Шейн Роуз
Разбитые клятвы

Посвящается Лили Александр и Даниэлю Кейлу.

Мы вместе пишем и вместе умираем. Друзья навсегда.

Shain Rose

Fractured Freedom

Copyright © 2022 by Shain Rose

© Ксения Попова, перевод на русский язык, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Глава 1

Морина

– Давай выпьем за риск. – Моя лучшая подруга Линни всегда отличалась храбростью, поэтому была готова взять жизнь за рога и подчинить ее себе. Надо сказать, она добилась своего, подтверждением тому стал ее успешный блог о путешествиях, который позволял ей колесить по миру в качестве своего рода эксперта в этой области.

– О чем ты? – Я наклонила голову, отчего мои длинные темные волнистые волосы упали на обнаженное плечо. Черный короткий топ подчеркивал татуировку в виде солнца и сочетался с черными джинсами. Вот он, единственный образ, который мне удалось придумать для сегодняшнего вечера вне дома.

Лимузин привез нас из маленького городка в большой городской отель, но даже ради такого случая я не стала надевать каблуки. В ботинках я чувствовала себя более комфортно, а учитывая, насколько редко выбиралась куда-то, комфорт был мне жизненно необходим.

– Я брошу тебе вызов и дам задание, которое надо выполнить до конца ночи, а ты придумаешь что-нибудь для меня. – Линни подпрыгнула на сиденье, кожа скрипнула под ней. Проживание в отеле организовал ее парень Чет, он хотел, чтобы сегодня вечером Линни навестила его в клубе в Майами. А еще он прислал за нами лимузин, хотя мы жили всего в получасе езды от нужного места.

– А если в качестве испытания я предложу тебе изменить Чету? – Расширяя границы, я пыталась показать, насколько рискованно она ведет себя.

Линни не любила портить веселье, поэтому просто пожала плечами.

– Я пройду его. Тем более у тебя слишком доброе сердце, и ты никогда не попросишь о таком.

Мне оставалось лишь с отвращением поморщиться, ведь я ненавидела, когда меня читали как открытую книгу.

– Ладно. Согласна. Ты должна расспросить о его работе и пригласить на ужин в наш город.

Она прищурилась, из-за чего ее глаза стали казаться еще более таинственными. Я поняла, что мои голубые производят тот же эффект, поскольку перед уходом она подчеркнула их темными тенями. Вероятно, учитывая мою растрепанную прическу, так она попыталась придать мне более-менее презентабельный вид.

– Ты играешь грязно. Сама знаешь, никому не нравится наш маленький Коралвилл.

В Коралвилле проживало около двух тысяч человек, там стояли нефтяные терминалы, принадлежащие корпорации из соседнего большого города. Периодически к нам заезжали туристы, но они никогда не задерживались надолго.

Я пожала плечами.

– Мне нравится наш город. Если Чет классный, ему там тоже понравится.

– Отлично. – Линни указала на мою рюмку, и я выпила содержимое. – Моя очередь. Сегодня ты выбираешь парня, который придется тебе по душе. – Она сделала паузу, и я улыбнулась, решив, что мне досталось простое задание. – И поболтаешь с ним. Полноценный разговор в течение, минимум, получаса. А потом согласишься пойти в первое же место, куда он тебя пригласит. Сразу и без возражений.

Я тут же поморщилась. Мысленно прокрутив список парней, которые хоть чем-то привлекли меня за последние несколько месяцев, я хмыкнула.

– Линни, сомневаюсь, что затею ждет успех.

С губ подруги сорвался смех, бутылка водки в ее руке пошатнулась, и из нее выплеснулась жидкость.

– Почему?

Я тоже рассмеялась.

– Господи, да может потому, что все парни, с которыми я готова переспать, не в состоянии нормально поддержать разговор?!

Она указала на меня и расхохоталась еще сильнее, а потом, когда городские огни осветили лимузин, мы уже вдвоем смеялись над моей ситуацией.

Иногда, когда просто берешь и принимаешь ситуацию, начинаешь осознавать, насколько она откровенно забавная. С некоторых пор меня тянуло к крупным мужчинам с маленьким IQ. Для этого не было никаких особых причин. Казалось, с ними безопасно, они простые и… скучные.

Перестав смеяться, Линни наклонилась и стукнулась рюмкой о мою. Ее красные ногти контрастировали с моими ненакрашенными, но в темных глазах светилась искренность и любовь.

– Выпьем за то, чтобы чаше слышать твой смех, Морина. После темной полосы всегда следует светлая. И если понадоблюсь, я всегда рядом.

Вздохнув, я опустошила свою рюмку и, закашлявшись от противного вкуса, усмехнулась, понимая, насколько неопытна по сравнению с ней.

– Боже, никогда не привыкну к обжигающему вкусу алкоголя. Хотя знаю, в ближайшие несколько недель он мне понадобится.

– Как там бабушка Марибель? – прошептала Линни и положила голову мне на плечо, черные завитки ее ирокеза коснулись моей кожи.

Я тоже наклонила голову, и мы устроились поудобнее на кожаных сиденьях.

– Плохо. Отказывается от дальнейшего лечения. Рак легких дал метастазы, и примерно полмесяца назад врач сказал, что ей осталось две недели.

– Вот же черт, – выдохнула она. – Тебе эта вылазка даже нужнее, чем мне.

– Хотелось бы иметь кнопку, чтобы остановить время. Я загадала такое желание, но проклятым звездам плевать на мои просьбы. Если верить гороскопу на ближайшую неделю, везения ждать не стоит.

– Господи. – Линни закатила глаза.

– Эй, я сегодня не надела браслеты и не принесла кристаллы. Гордись мной.

– Обязательно начну, когда ты выполнишь мое задание. – Она ткнула пальцем в мой голый живот.

– В свою защиту могу сказать, что мужчины, с которыми я сплю, обычно очень милые, а еще потрясающие в постели.

– Да неужели? В смысле, как они могут быть потрясающими в постели, если между вами нет никакой связи?

Линни влюблялась в каждого мужчину, с которым встречалась, и я ей завидовала.

Для меня же это был всего лишь секс. Я не желала привязываться и разбираться с другими сложностями.

– Если они знают, как правильно обращаться со своей палкой, я не стану жаловаться, ясно?

Линни рассмеялась и повернулась к окну, чтобы показать на клуб, к которому подъехал наш водитель.

– Мы на месте. Иди сюда, давай сначала сделаем селфи, маленькая шлюшка. Хочу, чтобы у нас осталось хотя бы одно фото, где мы не будем потными от танцев… или от разговоров.

Я наклонилась к ней и посмотрела в экран ее телефона. Мои волосы были уложены набок длинными волнами, темные тени подчеркивали красоту наших глаз, а искренние улыбки идеально дополняли искусно накрашенные лица. Линни была более громкой и красивой, но благодаря внушительным груди и попе мне всегда удавалось подцепить парня или двух. Я обладала фигурой песочные часы, потому что никогда не умела считать калории.

Линни сделала два снимка.

– Достаточно? – спросила я, продолжая жизнерадостно улыбаться.

– Еще раз! – Она наклонила голову и сделала еще одно селфи.

– Прошу, скажи, что не собираешься документировать каждую секунду сегодняшней ночи?

Засунув телефон в клатч, она поправила рубашку, а потом открыла дверь.

– Ой, хватит, преодолей свою фобию камеры. В таком сексуальном наряде тебя просто необходимо сфотографировать. Когда в последний раз я видела тебя с макияжем и в чем-то кроме купальника?

Реши я вздохнуть, скорее всего, лишилась бы подруги.

Когда вышибала у клуба махнул в нашу сторону, я пропустила Линни вперед.

– Мы с Четом, – объявила она так громко, что люди в клубе на другой стороне улицы наверняка тоже услышали ее.

Вышибала был вдвое больше меня, хотя и меня нельзя назвать крошкой. Насупившись, он окинул нас пристальным взглядом, затем поднял шнур и указал на наши руки. Я непонимающе взглянула на Линни. Для меня привычнее было пойти в Тики-бар, и я часто посещала его, даже будучи несовершеннолетней. Работающий там Брэдли улыбался и без лишних вопросов пропускал меня внутрь.

Линни подняла руку, и вышибала поставил на запястье печать – VIP.

Сразу после этого мужчина, от которого исходил пряный мужской запах, поманил нас к проходу, куда пускали только избранных. Мы прошли по идущей вдоль помещения лестнице и посмотрели на море людей внизу, все танцевали под зажигательную музыку. На втором этаже оказался прекрасный темный оазис спокойствия, где мужчины и женщины наслаждались алкоголем и наблюдали за теми, кто находился на первом этаже.

Когда я шагнула туда, любитель пряной туалетной воды покачал головой и указал на тускло освященную лестницу.

– Другой этаж.

Я засомневалась, но Линни пожала плечами и махнула мне идти дальше.

Пока мы поднимались на третий этаж, мне едва удавалось разглядеть ступеньки. Слава Богу, сегодня я надела армейские ботинки.

Когда дверь распахнулась, открывшиеся взору бриллианты, стекло и хрусталь засверкали на черном фоне, напоминая океан на закате. Я ахнула и прошла вперед – даже дверь была сделана из стекла. Теперь мы стояли прямо над теми, кто находился внизу.

– Интересно, – пробормотала я, глядя на Линни, и указала вниз.

Но она уже выглядывала своего парня. Стоило ей заметить высокого мужчину со впалыми щеками и бледными глазами, как она пронзительно вскрикнула. Заметив Линни, он улыбнулся так радостно, словно она была его личным лекарством от любых страданий.

Линни бросилась к нему, он обнял ее и что-то прошептал ей на ухо. Она рассмеялась и указала на меня.

– Чет, это Морина. Она со мной, так что я не одна.

– Морина. – Он протянул руку. – Таким красивым девушкам нельзя выходить в люди без телохранителя.

И что мне было ответить на это? Своим комментарием он выбил меня из колеи.

– Спасибо. Но мы не настолько важны.

– Любой, кто важен для Линни, важен и для меня. – Он коснулся ее шеи, и пусть я мало что знала о любви, адресованная Линни улыбка казалась искренней и полной обожания.

Я явно читала слишком много любовных романов и смотрела чересчур много романтических фильмов, потому что внезапно затосковала по тому, в чем совершенно точно не нуждалась.

Линни повернулась и подмигнула мне.

– Помни о задании, Морина. – Поиграв глазами, она кивнула в сторону парня в синем костюме, который шел за Четом.

Хотя на самом деле он не столько шел, сколько скользил, словно его не беспокоила гравитация. Темные глаза посмотрели на меня, потом на помещение и все, что нас окружало, но из-за его внешности взгляды присутствующих были прикованы к нему. Он был высок и хорошо сложен, однако благодаря чертам лица выделялся на фоне остальных. При виде сильной челюсти и пухлых губ я потеряла дар речи.

Проблема заключалась в его костюме. Подобный наряд буквально кричал: я больше никогда не увижу его обладателя. Мужчина, носящий такие идеально пошитые на заказ костюмы, вряд ли надолго задерживался в одном месте. Деньги побуждали людей постоянно находиться в движении. Он мог стать неплохим экземпляром на сегодняшний вечер. Вот только на этот раз Линни ожидала, что я буду болтать с ним, а я всерьез опасалась, что его интеллект соответствует великолепной внешности. Он окинул меня внимательным взглядом, а затем отвернулся, будто нашел меня совершенно неинтересной.

Мне оставалось лишь смириться с таким положением вещей.

Скорее всего, я не соответствовала стандартам богатых бизнесменов, которые на каждом мероприятии появляются под руку с разными моделями. Да и я сама предпочитала проводить время с парнями, которые ненадолго останавливались в нашем городе по делам.

Чет повернулся и кивнул ему, а также другому мужчине, которого я заметила только теперь.

– Бастиан, познакомься с моей девушкой, Линни.

На лице Бастиана появилась улыбка, которую даже можно было счесть милой, а потом он протянул руку.

– Приятно познакомиться, Линни.

Она наклонила голову, теперь ирокез указывал на меня.

– И мне тоже очень приятно. Это Морина, моя лучшая подруга. Пришла насладиться вечером вместе с нами.

– Я догадался, – едва слышно ответил он, а затем отпустил руку Линни и пожал мою, на этот раз без улыбки. Затем оглянулся через плечо на мужчину позади себя. Тот сразу же уткнулся в свой телефон.

Я мысленно хмыкнула. Неужели они по какой-то причине опасались меня?

– Пойду найду выпить, – пробормотала я, но Чет махнул официантке. Одетая в кожаные шорты девушка бесстыдно заигрывала со всеми тремя мужчинами. Бастиан улучил момент и заговорил с ней, а я сосредоточилась на том, чтобы сдержаться и не закатить глаза. К концу вечера ее ждали чаевые и, возможно, компания.

Не желая тратить время попусту, я обошла их, чтобы поговорить с незнакомцем, стоящим за Бастианом. Он оторвался от своего телефона, поднял голову и мило улыбнулся мне. Светло-зеленые глаза настолько необычно контрастировали с загорелой кожей, что, возможно, я слишком долго и пристально пялилась на него.

– Хочешь фотографию, Морина? – глубокий голос успокаивал, будто теплые волны, ласкающие вас во время прилива.

– Боже. Прости. – Я откинула волнистые волосы с лица. – У тебя очень красивые глаза.

В его взгляде промелькнула злость. Я чуть не отшатнулась от ее силы, не понимая, стоит спрятаться или попытаться проигнорировать, но главное одно: надо попытаться спастись. Затем он снова широко улыбнулся, и я решила, что у меня шок. И все-таки улыбнулась в ответ.

– Я Данте. И часто это слышу. Просто шучу.

Прикусив губу, я расслабилась, решив поддразнить его в ответ.

– А может, сначала угостишь девушку выпивкой, а потом уже начнешь шутить?

– Я сделал это вместо него. – До меня донесся голос Бастиана, громкий и отчасти опасный. Он навевал мысли не о теплом приливе. Скорее о холодной волне, которая обрушивается на вас, перехватывая дыхание. И он тут же завладел моим вниманием.

В большой руке Бастиан держал небольшой бокал, наполненный прозрачной жидкостью, лаймом и льдом. Золотое кольцо на одном из пальцев гармонировало с дорогими часами, выглядывавшими из-под манжеты. Я давно научилась судить о своих партнерах по одежде и аксессуарам, потому что именно эту роль он исполнит для меня на этот вечер или, возможно, еще один.

– Все в порядке, Данте? – спросил он своего друга, не глядя на него. Вместо этого наши взгляды встретились, как будто он хотел узнать нечто большее, а я пыталась слишком многое понять по нашему диалогу.

А еще это дурацкое задание от Линни. С кем мне разговаривать следующие тридцать минут – с ним или Данте? Я отвела взгляд и посмотрела на Линни. Она уже сидела в одном из кресел в компании Чета.

– Да, Баст, все хорошо. – Данте кивнул на меня, словно речь шла обо мне.

– Итак, Морина, похоже, ты и правда подруга Линни, – объявил Бастиан и сделал глоток янтарной жидкости из своего стакана.

– Что? – удивленно рявкнула я. – Вы искали информацию на меня? – Данте похлопал меня по плечу, но промолчал, а затем исчез в толпе, словно больше не желая иметь ничего общего с моим разинутым от удивления ртом.

– Да ты шутишь, – пробормотала я и подняла взгляд на Бастиана. – Должна заметить, я надежный друг.

– Наверняка, так и есть. – Бастиан несколько раз постучал пальцем по своему бокалу, оглядываясь по сторонам и ища взглядом Линни с Четом. Затем вздохнул и указал на стол и стулья. – Похоже, наши друзья пока заняты.

Я могла бы послать его за то, что он занимался такими странностями, как проверял меня. Могла бы проигнорировать. Однако имелась одна очень серьезная проблема.

Я была крайне любопытным человеком.

Поэтому подошла к барным стульям и села на один из них.

– Зачем ты проверял меня? И как именно?

– Уникальное имя и лицо.

– Лицо? – пропищала я.

– В наши дни технологии способны на многое. Не знаю подробностей, но Данте в курсе. – Видимо, уже устав от меня, он принялся осматривать клуб. – Как бы там ни было, я знаю историю Линни, так что Данте с легкостью сотворил свое волшебство, потому что это его работа.

– Проверять всех, с кем ты пересекаешься? – Я отставила свой напиток и скрестила руки.

– В основном.

– Почему? Звучит не очень весело.

– И что же в этом невеселого? – Бастиан покачал хрустальный бокал, и жидкость в нем закружилась.

– Никаких сюрпризов.

– Знаешь, в людях, с которыми я общаюсь, можно обнаружить столько сюрпризов, что хватит на всю оставшуюся жизнь.

– Возможно, – хмыкнула я и подняла свой бокал. – Так что там с Данте?

Осмотрев толпу, я нашла взглядом того, у кого, скорее всего, было намного меньше багажа. Внешне Бастиан явно затмевал всех остальных присутствующих в клубе, но Линни ни к чему знать об этом.

– А что с ним? – Бастиан вопросительно посмотрел на меня.

– Ну, например, он свободен? – Не вижу ничего плохого в том, чтобы сразу перейти к делу.

– Тебя интересует он, а не я? – Он был шокирован, и теперь смотрел прямо на меня, ни на что не отвлекаясь.

– Бастиан, я явно слишком проста и не отличаюсь изысканностью, тогда как ты предпочитаешь другой тип девушек. – А для меня он был слишком сложным. – Данте кажется милым.

– Будь я проклят, если сегодня вечером девушка предпочтет мне члена моей команды охраны. – Он потер щетину на подбородке. – Что у тебя за история, Морина?

– Нет никакой истории. Мы проведем в Майами лишь ночь, а потом вернемся к обычной жизни. Я работаю, ем, сплю. Уверена, моя жизнь намного скучнее твоей. А вот твоего друга я могу заинтересовать.

Бастиан вздохнул и поднес стакан к губам. В лимузине я слишком много выпила, поэтому сейчас почувствовала опьянение. Я поняла это, как только он сделал глоток, и мой взгляд скользнул по его лицу. Жидкость стекала по полным губам, попадала на язык, а затем скатывалась дальше в горло. Его губы казались настолько мягкими, что я задумалась, а умеет ли он командовать.

Один уголок приподнялся, и я подняла взгляд к его глазам.

– Я привык занимать главную позицию во всем, чем бы не занимался.

– Я… – Даже не представляла, что ответить, поэтому просто закрыла рот рукой. – Мне правда стыдно, что я сказала это вслух. Я пьяна…

– Если редко пьешь, пьянеешь быстрее. – Он кивнул, не став обращать внимания на тот факт, что я думала о нем в сексуальном ключе.

– Итак, Данте… – Вернемся к важной… и более безопасной теме.

– Морина, сомневаюсь, что правильно сводить тебя с одним из моих близких друзей после того, как ты запала на меня.

– Я не запала на тебя, просто любовалась твоим лицом, – бросила я и тут же захлопнула рот, поморщившись. Бастиан усмехнулся, а я покачала головой, веля себе остановиться. – Обычно я веду себя иначе. Лучше умею скрывать свою заинтересованность.

– Так теперь речь о заинтересованности? – Он облокотился на стол, в глазах цвета шоколада мелькнул огонек, и мне захотелось наклониться к нему.

Я повернулась в сторону зала.

– Еще меня интересует твой друг. Беспроигрышный и более реалистичный вариант.

– А почему я нереалистичный? – прошептал Бастиан мне на ухо, и когда я поняла, насколько близко он оказался, по спине пробежала волна дрожи.

– Во-первых, скорее всего, твой костюм стоит больше, чем весь мой гардероб.

– Понятия не имею, сколько стоят армейские ботинки. Не исключено, что твоя одежда тоже не из разряда дешевых. – Он пожал плечами.

– Ой, да ладно тебе. – Я махнула рукой, не купившись на эту чушь. Мы оба знали, что я надела такую обувь ради собственного комфорта, а вовсе не для того, чтобы казаться модной. – Во-вторых, пока ты здесь, никто не посмел тебя побеспокоить, а значит, похоже, все в этой комнате подчиняются тебе, и ты занимаешься чем-то незаконным.

– А что, если я отвечу, что лишь одно из предположений правдиво?

– Тогда я спрошу, какое именно. – Я пожала плечами, но в голову уже пришла другая мысль. – Что ты делаешь в Майами?

Бастиан кивнул и сел чуть прямее, словно приготовился озвучить заранее заученную презентацию.

– Изучаю компании, которыми владел мой отец. Он наладил деловые связи, когда преимущественно занимался инвестициями, а потом случился экономический кризис. Он давно умер, так что теперь я взял на себя большую часть его дел.

Я кивнула, пытаясь изобразить заинтересованность.

– Правда?

– Нет, не совсем. – Бастиан покачал головой, а затем прищурился, и я заметила, насколько длинные у него ресницы. Он изучал меня, словно я была кубиком Рубика. – Не знаю, почему готов рассказать тебе правду, но, возможно, мне просто надоел Майами, и я нуждаюсь в дозе адреналина. В моих делах нет ничего интересного.

– Звучит здорово, – сказала я, стараясь изобразить интерес. Не хотелось, чтобы он понял, насколько мне скучно, однако, если тема разговора казалась мне неинтересной, я быстро начинала витать в облаках.

– Скорее охрененно скучно, и ты сама это понимаешь. – Бастиан коснулся пальцем моего носа, и я тут же посмотрела ему в глаза. Его прикосновение стало для меня как удар током, и, похоже, он осознавал, какие ощущения оно вызвало, потому что сверкнувшая на его лице улыбка напоминала молнию.

Я отклонилась назад, чтобы он не смог снова дотянуться до меня.

– Неважно. Уверена, кого-то другого вполне могут заинтересовать твоя работа и остальное. Мне же больше интересен твой друг.

– И почему? – Он скрестил руки на груди.

– Потому что он кажется безопасным вариантом! – фыркнула я, злясь, что он не услышал меня в первый раз.

– Что это за тяга к безопасности? Не будешь рисковать, не узнаешь жизнь.

– Меня все устраивает.

Бастиан посмотрел на Линни, а затем снова на меня.

– Ты когда-нибудь покидала родной город?

– А разве сейчас я не сижу здесь?

– Я мог бы отвезти тебя куда-нибудь еще.

– А, ты предлагаешь отвезти меня в свою квартиру или отель? Показать, как умеешь обращаться со своей волшебной палочкой? – Я рассмеялась над своей шуткой, уверенная, что он использует ее, чтобы предложить что-то более конкретное.

Бастиан прищурился, и его следующие слова прозвучали холодно, почти снисходительно, но все же больше походили на вопрос, чем на приказ:

– Считаешь, я не знаю, как развлекаться и не способен показать тебе что-то новое?

– Конечно, способен и знаешь. Просто ты очередной парень в костюме. – Я знала этот тип мужчин. Многие из подобных бывали проездом в туристическом городке, в котором я жила.

Точнее, я отчасти понимала, что они из себя представляли.

А вот благодаря чему-то затаившемуся в глубине темных глаз Бастиана, а также волчьему оскалу и красоте, он казался немного другим, даже достаточно милым. К тому же из-за этих мягких на вид губ, а еще манеры говорить он и правда походил на любезного джентльмена… вплоть до того момента, когда закрывал дверь в свое логово и разрывал вас на части.

– Я уже общалась со множеством мужчин, подобных тебе. – Я поискала взглядом Данте.

– Подобных мне? – Уголки рта Бастиана приподнялись, но от улыбки повеяло холодом. Волк сбросил овечью шкуру и теперь вышел на охоту. Он излучал силу и уверенность, всем видом говоря: «я главнее всех вас».

От этого мне захотелось отодвинуться подальше, и вместе с тем наоборот, придвинуться поближе.

Не исключено, все дело в этом вечере, к тому же я знала: бабушка вот-вот покинет меня. Линни постоянно испытывала судьбу ради простого удовольствия, я же едва была способна устоять на ногах. Вскоре мне предстояло остаться одной в этом мире, и в двадцать три года такое положение вещей казалось немного несправедливым. Даже жестоким. В хорошие дни я много размышляла, а в плохие хваталась за кристаллы в надежде, что они помогут мне призвать удачу.

Сегодня вечером я подошла к самому краю, но оказалось, в этом не было ничего веселого. Голос в голове повторял, что мы обречены на неудачу, потому что на цыпочках пробирались через долину острых, как бритва, камней, и нам предстояло вот-вот споткнуться.

Я закрыла глаза, изо всех сил стараясь удержаться и не упасть.

– Послушай… Бастиан, верно? – Он кивнул. – Бастиан, ты старше, мудрее, наверняка у тебя гораздо больше опыта в общении с женщинами. Так что скажу вот что: скорее всего, я похожа на большинство женщин, которых ты встречал. Я говорю о тех эксцентричных особах, которых ты предпочитаешь избегать. Я слежу за полнолунием. Все знают, что я жгу дома благовоние. А еще верю в знаки зодиака. Я тебе не подхожу. Вчера я читала свой гороскоп, и там сказано, что неделя будет наполнена подобными событиями. Мне советуют избегать их и просто залечь на дно.

– И какой у тебя знак?

– Неужели ты знаешь хотя бы один? – Еще никогда не встречала мужчину в костюме, который хотел бы обсудить астрологию.

И тогда я подумала: а вдруг по какой-то причудливой случайности наши звезды все-таки сойдутся?

Глава 2

Бастиан

Большая часть деловых сделок, которые мы заключали, требовала совместной работы. Я постоянно обращался за информацией к Данте, члену своей команды охраны и по совместительству кузену, но не всегда все проходило гладко.

Когда твой отец являлся мерзким главой семьи мафиози, в делах требовалась точность, аккуратность и гребаное присутствие.

Кейд знал, что это командная работа. Много лет назад мы устранили нашего отца и приняли осознанное решение навести порядок в бизнесе семьи. По одному непростому делу за раз. Беспорядок царил во всех сферах, будь то распространение наркотиков, торговля людьми, или даже отмывание незаконных денег.

Лично я не собирался оставлять после себя подобную мерзость. Я управлял империей иначе, предпочитал полагаться на собственную команду и с каждым строить доверительные партнерские отношения. Брат работал бок о бок со мной, помогая не потеряться в потоке информации о компании. Я поручал Кейду проводить проверки, предоставлять мне справочную информацию и оформлять сделки, пока сам пожимал руки бизнесменам. Сегодня же Чет ждал, пока Данте проведет анализ информации, из-за этого общение получилось натянутым.

Сделка до сих пор не состоялась. Чет еще не проникся ко мне доверием и не был готов подписать бумаги.

Так что я согласился на его предложение провести вечер в мужской компании и оказался здесь, хотя уже мог бы сидеть в самолете и лететь домой.

Единственным положительным моментом было то, что скоро все должно было закончится и, возможно, до конца ночи мне удастся найти женщину, которая снимет часть моего стресса.

Но ею точно станет не эта особа.

Эта скорее напоминала неизбежно надвигающееся стихийное бедствие.

Увидев такую, я бы оглянулся и сказал своему собеседнику, насколько умопомрачительна эта ходячая катастрофа.

Если честно, в Майами было полно нелепых людей со странными запросами.

Или хобби.

А еще убеждениями или верой во что-то. Например, в кристаллы.

В своем городе я работал не покладая рук, постоянно заключал сделки. Здесь же все веселились и внимательно читали свои гороскопы.

Уверен, Морина проверяла их все до единого. Когда я поинтересовался насчет ее знака, глаза девушки загорелись так, словно с неба на санях спустился Санта Клаус.

Неужели она думала, что в этой хрени есть какой-то смысл? Полный абсурд.

– Нет. – Хватит с меня разговоров об астрологии. – Я даже не знаю, какой у меня знак.

Теперь эти большие голубые глаза походили на глаза раненой лани. По крайней мере, это было ей на руку. Уникальный темно-голубой цвет напоминал полуночное небо.

Она фыркнула.

– Ясненько. – Потом осмотрелась, и ее взгляд остановился на Данте.

По какой-то причине то, что она выбрала Данте, казалось мне нелепостью. Почему люди вообще верят в волшебство? Неужели звезды имели хоть какое-то отношение к людям?

Невозможно представить, что кто-то был способен отвергнуть человека, лишь основываясь на дате его рождения.

– Собираешься спросить у моего друга, какой у него знак зодиака?

– Если ты знаешь дату его рождения, то нет. Он родился в?..

– Я не знаю, когда он родился, – отрезал я.

– Вау, а это было грубо, – хмуро парировала она.

Пусть Морина думает, что я грубиян или врун. Я знал дату рождения Данте, потому что мы все взяли за правило никогда не отмечать эти памятные даты. Его наступила несколько месяцев назад, и он тогда был в отъезде. Возможно, специально.

– Хочешь еще выпить? – спросил я, меняя тему.

– Не самая лучшая идея.

Я согласно кивнул, потому что и сам прилично выпил, а Морине было явно достаточно.

– Дорога выдалась длиной?

Она снова внимательно посмотрела меня, словно не сомневалась, что я осуждаю ее.

– Сколько ты сегодня выпил? Или только этот напиток и все?

– А тебе не все равно?

– Думаю, не так уж и много.

– Почему?

– Как я уже сказала, ты старше, следовательно, мудрее.

– Морина, тогда тебе не кажется, что я могу тебя кое-чему научить?

Минут пять она смотрела на меня. Еще раз прошлась взглядом по моему костюму, туфлям, возможно, даже волосам, а потом пробормотала что-то вроде «К черту все» и сказала:

– Я как раз в настроении проверить, действительно ли ты способен на это.

– И что это значит?

Она вздохнула.

– Это значит, что я хочу уйти отсюда с тобой. Это место мне не по нраву. Здесь, – она махнула рукой на меня, затем обвела комнату, – нет никакой жизни. Скукота по сравнению со всем тем, что вообще может предложить мир. Кому, как не Линни, знать об этом, она ведь ведет блог о путешествиях.

– А еще Линни влюблена. Для большинства людей этот момент важнее всего остального.

Морина посмотрела в сторону подруги и поморщилась.

– Верно, и надеюсь, у нее все получится. Но я пришла сюда не в поисках любви. Просто хочу хорошо провести время и, возможно, немного забыться.

Я не стал сообщать ей, что желаю ее подруге иного, и что Чет не из тех, с кем вообще стоит связываться. После заключения сделки, которую мы должны были подписать сегодня или завтра, я больше не собирался иметь с ним дело.

Мне тоже здесь не нравилось. Вскоре я планировал убраться отсюда и вести дела в других штатах.

Морина вздохнула и вернулась к своему бокалу.

– А может, мне и правда нужно выпить, чтобы убить время.

Ей явно было чертовски скучно.

И она отнесла меня к категории скучных посетителей клуба, где все присутствующие считали себя кем-то важным.

Честно говоря, мне тоже было скучно.

Мне наскучил мой образ жизни, а еще тяготило понимание, что я жил той же чертовой жизнью, что и мой отец. Конечно, я пытался покончить с грязным бизнесом, в который он вложил деньги, и обелить имя семьи, но большинство не интересовало маневрирование цифрами и партнерство.

Все это не интересовало даже меня.

– Как думаешь, Данте что-нибудь знает о гороскопах? – тихо спросила Морина, скорее адресуя вопрос себе, а не мне.

– Он знает обо всем понемногу. – Мой друг, который по совместительству приходился кузеном, много чего повидал. А еще утверждал, что путешествия помогали ему сконцентрироваться.

Мне тоже нужно было сконцентрироваться, но я не верил во всю эту ерунду типа глубокого дыхания, йоги и знаков зодиака.

– Как вы познакомились? – спросила Морина, словно я был готов сидеть здесь и давать ей советы, как охмурить Данте.

– Мы знаем друг друга с рождения. Наши семьи связывает дальнее родство.

– Хм. – Она внимательно посмотрела на меня. – А я не вижу этого.

– Чего именно?

– Ты такой… – Она махнула на меня рукой, будто это было очевидно. – Неприступный и… возможно, угрюмый?

Потирая челюсть, я не сводил с нее глаз, пытаясь понять, к чему она клонит.

– Скорее ни то, ни другое.

– На работе люди подходят к тебе и общаются с тобой так, будто не боятся?

– Нет, потому что они боятся. Я – босс.

– Тогда мое первое впечатление о тебе правдиво. Неприступный и угрюмый, а еще скажу, что ты редко посещаешь подобные клубы, если только того не требуют дела.

– А ты сама часто бываешь в подобных местах? – Я снова посмотрел на нее. Выбранный наряд явно не отдавал должное фигуре, но она не скрывала, что хорошо выглядит.

Следует признать, если не принимать во внимание увлечение гороскопами, в этом клубе Морина была одной из лучших. Неприхотливая девушка с соблазнительными, манящими формами.

Она пожала плечами и отвернулась, поставив локти на высокий барный стол позади нас. Мы оба смотрели на снующих по клубу людей. Затем она постучала носком ботинка по полу.

– Наверное, не стоит надевать такую обувь в VIP секцию, особенно учитывая, что я сижу на стекле, под которым находятся два этажа, где полным-полно людей.

– Тебя беспокоит, что мы на стекле?

– Скорее, что мы считаем, будто вправе быть выше других. – Пожав плечами, она покачала носком ботинка. – Я ношу дешевые ботинки и дружу с девушкой, у которой есть связи. Неужели это делает меня лучше других?

Ее слова были подобно выстрелу. В детстве я постоянно повторял то же самое отцу. Я был таким, как все. Он же напоминал мне, что я ошибаюсь. Я являлся наследником Арманелли, а значит, однажды мне предстояло занять его место. Это обстоятельство делало меня важнее других.

Я, напротив, всегда стремился к равенству.

И все же приехал в Майами, готовый заключить очередную деловую сделку. Это соглашение должно было закрепить перемены во власти, которые маячили на горизонте. Мне предстояло стать самым влиятельным человеком среди своих деловых партнеров. Людям подобного уровня не стоило общаться с людьми вроде Морины. Я нахмурился, почувствовав физический дискомфорт, когда внутренности скрутило при мысли об этом.

– У тебя нормальные ботинки.

– Уверена, твои туфли стоят больше, чем моя машина. – Она указала на мои итальянские кожаные оксфорды.

Вообще-то их сшили на заказ и доставили почтой первым классом.

– Всего лишь туфли.

Она поморщилась.

– Да ладно, признайся, сколько они стоили? Больше пяти штук?

Я усмехнулся такой низкой оценке, и Морина с удивлением посмотрела на меня.

– Боже мой, но почему? Что с тобой не так?

Не считаю, что у меня были причины защищаться, и все же…

– Большинство женщин в этом клубе оценили бы мой отличный вкус.

– Большинство женщин в этом клубе интересуют как раз твои деньги.

– А что ты обычно ищешь в подобных клубах, Морина? – Я внимательно посмотрел на нее, но не потому, что она вызвала у меня какие-то подозрения. Чаще всего Данте обращался за информацией к нашему техническому специалисту, роль которого выполнял мой брат, а он был способен взломать любую базу данных преступников. Я знал, что она чиста и использует настоящее имя.

И все-таки мне не удавалось понять, что именно побудило ее прийти сюда и почему она разговаривает со мной. Она не соответствовала образу обычной нормальной женщины, которая хотела повеселиться. Да, Морина была по-своему красива, но вьющиеся волосы были уложены так небрежно, будто ее это не волновало. В ее теле не было ни грамма силикона, и я знал, что если коснусь ее задницы, она едва ли поместиться в моих ладонях.

И все же мой член отреагировал сильнее, чем при общении с женщинами, которые ранее подходили ко мне сегодня.

Очень увлекательно.

Морина казалась привлекательной в каком-то странном, нелепом смысле, и в то же время я уже давно ни к кому не испытывал подобный интерес.

Она осмотрелась, словно вновь высматривала Данте.

– Я ищу хорошего парня, который поймет меня и добавит веселья сегодняшней ночи. Не больше, ни меньше.

– Всего лишь интрижка? – удивленно пробормотал я.

– А что такого? – Откинув голову назад, она посмотрела на меня. В голубых глазах плескался холод, такой взгляд отлично бы смотрелся на обложке какого-нибудь гребаного журнала. Морина относилась к числу тех, кто был прекрасен в гневе.

– И ты полагаешь, Данте поможет тебе с этим? – я надавил, желая узнать ее мысли на этот счет.

– Судя по всему, он достаточно беззаботен, чтобы подарить даме удовольствие. И, если честно, я заслужила немного удовольствия, правда?

Она совсем не знала моего друга.

– Ты же понимаешь, что он мой охранник? Следовательно, должен знать, как отвадить того, кто агрессивно докучает мне.

– Значит, у него роскошное тело? – Она сделала глубокий вдох, а когда выдохнула, огонь в ее глазах погас. Затем широко улыбнулась и поиграла бровями. – Я не против развлечься с обладателем классного тела.

Почему-то мне вдруг захотелось доказать ей, что я тоже немало тренировался.

– И часто так делаешь?

– Ты имеешь в виду секс на одну ночь? Ну, нет. Вообще-то редко. – Она пожала плечами. – Линни – моя подруга, поэтому я пообещала пойти с ней, но, если честно, вряд ли в этом большем городе можно найти что-то такое, чего нет в моем родном городке.

– Даже если речь о классном приключении?

Морина окинула меня внимательным взглядом, старательно делая вид, что не нашла ничего привлекательного. Но я видел, как она дрожит и облизывает губы.

– Если намекаешь, что я испытаю что-то интересное с тобой, то у меня сомнения на этот счет.

– Неужели? – Я поднял бровь. – Ты удивишься, если узнаешь, сколько всего я могу тебе показать.

– И о чем именно речь? И не стоит забывать, что ты старше. – Она скрестила руки. – Полагаю, возраст влияет на выносливость.

Я усмехнулся на это завуалированное оскорбление. Морина казалась моложе меня, но максимум лет на десять. Обычно я не развлекался с подобными девушками, но ее слова, а вдобавок ко всему то, как быстро она отшила и раскусила меня, стали последней каплей для моего и без того дерьмового дня.

– Тогда позволь показать тебе.

– Показать что?

– Что ты теряешь, оставаясь в своем маленьком городке.

Глава 3

Морина

Когда Бастиан объявил, что мы уходим, Линни недоверчиво посмотрела на нас.

– Сомневаюсь, что вы проговорили достаточно долго, чтобы уходить куда-то вместе.

Интересно, она намекала на то, что я не справилась с заданием, или переживала, что я ухожу с мужчиной, которого знаю от силы полчаса?

– Мы еще пообщаемся в дороге.

– По дороге куда? – спросила она, отстраняясь от своего парня. Значит – второй вариант.

– Я…

– Полностью понимаю твое беспокойство о подруге. Держи мою визитку. – Бастиан протянул карточку, она оказалась полностью черной, на ней были написаны имя и контактная информация.

Я взглянула на нее и подняла бровь.

– Себастиан Арманелли? Причудливое имя. – Уголок его рта чуть приподнялся. Я не понимала, забавляет его моя реакция или же, наоборот, раздражает, но мне все равно нравилось выражение его лица. Он продолжил так, будто я не сказала ни слова: – Если в течение двадцати четырех часов что-то случится, и ты не сможешь найти ее, отдай визитку полиции. А сейчас позвони по этому номеру.

Линни достала из сумочки телефон и набрала номер. Телефон Бастиана тут же зазвонил.

– Теперь ты знаешь мой личный номер, а еще обещаю, твой парень поможет найти меня. Ты явно нравишься ему больше, чем моя семья.

Раньше ни один другой мужчина не прилагал ради меня столько усилий, и я не совсем понимала причину его рвения. В моем окружении хватало людей, которые просто плыли по течению. Если судьба направляла их по некому пути, они слепо следовали вперед. Я не видела в этом ничего предосудительного, но теперь, когда этот мужчина старался продлить время нашего общения, испытала своего рода потрясение.

Бастиан протянул мне руку, и я посмотрела на нее.

– Слишком много суматохи ради того, чтобы доказать ошибочность моего заявления.

– Раз именно я инициатор всей этой суматохи, позволь мне решать, как далеко я готов зайти.

И опять эти дополнительные усилия.

Почему я находила подобное поведение столь привлекательным? И почему все же испытывала страх?

Раз кошку сгубило любопытство, похоже, мне вот-вот предстояло узнать, как именно. В глубине темных глаз Бастиана скрывалось нечто такое, что влекло меня, он словно искал нечто большее, чем мог предложить клуб, и собирался показать мне, как найти это вместе.

Я вздохнула и помахала Линни.

– Я сообщу тебе координаты своего местоположения, ладно?

Она кивнула и жестом велела позвонить ей.

Покинуть клуб получилось гораздо быстрее, чем войти. Бастиан устремился сквозь толпу посетителей, а потом потянул меня вниз по разным темным лестницам. Машина ждала внизу, прямо за дверью черного выхода.

– Хм, как удобно, – пробормотала я.

– Полагаю, таковы издержки моего образа жизни. – Он махнул рукой своему водителю и открыл для меня дверь.

Я не узнала марку машины, но сразу поняла, что она дороже лимузина. Идеально прошитая кожа сидений на ощупь оказалась мягкой и совсем не похожей на кожу крокодила.

Бастиан остановился у машины и заговорил с водителем, возможно, давая указания, а затем устроился на сиденье рядом со мной.

– Куда мы направляемся? – спросила я, осознавая, что села к незнакомцу в машину в темном переулке. Эта мысль прилично отрезвила.

– В одно из моих любимых мест – маленький островок у побережья. Восход солнца над океаном крайне живописен, все равно что оживший на картине пейзаж.

– Интересно, – заметила я. – А я отнесла тебя к людям другого сорта.

– Любишь строить предположения? Полагаю, ты в курсе старой пословицы на этот счет.

– Да, но признай, именно так все и поступают. Такова часть нашей натуры, мы пытаемся сложить полную картину, чтобы избежать неприятных неожиданностей, верно?

– Кажется, ты не возражаешь против неожиданностей, ведь сейчас сидишь в машине с мужчиной, которого едва знаешь, и направляешься в неизвестное тебе место. – Я посмотрела в окно. Вдалеке виднелись хорошо знакомые огни. Водитель вез нас прямиком в аэропорт, и я указала на взлетающие самолеты. – Покажешь мне рассвет с пролетающими на его фоне самолетами?

– Что-то типа того.

– Хм… – Я еще никогда не видела ничего подобного, по крайней мере, вблизи. – Я еще в детстве решила, что мне нравятся аэропорты. Несколько раз, задолго до того, как стала переживать о микробах, безопасности и прочем, летала с родителями и наблюдала за людьми. Мне нравилось смотреть на большие машины.

– Сколько раз ты летала?

– Не так уж много. Достаточно, дабы понять, что я спокойно переношу полеты, но все еще боюсь момента приземления.

Бастиан едва заметно ухмыльнулся.

– Ты сказала, что любишь свой маленький городок. Ты вылетала из этого аэропорта?

Я усмехнулась. Он узнал обо мне гораздо больше, чем люди в моем городе. Мы проговорили дольше получаса, и если бы Линни поинтересовалась, я бы признала, что это интригующе – установить связь с человеком, с которым собираешься переспать.

И все же подобное ощущение терзало, предупреждая, что пора или бежать, или замолчать, но точно не произносить больше ни слова.

Так что я наклонилась и прошептала:

– Бастиан, неужели так важно, из какого аэропорта я отправлялась в путешествия? – А потом коснулась его полных губ.

Он ответил мне, однако при этом как-то сдержанно, будто не хотел заходить слишком далеко, хотя инициатива исходила от меня. Тогда я придвинулась ближе и схватилась за лацкан его пиджака, чтобы не упасть. Он тут же сжал мои бедра, позволяя залезть на него, и я ощутила силу его возбуждения, хотя его рот полностью контролировал ситуацию.

Покружив бедрами, я поняла, что Бастиан отличается более внушительным размером, чем большинство мужчин, с которыми я встречалась. Его напряженные мускулы подсказывали, что он тоже испытывает эти приятные ощущения. Я застонала. Мы отлично развлечемся. Ведь именно этого оба и хотели.

Я не собиралась любоваться рассветом с этим парнем, а планировала рано утром встретить Линни в аэропорту и вместе отправиться домой. По крайней мере, это небольшое приключение послужит воспоминанием о нашей поездке.

Когда машина остановилась у терминала, Бастиан сжал мои руки и заставил меня отстранится.

– Мы приехали.

– А может, он просто покатается по кругу? – предложила я.

– Морина, твое желание трахнуть меня здесь кажется почти оскорбительным, – поддразнил он. Затем покачал головой, словно ему никак не удавалось понять меня.

Я вздохнула.

– Нет, просто… – Ткнула его в плечо. – Речь не об этом. Обычно я не обсуждаю такое, и думаю, что возможность увидеть восход звучит заманчиво, но…

– Ты сказала, я не способен показать тебе, как надо хорошо проводить время.

– Беру свои слова обратно. В машине тоже можно отлично провести время.

– Ну уж нет. Так ты уже развлекалась со многими другими мужчинами.

– Прости, но ты ошибаешься, их было не так уж и много, – фыркнула я, поправляя его. – Всего лишь несколько. Как раз достаточно, чтобы заполнить пустоту. Я не…

– Я не заполняю пустоты, милая. А уничтожаю их. – Темные глаза смотрели на меня в упор, и я впервые увидела, что Бастиан скрывает под своей маской спокойствия – склонность к доминированию. – Я отличаюсь от других мужчин. У меня был дерьмовый день, а твое сравнение с остальными раздражает.

Горевший в его глазах огонь стал для меня неожиданностью. Бастиан, с которым я познакомилась в клубе, казался спокойным и уравновешенным. Он сжал меня сильнее, но, должно быть, понял это, потому что секунду спустя провел ладонями по моей коже, и по ней побежали мурашки. Мое сердце заколотилось, словно мне было не все равно, будто мне нравилось происходящее.

Но нет.

Очень плохая идея.

И все же меня манил этот огонь. Задумавшись над своей реакцией, я пожала плечами и слезла с него.

– Не пойму, зачем тебе соревноваться с мальчиками, с которыми я обычно общаюсь.

– Потому что они мальчики, а я – мужчина, да?

– Да, ты определенно старше, – поддразнила я, и он улыбнулся, сжав мое бедро.

Не успела я сказать что-то еще, как Бастиан обратился к своему водителю:

– Пожалуйста, поезжай к задней части.

– Сэр?

– Ты слышал меня. Вперед.

Мы проехали мимо зоны высадки у терминала и резко свернули на частную дорогу, для доступа к которой водитель воспользовался ключ-картой. Я посмотрела на Бастиана, а затем на водителя. Такого раньше со мной не случалось. Я словно оказалась в одном из фильмов ужасов.

Бабушка придет в ярость, если я умру здесь.

– Ты ведь знаешь, что телефон транслирует координаты моего местонахождения, так?

– Ты собиралась заняться со мной сексом на заднем сиденье этой машины, а теперь боишься за свою жизнь?

– Потому что мы на частной дороге.

– Я в курсе, что у тебя включена функция уведомления о местоположении. Не стесняйся, можешь позвонить подруге и сообщить, где находишься.

– Куда именно мы направляемся? – Я взяла свой телефон и помахала им, внезапно став ответственной.

– К задней части аэропорта, где стоят частные самолеты.

– Самолеты? – практически вскрикнула я, когда они появились в поле зрения. – Пожалуйста, только не говори, что у тебя есть собственный самолет.

– Вообще-то у меня их несколько, но сейчас здесь лишь один.

– Господи, да ты безумно богат, просто до ужаса, да?

– Разве это имеет значение?

Внезапно я ощутила нехватку воздуха. Из-за подобных людей я начинала нервничать по поводу всего, что делала или говорила. Невозможно обладать настоящим состоянием, не будучи при этом умным, но подобные люди явно также были безжалостными, подлыми или отличались еще какими-то ужасными качествами.

– Отчасти да! В смысле, такие люди, как ты, должны помогать бедным или заниматься чем-то таким. Разве тебе не кажется, что ты слишком жадный?

– Жадный, потому что много работал ради вот такого? – Он махнул рукой в сторону огромного самолета, к которому мы подъехали.

– Я не понимаю этой стороны жизни.

– Не жду от тебя этого, просто предлагаю прокатиться со мной.

– Я хотела покататься на тебе, а не прокатиться куда-то с тобой!

Бастиан посмотрел на меня, а потом рассмеялся.

– Уверен, я отличаюсь от мужчин, с которыми ты была.

– Наверное, не знаю. Я никогда не разговаривала с ними так долго, чтобы узнать, летают ли они на частных самолетах. Они просто ненадолго посещают мой городок. А не… это… Бастиан, невозможно быть настолько богатым.

– Ладно, хватит. – Он отмахнулся от моего потрясения. – Давай-ка отправимся на остров. Полет длится всего тридцать минут.

Я по-прежнему сидела молча и неподвижно. Никогда еще алкоголь не улетучивался настолько быстро.

– Пойдем проверим, так ли скучно со мной, как в VIP-секции клуба в Майами.

После этого Бастиан открыл дверь и выбрался на улицу, затем повернулся и протянул мне руку. Я приняла ее.

А почему бы, черт подери, и нет? Я уже зашла довольно далеко. Да и вообще, что такого страшного могло случиться?

Глава 4

Бастиан

– Бастиан, с помощью большого частного самолета ты наверняка компенсируешь что-то очень маленькое. – Она рассмеялась над еще одной своей нелепой шуткой.

Морина обладала особенной энергетикой. Ее пугали вещи и деньги, а может, она вовсе не любила их. Тем не менее она была любопытна, поэтому поднялась со мной по трапу самолета и поболтала с пилотом о полетах. А он все это все время улыбался ей, будто считал ее очаровательной.

Когда она увидела стюардессу, я понял, почему многие считают Морину милой.

– Вы настоящая красавица. Надеюсь, он платит вам за то, что вы сидите здесь и ждете, пока он шатается по Майами.

Злючка. Она совершенно спокойно озвучивала первое, что приходило ей в голову и поддавалась эмоциям, нисколько не переживая о последствиях. Уникальное поведение. Большинство окружающих меня людей тщательно обдумывали свои слова и практически репетировали речи, а лишь потом позволяли себе озвучивать их.

Стюардесса была одной из тех женщин, с которыми я время от времени с удовольствием проводил время. Она не колеблясь ответила:

– Он очень хорошо платит мне, и не только за это.

Морина удивленно посмотрела на нее.

– Что ж, тогда вам обоим повезло.

Стюардесса прошла вперед и заговорила с пилотом. Морина прошептала:

– Итак, большой самолет, сексуальная стюардесса, которая нахваливает тебя. Похоже, ты наверстываешь упущенное. – Она ухмыльнулась.

Ее выпад и то, что она вообще сомневалась во мне, лишь усилили мое возбуждение. Я едва сдержался, чтобы не трахнуть ее в машине по дороге сюда. Эта женщина с растрепанными локонами и пышными формами была не в моем вкусе, но черт, как же мне не терпелось стереть эту ухмылку с ее лица.

– Хочешь это выяснить, piccola ragazza?

– Что это значит? – темно-голубые глаза смотрели прямо на меня.

– Маленькая девочка. – Она была молода, и итальянский, который я редко использовал в общении, просто соскочил с языка.

– Маленькая? – Она хихикнула, пока мы выруливали на взлетную полосу. – Твоя стюардесса маленькая, а я точно нет. И очень сомневаюсь, что я такая же маленькая, как женщины, с которыми ты обычно встречаешься.

– Точно ниже и моложе, определенно моложе.

Какого хрена я привез ее сюда? Дело в том, что она дразнила меня, но еще в Майами я привык совершать несвойственные мне глупости.

Я давно перестал увлекаться женщинами так, как раньше, потому что наконец усвоил урок. Чаще всего они разочаровывали меня, как и все остальные.

И Майами не стал исключением. Я помнил, как бывал там в детстве, помнил, как отец говорил учиться, пока сам в темноте ночи заключал сделки и обменивался портфелями.

Майами был местом, где я ничего не чувствовал. Сплошная пустота.

Неужели мне вдруг понадобилось доказать Морине свою правоту? Именно в этом городе?

Она усмехнулась, словно ее это ничуть не смутило.

– Думаю, я бы впечатлилась сильнее, если бы ты трахнул меня в машине.

Я не стал отвечать. Вместо этого позволил стюардессе заняться привычными делами и принести каждому из нас по стакану воды. Мы могли бы поесть, но нам предстоял недолгий полет и надо было успеть пристегнуться перед посадкой, когда пилот сделает объявление.

Я оглядел Морину. Пока мы поднимались все выше и выше в облака, она постукивала носком ботинка по ковру. Скоро нам предстояло оказаться над водой, но темнота скроет вид. Впрочем, это не имело значения. Мы смотрели друг на друга, и ее взгляд был полон смелости, словно она сомневалась, что я отвезу ее в обозначенное место.

– Знаешь, Морина, в машине не очень удобно трахаться.

– А в самолете удобно?

– В этом, возможно. В задней части есть кровать.

– Конечно, как иначе. Значит, дело в любезности и все? Ты настоящий джентльмен?

– Могу им быть. – Я размышлял над ее оценкой. – Да, в большинстве случаев я предпочитаю проявлять любезность. И давай проясним ситуацию: возможно, я просто хотел встретить рассвет в компании. – Это была не совсем правда, но ей об этом знать было не обязательно.

– Но ты поцеловал меня.

– Ответил на поцелуй, – поправил я. – Есть разница.

– Так ты говоришь, что не хочешь спать со мной?

– Сомневаюсь, что мужчина способен честно признаться в этом.

– О нет, я встречала и таких мужчин. – Она рассмеялась. – Что абсолютно нормально, ведь я здесь, чтобы хорошо провести время. И не знаю, станешь ли ты вести себя так же грязно и раскованно, как большинство из нас. Все признаки указывают на то, что ответ отрицательный.

– Piccola ragazza, я грязнее вас всех. Родился таким. – Не мешкая ни секунды, я сократил расстояние между нами и набросился на ее рот. На этот раз действовал менее сдержанно. Я хотел брать сам, а не позволять кому-то вести.

Если она жаждала незабываемых впечатлений, я был не против подарить их ей.

Мне хотелось выпустить пар. Я прикусил ее губу, сильно пососал ее, и Морина застонала. Потом намотал ее темные волосы на кулак, крепко сжал их и потянул голову девушки назад, желая получить лучший доступ. Ахнув, она еще шире открыла рот, словно готовая иметь дело с необузданной частью моей натуры.

Но со мной дело обстояло иначе.

Тяжело дыша, я чуть отодвинулся. После пребывания в этом городе что-то было не так, и пришло время взять себя в руки.

Морина внимательно изучила мое лицо и ухмыльнулась.

– Сомневаюсь, что ты оправдаешь мои ожидания и станешь вести себя как папочка после того, как назвал меня маленькой девочкой. Тот поцелуй был в лучшем случае посредственным.

Я хмыкнул, и атмосфера между нами изменилась. Большинство женщин хвалили меня, оказывали почтение. Эта же хотела ярких эмоций и пыталась получить их.

– На колени, милая. – Медленно велел я. – Я покажу тебе, что именно тебя ждет.

Она облизала пухлые губы, и это послужило сигналом для моего члена. С одной стороны в ней сочеталась чистота и невинность, но с другой она была словно маленький сексуальный котенок, который только и ждет, чтобы его погладили.

Морина коснулась моих брюк, а я расстегнул ремень, поглощая ее рот. Он был красивым и крупным, достаточно крупным, чтобы обхватить мой член.

Когда она сжала мой член и довольно хмыкнула, я чуть отстранился. В тот момент я почти потерялся в ней. Что-то в этом приоткрытом рте и вылетавших оттуда звуках безумно заводило меня.

– На колени, ragazza.

Морина замешкала, однако потом убрала руки с моих брюк и медленно опустилась на колени, подчиняясь, как я и хотел.

Когда я вытащил член, Морина увидела его целиком и ахнула.

Я провел пальцем по ее щеке.

– Открой рот шире, милая. Давай посмотрим, сможешь ли ты взять его целиком, как хорошая девочка, а?

Она сделала, как велено, голубые глаза блестели, когда она вобрала мой член.

Стоило ей сомкнуть губы, и я сжал ее волосы, пытаясь задать подходящий нам обоим темп. Но, черт, учитывая, каким теплым и влажным был ее рот, это оказалось непросто.

– Охренеть, я знал, что твой рот создан для этого.

Морина подняла на меня взгляд, и при виде наивности в этих темно-голубых глазах я чуть не кончил прямо ей в горло.

И все же мне хотелось, чтобы она помнила: между нами был лишь секс, а не какая-то связь или нечто в этом роде.

– Давай проверим, насколько ты хороша, красавица. – прохрипел я, толкнувшись ей в рот. – Способна ли ублажать меня лучше, чем моя стюардесса, м?

В ее глазах сверкнул огонь, и я подумал, что, возможно, зашел слишком далеко и сейчас она отстранится, но нет, она повела себя иначе и вобрала меня до самой стенки горла. Затем вытащила мой член, попутно лаская его языком. На этот раз застонал я.

– Черт, – и отстранился, не давай ей продолжить. – Встань, – приказал я, и она подчинилась, ликующе улыбнувшись мне. – Сними топ.

Морина потянула его вверх, и я удивился, увидев лифчик. Я знал, у нее отличная грудь, но на деле она оказалась еще лучше: настоящая, полная и жаждущая моих прикосновений. Небольшая татуировка на плече подчеркивала нежность загорелой кожи.

Красное кружево натянулось, сдерживая внушительные объемы, а яркий цвет подтверждал, что Морина точно знала, что ждет ее сегодня вечером.

Осознав это, я улыбнулся.

– Хочешь, чтобы я трахнул тебя на этом сиденье или пойдем в кровать? – Она пожала плечами, не сводя глаз с моего члена. – Желаешь снова взять меня в рот, а, Морина?

Глава 5

Морина

Мне стоило сказать «нет». Господи, он был просто огромным.

Я поняла это еще в машине, и мне тут же захотелось сбежать, но не из-за размера Бастиана, а из-за того, что он отказался трахнуть меня прямо там.

Бастиан пытался вести себя как джентльмен, но его член кричал о другом.

Как и направленный на меня взгляд. Он медленно избавлялся от охватившего его напряжения, тогда как я уже давно расслабилась.

А еще я не вставала на колени перед кем попало. Тех, кто удостоился подобной чести, можно было пересчитать по пальцам одной руки.

Я даже никогда не глотала. А сейчас оказалась перед Бастианом на коленях и взяла его член в рот так быстро, как никогда раньше. Уже во второй раз.

Даже не верилось, что я сделала это после того, как он упомянул свою стюардессу. Я ненавидела, когда меня сравнивали с другими, и за подобное высказывание могла бы заставить его пожалеть об этих словах. Но я пришла сюда не за этим.

Когда он поцеловал меня, я испытала то, чего не знала ни с кем до него. Большинство мужчин были хороши в постели, однако Бастиан действовал агрессивно, словно спустил с поводка зверя. Он не сдерживался и во второй раз, а мне захотелось узнать, какой он – секс без стеснений и каких-либо ограничений.

Способен ли Бастиан дойти до того предела, которого я жаждала? И были ли у меня вообще некие ограничения на этот счет?

Ни у одного мужчины не хватало смелости исследовать границы во время интрижки. Да и мне никогда не хотелось большего.

Однако я не сомневалась, Бастиану хватало опыта в этом вопросе. И я приготовилась рискнуть.

К тому же мне хотелось увидеть, как он теряет самообладание, когда я пытаюсь полностью взять его в рот.

Сжимая мои волосы, он тихо матерился, пока я снова облизала его кончик, на котором уже выступил предэякулят.

Я вбирала его медленно, по сантиметру за раз, при этом держа руку у основания и неспешно водя ею вверх-вниз.

Все усерднее работая языком, я продолжала, но он вошел лишь наполовину, и уже достиг стенки моего горла. На глазах выступили слезы, и я понимала, если он продвинется дальше, сработает рвотный рефлекс.

Бастиан провел пальцем по моей щеке и прошептал:

– Дорогая, мой член отлично смотрится у тебя во рту. Продолжай и дальше смотреть на меня таким взглядом.

Сжав мои волосы, он потянул голову назад, а я провела языком вокруг его ствола и лизнула кончик.

Бастиан был большим и действовал уверенно. Именно этого я и хотела.

Благодаря тому, что следующий ряд сидений находился у меня за спиной, Бастиан полностью контролировал ситуацию. Подавшись вперед и притянув мою голову к себе, он вошел настолько глубоко, насколько никто даже не пытался.

– Слишком глубоко, ragazza? – спросил он, когда из моих глаз потекли слезы. Но я покачала головой, потому что видела, как напряглась его шея, а на лбу выступил пот.

– Охренеть, – простонал он, когда я протолкнула его чуть дальше и сглотнула. – Я хочу кончить тебе в рот, и чтобы ты проглотила все до последней капли. У тебя получится. Я вижу, как тебе нравится мой член. Господи, охренеть как хорошо.

Мне показалось, что он вот-вот кончит. Я уже была готова к этому, но тут он снова потянул меня за волосы назад.

– Красавица, давай продолжим в постели. И ты останешься со мной на всю ночь.

Голова немного кружилась, губы покалывало, и все равно я последовала за ним в заднюю часть самолета, где за блестящей дубовой дверью находилась комната, походившая на номер в роскошном отеле. На гранитной барной стойке стояли хрустальные бокалы. Роскошный кремовый ковер дополнял нежно-бежевые стены. Кровать была огромной, потому что, естественно, этому мужчине нужно было все самое большое и лучшее.

– Полагаю, эти простыни сделаны из египетского хлопка.

Бастиан стоял у меня за спиной, он рассмеялся, а затем наклонился и всосал кожу на моей шее. Он попал в одно из моих самых чувствительных мест, и из меня вырвался стон. Затем обхватил меня руками, а я провела ими по своему животу и вверх к груди, побуждая помассировать ее.

Господи, эти большие руки были идеальными, а прижатый к моей заднице член намекал, что я получу немало удовольствия. Я выпятила попу, и он жестко толкнулся ко мне.

– Нравится дразнить меня, Морина?

Я улыбнулась. Если честно, мне казалось, Бастиану это нравится, поэтому продолжила.

– Вообще-то, наверное, стоит прекратить дразнить тебя. Да, ты большой, но сомневаюсь, что у тебя хватит сил на всю ночь.

Он сильнее сжал мою грудь.

– Это еще почему?

– Потому что мужчины, с которыми я была…

– Не мужчины, Морина, мальчишки.

Я наиграно невинно посмотрела на него.

– Бастиан, но мальчики знают, как дольше оставаться в игре.

– Мужчины не играют. – Что-то в его взгляде изменилось. Исчезло веселье. Игривость. Бастиан Арманелли сжал мое горло и отбросил маску, которую носил перед всеми остальными.

Позади меня стоял король монстров, главнокомандующий безжалостной армией. Он окинул меня пристальным взглядом, оставляя на моей шее жаркий след, и у меня перехватило дыхание.

– Наклонись. – Затем толкнул меня в спину, и я упала вперед, цепляясь за кровать. Моя задница оказалась прямо перед ним, и он, не медля ни секунды, стянул мои штаны вниз и зарычал, увидев мои красные трусики, но затем снял и их.

Я слышала, как он разрывает упаковку с презервативом, и ждала, когда он подойдет ближе и ворвется в меня.

Но он медлил.

В конце концов я оглянулась, желая посмотреть, что он делает, и, как только наши взгляды встретились, он резко опустил руку на мою задницу. Я вскрикнула от боли, однако удовольствие пронзило каждый нерв.

Бастиан покачал головой.

– Нет, недостаточно.

Когда его крупная, покрытая мозолями ладонь снова коснулась моей плоти, я ахнула, выкрикнув его имя.

– Я буду наказывать тебя каждый раз, когда ты станешь сравнивать меня с кем-то, ragazza, – прорычал он, массируя мою покрасневшую плоть.

Я хныкала от этой ласки, между ног все сжималось в ожидании нового наказания. Грань, которую большинство мужчин не пересекали во время интрижки? Бастиан не колеблясь нарушил ее, и мое тело приветствовало его решение. Я не думала, что мне придется по душе такое отношение, вот только сорвавшиеся с моих губ слова стали тому подтверждением.

– Лучше накажи меня, как следует, тогда я запомню, что ты не терпишь сравнений, папочка. Но все равно сомневаюсь, что ты способен продержаться всю ночь.

Одной рукой он провел по моему бедру, а другой погладил клитор, а затем поддразнил вход. Жгучее удовольствие пронеслось по моим венам со скоростью бурного потока.

– Какая мокрая. Уверена, что продержишься долго?

Затем он ввел в меня два пальца, и я застонала, прикусив губу. Теперь я потерялась в нем и ощущениях, которые он дарил мне.

– Мокрая и тугая. Похоже, тебя трахают одни мальчишки, да? – Я была не в состоянии продолжать игру. Еще чуть-чуть, и я бы переступила черту. – Правильно. Стони, как настоящая хорошая девочка, – прошептал он мне на ухо. – Скажи, для кого ты так сильно возбудилась.

Не успела я поддаться экстазу, как Бастиан вытащил из меня пальцы и снова шлепнул по заднице.

– Морина, задавая вопрос, я ожидаю услышать в ответ свое имя.

Я зло посмотрела на него, недовольная тем, что он не дал мне кончить.

– Может быть, я возбудилась из-за кого-то другого.

Он сжал мой подбородок и, удерживая взгляд, провел большим пальцем по моей нижней губе.

– За такие слова я сейчас снова трахну твой рот, а ты подчинишься. Потому что у тебя охрененно хорошо получается выполнять команды.

Затем Бастиан резко толкнулся в меня, не дав времени проанализировать его слова или грубость. Задница по-прежнему горела, но удовольствие от ощущения его члена внутри затмевало все.

Кровь прилила к попе, а киска сжалась вокруг пульсирующей длины, и у меня закружилась голова. Я едва могла дышать, не говоря уже о словах.

Бастиан трахал меня так, словно ему принадлежала и я, и весь остальной мир. Раньше по отношению ко всем остальным он проявлял учтивость, но сейчас был совершенно другим. Я стала свидетелем безоговорочного доминирования, при котором он ни под кого не подстраивался.

Однако меня это не пугало. Я встречала его движения, толкаясь к нему и снова выкрикивая его имя.

Когда я кончила, он зарычал и потянул меня за волосы, вынуждая выгнуться и плотнее прижаться к нему задницей, а потом последовал за мной.

Обессилев от интенсивности наших действия, я упала на кровать и отключилась.

Понятия не имею, сколько спала, но когда проснулась, в окно проникал луч солнца. В самолете было тихо, – свидетельство того, что мы уже приземлились. Бастиан сидел на кровати, закинув одну татуированную руку за голову, и смотрел на улицу.

Он не поворачивался в мою сторону, поэтому не знаю, как он понял, что я проснулась.

– Рад, что удалось отвлечь тебя от момента приземления.

Прогнав тепло, возникшее в груди из-за того, что его могло заботить нечто подобное, я проворчала:

– Точно.

Он кивнул в сторону окна.

– Это место сохранилось в своем первозданном виде. Я купил остров лишь для того, чтобы наблюдать за восходом солнца. Безусловно, самый нелепый поступок в моей жизни… и самый лучший.

Бастиан говорил спокойным и нежным голосом, снова вернувшись к амплуа делового человека.

Я села и обернула вокруг себя простыню.

– Полагаю, чтобы получить полноценный вид, нам лучше выйти на пляж?

Когда Бастиан повернул голову и посмотрел на меня, его взгляд смягчился, а появившаяся на лице улыбка совершенно не походила на улыбку того восхитительно безжалостного мужчины, с которым я имела удовольствие познакомиться ночью.

Я оставила свою одежду, отдав предпочтение простыне, тогда как Бастиан натянул боксеры и сказал пилоту опустить трап.

Солнце освещало пляж, заставляя песок искриться. Вода плескалась, как и на любом другом пляже, и я вдыхала любимый воздух. Будучи ребенком, я каждый день гуляла вдоль океана с отцом. Он был родом с Карибских островов, и у него в роду имелись выходцы из Самоа и Гаити. Любовь к океану была у меня в крови.

– Уверена, в мире нет ничего прекраснее пляжа.

– Вероятно, ты права, – прошептал Бастиан.

Я знала, что, говоря это, он смотрит на меня, заметила краем глаза. Благодаря этому я почувствовала себя особенной и прислонилась к нему, чтобы еще немного понаблюдать за волнами и солнцем.

Потом мы вернулись в самолет, по дороге потеряв мою простыню и его боксеры.

Последовавший за этим секс был более нежным, и моя интрижка переросла в еще одно утро, когда я потерялась в выдуманном мире.

Глава 6

Морина

Тихий гул мотора убаюкивал, и я едва снова не погрузилась в сон.

Но потом события ночи пронеслись в голове, словно плохое кино.

– Черт. – Подпрыгнув, я резко распахнула глаза.

Большая мужская рука упала с моей талии. Неужели Бастиан обнимал меня?

О Господи.

Не просто плохой фильм, а паршивая его версия. Полная чушь. Вскочив с кровати, я начала искать на полу самолета свою одежду.

Самолета!

– Морина, на этот раз ты действительно облажалась, – прошептала я, будучи голой, рыская по комнате в поисках лифчика. Он был красным. Как вообще можно не найти белье такого яркого цвета?

Прошлой ночью я спонтанно выбрала его в качестве дополнения к своему наряду. Обычно я не особо переживала по поводу одежды и не наряжалась в клубы, но после того, как гороскоп сказал что-то типа: «тебя ждет удовольствие, а потом смерть», приготовилась немного развлечься.

И прогноз оказался верным.

Полагаю, вторая часть предсказания касалась моей бабушки.

Ну а я вчера решила заняться саморазрушением, что привело в объятия Бастиана Арманелли. И все же казалось, мой поступок послужил причиной гибели самоуважения.

Я отправилась в самолет с незнакомцем, чтобы заняться сексом и забыться. Должна признать, Бастиан отлично справился с отведенной ему ролью. Мне понравилась наша игра в папочку. Он раздавал приказы и брал от меня все, что хотел, но при этом умудрялся доставлять удовольствие и мне. Мужчина лучше меня понимал мои желания.

Впрочем, это не имело значения. Я не собиралась снова встречаться с ним. Никакой сказки со счастливым концом.

Просто спонтанная бурная ночь и полное сожалений утро.

Пока я запихивала грудь обратно в дурацкое белье, которое предположительно должно было быть более удобным, сзади раздался сонный, хрипловатый голос:

– Ты так торопишься, будто нам не надо еще полчаса лететь до аэропорта.

Я замерла, пытаясь осознать услышанное. Меня нельзя было назвать жаворонком, особенно после нескольких хороших раундов секса ночью и ранним утром.

– Твою мать! – схватив свои трусики, я натянула их, а затем, пока Бастиан не успел меня остановить, помчалась к передней части самолета. Пилот сидел у входа в кабину, и, увидев его, я пролепетала:

– Вы сможете доставить нас в аэропорт за полчаса? Мне нужно попасть домой. Думаю, Чет пришлет за нами лимузин. Я возьму такси и вернусь в отель.

Повернувшись и увидев меня в белье, мужчина едва не упал. Его глаза расширились, но уже через секунду он пришел в себя, потому что рядом появился Бастиан, который обернул простыню вокруг моего тела.

– Вернешь нас побыстрее в аэропорт, хорошо? – сказал он, а затем подтолкнул меня обратно к спальне.

Я закатила глаза.

– Видимо, надо сказать «спасибо» за простынь.

– Лучше не пугать моего пилота, – пробормотал он спокойным голосом. Этот Бастиан был совсем не похож на того, который вчера вечером приказывал мне наклониться.

– Мне надо в отель, встретиться с Линни, – объяснила я.

– Ты знаешь, который час?

– Ну… – Я задумалась и посмотрела в окно. – Нет, но кажется, уже довольно поздно.

– Кажется, Морина? – усмехнулся он, когда мы снова оказались в спальне.

– Да. – Я теснее сжала простынь, радуясь, что не приходится искать штаны в одном белье. Впрочем, в этом не было необходимости. Они лежали на кровати, где минуту назад их точно не было.

Я надела брюки и топ.

– Так что, сколько сейчас?

Он взглянул на свои золотые часы.

– Сейчас восемь утра.

Я хмыкнула.

– Отлично, из отеля надо выписаться до одиннадцати, так что я успеваю.

– Могу отвезти тебя домой, – сказал Бастиан, будто обращаясь к самому себе.

– Боже, нет, – резко ответила я. Получилось грубо. Я поморщилась. – В смысле, мы ведь… просто повеселились и все.

– Просто повеселились? – Он усмехнулся и приподнял темную бровь. Я изучала его, а он в свою очередь рассматривал меня.

Одетый в костюм Бастиан Арманелли был красив в темноте ночи. Таким же он оставался и с расстегнутыми брюками, когда я опустилась перед ним на коленях, и когда наблюдал за восходом солнца на острове. И все же недавно проснувшийся Бастиан с взлохмаченными волосами и без рубашки казался бесценным произведением искусства, которое будет востребовано в течение многих веков. Можно было подумать, что эти рельефные мышцы, сильная челюсть, копна темных волос и широкие, крепкие плечи неподвластны времени. И мне хотелось пройтись языком по каждому сантиметру его тела.

Вместо этого я отвела взгляд.

– Да, повеселились. Вряд ли можно получить больше удовольствия, чем вчера удалось нам, согласен?

– Ты так уверена в этом? – Вот он, настоящий мужчина. Он сбросил привычную маску контролирующего эмоции человека и окинул мое тело внимательным взглядом. – Piccola ragazza, учитывая, как ты всю ночь скакала на моем члене и выкрикивала мое имя, ты слишком торопишься вернуться к своему обычному распорядку дня.

Я сделала глубокий вдох, стараясь не поддаться искушению, которое возникало при звуке слов на итальянском, сорвавшихся с его языка.

– Бастиан, ночь закончилась. Ты больше не можешь называть меня так.

Он усмехнулся.

– Значит, не стоит рассчитывать, что ты продолжишь обращаться ко мне «папочка»?

Я провела ладонью по лицу.

– Боже, пожалуйста, давай не будем обсуждать прошедшую ночь.

– Почему нет?

– Потому что все закончилось? Обычно мне не приходится вести эти утренние разговоры. – Я поправила одежду, самолет пришел в движение. – И мы возвращаемся в нормальный мир. Ты вернешься туда, откуда приехал, а я отправлюсь к себе.

– А ты очень ревностно относишься к своему маленькому городку, да?

– Разве не каждый привык защищать свой дом?

Он на минуту задумался, пока самолет уносил нас все дальше высоко в небо. У стюардессы не хватило смелости вернуться и напомнить нам пристегнуть ремни. К счастью, пилот, похоже, хорошо ориентировался в небе.

– Да, я достаточно ревностно отношусь ко всему, чем владею. Потенциально дом тоже можно считать частью этого.

Странное заявление, но я не позволила себе развить мысль дальше. В мои планы не входило получение более подробной информации об этом мужчине. Я и так узнала гораздо больше, чем требовалось.

Это понимание вызвало нервозность. Наверное, прыжок с парашютом был не такой уж плохой идеей…

Скорее всего, у меня и правда были сложности с обязательствами. Теперь, сидя в самолете и понимая, что застряла здесь еще минимум на двадцать минут, я четко осознала весь ужас своего положения.

– Знаешь, пожалуй, я устроюсь впереди, – тихо сказала я, глядя в свой телефон.

Ситуация была уж слишком неловкой. Мне пришлось разговаривать со своим случайным любовником, а единственное, чего хотелось – как можно быстрее добраться до дома.

Бастиан не пришел и не сел рядом, он ответил на звонок, и я вздохнула с облегчением. Раз он работал, значит, необходимости вести неловкие беседы отпала. Я открыла гороскоп и начала читать свой.

– Значит, ты – Стрелец, – пробормотал Бастиан, оказавшись у меня за спиной.

Подпрыгнув от неожиданности, я тут же заблокировала экран.

– Я люблю читать все знаки. Не только свой.

Он прищурился, а затем жестом велел мне подвинуться к окну, чтобы самому занять место у прохода.

Я посмотрела на пустое сиденье через проход, и, поняв мой явный намёк, он устроился там.

– Кажется, мы не будем обмениваться номерами.

Я теребила край своего кроп-топа.

– Совсем не против пропустить этот ритуал.

И я не лукавила. Обычно мужчины не просили у меня номер, сама я тоже молчала. Именно в этом в данный момент и заключалась проблема. Полет на самолете длился слишком долго, поэтому приходилось заполнять эфир никому не нужной болтовней.

Бастиан улыбнулся.

– Так и думал. Но по некой причине мне хочется попросить твой контакт.

– Довольно странная просьба.

– Согласен, тем более учитывая, что я занимаюсь налаживанием связей и пекусь о комфорте других.

Я хмыкнула, но не стала отвечать. Бастиан явно был птицей совсем другого полета, и я знала, если проявлю любопытство на этот счет, могу за него поплатиться.

Мы отлично провели время. И в эту ночь я перешла немало границ.

Самолет начал снижаться, тогда я задышала спокойнее.

– Спасибо за полет на тот маленький неизвестный остров. – Я кивнула на окно.

– Спасибо, что полюбовалась со мной рассветом, – ответил он. – Когда делаешь это рядом с красивой женщиной, которая ценит увиденное, ощущения совершенно иные.

– Бастиан, уверена, большинство женщин оценили бы и ночь, и восход. – Нелепо думать, что я была настолько уникальной.

– Малышка, ты смотришь на океан, как русалка, которой там самое место. С тобой ощущения другие.

– Нет, неправда.

– Нет? – Он скрестил руки на груди и наклонил голову, разглядывая меня. – Откуда тебе знать? Ты смотришь на себя в зеркало каждый раз, когда находишься на пляже?

Я прикусила губу, пытаясь сдержать колкое замечание.

– Странно, в бизнесе ты общаешься с людьми и помогаешь им чувствовать себя комфортно, а на мой счет ошибаешься.

– Это уж точно, у нас с тобой связь иного рода.

Я закатила глаза.

– Что ж, эта связь подошла к концу.

Бастиан ничего не ответил. Мы оба уткнулись в телефоны, исчезая в собственных проблемах и уделяя время важным для каждого приоритетам.

Глава 7

Морина

Мне удалось вовремя вернуться в отель, и в итоге мы с Линни поехали домой в лимузине. Учитывая, что у обеих выдались длинные ночи, мы в основном спали.

Когда я вернулась в Коралвилл, бабушка захотела прогуляться по пляжу. Мы старались ходить туда как можно чаще. Порой бродили там каждый день. Иногда лишь раз в неделю. Но неизменно каждый раз получали удовольствие.

– Бабушка, мне будет легче, если я развею твой прах по ветру, а не стану хранить его в доме.

– Вообще-то именно я умру через несколько недель, так разве не за мной право выбирать, что делать со своим прахом? – ответила она, ее седые волосы развевались на ветру, пока мы шли по побережью.

Я сделала глубокий вдох, наслаждаясь соленым воздухом, и попыталась не поддаваться панике перед неотвратимым будущим.

– Для души умершего вредно держать прах в закрытой урне на шкафу в твоей старой кухне.

– Кто это сказал? – Она посмотрела на меня. За последние десять лет она стала ниже и меньше, и теперь я возвышалась над ней. Да, я всегда была высокой, но и она тоже.

Потом рак легких начал побеждать, и ее осанка изменилась. Озвученный доктором на последней встрече приговор не стал для нас новостью. Бабушка еще несколько месяцев назад отказалась от лечения, и рак быстро распространялся. Она хотела умереть в своем доме, и чтобы ее прах покоился там.

Со мной. Потому что мне предстояло жить там.

Я поежилась от этой мысли.

– Ну, наверное, я. – Я сжала руки. У меня ушли годы на то, чтобы научиться вот так отстаивать свою точку зрения. Я была тихой девочкой, вечно бегала на пляж, и после того, как мои родители погибли в автокатастрофе, ни с кем не ладила. После их смерти моим воспитанием занялась бабушка, и вплоть до старшей школы она позволяла мне теряться в собственных мыслях.

Потом что-то в ней изменилось, и она раз за разом переходила границы, постоянно споря со мной и не позволяя сдаться.

– Ага! Именно это я и хотела услышать. – Она улыбнулась. – Хочешь сказать, тебе не нужен мой прах?

– Нет! Конечно, я имею в виду не это. Просто такой выбор кажется странным. Как будто твой дух окажется в ловушке и не сможет свободно летать, где ему вздумается. – Желудок сжался, и я покрутила браслеты из бисера. Они служили напоминанием о том, что необходимо давать волю каждому чувству и слушать их.

Смех бабушки скорее походил на смех ведьмы. Судя по всему, учитывая черное платье и взъерошенные волосы, пробегающий мимо маленький ребенок принял ее за одну из них.

Заметив его страх, она лишь рассмеялась громче, но не стала дразнить.

– Ладно, Мо, я не стану преследовать тебя. Разбрасывай меня, где хочешь.

– Я ведь не просто брошу тебя где попало.

– Ой, я ведь все равно превращусь в горстку грязи. – Она махнула рукой. – Если у меня и есть дух, то к тому времени он исчезнет. Я планирую подняться в космос и проверить другие планеты, о которых ты всегда говоришь. Возможно, потом явлюсь к тебе во сне и расскажу о них.

Ее слова вызвали улыбку.

– С радостью пообщаюсь с тобой во сне.

– Только не посреди ночи на кухне, да? Когда ты наливаешь себе стакан молока, а я подкрадываюсь сзади? – Она пихнула меня плечом, а я обняла ее, и мы продолжили идти по песку.

Не знаю, было ли дело в волнах у наших ног или ветре в волосах, но теперь я успокоилась и смирилась с ситуацией. Когда врачи сообщили прогноз, мы обе плакали. Тогда нам пришлось пройти через настоящую боль, по крайней мере, мне.

Вот только бабушка, похоже, не боялась смерти. Она лишь пожимала плечами и удивлялась, что протянула так долго. Доктор тихо согласился с ней.

Эта женщина прожила очень насыщенную жизнь. Видя, как она встречается с людьми, похожими на киллеров, я старалась держаться в стороне и не задавать лишних вопросов. Когда дело касалось бабушки, я проявляла любопытство, но действовала осмотрительно. Никто напрямую не говорил о ее жестокости, однако если вы забывали об осторожности, она с легкостью ставила вас на место. Она пережила своего мужа, братьев и даже младшую сестру. Когда я была маленькой, она казалась мне несокрушимой. Но теперь…

– Будут ли еще какие-нибудь пожелания?

Она остановилась, повернулась и посмотрела на воду. Атлантический океан уходил далеко за горизонт, покрывая полмира.

– Тебя ждут испытания, дитя. Я защищала и ограждала тебя от того, от чего, скорее всего, ограждать не следовало.

Я сделала глубокий вдох. Бабушка не сказала ничего нового. Я понимала, что существую в тепличных условиях. Мы жили скромно, полагаю, на их с дедушкой сбережения. Что касается меня, мне останется мой фургончик и ее маленький домик. А этого вполне хватит для счастья.

– Просто помни, скоро настанет время, когда тебе придется выбирать. Прими правильное решение, и тогда ты будешь счастлива. – Она похлопала меня по руке. – Самое главное, желаю тебе и в дальнейшем твердо придерживаться своих взглядов, с любопытством относиться к странностям и быть счастливой.

Я сделала глубокий вдох.

– Для счастья мне надо совсем немного, моя доска для серфинга и фургон.

– Не знаю, Морина, сможешь ли ты после моей смерти жить как сейчас. У тебя будет дом, надо будет оплачивать счета, а местные мужчины…

Я фыркнула.

– Мужчины меня не волнуют.

– А зря. Мо, нельзя по-настоящему наслаждаться жизнью без компании рядом.

Я закатила глаза, потому что бабушка любила заниматься сводничеством.

– Напомни, когда умер дедушка?

Она усмехнулась.

– С этим ирландским дураком едва ли получалось наслаждаться жизнью. Он умер от сердечного приступа, к которому готовился несколько лет.

– Получается, ты очень долго жила одна. Значит, я тоже смогу.

– Нет. У меня была твоя мать, а еще ты.

От ее слов мое сердце сжалось, но я не хотела, чтобы она заметила.

– Я справлюсь.

– Тебе не помешает мужчина.

– Да не собираюсь я иметь дело с местными мужчинами. Они постоянно борются за власть и меряются… – я замолчала.

– Своими членами? – Бабушка вопросительно посмотрела на меня. – Не знаю, как я оказалась там, где оказалась, но могу сказать точно, именно этим они и занимаются. Постарайся не забывать радоваться мелочам. И не обращай внимания на большие члены.

Я посмеялась над ее советом, а вечером плакала из-за того, что скоро мы лишимся возможности вот так гулять с ней по песку.

Наше время вместе неумолимо подходило к концу. И да, я смирилась с этим. Этому меня научила бабушка, но я знала, что буду скучать по ней и по своей беззаботной жизни.

Вода всегда успокаивала меня и усыпляла, словно я неким образом была связана с ней. И я надеялась, что так будет всегда.

Глава 8

Морина

В то время как океан убаюкивал меня, теплые лучи солнца помогали быстрее проснуться. Наблюдая за подъемом желтого светила, я несла свою доску к воде, попутно кивнув двум парням, которых всегда встречала рано утром. Мы мало разговаривали. Потому что приходили сюда, чтобы проснуться в компании воды, а не других людей.

Погрузившись в воду, я позволила ей омыть меня. Она ласкала мои распущенные волосы, приглаживая их так, как не умел ветер.

Волны приближались, и я ныряла в одну за другой, навстречу ветру, а затем ближе к глубине. Воздух и вода. Воздух и вода. Ритм, который создал океан или, может, ветер. Солнце согревало нас, когда мы поймали первую волну, а океан охлаждал, когда мы падали и потом вылезали на песок.

Я приходила к воде не для того, чтобы подумать.

Скорее, чтобы сбежать и одновременно стать пленницей. Потому что нуждалась в этом. Вода стала моей зависимостью, и пляж оставался единственным местом, где я чувствовала себя свободной.

По мере того как воздух прогревался все сильнее, город оживал, а я оседлала свою последнюю волну.

– Ты все, закончила на сегодня? – спросил Брэдли, не то чтобы ему было до этого дело, он просто ждал, когда же я приготовлю ему смузи.

– Скоро открою фургон. И сомневаюсь, что ты настолько сильно проголодался. – Брэдли был примерно моего возраста и являлся постоянным клиентом с тех пор, как я начала работать.

– Вряд ли смузи так уж сильно насытит меня.

– Тогда иди в кафе на соседней улице. – Я знала, что он не пойдет туда.

Он поморщился.

– И стоять в очереди? Не-а.

Я закатила глаза и выжала волосы.

– Ради меня ты готов весь день стоять в очереди.

Брэдли посмотрел на мое тело в купальнике. Даже если мне не помешало бы сбросить вес, он при каждом удобном случае пялился на мою задницу.

– Конечно, как иначе, – сказал он и подмигнул.

Я усмехнулась. Мне нравилась наша дружба, с ним было комфортно. А когда мы оба оказывались свободны, время от времени развлекались. Брюнет Брэдли мог похвастаться красивым телом и легким характером. Между нами не было ничего серьезного, и он точно не испытывал ко мне что-то большее, чем симпатию, но, когда возникало желание, мы потакали ему.

Вот только не на последней неделе, потому что никто не смог бы удовлетворить меня так, как это сделал в самолете один определенный мужчина.

– Дай мне десять минут, и я приготовлю тебе «Розовую принцессу».

– Может, подумаешь над сменой названия? – крикнул он мне вслед, когда я пошла прочь. Я видела, что у фургончика уже собрались несколько человек, а значит, они тоже хотели получить свою утреннюю дозу.

Хотя подобную ситуацию нельзя было назвать обычной.

Чаще всего у меня оставалось время переодеться в нормальную одежду, которую я прятала в фургончике. Я помахала рукой паре знакомых парней, один из которых был серфингистом, а потом сильно удивилась, заметив на парковке черный «Роллс-ройс».

Который уже видела. И в котором ездила всего неделю назад.

Мой желудок сжался, к горлу подкатила тошнота. Увиденное не предвещало ничего хорошего. Мне очень захотелось пригнуться и спрятаться.

Стыдно признаться, но, когда Данте и Бастиан вышли из машины, я ахнула. Высокие и сильные мужчины были одеты в черные лаконичные костюмы. Их туфли блестели, словно были сделаны из бриллиантов, и, подняв взгляд, я продолжила любоваться уже лицами.

Я знала обоих посетителей.

А еще надеялась, что никогда больше не увижу их.

Бастиан улыбнулся, словно услышал, как я ахнула. Тогда я резко захлопнула рот.

Фыркнув, я закатила глаза, но перед этим увидела, что его улыбка не тронула глаз. Не так, как было в ту ночь. Тогда он казался моложе, больше шутил, мы словно установили своего рода связь. Мне даже казалось, что мы живем в одном мире.

Теперь он носил лишенную эмоций маску.

С таким выражением лица он вполне мог быть выходцем с Юпитера. Затем он отвел взгляд, и я увидела, как он осматривает пляж, будто мысленно делая пометки.

Моя бабушка имела дело с подобными мужчинами. Она говорила, что это бизнес, и я с радостью оставалась в неведении насчет подробностей, так что просто смирилась с ситуацией.

Шагавшие к моему фургону явно сулили неприятности. А еще являлись живым напоминанием о той интрижки, о которой я предпочла бы забыть.

Однако моему желанию не суждено было сбыться, и теперь Бастиан направился ко мне, при дневном свете выглядя еще более опасным, словно ночь выявляла его мягкую сторону. Теперь он преследовал меня при свете дня, а не во сне.

Открыв металлическую заднюю дверь в свою маленькую святая святых, я не стала брать одежду. Жаркая погода позволяла готовить смузи в бикини. В воздухе витала прохлада, но, возможно, сегодняшний день был одним из последних в этом сезоне. Как на смену лету приходила осень, так же скоро должна была измениться и моя жизнь.

Я бросила в миксер клубнику, йогурт, ананас и лед, а потом отодвинулась, чтобы посмотреть, кто стоит у окна. Первым моим клиентом оказался пожилой серфер, который каждый день выбирал новый напиток.

– Джона, что будешь пить?

– А что ты там готовишь?

– «Розовую принцессу» для Брэдли. Он предпочитает девчачьи напитки.

Джона хихикнул, повернулся и подмигнул Брэдли, на что тот показал ему средний палец. Затем пожилой мужчина пожал плечами и кивнул в сторону миксера.

– Кажется, мне тоже нравятся девчачьи напитки. Добавь в блендер еще одну порцию.

Я забросила все ингредиенты и положила два пакетика своих специй. Я измельчала палочки корицы, семена чиа и семена льна, еще порошок агавы и другие добавки, которые делают вкус более насыщенным. Положив еще кубик замороженных ростков пшеницы, я нажала на кнопку.

Люди вставали в очередь, я принимала заказы и заметила, что двое мужчин в костюмах медленно двигались к моему фургончику, ожидая, когда придет их черед. Оба рассматривали территорию, будто она была выставлена на продажу. Но вскоре им предстояло узнать, что это место бесценно, оно принадлежало лишь воде и земле. Хотя не исключено, что морские чайки тоже урвали кусочек.

Я вручила еще одну «Розовую принцессу» следующему клиенту и взяла свою меловую доску, а красавчики продолжали приближаться.

Вдруг мне стало жарко, сквозь мое маленькое окошко стало проникать слишком много солнца.

Начертив на доске мелом несколько дополнительных позиций, я спросила, не поднимая взгляда:

– Что желаете?

Обычно, когда приходили новые посетители, я приветствовала их и предлагала список специальных напитков, но эти мужчины, одетые так красиво в месте, где песок сразу же льнул к коже и делал вас единым целым с пляжем, раздражали меня.

Особенно учитывая, что я спала с одним из них и надеялась, что мы больше никогда не увидимся.

– Не знаю. – Волосы Бастиана завивались. Интересно, все дело в укладке или такой насыщенный цвет и идеальная густота достались ему от природы. – У тебя нет меню, из которого можно выбрать?

Продолжая писать, я лишь пожала плечами.

– Сегодня почти все заказывают смузи «Розовая принцесса».

– Вероятно, владелице этой компании не понравится, что нанятая ею девушка не уделяет клиентам должного внимания и не сообщает обо всем, что есть в меню.

– Владелицу этого фургона абсолютно все устраивает. Она считает, что парни в костюмах, которые приходят и требуют огласить все позиции в меню, ведут себя грубо, – невозмутимо ответила я. Затем наклонилась к окну так, что им обоим пришлось отступить. Повесив табличку слева, я указала на нее театральным жестом. – Ого, смотрите, меню!

– «Розовая принцесса», «Поцелуй радуги» и «Болваны в черных костюмах»? – Бастиан запнулся на слове «болваны». Хотя последовавшая после этого быстрая улыбка намекала, что он все-таки не лишен чувства юмора.

Эта опасная и озорная улыбка затмевала все. И, если честно, она была самой прекрасной из всего, что я видела в жизни, если не считать океан. Когда он улыбался, его темные глаза тоже сверкали, но в их глубине затаилась некая тьма, тогда я поняла, что не желаю ничего знать о ней.

– Выбирайте свой яд, мальчики. – Я скрестила руки на груди, и он окинул внимательным взглядом мое тело.

– Морина, – мое имя прозвучало так же, как тогда в самолете сразу после секса. Тогда он убрал мои волосы со щеки и тихо прошептал его, словно я была единственной женщиной в целом мире.

Кто знает, возможно, в ту ночь именно так и было.

Но сейчас мы все находились в реальном мире, вдали от рассветов и частных самолетов. И здесь ему точно не было места.

Совсем.

– Как ты меня нашел и зачем вообще искал? – спросила я. Бастиан непонимающе посмотрел на меня, явно удивившись моему вопросу.

– Я искал не тебя, мне нужна владелица этого фургона.

– Это я.

– Нет, не может быть. Этот фургон принадлежит Марибель.

Он с легкостью произнес имя моей бабушки, но я совершенно не ожидала услышать его.

– Марибель Бейли – моя бабушка. Она подарила мне его.

Бастиан посмотрел на Данте, и тот сразу же застучал по экрану своего телефона.

– Что происходит?

Однако Бастиан уже не обращал на меня внимания.

– Не важно. Мы разберемся, – прорычал он.

– Ой, теперь папочка не хочет ничего рассказывать своей малышке? – ляпнула я до того, как успела подумать.

Он прищурился, на желваках заиграли скулы.

Я отступила, внезапно осознав, что время наших с Бастианом игривых подначек прошло. Сейчас обоим было не до шуток.

Решив, что им хватило время на раздумья, я повернулась к блендеру.

– Смузи есть смузи.

– Скажи, а насколько гигиенично делать смузи в бикини? – тихо спросил Бастиан.

Я не сдержалась и в ответ съязвила:

– Я делаю их не в бикини, а в блендере.

Да кто он такой, чтобы приходить сюда, без каких-либо объяснений спрашивать о бабушке и потом комментировать мой наряд. Я не умела скрывать эмоции. Действовала так, как свойственно Стрельцу. Поэтому прочистила горло и, когда он ничего не ответил, дала выход злости:

– Если так переживаешь на этот счет, можешь пойти в другое место.

– Понимаешь ли, самое интересное находится именно здесь. – Бастиан прислонился к окну фургона и положил локти на стойку, будто фургон и вообще все вокруг принадлежало ему. Уже по одному этому жесту я поняла, что он важная шишка. Возможно, его знала моя бабушка, но я уж точно не хотела иметь с ним ничего общего. – На этом пляже твой фургон – единственный в радиусе пяти километров. Это дело рук твоей бабушки. Скажи, как вам с ней удалось провернуть такое?

Мне не нравился тот факт, что иногда я была столь наивной. Еще я не считала себя легкомысленной, однако его слова оказались ударом в живот и напомнили, что я была именно такой. На самом деле я никогда по-настоящему не размышляла над этим. Еще в пятнадцать я стала работать в фургоне по вечерам, выходным и во время школьных каникул. А когда окончила школу, начала трудиться здесь целый день.

И дела всегда шли достаточно хорошо.

– Неужели ты никогда не думала об этом, piccola ragazza?

– Прекрати называть меня маленькой девочкой.

Он усмехнулся, а я отвернулась, чтобы приготовить смузи. Эти двое ждали своей очереди. А раз были последними, то явно, хотели получить от меня не только напиток.

Вот только я не собиралась вступать с Бастианом в любого рода отношения.

Мне не нравилось, когда любовник возвращался и начинал терроризировать меня.

Я насыпала в блендер чернику, специи, которые сделают банан и лед черными, и, как только Бастиан начал говорить, нажала кнопку включения.

А потом ухмыльнулась и подмигнула ему. В ответ он поднял бровь. Придурок, добро пожаловать в «Фургончик Мо». Здесь именно я устанавливаю правила.

Он посмотрел в небо и стиснул зубы, что позволило мне рассмотреть сильную шею и концы черных чернил, выглядывающих из-под рубашки. Всего неделю назад я касалась этих татуировок, пока он ласкал пальцами мою. Это стало напоминанием о том, что он не просто заносчивый парень в костюме, в нем явно скрывалось нечто большее.

Как только жужжание сменилось тихим гулом, я поняла, что пора выключать блендер. Я взяла два одноразовых стаканчика и сняла большой кувшин, чтобы вылить содержимое. Специи отлично дополняли фрукты. Я миллион раз готовила этот смузи, но обычно называла его «Полночь на пляже». Сегодня же решила специально для незваных гостей добавить небольшую изюминку.

– Данте, что тебе нужно сегодня, побольше энергии или спокойствия?

– Разве это важно? – буркнул Бастиан.

Однако стоявший за ним друг с красивыми зелеными глазами быстро ответил:

– Нам нужна энергия.

– Тогда, полагаю, мистер Придирчивость получит то же, что и Данте. – Взяв масло из цитрусовых с примесью лаванды, я капнула пару капель в напитки. Затем вручила им стаканы и соломинки.

Я уже собиралась назвать общую сумму, как Бастиан положил на прилавок полтинник.

– Значит, владелица этого фургона ты?

Я посмотрела на деньги, сомневаясь, что мне нужны такие большие чаевые. В моем маленьком пляжном городке мужчины постоянно то появлялись, то исчезали. Они швыряли деньгами так, будто они что-то значат, словно с их помощью можно получить все желаемое.

– И что с того?

– Хочу знать, является ли твоя бабушка партнером в других предприятиях в этом районе. – Он подтолкнул купюру в мою сторону.

Я взяла деньги, а потом вернула ему сдачу.

– Мне нечего тебе сказать.

– Да ладно. Ты сидишь здесь, в единственном в городе фургоне с едой, который является практически единственным предприятием малого бизнеса и не знаешь, какие она ведет дела и заключает сделки?

– Бастиан, я зарабатываю здесь не так уж много, – тихо ответила я, переводя взгляд с него на его друга.

Над головой прокричала чайка, и плеск воды о берег показался гораздо громче, чем раньше.

– Тогда можешь заработать больше, если ответишь на мои вопросы, – Бастиан говорил спокойно, практически гипнотизируя меня и заставляя подичиться. Он толкнул сдачу в мою сторону.

Но я была не настолько наивной.

Я покачала головой.

– Мне не нужны твои деньги.

Недовольно посмотрев на меня, он стиснул челюсти.

Затем медленно, не отрывая от меня взгляда, открыл соломинку, вставил ее в стаканчик и поднес к губам. Полным губам. Тем самым, которые обхвотили трубочку и втянули результат моего труда.

Мне не следовало заводиться. Бастиан походил на напыщенное божество или короля, которому нужно развеяться.

Что вызывало во мне массу чувств: интерес, нервозность, страх и возбуждение.

Все то, что мне испытывать не стоило. Единственное, чего не хватало, – это сожаления.

Он прочистил горло, из-за чего я подпрыгнула, потому что потерялась в собственных мыслях и сосредоточилась на созерцании его губ. В ответ он ухмыльнулся.

– Морина, у тебя очень вкусный смузи.

– Нереально вкусно. – Данте обошел Бастиана и протянул свою большую руку, словно предлагая дружбу. – Рад встрече. Не знал, что мы снова увидимся. Тебя зовут Морина, верно?

Я внимательно посмотрела на него.

– А что, Данте? В информации на меня есть что-то, что вызывает вопросы?

– В твоем деле указано, что ты живешь в соседнем городе и не имеешь никакого отношения к Марибель.

– У мамы были странные отношения с официальными документами. В моем свидетельстве о рождении указана лишь фамилия отца.

Он оглянулся на Бастиана.

– Странно ожидать, что я буду знать о таком.

– А вот Кейд мог бы быть в курсе дела.

– Кейд с самого рождения сидит, уткнувшись в компьютер. А я сражался за нашу страну. Хочешь поразмыслить над тем, что важнее?

– Не совсем. Учитывая, что с помощью компьютера брат за пару секунд может развязать войну, размышлять особо не над чем, – ответил Бастиан.

Данте беззаботно рассмеялся, хотя казалось, у них возникли проблемы.

– Ты прав. Этот парень так и ждет подходящего момента, чтобы ввергнуть мир в хаос.

– Мне ли не знать, – хмыкнул Бастиан.

Зеленые глаза Данте снова посмотрели на меня, и он улыбнулся, поднимая свой пустой стаканчик.

– Мисс Бейли, похоже, нам предстоит узнать друг друга получше. Начнем с ингредиентов, которые ты положила в этот коктейль. Лаванда, цитрусовые и семена чиа?

Я услышала интерес в его голосе и заметила, с каким вопиющим пренебрежением он общался со своим боссом. Бастиан нахмурился.

– Ты прав. Там много полезного. Надеюсь, цитрусовые придадут вам энергии, а лаванда поможет успокоиться.

– О да, уверен, именно так и будет. На вкус смесь просто идеальна, – хмыкнул он. – И я обязательно вернусь за добавкой.

Видя, как энергично он кивает в подтверждение своих слов, я рассмеялась. Мне нравилось, когда, попробовав мои смузи, люди находили их вкусными.

Бастиан коснулся плеча друга, и Данте кивнул, а потом отошел в сторону и направился к машине. Хорошо, что они решили уехать. Оставалось надеяться, что пока они находились в городе, вернется только Данте.

Как только он оказался вне пределов слышимости, Бастиан разрушил мои надежды.

– Морина, ты кое-что знаешь об этом городе, а у меня здесь есть дела.

– Ну, город достаточно маленький. Все что-нибудь да знают, так что можешь спросить любого.

– Но я хочу спросить тебя. У меня есть дело к твоей бабушке. Кажется, ты что-то скрываешь, и я хочу понять, почему.

– Чем вы занимаетесь, мистер… Арманелли, так? – Я ждала подтверждения.

– Ты ведь знаешь, что можешь звать меня Бастиан.

– Уверен, что не папочка? – не сдержалась я. Если он снова решил напоминать мне, насколько я молода, то не стану сдерживаться. Я повернулась и схватила большой кувшин, намереваясь отнести его в раковину.

– Ты все еще можешь использовать это слово, piccola ragazza, – прорычал он так низко, что я едва расслышала.

Мое тело сразу же отреагировало. Господи, он пугающе быстро превратился из джентльмена в доминантна. Сейчас я как никогда отчетливо понимала, что он опасен, а еще полон загадок. И все же глупая я находила его привлекательным.

Перекинув волосы через плечо, я посмотрела на него.

– Нет, спасибо. Предпочитаю Бастиана.

Мы смотрели друг на друга. Хотелось надеяться, что это была своего рода последняя битва, после которой он оставит меня в покое.

Вместо этого он спросил:

– Не хочешь поведать, почему ты такая ершистая?

– Мне не нравятся твои намеки на то, что я занимаюсь чем-то подозрительным. Я уже много лет работаю здесь, в этом фургоне. Моя семья управляла им, и он всегда был одним из главных предприятий малого бизнеса в этом районе. В этом нет ничего странного.

– За исключением того, что ты здесь единственная.

– Бизнес здесь приносит не так много денег. Возможно, люди просто захотели вести дела в нормальных зданиях. Не всем подходит работа на пляже.

Бастиан хмыкнул, словно я сказала ерунду. Но в моих словах был смысл, потому что именно так и обстояли дела. Я зарабатывала достаточно, чтобы хватало на жизнь, потому что мало тратила. Я унаследовала это дело. Мы придерживались традиций. Возможно, организовать бизнес здесь было не так уж умно, но это не имело значения.

– Мне нужно привести себя в порядок и подготовить все для следующих клиентов.

– Хм. Наконец решила надеть что-то подходящее для работы? – Он посмотрел мне за спину, где лежала часть моей одежды и множество других безделушек.

Внезапно мне захотелось умыться, что меня порядком разозлило. Я нахмурилась.

– Если считаешь, что твой смузи испорчен, с радостью приму его обратно.

Только я потянулась за стаканом, Бастиан тут же отступил. Ага, значит, смузи понравился не только Данте.

– Оставлю его себе.

– Не исключено, что там полным-полно микробов, – предупредила я.

– На удивление хороший напиток… особенно для такого названия. Даже вкусный.

Я ухмыльнулась.

– И теперь мне полагается сказать, что, даже несмотря на твой черный костюм, ты на удивление ведешь себя мило? Ну нет, я придерживаюсь иного мнения и не могу назвать эту встречу приятной.

Словно поняв, что переборщил с вежливостью, Бастиан начал уходить. Его немного утопающие в песке ботинки выглядели здесь совсем неуместно.

– Еще увидимся.

– Надеюсь, нет, – пробормотала я, как только он скрылся из виду, а потом повернулась и начала мыть блендер. Я терла его сильнее, чем следовало, но лишь так могла выместить свое разочарование. Этот мужчина казался настоящим произведением искусства. Какие у него могли быть дела в нашем городе?

Наверняка хотел открыть магазин смузи дальше по улице.

Я всегда могла распознать акулу, когда видела ее в воде или на суше. Они подкрадывались к вам и кружили, выискивая слабое место. Но я не открыла ему никакой информации.

Закончив, я сделала смузи и себе. Насыпала очень много клубники в клубничный йогурт и добавила немного клубничного сиропа. Мне нужен был не питательный смузи, а скорее тот, который положительно влиял на мое душевное состояние, верно?

Пока жужжал блендер, я смотрела на пляж. Один из парней поднял стакан со смузи, одобрительно кивнув, и я ответила улыбкой.

Это был мой город. Мой пляж.

Мой уголок спокойствия. И никто не мог отнять его у меня.

Глава 9

Бастиан

Я ожидал найти кого-то старше и более зрелого. А встретил девушку, с которой недавно провел ночь.

Господи, Морина чертовски хорошо выглядела на пляже в привычной для нее обстановке.

Хотя это все равно не имело значения. Теперь все изменилось, и она узнала меня с другой стороны. В этом городе мне предстояло завершить незаконные дела отца. Я занимался этим уже много лет.

Бизнес семьи Арманелли, самой известной в Штатах семьи итальянских мафиози, стал практически полностью легальным.

Я знал, что в Майами и этом городке меня ждали последние проблемы, с которыми предстояло разобраться. Марибель действовала по обе стороны баррикад. Она платила за защиту ирландской семье, чтобы они помогали бизнесу с фургоном оставаться на плаву. А еще являлась партнером моей итальянской семьи, в основном ведя дела с отцом по вопросам нефтедобывающей компании.

Раз она организовала партнерство с двумя враждующими семьями, значит, поимела одну из них.

Морина что-то знала.

Должна была знать. Вот только, судя по тому, как при упоминании бабушки она погрустнела, и в этих темно-голубых, похожих на сапфиры глазах промелькнуло недоумение, я начал в этом сомневаться.

Моя интрижка в Майами теперь превратилась в гребаную проблему.

– Что у нас здесь за сложности? – спросил я Данте в машине в тот день.

– Ничего серьезного. Мы изучаем город и Марибель, а не фургон с едой. При необходимости разберемся.

– Данте, этот маленький городок имеет отношение к нефтяным терминалам, фермам и корпоративной территории. Та компания приносит миллионы, и, если держатель большинства акций участвует в различных партнерствах, это проблема. Мой отец всегда инвестировал напрямую, а не в саму компанию.

– Ага, значит, твоему отцу нравилась Марибель.

Я рассмеялся над этим нелепым заявлением.

– Он был гребаным придурком, который любил лишь свои деньги. И мы оба это знаем. Ты помнишь мою мать. Раз его любви было недостаточно для того, чтобы бросить то дерьмо, которым занимался, значит, он вообще не был способен на чувства.

На это Данте ничего не ответил. Он знал мою мать. Она щедро сеяла любовь разными способами: готовила, пела, жила с открытым сердце. Мой отец смотрел на нее как на красавицу, но снова и снова забывал о ней и занимался своими делами: убивал людей, заключал сделки и продолжал строить свою империю.

А потом привлек к делу меня.

Я помнил, как впервые попросил оставить меня дома с мамой, а не брать с собой по делам. Он достал из пиджака пистолет и велел мне быть тем, кем он меня воспитал.

Именно так жил Марио, так он растил нас с самого раннего детства. Марио Арманелли воспитывал меня как сильного, безжалостного и жадного мафиози.

Я старался оставаться полной противоположностью этому образу.

Я посмотрел в окно на пальмы и практически почувствовал, как сквозь их листья проникают теплые лучи солнца. Этот городок был необычным, малолюдным и, вероятно, не очень популярным. Тем не менее на протяжении многих лет я оставался партнером и обеспечивал защиту людям, продолжая незаконные дела своего отца. Но пришло время покончить с этим. Марибель придется отдать мне акции и вести честный бизнес, в противном случае она лишится защиты.

Мне совершенно не нравились подобные мысли. Союзники всегда приносили больше пользы, чем враги, но я признавал лишь законный бизнес. Руки отца и так уже были испачканы в крови. Моя семья заслуживала возможности вести дела легально и в рамках закона, а еще сохранить тот уровень финансовой стабильности, который мы всегда имели. Мы заслужили это право, пройдя через множество лет настоящего ада.

Я потер подбородок.

– Тогда мы поедем к нашей главной цели.

– Из-за проблем со здоровьем Марибель предпочитает использовать видеосвязь.

– Данте, так дело не пойдет, и мы с тобой оба это знаем. Я смогу прочитать ее, только если увижу не на экране, а вживую.

Он вздохнул и что-то напечатал в телефоне.

На тот же вечер мы запланировали неожиданный визит и подъехали к дому, расположенному совсем недалеко от побережья. Достаточно близко, чтобы при наличии возможности передвигаться, пожилая женщина могла быстро дойти до воды.

Мы вышли из машины на грунтовую подъездную дорожку. Окружавшие дом растения были небольшими, как и сам дом. Вряд ли живущий тут человек любил роскошь или делал вложения, о которых я не знал.

Крыльцо совсем недавно покрасили в белый, и, когда я ступил на дерево, покрытие показалось достаточно прочным даже там, где его мог разрушить ветер и дождь.

– Какого черта вы делаете на моем крыльце? – крикнула через дверь пожилая женщина, ее лицо было испещрено морщинами.

– Нам нужно обсудить дела. – Заметив, как она нахмурилась, я потянул за галстук.

– Бастиан, я обсуждала дела только с твоим отцом, – вздохнула она, словно предвидела мое появление.

– Я не представился, – сказал я, глядя на нее. Она еще не открыла дверь, и я ждал приглашения войти.

– Это лишнее, мы оба знаем, кто мы такие. Ты похож на своего отца. И уверена, я не подхожу под то описание, которое он давал тебе. Потому что мы оба знаем, что он ни разу не произнес мое имя.

Я старался не выдать ни единой эмоции, пока она стояла и изучала меня.

Поняв, что ничего не прочтет по моему лицу, женщина улыбнулась. Я давно научился жестко контролировать эмоции.

– Кажется, я вижу в тебе достойную себе партию, потому что твой отец уже точно начал бы болтать. Тем не менее я только что сказала и повторю еще раз: я обсуждала дела только с твоим отцом. – Она разгладила белую ночную рубашку. Женщину явно не волновал ее внешний вид. Она не придавала значения моему визиту, ее больше заботила собственная пижама.

– Мой отец мертв, Марибель. – Ее взгляд метнулся вверх, и она посмотрела на пейзаж за моей спиной. – Ты знаешь, что я организовал его убийство.

Его смерть помогла мне сформировать характер. Я выстрелил, а потом смотрел, как он истекает кровью, и как вместе с ним исчезают наши грехи.

Она фыркнула, но посмотрела мимо меня на мою охрану. Данте был хорошим другом, и я доверял ему, позволяя присутствовать рядом, когда сам наносил кому-то визит, вот как сейчас.

Пожилая женщина прищурилась.

– В доме моя внучка. Ни слова о моих акциях в нефтяной компании. Понятно? И я продам их тебе честно и по всем правилам. А ты проследишь, чтобы город и дальше жил своей жизнью. Таковы условия.

Я хмыкнул и качнулся на пятках. Встретив ее прямой взгляд, я понял, что наследие и поступки моего отца повлияют на наше общение.

– Бастиан, я не отступлюсь. Ты позаботишься о городе.

– Вместо того чтобы обратиться к нам, ты заплатила ирландцам за то, чтобы на пляже стоял фургон.

Она снова фыркнула.

– Лишь раз. И чтобы доставить радость внучке. Я не оскорбляла твою семью. В отличие от твоего отца, который постоянно так и делал. А теперь дай мне одеться. – Она захлопнула перед нами дверь.

Стоявший позади Данте усмехнулся.

– Не самый радушный прием.

– Черт побери, – проворчал я.

Морина и правда ничего не знала.

Дерьмово.

– С каждой секундой ситуация лишь усложняется, – тихо заметил я.

– Мы присматриваем за этим местом на случай, если она что-то задумала, – сказал Данте.

– Нет, я беспокоюсь не об этом. Она не доверяет нам, потому что мой отец наверняка использовал ее.

– Марио вел себя мило, лишь если у него был мотив. Он делал все необходимое, чтобы добиться лучшего для нашей семьи.

– Нельзя создавать альянсы таким образом. Иногда приходится жертвовать семьей ради блага своих партнеров.

– Не стану с этим спорить. – Данте хрустнул костяшками, и я снова взглянул на него. Светлые глаза контрастировали с загорелой кожей и татуировками на шее. – Придется сохранять спокойствие. Я слышал о ней, когда прослушивал секретные каналы.

Я посмотрел на часы. Подул осенний ветерок, он дарил небольшую прохладу, но благодаря влажности воздух казался удушающим.

– Я хочу в отпуск.

– Только у тебя его никогда не будет.

– Почему?

Данте не ответил. Мы оба отлично знали, что глава мафиозного клана никогда не отдыхает. Подобная роскошь ему недоступна.

Я не привык расслабляться.

Дверь снова распахнулась, но теперь вместо пожилой женщины перед нами стояла молодая. У Морины был такой же разрез глаз, как у ее бабушки. Хотя мой мозг еще просчитывал возможные варианты исхода, я понимал, конечный результат будет отличаться от того, какой хотел получить я.

– Ты что, шутишь? Ты следил за мной? – вскрикнула она.

Услышав ее возглас, я шагнул назад.

– Я приехал встретиться с твоей бабушкой.

– Моей бабушкой? – взволнованно повторила она. – Немедленно уходи.

Я проигнорировал ее.

– Мой отец никогда не упоминал, что у Марибель есть внучка.

– Вероятно, потому, что мы с Марибель не рассказываем подобным мажорам о наших семейных делах.

Из коридора донесся голос ее бабушки, она велела нам всем войти внутрь. Пока Морина раздумывала, послушаться или нет, я поправил манжеты.

– Морина, мы в любом случае попадем в этот дом.

Она прищурилась, и я понял, что сейчас услышу ехидный комментарий.

– Теперь я очень жалею о решении, которое приняла на прошлой неделе.

Значит, нас таких двое, piccola ragazza. Однако я не произнес этого вслух. Ни к чему было подливать масла в огонь.

Она отступила, тогда я вошел в дом и осмотрелся. В прихожей стояли горшки с растениями, а на расположенной дальше кухне – исцарапанный деревянный стол. Тогда я понял, что Марибель скрывает уровень своего богатства. Если моя семья знала об этом, значит, большинство картелей, банд и других семей тоже.

А еще Марибель пряталась от кого-то, оставаясь на виду, и этим кем-то была ее внучка.

Морина махнула рукой в сторону стола.

– Ну, садитесь, если хотите. Бабушка выйдет через минуту.

– Мы не задержимся надолго, – сказал я, надеясь, что она уйдет. Не хотелось обсуждать дела в ее присутствии.

– Вы пришли забрать наши деньги, да? – Она наклонила голову и пристально посмотрела на меня своими большими глазами.

– Что?

– Ты пришел получить от города плату за защиту и лояльность, верно?

– Не уверен, что нам с тобой стоит обсуждать эту тему.

– Бастиан, моя бабушка умирает, – тихо призналась она, и в этом шепоте я расслышал боль и такую искреннюю любовь, которую самому испытывать не доводилось. Она провела ногтем по столу, затем по браслетам из бисера на запястьях. – Она оставляет мне все. Включая долги и обязательства по заключенным союзам. Так что учитывая, что скоро тебе платить буду я, именно нам стоит говорить обо всем этом.

Я посмотрел на Данте, он ущипнул себя за переносицу, а затем провел рукой по коротким вьющимся волосам.

– Знаете, а она умнее, чем я полагала, – появляясь в дверях, произнесла Марибель. Женщина переоделась в черное платье с замысловатой плиссировкой.

Мы с Данте сразу же внимательно посмотрели на нее. Без сомнения, она была не совсем здорова, но я не мог понять, какие именно у нее проблемы, как, уверен, и Данте.

– Когда я сказала, что больна, я имела в виду смертельно. Моими делами займется Мо, нравится ей это или нет.

– И мне это не нравится. – Вздохнув, Морина нахмурилась и провела рукой по длинным волнистым волосам. – Я не просила втягивать меня в этот нелепый…

– Никто не просит дать ему ту жизнь, которой он живет, Мо, – отрезала бабушка. – И я не просила. Ты получаешь ее в наследство и просто двигаешься дальше.

– Я не привыкла… – она махнула в нашу с Данте сторону, – иметь дело с бизнесменами. Все, что я хочу, просто работать в своем фургончике и…

Она посмотрела на бабушку. Глаза Марибель заблестели, и она потерла грудь. Другой рукой она так крепко держалась за спинку одного из деревянных стульев, что костяшки побелели.

– Всего лишь пара новых дел, Мо.

– Бабушка, прости, пожалуйста. Я справлюсь. – Морина подошла к ней и обняла ее за плечи. Они склонили головы к друг другу и на мгновение замерли.

Я с рождения участвовал в этом бизнесе. Не знал той любви, которую они разделяли. И все же понимал, почему Морина сопротивляется. Я тоже никогда не хотел получить в наследство тот бизнес, который мне достался.

В конце концов, я согласился. Смирился с тем, что живу жизнью, где господствует грех и жадность. Я решил, что изменю то, с чем мириться не готов, и научусь жить с тем, что изменить не в силах.

Когда я прочистил горло, Морина подняла на меня взгляд.

– Это все из-за тебя.

Скрестив руки на груди, я пристально посмотрел на нее.

– Неуважение и обвинения – не лучший способ наладить отношения.

– Ты здесь не для того, чтобы налаживать отношения. – Морина коснулась бабушкиного плеча и окинула нас обоих взглядом. – Ты не горишь желанием заводить дружбу, а хочешь заключить сделку.

Я вздохнул. Она не ошиблась. Однако большинство деловых партнеров моего отца благосклонно отнеслись к нашему партнерству, и мне не пришлось заставлять их. Я продумывал стратегию работы с семьями, поэтому заключил множество союзов там, где отцу это не удавалось.

Я относился к ним так, будто они были частью нас, хотя дело обстояло иначе.

– У меня сложилось впечатление, что вы оба хотели бы продолжить сотрудничество с семьей Арманелли.

– А у нас есть выбор? – подняв бровь, спросила Морина.

Бабушка хихикнула и погладила ее по щеке.

– Кажется, когда меня не станет, у тебя все по-прежнему будет хорошо. В тебе горит настоящий огонь, даже если ты часто отвлекаешься на воду и ветер.

Я не понимал, на что она намекает. Да меня это и не волновало. От Морины требовалось лишь присутствовать на деловых переговорах, и все. На все остальные ее занятия мне было плевать.

– Марибель, просто удостоверьтесь, что выполните свою часть сделки. Я не знаю, что происходит с тем фургоном.

– Мы разберемся. Тогда все остальные условия останутся в силе, верно? Когда я умру, Мо тоже будет нуждаться в защите. – Марибель вопросительно подняла брови.

– Мне не нужна защита, – возразила Морина. – Никому нет до меня никакого дела. А если она все же понадобится, всегда могу обратиться к шерифу или его помощникам.

Бабушка Марибель кашлянула, и звук получился очень громким. Но она не откашлялась, у нее начался приступ. Она начала хватать ртом воздух, и Мо быстро села рядом с ней. Кожа пожилой женщины посерела и стала еще бледнее, чем раньше.

Она схватила внучку за руку и прохрипела:

– После моей смерти вы все окажетесь в опасности.

Морина посмотрела на нас так, будто это мы виноваты в приступе бабушки, и погладила Марибель по спине.

Стоявший за мой спиной Данте заговорил:

– Марибель, принести вам воды?

Она кивнула, указав на один из буфетов из сосны. Данте всегда стремился сохранить атмосферу спокойствия. Говорил что, если в комнате слишком много отрицательной энергии, то жди неприятностей.

Странно, но я был согласен с ним.

– Марибель, мы продолжим охранять территорию на тех же условиях.

– Этого недостаточно, – пробормотала она, и, услышав этот тихий комментарий, я тоже сел на стул.

Если ей нужна была помощь, я хотел услышать всю информацию.

– Чего именно?

– Твой отец не хуже меня знал, что, когда мы умрем, вам всем придется рассчитывать на себя. У тебя все хорошо, ты способен постоять за себя. А вот Мо… она стремительна как ураган. Сегодня набирает скорость, а завтра тормозит. – Морина попыталась возразить, но Марибель убрала свою морщинистую руку от ладони Морины и шикнула на нее. – Ты же знаешь, что так и есть. Меня это не волнует. Нам всегда нравился твой характер. Именно поэтому я заплатила ирландцам за твой фургон. Он единственный, чем ты по-настоящему увлеклась.

– Вашу мать, – проворчал я, и Данте вздохнул.

– Что? – прошептала Морина.

– Нельзя смешивать союзников, – объяснил я зловещим голосом.

– Предполагалось, что никто не узнает. – Она пожала плечами. – Всего лишь небольшая плата за то, чтобы один фургончик с едой оставался открытым.

– Полагаю, они тебя уважают, – сказал я, обдумывая дальнейшие действия.

– Конечно. Они делают это, потому что я старая. У меня есть сила. А еще я злее Мо. Я отрублю руку…

– Бабушка!

– Боже, дитя. Это всего лишь рука! – Данте усмехнулся, а я посмотрел на Мо. Ей было не до смеха. Голубые глаза стали настолько огромными, что я понял: она не создана для управления моим районом. Она была не похожа на женщин из мафии. Молодая, любящая жизнь особа, которая явно не приветствовала насилие. – В любом случае, – продолжала Марибель, – после моей смерти она попадет в программу по защите свидетелей, умрет или…

Тишина затянулась, но я не спешил, а ждал, пока Марибель озвучит свою просьбу. Дискомфорт и отсутствие звука казались привычными. Так получалось лучше понять себя, всерьез обдумать свои намерения и степень их важности.

– Ты мог бы на время выдать ее за одного из своих главарей. Так она упрочит свое положение, а враги будут бояться причинить ей вред.

– Ты шутишь? – возмутилась Морина и резко встала. Затем прокричала: – Бабушка, это ведь шутка?!

– Ой, да всего лишь на пару лет. И такой вариант спасет тебе жизнь, – ответила Марибель.

Пока никто из них окончательно не закипел, я поднял руки.

– Не стану ставить своих людей в такого рода положение. – Я покачал головой. Вариант с женитьбой даже не рассматривался.

– Какое такое положение? – настаивала Морина, ей не терпелось выплеснуть на кого-нибудь свой гнев.

– Piccola ragazza, не надо, – я не совладал с гневом, и мой голос прорезал воздух. – Я спасаю тебя от брака по расчету.

Вместо того чтобы поежиться, она зарычала, подняв подбородок.

– Твои мужчины будут счастливы заполучить меня.

Я обвел взглядом ее тело.

– Они предпочитают женщин, а не девочек. Для большинства из них ты слишком молода.

Она раскрыла рот от шока. Затем шагнула ко мне, будто готовясь влепить пощечину. И я понял, что хочу этого. Предполагалось, что ее гнев лишь разозлит меня, но вышло иначе. Мое желание к ней не угасало.

С минуту мы смотрели друг на друга, потом она покачала головой, отошла к окну и выглянула наружу.

– Какая планета сейчас в ретрограде? Сегодня явно необычный день.

Ее бабушка застонала, и я услышал, как подошел Данте.

– Должно быть, ты стрелец.

Она улыбнулась ему.

– Да, а ты, скорее всего, лев. Обычно я неплохо общаюсь со львами.

– Думаю, мы поладим. – Данте улыбнулся, словно она была права. Правда? И что, теперь мне нужно изучить информацию об этих чертовых знаках зодиака?

Я напрягся, словно зверь, которому захотелось напасть на свою добычу.

– Будем на связи. Марибель, я ожидаю, что вы внесете все необходимые детали в свое завещание. Не хотелось бы недомолвок или неточностей, из-за которых мне придется нарушить закон.

– Настоящий джентльмен-мафиози. – Бабушка Морины рассмеялась и встала. – Я пропишу все детали.

После этого мы не стали задерживаться. Просто ушли, и лишь Данте помахал им на прощание.

Глава 10

Морина

Весь остаток вечера я провела в ожидании, будто готовясь к неожиданному нападению. Я вскакивала при малейшем звуке, за что бабушка даже отругала меня.

– Мо, почему ты такая напряжённая? Чего ты боишься?

– Ой, даже не знаю. Возможно, причина в том, что в нашем городе появилась мафия.

Она вздохнула и провела рукой по испещренному морщинами лбу.

– Дело обстоит иначе, чем ты думаешь. Моя попытка вести себя так, будто мы все еще на войне, всего лишь способ потешить свое самолюбие. Обычно раненный солдат считает те дни на войне самыми лучшими, вот и я рассуждаю так, будто ситуация может повториться. Не раздувай из мухи слона. Сейчас большинство подобных типов действуют как бизнесмены. Я же сказала, настоящие джентльмены.

Я сделала глубокий вдох.

– Бабушка, что ты имеешь в виду?

– Ах. Теперь у них есть сердца. Они живут по новым правилам. Стараются зарабатывать деньги честным путем, а не применять силу к тем, кто перешел им дорогу. – Она махнула рукой в сторону большого города. – Теперь они знают, как вести дела без смертельных последствий. Полагаю, так даже лучше, только иногда получается более бесчеловечно. Я слышала о Бастиане и его манере вести дела. Он разрывает сотрудничество с теми, с кем работать не хочет, и отдает на растерзание волкам тех, кто находится не под его защитой. Действует в соответствии с законом, но держит в руках все козыри.

– Мне по-прежнему страшно. – Подул легкий ветерок, и я вздрогнула.

– Неудивительно, но теперь у них есть этика. Кодекс, к которому он относится намного серьезнее, чем его отец. Так что брак с одним из таких людей пойдет тебе только на пользу.

Вздохнув, я впилась ногтями в ладони, чтобы не сорваться.

Бабушка хотела как лучше. Она считала, что благодаря браку можно избежать многих проблем. И полагала, что имя Бастиана защитит меня, но она ошибалась.

– Бабушка, местные любят меня, ты ведь знаешь, да? Джона каждый день катается со мной, Яго пораньше приходит к фургону, и я уже много лет работаю в приюте. Доктор Натан…

– Мо, не будь наивной. Мужчины любят смотреть на красивых женщин, но не станут рисковать ради тебя жизнью. А кто позаботится о тебе, когда меня не станет? – Я потрясенно посмотрела на нее. – Да, знаю, ты считаешь, будто сама со всем справляешься, вот только именно я оплачиваю счета. Я управляю нашим настоящим бизнесом. Я – твоя защита.

Ее слова были словно удар в живот.

– Бабушка, я вполне способна справиться со всем самостоятельно.

– Поживем-увидим, – пробормотала она и отправилась в свою комнату.

* * *

Она умерла в ту же ночь, и теперь ее последние слова повисли в воздухе, не предвещая ничего хорошего.

Не было слышно ни звука. Никакого звука разбитого стекла, никто не звал на помощь, и я не слышала даже ее последний вздох. Бабушка умерла так же, как обычно мечтают умереть все, – тихо и в собственной кровати.

Моя бабушка не пасовала перед трудностями, но предпочла тихо покинуть этот мир. Мне нравилось думать, что она сама выбрала такой вариант. Она всегда умела все делать по-своему, так почему бы не поступить подобным образом с собственной смертью.

Стоя над ней на следующее утро, я сделала один вдох, следом второй, а потом, наверное, еще пятьдесят других.

В конце концов, мы спланировали ее похороны, поминки и все остальное. Все было идеально продумано до мелочей.

Кроме того, что мне делать в тот день, когда все случится.

Я осталась одна, единственным звуком в комнате бабушки было мое дыхание, а не ее. Звуки чаек и волн снаружи вторили ему.

Не ее звукам жизни, а моим.

Без привычного хриплого дыхания жизнь казалась слишком тихой. А комната слишком пустой, ведь в ней осталась лишь я.

Солнце светило в окно, словно издеваясь надо мной, и я очень долго крутила браслеты на запястье, а потом наконец решилась позвонить в скорую.

Они приехали очень быстро, будто я обратилась в службу спасения. Но без сирен или других звуков.

Возможно, это было одно из преимуществ маленького городка. Шериф узнал о вызове и решил тоже приехать. Обняв меня, он велел позже заглянуть в Тики-бар и сказать Брэдли приготовить для меня напиток.

Я не пошла туда.

Вместо этого осталась сидеть в пустом доме, слушая новую тишину. В ту ночь я плакала практически беззвучно.

Как и в следующую ночь. И ночь после нее.

Полная тишина, лишь звуки ритма моего дыхания и волн.

Так мы и действовали вместе, помогая мне пережить эти трудные дни.

Потеря бабушки сильно ударила по мне, ведь она долгое время заменяла мне обоих родителей. Когда они умерли, она в прямом смысле слова заняла их место.

И вообще всегда оставалась рядом, даже когда они были живы.

Ее смерть стала для меня ударом и отразилась на мне намного сильнее.

Я предвидела это, но даже не представляла, что буду испытывать такую бесконечную боль и буквально потеряюсь в себе.

В следующие несколько дней прислали множество подарков. Цветы, пироги и прочую еду, как будто мне хотелось есть и вдыхать ароматы множества букетов.

Я положила все это рядом с урной, которую должна была хранить до похорон. До того дня я игнорировала звонки по телефону и в дверь.

В тот день мне пришлось взять себя в руки и посмотреть правде в глаза.

Жизнь продолжалась, умерла лишь бабушка.

Похоронное бюро оказалось маленьким и мрачным. Это место явно не понравилось бы бабушке, как не понравилось мне самой. Обивка деревянных стульев пожелтела и износилась, ведь множество людей сидели на них, когда приходили проститься с любимыми.

Невыносимое количество боли и смерти.

В последние несколько дней я была сама не своя. Злилась. Грустила. Если представить себе барабан смерти и тьмы, наверняка он звучал бы именно так. Иногда стук был настолько оглушительным, что походил на раскаты грома, он так громко отдавался в ушах, что я больше ничего не слышала. Не исключено, что это было мое сердце.

Оно гулко билось.

– Морина. – Брэдли коснулся моих плеч, и от неожиданности я подпрыгнула. Он убрал руку и поморщился. – Прости.

– Нет, нет. – Я покачала головой, пытаясь взять себя в руки. – Все нормально, просто я сама не своя.

– Так и должно быть. Тяжелое нести такое бремя в одиночку, – произнес он и тут же добавил: – Я имею в виду, ты не одна. Мы все здесь.

– Конечно, я понимаю. – Я погладила его по спине и поцеловала в щеку. Он изучал мое лицо. В любой другой день Брэдли утешил бы меня, с ним я всегда чувствовала себя защищенной. Но сегодня никто не мог уберечь меня от горя.

Он колебался, не решаясь озвучить что-то еще, и я покачала головой.

– Брэдли, перестань деликатничать. Ты никогда не был силен в этом.

Он вздохнул, но напряжение в плечах немного ослабло.

– Мо, сегодня ужасно трудный денек. И все будут осторожничать с тобой.

Повернувшись, я увидела, что в похоронном бюро собрались все жители города.

– Как будто я не знаю об этом, – шепотом ответила я.

Потом сжала свои браслеты, особенно тот из камней глубокого зеленого цвета с пятнами-ярко красного. Кровавый камень для храбрости и отваги. Еще я носила один из говлита, он означал терпение и сострадание. В карман черного платья я положила розовый кварц. Я сжимала его, когда нуждалась в уверенности и спокойствии, которых мне сегодня очень не хватало.

Люди рассаживались на стульях или спешили к пустым местам, никто не болтался без дела. Они раздавали цветы, махали другим, обнимали тех, кто плакал, смеялись с теми, кто делился воспоминаниями.

Жители города были настоящей семьей, и я улыбнулась, потому что бабушка являлась весомой ее частью.

Организатор похорон подошел обсудить программу мероприятия, но бабушка говорила, что речь должен произнести лишь священник, а не я, и чтобы перед окончанием церемонии прозвучала одна песня.

Не я. Наверное, она не хотела обременять меня. Она никогда не хотела быть обузой. Сегодня я как никогда раньше оценила это ее желание.

Я села рядом с Брэдли, и он обнял меня, пока священник говорил о бабушкиной любви к городу и работе, которую она проделала вместе с моим дедом, и о том, как он наслаждался общением с ней.

Люди кивали, соглашаясь со всеми его словами.

Я же во время его речи не проронила ни слезинки, так как планировала дать волю слезам позже, когда останусь одна.

А сейчас пусть ее оплакивает город.

Священник объявил, что бабушка выбрала определенную песню, и попросил организатора похорон включить ее.

Бабушка не предупредила меня о своем выборе мелодии, но после первых же аккордов я первая усмехнулась. Слушая «Without Me» Эминема, мы всегда смеялись, и сейчас я тоже не смогла сдержать смех.

Слова были совершенно нелепыми, и те, кто их знал, тоже начали смеяться.

Мы все подпевали, а слезы, которые текли по моему лицу, были слезами счастья.

Когда все закончилось, организатор торопился пройти вперед, но я остановила его.

– Хочу кое-что сказать, – произнеся это, я сделала глубокий вдох. – Я не умею произносить речи. Мы все знаем, что я довольно эксцентрична, настоящий отпрыск своих родителей, правда?

Большинство гостей сочли мою шутку забавной и рассмеялись.

– Не исключено, бабушка немного переживала, что мама вышла замуж за парня, который привык подстраиваться под обстоятельства. А когда они оба погибли, уверена, она даже разозлилась. Но она никогда ни под кого не подстраивалась и не сдавалась ни перед чем. Ни перед стихией, ни перед городом, который попытался надавить на нее, она всегда стояла на своем. Полагаю, нам повезло, что мы знали такого человека.

Я втянула воздух, стараясь улыбнуться и не заплакать. Я поймала взгляд Брэдли, и он кивнул, побуждая продолжать.

– Мы знали, что можем во всем положиться на нее. Брэдли рассчитывал, что она выпьет в Тики-баре столько виски, сколько не смог бы кто-то другой. Уверена, благодаря ей вы зарабатывали не одну тысячу каждый раз, когда в город заезжал очередной бизнесмен.

Все рассмеялись.

– Уверена, все знают, что со мной так не получится. Я всегда поступаю по-своему. – Снова смех. – Даже если речь не о фургоне, наших щенках из приюта и океане, знайте, я все равно всегда рядом. Да, бабушка покинула нас, но она навсегда останется частью города, и будем надеяться, ее душа, которая летает здесь, поможет всем нам стать немного больше похожими на нее.

Брэдли издал ликующий возглас, и все зааплодировали.

Я сошла с подиума, подошла к урне и коснулась ее. Сковавшая душу тяжесть спала, а так как я верила в духов, то решила, что это бабушка вздохнула с облегчением.

– Бабушка, я справлюсь, – прошептала я.

В тот момент я наконец почувствовала, что именно так и будет. В этом городе мне никогда не будет одиноко.

Когда я снова посмотрела на толпу, атмосфера будто изменилась. Не знаю, что являлось тому причиной, то ли случившийся между нами секс, то ли аура, которая окружала Бастиана, но каждый раз, появляясь в поле моего зрения, он будто воздействовал на мою энергетику. Какого черта он заявился сюда?

Вот мне и понадобился лежащий в кармане розовый кварц. Нащупав камень, я сжала его.

Потом посмотрела на бусины на запястье и увидела новую, как дополнение к гематиту и говлиту. Черный турмалин для защиты, уверенности в себе, эмоциональной стабильности и силы. Но я носила его из-за бабушки. Она была сильной, и я хотела, чтобы эта сила всегда оставалась со мной.

Подняв голову, я увидела, что Бастиан смотрит на меня, наши взгляды встретились. Я недовольно нахмурилась. Тогда он кивнул, повернулся и ушел.

Хорошо.

На мероприятии присутствовали лишь местные. И никаких чужаков.

Последовала очередная порция соболезнований, члены общины обнимали меня и вручали подарки.

Во время всего этого Брэдли не отходил от меня ни на шаг, он остался даже тогда, когда распорядитель сообщил, что будет дальше.

Затем мы вместе вышли на освещенную солнцем улицу.

Я ожидала, что накатит усталость, что мне захочется пойти домой, взять бокал вина и свернуться калачиком на диване, но снаружи меня ждал Бастиан. Солнцезащитные очки Ray-Ban скрывали темные глаза, которые обычно пронзали мою душу. Он скрестил ноги и засунул руки в карманы, прислонившись к своему «Ролс-Ройсу».

Солнце сияло так, словно сегодня не случилось ничего плохого. Птицы по-прежнему щебетали, машины проезжали мимо, ветер дул, а вдалеке все еще слышался шум волн.

Они накатывали на берег и отступали обратно.

Неужели я дышала так же размеренно? Или все же быстрее и с явной злостью, которую не ощущала раньше?

Я знала, что мое сердце тоже бьется быстрее от охватившей его тяжести и печали.

Когда я сжала руки в кулаки, стоящий рядом Брэдли поинтересовался:

– Все нормально?

Я не посмотрела на него, просто кивнула.

– Да. Только нужно кое-что уладить. Я позвоню тебе позже.

Он явно не обрадовался такому ответу, но поцеловал меня в лоб и сказал звонить в любое время. Затем ушел, а я направилась к Бастиану.

– Что ты здесь делаешь? Почему не уехал?

– Я пришел сказать, что сожалею о твоей потере. – Он не попытался подойти ближе. Даже не вынул руки из карманов для того, чтобы обнять меня.

Мы не были друзьями. Мы вообще не знали друг друга. Бабушка хотела, чтобы мы снова встретились после ее смерти, по крайней мере, она сообщила об этом мне. Бастиан пообещал, что мы будем на связи. Но сейчас время и место были совершенно неподходящими.

– Спасибо, однако поминки лишь для родственников и друзей.

– Понимаю. Чтение завещания состоится завтра. Кажется, мы оба должны присутствовать там. Я решил заехать и сообщить, что время начала – десять.

Чтение завещания? Мы оба? Эти слова не имели смысла.

– Разве не слишком рано?

– Я попросил как можно быстрее разобраться с делами, чтобы оставить в покое тебя и остальных. Мне нужно убедиться, что условия сотрудничества с портами останутся прежними, и что Марибель выполнила свою часть нашего соглашения. – Он пожал плечами, словно его бессердечие было вполне оправданным.

– Моя бабушка умерла совсем недавно, – практически прошипела я, глядя на него, и боль в моем голосе удивила даже меня.

Бастиан отшатнулся назад от ярости и печали, прозвучавших в моих словах.

– Мои соболезнования, Морина, – мягко сказал он. Затем приподнял руку, словно собираясь коснуться моей, но также внезапно опустил. – Всем будет ее не хватать.

– Но не тебе, – в ответ бросила я. – Ты явился и кружишь тут, как акула, которой и являешься. А у меня нет настроения любезничать.

– Морина, перестань. – Мне не понравилась его учтивая попытка успокоить меня.

– Перестать? – Я потянулась и сжала бусины на запястье, из которых пыталась черпать энергию. Мужество. Спокойствие. Силу. Возможно, черный дарил мне еще и ярость. – Ты должен уйти, – почти выкрикнула я.

– Не смей этого делать. Не устраивай сцену, – Бастиан произнес это едва слышно, у него хватило наглости попытаться успокоить меня тихим приказом.

– Или что? – Я удивилась собственной смелости.

– Или очень быстро узнаешь, кто настоящий хозяин этого маленького городка и всего штата. Не стоит проявлять неуважение, piccola ragazza, особенно на людях, иначе будешь наказана на глазах у других, – слетевшее с его губ обращение теперь казалось не лаской, а больно резало.

– Да что ты говоришь, папочка, – парировала я. Не исключено, что я желала получить ответную реакцию. Или же эмоции просто вышли из-под контроля. Но я не собиралась останавливаться. – Ты понятия не имеешь, какое наказание поможет и как вообще приструнить меня. – Я всегда жила, руководствуясь эмоциями, однако сейчас все обстояло иначе. Я дразнила опаснейшего дракона, которого все считали спящим, но я видела искру в его глазах. В темноте ночи Бастиан шлепал меня по заднице как человек, которому принадлежал весь мир, даже если сейчас, стоя здесь, пытался казаться кротким.

Его охватил гнев. Он поджал губы, на скулах заиграли желваки, и я подумала, что он выйдет из себя. Однако ошиблась, потому что он лишь пробормотал:

– Морина, не здесь. Не сегодня. Но ты получишь свое.

Я с трудом сдержала ответ, не желая продолжать этот обмен колкостями.

Бастиан вздохнул и достал из кармана маленькую стеклянную бутылочку. Когда он протянул ее мне, а я не предприняла попытки взять ее, мужчина осторожно взял меня за руку и положил бутылочку мне на ладонь.

– Это смесь масел розы, лаванды и ромашки для исцеления и утешения.

– Ты… где ты ее взял? – заикаясь, спросила я. Лишь однажды он видел, как я использую масло в своем фургончике, но запомнил, будто я была важна для него.

– Кажется, масло из Европы. Они используют органическое сырье и экологически чистые методы производства. – Он прочистил горло и посмотрел по сторонам. – Я все проверил.

– Для меня? – пискнула я, совершенно сбитая с толку.

– Да, из-за кончины твоей бабушки. – Он поправил галстук, как будто ему стало неловко. – Не важно, я хочу убедиться, что об этом городе позаботятся. Морина, пожалуйста, не спорь со мной об этом. Надеюсь увидеть тебя на чтении завещания.

– Город сам в состоянии позаботиться о себе. Им управляют сами жители, – ответила я, убирая масло в карман и стараясь не думать об этой странности.

– Это маленький городок, окруженный множеством больших, piccola ragazza. – Мне показалось, в тоне, которым он произнес это итальянское прозвище, я услышала снисходительность.

– Бастиан, если честно, сейчас меня это вообще не волнует. Мне плевать на дату, время, да и вообще на само завещание.

– А я уверен, завещание немного важнее, чем пыталась показать твоя бабушка.

Я быстро шагнула к нему, мои ботинки загрохотали по цементу.

– Ты называешь мою бабушку лгуньей в день ее похорон?

– Я называю ее отзывчивой женщиной, которая хотела как можно лучше и дольше защищать свою единственную внучку. На твои плечи скоро ляжет огромная ответственность.

Когда природа пыталась что-то подсказать людям, они отказывались присушиваться к интуиции. Мое сердце тянулось к Бастиану так, как не тянулось к другим мужчинам. Я не понимала, то ли дело в простом влечении, то ли в чем-то большем. Но знала лишь одно: пусть сердце стремилось оказаться ближе к нему, чутье кричало бежать в противоположном направлении.

Солнце освещало его так, словно некая высшая сила знала, что он обладает большим авторитетом, чем остальные. Этот человек существовал в совершенно незнакомом мне измерении. И я вообще не хотела знать его. Я желала двигаться вместе с ветром и водой, а загадки оставить таким, как он.

– Ты, твоя охрана, – я посмотрела на Данте, который по-прежнему сидел в машине, но виновато смотрел на меня, – и твой «Роллс-ройс» могут отправляться на оглашение завещания без меня. Или засунь завещание себе в задницу, мне все равно.

Он начал что-то говорить, но я покачнулась.

– Не желаю знать, что в том завещании. Мне ничего не нужно. Все, чего я хочу, – мой фургон, а еще чтобы ты ушел. – Я взмахнула руками, как ребенок, и мои браслеты зазвенели. – Бастиан, все это совершенно ни к чему. Всю информацию мне могут прислать по почте. Единственное место, куда я поеду, – это дом. И пробуду там несколько дней. Сомневаюсь, что, потеряв самого любимого на свете человека, я должна заниматься чем-то другим. Так что делай как знаешь, однако я туда не пойду.

– Морина. – Его голос прозвучал низко и угрожающе, совсем не мягко, как раньше. Это было предупреждение, призванное вернуть разум в хаотичную кровь, текущую по моим венам. Глаза Бастиана потемнели, лицо изменилось. Исчез готовый к переговорам мужчина. – Притащи свою задницу на оглашение завещания. Или я лично приеду к тебе и доставлю тебя туда силой.

Глава 11

Морина

На протяжении всей ночи эти слова то и дело всплывали в памяти.

Проворочавшись несколько часов, я все-таки взяла телефон, чтобы прочитать подсказки.

В гороскопе была написана какая-то ерунда.

Точнее, вот что: «Прислушайтесь к данному вам вчера знаку. И тогда все получится».

Ой, ну что за ерунда.

Я специально не стала заводить будильник, потому что не собиралась просыпаться для встречи с солнцем или волнами. Я намеревалась проспать, пропустив чтение этого дурацкого завещания.

Вот только в половине девятого на кухне что-то упало и разбудило меня. Даже если бабушка не преследовала меня в качестве призрака, она пыталась подавать мне знаки.

Я отбросила ногой свое утяжеленное одеяло.

– Бабушка, что за дурацкая нелепость?!

Не знаю, почему, но закричав вот так в пустоту, я почувствовала себя лучше и стала собираться. Я решила не надевать ни красивую блузку, ни даже милое платье. Вместо этого выбрала черное бикини, поверх него желтую майку, натянула пляжные шорты и вышла на улицу.

Я не готовилась к чтению завещания. Сразу после встречи я собиралась отправиться кататься на доске и забыть обо всех чертовых проблемах.

Никуда не торопясь, я дала своему старому пикапу поработать на холостом ходу. Джона подарил его мне на семнадцатилетие, и он явно будет выглядеть совершенно неуместно на парковке адвокатской конторы. Когда я наконец добралась до места, Бастиан вопросительно посмотрел на меня, оглядев с головы до ног.

Я совсем не удивилась тому, что на нем был привычный темно-синий костюм, а Данте торчал в своем телефоне. Я закатила глаза, но, заметив сидящих в комнате адвоката по недвижимости и еще одного мужчину, подумала, может, стоит извиниться за свой наряд и за то, что пришла вовремя.

Естественно, все остальные пришли на десять минут раньше.

Вместо этого я заняла последнее свободное место и, когда меня попросили показать удостоверение личности, предъявила его.

– Итак, спасибо за то, что все вы собрались здесь сегодня. Я – мистер Финли, и Марибель попросила меня прочитать вам завещание, а не отправлять его по почте, – объявил худой мужчина в очках, перекладывая бумаги на своем потертом столе. – Повод для встречи у нас совсем не радостный, но ваша бабушка составила это завещание много лет назад, а потом то и дело обновляла его. Она считала крайне важным ваше присутствие здесь, чтобы мы правильно поняли ее условия.

От его слов мой желудок сжался. Это единственное место, куда бабушка никогда не брала меня. Мы вместе планировали похороны. Но, что касается банков и этой части ее жизни, она только повторяла: «Я сама все улажу». Потом отправляла меня в фургон или заниматься волонтерством.

– Итак… – Мистер Финли поднял костлявый палец. – В этом завещании есть некоторые особые условия, поэтому здесь также присутствует адвокат мистера Арманелли.

Я нахмурилась и посмотрела на своего случайного партнера, который теперь стал олицетворением ночного кошмара. Он привел чертового адвоката?

– Как удобно, – проворчала я.

Мистер Финли прочистил горло.