# АРТУР

Gulia Luck

Захватывающий рассказ «Артур!» о зарождении искусственного интеллекта, вплетенный в историю любовного треугольника, эмоциональной глубиной.

«АРТУР»


ИСКРА РАЗУМА И ПЛАМЯ СЕРДЦА


Часть 1: Лабиринт Трубок и Шёпот Программы


Лондон, 1952 год. Воздух в лаборатории пах озоном, горячей проводкой


и чем-то неуловимо новым, словно рождался неведомый аромат будущего.


Артур Пенхалион (30 лет), высокий, с вечно взъерошенными волосами


и взглядом, устремленным куда-то за пределы видимого, склонился над громоздким детищем – машиной, состоящей из сотен вакуумных ламп, реле


и километров проводов. Его "Мозг", как он ласково ее называл, должен был


не просто считать. Артур мечтал научить ее думать.


Он был одержим этой идеей. Мысль о создании разума из кремния и меди поглощала его целиком, оставляя мало места для остального мира. Порой ему казалось, что он сам становится частью этой машины – его мозг гудел


от формул.

Шли дни, будни и праздники…


В его жизни были две женщины, два полюса, между которыми металось его сердце, не находя покоя.


Первой была Эвелина двадцати шесть лет, его коллега, блестящий математик и логик. Она работала с ним над "Мозгом", понимала каждый его код, каждую схему. Их отношения начались в стенах университета, из общих интересов, общих амбиций. Их связь была прочной, основанной на уважении


к интеллекту друг друга, на азарте совместных открытий.


В их прикосновениях была четкость формул, в их поцелуях – логика взаимного притяжения. Эвелина была его сообщником в этом грандиозном, немного безумном проекте. Внешне была образом «Весны»! Мягкие черты лица, словно они обрамлены легким цветочным венком. Ее глаза – яркие


и глубокие, как небесная лазурь, а улыбка искренняя и теплая, напоминающая о первых солнечных лучах после зимнего холода. Волосы светло – золотистого оттенка, словно солнечные лучи играют в них легкие волны, напоминающие о весеннем бризе. жизнерадостная и позитивная, она приносит счастье


и вдохновение. Её энергия заражает окружающих, и она всегда готова поддержать друзей, делясь своим оптимизмом. Она любознательна, открыта


к новым возможностям и обладает чувством юмора.


Второй была Софи двадцати восьми лет, художница. Ее студия находилась неподалеку, и Артур иногда заглядывал туда, спасаясь от гула машин


и тишины цифр. Софи была полным антиподом Эвелин. Она жила красками, образами, вела замкнутый образ жизни. Ее мир был полон неопределенности, интуиции, эмоций – всего того, что Артур пытался разложить на алгоритмы и логические блоки. Ее связь с ним была основана на притяжении противоположностей, на его смутной тоске по чему-то необъяснимому, чему-то, что не вписывалось ни в одну формулу.


Он любил Эвелин за ее ум, за ее партнерство и преданность к нему,


за ощущение, что они вместе строят новый мир. В их редкие минуты близости, когда гул машины стихал, а лунный свет проникал сквозь пыльные окна лаборатории, их поцелуи были сосредоточенными, глубокими. Его пальцы, привыкшие к тонким проводам, скользили по ее нежным волосам, гладким и прохладным. Ее руки обнимали его шею с уверенностью человека, который знает свои цели. Это было слияние двух умов, двух амбиций, выраженное через физическую близость. В эти моменты он чувствовал себя понятым


на самом глубоком уровне.


Но он увлекся Софи за ее непредсказуемость, за то, что рядом с ней он чувствовал себя не только мыслителем, но и просто человеком. В ее студии, среди запахов масла и скипидара, в мягком свете лампы, их встречи были иными. Ее прикосновения были другими, будто она рисовала его контуры. Его губы находили ее губы, пахнущие краской и холстами. Их объятия были менее упорядоченными, более страстными, наполненными смутным, голодным желанием, которое не имело ничего общего с логикой. Она пробуждала в нем ту часть, которую он старался игнорировать – иррациональную, эмоциональную, другую чувственность.

В тихом мерцании экранов оставшиеся строчки кода становятся подобны звёздам на ночном небе. Артур поражён тем, как много можно создать, используя всего лишь строки символов. Он задумывается мыслью – в каждом его проекте живёт частичка его души, а его повседневная жизнь – это постоянное стремление к открытию нового.