безопасное место. – Настоятель, мы пойдём за аристократом, поможем вызволить слугу и…

– И ещё Хуа.

– Я тебе язык вырву, если вновь перебьёшь меня.

– Понял.

Закатив глаза и покачав головой, Вэй Учэнь вновь обратился к Тай У, который заметно погрустнел, не обрадовавшись озвученной идее.

– Вас ищейки не видели, поэтому можете идти своей дорогой, незачем топтаться с нами.

– Учитывая, что эти ищейки смогли вычислить любовницу вашего младшего брата, уверен, что и про моё сотрудничество с заклинателями они смогли прознать, – рассудил Тай У, с раздражением глянув за спины молодых людей. – Этого настоятеля беспокоит, что молодой господин Синь держит путь в место, куда хотели пойти и мы.

– С чего такая уверенность? – нахмурился Вэй Учэнь. – Мы ведь хотели остановиться у вашего знакомого-настоятеля из храма близ Белого озера.

– Молодой господин Синь, может, и не делился информацией, зато с его слугой удалось разговориться. Тот обмолвился, что они смогут заплатить за убежище, им лишь нужно добраться до запасов жемчуга.

– Запасов жемчуга? – подключился к беседе Вэй Лу. – Белое озеро славится пресноводными мидиями, обладающими магическими свойствами. Но они обитают глубоко на дне, где, по легенде, сам Дракон восточного моря обронил свою священную чешую. Поэтому их добычей в основном промышляют последователи местной духовной школы.

– Да, духовная школа Бянь Сэ Лун[29], как и большинство на западе, практикует путь скрытности, – согласился Тай У. – Они единолично добывают и продают жемчуг в столицу.

– И что с того? – так и не пришёл к логическому заключению Вэй Учэнь. – Допустим, у Синь Юя есть там дом с закупленным жемчугом и… а.

– Вот именно, – захлопав ресницами, с важным видом вздёрнул подбородок Тай У и нерадостно хмыкнул. – Откуда у заклинателя из духовной школы Тайян в распоряжении дом с запасами жемчуга, если ему и шагу в сторону не дают ступить без надзора? Имущество его клана уже давно распределили между собой чиновники. Молодой господин пусть и аристократ, но максимум, что у него есть – это особняк в столице да прислуга. Не больше.

– Выходит, у Белого озера есть тот, кто ожидает его прибытия? – коснувшись подбородка, задумчиво пробормотал Вэй Учэнь. – И этот человек достаточно богат, чтобы закупиться жемчугом?

– Слушайте, это всё очень хорошо, но давайте сначала нагоним Синь Юя, а затем стрясём с него этот жемчуг… про который ты, старый пень, почему-то удосужился упомянуть только сейчас.

– Вот же хам, – прищурился Тай У, с брезгливостью глянув на Вэй Лу, – ты как со взрослыми разговариваешь? Где твоё уважение?

– Там же, где и мои украденные деньги за заказ.

– …

– …

– Довольно, – оглядев бранящуюся парочку, Вэй Учэнь предпочёл не подключаться к спору, а вернуться к делу. – Настоятель, вам лучше подождать нас в пещере.

– А если вы помрёте?

– То можете уходить утром. Ночью небезопасно передвигаться, особенно в горной местности.

Иными словами – не сбежать ему, не позаботившись о предоставлении убежища для всех, кто оказался с ним в одной лодке и в ветер, и в дождь[30]. И эта самая лодка вот-вот грозила пойти ко дну.

Вэй Учэнь не испытывал ни малейшей радости от намерения поддержать Синь Юя, в то время как Вэй Лу чуть ли на бег не сорвался, нагоняя молодого господина. Ему с трудом давалось понимание, отчего в нём проснулось столь ярое желание оказать помощь. В голове жужжала навязчивая мысль, напоминающая комариный укус, что не даёт покоя. Ещё ни к одному из заказчиков Вэй Лу не испытывал подобного любопытства и дразнящей эмпатии. Может, всё дело в том, что он впутался в опасное дело и считал себя обязанным помочь собрату-заклинателю? Синь Юй обвинил их в отсутствии чести и достоинства. Возможно, поэтому Вэй Лу желал доказать обратное? Он ведь не всегда был разбойником!

– Эй! Подожди! – воскликнул Вэй Лу.

Синь Юй не остановился, только обернулся, но никак не отреагировал на приближение Вэй Лу. Лишь его взгляд сделался мрачным и недовольным.

– Чего тебе? – с долей ощутимой обиды поинтересовался он. – Совесть, что ли, проснулась?

– Можно и так сказать… Но я смог убедить брата помочь тебе, если ты отправишься с нами. Помощь целителя нам не помешает. Да и старик обмолвился, что у тебя есть запасы жемчуга.

– Так и скажи сразу – хочешь получить оплату, а не помочь.

– Не забывай, что под ударом оказалась и милая Хуа, а не только твой слуга. Да и… действительно было бы глупо помогать тебе от чистого сердца, ведь мы с тобой едва знакомы.

– Спорить не буду.

– Значит, принимаешь нашу помощь? Один ты вряд ли справишься.

– Раз один вряд ли справлюсь, выбора не остаётся.

Невзирая на недовольное бормотание Синь Юя, Вэй Лу не удержался от тёплой улыбки. Тот факт, что он не стал строить из себя гордеца, порадовал его.

Довольно странное чувство. Вот так просто кому-то помогать не ради денег и наживы. Порой братья Вэй оказывали услуги бедным крестьянам, находящимся в нужде. И даже несмотря на то, что Вэй Учэнь не испытывал особой радости от пустого кармана за предоставленную помощь, люди старались отблагодарить их хотя бы чашкой риса или возможностью переночевать под крышей дома.

Вэй Лу знал причину, по которой Вэй Учэнь цеплялся за выгоду и раздражался от благотворительности. После того, как они стали сиротами, на его плечи легла непосильная ноша – уберечь от смерти не только себя, но и маленького десятилетнего мальчика, не знавшего до этого суровой жизни попрошайки. Оказывая кому-то безвозмездную помощь, Вэй Лу будто вытирал ноги о труды Вэй Учэня.

«Но сейчас-то мы уже не дети и с голоду не помираем. Нас преследует лишь одна проблема в лице этого парня. Пусть и по его вине, но прошлого не изменить. Так почему бы не найти… друга?» – хотел уже подумать Вэй Лу, но с горечью отпустил эту мысль. В лучшем случае они с Синь Юем исчезнут друг для друга, как жёлтые журавли в небе, не став накликать на себя беду.

До городка оставался шичэнь ходьбы, но накрапывающий дождь, опустившийся на лес вместе с лёгким туманом, замедлил передвижение. Под кронами высоких сосен света стало ещё меньше. Вэй Лу беспокойно оглянулся, но не приметил ничего подозрительного. Они шли рядом с дорогой, но старались не выходить на неё, чтобы избежать встречи с патрулём.

Над макушками леса пролетали птицы, на которых обратил внимание и Синь Юй – то были И Шоу, которых Вэй Учэнь распустил осматривать местность. Ночь ещё не наступила, но из-за плотных дождевых туч опустившаяся тьма позволяла дать волю духам-хранителям.

Думая об этом, Вэй Лу дотронулся до костяной маски, покоящейся за пазухой – острые края костей прощупывались сквозь одежду. Бай Шоу был слишком приметным в отличие от птиц. И с этой мыслью, сообразив, что шаги позади затихли, Вэй Лу остановился и обернулся. Синь Юй, пройдя ещё немного, в негодовании последовал его примеру.

– Брат?

На оклик Вэй Учэнь не отреагировал, смотря в одну точку у ветвей сосны. С каждым мигом выражение его лица становилось нечитаемым, в глазах потух огонёк осознанности. Он наблюдал за окружением через глаза птиц, а пришёл в себя столь же быстро, как и погрузился в транс. Но куда сильнее Вэй Лу озадачило, насколько резво Вэй Учэнь сорвался с места и, минуя их, устремился лишь в известном ему направлении.

В негодовании переглянувшись, стоящие рядом друг с другом заклинатели побежали следом.

– Брат! Что случилось?! – в тщетной попытке позвал его Вэй Лу.

Теряясь среди высоких сосен и кустарника, Вэй Учэнь резво нёсся в направлении города, сопровождаемый птицами. Вэй Лу понял причину его странного поведения мгновением позже, ощутив стойкое присутствие тёмной ци, характерной для злых духов. Но почему Вэй Учэнь сорвался на бег, а не сказал им соблюдать бдительность?

Ответ на вопрос они засвидетельствовали довольно быстро. И чем ближе он становился, тем ощутимее замедлялся Вэй Лу, пока не перешёл на шаг и не оказался на небольшой поляне. Высокое дерево росло близ устья горной реки, подле которого шла единственная дорога к городку. Но не местная флора заинтересовала Вэй Лу, а повешенные люди.

Покачиваясь на ветру под открытым небом, тела были выставлены на всеобщее обозрение для проходящих мимо путников. Алые ленты закрывали глаза покойников, свидетельствуя об их причастности к колдовству. Подобный вид казни являлся отличительным почерком ищеек, демонстративно показывающих свою силу и неприязнь к тёмным заклинателям. Только в данном случае имелось одно большое «но» – двое повешенных не являлись тёмными заклинателями.

Застыв в исступлении, Вэй Лу никак не мог осознать представшую перед глазами картину. Он будто видел дурной сон наяву. Внутри всё затрепетало от неприятного жгучего раздражения. Лишь глухой звук позади заставил его прийти в себя и обернуться на Синь Юя, упавшего на колени.

Краски моментально схлынули с румяных щёк, в вечернем полумраке его кожа выглядела мертвенно-бледной. Распахнутые в ужасе глаза блестели тревогой и болью.

– Дядюшка… – в рваном вздохе сорвался с губ Синь Юя нервный шёпот.

На верёвках покачивались тела юной девушки со сбитыми коленями, а также мужчины средних лет в хлопковых одеждах. Проститутка и слуга, Хуа и дядюшка Бо. Вэй Лу никак не ожидал запечатлеть подобную картину, а Синь Юй и вовсе потерял всякую связь с реальностью. Он смотрел на дядюшку Бо в таком ужасе, что наигранными эти эмоции никак нельзя было назвать.

Вэй Лу вновь посмотрел на Хуа. Она не подавала признаков жизни, её стройное тело намокло под дождём. К счастью, она не занимала отдельного места в его сердце, однако это не означало, что Вэй Лу всё равно. Увидеть её в столь непотребном виде, выставленную на всеобщее обозрение с алой повязкой на глазах, оказалось не просто непростительно. Жгучее раздражение ударило по сердцу Вэй Лу. Ему даже послышалось, как плачет милая Хуа, умоляя сохранить ей жизнь…

Но от того, как дёрнулись его спутники, даже Синь Юй пришёл в себя: Вэй Лу сообразил – плачь раздавался вовсе не в его голове.

Стройные стволы сосен окружали их плотным кольцом, за пределами которого простирались каменистый берег и бушующий поток воды. Из-за поднявшегося ветра кусты и мелкие деревья создавали обманчивое впечатление чужого присутствия.

Вэй Лу моментально отбросил сентиментальность. Насторожился, прислушиваясь к разносимому по лесу тихому завыванию, пока туман всё плотнее прилегал к земле.

– Надо уходить, это не обычный туман, – обмолвился Вэй Учэнь, – мертвецы привлекли нечисть.

Теперь Вэй Лу воочию убедился в жестокости Заклинателя змей, отчего испытал смешанные чувства – страх и злость. И в то же время в сердце промелькнуло нечто, напоминающее восхищение подобной решимостью в своих действиях. Только искра быстро потухла, да и рассуждать о причинах и следствиях оказалось некогда. Вэй Лу уже по привычке собирался броситься прочь, не видя смысла сражаться с нечистью, однако стоило ему добежать до кромки леса, как внимание вернулось к Синь Юю, продолжающему стоять на коленях.

– Эй! Поднимайся, нам надо!..

Отреагировав на тень, выскочившую из тумана, Вэй Лу тут же отпрыгнул, успевая увернуться от острых когтей. Размытый, искажённый тёмной энергией силуэт собаки с разлагающимся телом опустился на поляну, преграждая путь к Синь Юю. В нос ударил отвратительный запах аммиака и терпкой гнили. Духи леса поднимались из волн белого тумана, издавая шипение и слабое завывание.

Их окружали. Причём довольно быстро, что вызвало у Вэй Лу недовольство – обычные мертвецы не притягивали нечисть в таком количестве. Если только речь не шла о неупокоенном духе.

Дрожащий болью плачь коснулся слуха, сменившись оглушительным ненавистным воплем.

– Вэй Лу!

Оклик Вэй Учэня помог быстро отреагировать, но увернуться не удалось. На Вэй Лу, словно из ниоткуда, набросился тёмный силуэт, вцепившись в плечо острыми когтями и потащив прочь.

– Лу! – только хотел за ним броситься Вэй Учэнь.

– Нет! Уведи Синь Юя! Я справлюсь! – Потерялся в тумане звук его голоса.

«Я справлюсь» – один гуй он справится. Вэй Лу выкрикнул эти слова, желая лишь оградить Вэй Учэня от опасности, да и если бы тот ринулся за ним, то твари вполне могли разорвать Синь Юя в клочья. Вэй Лу казалось, что призрак утаскивал его бесконечно долго, пока в один миг, разъярённо взревев, не отбросил на берег.

Острые камни болезненно впились в спину, разрезая кожу. Вскрикнув от боли, Вэй Лу с трудом пересилил желание зажмуриться. Адреналин помог ему подняться на ноги, но не так просто оказалось отыскать опору. Дождь ещё не смочил булыжники, чтобы сделать их скользкими, но вот близость горной реки не на шутку испугала Вэй Лу. Если он попадёт даже на мелководье, подняться будет трудно.

В языках тёмной дымки из леса выбрался призрак, которого ему удалось рассмотреть и в следующий миг ощутить болезненный приступ слабости. Длинные волосы развивались гремучими змеями, путались с полосами алой ленты на глазах. Израненные ноги растворялись в тёмном тумане. Даже в обличии неупокоенного злобного духа Вэй Лу сразу узнал свою любовницу. Это лишь означало, что Хуа не хотела умирать и, задыхаясь от сдавливающей шею петли, испытывала безумный страх, отчаяние и злость.

Жалобный плач разлетелся по округе. Из горла призрака вырывались рваные завывания.

– Убили… из-за тебя… из-за тебя!

Сорвавшись на злобный вопль, Хуа налетела на Вэй Лу безумным зверем, выставив перед собой острые когти. Удар, пришедшийся на камни, расколол булыжники. Не попав в цель, злобный дух разгневанно заверещал, вновь метнувшись к жертве.

Поражённый таким развитием событий, Вэй Лу только и делал, что уклонялся от ударов призрака. В его душе поднялась буря эмоций. Хуа убили из-за него, выставили на всеобщее обозрение, как знак предостережения для других, как какую-то вещь, не проявив ни капли сострадания. Милый прекрасный цветок, пытающийся выжить в суровом окружении, в мгновение ока обратился ядовитым плющом.

Защищаясь от ударов тёмной ци и уклоняясь, Вэй Лу и представить не мог, что миниатюрное создание способно испытывать подобную ярость.

– Из-за тебя! Не прощу! Не прощу!

Он даже окликнуть её не мог. Не решался. Та, кто целовала его по ночам, кто скромно улыбалась и сворачивалась в тёплой постели клубочком, словно котёнок, сейчас ненавидела его и проклинала. Пусть Вэй Лу и понимал, что его любовницы находились с ним из-за денег, в глубине души он надеялся, что их тёплые чувства являлись хотя бы немного искренними. Ведь он, как бы ни сопротивлялся своим чувствам, симпатизировал им. И оттого слышать, как такой человек – уже дух – проклинал и осыпал его градом ненависти, было очень больно.

Больно и оттого, что он так или иначе наслал на Хуа беду.

И с этим уже ничего не поделать.

Раздражённо скривившись и отринув сожаления, Вэй Лу прижал плотнее к груди маску из кости оленя, устремляя к ней поток энергии.

– Бай Шоу, явись!

Скопившаяся духовная сила отделилась от него, хлынув в направлении Хуа и ударив силуэтом белоснежного оленя. Практикуя в большей степени онейромантию, Вэй Лу не мог использовать полный спектр своих способностей. Тем не менее он знал и другие науки, как, например, базовый призыв духа-хранителя. Бай Шоу имел неплохие шансы совладать с озлобленной Хуа, поэтому, повинуясь мысленным указаниям хозяина, бросился в атаку.

Собирая частицы тёмной ци и становясь сильнее, Бай Шоу довольно ловко преграждал путь Хуа, после чего целился в неё рогами. Она с раздражением отмахивалась, пыталась обойти зверя и добраться до Вэй Лу, однако хватило и фэня боевых танцев, чтобы понять – пока она не разберётся с оленем, до него ей не добраться. Яростно завизжав, Хуа бросилась на Бай Шоу.

Мигом позже над лесом поднялась стая птиц – Вэй Учэнь также ввязался в схватку.

Вэй Лу опасался, что звуки сражения привлекут к ним ищеек, которые наверняка продолжали их поиски. Понимая, что нужно заканчивать, он дал мысленную команду усилить натиск. Рёв Бай Шоу до боли напоминал мычание коровы, но куда более низкое и протяжное. Встав на дыбы и замахав передними копытами, он возвысился над Хуа и заставил её растерянно завалиться на спину. Она только-только стала призраком и ещё помнила рефлексы человеческого тела. Эта заминка помогла Бай Шоу с силой обрушиться на неё и придавить к земле.

Всё же мощью олень превосходил Хуа, чья свирепость ещё не воспылала обжигающим пламенем. Однако, обращённая злым духом, она продолжала дёргаться и верещать, утопая в безумии.

Тяжело дыша и наблюдая за происходящим, Вэй Лу ощущал, как в душе опадает пепел эмоций: горький и хрустящий. В голове так невовремя прозвучали слова, которые Вэй Учэнь повторял ему раз за разом: «Не привязывайся к людям, сделаешь хуже только себе». Вэй Лу пытался, честно пытался следовать наставлению, однако он оказался не властен над своим сердцем. После того, как вся его родня погибла, он лишился источника человеческого тепла и близости, утратил внимание ласковых улыбок: больше его никто не баловал и не говорил, какой он умница. Вэй Лу успел слишком хорошо распробовать вкус сладкой жизни, чтобы позабыть его, поэтому и пытался на протяжении последних двенадцати лет искать этот вкус где угодно, наслаждаясь даже малыми крохами.

И теперь из-за его эгоистичных порывов молодая прекрасная девушка обратилась озлобленным призраком. Может, это и неудачное стечение обстоятельств, а прямая вина не лежала на плечах Вэй Лу. Но думай он побольше головой, а не сердцем, то не стал бы на протяжении семи месяцев посещать одних и тех же любовниц.

Хуа продолжала визжать под копытами Бай Шоу.

Подойдя и опустившись позади неё на колени, Вэй Лу обхватил её голову руками, стараясь удержать на месте. Всё, что было в его силах, это унять ярость озлобленного призрака и постараться упокоить его. Тёмная ци, исходящая от Хуа, обжигала ладони, но он смог постепенно унять бушующее пламя, манипулируя потоками. Территорией онейромантов являлись не только сны, но и человеческое сознание, хрупкая структура души.

Дух Хуа перестал биться, словно рыба в сетях, постепенно успокаиваясь. Шумное рычание утихало, лицо расслабилось, что помогло Вэй Лу узнать знакомые черты. Милая Хуа. Теперь, несмотря на повязку на глазах, она действительно стала той милой и желанной красавицей.

– Господин…

От звука её голоса сердце Вэй Лу упало, сбрасывая нежную оболочку спокойствия. В груди защипало от нахлынувших грусти и чувства вины.

– Простите, что показала на вас… я не хотела… у меня не было выбора, иначе бы убили Хуан… простите.

– Тебе не за что извиняться, – только и смог пробормотать Вэй Лу, ощущая под ладонями лишь прохладу призрачного облика. Всё тепло и мягкость, которые помнили его руки, безвозвратно исчезли. – Это мне нужно просить прощения. Я помогу тебе… избавиться от холода.

Всё, что оставалось в его силах – помочь Хуа отыскать покой. Она более ничего не сказала, да и смысла в словах Вэй Лу также не видел. Он погладил призрака по щекам, смахивая невидимые слёзы, и сосредоточился на процессе упокоения души. Но в следующий миг свист ветра над головой, подстегнувший инстинкт самосохранения, заставил его в испуге отпрянуть.

Прямой тонкий меч упал с неба, белой стрелой пронзив шею призрака. Хуа издала болезненный сдавленный хрип, вздрогнув всем телом. Вэй Лу подумал, что удар предназначался ему или Бай Шоу, однако мгновение спустя сообразил, что при таком раскладе оружие не стало бы падать чётко на Хуа.

Застыв в исступлении, Вэй Лу продолжал смотреть на цзянь[31], на рукояти которого под порывами ветра поигрывала кисточка из серебристых нитей. Оружие вибрировало, источая светлую энергию, разъедающую озлобленного духа. Частица за частицей его силуэт распадался, словно пепел после пожара. Хуа успела издать хриплый сдавленный писк, наполненный страхом, прежде чем исчезнуть под проливным дождём.

Вэй Лу смотрел перед собой и глазам не верил. Быть может, он чего-то не понимал, и подобным образом проходил ритуал очищения, хотя всё выглядело так, словно душу Хуа расщепили в пыль.

Меч завибрировал и, вырвавшись из камня, взметнулся вверх и полетел прочь. Одёрнув себя, Вэй Лу тут же подскочил на ноги и проследил за траекторией полёта, тянущейся на противоположный берег реки к скалистому обрыву. Запрокинув голову, он увидел, как оружие вернулось в руку хозяина. С дальнего расстояния Вэй Лу увидел лишь одежды цвета песка и серебра, но этого оказалось достаточно, чтобы опознать Заклинателя змей.

В душе похолодело настолько, что дождь показался невероятно обжигающим. Замерев, словно мышь под грозным взором филина, Вэй Лу даже не знал, как себя вести. Неужели ему теперь придётся вступить в бой с Асурой?

Сердце пропустило удар, кадык нервно заходил вверх-вниз.

Стоя на обрыве, Асура вытянул перед собой руку и разжал пальцы, позволив клинку упасть и зависнуть в воздухе у своих ног. Вэй Лу приготовился к тому, что придётся отбиваться от последующей атаки, однако Асура лишь ступил на меч и, задержавшись на миг, устремился прочь, скрываясь за пеленой дождя.

Провожая его потерянным, недоумевающим взглядом, Вэй Лу пришёл в полнейшее негодование. Тот, кто гнался за ним этим утром, как голодный волк за зайцем, вдруг отпустил его. Даже не так. Не просто отпустил, а демонстративно уничтожил призрака, которого сам и создал. Чего он этим добивался? Хотел проверить способности Вэй Лу или просто понаблюдать за душещипательной трагедией?

У Вэй Лу всё перевернулось с ног на голову от нахлынувшего раздражения. Шумно дыша и сжимая кулаки, он хотел броситься в погоню и, схватив Асуру, размозжить его голову об острые камни. Гнев кипел в нём, как пена в океане во время шторма.

Уж не знал Вэй Лу, к чему приведут его дальнейшие события, однако одним своим выпадом Асура пронзил не только душу Хуа, но и его гордость.

Какую бы игру ни затеял Заклинатель змей, Вэй Лу решил для себя с непоколебимой ясностью: если он попадётся ему на глаза, то на цивилизованную беседу пусть не рассчитывает.

### Глава 7. Заклинателю снится дурной сон

Большой пруд с кувшинками, окружённый плакучими ивами, сохранял привычную тишину и спокойствие. Маленькие островки, на которых возвели декоративные пагоды, алели пятнами на фоне зелени сада и серости неба. Небольшой уголок рая, полнящийся запахом влаги и умиротворённой тишиной, в обычное время разбивался кваканьем лягушек.

Матушка всегда раздражалась из-за этих звуков, так тесно связанных со знойным летом. Она приказывала слугам чуть ли не каждый год вылавливать зелёных и склизких созданий, но они постоянно возвращались. Деду и бабушке также не нравился гомон мелких земноводных, поэтому сад с прудом в дальней части территории поместья стал для Вэй Лу и Вэй Учэня небольшим укромным уголком.

А ещё сюда часто наведывался отец.

Осматривая воссозданный образ дома в сновидении, Вэй Лу наблюдал за фантомом отца в дорогих одеждах. Такая нелепая картина: молодой статный аристократ, облачённый в дорогостоящие шёлковые одеяния с золотой вышивкой, сидел на берегу, словно крестьянский рыбак, прикрываясь соломенной шляпой. Но отцу нравилось это увлечение: он учил Вэй Лу ловить рыбу, пока Вэй Учэнь в сторонке рисовал углём пейзаж. Вэй Лу прекрасно понимал, что Вэй Учэню нет никакой радости и интереса возиться с удочками, но для него это всё равно лучше, чем слушать нравоучения бабушки и дедушки.

Отец отличался добрым сердцем и мягким характером, однако это не делало его бесхребетным. Он готовил детей к тяготам взрослой жизни и ответственности за главенство в секте тёмных заклинателей, но не лишал их возможности выбора. Дедушке такой подход воспитания не нравился, он считал отца Вэй Лу, своего сына, чересчур свободолюбивым и наивным.

Повзрослев, Вэй Лу с горечью признал, что, возможно, дед смотрел на мир куда более ясным взглядом. Возможно, будь отец не таким сердобольным и эмпатичным, трагедии удалось бы избежать. Может, выжили бы не только они с Вэй Учэнем.

Об этом Вэй Лу оставалось лишь гадать, пока туманный образ в голове, размыто напоминающий отца, рыбачил на берегу пруда. Каждый раз, появляясь в этом месте, Вэй Лу преисполнялся тоски по утерянному прошлому и никак не мог перестать мучить себя воспоминаниями о доме.

– Какое красивое место.

Спесь тоскливой мечтательности разошлась подобно тучам[32]. Почувствовав, как сжалось сердце, Вэй Лу не шелохнулся, но его глаза испуганно округлились, по телу пробежали мурашки. Медленно отвернувшись от глади пруда, он в полнейшем недоумении устремил взгляд на человека, стоящего в паре чжанов на дорожке, вымощенной серым камнем. Костяная маска со змеиными клыками, прикрывающая верхнюю часть лица, ярко контрастировала с тёмной зеленью сада.

– А ты, оказывается, и боец неплохой. Будь это близкая тебе девушка, ты бы и вовсе не сдерживался в бою, да?

– …

– Я о проститутке, если достопочтенный заклинатель не понял.

У Вэй Лу просто не нашлось слов, чтобы как-то отреагировать на присутствие Заклинателя змей в своём сне. Он почувствовал себя облапошенным, словно у него украли небо и заменили солнце[33]. Резкая смена идиллии и раздирающий сердце страх оглушили Вэй Лу, отчего он в растерянности уставился на незваного гостя. Но как здесь не выглядеть дураком, когда враг появился буквально ниоткуда?

– И что ты такой серьёзный? Отчего такое удивление?

Губы Заклинателя змей сложились в снисходительной улыбке. Вэй Лу внимательно вслушивался в его голос, приглядывался к чертам острого подбородка, к линии губ, накладывая их на образ заклинателя-воина, носящего одежды духовной школы Тайян.

Один в один. С перепуга он был готов поверить во что угодно, но не искать ответ на вопрос, каким именно образом Асура проник в его сознание.

Сделав шаг вперёд, Заклинатель змей будто наступил на невидимый рычаг, активирующий механизм ловушки – в считанные мгновения из-под земли вырвались длинные острые колья, преграждая ему путь. Вэй Лу не имел другой возможности защититься – поскольку это был его сон, он всё ещё мог изменять пространство. В столь ужасной ситуации у него не получится затянуть Бай Шоу в сон в мгновение ока.

Бросившись в сосновую рощу, Вэй Лу пробивался сквозь кусты и перепрыгивал камни, словно дикий кабан. Сосредоточившись на сновидении, он постарался сменить картину окружения и спрятаться от Асуры в другом уголке подсознания. Однако шум позади заставил Вэй Лу обернуться и, сконцентрировав духовную энергию в кулаке, ударить ею по противнику.

Вспышка тёмной ци разбилась о не менее плотный занавес энергии, которым Асура отбился в порыве. Он двигался невероятно быстро. Костяной змеиный хвост, являясь подсобным оружием, хлёстко ударил Вэй Лу по плечу. Отлетев в сторону и врезавшись спиной в дерево, Вэй Лу ощутил жгучую боль вдоль позвоночника. В реальности его телу ничего не угрожало, однако при определенных обстоятельствах в сновидении он мог и с ума сойти от агонии.

Настигнув его в броске и обхватив шею Вэй Лу длинными пальцами, Асура вонзил в упругую плоть острые когти. Чувствуя, как рвутся сухожилия и из ран плещет кровь, Вэй Лу в исступлении застыл. Рот наполнялся тёплой кислой кровью.

Асура не выглядел слишком сильным мужчиной, но приподнявшись на хвосте и глубже запустив пальцы в пульсирующую плоть, он смог удержать Вэй Лу. Подавшись ближе и склонившись над его ухом, он с давящим напряжением в голосе прошептал:

– Тебе ведь дали временную фору, чтобы перевести дух. По-хорошему расскажешь, где вы сейчас находитесь? Или этому заклинателю придётся вытаскивать информацию?

От нахлынувшего ужаса сердце только сильнее застучало о рёбра. Всё изначально складывалось не в его пользу и, почувствовав обжигающую боль в груди, Вэй Лу зажмурился и ощутил, как его насильно выдернули из сна.

Распахнув глаза, он увидел деревянный потолок гостиничной комнаты. По телу разливалась болезненная слабость, напоминая обжигающую кислоту, из-за которой заныли кости. Вэй Лу зажмурился и болезненно выдохнул. Лежал, следя за дыханием, пока не смог наконец пошевелить руками. Прикоснувшись к обнажённой шее и нервно сглотнув, он не обнаружил ни следа повреждений. Боль также развеялась, подобно утреннему туману.

Может, это просто дурной сон, и никакой Заклинатель змей его не преследовал?

Вэй Лу попытался отбиться от терзающего страха и рассудить здраво. Они находились уже третий день в пути после сражения с нечистью, и если бы Асура хотел до него добраться, то добрался бы раньше в минувших снах. Зачем ему являться сейчас и требовать информацию об их местоположении, раз он лично отпустил их?

– Это просто сон, – прикрыв глаза предплечьем, измученно пробормотал Вэй Лу. – Просто сон…

Неприятно, конечно, что этот ублюдок теперь ему снился, бесцеремонно врываясь в мирный уголок сознания. Но учитывая, что за кошмар он пережил днями ранее, подобные приходы не удивительны. Вэй Лу попытался окончательно успокоиться, но что-то продолжало его беспокоить, буквально обжигать, словно раскалённый уголёк. Лишь спустя пару мгновений, когда страх от кошмара отступил, он понял, что причина странности крылась в медальоне. Маленькая подвеска пульсировала тёмной ци, говоря о том, что с Вэй Учэнем не всё в порядке. Это и выдернуло Вэй Лу из сна окончательно.

Не смея больше задерживаться, он моментально подскочил на ноги и едва не прошиб собой дверь. Готовясь влететь ураганом и разогнать любую нечисть, Вэй Лу вынужденно умерил пыл, обнаружив Вэй Учэня, лежащего на боку на кровати и смотрящего в дальнюю стену ненавистным и убийственным взглядом. В комнате царила прохлада, отчего Вэй Учэнь натянул одеяло до подбородка, несмотря на слои одежды.

Взгляд упал в направлении Вэй Лу. Казалось, в него будто выстрелили отравленной стрелой.

– Чего ломишься?

Тон голоса тоже не предвещал ничего хорошего.

Совокупность факторов моментально дала понять, что к чему, и Вэй Лу нервно улыбнулся. Хотел уже что-то сказать, но из соседнего номера показался до боли раздражённый Синь Юй, одаривший его брезгливым взглядом и бесцеремонно заглянувший в комнату.

# Примечания

1

Вэй Лу (кит. 伟路) – великое путешествие.

2

Вэй Учэнь (кит. 伟i无尘) – великое отрицание мирской суеты.

3

«В засуху тучи с радугой» (кит. 大旱云霓) – надеяться, что все трудности будут преодолены; ждать как манны небесной; жаждать выбраться из тяжёлого положения.

4

Тай У (кит. 泰务) – мирная служба.

5

Гуй (кит. 鬼) – в китайской мифологии общий термин для обозначения души умершего, а с приходом буддизма так стали называть злых духов. В большинстве своём это неупокоенная душа умершего насильственной смертью человека.

6

Энергия ци (кит. 气) – это энергия или природная сила, наполняющая Вселенную. В буквальном переводе означает «дыхание», «дух», «жизненная энергия».

7

Святая с горы Гу Е (кит. 姑射神人) – метафора, применяемая к сравнению с красивой девушкой.

8

Юй (кит. 遇) – встречаться, сходиться, приходить к согласию, иметь удачу (счастье, успех).

9

Цянь, рыночный цянь (кит. 市钱) – 5 г.

10

Бай Шоу (кит. 白獸) – белый зверь, также может переводиться как «зверь, животное».

11

Синь (кит. 欣) – радость.

12

«Зубы у людей холодеют» (кит. 令人齿冷) – вызывать презрение.

13

Бу (кит. 步) – 1⅔ м.

14

Шичэнь (кит. 时辰) – 2 часа, 1 «большой час».

15

Фэнь (кит. 分) – 1 минута.

16

И Шоу (кит. 翼兽) – Крылатый Зверь. Духи-хранители Вэй Учэня.

17

Чжу сян (кит. 炷香 – дословно «Одна палочка благовоний») – 30 минут. Завязано на традиционной медитации буддийских монахов, когда каждая медитация длилась полчаса.

18

Хуа (кит. 花) – цветок.

19

Хуан (кит. 黄) – жёлтый цвет, бледный цвет лица.

20

Хуан и Хуа (кит. 黄花) – сочетание иероглифов образуют слово «хризантема».

21

Час дракона (кит. 辰龙) – время с 7 до 9 часов утра.

22

«Волосы и кости испугались» (кит. 毛骨悚然) – волосы встали дыбом.

23

Чжань ча (кит. 盏茶 – дословно «Одна чашка чая») – 15 минут.

24

Так как в китайском языке нет привычного нам звука «р», герою с трудом удаётся произнести его имя с первой попытки.

25

Тайян (кит. 太陽) – великое солнце.

26

Бо (кит. 博) – широкий, обширный; просторный.

27

«Пустить холодную стрелу» (кит. 放冷箭) – вонзить нож в спину.

28

«Застыть, как деревянный петух» (кит. 呆若木鸡) – остолбенеть, застыть на месте; болван.

29

Бянь Сэ Лун (кит. 變色龍) – дракон, изменяющий цвет; хамелеон.

30

«И в ветер, и в дождь – в одной лодке» (кит. 风雨同舟) – переживать трудности вместе.

31

Цзянь (кит. 剑) – китайский прямой меч, в классическом варианте с длиной клинка около метра, но встречаются и более длинные экземпляры.

32

«Туман рассеялся, тучи разошлись» (кит. 烟消云散) – исчезнуть без следа; развеяться как дым; как рукой сняло; как не бывало.

33

«Украсть небо и подменить солнце» (кит. 偷天换日) – шулерские приёмы; подменить одно другим; заниматься подтасовкой.