Михаил Ланцов
Некромаг. Том 3. Конкурент

Пролог

– Твою налево! – воскликнул Илья.

Дракон, видимо, догадался о намерениях мужчины и решил сыграть на упреждение.

Вон – взлетел и направился в сторону отряда.

Очевидно, не просто так…

Илья приказал всем рассеиваться, чтобы эта махина их разом не накрыла. А сам зарядил РПГ кумулятивным выстрелом и ринулся вперед рывками «Туманного шага», стараясь как можно скорее сблизиться с противником. Заодно уводя чешуйчатого гада от отряда. Один на один с ним удобнее было играть – за счет маневренности.

Пятьсот метров.

Двести.

Сто.

Дракон раскрыл пасть, в глубине которой практически сразу появился огромный огненный шар. И выдохнул, выпуская длинную струю чего-то раскаленного, очень похожего на смесь огнемета, только выброшенную в весьма впечатляющем объеме. Что и не удивительно. Магия позволяла порождать объем фантомного состава в поистине монументальных количествах.

Мгновение.

Вспышка «Туманного шага». И Илья подлетел вверх шагов на десять. Завис на удар сердца. Новая вспышка.

И еще.

Еще.

Он буквально за несколько секунд поднялся на линию полета дракона и в последнюю вспышку проявился уже с гранатометом на плече.

Пуск.

Дракон большой и совсем рядом. Не промахнуться.

Сам же мужчина, отстрелявшись, начал «Туманным шагом» смещаться в сторону, заодно снижаясь. Чтобы уйти с линии полета дракона и выпущенной им струи.

Чешуйчатое создание что-то поняло и даже успело отреагировать, заложив крутой вираж. Пытаясь с его помощью уклониться от выстрела из РПГ. Но этим только подставило под удар брюхо.

Мгновение.

Раздался взрыв.

И на всю округу разнесся дикий рев этого реликтового животного.

Взрыв обычной кумулятивной гранаты РПГ–7 надежно пробивал давлением гиперзвуковой струи металла около пятисот миллиметров стальной гомогенной брони. Не прожигала, а именно продавливала, как и положено кумулятивным боеприпасам с металлической оправкой воронки.

Магически укрепленная чешуя такой удар выдержала.

Одна беда – чешуя крепилась на достаточно эластичной коже. Из-за чего от такого давления частью провернулась, частью разошлась, пропуская струю дальше. К нежному и мягкому брюху. Что и закончилось пробитием кожи с достаточно обширными повреждениями за ней. Кишечник, в который угодил этот удар, не выдержал такого насилия. Его изорвало и перекрутило – не дай боже, смешав кровь с говном. О том же, КАКАЯ это боль, оставалось только гадать.

Ясное дело – у драконов свои болевые пороги и возможности. Однако этот бедолага с трудом смягчил падение парой взмахов уже у самой поверхности. Рухнул. И, скрючившись на земле, стал оглашать всю округу невероятно громкими криками, полными боли.

Илья же относительно мягко приземлился в стороне.

Телепатически передал приказ паре своих гулей взять по кумулятивному выстрелу для гранатомета и на предельной скорости бежать к нему.

После чего начал себя откачивать «Насыщением».

Из-за столь частого и быстрого использования «Туманного шага» усталость накапливалась чрезвычайно. Он ведь действовал на пределе своих возможностей. Так что теперь едва стоял на ногах, шатаясь и дрожа всем телом от перегрузки…

Прибежали гули.

Мужчина степенно зарядил гранатомет и пошел к дракону, стараясь зайти с той стороны, куда тому будет сложно нормально выгнуться. Он, конечно, любил запах напалма по утрам, но не в том случае, если гореть предстояло ему.

Триста шагов.

Двести.

Сближение шло медленно, так как предстояло дракона обойти по большой дуге.

Наконец Илья остановился со спины скрюченного животного.

Второй удар он собирался нанести так, чтобы кумулятивная струя повредила дракону хребет. Но не спешил с ним, пока тот не дергался. Просто держал РПГ наготове и, накрыв это чешуйчатое создание аурой «Поглощения», «кушал». То есть старался выкачать из него столько, сколько получится. В конце концов, когда еще такая возможность представится? Час-другой у него в запасе был. И было бы преступлением перед здравым смыслом этим не воспользоваться. Да и закончить отмывание было бы недурно.

Почти сразу дракон мелко задрожал. Было видно – пытался сопротивляться. Паутинки стали лопаться одна за другой, обрубая поглощение. Но аура автоматически кидала новые, продолжая вытягивать силы из этой твари полноводной рекой.

Секунда за секундой.

Минута за минутой.

И вот когда даже крики дракона почти стихли, перейдя в хрипы, с неба ударили столбы света, оставляя после себя на поверхности плато могущественных дэвов. Настолько монументальных, что рядом с ними даже Ашма-дэв выглядел бы недорослем. Вон как их ауры сияли. Даже без магического зрения прорываясь в материальный мир.

Взмах руки одного из них. И все линии ауры «Поглощения» оказались отрублены. Попытки же их протянуть заново натыкались на что-то жутковатое и обжигающее. Словно дракона кто-то надежно защитил.

– Картина Репина «Приплыли»! – раздраженно сплюнув, произнес Илья. А потом крепче сжал гранатомет и стал примеряться – в кого бы из них выстрелить в первого и будет ли от этого толк.

– Какой боевитый у нас Носферат, – прогудел один из дэвов, шагнув вперед.

– Это – моя добыча! – выкрикнул Илья, указывая на дракона. – Хотите свежий стейк тартар из теропода? Ищите себе свою чешуйчатую курицу!

– Эта курица – один из стражей Небесных чертогов, – указав на него, произнес визави с добродушной улыбкой. – И он воспрещал тебе вход. Почему ты на него напал?

– Я напал? Может, и напал бы, но я просто не успел. Он ринулся на меня сломя голову, вынудив защищаться.

– Надо же. Носферат – и не врет… – прогудел другой дэв, скосившись на дракона. – Любопытно.

– Зачем мне врать? Вообще не люблю это дело. Я шел в Небесные чертоги, чтобы убраться из этого мира, в который попал случайно и не по своей воле. А тут он, – махнул рукой на дракона. – Стоит такой и выступает, как директор пляжа. То плавки не того размера, то шлепок нет. Какого лешего он ко мне вообще приставать начал?

– Потому что ты был кровавый. А кровавым вход воспрещен. Кого из дэвов ты убил?

– Никого.

– Снова не врет… любопытно, – заметил тот, второй, дэв, разглядывая его теперь с явным интересом как нечто диковинное.

– Но ты был кровавым? – продолжил тот, который выступил вперед.

– Был.

– И как это произошло?

– Сатрас предложил мне съесть сердце Падмы, чтобы исцелиться. Я был отравлен кикиморой и умирал.

– Этого не может быть! – рявкнул один из дэвов.

– Но он не врет. Ты же сам видишь.

– Вижу. А в каких обстоятельствах он тебе это предложил?

– После того, как я его победил и стал расспрашивать, пытаясь разобраться в ситуации. Ардат Лилу сказала, что я смогу найти исцеление в склепе. Я туда спустился, преодолев все ловушки. Победил Сатраса. Но очевидного исцеления не увидел и решил с ним поговорить. Он мне и предложил съесть сердце, а потом идти сюда, чтобы уйти через Небесные чертоги. Сам же идти со мной отказался. Я звал. Чего в склепе валяться?

– Ясно, – кивнул тот дэв, который вел разговор, и переглянулся с остальными.

– Раз все прояснилось, то я могу добить свою добычу и пройти в Небесные чертоги?

– За нападение на стража по закону полагается отлучение от Небесных чертогов. Но страж напал на тебя сам. И, судя по вашим воспоминаниям, он это сделал до того, как ты его спровоцировал или напал на него первым. Так что за драку со стражем ты наказан не будешь.

– А он будет? – спросил нахмурившийся Илья. – Он ведь напал. Это разве законно?

– Такое поведение, безусловно, неподобающее. Отныне он больше не страж. Благо, что драконов на его место найдется в достатке.

– За нападение на меня вы его просто уволите? Он ведь мог меня убить!

– Поверь, для дракона быть поверженным Носфератом пятого чаран – это несмываемый позор, – улыбнулся выступивший вперед дэв. – Сохранение жизни станет для него большим наказанием, чем ее отнятие. К суициду драконы неспособны. Так что этого балбеса ждут века моральных терзаний и насмешек со стороны сородичей.

– Мне это без разницы. Если он больше не страж, я могу его добить? Мне очень хочется себе летающего зомби.

– Он будет исцелен и удален. После, если встретитесь, поступайте как желаете. Сейчас этот дракон под защитой Коллегии.

– Что же у вас все так сложно? Ладно. Пусть так. Могу я тогда войти в Небесные чертоги? Я же отмылся окончательно.

– Да. Отмылся. И можешь. Но не сейчас и не сюда. Тяжелое ранение стража автоматически блокирует Небесные чертоги, которые они охраняют, на неделю. Убийство – на месяц. Туда сейчас никто не может войти и никто из них выйти. Мы сами тебя переправим в мир песков.

– А так можно было?

– Разумеется. Если бы Саргон или Лилу поставили тебя на учет, то ты сам бы мог обратиться за помощью в Коллегию. Впрочем, это мы сейчас исправим.

По завершении этих слов Илью и весь его отряд охватили столбы света, унося куда-то…

Часть 1 – Вышел месяц

– Пап, я приемный?

– Вовочка, конечно нет! Ты серьезно думаешь, что я бы выбрал тебя?

Глава 1

Илья сидел в фонтане и дурачился.

Учился замораживать крохотные шарики льда и кидал их в наглых лягушек, которые прыгали по здоровенным листам кувшинок…

Большая часть П-и-лак представляла собой парковую зону с бесчисленным количеством бассейнов и фонтанов, украшенных, среди прочего, декоративной растительностью. Поэтому даже загрузившись со своей нежитью в эти водоемы, Илья «со товарищи» практически никого не потеснили и едва ли кому-то помешали.

А жаль.

Сдавленная злоба просилась наружу, и ему хотелось с кем-нибудь подраться. Настолько, что он пошел даже на такую провокацию. Но ничего не происходило, и ему приходилось тупо плавиться на жаре. Такой сильной, что даже сидение в декоративном фонтане не помогало. А пользоваться «Дыханием Иора» он не хотел.

Просто не хотел.

Устал сидеть в этом волшебном скафандре.

Бросок.

Крохотный фонтанчик воды поднялся сразу за листом кувшинки. Лягушка же даже не пошевелилась, продолжая свои попытки слиться с местностью.

– Киснешь? – спросила Нефтис, подойдя.

– Отмокаю.

– Ты зачем свою нежить в фонтаны загнал и бассейны? Да еще голышом. Да и сам сюда чего так забрался?

– А кто-то против?

– Ропот по всему П-и-лак идет.

– Можешь передать тем, кто болтает глупости, – пусть радуются, что я не решил свою нежить побаловать.

– Это еще как же?

– Устрою им тут оргию, тогда осознают всю глубину своих глубин.

– У тебя среди нежити только три женщины. Какая оргия?

– А кто тебе сказал, что в этой оргии будет участвовать только нежить? – оскалился Илья. – Я ведь помню их лица на том первом собрании. Да и потом. Презрение, высокомерие и все такое. Нет-нет. Здесь вам это не тут. Если я решу устроить оргию, то в ней добровольно-принудительно примут участие и все те, кто вел себя некорректно в прошлом.

– Ты серьезно? – ошалело переспросила Нефтис.

– А что такого? Пройдут углубленную практику по знакомству с загробным миром.

– Шутник, – фыркнула эта особа. – Вот к чему – к чему, а к твоей манере шутить с каменным лицом я пока привыкнуть не могу. Это просто, как ты любишь говорить, мне мозги взрывает.

– А если я не шучу?

– Ты же не хочешь, чтобы я подумала, будто ты сошел с ума?

– Чего сразу так? Может быть, мне обидно. Руководство этого Плюка обделалось по полной программе, а наказывают нас. Что это за скотство?

– Почему сразу наказывают?

– Мхею, Оби и Юми уже вручили дипломы и выгнали домой. Досрочно. Теперь с нами решают. А еще и трех суток не прошло с нашего возвращения. И как это назвать? Наказание и есть.

– Милый, а что нам тут делать?

– Как что? Учиться.

– Ты серьезно? – улыбнулась она.

– Вполне. Эти учебные практики – очень полезная вещь.

– Только сам П-и-лак им в этом плане не помощник. Он вообще для другого нужен и используется.

– Да-да. Я помню, что ты говорила, будто бы это место для установления дружеских и генитальных связей.

– Грубовато, но по сути верно. Да. Одна из причин, почему тут никто не старается и не напрягается, в основном заключается в ненужности подобного. Здесь они все для другого. Какой-то минимум им нужно будет выполнить. Для вида. Но не более. Настоящая учеба идет в кланах, куда они и отправляются с новым статусом. Потом. После завершения. Как Мхей, Оби и Уми.

– Но я-то в клане не состою. И получается, что меня выбрасывают на улицу.

– Если ты возьмешь меня в жены, то войдешь в клан Лал-Тара. И, как его наследник, получишь доступ ко всем нашим библиотекам и мастерам. В том числе к клановому духу-наставнику, который в свое время пытался учить меня магии.

– Мы уходим от темы. Зачем они нас отсюда выгоняют?

– А ты сам-то как думаешь?

– Мы создаем им слишком много проблем?

– Да нет. Все проще и сложнее одновременно. Боевой факультет П-и-лак внезапно стал самым известным и выдающимся. О наших похождениях практически во всех городах говорят. Кем были Оби и Уми еще месяц назад? Нулями. Да, из хороших семей, но совершенно никакими, серыми и бездарными. Счастье, если бы лет через пять они П-и-лак закончили со второй-третьей ступенью ученика. А кто они сейчас? Уже адепты. Притом что адептом П-и-лак заканчивает хорошо если каждый тридцатый. А взгляд, ты видел, как их изменился? А характер? Они вернулись домой другими. Все эти встряски пробудили в них какой-то внутренний стержень. На их фоне выпускники других факультетов выглядят тускло.

– Допустим. Но Мхей соплей не выглядел изначально.

– Мхей уже мастер. Знаешь, сколько учеников П-и-лак за последнюю тысячу лет вышли отсюда мастерами?

– Даже и пытаться не буду догадаться.

– Десяток. Всего десяток. Он и так прыгал выше головы, упорно развиваясь. Хотя ему мешали. Ему оставалось доучиться последние пару месяцев, когда мы сюда прибыли. И он рассчитывал взять всего одну ступень за оставшееся время. А тут – целый мастер. Его статус в городе поднялся чрезвычайно.

– И что?

– А то, что все так захотят. Понимаешь? Лень ленью, но вернуться из П-и-лак мастером – очень почетно. ОЧЕНЬ. И все захотят к нам. Что разом оттенит все остальные факультеты, которые на нашем фоне будут выглядеть отбросами. А оно совсем не надо. Поэтому нас с почестями и выпроваживают отсюда, а учебную практику по факультету лет на сколько-то вообще прикроют. От греха подальше. Я не удивлюсь, если они даже факультет расформируют «из-за чрезмерной опасности для учащихся».

– Вот уроды…

– Ну почему сразу уроды?

– А почему нет? Ладно – вы аристократы. Пришли – ушли. Вам есть где жить, за вами стоят кланы и большие доходы. Меня же они, по сути, выбрасывают на улицу.

– Ты можешь взять меня замуж.

– Как я жить потом с этим буду? Жениться на наследстве. Это же позорище, – покачал головой Илья.

– Не хочешь?

– Брать тебя в жены? Хочу. Но ты предлагаешь мне выйти за тебя замуж, а не жениться.

Нефтис молча села на бортик фонтана, свесив ноги в воду.

Чуть-чуть так посидели, наблюдая, как в соседнем искусственном водоеме зомби задорно плещутся, сверкая голыми задницами, что-то выкрикивая на неизвестном им языке. А вдалеке за этим со смешанными чувствами наблюдают учащиеся. Из кустов.

Наконец она произнесла:

– Что ты знаешь о Софине Красной?

– Ничего. Кто это?

– Твоя мать.

– Очень смешно.

– Вероятно, ты знал ее под другим именем.

– Ты вот сейчас шутишь? – повел бровью Илья.

– Концентрат твоей крови изучили у нас в клане. Родовые сведения надежно запечатаны или искажены. Но то, что твоя мать – Софина Красная, узнать удалось.

– Софина Красная, – покачал мужчина головой. – Мою мать звали Софья Антоновна, до замужества Краснова. Потом она взяла фамилию моего отца и стала Печорской.

– Антоновна – это что?

– Отчество. Имя по отцу – дочь Антона. Мой дед по матери звался Антоном. Мое отчество – Иванович, то есть сын Ивана. Твое… – он замялся, – Яфей, Яфей… Яфеевна. Да, Нефтис Яфеевна.

– И ты своего деда по матери, разумеется, не знал?

– К чему ты клонишь?

– Его звали не Антон, а Атон. И он умер до экскомьюникадо твоей матери Софины, прозванной за буйный нрав Красной.

– Ты ведь понимаешь, что это все звучит как вздор?

– «Поцелуй Смерти» на тебе лежит. Факт. Это значит, что ты, на момент его наложения, был одаренным. Твои родители – тоже. Причем твой дар характерен для миров палитры. У вас там некогда была магия, но другая. Поэтому у вас такие одаренные могут рождаться только в семьях выходцев из других миров. Многие и знать не знают о том, кто они и откуда. Сведения утрачиваются, а биологический вид один и тот же.

– Хорошо. Допустим. И что устроила Софина?

– Сорвалась. Психанула. Пролила много крови. Чтобы избежать казни, ее изгнали, исключив из клана.

– Кого и за что она убила?

– Это старая история, связанная с любовью, – отмахнулась Нефтис. – Больше ста лет прошло. Да и никто достоверно ничего не знает. Все фигуранты умерли.

– Милый мой котенок, зачем ты мне всем этим сейчас голову морочишь? Запечатанные родовые сведения, Софина Красная… Тебе не кажется, что это все вздор и чушь? Я – родился на Земле. Притом простым человеком. О магии знать не знал до вашего мира.

– Но у твоей матери были предметы, выдающие ее связь с магией и магическими мирами палитры.

– И что? Мало ли как они к ней попали? Она увлекалась гаданием и всякого рода мистикой. Могла купить на барахолке какой. Если ты говоришь, что на Земле живет много иммигрантов из магических миров, то такого рода предметы должны встречаться.

– А «Поцелуй Смерти»? А расшифровка родовых сведений?

– Как я понял, вы практически ничего не знаете о магии Смерти. Если вы думаете, что поцелуй можно наложить только определенным образом, то… это ничего не значит. Мало ли вам иные способы неизвестны? Да и расшифровка. Она точная?

– В пределах определенных погрешностей.

– Я жрал маг-скорпионов. Не удивлюсь, что они как-то на меня повлияли.

– Это не может никак повлиять.

– А у вас кто-то их еще жрал, кроме меня? Нет. Опять же – сколько я провел в красном мире? Личная инициация Лилу в адепты. Наложение печати дэва. Происхождение из иного мира. Факторов миллион. Вы просто морочите голову – и себе, и мне.

– И такое странное совпадение имени матери?

– В жизни и не такое случается, – развел руками Илья. – Ты, вообще, к чему это все начала говорить?

– У Софины в городе особняк остался. Он вот уже больше века опечатан. Ее бывший клан на него претендует и даже готов Совету города выплатить компенсацию. Большую. Но пока была жива Софина – он считался ее собственностью. Пользоваться им она не могла, но и отнять у нее его было нельзя. А после ее смерти оказалось, что его должен принять наследник.

– То есть я?

– Как недавно выяснилось – да. Впрочем, пока ты не придешь к этому особняку и не попробуешь принять над ним права, этого не узнать.

– И какие последствия?

– Ее старый клан попытается этот особняк у тебя отнять.

– Как?

– Просто убить, – улыбнулась Нефтис. – Ты ведь в клане не состоишь. Мстить за тебя никто не будет. К Совету обращаться тоже. Так что просто убьют, постаравшись не предавать нападение огласке.

– Совет это знает?

– Разумеется. В казну города ведь поступят крупные средства и большой особняк вновь будет обжитым. А ты… ты создал многим влиятельным людям великие беды.

– Это такой намек, чтобы я не кочевряжился и брал тебя замуж, входя в твой клан?

– Да. Лал-Тара не так силен, как хотелось бы, но от него не отмахнешься.

– Какие же все-таки маги уроды… – покачал головой Илья.

– Как будто в вашем мире, если человек с улицы получит в наследство что-то большое и значимое, у него это не отнимут под любыми благовидными предлогами.

– Ну… хм… Слушай, а почему именно убить? Если Софина Красная была из их клана, то я им не чужой.

– Она была исключена, а ты родился после этого. Так что формально ты им чужой. Более того, Софина относилась к старой старшей ветви клана. С ее изгнанием и исключением наследие перешло к младшей. А после гибели деда – и власть. Кстати, именно из этого клана и младшей ветви происходил старейшина Совета. Тот самый, которого в том числе из-за тебя подвергли экскомьюникадо. Более того, твое принятие в клан возрождает право крови, и ты становишься их главой. Поверь – никто из правящей семьи клана не пойдет на такое. Ты для них враг. Они и так бы попробовали тебя убить, а тут еще особняк…

– Какие милые люди.

– Власть развращает, – пожала плечами Нефтис.

– Они тут, в П-и-лак, не решатся меня атаковать?

– Пока ты числишься учащимся – нет. Они запомнили то, как Саргон отомстил старейшине за вмешательство и урон репутации. Так что у тебя два-три дня на принятие решения. Потом, после официального завершения обучения, начнется охота.

– А если выяснится, что Софина не моя мать?

– Тогда охоты не будет, наверное. Во всяком случае, пока ты не перейдешь им дорожку.

– Это все можно как-то наверняка проверить?

– Только явившись к особняку. И если ты хочешь это сделать, то отправляйся сегодня, в крайнем случае – послезавтра. Вряд ли Саргон даст тебе больше времени. На него ведь тоже давят. И сильно.

– М-да… – покачал головой Илья.

– Кстати, чем все закончилось с дэвами? – спросила Нефтис, меняя тему.

– Да ничем. Чем-то просканировали, проверяя печать. Кое-что поправили там, так как после горения дара ее немного повредило. Выдали мемо-кристалл со сведениями о моем пути и какими-то основными, базовыми вещами для дэвов. Ну и забрали все ценное. Даже шкуру мутны им пришлось отдать, заочно. Пускай сами ее вытаскивают.

– Совсем все ценное?

– Для дэвов. Так что куча всякого рода магических концентратов у меня сохранилась.

– Хорошо…

– Отлично! Я вообще думал, что меня без штанов оставят и в кабалу какую-то загонят. Но нет – просто ограбили, и все. И даже подсказали, как с ними связаться, если в аналогичную ситуацию попаду. Не бесплатно, конечно, но пообещали вытащить.

– А если платить будет нечем?

– Так отработкой. Совет Зара у них практику эту взял. Мелкие слабые дэвы у них на побегушках. Увлеклись с кредитами, вот и отдуваются. Только если магов Совет Зара загонял в химеры не более чем на век, то эти красавцы могут прописывать многие века службы. И порой весьма отвратительной.

– М-да… – покачала головой Нефтис.

– Я, кстати, прояснил вопрос по поводу тебя.

– По поводу меня? – удивилась она. – Что за вопрос?

– Чтобы тебя посвятили в дэвы. В принципе – это возможно. Но ценник просто конский.

– Брось, – отмахнулась она. – Зачем мне это?

– А что – брось? На тебе висит уже столько клятв, что ты вовлечена в жизнь дэвов по уши. Только не дэв. Из-за чего в их глазах являешься отбросом. Это дэвов им убивать нежелательно, и за такие проказы может прилететь серьезное наказание. Все остальные им неинтересны. Хоть тысячу магов перебей – плевать.

Нефтис нахмурилась.

– Так что, мой милый котенок, будем искать способ тебя обратить в дэва. Просто для того, чтобы ты выжила. Если, конечно, ты все еще хочешь стать моей женой.

– Ты сейчас серьезно?

– Предельно. Это еще одна причина, почему я осторожничаю. Не зря я тогда переживал. Ой не зря. Если какая-то дэва пожелает стать моей супругой, а рядом со мной ты, то она убьет тебя, не раздумывая и секунды. Для них маги – это ничто. Насекомые.

– Проклятье… – процедила Нефтис.

– Да-да. Эта дебильная выходка Саргона с досрочным окончанием П-и-лак прямо вовремя. Я закончу учиться – убивать будут меня. Возьму при этом тебя в жены – убивать будут тебя. Красота!

– Надо будет с ним поговорить, – решительно произнесла эта особа.

– Надо, – кивнул Илья. – Только ему-то оно надо?

Глава 2

Илья вышагивал по улицам Нехеб с максимально самодовольным видом. Ловил на себе множество разных взглядов с самыми разными реакциями, но старался держать марку…

Красивый город.

Эффектный.

Почти сказочный.

Во всяком случае, в той ее части, в которой жили маги.

Там же, где селились лишенные дара, он представлял собой трущобы. Достаточно чистые, так как о гигиене заботились, но… Для обывателей там настроили своего рода общежитий с небольшими помещениями. Одиночкам – одну крохотную комнату. Парам – две. С детьми – больше.

Все вопросы питания решались артефактами «Насыщения». Как и нюансы гигиены. Что не требовало ни подводить воду, ни отводить канализацию. Подобных вопросов вообще никто не касался за ненадобностью. Из-за чего жилье представляло собой просто каменные коробки с минимальным количеством мебели и личного имущества. Лишенные дара жили бедно. Очень бедно. И хоть как-то укрепить свое положение могли, лишь нанимаясь в разного рода экспедиции. Крайне опасные, как правило, и очень редкие. Оказывая всякие услуги, в том числе интимного характера. Ну и еще рядом не самых благополучных способов.

Илья туда, в эти трущобы, уже заглядывал.

Еще до того, как поступил в П-и-лак. И до сих пор пребывал под впечатлением. Вот – зачуханные каморки. Вот – дворцы. И между ними даже не пропасть. Нет. Это разные миры.

Сейчас он вышагивал по центральной улице, направляясь к старому особняку Софины Красной. И ему казалось, что об этом все смотрящие на него знали. Оценивая по-разному и по-своему.

Тогда, в первые дни здесь, он в лучшем случае вызывал равнодушие на фоне общего презрения. Грязный маг как-никак. Теперь гамма эмоций стала намного интереснее.

Равнодушие пропало полностью.

Его узнавали.

О нем знали, будучи наслышанными о похождениях.

И теперь в основном он чувствовал интерес и любопытство. А призраки, крутящиеся вокруг него, подслушивали всякие шепотки.

Леорика у него забрали.

Точнее, выкупили.

Совет Зара предложил сделку – Леорик, то есть Сурхеб, возвращается к ним на службу. Снова смотрителем. А Илья получает за это достойную плату. И за отзыв клятвы, и за доспехи, которые шли теперь в нагрузку.

Илья старый скелет не неволил. Прямо спросил. И тот согласился.

– Стар я уже во всем этом участвовать. Да и толку тебе от меня? Я же слаб и почти не развиваюсь. За все эти дни только две ступени себе поднял.

Мужчина в ответ покивал.

Старик был прав. Его присутствие было красиво и эффектно, но лишено смысла. Скорее, даже в чем-то обременительно.

Плата в кои-то веки оказалась достойной. Как выяснилось, Совет Зара, если на него никто не давил, вел себя недурно. Да и вообще – именно к ним у Ильи никаких особых вопросов не имелось.

Ему вручили два концентрата лакса, позволяющие поднять «Зов Спящих» до третьего и четвертого уровня соответственно. С возможностью получить на последнем – гомункулов.

Совершенно удивительных существ.

С одной стороны, они оставались нежитью линии зомби, со всеми ее особенностями. Так, например, могли поддерживать свое существование даже в лишенном магии мире, через пожирание мяса. Причем находясь в экономичном режиме, то есть не двигаясь слишком быстро и не тягая что-то особо тяжелое, они требовали этого мяса совсем немного. Кроме того, как и вся нежить, имели совершенно непробиваемый иммунитет к страху, болезням и прочим пакостям. Сверхъестественную силу. Отсутствие физического утомления. Волшебное исцеление через поглощение мяса. Ну и так далее.

С другой стороны, гомункулы обладали полностью функциональным и, по сути, живым телом. Которое не только было способно даже к выполнению репродуктивной функции с представителями своего изначального вида, но и принимало всякого рода усиления белых магов.

Так, на зомби, гулей или умертвия наложить «Бодрость Акаши» было попросту нельзя. А на гомункулов – можно. И все прочие «бафы» – тоже. Из-за чего этот вид нежити становился чрезвычайно интересным. Считай, как живой, только лучше.

Если же надеть на него какое-нибудь колечко, маскирующее ауру, или набить такую печать на кожу, то его от живого и не отличить. Даже темпы восстановления магической силы полностью эквивалентны изначальному виду.

Искусственный человек.

Сверхчеловек.

Если, конечно, использовать тело человека. Так-то вон – у Ильи и циклопы имели перспективы стать гомункулами, и альты, и даже одна дракта – считай, воинственная разновидность альтов.

Мужчина охотно поднял своих гулей до третьего уровня, превратив в умертвий. Плюс-минус то же самое, только лучше. Выше-дальше-быстрее. По сути, высшая форма традиционных зомби. Отложив концентрат лакса «Чертоги Спящих» до лучших времен. Так как он и сам только-только получил инициацию корневой печати до мастера. «Чертоги» же требовали следующего уровня – магистра.

Остальных своих зомби он трансформировал в гулей. Благо, что после инициации в мастера получил целую кучу новых ячеек для лакса. Тот же адепт десятой ступени их имел всего шестьдесят четыре штуки. Много. И даже более чем достаточно для задуманного Ильей. Однако мастер второй ступени, каковым он стал, имел уже двести сорок ячеек для лакса. Что открывало перед ним просто невероятные возможности и новые горизонты.

Кстати, инициацию в мастера ему тоже Совет Зара в качестве оплаты провел. В довесок к этим двум ценнейшим, на взгляд мужчины, концентратам. Из-за чего Илья впервые за время нахождения в магических мирах не чувствовал себя обманутым. Посчитав оплату достойной.

Нефтис, кстати, это предположение подтвердила.

Заплатили как надо.

Можно было, конечно, еще поторговаться, но смысла, в общем-то, это не имело никакого.

Остальное пришлось закупать в П-и-лак. Благо, что набил всякого барахла вроде «Осколков Арды» он достаточно. Всего этого хватило и два артефакта купить, и целую россыпь концентратов лакса для себя и Беллы с Розой.

Первым делом он приобрел перстень малого пространственного кармана. Без него стало особенно тяжко и трудно. Вот и разорился.

Потом – портальный амулет. Настраиваемый.

Работали они довольно просто.

Ставишь якорь в интересующем тебя месте. Потом, при необходимости, можешь открыть групповой портал, чтобы перейти в выбранное загодя место. И, что очень важно, данный амулет не имел ограничений дистанции. То есть его можно было применять для переходов между мирами. Очень затратный способ, но… после всего произошедшего – очень нужная вещь.

Вот.

Добыть концентрат лакса даже второго уровня оказалось крайне непросто. Грубо говоря – их делали. Заранее. Долго. Дорого. И в свободной продаже их практически не было. А если что и имелось, то неподходящего для Ильи профиля или стихии.

Синие концентраты вообще почти что нигде нельзя было найти. Нигде, кроме Совета Зара, который продавать их отказывался, предлагая отрабатывать. На что уже Илья пойти не мог.

Из того, что удалось найти на рынке, более-менее прилично выглядели только «Дух» и «Суть Тиамат». Первая лакса являлась морозной аурой, которую можно было накладывать на поверхность или какой-то объект. А вторая – полной защитой от любого охлаждения, даже волшебного. Само по себе – так себе лакса. Но их сочетание позволяло накладывать морозящие ауры на живых и неупокоенных. Без риска им навредить.

И все.

Больше ничего интересного найти не удалось. За чем-то более интересным нужно было отправляться в какой-нибудь синий мир. Каждый из которых представлял собой место весьма и весьма паршивое. Обостренная борьба жизни и смерти в тех краях доходила до крайности. Со всеми, как говорится, вытекающими последствиями.

Черных концентратов имелось много.

Но все – хлам.

Ничего интересно людям вне кланов не продавалось. Синие бы тоже не продали, если бы в кланах хватало магов смерти. А так их просто девать, по сути, было некуда.

Из белых концентратов Илья взял несколько для Беллы, чтобы ее максимально прокачать. И даже купил «Око Думата» этой парочке альтушек. Чтобы они смогли более тонко настраивать свои лакса.

Ничего интересного, как и следовало ожидать, на рынке не наблюдалось. По крайней мере, для людей вне кланов. Но белых магов было много. Так что выбор оказался все же получше. Во всяком случае, для себя Илья нашел «Бодрость Акаши» – ту самую лакса, которая сильно поднимала тонус живым.

Для Розы нашлась достаточно слабенькая, но необычная лакса «Иска Бу», позволяющая швырять небольшой сгусток чего-то наэлектризованного. Эффект, по ощущениям, – словно сильно ударило током. По сути – баловство. Но при развитии и правильном ситуативном употреблении мог раскрыться, как и «Черный ковер».

И все на этом.

Илья бы еще что-нибудь для Геллы приобрел, но ничего подходящего в этом мире, судя по всему, найти было нельзя. Да и вообще – чем дальше, тем меньше понимал смысл ее присутствия в отряде. Она с ним попросту диссонировала и не вписывалась в получающуюся композицию.

Так же сложно обстояли дела с призраками.

Ни Совет Зара, ни Саргон, ни различные торговцы не смогли подсказать ничего о том, как именно синие маги поднимали призраки. Слышать – слышали. Но не более. Этого и Ану – старый привратник – судя по всему, не знал, так как их совсем не использовал, кроме поступивших на службу. А вопрос с призраками встал достаточно остро. Совет Нехеб наконец добрался до той троицы, что служила Илье. Идентифицировал их. И возжелал возродить за все хорошее.

– Ты же понимаешь, что это происки Тар-Калли? – спросила Нефтис, упомянув клан, в который некогда входила Софина Красная и из которого, по матери, происходил изгнанный старейшина.

– Они хотят лишить меня разведки?

– Разумеется. Все кланы используют призраки для этих целей. Ограниченно, но используют. Их наличие резко затрудняет вопрос твоей ликвидации и удорожает. Уверена – сначала надавят. Не сильно. Если устоишь, то предложат хороший выкуп. Ты ведь в своем праве.

– Совет Зара и Саргон отказались мне помогать с призывом призраков по этой же причине? Чтобы я не обзавелся новыми, взамен отдаваемых?

– Не знаю. Вряд ли, – пожала она плечами. – Скорее всего, они действительно не могут. Могущественных синих магов у нас уже очень давно не было. Тем более таких, которые, как ты, специализировались на призыве, да еще с уклоном в качество. Строго говоря, даже в Совете Зара нет ничего из круга «Спящих», кроме «Зова» и его стадий. Ты же сам об этом сказал. Так что… не думаю, что тут какой-то злой умысел. Да и… хм…

– Что?

– Папа организовал сбор ставок.

– В каком смысле?

– Он стал принимать ставки на то, кто выйдет победителем из этого конфликта за особняк. Почему нет? Так вот. Я не могу раскрывать детали с персоналиями, да и не знаю их, но не все в городе считают такой уж однозначной победу Тар-Калли.

– Даже так… – покачал головой Илья.

– Да-да. Поэтому Совет вряд ли враждебен тебе. Он, скорее, выжидает…

Помолчали.

Минуть пять, проходя оставшееся до особняка Софины расстояние.

Гулей, циклопов и баса Илья оставил в П-и-лак. С собой взял только десяток умертвий уже привычного состава. Тех самых семь крепких воинов и трех магов. Ну и призраки. Куда он без них?

Подошли к перекрестку.

И вот – сразу за ним, по правую руку от дороги, возвышался особняк, в первой линии от центральной площади. Большой. Грандиозный, можно сказать. И очень престижный – за эту линию боролись. Иногда даже воевали, как уже узнал мужчина.

Занимал он собой территорию метров сто на двести примерно, окруженную по периметру высокими стенами из магически укрепленного камня. Словно бы из монолита. Тускло мерцающего рунами.

– Стоит он на такой же плите. Так что подобраться снизу нереально, – произнесла Нефтис. – Как и затопить. Только если через край. Опрокинуть его тоже никак. От плиты фундамента вниз на сотни шагов уходит сеть корней Диора.

– Сваи, что ли?

– Ну… да. В том числе их можно так называть. Высшая зеленая магия. Одно из направлений. Они формируют сеть из мощных опорных столбов и мелких ветвей, мешающих смещению. По сути – особняк врос в землю. Точнее, в скалу. Нехеб ведь на скале стоит. Эти корни ее пронизывают если не насквозь, то близко к этому.

– Солидно. Готовились к обороне?

– Все особняки так сделаны. Во всяком случае, элитные. Из-за чего за этот такая возня и идет. Каждым подобным особняком владеют самые значимые кланы города.

Илья кивнул, принимая ответ.

И окинул взглядом картинку. Такую – почти сказочную. Из-за гладкой, практически полированной, стены выглядывал верхний этаж особняка и сад на крыше. Зелени вообще там было много. Казалось, в ней все утопало. Даже башенка с плоской крышей.

– А там что? – указал он на нее рукой.

– Понятия не имею. Я внутри никогда не была.

Илья вновь кивнул.

Вопросов у него имелась масса, но они подошли к воротам, ведущим к особняку. Во внутренний дворик, судя по всему. И, мысленно перекрестившись, мужчина взялся за ручку и потянул ее.

Она поддалась довольно легко.

И массивная створка, которая на вид весила добрую тонну, мягко приоткрылась. Словно действовал какой-то электропривод, усиливающий импульс движения.

– И все? – удивился он.

– Не обольщайся, – ответила Нефтис и кивнула внутрь. – Проходи. Нас ждут. Тебя, точнее. Иначе бы пришлось стучать. Возможно, долго.

Пожав плечами, мужчина именно так и поступил.

Вошел.

Попав сразу на территорию весьма просторного и очень ухоженного двора, чем-то напоминающего нечто древнеримское.

В центре – прямоугольный бассейн со ступеньками. Чистый, с удивительно прозрачной водой, в котором плавало несколько десятков разноцветных карпов. Ну или рыб, похожих на них. Чем они там питались – загадка. Вероятно, насыщались волшебным образом.

– Зеленые пираньи, – произнесла Нефтис чуть дрожащим голосом.

– Что?

– Рыбки эти называются так. Мелкие, но чрезвычайно опасные. Если сюда упасть человеку, через минуту от него даже одежды не останется. Они жрут все. И плоть, и кости, и ткани, и металл, и амулеты. Особенно любят магов.

– И вот такая жесть без бортиков? – напряженно спросил мужчина и нервно повел подбородком, оглядываясь.

Вокруг – мощенная плиткой площадь.

На самом деле Илья не знал, так ли это. Просто покрытие очень напоминало плитку. Но если это она, то уложена явно идеально. Без зазоров и неровностей. Магически, не иначе.

Потом шли лавочки, утопающие в зелени, кустах и арках со всякими вьющимися растениями.

Дальше – зона газонов и прогулочных тропинок с клумбами. И наконец, периметр в виде невысокой стены с навесом, под которым стояли еще лавочки.

Все вылизано и ухожено до такой степени, что даже шагнуть лишний раз не хотелось. Просто чтобы не испачкать эту идиллию.

Легкий шелест.

Илья повернулся.

И увидел перед собой чрезвычайно хорошо знакомую женщину.

Нервно сглотнул и чуть отступил.

Впрочем, она была совсем не такая, какой он ее помнил. Смотрела без теплоты – холодно и надменно. Словно на пустое место. Да и одета по местным обычаям.

– Мама? – невольно спросил он.

– Это страж, – поправила его Нефтис. – Проекция Софины. Ее искусственный призрак, если хочешь. Но то, что ты ее узнал, – хороший знак.

Страж покосился на спутницу мужчины. Пренебрежительно фыркнул. И с каким-то замогильным криком ринулся на Илью.

Мгновение.

И Илье стало ужасно холодно, страшно и больно. А где-то на краю сознания промелькнула мысль, будто бы его разбирают на атомы или даже дальше, обнюхивая все и осматривая…

Глава 3

Илья сидел в кресле и пил чай.

В меру горячий.

Достаточно для того, чтобы максимально раскрывался вкус, но не шло снижение чувствительности рецепторов из-за слишком высокой или слишком низкой температуры. Идеальный. И, кстати, еще и весьма ароматный. Напоминавший ему те сборы, которые в детстве заваривала мама. Видимо, где-то здесь и лежали корни тех способностей. Впрочем, в мире песков подобными напитками увлекались практически все маги.

Рядом, по правую руку от него, расположилась Нефтис с такой же кружкой восхитительного отвара. А напротив сидела она… непонятная… непонятное нечто.

Страж.

Полностью материально проявившаяся, она располагалась в кресле так, словно бы имела и объем, и вес, и правильную кинематику тела взрослой женщины. Вон как натурально разместилась. С явным удобством. Не знал бы, что это конструкт, – не подумал бы. И взгляд очень живой. И вообще – ему было сложно отделаться от мысли, что перед ним сидит его мать, а не искусственное нечто. Волшебный андроид, или что-то в этом духе.

При всем при этом страж мог становиться бесплотным. Как кикимора. Его вообще убить было чудовищно сложно, так как он привязывался к месту, в данном случае к усадьбе, частью которой он и являлся. То есть получалось что-то в духе формулы «Часть команды, часть корабля».

Странно.

Дико.

Но удивительно эффективно. Решая разом проблему и воров, и всякого рода рейдерских захватов, и многого другого. Из-за чего уже более тысячи лет такие стражи ставились в обязательном порядке на все особняки выше определенного уровня. Да и вопросы с наследством они сами решали лучше всяких юристов. Не подкупишь, не обманешь, не запугаешь. Красота!

– Желтая стихия, – медленно произнес Илья, разглядывая визави.

– Создание стража – это магия желтой стихии, – ответила она.

– Какой стихии был дар моей матери?

– Желтой. Меня создала именно она, заменив старого стража.

– А кто или что ты такое? Страж – это не информативно.

– Я ее полная проекция личности на момент создания. Дальше нам нужно находиться рядом, чтобы я обновлялась и передавала ей накопленные за ее отсутствие сведения.

– То есть я сейчас разговариваю со своей матерью до экскомьюникадо?

– Это не корректно, но если упрощать, то да.

– А что случилось? Почему ее изгнали?

– Мне это неизвестно. Она не посещала особняк целый месяц перед тем. Жила то тут, то там. Даже в другие города ездила.

– А слухи? Ты ведь отслеживаешь все, что происходит вокруг особняка?

– Слухи говорили разное. Достоверных сведений у меня нет.

– Но ты какие-то выводы сделала? Что вообще могло случиться?

– Все, что болтали, не было похоже на нее. Скорее всего, эти слухи распространяли специально, чтобы скрыть правду.

– Почему Красная? Откуда взялось такое прозвище?

– Эксперименты. Она их очень любила, что нормально для желтых магов. Но… они их обычно проводят осторожно, а она устраивала регулярно феерии. Нередко кровавые. Гибли люди, в том числе маги. Впрочем, принадлежность к одному из двух правящих кланов позволяла ей избегать наказания раз за разом. Но в определенный момент ей все же запретили проводить свои опыты на территории города. Поэтому она не пускала гостей дальше дворика особняка.

– И проводила свои эксперименты тут?

– Разумеется. Училась работать с магией в обход лакса и прочих печатей, считая, что они лишь сковывают, сдерживают, ограничивают. Хотела, как изначальные маги, напрямую работать со стихией.

– А… а магия смерти? Она ей занималась?

– Нет. Вообще не касалась. Это синяя магия. Ей она была полностью чужда. За всю жизнь не подняла ни одного неупокоенного и вообще кривилась от синих. Воспринимала их с брезгливостью и раздражением.

– Как же она тогда на меня наложила «Поцелуй Смерти»?

– А почему ты решил, что это сделала она?

– А кто? Отец? Как я понял, они сознательно пожертвовали своими жизнями, чтобы защитить меня от гибели на войне.

– «Поцелуй Смерти» – очень древнее волшебство синей стихии из эпохи до печатей. Про него мало что известно.

– Я слышал, его может наложить только маг на другого мага, жертвуя при этом исключительно магами. Поэтому мать с отцом и погибли, когда должен был умереть я.

– Да. Жертвуя. Но не собой. Так что вряд ли это сделали они.

– Что?! – чуть подавшись вперед, переспросил он.

– «Поцелуй Смерти» не позволяет пожертвовать собой. Ты выбираешь – чью жизнь связать с чьей. Ты посредник, если хочешь.

– Посредник с кем? Со Смертью?

– Да. И поверь – с ней лишний раз стараются не сталкиваться. В мире очень много вещей, связанных с ней, происходит автоматически. Она неплохо наладила свои дела. И очень не любит, когда ее беспокоят. Очень.

– Тогда кто это сделал? Кто наложил на меня… на нашу семью «Поцелуй Смерти»?

– Какой-то очень древний и влиятельный синий маг.

– Вроде Ану?

– Нет, что ты? – отмахнулась страж. – По-настоящему древний, а не этот унылый дурачок. В нашем мире таких всего восемь, семь из них состоят в Советах. Восьмой же ушел жить отшельником в горы.

– А в мире, откуда я родом? Они там могут быть?

– Миры Мора… если там заводится сильный синий маг, это очень хорошо заметно. Ты, наверное, уже знаешь, как магу твоей стихии добывать энергию в таких мирах?

– Находиться рядом со смертью и холодом?

– Со смертью. Холод почти не дает силы. И еще тебе понадобятся послушники из простых людей… или не людей. Самому бегать и собирать энергию смерти долго и неблагодарно, да и грязно. Маг всегда может брать послушников. Есть разные способы все это устроить, но результат с синим магом каждый раз один и тот же – мир погружается в хаос бесконечной войны всех со всеми, и в нем обязательно присутствует очень популярный культ, так или иначе связанный со смертью. Или даже конкурирующие культы. Что-нибудь обещающее рай тем, кто умирает за веру. Этот ужас с чем-то спутать невозможно…

– В П-и-лак такому сейчас не учат.

– Очень смешно, – усмехнулась страж. – В П-и-лак уже давно ничему не учат. Туда за развратом ходят. Ты ее там нашел?

– Раньше. Когда она химерой была. Снял досрочно проклятье, вонзив в нее жало.

– Пошло, но неплохо. Твоя мать бы одобрила. Она смотрела на интрижки в П-и-лак с отвращением. Да и вообще вряд ли бы она тебя туда отправила. Учился бы дома. Сдал бы экзамены экстерном. И не лез бы в эту грязь. Так вот. Возвращаясь к твоему вопросу. Если в твоем мире описанного мною ужаса не происходит, то у вас там совершенно точно нету древнего синего мага. Или хотя бы достаточно могущественного и умелого. А иной наложить «Поцелуй Смерти» не сможет.

– Звучит как очередная загадка.

– Магия всегда связана с тайнами и загадками, – усмехнулась страж. – И чем ближе ты к открытию ее секретов, тем больше тебя боятся и ненавидят окружающие. И завидуют. Из-за чего ненависть только сильнее.

– У мамы остались кое-какие вещи после смерти. Ничего серьезного. Несколько желудей-накопителей, пара простеньких бытовых артефактов, коробочка из рея, в которой лежало чуток семян Сварналин, ну и так – по мелочи. Ты же описываешь ее как опытного и умелого мага, да еще и буйную непоседу. Даже если ей пришлось бежать голышом, вряд ли за столько лет она ничего бы не придумала и не обзавелась каким-то подходящим магическим имуществом.

– Семена Сварналин в коробочке из рея? Очень смешно. А почему ты решил, что нашел все ее имущество?

– А… хм…

– И где волшебное имущество твоего отца?

– Не знаю.

– Артефакты пространственных карманов, – чуть подавшись вперед, произнесла Нефтис.

– Да, скорее всего, – кивнула страж. – У них ведь были вещи, с которыми они никогда не расставались? Что угодно. Такие артефакты можно замаскировать под любой металлический или кристаллический предмет.

– Вскрывать могилы придется… – тихо произнес мужчина, припоминая кольцо матери и печатку отца. С которыми их и похоронили, со слов друга. Он ведь это делал. Илья же был на выезде в это время, воевал в Африке.

– Вскрывай, – пожала плечами страж. – Думаю, что ответы на многие вопросы, связанные с «Поцелуем Смерти» ты сможешь найти только в их вещах. И, полагаю, тебе нужен опытный желтый маг. Без него вскрывать могилы хлопотно, да и артефакты… из них еще нужно вытащить как-то то, что они скрывают.

– Понимаю. Спасибо. Хм. А восьмой синий маг этого мира – тот, что ушел в отшельники, – моя мама его знала?

– На момент последнего контакта со мной – нет.

– А где его искать? Она знала?

– Это не секрет ни для кого. Гора Хепруа. У северного склона вход на старые рудники иллириума. Где-то в них он и живет. Как ты понимаешь, гостей он не ждет и не желает видеть. Да они к нему и не ходят. Неприятный тип. Остальные семь древних тоже вряд ли ей помогали. Двое сидят в Совете Зара, и ее не любили из-за буйного нрава. Остальные в дальних городах. Она с ними не была знакома, и связей с теми городами у нее не было.

– Ладно. Понял. Давай тогда пройдемся по особняку, и ты покажешь мне, что тут да как. Попутно расскажешь, чем мама занималась, какие опыты вела, какие успехи у нее были.

– Большую часть вещей ты не поймешь. Ты ведь даже не маг, – улыбнулась страж. – Так, заготовка. Применять лакса великого ума не надо.

– Ты не сделаешь того, что я прошу? – удивился Илья.

– Отчего же? Сделаю. Просто сразу предупреждаю, во многом это будет лишено смысла. Линии силы ты уже видишь?

– Да.

– Хорошо. Это немного облегчит дело. Но… скорее всего, мои слова для тебя будут тарабарщиной. Однако эту экскурсию я могу провести только для тебя. Не для нее, – указала она на Нефтис. – Она представитель другого клана. Пока вы не сочетались браком – нельзя. Стандартная мера безопасности.

– Понимаю, – кивнул Илья.

– Я тогда домой схожу, пока вы тут будете ходить. С отцом поговорю, – с трудом выдавила Нефтис, которую распирало любопытство. – Мой дядя – достаточно опытный желтый маг. Возможно, он сможет тебе помочь.

– Лучше порталом.

– Почему? Я хотела бы прогуляться.

– Не стоит тебе выходить на улицу сейчас, – покачала головой страж. – У ворот особняка ждут опасные незнакомцы. Его уж точно, но, возможно, и тебя.

– Чтобы убить? – спросил Илья.

– Весьма вероятно. Там два десятка магов от второго до шестого уровня. С артефактами и зачарованным оружием. Судя по меткам на одежде – из клана, который этим промышляет.

– Все-таки решились. Не стали дожидаться окончания учебы… – прошептала Нефтис.

– Ты в состоянии их уничтожить? – спросил Илья у стража.

– Да. Среди них нет опытных желтых магов, которые смогли бы меня компенсировать. Так что их уничтожение не составит для меня труда.

– Тогда уничтожь.

– Нападение на них по твоему приказу приведет к объявлению войны между тобой и их кланом. Причем инициатором будешь ты. И будешь вынужден оправдываться в Совете. Оснований для нападения весомых у тебя нет. Только мои предположения. В П-и-лак ты можешь вернуться из особняка. Мы на самом деле не знаем, зачем они пришли. Поэтому на тебя наложат серьезный штраф.

– Но ведь ты почему-то решила, что они там меня караулят, чтобы убить. Почему?

– Ты пришел с ней. В особняк ее клана вы еще не заходили. И ты там не отмечен в исключении, поэтому порталом перейти не можешь. Так что достаточно логично предположить, что, решив вопросы тут, вы отправитесь туда пешком. Во всяком случае, это в твоих интересах. Вряд ли ты этим визитом пренебрежешь. Становиться или нет наследником – вопрос обсуждаемый, но союзники тебе нужны, а ты нужен им.

– Любопытно. Хм. Это так легко читается?

– Это обсуждалось на улицах еще до того, как вы порталом перешли из П-и-лак на площадку перед городом. Люди судачили, как будет разворачиваться этот конфликт и как быстро тебя убьют.

– Хм. А какие последствия вызовет их нападение на меня?

– То же самое, войну. Но ты-то один. Если тебя убить сразу и быстро, то война сразу и закончится, так толком и не начавшись.

– Ты можешь принять облик, чтобы выглядеть как я?

– Да, разумеется. Но для трансформации в проекцию твоей души потребуется время. Где-то около месяца. И я при этом утрачу личность твоей матери.

– Нет-нет. Не нужно делать никакую трансформацию. Ты сможешь просто на время принять мой облик?

– Вполне, но зачем?

– Если они тебя атакуют, это будет считаться объявлением войны?

– Разумеется.

– Ты сможешь как-то зафиксировать этот факт для предоставления Совету?

– Не ввязывался бы ты в эти игры, – нахмурилась Нефтис. – Может, порталом уйдем в П-и-лак и туда отца вызовем?

– Так можешь? – повторил свой вопрос Илья, обращаясь к визави.

– Страж особняка не может врать в таких вещах. Если на него было совершено нападение, он обязан незамедлительно сообщить духу-распорядителю города. А тот – Совету. Если страж на кого-то напал – тоже. Это происходит автоматически, без нашего сознательного участия. Таковы правила.

– А если они нападут на меня, а не на тебя?

– То ты должен будешь сообщить о том, что на тебя напали, в Совет. Хотя бы явившись туда призраком. Но, так как ты не состоишь в клане и твоих ближайших родственников в городе нет, то ни у кого не будет права мести.

– После того, как они нападут на тебя, начнется война по их инициативе? Я правильно понимаю?

– Совершенно верно.

– И я буду вправе убивать их без ограничений?

– Если при этом не пострадают представители других кланов.

– И даже атаковать их особняк?

– Да, но там есть свой страж. С которым ты ничего не сможешь сделать. Он безгранично сильнее тебя.

– Ага. На каком расстоянии от особняка страж способен что-то предпринять?

– Двадцать шагов – полная сила. Дальше – только метание фантомных предметов или каких-нибудь материальных объектов. Обычно – не дальше полусотни-сотни шагов.

– Хорошо. Тогда прими мой облик, выйди к ним из особняка и спроси, подражая моему голосу и манере говорить, что им нужно и кого они ждут. В случае нападения – уничтожь их. Всех. Только, по возможности, головы не трогай. После чего тела занеси внутрь – во двор. И как-нибудь законсервируй, чтобы не разлагались на жаре.

– Поняла, – усмехнулась страж.

За несколько секунд перетекла обликом в Илью.

Встала.

И направилась к гостям.

Мужчина же принялся ожидать. Нервно.

Через пару минут на улице рядом с особняком раздался какой-то шум. Неопределенный. И запахло магией. Илья с недавнего времени стал чувствовать ее запах. Сразу, как стал мастером. У каждой стихии – свой. И теперь, когда творилось волшебство, ему казалось, что вокруг того места проступал какой-то визуальный муар в виде едва заметного тумана, ну и по всей округе растекался запах.

Здесь же потянуло какофонией стихий… и смертью. Не магией синего дара, а именно смертью. Тем самым непередаваемым ароматом, который он уловил рядом с древним артефактом для определения «Поцелуя Смерти».

О да!

Смерти он теперь тоже чувствовал.

Любые.

Даже если жука кто раздавит в полусотне шагов, и то ощущал…

Мгновение спустя правую его руку словно чем-то прижгло.

Он глянул.

На ладони проступило клеймо войны. Словно узор, нарисованный хной. Никогда его не видел, но понял на подсознательном уровне. И кто с кем, и кто напал и так далее. Более того, Илья осознал, что теперь, встретив на улице, он никогда не перепутает врага. Почует его.

– Как ощущения? – спросила Нефтис.

– Отличные. Минус два десятка магов у врагов. У них сколько там еще бойцов?

– Полсотни точно. Может быть, больше.

– Они выведут их на улицу?

– Вряд ли. Их лидера самое позднее через час в Совет вызовут. Я могу связаться с отцом, но и так знаю – дух-смотритель уже экстренно собирает советников.

– А что потом?

– Не знаю. Но смысла выводить своих людей на улицу просто нет. Ты сидишь в защищенном особняке, откуда можешь порталом уйти в П-и-лак. И обратно так же ходить. Пытаться атаковать тебя на вызове в Совет нельзя. За такое голову оторвут. Нужно придумывать, как выманить тебя наружу. На это потребуется время.

– А когда меня вызовут в Совет?

– Вряд ли раньше утра. Сейчас же уже вечер. Почти закат. Лидеров кланов, которые начали войну, должны опросить в течение часа. Но ты – не лидер клана. Ты сам по себе. Так что, думаю, не раньше утра.

– Какие милашки, – усмехнулся Илья. – После опроса нам разрешат воевать?

– Вы уже воюете. В Совете попробуют вас примирить. Но это вряд ли возможно. За тебя заплатили. Отказ от контракта – огромная неустойка.

– Ясно. Значит, успею.

– Что успеешь?

– Убить их всех успею, – улыбнулся как Джокер Илья. – И стража пощупаю за мягкие места. Очень уж любопытно…

Глава 4

Илья выхаживал по залу, разглядывая созданную стражем проекцию города. Той его части, которая лежала между его особняком и неприятельским.

– Тебя обнаружат сразу, – повторила Нефтис.

– Отец ответил?

– Они не будут вмешиваться. Формально – ты не член клана и не родственник. У них просто оснований для вмешательства нет. А платить штраф нечем. Мой клан достаточно беден, если не считать ряд ценных артефактов, с которыми он не сможет расстаться без утраты самостоятельности.

– Помню. Ты рассказывала.

– Он и рад бы помочь, но любая помощь будет сейчас восприниматься как участие. Даже прийти сюда они не могут. По старым обычаям это будет трактовано как опосредованная помощь. И отец сразу же получит клеймо войны.

– А ты?

– Я тоже не могу никак тебе помогать. В течение двенадцати часов я должна покинуть особняк. Извини. У нас нет возможности в такой конфигурации влезать в войну. Если бы ты принял мое предложение и взял меня в жены – нападение на тебя было бы нападением на наш клан. А так…

– Настолько большой штраф?

– За немотивированное нападение? Очень большой. В свое время его задрали так, чтобы прекратились бесконечные войны между кланами.

– А эти? Наемники?

– Им наниматель оплачивает штраф. Им без разницы.

– Он за них напрямую вносит штраф в казну Совета?

– Нет, что ты. Наниматель обычно анонимный. Такой взнос – суть признание. Поэтому им всю сумму занесут ночью. А утром клан заплатит штраф.

– Как интересно…

– Ничего интересного. Зря ты во все это влез.

– Двадцать – ноль в нашу пользу. Как по мне – неплохой старт.

– А дальше? Патовая ситуация. Ты ничего им сделать не можешь. А они будут на тебя охотиться. Это может длиться годами.

– Ладно. Ступай, – с мягкой улыбкой произнес Илья. – Поговори с папой по поводу помощи мне желтым магом.

– Ты меня не слышал? До окончания войны мы не сможем тебе ничем помочь!

– Да-да. Хорошо. После окончания. И пусть возьмет у магистра Аратоса координаты мира.

Нефтис прищурилась.

– Доверься мне, – еще шире улыбнувшись, ответил мужчина.

– Что ты задумал?

– Просто сделаю свою работу. Хорошо.

– Удачи, – произнесла она предельно серьезно.

Подошла.

Обняла и крепко поцеловала. Буквально заглядывая в глаза с немым вопросом. Но Илья молчал. После чего она ушла в портальную комнату и минуту спустя покинула особняк.

– А мне ты скажешь свой замысел?

– Что знают двое – знает и свинья, – оскалился мужчина. – Но мне потребуется твоя помощь.

Он жестом наложил на себя «Свечу Нокс» и окутался клубами непроглядной тьмы.

– Ты меня видишь?

– Чувствую. Но только потому, что ты владелец особняка. Впрочем, сам сгусток аномальной тьмы вижу. Тебе бы еще себя каким туманом укрыть, чтобы эта контрастная темнота так глаз не резала.

Мужчина походил.

– Слышишь?

– Слышу, да.

Он наложил на себя «Слово Нокс». И снова походил.

– Хорошо. Но с контрастом темноты нужно что-то делать.

– У тебя есть подходящие лакса?

Страж замерла, задумавшись.

Ненадолго.

После чего отрицательно покачала головой.

– Кое-что подходящее имеется, но для желтого дара. Артефактов же, способных помочь, нет. Твоей матери это все не требовалось никогда. Вообще никогда.

– Ладно… Так буду выкручиваться, – буркнул Илья.

Отдал приказ своим умертвиям и стражу заняться переправкой остальной нежити и имущества Ильи сюда – на территорию особняка. Сам же вышел из здания. Подошел к дальней от ворот стене.

Несколькими вспышками «Туманного шага» взлетел над ней. И так же, с его помощью, аккуратно опустился. Со стороны это выглядело так, словно некий сгусток черного тумана куда-то устремился.

Прохожих на улице в это время не наблюдалось.

Стражи же особняков толком не осознали – что именно выскочило наружу. Тем более что он сразу прибился к самым густым теням, под стену ближайшего особняка. Отчего даже этот сгусток тьмы оказался неразличим на общем фоне…

Тем временем в особняке клана Рату Бала шло собрание. Общее. Обсуждали ситуацию.

– Страж говорит, что из особняка Софины что-то вышло, – произнес глава.

– Что именно? – уточнил его брат.

– Что-то непонятное, – повторил глава. – Какой-то сгусток тьмы перемахнул через высокую стену и растворился в тенях.

– Аура?

– Страж ее не смог разглядеть. Звуков тоже. Что-то совершенно беззвучное и странное. Словно сгусток летучего черного тумана полетел.

– Илья же синий маг.

– У него есть вкрапления черного и белого дара. По несколько сотых долей каждого.

– Это ничтожно мало. Он вообще не в состоянии при такой доле использовать лакса этих стихий.

– Однако он использует «Черный ковер», созданный Харламом.

– Это игрушечная лакса.

– И все же.

– Ладно. Хватит спорить. Давайте лучше попробуем разобраться – что это могло быть? Если это не он сам.

– А почему не он?

– Он где-то научился летать? Или добыл трансформацию тумана, способную к полету?

– А вдруг?

– Где? У Софины ничего подобного не было. Ее это никогда не интересовало. А каждый его шаг нами задокументирован. Даже купленные им лакса. Разве что трофеи. Но он с черными не воевал, только с белыми, желтыми и зелеными. Зеленые умеют летать, однако принимая для этого подходящие трансформации.

– Ну… пусть так. Хотя, как мне кажется, он может нас удивить.

– Оставим это. Кого или что он мог привлечь для противодействия нам?

– Может быть, кого-то из Серого мира?

– Зачем этот кто-то тогда проявлялся в материальном мире раньше времени? Это предельно глупо. Чтобы привлечь наше внимание? Да и страж в состоянии противостоять подобным существам. Это ему совершенно точно сообщили уже.

– Тогда кто это?

– Или что? Это может быть текучее проклятье?

– Напоминаю, у Ильи всего несколько сотых долей таланта приходится на черную стихию. Ни одно из указанных проклятий он не может применить. Да и где ему их взять? Они в руках всего нескольких кланов.

– А секта?

– Свидетели рассвета?

– Да. У них самая большая коллекция черных лакса.

– Они после тех событий в Зара сидят тихо. Никаких контактов у Ильи с ними не имелось. Они вообще, насколько мне известно, ни с кем не контактировали все это время.

– А если мы эти контакты просто прозевали?

– У меня есть сведения изнутри секты. К нему ищут подход, но не хотят светиться и просто наблюдают.

– С целью убить?

– Поговорить. Причем, как мне кажется, секта рассчитывает привлечь Илью на свою сторону. Дочь Харлама больше даже и не заикается о возрождении отца. Но неоднократно упоминала о том, что им было бы очень славно привлечь на свою сторону столь лихого синего мага.

– Странно.

– Предсказуемо. У Ильи много сложностей с кланами и Советом Нехеб. Так что он очевидный кандидат на вербовку сектой…

Так и болтали, бесплодно обсуждая ситуацию. Пока, минут двадцать спустя, не проявился аватар стража.

– Что? – напрягся глава клана, который не любил, когда страж ему слишком часто попадался на глаза.

– У нас проблемы. Утечка силы.

– Это как?

– Особняк стремительно теряет силы. Меня хватит на два часа.

Все собравшиеся в этом особняке переглянулись.

– Текучее проклятье, значит.

– Нет, – покачал головой страж. – Что-то иное. Текучее проклятье я умею сбрасывать. Тут ничего получается. Словно какие-то щупальца. Тонкие, липкие, быстрые. Их оборвать получается, но почти сразу еще где-то пристает новое. Много. Очень много. И через них утекает сила. Намного быстрее, чем я впитываю из пространства.

– Совсем ничего нельзя сделать?

– Совсем. Не понимаю природы этой магии. Я их даже не вижу – лишь ощущаю на грани восприятия.

– Я полагаю, нам нужно немедленно покинуть пределы особняка, – серьезно произнесла супруга главы клана. – Если страж падет, мы окажемся уязвимы.

– Нас никто не примет. Война ведь.

– Да хоть куда-то на улицу. В пустыню. В горы. Куда угодно. Главное – пережить эту ночь. А утром пойдем на примирение.

– Ты в уме ли?! – рявкнул глава.

– Я час назад имела разговор с Оби. Тем самым, который сопровождал Илью в недавнем подходе. Он весь закрыт клятвами. Особенно ничего рассказать не мог. Но… он нашел способ сообщить ключевое. Будучи адептом, наш враг сумел победить лешего с прислугой, мутну, кикимору и дракона.

– Мутна – это что?

– Гигантский угорь. Он в поперечнике больше тебя. Похлеще иных морских тварей, которые кишат возле П-и-лак.

Все присутствующие промолчали. Переваривали.

– Это точно? – наконец спросил глава, минуты две переваривая слова жены.

– Он поклялся силой. Его клан был нам должен. Крепко. Я воспользовалась этим правом, чтобы получить сведения. Кроме этих чудовищ, он сумел одержать победу в открытом бою над полусотней белых магов второго-четвертого уровней, которых поддерживало чуть за тысячу воинов. А потом уничтожил две группы опытных желтых магов. Совокупно в двадцать пять человек до шестого уровня. В открытом бою. Которых поддерживали десятки тысяч скелетов. И крупный отряд циклопов перебил. Двух из которых он себе поднял в качестве нежити.

– Звучит как какой-то воспаленный бред, – буркнул муж.

– Мхей, который также с ним путешествовал, на предложение продать информацию об Илье только рассмеялся. И заявил, что с трупами не видит смысла вести переговоры. Тебя обманули, милый. Илья – это чудовище. Настоящее чудовище. Его из того мира эвакуировали силой Коллегии, которая едва успела спасти от него дракона. Тот его уже почти добил, намереваясь сделать себе летающего зомби. Нам нужно бежать. Немедленно. Куда угодно. А утром тебе спешить в Совет и во всем признаваться, сдавая заказчиков.

– Нашей репутации после этого конец.

– Зачем нужна репутация мертвым?

– Я… я не верю. Это все звучит слишком странно и нереально. Очень похоже на то, что Илью выгораживают его друзья и пытаются спасти. Ты хоть понимаешь, в какую цену нам обойдется такая капитуляция?

– Понимаю. А ты понимаешь, что если мы прямо сейчас не сбежим, то умрем? Все мы. И ты. И я. И дети. И все они.

– Что это? – невольно воскликнул кто-то, прерывая разговор.

Все повернулись на звук.

И увидели, как один из членов клана танцует. Причем лихо так, с удалью и разухабистым размахом.

– Не понимаю, что со мной происходит, – с трудом, по слогам, произнес он. Да и то – не с первого раза.

– «Танец Хадара», – скривилась супруга.

– Можешь снять?

– Могу. Но для этого мне нужен тот, кто его наложил. С пораженного его не снять напрямую.

И тут начал плясать второй.

Третий.

Четвертый.

Через пару минут в особняке безудержно плясали все. Ругались. Матерились. Отрывисто. Но остановиться не могли. И никакого волшебства сотворить тоже. Такова уж была специфика этого проклятья.

Илья, пройдя с инспекцией по старому особняку мамы, обратил особое внимание на всякого рода артефакты. В основном они были связаны с чем-то ему непонятным. Какие-то глубины желтой магии. Однако кое-что попадалось весьма занятное.

Так, среди прочего ему попался амулет, который позволял дистанционно накладывать «Танец Хадара» на живых существ. Редчайшая поделка. Подарок отца, полученный Софиной еще в юности. С которым она первое время развлекалась, подшучивая над окружающими. А потом забросила. И с тех пор он валялся без дела.

Это черное проклятье по большому счету не вредило и имело совершенно безобидный эффект. Из-за чего большая часть обычных щитов попросту на него не реагировала. Только несколько высших сфер, прикрывающих тотально от любого магического воздействия, могли помочь. Но имелись они не у всех. И силы жрали люто. Сам «Танец» тоже отличался удивительной прожорливостью. Амулет пустел буквально за пятнадцать секунд танца одного человека. Его можно было подпитывать, заряжая, но сил такого мага, как Илья, хватило бы от силы минут на пять. По этой причине Софина его и забросила.

Скучно.

Масштаба нет.

Да и слишком быстро самой падать от магического истощения удовольствия мало.

Илья же, подключившись к стражу и начав тянуть из него энергию, всю ее направил на этот амулет аурой «Наделения». После чего устроил в особняке натуральную дискотеку. Музыки, увы, не было. Однако все танцующие своими матами и криками вполне ее компенсировали…

Минута.

Десятая.

Полчаса.

Час.

Полтора.

Почти все члены клана лежали на полу без сознания, нервно подергиваясь, словно их било током. Со страшным физическим утомлением и остаточным влиянием «Танца». Несколько самых стойких еще танцевали. Страстно. Энергично. Молчаливо закатив глазки и балансируя между реальностью и забытьем. Сил что-либо говорить и тем более кричать у них уже не было.

Илья же сидел на камешке в полусотне метров от особняка, в самом глухом и темном углу. И медитировал, дожимая стража, разглядывая от скуки окружающий мир зрением дэва. Пытаясь в нем что-то новое и необычное углядеть…

Упали последние члены клана.

После чего прошло еще двадцать минут, прежде чем страж сдулся. И особняк потух как артефакт и источник энергии. Хотя, конечно, контроль за ним продолжался. Аура «Поглощения» забирала у особняка все, что тот успевал выкачать из окружающего пространства.

Илья встал.

Потянулся.

И прошел к воротам.

Потянул дверцу. Ее ведь больше ничто не блокировало.

Вошел внутрь.

За его спиной послышался топот нежити.

Его нежити.

Их уже перебросили из П-и-лак и теперь подтянули сюда. Они уже больше часа стояли в квартале от этого особняка. Ждали.

Молчаливо.

Неподвижно.

Словно застывшие статуи.

Впрочем, никого из прохожих напугать они не смогли. О том, что началась война в городе, знали все. И даже простые люди, лишенные дара, не высовывались. Попасть случайно под раздачу не хотел никто.

И вот теперь, влетев следом за Ильей в особняк, они «паковали» людей, что лежали без памяти. Снимая перед этим с них все – и одежду, и артефакты. После чего относили в старый особняк Софины. В заботливые руки коррозии, то есть местного стража. Который принимал их и консервировал.

Не убивал, нет.

Просто лишал возможности творить всякую магию. Но и не давал умереть, подпитывая «Насыщением».

Илья же потрошил особняк поверженных противников.

Забирая все.

Вот натурально все, имеющее хоть какую-то значимую ценность. Тем более что к делу активно подключились призраки, проверяя все стены и выискивая различные тайники.

После выключения местного стража сюда можно было открыть портал. Что по его приказу проекция Софины и сделала. Запитав его своими силами. Вот через него и выносили…

Светало.

Летняя ночь коротка.

Илья вздохнул и начал уводить свою нежить отсюда, с сомнением поглядывая на пустые стены и полы. Его нежить вынесла все, что смогла отодрать и утащить. А что не могла – подключала циклопов, которые местами отламывали даже красивую лепнину. Ну а что? Прапорщик он или где?..

– Тебя вызывают в Совет, – с порога сообщила страж, когда мужчина наконец вернулся.

– Я могу проигнорировать их приглашение?

– После ночного нападения на особняк этих проказников? Не стоит.

– А они о нем разве знают?

– Я же говорила – страж помимо своей воли сообщает о том, что на него напали, духу-смотрителю города. Если может идентифицировать, то поясняет – кто именно. Если нет, то нет.

– И он меня опознал?

– Нет.

– Тогда какие ко мне вопросы?

– Формально – никаких. Но вызвать на опрос они тебя обязаны. В связи с началом войны.

– Страж того особняка уже пришел в себя?

– Нет. Минут через пятнадцать.

– Хорошо, – улыбнулся Илья. – Передай им, что я выдвигаюсь.

– Что с этими делать? – спросила проекция Софины, кивнув на пленников, вытаращенными глазами глядящих на мужчину. Мычать они не могли. Вон – все опутаны какими-то металлическими конструкциями, полностью исключающими любое ненужное движение.

– Допросить. Сможешь?

– Разумеется. Что нужно узнать?

– В идеале – все. Но времени нам вряд ли много дадут. Так что мне нужны сведения о текущем заказе на меня, проказах старого старейшины, связанных с П-и-лак, Нефтис и мною. Ну и очень было бы интересно выяснить, знают ли они что-то о делах, относящихся к изгнанию Софины.

– А потом?

– Если останется время?

– Да. Вполне возможно, что искомые сведения они выдадут быстро.

– Тогда постарайся выбить из них что-то актуальное о грязном белье наиболее влиятельных людей и кланов города. Каких-то подпольных организациях, особенно торговых и так далее. Ну и про древних синих магов, если им что-то известно дельное, – тоже неплохо.

– Допрашивать всех?

– Ты можешь это делать одновременно?

– Разумеется. Я могу себе сделать дубликаты тела. Только топорные. Чем большим числом, тем более бесформенные и призрачные. Но делу это не помешает, беседовать-то мы будем телепатически.

– Тогда всех. Дети тоже могли что-то ценное видеть и слышать, – сказал Илья и направился к воротам особняка, мысленно увлекая за собой парочку умертвий. Просто для солидности…

Глава 5

Здание Совета Нехеб было величественно и впечатляюще.

Потолок главного зала, уходящий ввысь на добрую сотню метров, был украшен в условном древнеегипетском стиле. Как и все вокруг. Словно бы та архаичная культура, зародившаяся в глубокой древности на Земле, эволюционировала без сильного влияния со стороны.

Много росписи по шпаклевке.

По периметру – колонны. Квадратные. Также покрытые шпаклевкой и всякого рода иероглифическими надписями.

И яркие краски.

Все сочное такое.

Эффектное.

Контрастное.

И удивительно гармоничное. Глянул вскользь – и ничего глаз не резало, все находилось на своих местах, будучи вписано в единую композицию.

Сказка!

Илья вошел в этот зал в сопровождении Геллы и Мети – одного из воинов-умертвий. В латах. У которого на груди висела «Сайга» на трехточечном подвесе, под патрон двенадцатого калибра. Специально отобранная, хорошего качества.

Сам мужчина бы предпочел что-то в духе FN FAL или HK G3 под тяжелый винтовочный патрон. Все-таки гули да умертвия – это не люди, с совсем другими физическими возможностями. И они, как показали опыты, могли вполне уверено работать очередями даже из такого оружия. Серьезно облегчая вопросы пробития всякого рода магических защит. Но что достали, то достали.

На бедре у умертвия располагался также пистолет Glock. На поясе – массивная фальката и клевец с кинжалом. За спину были закинуты большой круглый щит и копье на плечевом ремне. Плюс в разгрузке, надетой поверх лат, находились не только запасные магазины, но и подсумок с гранатами.

В общем – оно был к бою готово.

Серьезному.

Разному.

Практически любому, исключая, пожалуй, каких-то особых существ вроде мутны или дракона. Но того же лешего вынесло бы легко и непринужденно. Местные, правда, не сильно это понимали. Однако видели – умертвие, что само по себе очень опасно. И воспринимали соответственно. Подозрительно поглядывая на весьма разнообразный обвес, который на нем имелся. Не магический, но странный и непонятный.

Гелла же, у которой, кроме двух ее клинков и пары пистолетов, не было ничего, давила внешностью. Весьма эффектной и сексуальной. Сбивая многих с толку своей полуголой точеной тушкой. Но не всех. Советники даже не уделили ей и толики своего внимания, полностью игнорируя…

– Ты знаешь, зачем мы тебя вызвали? – спросил новый старейшина.

– Рискну предположить, что из-за нападения на меня клана Рату Бала минувшим вечером.

– Ты спровоцировал его, – хмуро произнес один из советников.

– Они компанией в двадцать магов пришли к моему особняку. Я приказал стражу принять мой облик и спросить, что им нужно. После чего они, приняв стража за меня, атаковали его и были уничтожены. Это называется провокацией?

Этот советник скривился, но промолчал.

– Что же ты молчишь? Или, быть может, ты не знал о том, как обстояло дело на самом деле?

– Не дерзи мне! – наконец разозлился он.

– С каких это пор правду стали называть дерзостью?

– Мы не о нем сейчас говорим, – жестом прекратил перепалку старейшина. – А о начавшейся войне между кланом Рату Бала и тобой.

– Война закончена.

– Как закончена? – удивился старейшина.

– Те двадцать магов клана Рату Бала убиты. Их тела в моем особняке на консервации. Остальные члены клана захвачены в плен и сейчас допрашиваются моим стражем.

– КАК?! – ахнул тот советник, который обвинил Илью в провокации.

– Так. Взяты в плен и допрашиваются. Их лидер уже признался, что именно твой клан заказал мое убийство.

– Это вздор!

– Совет может в этом удостовериться, запросив доклад моего стража. По поступившим мне буквально пару минут назад сведениям, его клан не только заказал меня, но и передал Рату Бала предоплату и штраф за немотивированное нападение. Все переданные средства я захватил в качестве трофеев.

– Запросите доклад стража! – громко произнес старейшина, обращаясь к духу-смотрителю.

Несколько секунд спустя прозвучал довольно звонкий женский голос:

– Доклад получен. Слова Ильи полностью подтверждены.

– Что скажешь? – усмехнулся старейшина, обратившись к тому самому советнику, который только что обвинил Илью. – Давненько такого у нас не было.

Тот промолчал.

– Ничего не скажешь?

– А что мне сказать? – скривился он. – Мой клан готов выплатить компенсацию.

– Илья, тебя устроит компенсация?

– А какие у меня есть еще варианты?

– Так как стало достоверно известно, что клан Тар-Калли заказал нападение на тебя, Совет готов признать это за акт нападения. И признать войну между вами начатой немотивированно по инициативе Тар-Калли. Наложив на них удвоенный штраф за такой проступок. Согласно сложившейся практике, именно так принято поступать при раскрытии использования наемников. Но я рекомендовал бы тебе просто принять компенсацию.

– Слушайте, зачем мне компенсация? – развел руками Илья с кислым, недовольным лицом. – Война – это здорово. А вы о какой-то там компенсации говорите. Это же смешно. Да и я, положа руку на сердце, больше ничего и не умею. Только воевать.

– Щенок! – процедил советник от Тар-Калли. – Ты хоть понимаешь, на кого замахиваешься?

– Я уничтожил клан Рату Бала за четыре с половиной часа. Забрав все их движимое имущество. Даже одежду. Твой клан богат. Очень богат. За века грабежа города иное было бы странно. Но насколько он силен? Вдвое? Втрое? Ну, пару суток провожусь. Делов-то!

– Ты забываешься!

– Вы тут все раскисли в своем болоте. Совсем удар не держите. Я слышал, что кое-кто из владык красного мира хотел вас завоевать. Весь мир тут. Если бы они знали, насколько слабы города, – давно бы уже это сделали. Боевой факультет П-и-лак – это позорище. Несмываемый позор Нехеб! Любой враг, узнав, как вы готовите своих воинов, немедленно вас атаковал бы. Кстати, а у вас вообще есть воины? Или город по случаю выставляет ополчение? Что молчите?

– Кстати, а как ты Рату Бала так быстро разбил? – подавшись вперед, спросил старейшина, меняя очень неприятную тему.

– Хм. Я отвечу аллегорией. Можно?

– Пожалуйста, – кивнул тот.

– «Вот скажи мне, американец, в чем сила?» – начал Илья декламировать известную фразу из фильма «Брат–2». – «Разве в деньгах? Вот и брат говорит, что в деньгах. У тебя много денег, и чего? Я вот думаю, что сила в правде. У кого правда – тот и сильней. Вот ты обманул кого-то, денег нажил. И чего, ты сильнее стал? Нет, не стал. Потому что правды за тобой нет. А тот, кого обманул, за ним правда, значит, он сильней».

– Разве это ответ?

– Это все, что я могу вам сказать, – улыбнулся Илья максимально по-доброму. – Я прибыл в этот мир не по своей воле. В бою. Мстя за друга, которого принесли в жертву. Да и сам чуть там не кончился так же. И что же я увидел тут у вас? Одну ложь и несправедливость. Вон – открытые покушения заказывают. Да за какие средства! Ух! Они бы мне их предложили – может, я и продал бы им этот особняк. Зачем он мне так-то? Чтобы жить в городе, который меня ненавидит? Но нет, они сразу пошли по пути дерьма. Родственнички хреновы.

– Ты нам не родственник! Твоя мать была изгнана! – раздраженно воскликнул этот советник.

– Ты научился изгонять кровь из своих жил? Клоун, – процедил Илья.

– Это перепалка ни к чему! – остановил ее жестом старейшина. – Признаться, я не понял твой ответ. Ты победил их, потому что правда была за тобой? Очень странно. Получается, что тех, кого они убивали ранее на заказ, не имели правды.

– Отчего же? – усмехнулся Илья.

– Тогда в чем суть? Или это пустая игра слов?

– Суть во мне. Я смог отстоять свою правду, а они нет. Рано или поздно всегда приходят такие ребята, как я, и спрашивают за былые злодеяния, наводя справедливость.

На лицах советников отразились разные эмоции. В основном – сдержанные улыбки. Тар-Калли не любили. Старейшина же с трудом, но сдержал эмоции, спросив:

– Мы можем как-то избежать новой войны?

– Только если правящая семья этого клана публично, на Камне правды Азура, расскажет о своей причастности к изгнанию Софины и убийству моего прадеда. А штраф… мне от них ничего не нужно. Даже срать рядом и то не сяду. Штраф может забрать себе Совет Нехеб.

– Тварь! – взвился советник от Тар-Калли.

Но заткнулся, повинуясь жесту старейшины.

После чего тот окинул взглядом весь Совет. Все, исключая виновника, кивнули. И он провозгласил:

– Совет Нехеб приговаривает: быть по сему! В течение трех суток правящая семья клана Тар-Калли должна выполнить требования и публично поведать на Камне правды Азура о своей связи с историей, повлекшей за собой изгнание Софины, а также гибель ее отца. Кроме того, в этот же срок клан обязан выплатить в казну Совета двойную компенсацию за начало немотивированной усобицы.

– Лучше война! – вскинулся тот советник.

– Ты оспариваешь решение Совета?

Повисла тяжелая пауза.

– Нет, – процедил этот «молодой старик», являвшийся по совместительству и главой клана Тар-Калли, и двоюродным братом Софины. – Мы принимаем приговор.

– Хорошо. А теперь, – повернувшись к Илье, продолжил старейшина, – мы вернемся к вопросу о Рату Бала. По обычаям, ты вправе их всех убить. Но Совет просит тебя сохранить их жизни. Гибель ТАКОГО количества магов слишком ослабит город.

– Понимаю, – кивнул Илья. – Они просто делали свою работу. Другой вопрос, что отпустить их просто так означает показать свою слабость. И завтра эти, – кивнул он на советника от Тар-Калли, – наймут еще кого-то. А оно мне совсем не нужно.

– И как ты поступишь?

– Предложу им службу через клятву Тал-Ра. Сто лет службы мне или моим наследникам. Лично. Кто согласится – будет жить. Остальные умрут.

– Совет это вполне устроит, – кивнул старейшина после визуального опроса, такого же, как и в прошлый раз. – У нас больше вопросов к тебе нет. Войну же признаю тобой и признаю оконченной по факту разрешения вопроса с клятвой.

В воздухе что-то звякнуло.

Дух-смотритель города подтвердил принятие приказа.

Илья кивнул.

И, развернувшись, направился на выход.

Старейшина же, глядя ему вслед, с добродушной улыбкой протянул руку своему соседу. И тот нехотя положил ему на ладонь колечко. С виду обычное, но так-то артефакт малого пространственного кармана, забитый доверху каким-то содержимым, о чем говорил легкий муар вокруг него.

– Ну же, не кривись.

– Ненавижу с тобой спорить. Часто приходится платить.

– А ты и не спорь.

– Может, стоило все же начать войну? – тихо спросил глава Тар-Калли. – Зачем вы это все устроили? Понимаю, что ненавидите и многое помните. Но это же мелко и глупо.

– А что такого? Обычный штраф и пустая болтовня. Или вам есть что скрывать? – усмехнулся старейшина.

– Есть.

– Я внимательно тебя слушаю. Что именно?

– Софина невиновна. Это мы ее подставили. А прошлый старейшина нам помог, по-родственному.

– «Мы подставили»? Это кто?

– Я, если быть точным.

– Только ты?

– Нет… там много кто был замешан. Но автором идеи и воплотителем ее в жизнь был я.

– Прекрасно… просто прекрасно… – покачал головой старейшина. – Ладно. Давайте сначала послушаем, что вы скажете.

– Потом уже назад не отыграть. Насколько публичным будет наше наказание?

– Обычным. Перед духом-смотрителем, который передаст копию всем стражам особняков города. Но повторю тебе то, что я сказал Илье. Городу невыгодно терять магов. Поэтому я сделаю все, чтобы избежать изгнания или казни. Во многом он прав. Нехеб слаб. Весь наш мир слаб. И наша с вами задача в самые сжатые сроки придумать, как укрепить нашу безопасность.

– Если вы восстановите Софину в правах, то Илья, как ее наследник…

– Страшно? – с нескрываемым любопытством спросил старейшина. – А как по мне, отличный исход. В городе установится тишина и покой. Хотя бы на какое-то время. Да и этот парень сумеет у вас там порядок навести. Он ведь вас ненавидит. О! Мы всем городом за этим будем наблюдать с огромным любопытством.

– Наивный… какой же ты все-таки еще наивный… – покачал головой глава Тал-Калли.

– Что поделать. Вы сколько веков никого не пускали на место старейшины, кроме своих? Откуда же мне набраться опыта? Так что, если я что-то еще не знаю, говори открыто, – совершенно невозмутимо и не реагируя на подначки, произнес глава Совета.

– Илья ищет способ воскрешения Софины и отца.

– Столько лет прошло, – покачал головой старейшина. – Какой в этом смысл? Пустые, чистые души. Ради чего? Он ведь не эта одержимая из секты.

– О! Нет. Тут все совсем не так просто. Смысл есть, и еще какой! Они, вся их семья, связаны «Поцелуем Смерти». Души умерших в таком ритуале не уходят на перерождение. Тела не истлевают.

– И, дай угадаю, – перебил его старейшина, – ты как-то связан с этим?

– Хотел бы я сказать, что нет, но…

– Но дело ведь не только в этом, я правильно понимаю?

– Разумеется. Такие души служат Предвечной. Вы ведь понимаете, что это означает? Поправьте меня, если я ошибаюсь, но это плохая идея – возвращать Софину оттуда и ставить ее во главе одного из самых могущественных кланов города Нехеб. А после своего воскрешения и отмены изгнания и экскомьюникадо именно она станет во главе Тар-Калли.

– Я не думаю, что Илья сможет забрать у Предвечной девы эти души. Он же толком ничего не знает и не умеет. Идет на ощупь. Как слепой кутенок. Ему задача такого уровня просто не по плечу. С ней нахрапом да лихим наскоком не получится решить вопрос. Она сама кого угодно через коленку переломит.

– Даже если он предложит ей службу жнецом? Он достаточно безумен и отчаян для этого. Я слышал, что Предвечной деве такие нравятся.

Все присутствующие промолчали, задумавшись. Ситуация запахла очень неприятно. Если предположить, что этот «потерпевший» советник не «нес пургу» и не выдумывал на ходу страшилки. Наконец один из советников, молчавший все заседание, произнес:

– Мне кажется, что мы упустили из вида одну маленькую, но важную деталь.

– Какую же? – спросил старейшина.

– Ардат Лилу. Она его наставник в силу личной инициации печати. Надеюсь, никто этого не забыл? Наивно полагать, что это сделано случайно или ошибочно.

– Полагаешь…

– Я полагаю, что она могла помочь Илье захватить в плен клан Рату Бала. Клубок тьмы. Мы ведь все знаем о том, что из старого особняка Софины вышел какой-то черный клубящийся туман. А ведь именно так умеет перемещаться Лилу. Во всяком случае – ходят такие слухи. И ей под силу играючи разгромить клан подобного уровня силы. Это же может объяснять ту наглость и уверенность, с которой Илья вел себя здесь перед нами. Если у него за плечами эта женщина, то, полагаю, цели его совсем не в возрождении родителей.

– Ардат Лилу… – покачал головой глава Тар-Калли. – Ну конечно же!

– Она вправе на свое усмотрение переходить к своему подопечному. Даже если они в разных мирах. И такой портал мы просто не в состоянии отследить из-за очень специфической его природы. Не забывайте, магистр Аратос передал оружие Илье именно через нее, обойдя все блоки и запретные печати Коморы.

– И каковы ее цели?

– Власть, – пожав плечами, произнес один из черных советников. – Разве могут быть сомнения? Она же дочь верховного владыки красного мира. Вряд ли ее могут интересовать цветы, нежность или дети.

– Видите, что получается, видите? – спросил глава Тар-Калли. – Если все пойдет так, как идет, то во главе самого сильного клана Нехеб встанет та, что прошла через горнило Предвечной девы. Да еще и обязанная своим возрождением Лилу. А ее наследником окажется жнец Предвечной, ученик этой же самой твари из красного мира. Вы серьезно ЭТО хотите сделать?

– Ты сгущаешь краски, – нахмурился старейшина. – Мы все видели, что Илья не врал. Да, им могут играть и манипулировать его поступками. Но на текущий момент у него нет озвученных тобой целей.

– Это дело времени. Рано или поздно он узнает о том, где души его родителей и как их оттуда достать. И тогда Илья поступит так, как я сказал. Выбора у него все равно нет. Что вы так на меня смотрите? Он же всех нас сгубит! Всех! Давайте пригласим его на мой допрос как почетного гостя и убьем от греха подальше. Я готов понести наказание. Любое. Даже принять смерть. Мы все готовы. Весь мой клан. Но то, что этот мерзавец нам уготовил… это нечто много большее. Это смерть для всего города. Будьте уверены – следующим шагом после захвата его власти в Тар-Калли станет война, ибо откроются большие порталы и в наш мир войдут воинство владык красного мира и жнецы Предвечной девы. Здесь камня на камне не останется!

– Повторюсь, ты сгущаешь краски, – мрачно произнес старейшина. – Мы не можем принимать такое решение, опираясь на одни лишь твои страхи, скорее даже, страшилки. Тем более что тебя неоднократно ловили на лжи. Даже здесь – на заседании Совета. А потому твоим словам нет веры.

Повисла вязкая пауза.

Долгая.

Наверное, минуту никто не решался ее нарушить. Наконец в воздухе что-то звякнуло и звонкий голос духа-смотрителя сообщил:

– Илья только что отдал приказ стражу особняка в случае его смерти заблокировать особняк. И, если в течение месяца ему не будет представлено доказательство непричастности кланов города Нехеб к его гибели, уничтожить особняк с максимальным вредом для города.

– А страж такое сделать может? – удивился один из советников.

– Может, – ответил дух-смотритель. – Но раньше никто не приказывал.

– Вот и решили, – улыбнулся старейшина. – А то – «убить», «убить». Я смотрю, некоторые советники даже стали склоняться к таким мыслям. Молодец паренек. Хотя… он словно подслушивает нас. В помещении есть его духи?

– Нет, – ответил дух-смотритель.

– Значит, ход наших мыслей предсказуем. Слишком предсказуем. М-да. Точнее, твоих. Он, видимо, твою гнилую натуру хорошо уже понял. И знает, что ты учудил с его матерью, – хохотнул старейшина.

– Но от него нужно избавляться! – продолжал давить советник от Тал-Калли. – Он наша смерть!

– Твои слова – наша смерть, – фыркнул старейшина. – Но даже если ты прав, то как ты себе это представляешь? Особенно теперь, после этого приказа. Хочешь устроить большой взрыв в самом центре города и все тут разворотить после очередного покушения?

– Никакого покушения! Нет. Что вы?! Если способ получше. Дело в том, что по обычаю владеть особняком первой линии традиционно может только клан полного посвящения. А он – частное лицо. Это означает, что ему нужно не просто провозгласить создание своего клана, но и представить его Коллегии. Для чего требуется иллириум. Они ведь только его в качестве платы принимают. Клан Лал-Тара, в котором он может стать наследником, взяв Нефтис в жены, также не имеет подходящего статуса. То есть ему в любом случае нужно идти на старые рудники иллириума.

– Поближе к служителю Предвечной девы? – усмехнулся кто-то из советников. – Хороший план!

– О нет, – улыбнулся глава Тар-Калли. – Древний маг ушел в глушь, чтобы больше не служить стихии смерти. Разругался он с ней из-за чего-то. Разочаровался. Вообще хотел изменить свой дар, чтобы отринуть синюю стихию. Если мы сумеем найти способ известить его о том, что Илья жаждет стать жнецом Предвечной…

– То получим масштабные разрушения в городе.

– Зачем? Нет. Мы просто обратимся к древнему за помощью, чтобы он помог нам убедить Илью этого не делать. Чтобы наставил его на путь истинный. В конце концов, если сын Софины откажется от своего желания вернуть мать, Совет это вполне устроит. Не так ли? Да и зависимость от Лилу древний поможет снять. Мы очень редко обращаемся к нему за помощью. Так что я уверен, учитывая специфику ситуации, он не откажет.

– Но ты сказал о ликвидации.

– Илья – весьма дерзкий и наглый человек. Вы думаете, он сам себе шею не свернет, если ему не мешать?

– Пока он сворачивал шею только другим.

– До поры до времени. В конце концов, такие люди, как он, всегда плохо заканчивают.

– Ты еще скажи, как и его мать, – усмехнулся один из советников.

– А разве я буду не прав? Или вы скажите, что кому-то по душе такие буйные и непоседливые особы, как он или она? У нас тут была тихая, спокойная жизнь. И вряд ли кому-то здравомыслящему понравятся Софины, Харламы или Ильи. Слишком много суеты, шума и дури. Да и проблем. А оно нам надо?

Присутствующие промолчали.

Они думали.

Илья же в своем особняке принимал присягу поверженного им клана. Воскресив ради такого дела даже покойных, применяя подаренный ему перстень, который ускоренно заряжал с помощью ауры «Наделения», закидывая себе в рот пригоршню за пригоршней желуди-накопители…

Глава 6

Илья стоял в холле и смотрел на собравшихся.

Вон – в углу сидели два циклопа и стайка баса. А рядом с мужчиной стояли две альтушки и Гелла с ее извечно вздыбленной прической буйных, но длинных волос. Мертвые, но вполне разумные. Смерть в магических мирах иной раз мало что значила. Или, как говорил антагонист фильма «Мумия», «смерть – это только начало».

Вот.

Остальное же пространство было заполнено гулями, умертвиями и магами. Теми самыми, которые принесли клятву.

Все.

Весь клан. Включая детей и воскрешенных.

В конце концов, что такое сто лет для мага? К тому же каждый из них прекрасно осознавал – их реально подставили. И такой исход выглядел максимально благоприятным.

Ну а что?

Клан и формально, и фактически сохранялся. Да, оставался нищим, но это дело поправимое. Ведь все члены клана выжили. Чуть более восьми десятков магов. Ну и Илья явно выглядел везучим человеком. Что позволяло надеяться на успех под его началом. И, вероятно, немалый.

О том, как он за неделю, считай, вырастил из двух нулевых белых магов вполне деловых и серьезных адептов, они прекрасно знали. Да и сам синий маг еще пару месяцев назад вообще не имел даже нулевого уровня ученика, теперь же – мастер.

Невероятный, просто фантастический прогресс!

– Итак, – произнес Илья, – как вам, наверное, уже растрындели, Совет «напомнил» мне, что владеть этим особняком по старому обычаю может только клан, представленный Коллегии.

– Старые рудники иллириума, – скривился глава Рату Бала.

– Именно. Выступить в поход мне надлежит не позднее чем через двое суток.

– Это верная смерть, – серьезно произнесла супруга главы клана. – Перед походом было бы неплохо назначить наследника и оставить его тут – в особняке. Или вообще раздобыть маяк душ. Хотя очень не факт, что он поможет.

– Ты имеешь в виду угрозу, исходящую от древнего синего мага?

– Не только и не столько. Скорее, даже не от него. По слухам, он живет где-то в глубине рудников и найти его крайне непросто. Его сотни лет никто не видел. Нет. Иллириум – особый материал. Не кристаллы аргента, но тоже сильно влияет на окружающую среду. Рядом с ним искажается все живое.

– Даже камни, – добавил супруг. – Я был в тех рудниках. У входа. Тоже когда-то мыслил представить клан Коллегии. Но не повел своих людей в глубину.

– Почему? – спросил Илья.

– Ты когда-нибудь видел трупы, из которых росли кристаллы? Как трава. И там что-то давит. Не магия. Нет. Какая-то иная энергия, мне неведомая. Мы продвинулись немного и ушли, столкнувшись с местными обитателями. Их может повредить только что-то наносящее дробящий урон. Меч, копье, кинжал, стрелы и большая часть магии против них бесполезны. Мы спаслись только за счет того, что в нашем отряде имелись желтые маги.

– На что похожи те обитатели?

– Это были кристаллические големы, – произнес входящий отец Нефтис. – Война окончена, и я смог наконец тебя навестить.

– Ты знаешь, чем с ними бороться?

– Желтой магии там сильно сопротивляются сами рудники. Нужно что-то сильно бьющее. Грубо говоря – молотки нужны. И какая-то защита лица. Многие из них при гибели распадаются с образованием мелкой губительной пыли.

– Ты знаешь, как пройти, и еще не поднял свой клан?

– Подходящие лакса есть только у синей и красной стихий. Еще у желтой, но, как я сказал, сама материя рудников сопротивляется, когда пытаешься ее использовать желтыми лакса. А в нашем клане всего один красный маг. Сам понимаешь – мало.

– Как выражается это сопротивление?

– Просто сильный перерасход сил.

– Да, – подтвердил глава Рату Бала. – Именно так. Буквально два-три раза обычную лакса применишь – и все, пустой. А просто в поле до сотни раз ее же можно использовать.

– А иная желтая магия там работает?

– Если она не касается взаимодействия с местной материей стен – да.

– Фантомы?

– Фантомы создаются обычно. Но ударить фантомом кристаллического голема нельзя. Он к нему полностью невосприимчив.

– Но ведь синяя и красная стихии тоже порождают фантомы. Тот же шар «Ярости Тиамат» – это он и есть.

– У синей и красной стихий есть не только подобные лакса, – улыбнулся отец Нефтис. – Отдельные древние печати, например, забирали влагу из окружающего воздуха, формируя из нее натуральный комок льда. Да и красная стихия тоже не так проста. Кроме того, синие маги имеют доступ к кругу Ану-Ара, древнего и ныне почти не употребляемого. А там, среди прочего, есть волшебное кидание специально подготовленной кости. Она вполне материальна и бьет физически.

– Насколько сильно?

– Шагов с десяти панцирь маг-скорпиона «Шип Ану-Ара» пробивает. Есть еще «Копье Ану-Ара». Там надо носить здоровые берцовые кости. Но эффект от них просто потрясающий.

– У вас есть эти лакса?

– У нас и синего мага нет. По нашим сведениям, в былые годы собирались сводные команды из нескольких десятков опытных синих и красных магов. Обычно – сводная команда со всего города. Они пробивались в глубины рудников. И набирали иллириума сразу на несколько нуждающихся кланов.

– И они не оставили там якорей?

– Может быть, и оставили. Но кто же ими поделится? – улыбнулся отец Нефтис.

– За иллириум можно всякие ценные и интересные вещи купить у представителей Коллегии, – добавил глава Рату Бала. – Поэтому те крохи, что иногда появляются, уходят туда. Мы пробовали скупать. Но он стоит чудовищно, и за последние полвека его совокупно мелькало на рынке меньше, чем нужно для представления.

Помолчали.

Переглядываясь с серьезным видом.

– Слушайте, – чуть подумав, спросил Илья, – а можно сделать пространственный карман, в который доступ будет не через один артефакт, а через два и более?

– Зачем?

– Ну, чтобы, например, тут, в особняке, в него что-то складывать, а там, в рудниках, доставать.

– А… да, конечно, – кивнул дядя Нефтис. – Так синие маги и поступали, когда работали с кругом Ану-Ара. Костей с собой много не унесешь. Там же требуются сотни и сотни.

– Тысячи, скорее, – возразил глава Рату Бала.

– Да. Соглашусь. Тысячи.

– Это раньше. Сколько уже туда не ходили?

– Ну…

– Так! Стоп! – перебил их Илья. – Значит, так сделать можно?

– Разумеется.

– И это будет надежно работать?

– Если применить кустовую схему артефакта с центральным накопителем и поглотителем на главном – да.

– А простым языком?

– Можно. Но так редко делают, ибо мало кому нужно. Маги предпочитают изолированные пространственные карманы с жестким личным контролем.

– А между мирами так можно сделать?

– Вообще-то, это запрещено.

– Почему?

– В связи с угрозой несанкционированного перемещения опасных сущностей и личностей. Это ведь, по сути, аналог портала получается. Причем нерегистрируемого. Открытие пространственного кармана – это не открытие портала между мирами, оно громкого всплеска не дает и почти не детектируется.

– И какое наказание?

– В зависимости от того, какая сущность или личность так была переправлена.

– А если никто не был переправлен?

– Десять эргов или их эквивалент.

– Всего десять эргов?

– За микроорганизмы тоже штраф берут, – улыбнулся отец Нефтис. – Помнится, последний, кто это устроил, заплатил за незначительные опыты девяносто пять тысяч.

– Ого!

– Да. И с ним еще по-доброму обошлись.

– Хм… я слышал, что магистр Аратос добыл в моем мире оружие для переправки мне в мир белых отморозков. Его можно снова привлечь к сотрудничеству?

– Вопрос цены и смотря в чем будет заключаться это сотрудничество, – пожал плечами отец Нефтис. – А что?

– Цены, говоришь? – переспросил Илья, скосившись на начавшую фыркать Геллу. – Кто-то может с ним связаться и позвать в гости?

– Я, – на ходу бросила Нефтис, спешно выходя из зала.

Она все поняла сразу, припомнив былые разговоры. И с огромным рвением бросилась искать того, кто смог бы забрать у Ильи «эту шлендру». Ведь Гелла продолжала нет-нет да демонстрировать какой-нибудь подчеркнуто эротический жест или позу, дразня ее, ибо вела себя так только рядом и по отношению к Илье.

А вот остальные выглядели удивленными и озадаченными. Так как не поняли не только задумку, но и реакцию Нефтис.

– Так. Теперь второй вопрос. Какого размера проходы в рудниках?

– Илюша… – ласково прозвучал голос Марийки.

Он аж вздрогнул от удивления.

Секунда.

И кикимора проявилась совсем рядом с ним.

– Ты все же решила нас не бросать? – добродушно улыбнулся Илья, всем своим видом показывая, что рад этой встрече. И даже шагнул навстречу, обнявшись с ней. Отчего от порога зашипела Нефтис. Видимо, слишком вызывающе получилось.

– Я не смогла пропустить этот дивный танец, устроенный тобой в особняке, – усмехнулась Марийка, лукаво скосившись на клан Рату Бала. – Такая находка!

Причем, что любопытно, говорила она на русском языке, который из присутствующих никто не понимал. Мужчина же не стал задаваться таким вопросом. Решив для себя, что, как разновидность духов, кикимора могла все, что надо, вытащить из его головы телепатически. Ну или воспользоваться какой-то неизвестной ему техникой. Поэтому он спросил:

– А почему ты только сейчас проявилась?

– По делу я. Важному. Иначе бы и дальше не стала проявляться. Зачем тебя дразнить? Приставила к тебе духа приглядывать. И когда десерт намечается – заглядываю откушать. А потом сразу обратно, чтобы невольно никому из твоих не навредить.

– Допустим, – недовольно хмыкнул Илья. – Что случилось?

– Белые Бабу Байю прижали. Они ей не простили того, что она тебя натравила на лешего. Он ведь им служил, как оказалось. И через него они потихоньку подчинить леса хотели.

– Понятно. Но сама знаешь – мне туда нельзя. Коллегия голову оторвет, если я сознательно нарушу их прямой запрет. Ну, может, и не оторвет, но лет триста я у них точно просижу на службе каким-нибудь подтиральщиком задниц в сортире.

– Знаю. Но есть решение.

– Ну-ка? – подался вперед Илья.

– У главного паладина, который за все войска белых отвечает, есть рабыня. Одна из девиц крупного и значимого клана Великого леса. Она у него на побегушках, скованная волшебным ошейником. Достаточно мощным, чтобы в случае чего голову ей оторвал, а душу поглотил, выплюнув жеваной энергией.

– И что?

– Она – сильный зеленый маг. Очень сильный. Седьмой ступени. Ее захват был отдельной и весьма непростой операцией. Их клан спровоцировали и приняли ее в магическую ловушку…

– Это мне без разницы. К чему ты клонишь?

– Будучи зеленым магом, она следила за тобой. А он направлял тех желтых коротышек. Именно он вызвал циклопов. Да и потом – по его наводке вас так быстро находили. Она ведь болталась птицей в небе над вами и время от времени докладывала ему.

– Он лично сообщал?

– Он приказал это сделать. Специально подставляя тебя под удар как можно большего количества парватов, чтобы их ослабить.

– Какая пусечка… – добродушно улыбнулся Илья; глаза его, впрочем, сверкнули крайне недобро.

– Я клянусь в правдивости моих слов, сказанных относительно главного паладина Эда Харвина, – произнесла кикимора, подняв руку, которую охватило золотистое свечение.

– Давай ближе к делу.

– Я могу создать в Сером мире призматический тоннель. Это что-то вроде прокола материи, который позволяет наблюдать за любым местом Вселенной, пользуясь спецификой правил Серого мира. Он очень похож на тот портал-тоннель, который делали парваты. И ты через него сможешь вытянуть всю силу из ошейника этой рабыни. Она освободится. Главный паладин умрет. И белым станет резко не до Бабы Байи – у него нет преемника, и начнется большая драка за это место – самое влиятельное и значимое в правлении Коморы.

– Ты уверена, что у меня получится?

– Да. Я с помощью призматического тоннеля выполняла уже ряд заказов. Магия проходит. И аура твоя тоже должна пройти.

– А что мне за это будет?

– От нас с Бабой Байей это колечко, – произнесла она, показывая симпатичный и совершенно непонятный перстень. – Надел его, и ты в Сером мире. Снял – в обычном. Перстень отражения Сата. Очень редкая и ценная вещь. При этом не идентифицируется как нечто магическое, ибо поделка дэвов.

– И откуда он у нее?

– Эхо войны, – пожала плечами Марийка. – Тогда много дэвов полегло и много всякого с них сняли.

– Хорошо. Допустим, – прищурившись, произнес Илья, задницей почуяв, что тут дело непросто. И что идет какая-то игра Коллегии, вероятно, направленная на восстановление равновесие в том мире после его проказ. – А от той зеленой особы?

– Ее отец готов дать Клятву крови и прийти всем кланом тебе на помощь, если в том будет острая нужда. Единожды. Там полторы сотни зеленых магов не ниже третьего уровня. В среднем четвертого-пятого.

– А торговать? Сверху к этому.

– Да, – чуть помедлила кикимора. – Я сейчас параллельно и с ним беседую. Он согласен.

На что Илья только хмыкнул.

Несколько секунд помедлил. После чего произнес:

– Я согласен. Открывай свой призматический тоннель.

– Тебе нужно надеть перстень отражения Сата. То, что я открою, можно будет увидеть только там – за Завесой. Это конструкт исключительно для Серого мира.

Мужчина с минуту внимательно поглядел на собеседницу, пытаясь понять, в чем подвох, и рассмотреть хоть что-то в Сером мире взором дэва. Наконец ему это надоело. Он взял с Марийки необходимые клятвы. И надел перстень.

Мгновение.

Мир вокруг потерял краски и стал расплывчатым.

И кикимора предстала в ее истинном обличье. Немного жутковатом, но удивительно красивом.

– Спасибо, – ответила она. – Здесь нет слов или мыслей. Все слова – мысли, а все мысли – слова. Ты подумал, я услышала. Хочешь молчать – не думай.

Илья улыбнулся и невольно взмахнул своими кожистыми крыльями. Повернулся. Посмотрел на них. Сначала в сложенном состоянии, потом в разложенном. Тяжело вздохнул. И произнес:

– Не будем медлить. Мне жутко некомфортно осознавать себя в таком виде.

– Это ты и есть, – улыбнулась Марийка. – Там, в материальном мире, после пятидесятого чаран, сможешь принимать свой истинный облик. В нем, кстати, в мире Мора не будешь чувствовать магического удушья. Да и негативное влияние разного рода стихийных явлений вроде пыльцы красного мира прекратится.

– Так вот почему Владыки красного мира ходят в этих крылатых формах?

– Разумеется.

– А я-то думал… М-да… Но все равно, я пока не готов это принять.

– Как будто у тебя есть выбор… – фыркнула кикимора. – Ладно. К делу, – произнесла она, и перед Ильей открылся словно бы прокол в пространстве. Этакая призма восьмигранная, заполненная каким-то прозрачным субстратом, в котором как на экране он увидел весьма… специфическое действо. Какая-то изящная женщина эльфийской наружности с мерцающим ошейником употреблялась для утех каким-то мужчиной. Оральных.

Илья хмыкнул.

Переключился в зрение дэва. Кинул к этому ошейнику столько кровавых нитей, сколько смог. И начал откачивать силы.

Секунда.

Вторая.

Приметил, что Марийка исчезла. Видимо, отправилась туда.

Секунде на десятой глазки женщины сверкнули очень опасным зеленым огнем.

Мгновение.

Рабский ошейник щелкнул, раскрываясь. И этой особе в лицо ударила кровь. В морду. Потому что она уже успела трансформироваться частично, откусив этому деятелю хозяйство под корень.

Дальше смотреть было нечего.

Фокус призматического тоннеля был наведен на одну конкретную точку, а там началась какая-то подвижная свистопляска. Звуков же Илья не слышал.

Снял перстень.

– Кто это была? И куда ты пропадал? – напряженно спросил немного перепуганный отец Нефтис.

– Кикимора. Вольная нежить, которая вырастает из баньши. И я не пропадал. Просто смещался в Серый мир на время. Помочь надо было друзьям.

– Серый мир? – усмехнулась супруга главы клана Рату Бала и очень выразительно посмотрела на мужа. Тот лишь вздохнул и понуро кивнул. Впрочем, Илье разбираться в их спорах не хотелось.

Вошла Нефтис.

– А где эта?

– Марийка?

– Да. Облапала тебя и убежала?

– Она по делам приходила.

– Так она к нам не на всегда? – выдохнула молодая женщина.

– Нет, милочка, – ответила проявившаяся вновь кикимора, протягивая Илье небольшую странную штуку.

– Что это?

– Амулет вызова. При необходимости поторговать – зажми между двумя пальцами. Почувствуешь легкую слабость, так как артефакт магии крови. В течение нескольких секунд перед тобой предстанет дух. С ним можно будет поговорить и заключить сделку. Он же отвечает и за доставку товаров.

– А если с той стороны захотят поторговать?

– Дух сам свяжется с тобой.

– Посредник берет долю?

– Кто вызывает его, тот и платит. Силой. Все зависит от объема сделки, ее веса, ценности и срочности. Минимальная оплата – один эрг. Максимальная – как пойдет.

– Ясно… – кивнул Илья.

– Спасибо еще раз за помощь, – сказала кикимора, послала ему воздушный поцелуй. И исчезла.

Нефтис скривилась, глядя на это. И, в свою очередь, произнесла:

– Магистр Аратос прибудет в течение четверти часа. Я ему сказала, что речь касается Геллы – ее возможности стать гомункулом и его женой.

– А почему сразу не прибыл?

– Он где-то на другом конце материка находится по делам. Что ты задумал?

Илья молча подошел к одному из своих бойцов-гулей.

Взял из его рук «Сайгу».

Равнодушно повернулся к трофейной лепнине. И сделал в нее несколько выстрелов свинцовой пулей двенадцатого калибра. Подняв тучу пыли.

– У меня есть план, – усмехнувшись, пояснил он. – Но для его реализации очень нужна помощь магистра Аратоса и кое-какие сведения.

Вернул оружие.

Чуть постоял в задумчивости. Повернулся к отцу Нефтис и главе клана Рату Бала и спросил:

– Так какого размера тоннели и проходы на тех рудниках?..

Глава 7

Виктор Павлович пил чай.

С плюшками.

В кои-то веки решил купить себе булочку свежую и попить чаю. Как человек. Спокойно. С толком. С расстановкой. А не на бегу, как обычно у него получалось.

После того исцеления Беллой он не курил и не пил.

Вообще.

Психологически немного тянуло, но организм не требовал. Поэтому он держался, стараясь найти себе замену в других делах. Он и раньше не увлекался. Сейчас же – так и вообще взялся за себя с особой ревностью. Шутка ли? В таком возрасте получить полностью здоровое тело. Так что компенсировал разного рода «вкусняшками» для психологического замещения. Вот как сейчас. Специально подбирая места, где очень хорошо пекут сдобу…

В комнате послышалось какое-то тихое шипение.

Потом едва различимый хлопок.

И шаги.

Следователь Петров скривился, догадавшись о том, кто к нему пожаловал. Точнее, не кто, а какого рода субъекты. И взял в руку револьвер, который по такому случаю держал рядом. Пистолет-то взведенным долго держать не получится. А передергивать затвор – себя выдавать. Поэтому он револьвер себе и добыл. Снарядив на всякий случай освященными серебряными пулями. Помогут или нет – бог весть. Но почему нет? Во всяком случае, надежда у него определенная имелась.

– Дома кто есть? – спросил вошедший на кухню Илья.

– Очень актуальный вопрос, – раздраженно произнес Виктор Павлович. – А спросить до того, как вы вломились, не судьба?

– Времени в обрез. А поговорить надо.

– Почему же ваш спутник в прошлый раз стучался? – кивнул Петров на магистра Аратоса.

– Он вежливый. Я тоже. Но горит.

– И что же у вас такое горит?

– Меньше чем через пару суток я должен выступить в поход. Вот готовлюсь. И хотел с вами переговорить.

– Все закупки теперь только через представленных магистру правительственных чиновников.

– Разумеется. Мы уже отгрузили им партию автономных лечебных артефактов.

– Это как?

– Вот таких, – произнес Илья, достав откуда-то из воздуха жестом фокусника странный шарик. – Зажимаете между руками там, ногами или еще как его. Он активируется и сам лечит. Одноразовый. Но перезаряжаемый. Одной порции хватит для исцеления от практически всех обычных болячек и каких-то простых травм. Три таких артефакта поставят на ноги едва дышащий кусок мяса без рук-ног и полностью на автономном обеспечении.

– Как это поставят? Откуда они возьмутся?

– Вырастут. Быстро. Волшебным образом.

– Не знал бы, что вы можете, не поверил бы.

– Собственно, с ними связана одна моя просьба. Я уже не успеваю. Не могли бы вы передать три таких артефакта моему другу? Вы его знаете. Помните, мы навещали?

– Помню. Мы же к нему пошли после того, как вы запугали до смерти ту дуру с хахалем?

– Да. Верно. У него мама тяжело больна. Вот – для нее. Сделаете? Я просто не успеваю.

– Сделаю. Это недалеко. А что за второе дело? Вы ведь ко мне только из-за него заскочили. Иначе бы сами занесли артефакты.

– Верно. У меня там – большой особняк и тяжелая политическая борьба между кланами. И я зашиваюсь. Мне нужен кто-то, кто сможет возглавить мою службу безопасности там. Вопросы охраны не так важны, нежели расследование и распутывания всякого рода пакостей. Ваш профиль.

– С чего вы взяли, что я соглашусь?

– Белла, девочка, зайди.

Раздались шаги.

В помещения зашла дама-альт. Нежить, разумеется.

– Она уже третьего уровня. Умертвие. На четвертом она станет гомункулом, обретет полностью функциональное живое тело. И я смогу ее отпустить, позволив вам пожениться.

– Вы шутите?

– Нет. Гомункул – это искусственный человек. Сохраняя кое-какие свойства нежити, такие как абсолютная стойкость к испугу, болезни и отраве, он вновь обретает жизнь. И она сможет даже детей рожать. Что вы на меня смотрите? Я же знаю – она вам понравилась.

Виктор Павлович невольно потянулся к крестику на шее и зажал его между большим и указательным пальцем. Отчего его взгляд подернулся пеленой.

– Что-то новое увидели?

– Он такой странный… три цвета. Да и она – два.

– Она неживой белый маг. Так что можете быть уверены – пока она ваша жена, вы не состаритесь, а болезни и проблемы с потенцией пройдут мимо. Работать все будет как у подростка.

– С моими договорились?

– Разумеется. Цена вопроса – полсотни лечебных артефактов.

– Надолго служба?

– Двадцать пять лет. Полный пансион. Белла в качестве жены. И выходное пособие в двадцать пять кило золота, если пожелаете вернуться сюда. Или там – эквивалент. С возможным продлением по желанию. Если сможете кого-то подтянуть из толковых – с меня полное исцеление, пансион и выходное пособие. Само собой, в случае гибели – воскрешение за счет нанимателя.

– Даже так, – покачал головой Виктор Павлович.

– Да. В магических мирах смерть зачастую – это не конец жизни.

– Сколько у меня есть времени?

– Вечером завтра вы, люди, которых вы подтянете с собой, а также все необходимое оборудование и имущество соберите здесь, на квартире. Это на экстренные расходы, – произнес Илья и снова жестом фокусника достал из ниоткуда несколько толстых пачек денег, положив их на стол.

– Что вы делаете? Как это? – ошалело спросил следователь.

– Артефакт пространственного кармана. Я бы вам вручил сейчас, но времени обучать нет. Да и вы не маг, что будет накладывать дополнительные трудности.

– Понимаю.

– Хорошо, – кивнул Илья и засобирался. – Деньги, кстати, ваши выдали. Так что почти наверняка помечены. И за вами слежка. Никто мешать не будет, но держите это в уме.

– А то, ради чего вы пришли сюда, – поспешно произнес Виктор Павлович. – Может, я могу что-то подсказать?

– Мне нужно мясо и оружие.

– И много?

– Мяса-то? Очень. Тысяча тонн, две, десять. Хоть сто тысяч тонн. Любого. Сколько получится найти.

– Зомби?

– Да. Но зомби – это первый уровень развития данного вида нежити. Потом идет гуль. Потом умертвие. Потом гомункул. Им для развития нужно есть мясо. Много. Очень много. Сейчас мне срочно перекупают несколько рефрижераторов с говядиной и рыболовецкие траулеры тянут к порту. Туда мы и отправимся. Так что вряд ли вы тут поможете.

– А для чего оружие нужно?

– Для войны, – расплылся в улыбке Илья. – Нужен хороший импульс при попадании, чтобы сильное немагическое ударное воздействие. Десятка два 30-мм автоматических пушек возьму и по двадцать тысяч выстрелов к ним. Те, что на бронетехнику ставят. На вырост, так сказать. «Кордов» еще прихвачу. Штук пятьсот. Умертвия из этих крупнокалиберных пулеметов могут с рук вполне уверенно работать. Мы уже проверили. Гули еще нет. Но те из какого-нибудь FN FAL под винтовочный патрон как боги работают. Он стоит в руках как влитой.

– Слушай, а КПВТ пробовали?

– Первым делом. Тяжеловат. Отдачу даже умертвия не могут нормально контролировать.

– А может, «Печенег» со «Скорпионом»?

– «Скорпион» – что это?

– Рюкзак за спиной с патронами и боепитание по рукаву. Пятьсот пятьдесят патронов вмешает.

– Тема! – оживился Илья. – В принципе, импульса патрона «Печенега» должно хватить.

– Для чего?

– Кристаллические големы. Их только условными молотками можно ломать. Поэтому я на «Корды» и облизываюсь. Импульса его патрона должно хватить. А куда мало будет – из РПГ кумулятивной гранатой вдарю.

– У нас есть легкий ручной гранатомет РГС–50 – однозарядный, переломный, под выстрелы калибра в 50 миллиметров. У него есть кумулятивы. Если эти големы не очень шустрые – куда лучше «Корда» будет. Да и легче он. Меньше семи килограммов. Так что в том же рюкзаке за плечами можно будет унести много гранат.

– Слушай… это идея, – оживленно произнес Илья. – РГС–50. Понял. Так даже лучше выходит. А то с этими 30-мм автопушками и «Кордами» все как-то трудно идет. Дорабатывать придется. Не уверен, что мои маги успеют. Да. Однозначно. Так выходит намного лучше.

– И вместо РПГ–7 возьми что-то посерьезнее. Тот же РПГ–30.

– А дадут?

– За артефакты лечения? – усмехнулся следователь. – Ты хоть представляешь, каково политическое влияние даже одного такого артефакта? Потребуешь танки – дадут танки. Любые. Самолеты. Даже ядерное оружие, пожалуй, выдадут. Вопрос этих лечебных артефактов.

– Ну…

– Кстати, а винтовки ты не хочешь под шумок хорошие раздобыть? Тяжелые. Снайперские. Мало ли пригодится? У Лобаева можно заказать. Только вот… непонятно где добывать инструкторов… Хм… – и Виктор Павлович замер, уставившись на Беллу.

– Что-то не так?

– Она ведь была мертва? – указал он на Беллу.

– Я умерла сто семнадцать лет назад. Мое тело лежало в консервации, пока его не поднял господин.

– Жалеешь?

– О чем? О том, что он подарил мне новую жизнь? – усмехнулась Белла. – Я ведь не тупой скелет или скрипучая мумия. Я уже почти жива. Снова жива. Да, душа другая. Но когда чистая душа попадает в целое тело, то личность возрождается полностью.

– Ты помнишь, знаешь и умеешь все, что знала до смерти?

– Конечно.

– А зачем ты спрашиваешь? – поинтересовался Илья.

– Насколько целым должно быть тело, чтобы ты его поднял вот так же?

– Голова цела полностью либо преимущественно. Главное – мозг. Все остальное тоже желательно, но не обязательно.

– Понял, – кивнул следователь. – Ничего не обещаю. Но постараюсь узнать. По базам глянем – есть ли по моргам погибшие снайперы, инструкторы стрельбы или спортсмены подходящие. С их семьями, полагаю, ты сможешь договориться. Похороны в закрытом гробу, увеличенная компенсация, исцеление и все такое.

– Разумеется, – кивнул Илья.

– Своих подтягиваешь?

– ВДВ-то? А то как же? Старичков тяну. Там – вылечим. Калек тоже. Уже полсотни ребят набралось.

– И зачем они?

– Я десяток минометов прихвачу полковых.

– Сто двадцаток?

– Да. И пару «Васильков» на колесном лафете. Вот – будут крутить-вертеть. Я ведь не простых стрелков тяну в основном. Плюс другими делами заведовать.

– Ты, я смотрю, так готовишься, словно к большой войне.

– Просто к войне. Но кто знает, как она пойдет? Мы гребем все что можем. Даже немецких «G3» под винтовочный патрон пару тысяч в смазке взяли со складов. Где и когда и купили – неясно. Видимо, перехватили партию.

– Бедные маги… – покачал головой следователь.

– Ладно. Время. Время. Все горит. В общем – завтра вечером тут. Мы портал на лестничную клетку откроем, чтобы никого и ничего не задеть.

– Средства связи брать?

– Кстати, да. У нас там есть магические артефакты. Но их могут глушить. Было бы неплохо иметь независимую связь… – сказал Илья, уходя в открытый магистром Аратосом портал. Тот заскочил следом. Прихватили дядю Нефтис, который вызвался помочь на земле. И меньше чем через минуту уже шли по кладбищу. Тому самому, где мужчина столкнулся с Ашмой и Лилу в облике воронов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.