Прогулки по Петербургу
Живопись и поэзия
Анна Гаятри

© Анна Гаятри, 2025

ISBN 978-5-0067-2096-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Посвящается Петербургу

Я хочу рисовать Питер…

Я хочу рисовать Питер,
Белой ночи полёт нежный,
Я хочу рисовать ветер,
Он такой же, как я, – грешный

Заметает пути снегом —
Ни пройти, ни вздохнуть, – больно!
Покрываются льдом реки,
Застывают мосты – стоном!

Я хочу рисовать крыши
И без крыльев взлетать в Небо!
Я теченье Невы – слышу,
Пульс реки – он в моих венах!

Я хочу рисовать Питер,
Тёмной ночи огни – в окнах!
Потеплее надену свитер,
И пойду погулять с Блоком…

И стихи – словно дым – к Небу!
И с Невы словно лёд содран,
А на Сфинксе уснул Демон,
На другом – спит Андрей Белый…

Я пойду рисовать город,
Всплески улиц и крик чаек,
Я промёрзну до рези в горле,
И пойду, – и напьюсь чаю…

Этот запах дождя…

Этот запах дождя,
Словно питерский сон,
Словно улиц родных
Золотой перезвон.

И театра огни,
И качели – на взлёт!
Этот шелест дождя
О далёком поёт.

Я усну навсегда
В колыбели дождя.
Под напевы судьбы
Тихо плачет дитя…

Этот запах дождя,
Словно питерский стон!
И звучит над Невой
Скорбный отзвук валторн…

Бьются тонкие крики чаек…

Бьются тонкие крики чаек
О звенящую наледь крыш,
А по городу бродит странник,
Как слепая седая мышь…

Тихий странник бредёт по улицам
И глядит в никуда, в никуда…
Перед ним занавеской тюлевой
Дождевая дрожит вода…

Спотыкаясь о чьи-то тени,
Он вздыхает и шепчет тихо,
И взбирается по ступеням,
Будто ищет какой-то выход…

Он бредёт в пелене полуночной,
Словно в поисках огонька.
А под небом тяжёлым, сумрачным
Хладнокровно течёт река…

Крики чаек бьются и ранятся
О гранитные берега,
И тоскою сердца туманятся,
Заметают глаза снега…

Белой ночи кружево стелется
Мне под ноги сырым ковром,
Тихой странницей, вечной пленницей, —
Я иду, погружаясь в сон…

Мне снился город белоснежный…

Мне снился город белоснежный,
Мосты, каналы и река,
И розовый гранит прибрежный,
И тихий плач издалека…

И люди бледными тенями
Скользили вдаль по мостовой,
И дети с грустными глазами
Вдыхали воздух городской…

И тихо ангелы вздыхали
На крышах каменных домов,
И низко голуби летали
Над парапетами мостов…

Мне снился дождь, стучащий в окна,
И в лужах – танец воробьёв,
Идущий путник одиноко
По беспросветности дворов…

Мне снился нищий на ступенях
Собора с золотым крестом,
Он плакал, стоя на коленях,
Под тихий колокольный звон…

Я села рядом. Чайка в небе
Кружила, плача и крича…
И мне на плечи падал пепел
Из рук седого палача…

Мой сон погас. Растаял город…
Стою на паперти моста…
Передо мной – крыльцо Собора
И склепа древнего плита…

Город глазами сонными…

Город глазами сонными —
Окнами серых домов —
В колодцы глядит бездонные
Своих опустелых дворов…

И видит собаку спящую
В бездомной дыре двора,
И тусклые лампы, коптящие
С вечера до утра…

И видит людей бредущих
В серых своих пальто, —
Слепых за слепыми идущих —
Брейгелевской толпой…

Город дождями выплакал
Серую муть тоски,
Долго по-детски всхлипывал,
Съёжившись у реки…

В призрачных улиц росстанях
Буйствуют сквозняки.
Небо, дождём исхлёстанное,
Дует на синяки…

Морось застыла в воздухе,
Всё превратив в туман,
Россыпь неясных шорохов,
Зыбкий седой обман…

Город глазами сонными —
Окнами серых домов —
В небо глядит бездонное,
В поиске новых снов…

Питерский трамвай

«… Передо мною летел трамвай».

Н. Гумилёв

Я шла аллеями Парижа,
Ведущими меня в Китай,
Скользил в тени
Совсем неслышимый
Старинный питерский
Трамвай.

Сияли улочки Китая,
Ведущие меня в
Париж.
Плясал паяц,
Почти невидимый,
На сизых крыльях
Старых крыш.

Я шла по краю
Горизонта,
Ведущего меня в
Тунис.
А мой трамвай, —
Никем не слышимый, —
Летел среди
Бескрылых птиц…

Апрельская метель

Сиреневая акварель
На белоснежный лист бумаги
Стекала нежно,
А метель
Кружила всполохами ангелов

По переулкам бытия,
Затерянного и безлюдного,
По улицам, где нет тепла,
А тени серы словно будни.

И таял медленно апрель,
Стекая каплей акварели,
И акварельная капель
Была и смыслом, и забвением…

Дом с закрытыми окнами

Дом с закрытыми окнами
Смотрит вглубь себя
Глухие ставни
Призывают к молчанию
Ягнят грезящих о млечном пути…

Люди с закрытыми глазами
Глядят вглубь себя
Сидя в доме с глухими ставнями
И смотрят немое кино
Вслепую
На ощупь…

Только кошка с синими глазами
Сидит у чердачного окна
Смотрит в глубь
Распахнутого неба
И поёт свою вечную песню
В стиле блюз…

Осенние ветры…

Осенние ветры
Звенели капелью,
Весь город сегодня
Играл на свирели…

И пели дождём
Водосточные трубы,
Гудели деревья,
Играя на тубе…

Река подпевала
Журчанием скрипки,
И падали листья
В шуршании зыбком…

И зонтики плыли
Судьбы дирижёрами,
Скользя над оркестром
Осеннего города…

Бродячая кошка —
Ночная солистка —
Пропела сопрано
Пустующей миске…

Я дверь отворила,
Открыла окошко,
Впустила и осень,
И ветер, и кошку…

И город впустила,
Звенящий капелью…
Мы вместе играем
Теперь на свирели…

Отражения

Белые голуби летели низко
Под сумрачным небом
Над городом серым,
Отражаясь на мокром асфальте
Брызгами солнца

Сизые голуби клевали крошки
В тенистом парке
Серого города,
Отражаясь в тенях деревьев
Изломами крыльев

Прохожие шли, отражаясь тускло
В витринах проспекта
Серого города,
Бросая крошки печенья, хлеба
На тёмную землю

Сверкнуло солнце в угрюмом небе
И белые голуби ввысь взлетели
И сизые голуби ввысь взлетели,
Отражаясь в моих глазах
Светом

На тусклом асфальте
В лужах свинцовых
Мокнут хлебные крошки,
Отражаясь в Слове:
«Не хлебом единым…»

Мой мир округл…

Мой мир округл,
Без цифр, без часов,
Хотя росла я у Пяти Углов,
Но жизнь кругла,
Овальна, как яйцо,
Тиха, как питерское бледное лицо…

И я смотрю в туманное окно
Без острых стёкол,
Без прямых углов…
Округлое, как в хоббитской норе,
И мир издалека кивает мне…

И, если стих, – то рондо,
Если ритм, —