Ольга Туровцева
Плач черноморской чайки

Часть первая.

– 1 –

«Уважаемые пассажиры, поезд прибыл на конечную станцию, Ленинград, Московский вокзал. Просьба не забывать свои вещи в вагонах…»

Катя взглянула на Тамару, лихорадочно прижимающую к груди внушительных размеров дорожную сумку, и хихикнула.

–«Нафаня, сундук украли»…– прошепелявила девушка, подражая герою любимого мультика, и добавила со смехом,– Что ты вцепилась в свой баул?

–Нервничаю.– Жалобно пискнула та,– В первый раз выбралась из Хосты одна, без родителей.

Катя улыбнулась, вспоминая какой переполох устроили родственники Томки, узнав, что девчонки собираются путешествовать вдвоём. У Тамары большая, шумная семья и все считают своим долгом присматривать за ней, как за самой младшенькой. Катя, напротив, хоть и была ровесницей Тамары, повзрослела слишком рано, так как росла без матери. Её мама умерла, когда девочке исполнилось три года. Отец так и не женился больше, глубоко переживая потерю любимой супруги. Дочку он любил безгранично. Ради неё бросил работу судового механика на сухогрузе, и устроился в док, чтобы всегда быть рядом с малышкой. Она была способной девочкой, но учиться не любила. По окончании школы она не стала поступать в ВУЗ, а, вместе с Томкой, которая не потянула бы высшее образование, пошла в медицинское училище. Сейчас они обе работали медсёстрами в Хостинской больнице.

Это был их первый отпуск. И девушки упросили родителей отпустить их на две недельки, посмотреть Ленинград, город, которым Катя грезила несколько лет, начитавшись книг.

* * *

-Что будем делать дальше?– Испугано пролепетала Тома. Девушка трусливо озиралась по сторонам. Большой незнакомый город, такой непохожий на родную Хосту, пугал её до дрожи.

–Не паникуй, Томка,– усмехнулась Катя,– Для начала, найдём гостиницу. Надо же где-то остановиться.

Набросив на плечо ремешок спортивной сумки, она направилась к выходу в город. Тамара поплелась за ней, сгибаясь под тяжестью неподъёмного баула, которым нагрузила её мама.

–Вот и гостиница!– Радостно воскликнула она, едва выйдя из ворот Московского вокзала. Катя взглянула на здание с вывеской «Гостиница «Октябрьская».

– Пойдём, попытаем счастья…– вздохнула Катя, сомневаясь, что там будут свободные места.

Обойдя по кругу площадь Восстания, девушки медленно подошли к гостинице, ища глазами вход.

–Вы в гостиницу?– спросила женщина, подходя к ним. На вид ей было лет сорок. Полная, одышливая, она устало утирала платком пот со лба.

–Да…– проговорила Катя, разглядывая незнакомку.

–Может, у меня комнату снимете? В гостинице дороже, да и мест наверняка нет.

Девушки переглянулись. Они выросли на Черноморском побережье Кавказа, где сдача комнат отдыхающим является процветающим бизнесом. И Катин отец, и Томины родичи каждый сезон сдавали комнаты курортникам. И у тех, и у других во дворе, специально для этой цели были выстроены летние домики.

–Почем?– Деловито поинтересовалась Тамара.

–Пять рублей в сутки.– Ответила женщина, девчонки присвистнули.

–У нас в Сочи два пятьдесят такса.– Возмутилась Тамара.

Женщина хмыкнула.

–В Ленинграде другие расценки. Если бы ваши соседи брали по пять, неужели вы стали бы брать по два пятьдесят?

Девушки сочли доводы женщины вполне логичными и согласились на её условия. В конце концов, мест в гостинице и впрямь могло не оказаться. А блуждать по городу с поклажей, в поисках другого жилья, не хотелось.

Галя, как представилась хозяйка жилплощади, оказалась приятной собеседницей. Она много знала о Ленинграде и охотно рассказывала девчонкам историю города на Неве. Кроме того, она составила список достопримечательностей, которые им непременно следует посетить. И даже расписала по дням, куда и в какой день уместно поехать.

Так же приятной неожиданностью для них стало то, что за пять рубликов с человека, Галя предоставила им не просто комнату, а практически всю квартиру на Моховой улице. Сама она заскакивала на часок-другой, но, ни разу не ночевала. Объяснив своё отсутствие тем, что подруга, мать-одиночка выписалась из роддома и отчаянно нуждается в её помощи.

Свою семью Галя на лето отправила на дачу. И, так как квартира всё равно пустовала, решила заработать на этом.

Девушкам она выделила комнату с двумя кроватями, застланными чистейшим бельем. Там был телевизор, радиоприемник и шкаф для белья. Все, что было ценного, Галя спрятала в другой комнате, запертой на ключ. Девушки могли пользоваться кухней и ванной. Им всё очень понравилось, и больше они не жалели потраченных на жильё денег.

– 2 –

– Кать, что у нас там сегодня по плану?– Сонно пробормотала Тамара, потирая глаза.

–Петродворец.– Ответила подруга, пружинистым движением поднимаясь с коврика.

–И не лень тебе каждый день делать зарядку?– Ворчала Томочка, с трудом соскребая себя с постели. Катя усмехнулась.

–Лень вырастает на животе безобразными складками.

Тома поморщилась, погладив ладошкой свой мягкий животик. Она никогда не могла похвастаться такой же красивой фигурой как у Кати: длинные ноги, тонкая талия, небольшая грудь. Загар ровно и красиво ложился на гладкую кожу девушки, а её синие глаза сводили с ума всех знакомых парней.

Воздыхателей у Кати хватало, но, ни один из них не смог заставить забиться чаще её сердечко. Видимо от злости, парни придумали ей прозвище «Хозяйка медной горы». Её считали холодной, и Тома, втайне, придерживалась того же мнения…

Сама Томочка влюблялась часто, и так же быстро разочаровывалась в избранниках. Правда, в последнее время, её частенько стали видеть в обществе молоденького следователя Сочинской прокуратуры, Димы Степанова. Катя подшучивала над подругой, когда та носила Диме на работу пакетики домашних пирожков. На что Тома страшно обижалась.

Тамара не обладала яркой внешностью, её можно было назвать хорошенькой, но не более. Белокожая, светловолосая, она была пухленькой, доброй и домашней. Шила, вязала, великолепно готовила и обещала в будущем стать образцовой женой и матерью. Катя, напротив, была плохой хозяйкой. Готовила лишь что-то примитивное, благо, что папа ел все, что положили в тарелку. Иглу Катя брала в руки лишь в случае крайней необходимости. Зато очень любила спорт, много времени проводила в спортзале. Занималась на тренажёрах, посещала спортивные кружки, каталась на роликах. Соседи удивлялись их дружбе с Тамарой, которая, несмотря на разные характеры, крепла год от года.

* * *

– Поднимайся, лежебока. Спать будешь дома… – крикнула Катя из ванной. Тома неохотно выползла из-под одеяла, ворча себе под нос.

–С тобой поспишь, как же! Вчера шлялись по городу, пока языки от усталости не вывалились. У меня до сих пор каждая косточка ноет.

–Не скули, Томка. Здесь так красиво!..– восхищённо воскликнула девушка,– Если б могла, я бы и вовсе спать не ложилась. Бродила и бродила бы по улицам день и ночь.

–В Петродворец поедем на электричке или на теплоходе?– Спросила Тамара, переводя разговор в более конструктивное русло. Ей ещё вчера надоели разговоры подруги о красотах этого города.

–Я хотела бы на теплоходе.– Вздохнула Катя,– Но тебя ведь укачает?

–Непременно.– Горько вздохнула Тамара.

–Тогда и обсуждать нечего.

– 3 –

– Говорила же, на автобусе надо ехать, а ты не послушала. Как теперь дорогу найдём?– Ныла Тома, испугано озирая ровные дорожки Пролетарского парка.

–Женщина на остановке уверяла, что через парк близко,– оправдывалась Катя,– Я, между прочим, о тебе беспокоилась. Тебя вечно укачивает в транспорте.

–Пять остановок как-нибудь выдержала бы. А теперь вот бродим тут, как больные овцы по кругу.– Ворчливо отозвалась Тома.

–Не дрейфь, Томка. Язык до Киева доведёт…

Засмеялась подруга, присаживаясь на большой серый валун, расположенный чуть в стороне от дорожки.

–Ой, Кать, классный кадр. Сиди, не двигайся. Щас сфоткаю.– Оживилась Тамара, доставая из сумочки фотоаппарат.

Сняв футляр, она, как заправский фотограф забегала вокруг подруги, ища нужный ракурс.

–Действительно хороший фон,– похвалил молодой паренёк в солдатской форме. Тома радостно улыбнулась.

–Давайте я вас вместе щёлкну.– Предложил юноша, и девушка охотно протянула дешёвенький фотоаппарат «Смена 8 М».

Парень деловито осмотрел его.

–Знакомая игрушка. Дешёвый, но снимки получаются неплохие.

–Я давно бы его поменяла, но другие сложные, а с этим легко.

Бросила Катя. Юноша посмотрел на неё более внимательно и переглянулся с другом.

–Вы, я вижу, не местные?..– Поинтересовался второй солдатик.

–Хотели Петродворцовый парк с фонтанами посмотреть, но заблудились.

Тамара жалобно шмыгнула носом. Парни засмеялись.

–Вы же почти возле парка. Тут совсем близко. Хотите, можем проводить, нам всё равно делать нечего.

–Ой, как кстати!– Обрадовалась Тамара. Катя нахмурилась. Не любила она случайных знакомств. С другой стороны, парни неплохо ориентируются, помогут сэкономить время. И девушка не стала возражать против сопровождающих.

Молодые люди хорошо знали Петродворец, так как, по их словам, второй год служили здесь в танковой части.

Они не пошли через центральный вход, объяснив девчонкам, что глупо тратить деньги на билет, если можно пролезть через лаз в заборе. Возле аттракционов, расположенных на территории нижнего парка, в решетчатом заборе отсутствовали два прута, и все четверо благополучно пролезли в образовавшийся проём.

Тамара была в восторге от неожиданного приключения.

–Местные никогда не покупают билетов.– Деловито проговорил один из парней,– Главный вход для туристов.– Добавил он с пренебрежением.

Томка заливисто захохотала, а Катя усмехнулась, окидывая взглядом этого «местного», таджикской наружности…

–Кать, мне так здесь нравится!..– щебетала Тамара,– Я хочу тут жить. Давай, найдём здесь работу и поселимся навсегда?..

–«Таити…Таити…Нас и дома неплохо кормят»– Буркнула Катя.

Тома захохотала. Она находилась в состоянии эйфории. Девушка не была тонким ценителем архитектуры, да и дух истории, витающий в каждом закоулке города на Неве, не трогал её воображения, так как она мало читала. Но она слишком долго была заперта в своём тесном мирке. И сейчас, каждое новое знакомство было событием, глотком свободы, оставляющим глубокий след в душе.

Девушка с удовольствием болтала с парнями, которые и имен-то своих настоящих не сказали. Один назвался Сашей, второй Русланом, хотя и тому и другому больше подошёл бы какой-нибудь Саид…

Как бы то ни было, но время пронеслось незаметно. День клонился к вечеру, когда девушки начали прощаться с кавалерами.

–Совсем ещё рано,– заскулил Руслан,– Для Питера, шесть часов ещё не вечер. Здесь вечер начинается после полуночи, а ночи может не быть и вовсе.– Добавил он, хитро, прищурившись.

–Разве вам не пора в казарму?– Сухо спросила Катя.

–У нас увольнительная до двадцати одного часа.– Улыбнулся Руслан.

–А вот нам уже пора.– Парировала девушка.

–Надеюсь, вы не станете возражать, если мы проводим вас до вокзала?

Миролюбиво спросил Саша. Катя пожала плечами, ей было всё равно. А вот Тамара обрадовалась. Ей, в отличие от подруги, хотелось отсрочить момент расставания. И они все вместе пошли по аллеям парка, вышли к пляжу. Девчонки скинули туфли и медленно брели по кромке прибоя. Вслед за новыми знакомыми, они обогнули по воде решётку ограды, и оказались на таком же пляже, но уже за территорией парка.

–Может, выпьем за знакомство?– Неожиданно предложил Руслан.

–Мы не пьём.– Отрезала Катя.

–Э…э… разве это выпивка?.. Компот!..– воскликнул Саша, с восточным пренебрежением вытаскивая из кармана бутылку клубничной наливки.

Тома хихикнула.

–И сколько в ней градусов?

–Всего девять.– Улыбнулся Руслан,– Ну?.. Может, передумаете?

Солнце ещё стояло высоко, на пляже было многолюдно.

–Уговорили,– неожиданно согласилась Тамара и, обернувшись к Кате, умоляюще прошептала,– Давай попробуем по глоточку? Она, наверное, вкусненькая…

Катя пожала плечами, присаживаясь на валун. Томка удивляла её. Дома она следила за соблюдением правил приличия. Отчитывала Катю за любой, по её мнению, неблаговидный поступок. Здесь же девушка, словно сорвалась с цепи.

Руслан, тем временем, достал одноразовые стаканы и шоколадку.

–Извините, но стаканчика только два, и пить придётся по очереди. Мы не рассчитывали на компанию.– Добавил он, слегка, смутившись.

Томка глупо хихикнула, принимая стаканчик с вином из рук парня.

–Предлагаю тост за приятно проведённое время. Надеюсь, вы будете вспоминать о нас?– Улыбнулся Руслан.

–Не обещаю…– хмыкнула Катя, залпом выпивая наливку, она оказалась мерзкой на вкус. Руслан услужливо протянул ей кусочек шоколада.

–Завтрак на траве.– Прыснула Тома, поднося к губам свой стаканчик.

–Скорее ужин…– усмехнулся Саша.

Тамара в этот момент сделала глоток. Замечание Саши показалось ей смешным, и она хихикнула. Из-за этого вино попало в дыхательное горло, и девушка закашлялась. Шутка получилась неудачной, потому что она никак не могла откашляться. Слёзы выступили на её глазах, желудок взбунтовался, и девушку стошнило. Сгорая от стыда за свою неловкость, она побежала к воде, замывать выпачканную блузку.

Умывшись и приведя себя в порядок, Тома обернулась. И очень удивилась, не найдя на месте ни новых знакомых, ни Кати. Девушка испугано озиралась по сторонам.

–Подружка твоя совсем пьяная напилась. Дружки её в кусты поволокли.– Ворчливо высказалась пожилая дама, греющая на вечернем солнышке свои изрезанные синими венами ноги. Она окинула девушку неодобрительным взглядом. Тома прижала ладошки к губам.

–Да она пятьдесят грамм клубничной наливки выпила, не больше…

Глаза девушки наполнились слезами.

–Так уж и пятьдесят грамм?– Хмыкнула дама,– С этого такая пьянющая не станешь. А сама-то ты тоже пятьдесят грамм выпила? Аж до блевоты…– добавила она, не скрывая неприязни.

–Я и вовсе один глоток сделала и поперхнулась…– заплакала девушка.

Взгляд женщины потеплел. Видно, она поняла, что неправильно оценила девчонок.

–Что ж вы с солдатнёй связались? Да ещё и с чёрными…

– Мы заблудились…– ныла девчонка, шмыгая носом,– Они дорогу показали…

Дама поджала губы.

–Опоили они чем-то твою подругу. Этим чёрным всякую наркоту из дома присылают. Теперь поимеют её вдвоем, и не сделаешь ничего.

–Ой, мамочки!..– Заревела Тамара,– Беда-то какая!..

–Что за беда у такой милой девушки?– Спросил высокий светловолосый парень, перепрыгивая через ограду.

–Подружку её солдаты в кусты утащили. Опоили чем-то девчонку, теперь развлекаются, небось…– вздохнула дама. Парень нахмурился.

–Давно?

–Минут пять как…

–Может, ещё успею? В какую сторону они пошли?

–Вглубь парка «Александрия».– Дама взмахнула пухлой ручкой, указывая на заросли вверх по тропинке. Юноша стремительно бросился бежать.

–Их двое, а он один… – протяжно завыла Тамара,– Ещё и его изобьют.

–Такого не очень-то изобьешь.– Предположила женщина. Но Тома продолжала плакать пока, минут через пятнадцать, парень не вышел из кустов, держа на руках Катю, завернутую в солдатскую рубаху.

Он осторожно уложил девушку на песок и улыбнулся Тамаре.

–Они не успели нанести ей ущерб, хотя явно намеревались.

Тома, ещё больше заливаясь слезами, опустилась возле подруги на колени.

–Что же теперь делать?– Завыла она.

–Может скорую вызвать?..– Предложил парень.

–Ой, боюсь, боюсь…– заныла девчонка. Юноша вздохнул.

–Убивать они её явно не планировали. Значит, скоро очнётся. Если хочешь, отнесём её ко мне домой. Тут недалеко, на Красном проспекте. Помоем её, оденем во что-нибудь. И, если не придёт в себя, вызовем неотложку.

–До города нам в таком виде, точно не добраться.– Тихо всхлипнула Тамара.

–Ты, сынок, как домой придёшь, марганцовочкой её напои, слабым растворчиком,– увещевала его всё та же дама,– Авось, вырвет её и полегчает. А если нет, тогда сделай раствор с нашатырным спиртом. С того точно хорошо будет. Потом молочка ей дай или чаю сладкого…

Юноша сгрёб девушку в охапку, кое-как прикрыв рубахой её обнаженное тело.

–А где же её одежда?– Всхлипнула Тома.

–В кустах,– буркнул парень, девчонка начала раздражать его своим нытьем,– Хочешь, сбегай, подбери…

Тамара закусила губу, понимая, что парень и так сделал много. Он мог бы оставить их на пляже. Более того, ей было страшно представить, что было бы с Катей, не окажись его рядом.

Чем ближе подходили они к людным улицам, тем больше юноша хмурился.

–Сними с себя кофточку и укрой ей бёдра. Ещё в милицию заберут из-за этой русалки.– Недовольно проворчал он. Тома беспрекословно стянула с себя жакетик и закутала в него подругу, сама, оставшись в лёгкой блузке.

Ни одного стража порядка им по счастью не встретилось. Хотя прохожие провожали заинтересованными взглядами полуобнажённую красавицу. Тем не менее, благополучно перебежав шумный Красный проспект, они скользнули в подъезд старого дома.

Тома все больше нервничала. Ходить в квартиры незнакомых парней она не любила. Ситуация вышла из-под контроля, и они с Катей попадали из одной переделки в другую. Больше всего Тома боялась реакции подруги. Когда та придёт в чувство, наверняка не обрадуется, узнав в какие приключения Тамара её втянула. Не зря видно, Дима был против их поездки. Он, в силу своей профессии знал, что может случиться с двумя дурёхами, вырвавшимися на свободу.

– 4 –

-Кать… Катя…– жалобно всхлипнула Тамара, поправляя волосы подруги, рассыпавшиеся по подушке. Та что-то невнятно пробормотала во сне. Тома тяжко вздохнула, горестно покачав головой.

–А она красивая…– негромко проговорил юноша.

Он стоял чуть поодаль, прислонившись к старинному книжному шкафу красного дерева. Тома обернулась и впервые посмотрела на него более внимательно. С самого первого мгновения, его лицо показалось ей знакомым. Сейчас это впечатление усилилось. Она его определённо видела раньше, но не могла вспомнить где. Внезапно её осенило. По телевизору!..

–Почему ты так смотришь на меня?

Она смутилась, отводя взор.

–Пытаюсь вспомнить, где Вас видела.– Пролепетала она чуть слышно,– Знаю, что по телевизору, но в какой программе, не помню.

–КВН. Я капитан команды «Черноморы», которая вот уже второй сезон удерживает лидерство.– Улыбнулся парень.

Тамара охнула, прикрывая ладошкой рот. Глаза её округлились.

–Наша сочинская команда? А Вы – Эдик Сац?..

Он откинул голову и заливисто захохотал. Именно таким его впервые увидела Катя, придя в себя. Девушка не могла понять спит она, или это явь? Она нисколько не удивилась-бы, увидев его во сне. Эдик Сац был её страстью. Настолько тайной, что об этом не знала ни одна живая душа. Катя не решилась – бы рассказать кому-либо о том, что увлечена им. Потому что влюбиться в Эдика Сац было непростительной глупостью. Всё равно, что пожелать луну с неба. Она не была наивной дурочкой из тех, что режут вены от неразделенной любви к кумиру. Но мечтать ведь никому не запрещено. Вот и она, не могла запретить, своему сердцу биться чаще, когда видела его, проносящимся вдоль Курортного проспекта в своей модной красной машине.

Они жили в одном городе, и в то же время, словно в разных мирах. Эдик был не просто телезвездой и кумиром молодёжи, он приходился любимым сыном Леониду Сац, мэру города Сочи.

До избрания на пост главы города, Леонид Сац много лет отработал в гостиничном бизнесе. Начав с простого администратора, он дошёл до должности генерального директора одного из самых крупных гостиничных комплексов города.

Туристический бизнес Сочи, смело можно назвать главной экономической артерией города. Леонид Сац был профессионалом, знающим в своём деле все нюансы. А потому семья его никогда не испытывала нужды. Злые языки любили посудачить о том, какая якобы недвижимость прикуплена у Саца за рубежом, и сколько нулей должно быть содержат его валютные счета.

И, тем не менее, на выборах он победил с огромным отрывом от конкурентов. Всё потому, что люди верили в него. Какой бы пост он не занимал, и акциями скольких компаний не владел, он всегда оставался человеком порядочным, искренне радеющим за процветание родного города.

Сын был подстать отцу – прирождённым лидером. Хотя политикой он не интересовался, но проявил себя в другой сфере деятельности. Эдик был личностью творческой. Вот уже несколько лет он являлся бессменным капитаном университетской сборной команды КВН. Совсем юным мальчиком первокурсником пришёл он в команду, и сразу стал всеобщим любимцем. Его искрометный юмор, жизнелюбие заражали остальных. Под его началом команда «Черноморы» выбилась в лидеры и стремительно понеслась вверх к успеху. В течение последних двух лет ребята побеждали в популярном телевизионном фестивале КВН.

Это было вершиной славы, наградой за их труд. Причём, львиная доля успеха команды была обусловлена личным обаянием их капитана. Эдик был остроумен, сочинял замечательные репризы, хорошо пел, и вообще был очень артистичен.

Помимо творческой деятельности, у него было много и других увлечений. Одним, из которых было изучение языков. И во всем он преуспевал. Юноша свободно говорил на английском, немецком, французском, теперь начал изучать итальянский. Так же он неоднократно побеждал в турнирах по шахматам, хорошо играл в теннис, имел звание мастера спорта по плаванию. А ещё, он неплохо рисовал. Иногда его работы появлялись на городских выставках.

Юноша всех поражал обилием и разноплановостью своих талантов. Его имя не сходило со страниц местной прессы, да и в народе о нём любили посудачить. Но даже самые заядлые сплетники не говорили о нём со злостью. Да, он отъявленный бабник, но каким ему быть? Ведь он молод и так обаятелен…

* * *

– Проснулась, спящая красавица?– С улыбкой спросил Эдик, присаживаясь на край постели, на которой лежала Катя.

–Ещё не решила. Думаю, что сплю и вижу во сне телезвезду.– В тон ему ответила девушка. Он снова захохотал.

–Тамара рассказала мне о ваших приключениях.

–Я-бы, тоже послушала историю о том, как мы оказались на Олимпе, рядом с Адонисом.– С лёгкой улыбкой проговорила Катя.

–Он спас тебя!– Защебетала Тамара,– Представляешь, тебя спас сам Эдик Сац!..– Запальчиво выкрикнула она, и, решив, что последнее замечание прозвучало бестактно, залилась краской. Юноша засмеялся.

Катя тоже натянуто улыбнулась, бросив на подругу сердитый взгляд.

–Как же так, Томсик? У тебя же всё было под контролем? Почему вдруг мне потребовалась помощь уважаемого шоумена?– Не сдержалась она.

Тамара вжала голову в плечи, боясь поднять на подругу глаза.

– В наливку был подмешан наркотик…– Заикаясь, пролепетала она. Катя обернулась к Эдику.

–Я должна поблагодарить Вас?

–Да уж, сделайте милость,– усмехнулся он,– Бег по городу с голой девицей на руках не входит в число моих любимых видов спорта.

Представив подобную картину, Катя покраснела.

–Разве Вы живёте не в Сочи?– Испугано озираясь на Катю, спросила Тамара. Любопытство было сильнее страха перед недовольством подруги. Когда ещё ей выпадет случай пообщаться с Эдиком Сац?..

–В Сочи,– он хитровато прищурился,– В Питере живёт моя бабушка. Я у неё в гостях.

–Здорово!– Засмеялась Тома,– Мы живём в одном городе, а познакомились на другом конце света.

–Судьба…– произнёс он, загадочно посмотрев на Катю. Она отвела взгляд. Девушка чувствовала, что привлекла его внимание. Это и радовало и пугало одновременно. Слава ловеласа бежала далеко впереди Эдика Сац. Считалось, что он не пропускал ни одной юбки, и был крайне легкомыслен в отношениях с женщинами.

Катя боялась флиртовать с ним. Боялась окунуться в омут чувств, и остаться на всю жизнь с разбитым сердцем. Ведь она, в отличие от него, была однолюбкой, как отец. Но, как трудно быть сильной, когда самый желанный мужчина на свете смотрит на тебя призывным взглядом…

– 5 -

-Катюш, пойдём, прогуляемся? Томка всё равно спит.– Прошептал Эдик,– Или ты плохо себя чувствуешь?

–Со мной полный порядок, только одеть нечего.– Смущённо вздохнула Катя.

–Можно пока надеть вещи Тамары.

–Можно,– грустно улыбнулась девушка,– Но как я буду в них выглядеть? Томка ниже меня и полнее. И потом, завтра всё равно надо где-то брать одежду. Не можем же мы с Томкой выйти на улицу в одной юбке на двоих…

Он, молча, скрылся за дверью и вернулся минут через пять, с ворохом одежды. Свалив кучу на кровать, юноша улыбнулся.

–Я подумал, что в бабушкиных нарядах тебе будет не комфортно, а из моих вещей может, что и подберём?

Не успела Катя оглянуться, он уже вышел, оставляя её рыться в шмотье. Девушка погладила ладошкой разноцветный ворох.

Она неплохо одевалась и знала цену вещам. То, что носил Эдик, не шло ни в какое сравнение с её собственным гардеробом.

Встав перед зеркалом, девушка прикинула на себя одну из самых простеньких футболок. Конечно, она была ей велика, но не смотрелась безобразно. А вот джинсы оказались в пору, только низ пришлось подвернуть. Открыв дверь, Катя, озираясь, прошлёпала на кухню.

Эдик стоял возле плиты, на которую только что водрузил чайник. Он весело засмеялся, оценив её новое облачение.

–Тебе идёт, только обувь всё же придётся подобрать бабушкину. Размер ноги у нас разный.

Катя улыбнулась в ответ на его заразительную улыбку.

Юноша был смешливым, как девочка-подросток. Катя же напротив, никогда попусту не хихикала. Что неудивительно, ведь росла она с отцом, старым морским волком. Уж от него улыбки дождаться не просто. Да и Катины неуместные, по его мнению, шутки сразу пресекались суровым взглядом. Тимофей был хорошим отцом, только несколько нелюдимым и сухим. Катя уважала его. По её мнению, таким и должен был быть настоящий мужчина. Сдержанным, неторопливым, грубоватым. А тут, не парень, а хохотушка какая-то…

–О чём задумалась?– Спросил юноша.

–О тебе,– улыбнулась она,– В первый раз вижу такого весёлого парня.

Он ответил ей мягкой улыбкой.

–У меня работа такая, народ веселить.

–Трудно?

–По-разному…– неопределённо ответил он, пожимая плечами, и тут же спросил,– Ну, что, найти бабушкины тапочки? Или сначала чаю попьем?

–Я бы чего-нибудь съела.– Смущённо проговорила девушка.

Он открыл дверцу холодильника.

–Может, пельмени? Я, честно говоря, не мастер готовить.

–Я тоже.– Фыркнула девушка. И они дружно согласились поужинать пельменями. Отварив их, они уселись на уютной кухоньке за стол, и с аппетитом принялись за еду. Для Кати всё казалось нереальным. И эта светлая кухня с обоями в голубой цветочек, обставленная мебелью старинной, ещё довоенной. Видно, бабушка Эдика была консерватором.

Громоздкий дубовый буфет, забитый старинным фарфором, высокие потолки с лепниной. Квартира была тоже старой планировки, на современной кухне такая мебель смотрелась бы неуместно.

–Томка легла спать голодной.– Сочувственно пробормотала Катя с набитым ртом. Юноша засмеялся, заправляя пельмени в своей тарелке густой сметаной.

–Завтра она будет, есть за двоих.

–Кстати, а где твоя бабушка?– Вспомнила вдруг Катя и быстро оглянулась.

–В больнице. Завтра выписывается.– Ответил он,– Я заберу её, а вечером уже на самолет. Вылетаю обратно в Сочи.

–Как же она останется одна, после больницы?– Спросила девушка упавшим голосом.

–Она у нас стоик. Много лет живёт одна. Мама уговаривает её переехать к нам в Сочи, но она не соглашается. Обычно я провожу в Питере все каникулы, но сейчас задержаться не могу. У нас намечается выгодное турне по городам России. Ребята хотят заработать, не могу подвести их.

Катя опустила глаза. Сердце её замерло.

–Вот и конец сказки…– подумалось ей,– Всё закончилось, не начавшись.

Капелька сметаны упала на джинсы, и девушка испугано бросилась замывать их.

–Кажется, не осталось следа.– Виновато пробормотала она.

–Не бери в голову.– Хмыкнул юноша.

Девушка прижала, к груди полотенце, испугано ойкнув.

–Как же я верну твои вещи? Наверное, неудобно будет принести их бабушке?

–Отдашь в Сочи,– он хитровато сощурился,– Вот и повод навестить тебя.

Она опустила глаза, испугавшись, что он по взгляду поймёт, как забилось её глупое сердце…

– 6 -

-Люблю приходить сюда ночью…– тихо проговорил Эдик. Поджав под себя босые ноги, он сидел на большом сером валуне, на берегу Финского залива. Ветер шевелил его светлые кудри, а последние лучи заходящего солнца расцвечивали их полутонами. Девушка смотрела на него, как зачарованная.

–Странно,– снова заговорил он, и голос его был непривычно печален,– Когда я в Питере, скучаю по дому, но стоит вернуться в Сочи, только и думаю о том, как бы опять сорваться в Питер…

–«Где же наша звезда, может здесь, может, там»…– процитировала Катя строку из песни Высоцкого.

–Точнее не придумаешь.

Юноша поманил её к себе.

–Садись рядом, места и тебе хватит.

Девушка подвернула джинсы, и, пройдя несколько шагов по воде, взобралась на валун. Камень, прогретый за день июльским солнцем, ещё хранил тепло. Юноша несмело обнял её.

Катя улыбнулась про себя. О нём говорили не иначе, как о закоренелом бабнике, а тут, вдруг, такая нерешительность.

Он, словно услышав её мысли, придвинулся ближе. Катя уловила запах дорогого одеколона. Внезапно губы юноши накрыли её рот. Он стиснул девушку в объятиях, и она затрепетала. Это было и впрямь похоже на сказку. Умелые ласки парня сводили с ума. Руки его блуждали по её телу, и Кате казалось, что они оставляют за собой огненные дорожки.

Каждая клеточка её души отзывалась на его ласки. Он был бесконечно нежен, а аромат, исходящий от него, пьянил. Девушка обвила руками его шею и целовала, целовала без остановки. Весь мир вокруг перестал существовать. Только его губы, его руки…

Босые ноги юноши заскользили по гладкому камню и, потеряв равновесие, он свалился в воду, увлекая за собой Катю. Окунувшись с головой, они выбрались обратно. Но прохладная ванна охладила их пыл. Эдик бережно провел ладонью по мокрой щеке девушки, и вновь прижался губами к её губам. Но на этот раз Катя не ответила на поцелуй. В её душе, словно что-то произошло. Поднялась волна протеста. Она уперлась кулачками в его грудь.

–Не надо…

Он сразу же отпустил её. Девушка дрожала, но не от холода. Она сама не понимала, что происходит.

–Катенька, что случилось?– Забеспокоился он.

–Не знаю…– прошептала она, дрогнувшим голосом.

–Ты не ушиблась? Она отрицательно качнула головой. Он обнял её, но Катя отпрянула, и слёзы заструились у неё по щекам. Эдик вздохнул.

–Похоже, это последствия нервного стресса. Тебе надо придти в себя.

Катя зарыдала громче, и прижалась лбом к его плечу. Юноша обнял её.

–Пойдём, малышка домой. У бабушки много трав. Заварим тебе какой-нибудь настой, и ляжешь спать, под бочок к Томке.

Девушка послушно побрела вслед за ним. Всё ещё всхлипывая, и растирая ладонями слёзы по щекам.

– 7 -

Утром все были не в духе. Парень торопился, ему надо было встретиться с лечащим врачом бабушки, сразу после обхода, и выполнить ещё массу поручений, прежде чем отправиться в аэропорт.

Девушки тоже спешили. Катя была бледна и молчалива. Всю ночь её мучили кошмары и, ни травяной чай, ни успокоительные таблетки не помогали. Страх не проходил. Томка же, страдала запоздалым раскаянием. Она качала головой и твердила, что не предложи она попробовать злополучной наливки, всё бы обошлось.

Девушка вздыхала искренне и горько, и, в конце концов, Эдику пришлось утешать её и отпаивать тем же успокоительным отваром, который ночью пила Катя.

Однако, несмотря на нервозность, аппетит у всех троих был отменным, и они с удовольствием съели огромную сковороду жареной картошки с луком, селёдкой и салатом из свежих помидоров. А на десерт был кофе и оладьи со сметаной.

Тамара приготовила всё блестяще, и лишь сокрушалась, что мало времени и ей не проявить в полной мере своего мастерства в кулинарном искусстве. Успокоилась она только тогда, когда и Эдик, и Катя заверили её в том, что не пробовали ничего вкуснее.

Возле Николаевской больницы они расстались. Эдик объяснил девчонкам, как пройти к вокзалу и поспешно скрылся за входной дверью. Катя с грустью посмотрела ему в след и медленно поплелась за Тамарой.

* * *

Последующие дни пробежали незаметно. Они осматривали достопримечательности, ходили в музеи, театры, на концерты. Но отпечаток случившегося лежал на всём.

Тома считала, что, вернувшись, домой, Катя обо всём забудет, но она ошиблась. Катя по-прежнему мало разговаривала, замкнулась в себе.

Тома уговаривала подругу показаться врачу, но та запретила ей рассказывать, о том, что произошло во время поездки. Тамаре и самой не очень хотелось болтать об этом, но она беспокоилась за подругу.

А Катя, меж тем, оставаясь наедине с собой, уже и не думала о солдатах или о том, что могло бы произойти, не вмешайся Эдик.

Но, с каждым днём навязчивее вспоминался ей бездонный омут его карих глаз, пылкие губы, нежные руки, ласкающие её поздним вечером на берегу Финского залива. Когда ей начинало казаться, что всё это сон, она натягивала на себя, его вещи, забиралась под одеяло, и воспоминания словно оживали…

Пролетел август, и уже подходил к концу сентябрь, в ВУЗах начались занятия. Эдик говорил, что этот год последний в его студенческой жизни. Теперь Катя с особым нетерпением ждала выхода передач КВН и, если там показывали команду «Черноморы», она обязательно записывала их выступления на видеокассету.

Первое время девушка робко надеялась, что он вспомнит о ней, но напрасно. Чудес не бывает…

Теперь ей и самой с трудом верилось в реальность той встречи в Петродворце, и только джинсы и футболка служили напоминанием, убеждая Катю в том, что она не сошла с ума и не грезила наяву…

Часть вторая.

– 8 -

На втором этаже Хостинской больницы царил переполох. И больные, и медперсонал отделения травматологии столпились у окна, рассматривая ярко-красный «Ягуар», остановившийся у ворот больницы. Машина была длинная и блестящая. Звук мотора напоминал мурлыканье гигантского кота.

Дверца плавно открылась, и из бархатного нутра машины выбрался высокий светловолосый парень.

–Такое может только присниться!..– Охнула Таечка, медсестра из отделения хирургии,– Надо же, сам Эдик Сац к нам пожаловал! В жизни он даже красивее, чем на экране.

–Неужто захворал?– Зло усмехнулась длинноногая Маргарита, одёргивая короткий лиловый халатик работников отделения интенсивной терапии.

–Злая ты, Ритка,– отчитала её баба Клава, пожилая санитарка,– Пойду-ка я разведаю, зачем сюда явился этот принц? Наверное, навестить кого-то. Сам-то он, даже если захворает, к нам лечиться не придёт.

* * *

Эдик нерешительно остановился в пустынном холле больницы. Он и сам не понимал, зачем пришёл сюда. И как сумеет найти девушку, зная одно только имя? Глупо всё получилось. Расставаясь, он не спросил ни её фамилии, ни адреса. Каков идиот…

Вот уже несколько месяцев образ Кати не даёт ему покоя. Что за странное наваждение? Девушка, как девушка, ничего особенного. И не такие красавицы ежедневно ищут его внимания. Может в этом всё дело?..

Катя оттолкнула его тогда. Возможно, это подсознательное желание оставить последнее слово за собой? Юноша усмехнулся.

Как бы там не обстояло дело, но эта синеглазая бестия не выходила у него из головы. Найти её превратилось в навязчивую идею. Он даже не мог поделиться своей проблемой с друзьями. Его подняли бы на смех. Подумать только!.. Эдик Сац влюбился!.. И в кого? В девчонку, о которой не знает ничего, кроме имени!..

–Вам что-нибудь подсказать?

Юноша вздрогнул, ощутив на своем локте прикосновение пухлой ладони. Возле него стояла маленькая шустрая старушка в белом халате и чепце. Он смущённо опустил глаза.

–Понимаете,– тихо проговорил юноша,– Я ищу девушку. Она работает здесь медсестрой. По крайней мере, работала три месяца назад.

Бабулька оживилась, глаза её заблестели.

–Я тут всех знаю. Лучше любого справочного бюро. Как фамилия девушки, из какого она отделения?

Юноша растеряно улыбнулся.

–Зная всё это, я бы её давно нашёл. Дело в том, что мне известно только её имя – Катя. Ещё знаю, что у неё есть подруга – Тамара, и они с ней вместе отдыхали в Ленинграде три месяца назад.

В глазах старушки загорелся лукавый огонёк.

–Что дашь, коли, приведу твою красавицу прямо сейчас?

–Проси, что хочешь,– он запнулся,– В разумных пределах…

Старая бестия засмеялась хриплым, кашляющим смехом.

–Не бойся, мальчик, ночь любви не попрошу. Стара я для подобных утех. Винца хорошенького, да шоколадку. Вот моя цена за услугу.

–Так я в магазин?– Он протянул ей руку.

–А я за Катькой.– Усмехнулась та, хлопнув по его ладони своей.

***

-Узнала что-нибудь?– Таечка подбежала к пожилой санитарке, едва та показалась в длинном коридоре отделения. Старушка усмехнулась.

–Ничего вам, девки, не светит… Ко мне он приехал. Спрашивал, какое вино люблю. Теперь вон в магазин побежал, за покупками.– Проговорила, она, хитро сощурившись.

Таечка надула губки, решив, что старой ничего не удалось разведать, вот и отделывается теперь шутками.

–Ты, старая, презервативы-то не забудь. Мало ли что?..– Не сдержала колкости Маргарита.

–Не учи учёного,– огрызнулась пожилая женщина и, обернувшись к Тае, спросила,– Катерину не видели?

–Она в лабораторию пошла, за результатами анализов. Я сама её дожидаюсь, обещала и с моего отделения прихватить.– Ответила та.

–А зачем тебе Катька?– Спросила Рита, и глаза её сузились.

Старушка оставила её вопрос без ответа.

Катя медленно шла по лестнице, перебирая листки с результатами анализов. Она распределяла их на две стопки.

–Катюш, я сама отнесу это, а ты в холл спустись. Тебя там спрашивают.

Баба Клава взяла у неё из рук листочки.

–Кто спрашивает? Папа?– Удивилась девушка.

–Откуда ж мне знать?– Невозмутимо солгала старушка,– Сходи сама посмотри папа там, или дедушка.

Девушка пожала плечами и, дав старушке указания о том, как поступить с листками, сбежала вниз по ступеням.

* * *

Он смотрел, как она легко сбегает по лестнице, и не верил своим глазам. Неужели всё оказалось так просто?

В белом халатике и высокой медсестринской шапочке она выглядела хрупкой и совсем юной. А ещё, она показалась ему гораздо красивее, чем в его воспоминаниях.

Девушка озиралась по сторонам, ища кого-то взглядом.

–Интересно, что ей сказала старушка?– Подумал он.

И вдруг, она увидела его… Губы девушки, дрогнули, она сделала попытку убежать, но передумала. Он медленно подошёл к ней.

Юноша видел, как вздымается её грудь от частого и неровного дыхания. Она взволнована. Он сделал ещё один шаг навстречу. Теперь они стояли совсем близко. Так близко, что он улавливал лёгкий волнующий аромат её духов.

–Здравствуйте, доктор…– прошептал он.

–Я не доктор.– Так же тихо отозвалась она.

–Ты, моя прекрасная незнакомка, которая очень хорошо умеет прятаться, но я всё, же отыскал тебя!..

–Я не пряталась.– Растеряно пролепетала девушка.

–Конечно, не пряталась, просто забыла сказать мне свою фамилию и адрес.

Она опустила глаза.

–Разве кому-то это было интересно?..

Он обнял её, порывисто прижимая к своей груди.

–Прости, Катюш, это полностью моя вина. Тогда мне показалось, что я знаю о тебе всё и, лишь спустившись с трапа самолёта в Сочи, я понял, что не знаю ничего. Но, я думал о тебе все эти месяцы. Катенька, ты стала моим наваждением. Я бесился оттого, что не могу разыскать тебя. А сегодня ночью вдруг припомнил одну деталь из нашего с тобой разговора. И сразу отправился узнать, поможет ли мне то, что я вспомнил?

–Ну и?..– Она с улыбкой смотрела на него.

–И ты нашлась. Совсем как Золушка из сказки. Роль туфельки выполнило место твоей работы. Именно его я вспомнил ночью.

Они оба дружно расхохотались.

–Кстати, передай этот пакет старушке, которая попросила тебя спуститься в холл.

–Бабе Клаве? Но что это?

Он снова засмеялся.

–Плата. За предоставленную информацию о некой особе, очень меня интересующей.

Девушка опустила глаза. Он склонился и легонько поцеловал её в губы. Она обвила руками его шею, не в силах поверить собственному счастью.

– 9

Откинувшись на подголовник мягкого удобного сиденья, Катя искоса наблюдала за своим спутником. Он вёл машину, сосредоточено следя за дорогой. Трасса была сложной и требовала от него полной концентрации внимания. Девушка понимала, что отвлекать его сейчас нежелательно и это злило её. Очень хотелось прижаться к плечу юноши, или поцеловать его невзначай…

Он, словно услышав её мысли, обернулся. Ласковая улыбка озарила его лицо.

–Зачем мы едем в горы?– Спросила она.

–В Илларионовке живёт моя бабушка, отцова тётя. Я хочу познакомить тебя с ней. Мы ведь можем остаться у неё ночевать?– Несмело спросил он. Катя с трудом сдержала смех. Откровенное желание читалось в его взгляде с их первой встречи. И, тем не менее, они встречались уже месяц, а он даже не попытался затащить её в постель. Это было ново и неожиданно для него самого.

Возможно, юноша боялся, что Катя снова оттолкнёт его, как в прошлый раз? Это больно ударило по его самолюбию. И теперь он робел перед ней, как школьник. Она безудержно влекла его, но в, то, же время, словно держала на расстоянии. Так больше продолжаться не могло.

Машину занесло на ухабе, и юноша судорожно сдавил руль. Дорога, размытая дождём, была и прежде плохой, а сейчас снова полил дождь.

Сначала не сильный, он постепенно превращался в ливень. Дворники с трудом справлялись с потоками воды, стекающей по лобовому стеклу.

Катюша испугано вжалась в сиденье, наблюдая за Эдиком. Юноша выглядел спокойным, но она чувствовала, каких усилий ему стоит справиться с управлением автомобиля на ужасной скользкой дороге. Видимость стала ещё хуже, машина скользила по размытым участкам трассы, и её частенько заносило. У Кати сердце замирало в груди, ведь ехали они по самому краю пропасти.

–Давай вернёмся.– Жалобно пропищала она. Эдик покачал головой.

–Идея ехать в горы сегодня, была, конечно, глупой. Но теперь нам некуда деваться. Спуститься по такой дороге ещё сложнее, мы точно разобьёмся. Надо переждать дождь.

–Боюсь, мы разобьемся в любом случае.– Вздохнула девушка. Он улыбнулся.

–Не думал, что ты трусиха.

Она оставила его колкость без ответа, испугано наблюдая за узкой лентой «серпантина», мелькающей за окном авто. Они ехали по горной дороге, высоко над уровнем моря, и один неверный поворот руля мог стоить им обоим жизни. Время было неподходящим для шуток. Юноша понял это и тихо проговорил:– Катюш, через три поворота мы съедем с дороги и доберёмся до дома бабушки пешком.

–Но как? Здесь нельзя парковаться. Дорога слишком узкая.

Ответить он не успел, так как она и сама увидела за следующим поворотом ответвление от основной трассы. Это была грунтовая дорога, слякотная и размытая ливнем.

–Куда она ведёт?

–Ей пользуются во время сбора урожая в садах. Сюда подъезжают закупщики и им сгружают ящики с фруктами и овощами. Сад моей бабушки будет сразу за тем, мимо которого мы сейчас едем.

–Выходит, мы уже в Илларионовке?– Радостно воскликнула девушка.

–Нет, малышка, – засмеялся он,– Это окраины садов, а сады здесь огромные. У бабушки 55 соток земли. Так что, если подниматься пешком в гору, прогулка по её саду может занять больше часа. А при таком ливне и того больше.

–Мне расхотелось идти в гости. Может, переждём дождь в машине?– Проворчала Катя. Он снова захохотал.

–А я и не собирался тащить тебя в такую даль. На краю сада есть удобный сарайчик для хранения фруктов. Там тепло, уютно, можно даже выпить чаю. Что ещё надо бедным путникам, застигнутым непогодой?

Катя отвернулась, сделав вид, что не понимает намёков этого плутишки. Наверняка он и не собирался ни к какой бабушке, а конечной целью их маршрута был именно этот уединённый сарай.

Домой к нему Катя отказывалась идти категорически, к себе тоже не приглашала, а звать её в гостиничный номер он считал неприличным. Вот и придумал историю с бабушкой…

* * *

Сарайчик оказался добротной постройкой из серого камня. Там была печь. Эдик быстро набросал в неё сухих поленьев и зажёг их. Катя протянула к огню руки. Пока они бежали от машины, отпирали дверь сарая, успели вымокнуть насквозь.

Юноша снял с гвоздя пару рабочих халатов и предложил Кате переодеться, извиняясь за скромность гардероба. Выбирать не приходилось, так как их одежда требовала немедленной просушки.

Девушка быстро переоделась и развесила на верёвке возле печи свои джинсы, курточку и блузку. Эдик тоже развесил рядом свою одежду. Он подбросил ещё дров и поставил на плиту чайник.

–О,– радостно воскликнул юноша, открывая дверцы стенного шкафа,– Здесь есть, чем перекусить.

Мешочки с сахаром, сухарями, печенье, одноразовые пакетики с заваркой, выросли на столе аппетитной кучкой. Вскоре закипел чайник, и они с удовольствием отдали дань горячему ароматному напитку.

–Здесь так удобно,– Катя окинула взглядом помещение,– А бабушка не боится оставлять его без присмотра?

–Катюш, в посёлок редко забредают посторонние. Разве что летом, к кому-нибудь родственники или знакомые приезжают. У соседей так же имеются хранилища для фруктов. Когда в них находится урожай, жители по очереди охраняют нижнюю дорогу, либо нанимают сторожа.

Но сейчас фрукты проданы, все хранилища пусты, а значит, нет смысла в охране. Замки прочные, да и нет здесь никаких ценностей.

Девушка ещё раз осмотрелась. Это был типичный склад. Длинными рядами высились пустые ящики из-под фруктов, а воздух всё ещё был пропитан сладким запахом мандаринов, яблок и хурмы. И лишь маленький закуток возле печки выглядел уютным жилым гнёздышком.

Здесь стоял стол, широкая лежанка, накрытая пёстрым лоскутным одеялом. Над столом навесной шкафчик для посуды. А сбоку, у самого входа, вешалка.

–Для чего в хранилище стол и печка?– Полюбопытствовала Катя.

–Все удобства здесь для сезонных рабочих, которых мы нанимаем для сбора урожая. А печка нужна, чтобы поддерживать нормальную температуру для хранения фруктов. Не всегда удаётся их быстро реализовать. Бывает, заморозки застают врасплох, и тогда приходится протапливать.

Катя вспомнила, что её отец тоже порой нанимается на подработку: охранять сады, выполнять мелкий ремонт по дому. Девушка усмехнулась про себя: – Возможно, и в этом сарае он бывал…

Юноша несмело обнял её за плечи.

–Ты согрелась?

Она вздрогнула, не успев перестроиться с обычной беседы, на что-то более интимное. Хотя девушка не была наивной, и прекрасно понимала, для чего они здесь. Эдик и так проявил чудеса долготерпения.

Мысль о том, что сегодня между ними что-то произойдёт, волновала, но ей не было страшно. Помещение освещалось неярким колеблющимся светом из открытой дверцы печи. Верхний свет Эдик погасил. Катя смотрела на своего спутника и поражалась, насколько он был красив. Мокрые волосы его завивались крупными неровными кольцами, обрамляя лицо.

Дрожащими пальцами она провела по щеке парня.

От мысли, что эти нежные пальчики могут коснуться других частей тела, юношу бросило в жар. Он взял её на руки и бережно уложил на лежанку. Неторопливым движением расстегнул халатик.

Её дыхание стало прерывистым, а синие глаза потемнели. Склонившись, он тронул губами её шею, проделав дорожку из поцелуев.

–Ты прекрасна…– шептал он.

Он скинул с себя единственный предмет одежды и прижал Катюшу к своему обнажённому телу. Неторопливо и томно он ласкал девушку. Она со стоном откинула голову, и ручейки её длинных чёрных волос сползли с лежанки, свешиваясь до самого пола.

–Разве можно заниматься любовью в таких антисанитарных условиях?– Хрипло пробормотал он, беря тайм-аут для передышки.

–Как медик заявляю – нельзя,– в тон ему ответила Катя, не открывая глаз,– Особенно, если девушка невинна…

–Шутишь?..

–Нисколько…

Она самодовольно усмехнулась, радуясь, что поставила его в тупик. Юноша растеряно заморгал.

–Но…Кать, нельзя же, возбудить мужчину, а потом делать подобные заявления.

Она засмеялась, чмокнув его в губы. Всё произошло красиво, как в романах. Он был опытным любовником и умел доставить наслаждение.

А потом, они ещё долго лежали, крепко прижавшись, друг к другу. И, только спустя какое-то время, заговорили прерывистым шепотом.

–Катюшка, ты прелесть…

–Мне казалось, что я умираю…– вздохнула она, прижимаясь щекой к его влажному от пота плечу.

– Ты показалась мне слишком осведомлённой для девственницы.– Хихикнул он, обнимая её за талию. Она хмыкнула.

–Телевидение, по-твоему, на что?.. Да и читать я уже умею, большая девочка. Иди лучше нагрей воды. Хочется немного ополоснуться.

Он послушно подбросил в печку дров и когда огонь запылал с новой силой, поставил на плиту кастрюльку с водой. Когда вода согрелась, девушка отошла в дальний угол за ящики и с удовольствием помылась.

Потом они снова пили чай, и снова занимались любовью. Дождь кончился и, выглянув за дверь, они удивились, что на улице ещё совсем светло. Им казалось, что пролетела целая вечность.

–Может, всё же съездим к бабушке?– Спросил он. Она качнула головой.

–Прости, но мне лучше вернуться домой засветло. Отец и без того наверняка недоволен, что меня ещё нет дома.

–Твой родитель не питает ко мне нежных чувств.– Усмехнулся юноша.

–Мягко говоря,– улыбнулась она в ответ,– Папа твёрдо убеждён, что ты вознамерился опозорить меня на весь город.

–Так уж и на весь город…– фыркнул юноша. Девушка опустила глаза.

–Ты в городе личность известная. И, папа прав, мне следовало бы держаться от тебя подальше. Нам, людям маленьким не место рядом с небожителями. Но, теперь поздно, мою репутацию это не спасёт. Обо мне в городе не болтает только ленивый. Папе это не может нравиться. Не сердись на него.

Катя низко опустила голову. Эдик взял её лицо в ладони, заглядывая в ясные синие глаза девушки.

–Катюш, у меня с тобой всё не так, как с другими. Я люблю тебя, поверь.

–Жизнь покажет.– Вздохнула она,– А пока, отвези меня обратно домой.

Ответ ему не понравился, но, не найдясь, что сказать, он потянулся за одеждой. Через несколько минут они заперли дверь своего гостеприимного убежища и, шлёпая по лужам, побежали к машине.

Катя первой запрыгнула в автомобиль и откинулась на спинку сиденья. Он повернул ключ в замке зажигания, нажал на газ, и машина плавно стронулась с места.

–Ты уже знаешь, что в вашем отделении скоро будет работать новый хирург?– Неожиданно спросил юноша, нарушив молчание.

–Говорят, он из Ростова,– встрепенулась Катя,– А тебе, откуда известна эта новость? Он ещё даже не приехал.

–Приехал. Сегодня рано утром.– Ответил юноша с лёгкой досадой, и добавил, вздохнув,– Это мой старший брат.

–Я и не знала, что у тебя есть брат. Тебя все считают единственным ребёнком…– засмеялась девушка. Но юноша не улыбнулся в ответ.

– Аркадия уже давно никто не считает ребёнком. У нас большая разница в возрасте. Мне было лет пять, когда он уехал из города в поисках самостоятельности. Это меня родители от себя не отпустили и опекают до сих пор.– В глазах юноши метался огонёк тревоги. Это удивило Катю.

–Катюш, я на самом деле жутко ревнивый,– тихо проговорил он,– А у Аркадия есть одна скверная привычка, приставать к моим женщинам. В данный момент он свободен и наверняка попытается опробовать на тебе свои чары, думаю, что слухи о нас с тобой повлияли на его выбор места работы. Изначально он планировал устроиться в центральную Сочинскую больницу. Пожалуйста, не поощряй его, я не вынесу твоей измены.– Проговорил он совсем тихо, опустив глаза.

Девушка прижалась щекой к его плечу.

–Ты ревнивый?– Хихикнула она,– Это забавно…

Он не удержался и поцеловал её, рискуя сорваться в пропасть. Катя испугано взвизгнула, так как машину опасно повело на скользкой дороге.

–Он давно живёт один, наверняка неплохо устроился в Ростове? Почему же теперь решил вернуться к родителям?– Спросила она.

Эдик пожал плечами, немного сбавляя скорость, так как они приближались к городу и уже стали попадаться встречные машины.

–Что-то там случилось с его женой. Кажется, умерла от передозировки или покончила с собой во время ломки. Она была наркоманкой. Во всяком случае, так сказал он. Но я не во всем склонен верить братцу. Он тот ещё жук…

Катя поняла, что в отношениях между братьями не всё ладно, и юноша не рад возвращению родственника. Но решила не лезть в чужие дела. Её лично это пока не касалось.

Машина затормозила на Самшитовой улице, возле дома Кати. Юноша выключил зажигание и обнял девушку за плечи.

–Леди, несмотря на коварную дорогу, я доставил вас домой в целости и сохранности.– Прошептал он.

–Так уж и в целости?– Озорно прищурилась девушка. Он засмеялся.

–Ты жалеешь о том, что произошло?– Спросил он, и в глазах его отразилась тревога. Катя покачала головой.

–Я знала, с кем связываюсь,– вздохнула она,– К тому же, мне уже есть 18. И решение мы принимали вдвоём.

Девушка потёрлась щекой о его плечо. Каждый её нерв болезненно реагировал на близость Эдика. Он обнял её. Каким чудесным было ощущение его тела, прижатого к ней. Девушка невольно потянулась к нему, подставляя губы. Поцелуй был одновременно трепетным и властным…

Вдруг, раздался оглушительный грохот. Что-то со звоном разбилось о дверцу машины. Эдик выскочил наружу, и едва успел уклониться от бутылки, летящей ему в голову.

–Убью, сопляк, если не оставишь мою дочь в покое!..

Мужчина стоял, набычившись, сжимая в огромных кулаках пустые бутылки. И, в его руках, они выглядели поистине грозным оружием.

–Убирайся вон, пока не разнёс к чёрту твоё корыто! А ты, сучка малолетняя, марш в дом!..– Ревел отец. В порыве ярости, он замахнулся бутылкой в лобовое стекло машины. Но Эдик перехватил его руку, а когда тот попытался бросить другой рукой вторую бутылку, поймал и второе запястье мужчины. Тот грязно выругался и сплюнул на асфальт.

Катя тронула Эдика за плечо.

–Тебе лучше уехать. Я сама поговорю с отцом.

–Катя, нам давно надо с ним поговорить по-мужски.– Упёрся Эдик.

Девушка покачала головой.

–Не сегодня. Папа пьян, возбуждён. Разговора не получится.

Тимофей отчаянно дёрнулся, и снова выругался. Но, несмотря на то, что он был гораздо крупнее юноши, тот не выпустил его запястий.

–Эдик, езжай домой…– тихо попросила девушка. Он разжал руки и хотел уже идти, но Тимофей снова бросился на него с кулаками. Юноша увернулся и снова сдавил запястья мужчины.

–Как Вам не стыдно пугать девчонку? В самом деле…– раздражённо воскликнул он. Катя взяла отца за рукав.

–Папа, если ты только посмеешь ударить Эдика, я уйду из дома. Клянусь!

Отец в отчаянии скрипнул зубами.

–Пусти руки. Пусти, сказал,– зарычал он грозно,– Вцепился как репей. Вали отсюда и, чтоб глаза мои тебя больше не видели.

–Это мы ещё посмотрим.– Буркнул Эдик, и неторопливо пошёл к автомобилю. Как только его машина исчезла за поворотом, Катя, взяв отца за рукав, потянула его к дому. Войдя в прихожую, девушка резко повернулась.

–Чего ты хотел добиться этим спектаклем? Чтобы я и впрямь ушла из дома?– Возмущённо кричала она,– Перестань лезть в мою жизнь и позорить меня. Своими выходками ты ничего не изменишь. Я люблю Эдика, и если он не станет приезжать, сама буду искать с ним встреч.

Лицо отца побагровело.

–Ты не будешь унижаться перед этим щенком! Ты моя дочь, прибью, если узнаю.– Грозно прогрохотал он. Катя печально улыбнулась.

–Начинай. Прибей прямо сейчас. Я люблю Эдика, и пойду на всё, ради того, чтобы побыть с ним хоть какое-то время. И вообще, ты его совсем не знаешь. Он очень хороший.

–Это ты его не знаешь,– вздохнул отец, тяжело опускаясь на табуретку,– Бросит он тебя, дочка, он же бабник. Другая крутнёт перед ним юбкой, и всё. Прошла любовь, завяли помидоры. Ты только послушай, что о нём люди говорят…

Девушка опустила голову, избегая взгляда отца. Она и сама всё это знала. Собственно, Эдик и не скрывал своих прежних похождений. Безусловно, молва преувеличивала. О его любвеобильности слагали легенды, но и факты тоже впечатляли.

Но как бы там ни было раньше, с того времени, как они стали встречаться, Эдик вёл себя примерно. Катя понимала, что так не будет продолжаться вечно, и очень боялась надоесть ему. Хотя и понимала, что это неизбежно. Он, словно ребёнок, который радуется новой игрушке. Но, что будет с игрушкой потом, когда на его горизонте появится что-то более новое и интересное?..

–Ты спала с ним?– Тихо спросил отец, прерывая её размышления.

–Да…– так же тихо отозвалась она,– Сегодня в первый раз.

Щёки отца вспыхнули от такой откровенности. Он поёрзал на стуле.

–Где ж твоя голова? А, если ребёнок? Думаешь, он женится?..

Катя печально улыбнулась.

–Нет, папуля, не женится. Ты же понимаешь, я не его круга. А ребёнок…– она вздохнула,– Пока об этом говорить не стоит. Я всё-таки медик, и знаю, как надо предохраняться. Но, если вдруг случится, выращу одна. Мало ли матерей одиночек? И потом, я знаю, что ты не оставишь нас… Девушка обвила руками шею отца, прижимая к груди его лохматую голову с жёсткими спутанными волосами.

От него пахло самогоном и дешёвыми папиросами. Катя невольно сравнила этот запах с запахом изысканного одеколона, которым пользуется Эдик. Она подумала о том, какая пропасть разделяет её мир с блестящим миром Эдика Сац. Отец прав, у них нет будущего. Её любовь иллюзия, не более того. Слишком далеко друг от друга находятся их звёзды, и вряд ли их дорогам суждено соединиться. От этой мысли сердце девушки болезненно сжалось. И слёзы невольно заструились по щекам.

– 10 –

Катя сидела, напряженно всматриваясь в лицо лежавшей на кровати круглолицей блондинки. Девушка не подавала признаков жизни. Её стройное тело было сплошь покрыто страшными ранами. Тома подошла сзади и положила руку на плечо Кати.

–Катюш, иди, позавтракай. Всё уже остыло. А я посижу тут.

–Она почти не дышит,– Катя со страхом посмотрела на подругу,– Что за зверь сотворил с ней такое?..

–Действительно, зверь…– вздохнула Тамара,– И это уже третий случай за последний месяц. Плохая слава для курортного города.– Печально добавила она. Катя зябко повела плечами.

–Наслушаешься историй, и на улицу выходить страшно.

–А главное, поймать его трудно,– со знанием дела проговорила Тома,– Мой Димка рассказывал, что маньяк этот работает чисто. Зацепиться не за что. Он трупы моет и засовывает в пакет для мусора. Если б он их насиловал, можно было бы по сперме попробовать его отыскать. Но он только истязает свои жертвы до смерти, словно ритуал, какой проводит.

Катя зябко повела плечами.

–Тома, смотри, она, по-моему, умерла…

Обе девушки склонились над приборами.

–Ты права,– вздохнула Тамара,– Пойду, позову доктора Сац. Он ей занимался…

При упоминании о докторе, лицо Кати помрачнело. Она быстро поднялась.

–Зови, а я, пожалуй, всё же пойду, позавтракаю.

Тома остановилась в дверях, пристально глядя на подругу.

–Кать, что между вами происходит? В последнее время ты сама не своя, да и доктор Сац не лучше.

–Он всегда такой,– отмахнулась Катя,– Несколько месяцев у нас работает, а я никогда не видела его весёлым.– Девушка раздражённо повела плечами.

–Зато братец его веселится за двоих.– Буркнула Тома недовольно,– И всё же, между вами что-то есть. Не хочешь рассказать?

Тамара мягко обняла подругу за плечи. Катя закусила губу.

–Три дня назад он предложил мне выйти за него замуж.– Глухо прошептала она, отводя взгляд.

–Что-то не вижу радости в глазах невесты?.. – Хмыкнула девушка.

Катя скривилась, словно надкусила кислое яблоко.

–Дай, угадаю?– Вздохнув, продолжила Тамара,– Беда в том, что тебя интересует не доктор Сац, а его пустоголовый братец, который, пока ещё не намеревается ограничивать свою свободу узами брака?

Катя сделала протестующий жест, но Тома не дала ей сказать.

–Он, словно избалованное дитятко,– продолжила она сердито,– Никакой ответственности! Только и делает, что гоняет по городу на своём драндулете, да хихикает, по поводу и без повода…

–Ты к нему не справедлива.– Возмутилась Катя, – Он не пустоголовый. Обязанности свои Эдик выполняет не хуже других. Он получил красный диплом, а работу пока ещё выбирает. И, между прочим, предложения поступают одно интереснее другого. На днях позвонили из Москвы, на телевидение приглашают вести какую-то юмористическую передачу…

–Будь я дочерью мэра, да ещё и телезвездой, тоже с руками бы оторвали.– Со вздохом закончила Тамара.

Катя обижено махнула рукой, понимая, что подруга не хочет даже слушать её слов. Девушка сунула руки в карманы халата и направилась к выходу.

–Ладно, зови его. Я лучше уйду. Не хочу с ним сталкиваться лишний раз.

–Ну и напрасно. Роскошный мужчина. Я бы такому отдалась.

–Забирай.– Хихикнула Катя. Тамара мечтательно улыбнулась.

–Ничего ты не понимаешь в мужиках,– начала она наставительным тоном,– Доктор Сац похож на героя любовного романа: красивый, широкоплечий, таинственный и очень одинокий…– девушка мечтательно вздохнула.

–И почему ты выбрала его брата? Пустомеля какой-то… Романтический герой должен быть не моложе тридцати, а этот…

Он ещё зелёный совсем. Ветер в голове гуляет.

Катя усмехнулась, но так ничего и не ответив подруге, молча, зашагала по коридору к столовой.

* * *

Доктор Аркадий Леонидович Сац в свои 35 лет был и впрямь очень красивый мужчина. Высокий, стройный, с могучими плечами, большими сильными руками.

Его тёмно-карие глаза были почти такими же, как глаза его младшего брата, если б не холодный мрачный блеск. Весь его облик казался холодным и пугающим.

Он был великолепным врачом. Его работой хирурга можно было любоваться. Но в нём не было, ни грамма теплоты, сердечности. Он был слишком точным и правильным во всём. И, уж конечно, являлся полной противоположностью бесшабашному, весёлому, пламенному Эдику.

Катя улыбнулась, вспомнив о нём. Они были вместе чуть больше года, и ещё ни разу не поссорились всерьёз. На него вообще нельзя было обижаться. Он был настолько коммуникабельным, что любой конфликт гасил в зародыше, не дав разгореться.

Поначалу девушку не оставлял страх, что она надоест ему. Но время шло, а юноша привязывался к ней всё сильнее. Невероятно, но он, кажется, действительно любил её…

–О братце моём мечтаешь?– Холодный голос Аркадия вывел девушку из задумчивости.– Вот бросит тебя наш ангелок, запоёшь по-другому. А он наверняка бросит. Слово «верность» было придумано не для него.

Катю бросило в дрожь от его пророческого тона. Она поспешила проскользнуть мимо. Девушке на миг показалось, что доктор Сац ненавидит брата. Возможно, он завидует его живости, популярности. Сам-то он нелюдим и закомплексован. Катя понимала, что за ней он ухаживает не потому, что она ему нравится, а в пику брату. Эдик предупреждал её как-то о подобной склонности Аркадия.

Девушка задумчиво оперлась на стену, размышляя об их взаимоотношениях.

–Кать, с тобой что-то происходит.– Тихо проговорила Тамара, останавливаясь возле подруги. Катя рассеяно улыбнулась.

–Я беременна, Том. Уже четвёртый месяц.

Тома охнула, зажимая ладошками рот.

–А он, что?.. Ты ему сказала?

Катя кивнула, не поднимая глаз.

–Он смеётся. Говорит, что будет сногсшибательный сюрприз для предков.– Девушка вздохнула,– У него всё шуточки. Я с ним серьёзно и поговорить-то не могу.

–Пора уж становиться серьёзнее. Парню 23 года, а всё ветер в голове.– Проворчала Тома,– Неужели всю жизнь собирается из себя клоуна изображать?

Катя улыбнулась с глубокой нежностью. Тома по её выражению лица поняла, о чём думает подруга.

–Вижу, ты ещё надеешься на что-то.– Вздохнула она. Катя обняла подругу за плечи.

–Сегодня же поговорю с ним серьёзно. Не позволю морочить мне голову.

–Девочки, не время стоять. В горах произошла авария. Привезли троих в тяжелом состоянии.– Деловито прощебетала старшая медсестра, пробегая мимо них,– Надо забрать их из приёмного отделения.

Тома показала язык, в спину убегающей начальнице.

–Работа конечно не волк, но выполнять её надо.– Констатировала Катя, выдвигая громоздкую каталку.

Привычным движением девушки покатили её по длинному коридору к лифту, на ходу перебрасываясь шутками.

Но, войдя в приёмное отделение, Катя замерла. Кровь моментально отлила от лица девушки. Всё, что она видела, это светлые кудри, слипшиеся от крови. Она покачнулась, и, наверное, упала бы, если б сильная мужская рука не придержала её под локоть.

–Вы медик, Катя, вид крови не должен вас пугать.

Доктор Сац стоял рядом с ней. Его лицо выглядело таким же холодным и бесстрастным, как всегда. Хотя сейчас перед ним, истекая кровью, лежала вся его семья: мать, отец и брат…

Неторопливым шагом он приблизился к матери. Взяв её за руку, попытался нащупать пульс. Затем приоткрыл веко и заглянул внутрь глаза. На его гладком лбу обозначились морщины. Тяжело вздохнув, он накрыл лицо женщины простыней. Кто-то тихо охнул за спиной Кати.

Девушку била нервная дрожь. Словно в кошмарном сне, она видела, как Аркадий накрыл простыней лицо отца и направился к Эдику.

–Нет, только не он!..– Завопила девушка, не помня себя.

Все обернулись, а доктор Сац глухо пробормотал.

–Незачем так орать. Он жив. Готовьте к операции.

–Может, вызвать Анатолия Ивановича?– Робко предложила старшая медсестра, комкая в руках платочек,– Вам надо придти в себя, доктор. Такое горе…

Он мрачно посмотрел в её сторону.

–Неужели Вы думаете, что я кому-то доверю его жизнь? Он мой брат…

***

Операция прошла успешно. Как, впрочем, любая операция, проведённая доктором Сац.

–Хирург от Бога…– вздыхали пожилые работницы отделения. Все смотрели на него с благоговением.

–Он вытащил парня с того света,– прошептала Евдокия Петровна, врач анестезиолог,– Много всякого перевидала, но такое…– Она покачала головой.

–Человек-машина,– вздохнула Тамара,– Я не смогла бы оперировать, когда случилось такое горе…

–Лучше чем он, этого не сделал бы никто.– Дрожащим шёпотом ответила Катя. И все согласно закивали. Тамара взяла подругу за руку.

–Ты-то как? Может попросить, чтобы тебя домой отпустили?

–Неужели ты думаешь, что сегодня я уйду из больницы?– Возмутилась девушка.

– 11 –

Ему было больно не только двигаться, но даже дышать. Было такое чувство, будто голова зажата в тиски, и кто-то медленно сжимает их.

Эдик чуть слышно стонал в ответ на любой звук, который многократно отдавался в его воспалённом мозге. Он тяжело дышал, ловя воздух пересохшими губами. Сознание медленно возвращалось, вместе с болью. Юноша открыл глаза и первое, что он увидел, была она…

Катя расставляла на тумбочке флаконы с прозрачной жидкостью.

–Неужели это все мне?– Голос его был настолько слабым, что он сам едва узнал его. Девушка резко обернулась, её глаза наполнились слезами.

–Наконец-то ты снова со мной…– прошептала она, прижимаясь губами к его щеке. Он почувствовал на коже влагу её слёз.

–Неужели, дела мои настолько плохи?– Спросил он, делая слабую попытку улыбнуться. Катя провела пальчиком по его губам.

–Ты был на волосок от смерти, если б не Аркадий Леонидович! Твой брат спас тебя…

В глазах Эдика внезапно вспыхнула ярость, губы сжались.

–Да, уж, чудотворец…– чуть слышно пробормотал юноша, прикрывая глаза. Он ещё был очень слаб. На лбу выступила испарина.

Катя отёрла его лицо влажной салфеткой и тихо спросила:

–Что вы снова не поделили?

–Не бери в голову,– вздохнул он,– С братцем я разберусь потом, когда поднимусь на ноги.

Юноша попробовал улыбнуться, но получилось криво. Он протянул слегка дрожащую руку, и погладил девушку по щеке.

–Красавица, какая же ты у меня красавица!

Катя опустила ресницы. Губы её невольно дрогнули.

–Скоро я уже не буду красавицей. Тогда ты и не взглянешь в мою сторону.– Прошептала она, не поднимая взгляда.

–Почему?..– искренно удивился он.

–Беременная женщина не бывает красивой. Она толстая, неуклюжая…

Девушка вздохнула, всё ещё не глядя на него. Он взял её за подбородок.

–Значит, ты не шутила насчёт ребёнка?

Она покачала головой.

–И когда он родится?

–В июне,– прошептала она,– Но тебе ведь нет до этого дела?

–Кать, ты считаешь меня таким мерзавцем?

Девушка отрицательно покачала головой.

–Не мерзавцем, а просто глупым, безответственным мальчиком. Но я сама во всем виновата. Надо было, лучше предохранятся.

–Значит, ты убеждена, что я не выполню своего долга перед тобой и ребёнком? Катюш, но ведь прежде чем обвинять в чём-то, надо дать мне хотя бы шанс.– Он попробовал приподняться, но, скрипнув зубами, вновь опустил голову на подушку. В глазах его потемнело, на лбу заблестели капельки пота. Катя бросилась к нему.

–Сумасшедший, тебе нельзя двигаться.

– Мы поженимся, как только я смогу подняться.– Хрипло проговорил он, не открывая глаз.– В конце концов, первое время, пока я не устроюсь на работу, нам помогут родители.

Катя тихонько охнула, с испугом посмотрев на него. Он взял её за руку.

–Не понимаю твоего страха перед моими предками. Который месяц уговариваю тебя, познакомится с ними, а ты упрямишься. Мама на меня даже обижается из-за того, что не привожу тебя. Ведь ты первая девушка, с которой я встречаюсь так долго.

Девушка закусила губу, отводя взгляд в сторону. Он насторожился.

–Катя, с моими родителями что-то случилось? Они сильно пострадали в аварии? Надеюсь, они живы?..

Катя отрицательно покачала головой, тихонько, всхлипнув.

Дверь приоткрылась, и в палату проскользнула Тамара. Но они её даже не заметили.

–Катя, говори, же…– Воскликнул он, снова сделав попытку встать. Девушка положила руки ему на плечи и, присев на край постели, тихо проговорила: – Они погибли. Вчера были похороны…

–Не может быть…– прохрипел он, глаза юноши наполнились ужасом.

Перед его мысленным взором возникло лицо матери. «Прыгай, сынок…» кричала она. Он помнил, что в тот момент делал отчаянные попытки вырулить на дорогу. Но машина уже нависла над пропастью, неумолимо наклоняясь вперёд. И тогда, мать буквально вытолкнула его наружу, тем самым, ускорив падение автомобиля. Всё произошло так неожиданно и быстро, что он не успел даже почувствовать боли от удара о скалы. И только страшный грохот ещё долго отдавался в его ушах. Пока мозг не заволокла чёрная пелена.

–Мама…– прошептал он, прикрывая ладонью глаза.

Слезы потекли по его бледным щекам, скатываясь на повязку. Катя обняла его за плечи.

–Эдик, ты должен быть сильным,– шептала она сквозь слёзы,– ведь теперь для тебя начнётся совсем другая жизнь.

Он бросил тяжёлый взгляд на дверь палаты.

–Ты права, Катя, я должен быть сильным. Я заставлю этого мерзавца ответить за гибель родителей. Это не сойдет ему с рук.

Девушка посмотрела на него с тревогой. Тома тоже забеспокоилась.

–Эдик, кому ты собрался мстить?– Спросила она, подходя к кровати.

–Товарищ следователь-доброволец?..– Усмехнулся юноша,– Том, я не собираюсь совершать противоправных действий. Напротив, мне совершенно необходимо как можно быстрее встретиться с представителями правоохранительных органов.

–Тут ваши желания совпадают,– улыбнулась она,– Они тоже спят и видят увидеться с тобой. Вот только, доктор Сац, как твой лечащий врач, категорически запретил подпускать к тебе посторонних. Особенно это касается ментов и газетчиков. Он считает, что ты ещё слаб для беседы с ними. И, честное слово, в этом он прав.

Эдик смерил её хмурым взглядом.

–Тамара, если это будет зависеть от Аркадия, никто и никогда не узнает, по какой причине погибли мои родители.

–И по какой?– В один голос спросили девчонки.

Юноша тяжко вздохнул, поморщившись от боли, которая всё ещё разрывала его голову. Собравшись с силами, он тихо заговорил.

–Папина тётушка, которая живёт в Илларионовке, очень стара. Мы неоднократно просили её перебраться в город, но она не хочет. Ей нравится жить в посёлке, общаться с соседями, с которыми она прожила рядом всю жизнь.– Юноша посмотрел в окно, на голые, мокрые от дождя макушки деревьев.– В тот день мы поехали навестить её. Ехать собирались на моей машине, но она почему-то не заводилась. Разбираться, что к чему не было времени, и мы отправились на отцовской «Волге». Если бы я был за рулем своей машины, то сразу бы понял, что она не в порядке. Но машину отца я почти не знаю, да и вообще плохо знаком с отечественной техникой. Поломку обнаружил только тогда, когда мы мчали в гору по «серпантину».

Он снова прикрыл глаза. Катя села рядом, сжимая его руку в своих тонких ладошках.

–Что была за поломка?– Деловито поинтересовалась Тамара.

–Был надрезан тормозной шланг и тормозная жидкость, за время поездки, вытекла. В результате, мы мчались на большой скорости по опасной дороге в машине без тормозов…

Девчонки охнули.

–Но кому потребовалось портить тормоза?– Наивно спросила Катя.

–Отец сказал, что это работа Аркадия.– Устало проговорил юноша,– Он намерено вывел из строя мою машину, а в папиной испортил тормоза.

–Но зачем? Для чего ему потребовалось убивать самых дорогих людей?

Удивлённо воскликнула Тамара. Он усмехнулся, почувствовав недоверие с её стороны.

–Папа узнал об Аркадии нечто очень страшное. И тот решил избавиться от него, как от свидетеля, да и от нас с мамой, заодно. На случай, если папа поделился с нами тайной.

–Что за тайна?– Насторожилась Тамара. Эдик опустил глаза.

–Это я скажу только следователю. Они должны во всём разобраться. Обвинения чудовищны, ими нельзя бросаться без доказательств.

–Ты хорошо сказал, мальчик…– Возле распахнутой двери, словно мрачный ангел, стоял Аркадий Сац. Катя, с ужасом, подумала, что его холодный угрожающий взгляд не предвещает ничего хорошего.

–Ты в порядке, братец?– Холодно спросил он, сверля глазами всех по очереди.

Катя почувствовала, как струйка холодного пота поползла вниз, по её позвоночнику. Доктор медленно подошёл к постели брата. В глазах Эдика пылал огонь ненависти. Но вопрос был задан спокойно.

–Говорят, ты спас мне жизнь?..

–Можешь не сомневаться, ты был одной ногой в могиле,– с каким-то мрачным превосходством процедил доктор. На его высоких скулах выступили красные пятна. Это означало, что он взбешён. Доктор Сац хорошо умел владеть собой и редко проявлял какие-либо эмоции. Вот и сейчас, только ещё больший холод застыл в глубине его карих глаз.

Катя невольно сравнила братьев. Они оба были красивы. Каждый по-своему. Словно лёд и пламя…

–Не жди от меня благодарности.– Хрипло пробормотал Эдик, не сводя пылающего взгляда с брата.

–Я и не жду,– усмехнулся Аркадий,– Такая свинья как ты, не знает слова «благодарность».

Эдик вспыхнул от гнева. Он попытался подняться на локтях, но тело пронзила жгучая боль. Юноша стиснул зубы, борясь с чернотой, заволакивающей сознание.

–Мне поблагодарить тебя за гибель мамы? Или отца?..– С трудом пробормотал он. Дыхание его сделалось прерывистым, по вискам покатились капельки пота.

Аркадий сжал кулаки, пятна на его скулах сделались ярче. Но, когда он заговорил, голос звучал ровно.

–Девочки, введите пациенту обезболивающее. Разве не видите, как он страдает?

Катя смотрела на него со страхом. Даже не страхом, он внушал ей откровенный ужас. Этот ровный голос, тяжёлый, леденящий взгляд.

–Вы что, не слышали?– Резко прикрикнул он.

Дрожащими руками Катя взяла с тумбочки одноразовый шприц, тщетно пытаясь освободить его от обёртки.

–Котёнок, не делай этого,– тихо попросил Эдик,– Он усыпит меня, как комнатную собачку, а ты всю жизнь будешь мучиться от мысли, что невольно убила отца своего ребёнка.

Катя на мгновение представила, что сделает укол, от которого Эдик никогда не проснётся. Она отбросила шприц, словно ядовитую змею, с ужасом взглянув на Аркадия. Тот презрительно хмыкнул, отворачиваясь к окну.

Тамара подняла упавший шприц и, отбросив остатки упаковки, принялась набирать лекарство.

–Тома, не надо!..– Истерично завопила Катя, хватая подругу за руку.

Тамара отцепила руку девушки, одарив её понимающим взглядом. Так мать смотрит на расшалившееся дитя.

–Кать, не сходи с ума,– тихо проговорила она,– Вы оба ведёте себя как законченные психопаты. Это всего лишь обезболивающее. И оно ему действительно нужно. Посмотри, даже глаза потемнели.– Она кивнула в сторону Эдика.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.