Ирина Давыдова
Ты будешь моей

Пролог

– Суд постановил – признать виновным Сарбаева Захара Денисовича в убийстве Сарбаевой Юлии Алексеевны и Градова Дмитрия Валерьевича, и назначить подсудимому наказание в виде лишения свободы сроком на десять лет…

Дальше я не слушала, что говорит судья. Перед глазами пелена, а в душе дикий страх того, что какой-то мерзавец решил судьбу моего брата. Тело сковало тисками, и я сквозь слезы посмотрела на Захара. Он едва заметно качал головой, но смотрел на меня пустым, ничего не отражающим взглядом.

Десять лет…

Пальцы сжались в кулаки, больно впиваясь ногтями в нежную кожу.

Так не должно быть, не с моим братом, не с самым добрым и справедливым человеком в мире. За что?

По щекам покатились слезы градом. Душу выворачивало наизнанку. Ужасно хотелось кричать, драться, что-то бить. И я не сдержалась. Заплакала горько, закричала навзрыд, чтобы хоть как-то уменьшить свою боль. Даже живот сковало спазмом, и я согнулась пополам, не в силах стоять ровно. И только брат, Гриша, поддержал меня, не позволив упасть.

Захар и Гриша – два самых родных на этом свете человека. Два моих брата. И одного решили отнять, как когда-то отняли родителей…

– Отпустите его! Отпустите! – кричала сквозь слезы, но знала, что меня никто не услышит.

Только братская рука не давала мне упасть на пол и быть затоптанной толпой бездушных тварей.

– Марианна, послушай.

– Пустите его. Слышите! Бессердечные! Пустите!

– Марианна, успокойся. Успокойся, говорю тебе. Сестра! – продолжал призывать меня к разуму Гриша, но я словно не слышала его слов. Продолжала кричать, крепко сжимая руки в кулаки.

– Отпустите! Не виноват Захар, не виноват.

Я знала, Гришу самого рвет от несправедливости, но ради меня он сдерживается, боится – если сорвется, тогда быть еще одной беде. Подхватил меня на руки и вынес из зала в коридор. Усадил на подоконник и осторожно ударил по щекам, приводя меня в чувства.

– Мари, нельзя так, ты пойми. Мы находимся в суде и все твои слова…

– А то, что посадили невиновного человека, а то, что у него отняли десять лет жизни, так можно?

– Нельзя, Мари, нельзя.

– Пусть будут прокляты и Виктор, и судья продажный! Ненавижу их. И я отомщу за брата, и за Юльку. И ты вместе со мной, – прорычала я, дрожащими пальцами схватив Гришу за рубашку.

– Вместе отомстим, Марианна, вместе.

Я застыла, боясь пошевелиться, боясь снова скатиться в истерику, и мысленно уже продумывала план мести. Я не собиралась сидеть сложа руки. Это было не в духе Сарбаевых. Мы всегда горой стояли друг за друга, и этот раз не станет исключением.

Дверь из судового зала открылась, и под конвоем вывели Захара. Он смотрел на меня тяжелым взглядом, а я знала, что он ненавидел всех тех, кто затеял эту страшную игру. Игру в судьбу. В их с Юлькой судьбу.

Я мгновенно соскочила с подоконника и всеми силами пыталась пробраться к брату. Я хотела хотя бы прикоснуться к нему, но никто не позволял, всеми силами пытаясь оградить мне путь к нему.

– Найди Гордея, – неожиданно произнес Захар и, переведя взгляд на брата, хрипло добавил: – Найдите нашего с Юлькой сына. Найдите.

7 лет назад.

– Отличная осень в этом году! – счастливо пропела Агата, плюхнувшись на скамью рядом со мной.

Я хмыкнула, прекрасно понимая, о чем говорит подруга. Сентябрь в этом году радовал теплом как никогда. Двадцатое число, а мы до сих пор в кофточках гуляем, и это несмотря на то, что уже глубокая ночь. Обычно в это время уже и курточки кожанки надевали.

– Мне кажется, этой осенью должно случиться что-то волшебное, – прошептала я, смотря в ночное небо, обильно усыпанное яркими звездами.

– Ох, подруга! Ну, ты снова за свое. Откуда в тебе эта романтичность? Ты такая смешная.

Агата никогда меня не понимала, но это не мешало нам дружить с пятого класса, когда я перевелась в новую школу.

– Ничего ты не понимаешь. Вот встречу мужчину своей мечты, тогда и…

– Ой, Юльк, не чуди! Эти мужчины мечты сейчас знаешь какие?

– Какие?

– Да им только секс подавай, и то, если ты красивая фигуристая девчонка. Хотя, ты у нас внешностью одарена. Тебе с этим повезло.

– Ты пессимистка. А я уверена, что есть нормальные мужчины, которые умеют ухаживать за девушками и любить их.

– Ладно, поживем, посмотрим. Может, к тому моменту и найдется один адекват, – Агата поднялась со скамьи и, оглянувшись, поинтересовалась: – тебе сока принести?

– Да, пожалуйста.

Я взглядом провела подругу к ближайшему ларьку и только собиралась достать из кармана телефон, как вдруг меня резко дернули за руку, и я едва не упала на землю. Подхватили за предплечья, и рывком развернули лицом к мужчине. Я понятия не имела, кто это был, и уже хотела закричать, как незнакомец одарил меня гневным взглядом и тут же заговорил:

– Только посмей пискнуть, и тебя утром найдут в кювете с пулей в башке.

Я тяжело сглотнула и от страха даже выдохнуть смогла с трудом.

– Тащи ее к машине, – прохрипел еще один мужик, в чьем взгляде читалось превосходство.

– Что? Отпустите. Не трогайте меня, – я резко покачала головой, с ужасом смотря на двух незнакомцев.

– Не выделывайся. Будешь послушной девочкой, сделаем все красиво.

– Нет… не… – мне грубо закрыли рот тряпкой, и я словно поняв их маневр, задержала дыхание.

– Гринич, опусти девочку, – послышалось за спиной, и рука на моих губах ослабла, но продолжала закрывать рот.

– Сарбаев? Тебе какого хера надо?

– Повторяю, отпусти девочку, – строго отчеканил подошедший мужчина, вызывая в моем теле еще большую дрожь.

Я смотрела на своего обидчика перепуганным взглядом и до сих пор не понимала, что им от меня понадобилось. Точнее я, догадывалась, но… но было очень страшно.

– Я считаю до трех, а потом медленно начну ломать руки.

– Сарбаев, ну тебя же это не касается, не лезь. Иди своей дорогой, – произнес мужик по прозвищу Гринич.

Он заметно напрягся, а незнакомец позади начал отсчет:

– Один…

– Да твою же мать.

Тот, что держал меня, резко оттолкнул, и я упала на землю, коленями ударяясь о бордюр. Громко охнула от боли и на миг зажмурилась.

– Два…

В следующую секунду хулиганы начали отступать, а тот, что по прозвищу Гринич, недовольно посмотрел на Сарбаева.

– Мы еще встретимся.

В ответ мужчина ничего не ответил. Дождался, когда те исчезнут и подал мне руку.

– Ты как? Встать можешь?

Я только кивнула в ответ и вложила свою дрожащую руку в большую ладонь. Но стоило мне приподняться, как колени прострелило болью. Я пискнула и тут же была подхвачена сильными руками спасителя.

Мужчина усадил меня на лавочку, а я, кусая губу, прятала взгляд.

– Спасибо Вам, – прошептала хриплым голосом, и принялась растирать колени.

– Юля! А… что-то случилось? Добрый вечер, молодой человек, – затараторила подбежавшая Агата, и тут же принялась стрелять глазками в незнакомца.

– Ты кто? – грозно уточнил Сарбаев, сверля взглядом подбежавшую девчонку.

– Подружка.

– Чего же невнимательная такая… подружка.

– Агата, извини, я… я пойду домой, – все так же негромко проговорила я и медленно стала подниматься со скамьи.

– Ладно. По телефону расскажешь, что произошло.

Кивнув, я осторожно встала на ноги. Боль усилилась.

– Я отвезу тебя, – произнес мужчина, вызывая во мне очередной приступ страха.

– Что? Нет, не нужно, я доберусь.

– Подруга, не спорь. Пусть красивый дяденька тебя доставит до дома.

Я даже удивилась, что моя подруга такое ляпнула. Как она могла?

– Агат…

Но мужчина уже подхватил меня на руки и понес в сторону своего авто.

В нос ударил аромат парфюма, и я на несколько секунд прикрыла глаза, пытаясь отойти от произошедшего. Но тут же осознала, что незнакомец несет меня в свою машину, и это еще не означает, что он собирается доставить меня домой.

– Я Вас боюсь. Отпустите, пожалуйста.

Сарбаев застыл на месте, но не отпустил. А я замерла, боясь заглянуть в его глаза, которые находились так близко от меня.

– Не бойся. Я ничего тебе не сделаю.

Не верила, но и больше не сопротивлялась. Вырваться все равно не смогу, а так он хоть спокойный. А кто знает, что будет, если я его разозлю?

– Я даже имени Вашего не знаю.

– Захар Сарбаев меня зовут. А тебя, как я понял, Юлька.

– Юля, меня зовут Юля.

Захар усадил меня в салон на переднее сиденье и, обогнув машину, уселся за руль.

Нет, точно лучше не злить такого мужчину. Откуда мне знать, что у него в голове.

– Сильно болит? – кивнул на колени.

– Есть немного. Спасибо, что спасли меня.

Захар достал из бардачка бутылку с водой и протянул ее мне.

– Приложи. Хоть не ледяное, но все же.

Я приняла бутылку дрожащими руками, на миг соприкоснувшись с мужскими пальцами, от чего пластик тут же выскользнул и упал на пол авто.

– Ты все еще боишься, – отметил он и, подняв бутылку, сам приложил к коленам.

Мне хотелось отстраниться. Конечно, я боялась, потому что не знала этого человека и понятия не имела, что у него в голове.

– Рядом со мной тебе ничего не угрожает.

– Кто он?

– Нехороший человек. Я с ним разберусь.

В ответ я только кивнула, не зная, что ему отвечать. Потом, конечно, я буду еще долго думать о случившемся и мысленно благодарить этого странного мужчину за спасение.

К моему дому мы подъехали ближе к одиннадцати часам. Я за это время немного успокоилась, но все равно не понимала, как себя нужно вести рядом с Захаром. Он был старше меня, и это очень смущало. Даже напрягало.

– Завтра обратись к врачу. Тебе нужен рентген.

– Хорошо. Спасибо.

Но так просто Захар отпускать меня не собирался. Он донес меня на руках до квартиры, и уже у самой двери прошептал:

– Ты ехала с незнакомым мужчиной домой. Подруга у тебя дрянная.

И сбежал вниз по лестнице, не дожидаясь лифта.

Я выдохнула и почувствовала себя одиноко, стоило Захару исчезнуть из моей жизни.

Кто он вообще?

***

– Прости, нам Сарбаев помешал, – виновато признался Гринич своему боссу по телефону.

– Какого черта? Что этот сосунок там делал? Они знакомы?

– Я не знаю.

– А кто должен знать? Ты нечисто сработал! – рыкнул мужчина лет сорока и недовольно нахмурил брови на другом конце провода.

– Академик, я не виноват.

– Значит, запоминай: теперь твое дело следить за этими двумя. Девчонка мне нужна целая и невредимая, а главное – без Захара.

– Я думаю, он просто в добродетеля решил сыграть.

– Плевать, что ты думаешь! Ему не место рядом с малявкой. У нее есть то, что принадлежит только мне. А я свое никому не отдаю.

Глава 1

– Привет, сестренка. С Днем Рождения!

– Захарушка! Я думала, ты уже и не придешь, – счастливо протянула Марианна, моя младшая сестра.

– Я бы не посмел пропустить твой праздник.

Я протянул ей охапку белых роз, и молодая девушка, глаза которой горели счастьем, широко улыбнулась.

– Пойдем, все уже собрались.

Мы вместе с Марианной прошли в гостиную. Всех поприветствовав, я пожал руку брату, дяде и присел за стол по правую руку от сестры. Слева от нее сидел второй брат – Гриша.

Так было всегда с тех пор, как наши родители погибли в автокатастрофе. И мы всегда держались вместе, несмотря ни на что. Мы знали, что родные должны быть рядом, ведь так учили нас мама с папой. И уж тем более, мы должны защищать нашу малышку.

– Расскажешь, племяш, чего это ты задержался? – дядя Дима, брат мамы, доброжелательно улыбнулся мне, смотря на меня с любопытством.

– Девушку спасал.

– Ух ты! Серьезно? – восторженно уточнила Марианна, продолжая прижимать к себе букет.

Я в ответ сдержанно кивнул.

– И как она, братик? Красивая?

Я снова промолчал, лишь пожал плечами, не желая говорить сейчас о той девушке. Но не потому, что она мне не понравилась, наоборот, я утонул в ее глазах с первого взгляда. Красивая, нежная, даже хрупкая, но и маленькая. Я знал точно, что ей нет восемнадцати.

– От хулиганов спасал? – снова уточнил дядя.

– От них самых. Уроды какие-то. Ну да ладно, давайте лучше за Мари выпьем. Ее сегодня день, или как?

Больше никто не мучил меня расспросами о юной незнакомке по имени Юля. Ну не хотел я при всех говорить о ней. Не нравилась мне эта идея.

Вечер протекал хорошо. День Рождения решили отпраздновать дома, в кругу родных. Все веселились, поздравляли Мари с восемнадцатилетием, танцевали и выпивали. Я несколько раз выходил на балкон покурить и все время вспоминал о ней – мелкой брюнетке с голубыми, очень выразительными глазами. Никогда такие удивительные глаза не видел, а здесь просто утонул во взгляде. И о чем только дурак думаю. Малая она. Не для меня. Такая точно не для меня.

Сегодня я решил остаться у брата с сестрой. Часы показывали начало второго ночи, и ехать уже никуда не хотелось. Проведя всех родных до машин и такси, втроем убрали со стола, положили посуду в посудомоечную машину и разошлись по своим комнатам.

Я зашел в спальню, в которой жил до совершеннолетия. Здесь все было, как и прежде. Мама всегда говорила, что не хочет ничего менять. Вот встречу я девушку, приведу знакомить, а она и покажет ей мою детскую комнату. Конечно, здесь не было никаких игрушечных машин или плюшевых медведей. Здесь давно уже все по-взрослому.

От воспоминаний накатила тоска. Жаль, мама уже не познакомится с ней…

Выйдя на балкон, вспомнил, как мы с братом сражались за эту комнату, как только переехали сюда в детстве. Но так, как я был старше, уступили именно мне.

Открыл окно и, прикурив сигарету, посмотрел в звездное небо. Сегодня была удивительная ночь. Длинная, немного непростая, но и необычная. Да чего уж там, одни мысли о той девчонке напоминали мне о необычности. Мелкая, наивная и такая нежная.

– Черт! – выругался, стукнув рукой по раме, и снова затянулся сигаретой.

Я еще ни разу не влюблялся и сейчас не мог, не в малолетку, это точно. Зачем мне это нужно? У меня работа, бизнес на заре. Тут главное иметь холодную голову и не засорять мозги ненужными мыслями. А я уже поддался.

Сделав новую тягу, услышал стук в двери и, обернувшись, увидел вошедшую сестру.

– Ох, братик, накурил, – она помахала перед носом раскрытой ладонью.

– Только ты не любишь запах сигарет, – хмыкнул в ответ, жестом приглашая выйти ко мне на балкон.

Марианна тут же прильнула ко мне под руку и, положив голову на грудь, прикрыла глаза.

– Я сегодня стала взрослой. Но ты же все равно будешь меня обнимать, как раньше? – шепотом спросила она, заранее зная, что я ей отвечу.

– Угу, еще больше буду обнимать. Теперь мне предстоит защищать тебя от парней.

– Но у меня нет ухажеров, так что не переживай по этому поводу.

– Обязательно будут. Ты у нас красивая девушка, к тому же умная, а это редкость.

– Да уж, не то, что твои дамочки на одну ночь.

– Сравнила. Они сами это предлагают, ну а я свободный мужчина, почему бы и нет.

– Захар? – Мари отстранилась от меня и в полумраке ночи заглянула в глаза.

– Что?

– А та девушка, которую ты спас. Почему не хочешь говорить о ней? Она тебе понравилась?

Я только вздохнул и, потушив окурок в пепельнице, снова обнял сестру.

– Ты же знаешь, что можешь мне доверять. Я, как и Гриша, никому ничего не скажу, – покачала головой, подтверждая свою серьезность.

– Она красивая.

– Тааак…

– Но маленькая.

– Ой, я для тебя тоже маленькая, и что теперь? Мне тридцать будет, ты тоже скажешь маленькая.

– Нет, Мари, Юльке нет восемнадцати. Не знаю даже точно, сколько ей. Но она явно школьница.

– Ага, значит, Юлька. Но если ты ее спас от хулиганов, будь уверен, ты ей тоже понравился. Знаешь ли, девочки – такие девочки. Ты же теперь для нее принц.

Я хохотнул такому заявлению и прикрыл окно, чтобы сестра не простудилась.

– Скажешь тоже, принц. Просто на моем месте поступил бы так любой адекватный мужчина.

– Мама бы тобой гордилась.

– Родители нами всеми гордятся. Будь уверена.

А следующим утром я с семи часов наблюдал за подъездом своей новой знакомой. Нет, я не собирался выдавать свое присутствие. Я лишь хотел убедиться, что девочка не станет глупить и все же обратится к врачу. Все же не хило она вчера приложилась коленями о бордюр. Как вспоминал, так самому больно становилось.

Сегодня я обязательно встречусь с Гриничем, и объясню, как не стоит себя вести с девушками. И тем более с моей Юлькой.

Да млять, что я несу? Какая она моя?

Открыл окно и закурил, как тут же увидел отрывающуюся дверь подъезда. Но нет, снова не она. Люди спешили на работу.

Зазвонил телефон. Выкинул окурок в окно и ответил на вызов.

– Слушаю.

– Захар Денисович, доброе утро. Звоню напомнить, что у Вас сегодня встреча с дизайнером. Назначена на одиннадцать часов.

– Спасибо, Лена. Я обязательно буду.

– До встречи.

Сбросив вызов, отложил телефон.

Сегодня мне предстояло разработать вместе с дизайнером этикетки для бутылок с вином. Вот уже полгода я успешно развиваю виноделие, и совсем скоро в продажу должна поступить первая партия вина.

К этому делу я шел уже давно, а запустить процесс смог лишь полгода назад, но и первым результатам был несказанно рад. Я планировал развить в этой области крупный бизнес, приносящий не только удовольствие, но и хорошие доходы. А дальше есть еще планы по производству, только теперь не алкоголя, а его закуски. Дорогих сортов твердого сыра.

От размышлений отвлекла вновь открывшаяся дверь подъезда, и я замер на месте, когда увидел Юльку на руках молодого парня. С ними была еще женщина, которая открывала двери в авто. Девочка постоянно хмурилась и трогала колени, а перед тем, как ее посадили в салон авто, она осмотрелась.

Зачем? Боялась чего-то или, наоборот, думала, что я приеду?

Юля.

Я все утро мечтала оказаться на улице и увидеть Захара. Хоть я немного и боялась его, но в то же время он был мне симпатичен. К тому же, мужчина спас меня, не отдав тем извергам на растерзание. За это я была ему очень благодарна. Я полночи думала о нем и в тайне надеялась, что мы еще обязательно увидимся. Да чего уж скрывать, я хотела, чтобы утром он оказался у моего подъезда.

Уснула поздно, а проснулась от ноющей боли в коленях. Едва смогла подняться, как тут же рухнула на пол, когда боль прострелила на поражение. Еще вчера я и подумать не могла, что от падения будут такие последствия.

– Юленька, ты чего? Что случилось? – в комнату вбежала взволнованная мама, наверняка услышав грохот.

Она сразу же стала помогать мне подняться и усадила меня на диван.

– Мам, я вчера упала.

– Нога болит, где?

– Колени. Я ударилась коленями.

– Господи, это же так больно, и к тому же опасно. Я сейчас позвоню Сереже и попрошу отвезти нас в клинику, – нервно говорила она, уже хватаясь за телефон.

– Хорошо.

Сережа был моим двоюродным братом и всегда приходил на помощь нашей семье, если это требовалось. Ведь два года назад мы с мамой остались без мужской поддержки.

Вспомнив папу, я вздохнула и смахнула скатившуюся слезу.

Все хорошо. Боль притупилась.

Душевная боль.

А вот колени ужасно болели, даже выть хотелось. Но я держалась.

Мамочка вернулась в комнату, держа телефон в руках. Она была взволнованна, что в принципе не удивительно. Она всегда переживала за меня и все принимала близко к сердцу. Наверное, я буду такой же наседкой для своего ребенка.

– Сейчас приедет Сережа. Давай я помогу тебе умыться и одеться.

Я кивнула и постаралась использовать свои силы по максимуму, чтобы не очень напрягать маму.

А когда брат выносил меня из подъезда, я то и дело пыталась рассмотреть, не приехал ли мой вчерашний спаситель. Но тут же себя одергивала. Зачем ему это? Он взрослый и, по всей видимости, самодостаточный мужчина. А я маленькая девчонка, причем из обычной семьи, где не разбрасываются деньгами, а складывают копейку к копейке. Почему Захар должен караулить у моего подъезда? У него и без меня наверняка полно дел. Куда более важных, чем я.

В больнице при осмотре сказали, что у меня сильный ушиб, но смещений или трещин рентген не показал. Прописали мази, обезболивающее, постельный режим и отправили домой, сказав приехать через пять дней. Я огорчилась, что мне придется пропустить школу, но лучше сразу подлечить ноги, чем заработать серьезную травму. А заниматься я смогу и дома. Без этого никуда.

– Отдыхай, моя малышка. Хочешь, я приготовлю тебе что-нибудь?

– Я бы не отказалась от куриного супа, мамуль.

– Значит будет суп, – кивнула мама и повернулась к Сергею. – И ты оставайся. Быстро сварю и пообедаем. Завтрака не вышло.

– Спасибо, теть Вик, я с радостью.

Мама вышла из комнаты, оставив меня с Сергеем наедине. А он сразу же посмотрел на меня подозрительным взглядом. Сейчас посыплет вопросы.

– Ну, что сестра, рассказывай теперь, как умудрилась?

Я же сказала.

– Подай, пожалуйста, плед.

Парень кивнул и помог мне укрыться.

– Да я просто бордюр не заметила, споткнулась и шлепнулась, – хмыкнула, не желая говорить ему правду.

– Знаешь, эту сказку будешь маме рассказывать, чтобы она не волновалась. А теперь давай правду.

– Да я же тебе ее и говорю.

– Сестрен, ты никогда не умела врать. Глазки сразу бегают, и как мама этого не замечает.

Я только вздохнула на его наблюдения. Положила на спинку дивана руку, подбородком уперлась в тыльную сторону ладони и посмотрела в окно. Сегодня пасмурный день. Грустный какой-то.

– Ко мне вчера приставали…

– Что за урод? Ты знаешь его? – тут же нахмурился парень, крепко сжимая кулаки.

– Нет, – качнула головой, – но мне на помощь пришел молодой мужчина.

– Так, и что дальше? Как это связано с твоим ушибом?

– Захар, который мне помог, он сказал тому гаду, чтобы меня отпустил. Ну он и швырнул меня так, что я коленями о бордюр ударилась.

– Вот ублюдок.

– А спаситель мой еще и до дома меня подвез.

– Ясно. Если еще раз встретишься с ним, скажи мне, я поблагодарю его.

– Вряд ли мы встретимся. Он взрослее меня, а я школьница. У нас нет общих интересов.

– Так-так, судя по твоим глазам, он тебе понравился.

– Знаешь, что, Сереж, а принеси мне лучше чаю, пожалуйста.

Сергей понял, что разговор окончен, и вышел из комнаты. Я была благодарна ему за понимание, потому что говорить о чем-то большем про Захара я не готова. Пока что нет.

Снова задумалась о парне, который спас меня вчера от рук насильника. Да глупо это все. Зачем о нем думать, если у Захара своя взрослая жизнь. Но Сережа был прав, мне понравился молодой мужчина, и я очень хотела увидеть его снова.

А вечером, когда мы с мамой после ужина сидели в гостиной и смотрели телевизор, в двери раздался звонок. Я уже почти уснула, но резко открыла глаза, немного испугавшись. Скорее от неожиданности.

– Лежи, я пойду гляну кто там к нам пожаловал в такой час.

В такое время к нам могла приехать только сестра мамы, если Сергей сообщил ей о моем ушибе. Тетя Катя тоже была для нашей семьи очень близким человеком и, узнав о случившемся, могла распереживаться и рвануть к нам при первой же возможности.

И я очень надеялась, что брат не рассказал ей всю правду. Иначе узнает и моя мама.

В коридоре послышалась возня, приглушенные голоса, а затем в проеме комнаты показалась высокая фигура. Мое сердце пропустило удар.

– Привет, кроха. Как ты?

Глава 2

– Захар? – удивилась девочка, смотря на меня округлившимися глазами.

Мне хотелось улыбнуться ее виду, но я сдержался. Понимал, Юлька не ожидала, что я приеду. Да я и сам решился на визит в последний момент.

– Не мог не спросить о твоем самочувствии.

Я двинулся к ней, а Юля немного разволновалась, прижимаясь плечом к спинке дивана.

Не понимала своих ощущений – радость это или страх. Но я видел, что она все еще меня боится.

Пройдя к рядом стоящему креслу, я присел в него и посмотрел на девочку.

– Ты опять боишься меня, – отметил я и, потянувшись, пальцами коснулся ее руки.

Юля вздрогнула.

– Нет, я Вас не боюсь. Просто не ожидала, что приедете. Вы так быстро вчера ушли.

– Ты не ответила на мой вопрос.

Я прищурился, смотря на нее внимательным взглядом.

– А Вы… Я нормально. Колени немного болят, но отлежусь, и все пройдет.

– У врача была? – я знал, и более того, заходил к врачу узнать о ее здоровье, но и услышать от самой девушки тоже было для меня почему-то важным.

– Была сегодня утром. Трещин и серьезных повреждений нет.

– Хорошо. Сколько тебе лет? – решил сразу уточнить, чтобы не теряться в догадках.

– Шестнадцать. А Вам?

– Двадцать восемь. Ну, что, Юлька, будем дружить?

Я протянул ей руку, а она слегка улыбнулась и вложила свою ладошку в мою.

– Будем дружить, – тихонько ответила и тут же вырвала из моего захвата дрожащие пальцы.

Какие-то непонятные разряды прошли по моему телу, а девочка поспешила отвернуться, чтобы я не увидел ее покрасневшие щеки. Но я заметил и улыбнулся на это.

– У меня к тебе будет одна просьба. А, нет, две.

– Какие? – удивленно уточнила Юля, возвращая ко мне взгляд.

– Первая – называй меня на «ты», и вторая – никогда больше не гуляй так поздно. Как видишь, это небезопасно.

– Тогда мне придется совсем сидеть дома. Ведь никто не выходит днем. Да и школу не отменяли пока что.

– Значит, рядом должен быть тот, кто сможет тебя защитить.

– Например, ты? – сразу же приняла мою первую просьбу.

Но я видел, что ей стало не по себе после сказанных слов.

– Извини.

– Не за что. Если бы я мог… Но у меня есть работа. А вот твоя подруга, несерьезная она.

– Агата хорошая, просто со своими принципами и заверениями.

– Потому она не тот, кто должен быть рядом. Но это я просто предупреждаю.

– Почему тебя волнует мое самочувствие?

Я посмотрел на нее недовольно и тут же перевел взгляд на вход в комнату.

– Захар, я чай заварила. Посидите с нами? – предложила Виктория, приветливо улыбнувшись.

– С удовольствием. Присоединишься? – уточнил у Юльки и, поднявшись из кресла, не дожидаясь ее ответа, принялся поднимать девочку.

– Я же еще не согласилась.

– По сути, у тебя нет выбора. Я же к тебе в гости пришел.

Но в противовес своих слов, я себя чувствовал здесь вовсе не как гость. Я ухаживал за Юлькой и ее мамой. Подливал чай, нарезал и выкладывал сладости, которые принес с собой, и все время смотрел на девочку. Нравилась она мне. Очень нравилась.

– Захар, а где вы познакомились с Юлей?

– Вчера пересеклись в парке случайно.

– Мам, это благодаря Захару я вообще оказалась вчера дома. Я когда споткнулась, он помог мне подняться, а потом еще и довез до подъезда.

Говорить маме всю правду Юля, по всей видимости, не решилась, считала это лишним волнением для родительницы. И я ее прекрасно понимал, потому и поддержал выдуманную историю.

– Да, Юля споткнулась о бордюр, а я уже услышал, как она пискнула от боли.

– Слава Богу, ничего серьезного. Главное, врач разрешил дома отлежаться. И Вам спасибо, что помогли.

– Меня не за что благодарить. Да и дочка у Вас, Виктория Николаевна, сильная девочка. Не плакала, не истерила. А другая могла бы.

– Да, Юленька у меня умничка. Вся в папу.

Об упоминании отца, девушка загрустила и взглядом уткнулась в чашку. И здесь я ее понимал. Сам уже несколько лет был без родителей, и мне часто не хватало посиделок с ними, разговоров, поддержки. Одно дело брат с сестрой, и другое мама с папой. А у Юльки, я был уверен, мама ее огромная опора и сила, ее поддержка. Правда, женщина ведь тоже нуждается в сильном, твердом плече. А вот где отец?..

– Захар, а сколько Вам лет? – уточнила мама, когда я, попрощавшись с Юлей прошел к входной двери.

– Двадцать восемь. Думаете, я буду приставать к Юле? – поинтересовался я, обувая кроссовки.

– Мне бы этого не хотелось.

– Позвольте узнать причину. Здесь может быть два варианта, либо я Вам неприятен, либо возраст.

– Да, это второе. Все же моя дочь несовершеннолетняя.

– Я не идиот, и меня не интересуют малолетние девушки. Даже если мне нравится Юля.

– А она Вам нравится?

Этот вопрос я оставил без ответа, но Виктория и так поняла меня.

– Вы не сердитесь на меня, я не со зла. На счет первого – Вы приятный молодой человек. Просто я волнуюсь за единственную дочь.

– Я Вас прекрасно понимаю. Если Вы не против, я завтра загляну. И да, вот, – я достал из кармана визитку и протянул ее Виктории, – там мой номер. Если что-то понадобится, всегда звоните.

– Спасибо Вам.

Я кивнул и, попрощавшись, вышел из квартиры.

Сделал глубокий вдох и улыбнулся.

Черт! Ну, почему она такая красивая? И стеснительная…

В кармане заиграл рингтон мобильного.

Гриша.

– Слушаю, брат.

– Захар, привет. Я нашел, где тусуется Гринич. Можем прямо сейчас поехать туда.

– Я поеду один, а ты будешь дома.

– Тогда я тебе не скину адрес, – серьезно ответил Гриша.

Ему хоть и было всего двадцать четыре, но он всегда переживал за родных и старался поддерживать в меру своих сил. И меня это очень волновало.

– Мелкий, уши надеру, – хмыкнул в трубку, выходя из лифта и спускаясь вниз по ступенькам.

– Да-да, я знаю.

– Жди, буду у тебя через двадцать минут.

– Договорились. Успею шнурки погладить. Гринич заценит.

– Да, именно об этом он и мечтает.

Я сбросил вызов и, отключив сигнализацию на машине, сел за руль.

– Жди Гриня, кому-кому, а тебе уши надеру, падла!

Спустя практически час мы добрались до бара «Берлога», где вовсю шумела музыка. Не любил я такие заведения и сам в них был крайне редким гостем. Если кто на праздник позовет. Куда больше я любил провести время у телевизора со стаканом виски. И то, алкоголь лишь в редких случаях.

– Черт, это точно бар? Басы как из клуба, – я скривился, недовольный здешней атмосферой.

Авто поставил на сигнализацию.

– Здесь своя туса. Ну, в принципе, а чего ты ждал от Гринича?

– Действительно.

– Ты мне так и не сказал, зачем он тебе понадобился?

– Девушку он обидел. Поговорить надо.

– Это ту, что ты вчера спас? – я в ответ лишь кивнул. – Может, просто развлечься хотел?

– А мне не похер что именно он хотел?

– Судя по настроению, не похер.

– Она малолетка, Гриш.

Парень присвистнул и, открыв двери, вошел в помещение.

Внутри было еще больше шума, чем на улице. Здесь все галдели, кричали, пищали. Я не понимал этого, не понимал, как можно общаться в таком шуме.

Обведя взглядом присутствующих, зацепился за Гриню, которого в простонародье кликали Витя. Тот выпивал с друзьями и лапал какую-то бабу, активно предлагающую себя. Мне захотелось сплюнуть, но я сдержался.

– Гриш, побудь здесь, я сам, – попросил брата, собираясь пойти на разговор.

– Ладно, я отсюда посмотрю, – согласился Гриша, усаживаясь на барный стул.

Я подошел к столику, за которым сидел Гриня, и остановившись, хмуро на него глянул.

– О-па, – протянул тот, взглядом обводя нежданного гостя. – Цыпочка, а ну-ка, погуляй, – пошлепал свою телку по заднице и, проведя ее взглядом, снова обернулся ко мне. – Вот так не ожидал тебя здесь увидеть.

– А я как раз и ожидал застать тебя именно здесь.

– И чем обязан? – он вальяжно развалился на диване, смерив меня надменным взглядом.

– На кого ты работаешь?

– Не понял.

– Понял. Не строй из себя идиота. Ты знаешь, о чем я говорю.

Я приземлился напротив собеседника. Мне не нравилось, что этот ублюдок начал морозиться.

– Слушай, Сарбаев, шел бы ты подальше.

– Спрашиваю еще раз, на кого ты работаешь?

– Причина твоего вопроса?

– Та девочка. Ты знаешь, что она малолетка?

– Зато смотрю, ты хорошо осведомлен.

– Не переходи мне дорогу, Гринич. Малолеток обижать не дам. Узнаю, что ты снова к ней или к другим девочка подкатывал, яйца оторву без анестезии. Понял меня?

– Я не боюсь тебя, Захар. Да и придраться ко мне не за что. Ну увидел ты, что я приставал к девчонке, а где доказательства?

– Доказательства есть. Будь уверен.

Поднявшись и осмотрев зал, я негромко добавил:

– Со мной лучше не спорить, Гриня. Ты знаешь, руки ломаю хорошо. На опыте.

Я развернулся, нашел взглядом брата и пошел к выходу.

Я знал, что мне никто не признается, но также знал, что Витя меня боится, как бы ни говорил обратное. Меня многие боятся, хотя и скрывают это. Почему боятся? Да потому что я всегда за справедливость, но в то же время очень жесток к тем, кто не любил эту самую справедливость. Я наказывал, не боясь последствий. А теперь появилась моя маленькая девочка, моя Юлька, покорившая сердце с первого взгляда. И мой долг – защищать малышку.

Оказавшись на улице, остановился недалеко от входа.

Сделал глубокий вдох и достав сигарету, прикурил.

– Ну, что брат? Есть результат? – Гриша подошел тихо и остановился сбоку от меня.

– С этим ублюдком не все так просто. Но я уверен, что работает он не один. Кто-то им руководит.

– Молчит?

– Конечно. Но я предупредил его.

Затянувшись, бросил взгляд на брата, который прекрасно понимал, о чем я говорю.

– Главное, будь осторожен. Тем более я не дурак, все вижу.

– Видеть ты можешь сколько угодно, а вот говорить.

– Я знаю, брат.

На секунды музыка из бара стала громче. Кто-то открыл двери и снова наступил приглушенный гул.

Затянувшись последний раз, я выкинул окурок и почувствовал чье-то присутствие. Я даже знал, кто именно стоит за моей спиной.

– Решил все-таки признаться? – поинтересовался чуть громче, чем стоило бы, и Гриша резко развернулся к врагу лицом.

– Что ты, Захар, мне не в чем признаваться. А вот тебе сказать хотел: не приходи на мою территорию, опасно здесь.

Я медленно повернул голову и, хмыкнув, произнес:

– Смотри, чтобы ты не лишился своей территории.

Гриша похлопал меня по предплечью, и мы вместе двинулись к автомобилю. Не нравилось мне происходящее, особенно, когда что-то творили за спиной. А теперь в мои дела входила и девушка, к тому же маленькая и беззащитная. Я хотел ее уберечь от этой шавки и собирался сделать все возможное.

– Может, тебе к дяде обратиться? – произнес Гриша, когда мы ехали по трассе в сторону дома.

– Ты же знаешь, я сам привык решать проблемы. Или меня из-за дяди все боятся?

Гриша хмыкнул и, посмотрев на меня, произнес:

– Точно не из-за дяди. Твоего взгляда только смелый не боится. Ну и я. Хотя я тоже смелый.

– А тебе и не положено меня бояться. Слушай, Гриш, у меня к тебе просьба.

– Какая?

– Старайся сейчас Мари не отпускать никуда одну.

– Думаешь, посмеет?

Я пожал плечами.

– Исключать не стоит.

– Понял. Буду рядом.

От ублюдков, которые обижают женщин, можно ожидать чего угодно. Я это знал не понаслышке, и потому попросил Гришу не отходить от сестры. Волновался за нее. У девчонки вся жизнь впереди. И я не хочу, чтобы ее счастью помешал Гриня.

Забросив брата домой, я поехал к себе на квартиру. Жил я отдельно, но практически рядом с домом своей семьи. Специально выбирал квартиру неподалеку, чтобы в случае чего всегда быть рядом. Но хотел бы прямо в том же доме, а вышло в паре кварталов от родных.

Через семь минут припарковал автомобиль около своего подъезда и, достав телефон, задумался. Снова мыслями вернулся к девочке. Мне вдруг стало интересно что она сейчас делает, как себя чувствует. Но звонить и спрашивать ее об этом я не собирался.

Быстро отыскал номер телефона, который мне прислал сегодня помощник, и написал три простых слова. «Спокойной ночи, кроха». На лице отчего-то заиграла улыбка, и, спрятав мобильный в карман, отправился спать.

Глава 3

– Юленька, доброе утро! Как твое самочувствие? Боль хоть немного утихла?

Мама вошла в комнату и сразу же открыла ночные шторы, а я, довольная, потянулась в кровати и улыбнулась ей.

– Все хорошо, мамуль. Болит меньше.

– Ты такая счастливая с утра. Что-то произошло?

– Эм… да нет, просто Захар прислал мне сообщение, пожелав доброго утра, – о том, что я получила еще и ночное сообщение, решила промолчать.

– Девочка моя, – мама улыбнулась, но в глазах я заметила грусть.

Она подошла к кровати и присела около меня.

– Мамуль, ты чего?

– Доченька, Захар – приятный молодой человек, и он мне понравился. Но не забывай, что он взрослый. Сколько между вами разница? Двенадцать?

– Я знаю, мам. Но это же просто сообщение.

– Надеюсь, Захар – умный парень, и глупостей не натворит.

– А когда мне исполнится восемнадцать, ты же не будешь запрещать встречаться мне с парнями?

– У тебя будет самый лучший парень. И, конечно же, я не буду запрещать, что за вздор? Просто сейчас ты еще несовершеннолетняя, а Захар…

– Мамуль, Захар – друг, не более.

– Хорошо, надеюсь, это так. Иди умываться, а я пока чайник поставлю. Сама справишься?

– Думаю да, – кивнула и начала подниматься. Колени болели, но дойти до ванной я могла сама.

Выполнив утренние процедуры, я привела свои волосы в порядок и медленно прошла на кухню. Там уже вовсю пахло любимыми макаронами по-флотски. К ним еще папа нас приучил, и мы раз в неделю готовили это блюдо.

Улыбнувшись, носом втянула запах и словила мамин заинтересованный взгляд.

– Ох, не нравится мне Юля твое настроение.

– Почему? Оно же прекрасное.

Да уж, я как раз понимала, что именно маме не нравится, но соглашаться не хотела. Ну, думаю я о Захаре, но ведь и мысли из головы так просто не выбросить. Вот зачем он мне написал? Зачем пожелал сначала спокойной ночи, а потом доброго утра? Для такой девушки, как я, это очень много значит. Нет, конечно же, я не нафантазировала себе замок из песка, просто теперь постоянно думала о молодом мужчине. А не напиши он мне, я бы, возможно, и не вспомнила сегодня о нем.

Как же! Не вспомнила бы. Да кто же забывает своего спасителя?

И я бы не забыла. Еще и дружбу предложил. Как можно от такого отказаться?

А мама думает, что ее дочь влюбилась. Хэх, ну да, нужна ему такая девушка, как я – мелкая, да еще и романтичная. У Захара наверняка нет отбоя от девчонок. Ну, а что, он красивый, сильный, надежный, и наверняка в пару себе выбрал самую красивую девушку.

Мне вдруг захотелось посмотреться в зеркало, но я опомнилась и не сдвинулась с места. Одноклассники говорят, что я красивая. Возможно, и Захару понравлюсь?

Глотнув немного горячего чая, я принялась за завтрак, то и дело улавливая на себе взгляды мамы. Она, как никто другой, видела изменения в дочери и очень переживала. Не хотела, чтобы я потом страдала и залечивала раны. Такая вот я юная и ранимая девочка.

– Как на счет испечь пирог с яблоками? А потом можем посмотреть комедию или мультфильм какой-то.

– Я не против. С тебя тесто, с меня яблоки.

– Договорились. А то чего нам скучать целый день? Мне на работу только завтра, а ты вообще у нас на больничном теперь.

– Нужно будет еще Вере позвонить или Агате, чтобы классной руководительнице передали, что я на больничном.

Мама кивнула и щелкнула меня по носу.

После завтрака мама мыла посуду, когда позвонили в дверь. Кто пришел, мы понятия не имели, ведь никого не звали в гости, а мои подруги были в школе на занятиях.

Мы только переглянулись с мамой и пожали плечами.

На секунду я даже подумала, что Захар решил сделать сюрприз и прийти без приглашения. Но открыв двери, я опешила.

Степан. Троюродный брат.

– Привет, сестренка. Рада видеть?

Я немного отошла назад и криво улыбнулась.

– Привет. Неожиданно.

Степан был сыном папиной двоюродной сестры и приезжал в гости к нам крайне редко. Можно сказать – никогда. А сегодняшний визит стал для меня удивлением.

Насколько я знала, о Степке говорили не очень хорошо. Непутевый был, одним словом, и зачастую ленился, работать не хотел. А для нашей семьи это было неприемлемо.

– Мать дома?

– Дома. А ты чего вдруг навестить нас решил? Понадобилось чего?

– Да просто. Что, в гости уже нельзя приехать к родственникам?

Я даже бровь приподняла и, кивнув на Степкину обувь, произнесла:

– Разувайся. Чаем угощу.

Пока парень возился с обувью, а потом еще минут пять мыл руки, я успела вскипятить чайник, снова ловя на себе загадочные взгляды мамы.

– Не к добру он пришел, Юльк, не к добру, – прошептала она, вытирая последнюю вымытую тарелку.

Я только мельком глянула на маму, но промолчала. Ее слова заставили меня волноваться.

Но когда на кухню зашел Степан, вроде все было хорошо. Мы пили чай, общались на тему родственников и работы. В общем, было немного скучновато. Да и мне хотелось уже прилечь, все же боль в коленях никуда не делась. И стоило только вспомнить, от чего она появилась, как в голове проскользнула мысль о Захаре. А потом звякнул телефон.

«Тебе нужен свежий воздух. Заеду вечером», – гласило сообщение от Сарбаева.

Да я едва не пискнула от радости и тут же прикусила губу. Не выдавать себя. Не выдавать.

И все, после этого мне уже совсем не интересен был Степан, особенно, когда он заговорил о деньгах. Видите ли, долги у него насобирались.

– Извини, Степ. Я сейчас с коленями на больничном, мама на лекарства тратится. Потому никак не сможет одолжить. Да и выпускной класс, сам понимаешь.

Я специально влезла в разговор, потому что мама у меня слишком добрая душа – отдаст последнее. А я не хотела, чтобы потом мама себя корила. Любит она винить себя, что мне мало достается. Нет же, я не просила многого, а просто хотела, чтобы моя мама улыбалась и не винила себя не пойми в чем.

– Ладно. Пойду я тогда уже. Пора. Засиделся.

Ну вот, и взгляд у Степана изменился, когда понял, что денег ему не видать здесь.

– Проводишь? – обратился ко мне, и я, облизнув нижнюю губу, задумчиво кивнула.

– Ты, если что, приходи к нам, Степан. Мы всегда рады.

А мне хотелось закричать «нет, не приходи, не рады, тебе деньги нужны», но я промолчала. Не нужно маме волноваться.

Я наблюдала, как Степа обувается, и думала о том, почему парень ведет такой образ жизни? Не работает, гуляет за чужой счет. Неужели и девушек ему оплачивают?

Парень открыл дверь и только собирался выйти, как резко развернулся и прижал меня к стене, крепко схватив за горло.

– Узнаю, что солгала, мужиков на тебя натравлю. Сучка!

И он так же резко меня отпустил, оставляя в шоке от услышанного.

Сердце гулко колотилось в груди, губы пересохли, а к щитовидке подкатила боль. Я испугалась не зная, чего ожидать от этого человека. Да я, по сути, и так его не знала, лишь поверхностно, и то не самое хорошее.

Рукой обхватила горло и, сглотнув, поспешила захлопнуть дверь.

Когда я так сильно переживала в последний раз? Да не было у меня такого. Моя семья жила спокойно в любви и согласии и врагов не имела. Да Степан даже о деньгах ни разу с нами не заговаривал, пока отец был жив. А теперь что, осмелел? Решил шантажировать? И кого? Меня! Малолетнюю девчонку, у которой за душой ни гроша. Да и мама на мели, особенно сейчас, после покупки дорогих мазей и обезболивающих. Я и так чувствовала себя виноватой, а тут еще Степка со своими угрозами.

Смахнув слезу, я пошла на кухню, дабы не вызвать у мамы подозрений. Говорить ей о сцене в коридоре я не собиралась. Не хотела лишний раз волновать ее, зная, как сильно мама принимает все близко к сердцу. Ну а дурачок этот… что он сделает? Я ведь не соврала, у нас действительно нет денег.

– Мамуль, ну что, пирогом займемся?

Войдя на кухню, уточнила я, но тут же нахмурилась, увидев расстроенную родительницу.

– Ты чего? Папу вспомнила?

Я подошла и обняла маму, а та в свою очередь погладила меня по спине.

– Папу я не забываю, милая.

– Ну, тогда чего?

– Да не нравится мне приход Степана. Темнит он что-то.

– Мамулечка, все будет хорошо. По крайней мере, у нас есть Сережа. Мы не одни.

– Да, ты права, доченька.

Мама поцеловала меня в висок и вдохнула мой запах, носом уткнувшись в макушку.

Как же я обожала обниматься с мамой. Никто не мог заменить ее объятия, родной запах и заботу. Она мой самый важный человек в жизни. И таким был папа до тех пор, пока не остановилось его сердце. Нет, я и сейчас помню о нем, люблю, только уже никогда не смогу обнять.

У папы прямо на работе прихватило сердце. Ишемия. Он выпил таблетку, понадеявшись, что она поможет, а через полчаса его не стало. Обширный инфаркт.

Смерть отца и мужа стала для нашей семьи огромной трагедией, но мы нашли в себе силы жить дальше. Ради друг друга, ради нашего будущего, а мама всегда твердит, что живет ради своей дочери.

– Так, пирог. Я замешиваю тесто, ты готовишь яблоки, – отвлеклась мама, и я довольно кивнула.

– Договорились.

К слову, пироги напекли вовремя. Вечером в гости заглянула Вера, принеся с собой коробку сока и пакет с фруктами. Вера была из более обеспеченной семьи и всегда имела карманные деньги, потому и могла позволить себе потратиться на гостинец для подруги. У меня такой возможности не наблюдалось. По крайней мере, сейчас, пока я сама еще не работала.

Мы сидели на кухне, пили чай и болтали об одноклассниках. Мама ушла в комнату, позволив молодежи, то есть нам, посекретничать.

– А что там Агата говорила? У тебя спаситель нарисовался?, – с любопытством произнесла Вера, стреляя в мою сторону хитрыми глазками.

– Пффф, вот уже тарахтушка.

– Так это правда?

– Смотря что тебя интересует.

– Ну… – она ноготком поскребла по столешнице и игриво спросила: – а он красивый?

И вот тут меня словно под дых ударили. Мне не понравился этот вопрос, и я соврала:

– Обычный. Спас от хулиганов, и спасибо ему.

– И что, за спасение даже поцелуй не попросил? Ну типа в благодарность.

– Боже, Вер, о чем ты думаешь?

– Эх, скучная ты, Юльк. А вот Агата сказала, что он хорош. Так что, если объявится, ты сообщи, я возьму его в оборот.

– Не говори глупостей, ему нет дела до малолеток, – отмахнулась я и поднесла кружку к губам, чтобы спрятать свое недовольство.

– Эх… ну посмотрим. Ты главное дай знать…

Но сегодня был точно не мой день, потому что именно после этих слов на телефон пришло сообщение. На весь экран высветилось окошко с подписью от Захара: «Ты дома? Я сейчас зайду?»

– Это кто? – округлив глаза, не без любопытства уточнила Вера, и на ее лице тут же засияла улыбка. – Это он, да? Твой спаситель.

– Нет, просто знакомый, – снова соврала я.

Мне не нравилось чрезмерное любопытство подруги. И еще больше раздражало, что это любопытство было к Захару.

– Ладно, расслабься. Пошли проводишь.

Вера поднялась со стула и медленно побрела в прихожую.

– Ты когда на учебу?

– Пока не знаю, – пожала плечами, – через пару дней в больницу, на повторный рентген.

– Понятно. Надеюсь, все будет хорошо.

– Я тоже надеюсь. Не очень бы хотелось пропускать школу.

Вера надела куртку, подмазала губы блеском и, довольная, подмигнула себе в зеркале.

– Теть Вика, пироги шикарные. Спасибо! – крикнула она в сторону комнаты и скользнула ногами в сапожки.

– На здоровье, милая. Приходи еще, мы всегда рады, – мама на секунду выглянула из комнаты и улыбнулась моей подруге.

– С удовольствием.

Поправив волосы, Вера обернулась ко мне:

– Выздоравливай, мы тебя ждем в школе.

– На следующей неделе я просто обязана вернуться за парту.

Щелкнув замком, я открыла дверь и застыла. Как раз в этот момент подошел Захар. Как всегда одет с иголочки, идеально уложенные волосы, и невероятно холодный взгляд. В руках он держал бумажный пакет, и несмотря на то, что глаза его были холодны, на губах сияла красивая улыбка. Разве такое бывает?

Господи, как же мне не хотелось, чтобы Вера с ним встретилась.

– Привет, – произнес он, смотря мне в глаза, и вовсе не обращая внимания на мою подругу.

– Привет, – тихо ответила я, немного смущаясь.

А Вера и не просила представлять ее. Она сама вклинилась.

– Привет, красавчик. Меня Вера зовут, – она протянула руку, но Захар не пожал ее. Одарил лишь хмурым взглядом. – Ты Юлькин спаситель?

– Нет. Я просто ограждаю Юлю от всякого болота.

Верка как-то неоднозначно скривилась и, опустив руку, одарила меня недовольным взглядом.

– Ну-ну. Всего доброго.

И она вышла из квартиры с гордо поднятой головой. Не идет, а пишет. Так про таких обычно говорят. И чего она добивалась? Привлечь внимание Захара? Это вряд ли. Ему не интересны маленькие девчонки вроде нас.

– Прости, я не вовремя?

В ответ я пожала плечами:

– Раструбит всей школе.

Глава 4

Целый день я не находил себе места. Покоя не давали мысли об уроде Гриниче и его поступке. А еще перед глазами то и дело возникали глаза Юльки. Голубые, глубокие… такая невероятная девочка, такая маленькая, не оставляющая в покое мой разум.

Черт!

Я даже пару раз порывался написать ей или позвонить, но понимал, это будет лишним. Хватит с меня утренних и вечерних пожеланий. Нет, безусловно я собирался к ней вечером заехать, но только для того, чтобы лично узнать о ее самочувствии.

– Братик, привет. Как дела? – тут же защебетала Марианна, стоило мне ответить на вызов.

– Все нормально. Только закончил работать.

– Ммм… ты сегодня заедешь?

– Не знаю еще, пока занят. Что-то случилось?

– А чем занят? – игриво спросила она, а я вздохнул и улыбнулся.

Знал, что сестра хочет от меня услышать.

– Еду в гости к девушке.

– Так-так, это то, о чем я думаю? Наша Юлька?

– Наша? Это еще что значит?

Я завел двигатель и медленно тронул авто в сторону дома девушки.

– Послушай, если тебя зацепила девушка не в горизонтальной плоскости, значит, она мне уже нравится.

– Было бы все так просто.

– Будет, братик, обязательно будет. В общем, тебя сегодня не ждать.

– Скорее так и есть.

– Ну ладно. Но я буду ждать, когда ты меня с ней познакомишь.

– Тебе, наверное, скучно дома, да?

– Угу, – выдохнула Мари и тут же произнесла: – Гришаня поехал на свидание. Хи-хи, можно подумать я не знаю, что у него за свидания.

– Извини, мы иногда бываем болванами. Я позже заеду.

– Ну, ты что, братик. Не переживай. Я же все понимаю. Посмотрю романтическое кино, закажу пиццу, а потом лягу спать. Вы мне еще завидовать будете.

– Однозначно, – хмыкнул я и остановил машину около булочной.

– Ну, хорошо, не буду мешать. Юльке привет.

– Пока, сестренка.

Отключившись, убрал телефон в карман и бросил взгляд на магазин. Его держал мой знакомый, который уже года два занимался торговлей. Точнее, открывал небольшие пекарни, а при них сразу же и магазинчики, чтобы люди могла покупать горячую выпечку.

Мне здесь нравилось, и я хотел, чтобы Юлька тоже оценила их выпечку.

Накупил различных булочек, крауссанов и пирогов и, довольный, поехал к малышке.

Я очень надеялся, что еще не надоел ей своим вниманием, и она позволит приезжать к ней хотя бы иногда.

Понимал, что это неправильно, и все равно не мог не поехать. Хотел увидеть эти чистые глаза, наполненные теплом и светом. Хотел просто знать, что с девчонкой все хорошо, и ей ничего не угрожает.

Хрен там, все это отговорки. Тянуло меня к ней с дикой силой, но слава Богу, просто чисто на уровне душевной симпатии. Иначе бы я себя не понял. Хотя… девчонка в таком возрасте, что на нее явно засматриваются парни, и точно не в душу. А вот эта мысль мне не нравилась.

Вернувшись в авто, тронулся в сторону дома Юльки. Тут главное еще, чтобы Виктория меня не прогнала, иначе хрен я увижу свою девочку. Черт! Не моя она, но…

Я выругался и с силой стукнул руками по рулю.

О чем только думаю, идиот! Ну красивая девчонка, фигуристая, с невероятно глубокими голубыми глазами. Но разве можно влюбиться, не зная, какова она на вкус? Понятия не имею. И не хочу думать об этом. Не сейчас. Может, через пару лет, если не пройдет то, что сейчас начинается. Хотя я глубоко сомневаюсь, что могу быть увлечен девушкой так долго.

Через пятнадцать минут я притормозил около подъезда Юльки, и решил перекурить, дабы не дымить у нее в квартире. Вышел на улицу и, подкурив, поднял взгляд. Я уже знал, где ее окна, и сейчас видел, что в них горит свет.

Затянулся и улыбнулся.

Веду себя словно подросток и ничего не могу с этим поделать.

Достал телефон и написал ей сообщение: «Ты дома? Я сейчас зайду?» Просто хотел предупредить, что я уже рядом, а не заявляться вот так неожиданно.

Ответ не пришел, да я особо его не ждал. Видел по окнам, что девочка дома. Собственно, с ее-то ушибами, где еще ей быть.

Ладно, чтобы меньше думать, я потушил окурок и, забрав из машины пакет с выпечкой, поднялся на нужный этаж. И не успев нажать на звонок, дверь распахнулась и передо мной появились две девушки. Но мой взгляд замер на взволнованной Юльке.

Дождавшись, когда мы останемся одни, я внимательнее всмотрелся в ее глаза:

– Прости, я не вовремя?

– Раструбит всей школе.

Юля отошла в сторону, позволяя мне войти в квартиру, а я не спускал с нее глаз. Прикрыл двери, разулся и, поставив пакет на столик, подошел к ней. Руками взялся за плечи и заметил, как она вздрогнула. Все еще опасаясь моего присутствия.

– Что она раструбит? То, что я к тебе в гости пришел?

– Поверь, она не так скажет. Подумает, что мы встречаемся.

– Пусть что хочет думает, тебя это волновать не должно. А скажет лишнего – пожалеет.

Юлька неуверенно кивнула, заламывая пальцы на руках, и тут же указала рукой в сторону кухни.

– Чаю?

– Да, я тебе привез вкусной выпечки.

– Спасибо. Не стоило. Мы с мамой пирог испекли.

– Тогда я вам, вы мне, – улыбнулся ей и тут же повернулся к двери, ведущей в комнату, – Виктория Николаевна, я снова приехал надоедать. Угостите чаем?

– Захар, добрый вечер. Почему сразу надоедать? – улыбнулась женщина, выйдя из комнаты.

– Ну, зачастил я к вам.

– Не говори глупостей. Идемте на кухню.

Виктория прошла вперед, а я обратил внимание на то, как Юлька прихрамывала и иногда морщилась. От этого сжались кулаки, и мне немедленно захотелось снова отыскать Витьку, и на этот раз точно набить ему рожу. Конченный ублюдок! Из-за него страдает девчонка, мучается с больными ногами. Козлина! Сам бы его ноги повырывал.

– Захар, как прошел твой день? – отвлекла меня от плохих мыслей Юлька, и я расслабился.

Не стоит перед ней показывать свой гнев. А то ненароком еще больше меня испугается.

– Нормально. В офисе был, решал дела.

– А чем вы занимаетесь, если не секрет?

Виктория включила чайник и принялась доставать чашки из шкафа.

– Виноделием. И планирую разработать собственный рецепт сыра.

– Ого, похвально. Вы молодец.

– Ой мне надо колени намазать. Схожу за мазью, – вспомнила Юлька, привлекая к себе внимание.

– Так, давай я помогу, а то не нравится мне, как ты хромаешь.

Я тут же подхватил девочку на руки и услышал ее тихий вздох.

– Я так и привыкнуть могу, а ты потом исчезнешь, – прошептала она, и только я посмотрел в ее глаза, как увидел ее смущение.

– Не исчезну, – прошептал так же тихо и уложил ее на диван. – Где твоя мазь?

Юлька кивнула на стол, где лежали несколько коробочек с лекарствами. Я взял одну из них и повернулся к девочке:

– Эта?

Она кивнула и протянула руку, но я не отдал.

– Я отвернусь, ты пока разденься и прикройся.

– Я сама могу, Захар.

– Нет, я хочу видеть последствия случившегося, и помочь тебе.

– Нет. Прости, я не позволяю, – серьезно произнесла Юля и снова протянула руку, чтобы забрать мазь.

Я молча кивнул и передал ей тюбик.

– Если нужна будет помощь, зови.

– Спасибо.

Я вернулся на кухню, где Виктория уже вовсю разливала чай по чашкам.

– Виктория Николаевна, вы позволите забрать Юлю на прогулку? Ей необходим свежий воздух.

– Присаживайся за стол, – она кивнул на стул около окна, а сама присела напротив. – Ты не у меня спрашивай, Захар, ты у Юли спрашивай. Думаешь, я ничего не понимаю?

– Вы о чем?

– Влюбились вы. Причем взаимно это! Только слепой не заметит. Но ты знай, тронешь ее до совершеннолетия, я в суд на тебя подам. Ты мне нравишься, но она моя дочь, и меня очень волнует ее судьба.

Я видел, что Виктория была настроена решительно. Лицо и строгий взгляд говорили о серьезности ее слов, и я прекрасно понимал позицию матери. Сам бы поступил куда жестче, если бы за моей дочерью ухлестывал взрослый мужчина. Хотя я к Юльке отношусь как к другу, наверное. А вот слова ее матери о влюбленности, заставили меня задуматься. Неужели она права? Откуда она может знать то, чего не знаю по своим ощущениям я? Может, потому что я ни разу не любил, и понятия не имею, какие должен испытывать эмоции?

Отпив горячего чаю, я отставил чашку и серьезно посмотрел на Викторию, которая все это время не отводила от меня взгляда. Словно проверяла меня или пыталась что-то прочитать в глазах.

– Я не знаю, о какой влюбленности вы говорите. Мне не знакомо это чувство. Но трогать Юльку я точно не собираюсь. А дальше, как судьба решит.

Виктория медленно кивнула, и чтобы прервать напряжение, царившее в кухне, улыбнулась и положила мне кусок пирога.

– Итак, расскажи мне о себе. Кто ты, чем занимаешься в свободное время, кто твоя семья. Мне все интересно.

– Хорошо. Пирог Юлька готовила?

– Юлька-Юлька.

После долгой беседы и поедания сладкой выпечки, я таки вытащил Юлю на прогулку. Только вот пока мы спустились вниз, я видел, что ей больно ступать и она постоянно морщится. Снова вспомнился Гринич, и руки инстинктивно сжались в кулаки.

– Поедем на машине? Отвезу тебя в красивое место.

Девушка кивнула и позволила мне помочь ей усесться в авто.

Ехали недолго. Место, которое я хотел ей показать, было практически в соседнем квартале.

Юля то и дело смотрела в окно, но еще чаще на меня. Я ощущал ее взгляд, от которого горела вся кожа. Она словно изучала меня, впитывала каждую черточку на лице, каждую морщину, и боялась что-то пропустить. По крайней мере, мне так казалось. Я и сам хотел запомнить в ней как можно больше, правда, думать о чем-то серьезном не смел. Рано еще, и мне, и ей.

Припарковав авто в одном из дворов жилых домом, я перевел взгляд на Юльку, которая с волнением осматривала улицу.

– Не бойся, я тебя не съем.

– Может, ты маньяк?

От удивления у меня брови приподнялись, и я тут же рассмеялся в голос. Даже я подумать не мог что похожу на маньяка.

– Такой страшный?

– Неа, наоборот, красивый.

Я замер и строгим взглядом посмотрел в глаза Юльки. Она растерялась и поспешила отвести взгляд. Я не позволил ей отвернуться. Пальцами взял за подбородок и повернул ее лицо к себе.

– Никогда не говори мужчине о его внешности. Особенно, если ты хочешь ему понравиться.

– Почему? – одно слово, и столько интереса в глазах.

Что происходит, черт возьми?! Она влюбилась? Виктория права?

– Ну, например, я. Ты сказала, а я сразу как тормоз. Что должен отвечать? Типа, спасибо, я прекрасен? – хмыкнул и, приоткрыв окно, закурил. – Это я тебе должен говорить комплименты. И они будут оправданы.

– Я не думала об этом. А можно мне попробовать? – она кивнула на сигарету, зажатую между пальцами, и я тут же нахмурился и отрицательно покачал головой.

– Совсем уже что ли? Тебе детей рожать. Даже не думай о сигаретах.

– Ну не твоих же. Мы так и будем сидеть в машине?

Я внимательно посмотрел в ее глаза и, качнув головой, вышел из салона.

Какая же хрень происходит. Постоянно смотрю ей в глаза. Сука! Ну не могу, нельзя мне, нельзя!

Громче, чем стоило бы, хлопнул дверью, и обойдя машину, открыл дверь для Юльки.

Подал ей руку, и когда она вложила свои пальцы в мою ладонь, я ощутил, как она дрожит.

– Замерзла?

– Нет, все нормально.

– Пойдем, покажу тебе кое-что.

Поставил машину на сигнализацию, и мы вместе пошли к подъезду. Но стоило нам ступить на дорогу, где совершенно никого не было, как вдруг из ниоткуда вылетел мотоцикл на большой скорости. Он несся прямо на Юлю. И я вовремя среагировал, схватив ее за руку и дернув на себя.

Все произошло мгновенно. Мы повалились на землю, Юлька упала на меня, а в ушах стоял дикий рев мотора мотоцикла. Из-за того, что я ушибся головой, не сразу смог подняться, и только когда слегка приоткрыл глаза, заметил, как человек в черном приостановился и швырнув в нашу сторону два цветка, тут же дал по газам. И я громко вздохнул, от того, что в глазах потемнело.

Прикрыл веки и руками прижал девушку к себе.

– Захар! Захар, ты слышишь меня?

– Слышу, малышка, – едва выдавил из себя, продолжая сжимать девчонку.

Боялся, что кто-то ее украдет.

– Захар, у тебя кровь, – дрожащим голосом прошептала она, касаясь моей головы.

– До свадьбы заживет, не переживай.

– До какой свадьбы, Захар? Тебе в больницу надо!

– До нашей свадьбы, Юлька. До нашей.

Глава 5

Я замерла от услышанных слов и тут же потрясла головой. Что он несет? Какая еще свадьба?

– Захар! Ты меня слышишь?

– Слышу, конечно. Есть платок?

– Нет, только салфетки.

– Давай их, – прохрипел он, слегка поморщившись.

– Так ты меня отпустишь? Я не смогу достать лежа.

Захар распахнул глаза и посмотрел на меня стальным взглядом, отчего я поежилась. И как только он ослабил захват, я поднялась на ноги. Но тут же едва не упала, почувствовав резкую боль в коленях. Хорошо хоть мужчина не заметил.

– Давай скорую вызовем. У тебя может быть сотрясение, – я достала салфетки и подала Захару.

Он уже поднялся с земли и приложил салфетку к ране.

– Пустяки, царапина. Ты как?

– Нормально. Захар, это… он взялся из ниоткуда.

– Я знаю.

Вытирая затылок, он подошел к цветам, которые я сразу не заметила, и присев около них, нахмурился.

– Гвоздики? Да еще и две… Это шутка чья-то?

– Шутка, – прошипел он и, поднявшись, достал из кармана телефон.

Я обняла себя руками, чувствуя надвигающуюся неприятность. Сначала я могла подумать, что это просто случайность. Мотоцикл выехал, не заметив людей, но два цветка… Нет, так просто такое не случается.

– Алло, Дмитрий, приветствую. Нет, не просто. Проблема нарисовалась! Срочно, да!

Я отошла на несколько шагов, но слышала, как Захар сообщает кому-то адрес, по которому мы находимся, и говорит взять какие-то приборы. В моей душе разрождается страх, и не теряя больше не секунды, сквозь боль в коленях я бегу к только что открывшейся двери подъезда, слыша оклик мужчины. И едва успеваю забежать в подъезд прежде, чем дверь закроется.

– Фух…

Дыхание сбилось, колени дрожат, а я стою кусаю губы и не знаю, что делать. Не знаю, как выбраться из этой ловушки. Возможно, я преувеличиваю, но откуда мне знать, что все это не подстроено.

– Юля! – громкий удар по двери.

Я вздрогнула и прикрыла рот рукой.

– Юлька, я знаю, ты здесь. Что ты творишь? Юль…

– Захар, оставь меня, пожалуйста, одну. Я не знаю, что тебе нужно, но… не приходи больше. Прошу тебя.

Я до боли прикусила губу и почувствовала, как по щеке скатилась слеза.

Не знаю почему, но мне так нравился этот мужчина, и ровно настолько же я его боялась.

Почему он привез меня сюда, откуда взялся этот мотоциклист и цветы? Он же явно хотел меня сбить. А теперь еще звонок какому-то Дмитрию, которого Захар просит приехать к нам.

– Юля, я никуда не уйду, пока ты мне все не объяснишь.

– Угу, – буркнула я и медленно побрела вверх по ступенькам.

Я не знаю, правильно ли поступаю, правильно ли вообще думать так о Захаре, но мне страшно. Он взрослый мужчина, а я…

Всхлипнула, одновременно вздрогнув, и крепче обняла себя за плечи.

Боюсь я. Страшно мне очень.

Пройдя несколько этажей, я поняла, что каждый последующий шаг мне дается с трудом. Боль усиливалась, и мне уже не хотелось никуда бежать.

Почему, почему я не осталась дома. Лежала бы сейчас под теплым пледом, а еще лучше прижималась бы к боку мамы, и не думала о печали.

Что им всем от меня нужно? Почему ко мне настолько повысилось внимание? Я не хочу так жить. Хочу как раньше. Я и мама, моя учеба, ее работа и общие готовки на кухне. Все! Полный покой и редкие гости в виде Сережи и тети. А Захар… я не знаю, что ему нужно. И правильно ли я сейчас поступаю. А может… может, он так же, как и я, не в курсе происходящего? Не знает, кто это был на мотоцикле и хочет в этом разобраться? А я подумала на него такие гадости.

Какая же я дура!

Плечом прислонилась к стене и, съехав по ней, присела на ступеньки.

Всхлипнула громче и разрыдалась. Что же я творю. Сбежала от человека, который спас меня от насильников. Посмела в нем усомниться. И теперь не знаю, правильно ли я поступила.

Сложила руки на коленях и уткнулась в них, продолжая рыдать от собственной глупости.

– Что он теперь будет обо мне думать?

– Например то, что маленькая Юлька испугалась меня и решила сбежать.

Я вздрогнула и медленно подняла заплаканное лицо. Передо мной стоял хмурый Захар и неотрывно смотрел мне в глаза.

– Прости, – прошептала хриплым голосом и прикусила губу, тут же пряча взгляд.

Мне стало стыдно.

Захар молча присел рядом со мной на ступеньку и, положив руку мне на плечо, тихо заговорил:

– Ты уже надумала, что я решил тебя подставить, или что-то в этом роде?

– Прости, – снова повторила я тихим голосом, не находя в себе смелости посмотреть в его глаза.

– Глупышка. Юлька, я не стану тебе вредить. Я в принципе к девушкам отношусь с уважением. Ну, за редким исключением.

Я неожиданно резко подняла голову и посмотрела на него заплаканными глазами.

– Ты о чем?

– О том, что, если девушка позволяет себе лишнего. Поднимайся, пойдем греться. Или ты хочешь простудиться, сидя на холодном бетоне?

– Не хочу. Ты же сказал, что мне еще детей рожать.

– Именно.

И он поднялся, потянув меня за собой.

– Ты как? Идти сможешь?

– Думаю да, – кивнула и медленно побрела вниз по ступенькам.

А я еще смела думать о том, что могу понравиться такому мужчине. Как же! Даже через пару лет он не обратит на меня внимание. Зачем ему такая глупая, несмышленая девчонка, которая посмела подумать о нем плохо.

Учиться мне разбираться в людях еще долго и нудно.

– Сейчас я с Дмитрием договорю, и поедем в кафе посидим. Хочешь суши?

– Суши? – удивленно переспросила я и вышла на улицу, когда Захар пропустил меня вперед открывая двери.

– Да.

– Никогда не ела суши. Хочу.

– Значит, сейчас поедем.

Захар попросил подождать его в машине, а сам подошел к незнакомому мне мужчине и принялся что-то объяснять. Я поежилась и подставила руки к теплу. Кажется, в машине работала сплидсистема. Надо же! Только говорила, что вечера теплые, и вдруг так резко похолодало.

Снова бросила взгляд на мужчину и поняла, что нужно объяснить ему свое поведение. Все же некрасиво вышло с моей стороны. Надеюсь, он не посчитает меня совсем уж дурой.

Наблюдая за молодым мужчиной через лобовое стекло, отметила, что он снова закурил, и при каждой затяжке выпускал дым в сторону. А ему шло. Не знаю, можно ли так это назвать, но выглядел Захар с сигаретой красиво. Хотя и вредно курить. Я не пробовала, и он не позволил мне.

– Ну, что, готова? – Сарбаев уселся за руль и, улыбнувшись мне, вдруг щелкнул по носу. – Не загоняйся, Юлька, это вредно. А с остальным я разберусь.

***

– Кроха, привет. Ты занята?

– Привет, Захар. Я только с учебы пришла, собиралась пообедать и в уроки погрузиться.

– А если ты уроки перенесешь на завтра? Вес равно выходной.

Я сбросила на стул сумку и, попой плюхнувшись на диван, устало выдохнула.

– Могу и перенести, а зачем?

– Хочу вас с мамой пригласить в одно интересное место.

– Например? – тут же заинтересовалась я. Каждая встреча с Захаром была для меня, как праздник.

– У меня сегодня вечером состоится официальная дегустация вина. И я хочу, чтобы вы пришли меня поддержать.

– Фу, как скучно, Захар. Мне же даже пить нельзя, – хмыкнула я, представляя, как буду скучать на вечере, но вот с поддержкой, это он по адресу.

– Я знаю. Зато маме можно.

– Тогда может быть одну маму пригласишь? – пошутила я.

– Нет, мне важно, чтобы ты была.

И хоть я слушала Захара по телефону, мое лицо все равно залилось краской от смущения. Так стало приятно знать, что он хочет видеть меня в такой важный для него день. Я даже зажмурилась на миг и поежилась, только не от холода, а от непередаваемого счастья. От эмоций, которые бурлили внутри меня в данную секунду.

– Алло, ты здесь, кроха?

– Захар?

– Что?

– Почему ты меня называешь крохой?

– Ты видела себя в зеркало?

– Эм… видела, и что?

Я даже поднялась с дивана и прошла в прихожую, чтобы посмотреть на себя в зеркало именно в эту минуту.

– Ты же самая настоящая кроха.

Тихонько хихикнув, я стянула с волос резинку и растрепала пряди, позволяя им рассыпаться по плечам и спине. Длина уже была ниже середины спины.

– Какой-то необычный комплимент.

– Согласен. Так что? Принимаешь приглашение?

– Ну ладно, только мама на работе. А к которому часу надо быть?

– В семь начало.

– А мама до семи на работе. Но я позвоню, скажу ей и вызову такси.

– Я пришлю за ней машину, во сколько она попросит. А за тобой сам заеду в шесть. Будешь готова?

Я бросила взгляд на настенные часы – начало четвертого.

– Конечно. А в чем нужно быть?

– В чем захочешь. Спасибо, что согласилась.

Я кивнула, хотя знала, что он не увидит.

Попрощавшись до вечера, я побежала в душ. Пока что понятия не имела, что именно надену, да и особо выбора у меня не было. Но вот то, что я хочу завить волосы и оставить их распущенными это точно. Я всегда любила свою шевелюру, но редко носила распущенные волосы, и еще реже делала прическу с помощью плоек и утюжков. А сейчас выдалась прекрасная возможность.

Позвонила маме, рассказав о предложении Захара, и она на удивление обрадовалась и пообещала позвонить мне, когда можно высылать за ней машину. Кстати, на счет второго я уговаривала ее долго. Мне было не особо в удовольствие напрягать своего друга, но и мама моя тоже заслуживала лучшего. Если Захар меня заберет на машине, то почему ей нельзя немного почувствовать себя королевой?

Приняв душ, я укуталась в теплый халат, завязала волосы полотенцем и ушла в комнату приводить себя в порядок.

Намазала тело лосьоном с ароматов ванили, подкрасила ресницы тушью и принялась за прическу. На волосы у меня ушло больше часа. Но это не удивительно, ведь копна у меня знатная, густая.

А вот ближе к шести часам я пыталась найти наряд, но поняла, что особенного ничего у меня нет. Из платьев только одно – черное, с рукавами три четверти, закрытым декольте, и юбка волной длиной до середины бедра.

Придирчивым взглядом осмотрев себя в зеркало, я недовольно скривилась. Но, деваться некуда, это лучшее что у меня имелось. Да и я же не на свидание иду.

Наконец-то собравшись, я опять осмотрела себя в зеркало и вздрогнула, когда по квартире раздалась трель звонка.

Снова бросила взгляд в зеркало, и заметила, что не подкрасила блеском губы. Тут же схватила тюбик и пару раз мазнула кисточкой по губам, ощущая, как сильно волнуюсь. Да так что ладошки вспотели, и я едва не выронила кисточку, мазнув еще и по пальцу.

Второй звонок.

Выдохнула, не понимая, отчего нервничаю, и подойдя к двери, щелкнула замком.

– Прости, я немного задержалась, – приветливо улыбнулась я и тут же застыла на месте.

Улыбки след простыл.

– Степан? – произнесла дрожащим голосом и резко схватилась за дверь, чуть не рухнув на пол.

За ним показался незнакомый мне мужчина.

– Привет, сестренка. Как дела? Выздоровела? – самодовольным голосом спросил Степан, мерзко играя спичкой во рту.

– Нормально все. Степ, я опаздываю. Мне некогда принимать гостей, – я хотела закрыть дверь, как незнакомец резко ударил по ней ладонью, отчего та громыхнула о комод.

Я вздрогнула, таращась на незваных гостей испуганными глазами.

– Что вы себе позволяете? Степа, кто этот мужчина?

– Кто этот мужчина? – ответил вопросом на вопрос. – Ну, ты же помнишь, две недели назад…

– Ч-что, две недели назад? – дрожащим голосом уточнила я.

– Я тебе обещал, соврешь – будет весело.

Бросив взгляд на незнакомца, а затем на Степу, я сделала шаг назад.

– Я тебе не врала ни в чем.

– Серьезно? А посиделки в кафе на Берестейской?

– Ты за мной следишь?

– Просто у меня полно знакомых, которые видели тебя там. Пироженки жрем, мороженки. Девочка любит сладкое, или что?

Мое сердце забилось чаще, когда незнакомец двинулся в мою сторону, и резко схватил за горло, затылком стукнув о противоположную стену.

Поморщилась от боли, но по инерции схватила руками его запястье. Правда, силы были не равны, и я не могла оторвать его ручищу от себя.

– Стэп, а у тебя красивая сестра. Вкусная наверняка. Ммм… конфетка? Дашь себя попробовать?

Я сглотнула, и как рыба приоткрывала рот, но сказать ничего не могла. Мое тело окотило ознобом, а душу сковал страх перед неизвестностью. Мне стало страшно, и больно, я… даже не знала, что сделать, чтобы хотя бы попытаться сбежать.

– Уверен, ты меня не забудешь…

– Ты меня тоже! – услышала стальной голос Сарбаева и почувствовала, как по моей щеке покатилась слеза.

Глава 6

Голос Захара принес некое облегчение, но все равно страх никуда не исчез, а крепкая рука продолжала удерживать меня за шею.

– Ты вообще кто? – спросил Степан, скривившись.

– Девочку отпустили. Сами поговорим.

– Слыш, дядя, вали отсюда, пока мы тебе голову не пробили, – съехидничал мужика и крепче сжал горло.

Я закашлялась, и по щекам снова потекли слезы. Только теперь от боли.

А дальше происходило что-то невероятное. Захар размахнулся и двинул Степану в челюсть. Парень попытался ответить, но мой спаситель резко заломил ему руку и снова нанес удары только теперь в живот. Но в следующую секунду и сам пропустил удар. Мужик оттолкнул меня в сторону, и я упала, а затем он размахнулся и ударил Захара в бок. Я зажмурилась, когда услышала хруст, сначала один, потом второй. И даже боялась открыть глаза, чтобы узнать, что происходит. Было так страшно и противно, что меня едва не стошнило.

Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем почувствовала на себе прикосновение рук.

Вздрогнула.

Нежное касание к щеке, и тихие нашептывания на ухо.

Медленно открыла глаза и не сразу поняла, что возле меня Захар.

– Малышка, ты как? Что-то болит? Ударилась?

Я медленно покачала головой и, подняв голову, заглянула в его взволнованные глаза.

– Ты снова меня спас.

– А у тебя снова неприятности, и мне это не нравится. Что этот ублюдок от тебя хотел?

– Денег. Он… он уже приходил к нам. Он живет за чужой счет всегда. Хотя раньше к нам не заявлялся, пока папа был жив. А теперь… в прошлый раз мы ему отказали в деньгах, потому что у нас нет их, и он… – я всхлипнула и руками прикрыла лицо, – он сказал, если я обманула, то наведет на меня мужиков.

– Вот гоблин ушастый! – выругался он и тут же убрал мои руки от лица: – Ты же не врала, какого хера он пришел снова?

– Кто-то из его людей видел меня в кафе, – я пожала плечами и поежилась, – и доложили ему, что я ела.

– Бля, кроха, ты сейчас серьезно?

– Ты мне не веришь? – я замерла на нем взглядом, боясь, что он посчитаешь меня дурой.

– Я верю тебе, но я не верю, что бывают такие ублюдки. Жаль, что я только по одной руке им сломал! Надо было обе!

– Захарушка, не нужно, пожалуйста, не делай этого. Они чокнутые, могут на тебя напасть. А я… лучше пойду в полицию.

– Юлька, успокойся, никто на меня не нападет. Эти два ушлепка уже в полиции.

– Правда?

Я не ожидала услышать такую новость и от радости кинулась Захару на шею. Может, и неправильно радоваться такому, но я не знала, чего еще можно ожидать от Степана и его дружков.

– Не переживай, он тебя больше не тронет. Я лично проконтролирую, чтобы за нападение ему дали срок. Небольшой, но для перевоспитания хватит.

– Спасибо тебе, Захарушка, – я отстранилась и заглянула в его глаза, а затем оставила короткий поцелуй на его щеке.

Сарбаев посмотрел на меня непонятным взглядом и немного отстранился, чтобы между нами было расстояние.

– Не называй меня так, кроха.

– Почему?

– Потому что я мужчина, а не пацан. Разве я похож на сосунка?

– Глупый ты. Не в этом же дело. И о том, что ты мужчина, говорят твои поступки. Но я все равно буду называть тебя так.

– Ладно, – улыбнулся и, заправив мои волосы за ушко, добавил: – но только когда мы одни. Мои друзья и знакомые точно не поймут «Захарушку».

Я хихикнула и согласно кивнула.

– Ты успокоилась? Уже не нервничаешь?

– Уже легче. Прости, что я все испортила.

– Не начинай. И давай, беги в ванную, приводи себя в порядок, и поедем. Я подожду здесь.

– Хорошо.

Поднявшись с дивана, на который меня принес Захар, я прошла в ванную. Пришлось умыться, так как туш потекла, когда я плакала. И на этот раз решила уже не красить ресницы. Только губы мазнула прозрачным блеском, и немного причесала волосы.

– Я готова, – сообщила, вернувшись в комнату.

Захар стоял лицом к окну и медленно развернулся на мой голос.

Осмотрел с ног до головы и улыбнулся.

– Тогда идем.

– Угу.

Забрав сумочку и ключи от квартиры, я подождала, пока мужчина выйдет на площадку, и только потом закрыла двери на ключ.

Вроде бы волнение отступило, но когда я вспомнила, куда именно мы едем, снова распереживалась. И кажется, это не укрылось от Захара.

– Ты чего, кроха? – шепнул он мне на ухо уже у машины.

– Не знаю, – пожала плечами, – волнительно мне, никогда не была на подобных мероприятиях.

– Тебе нечего там бояться. Я буду рядом, и никто не посмеет тебя тронуть.

– Знаю, но все равно не по себе. Там же будет много народа.

– А ты представь, что ты королева этого вечера, – серьезно произнес он, открывая для меня дверцу авто.

– Королева? Ты серьезно?

– Более чем, – кивнул он, подал мне руку, помогая усесться в кресло. – Я забыл сказать, ты прекрасно выглядишь.

Я смущенно улыбнулась и, бросив короткий взгляд на Захара, тут же посмотрела в лобовое стекло.

– Спасибо, – ответила тихо, и готова была провалиться сквозь землю.

Я, и красивая? Еще и в своем дурацком платье?

Резко покачала головой и замерла, когда Сарбаев расположился рядом, за рулем.

– Все будет хорошо. И да, открою маленький секрет. На вечере будет моя сестра, и она мне всю плешь проела, спрашивая, когда я вас познакомлю.

– А ты говорил обо мне?

– Еще бы! От сестренки невозможно ничего утаить! – наигранно возмутился он и тронул машину в сторону главной дороги. – Но вы подружитесь, я уверен.

В ответ я только кивнула и крепко сжала кулачки, ногтями впиваясь в кожу.

Захар рассказал обо мне своей семье!

Разве это не чудесно?

А комплимент? От такого красивого мужчины слышать комплименты, да еще и в мою сторону…

– Кроха, выбрось из головы мысли. И так уже давно все ясно.

О чем это он?

– Что ясно? – решила уточнить, но Захар лишь посмотрел на меня с улыбкой и, переведя взгляд на дорогу, не произнес больше ни слова.

Донимать расспросами я не стала. Выдохнула и весь путь смотрела в окно. Мне было приятно просто от того, что он со мной рядом, что верит мне и не считает какой-то глупой девчонкой. И мне даже не было стыдно за то, что я его поцеловала. Да, кажется, и Захар особо не обратил на это внимание.

До заведения, в котором проходила дегустация, мы ехали минут двадцать, и вот там, на пороге, у меня начался настоящий мандраж. Я даже споткнулась на ступеньке, но благо, Захар вовремя подхватил меня, и я не плюхнулась носом о бетон.

– Спасибо. Кажется, тебя мне послали, чтобы спасать. Если бы не ты.

– Это пустяки, кроха. Не думай об этом.

Я развернулась к нему и, серьезным взглядом посмотрев в глаза, произнесла:

– Почему ты мне так говоришь всегда? Почему не думать?

– Чтобы мозг не засорять ненужной информацией. Зачем тебе это? Или лучше было, чтобы я стоял в стороне и смотреть, как ты падаешь?

– Думаю, было бы то еще зрелище, – хмыкнула я и пожала плечами.

Захар протянул мне руку, и я вложила в нее свою.

– Пойдем, я и так опоздал уже.

– Заругают?

В ответ он рассмеялся и открыл входную дверь.

Я вошла первая, не отпуская его руки. Наоборот, сжимая крепче, как бы ища в нем поддержки. Не знаю, откуда во мне был страх. Ну не съедят же меня здесь? Нет. Да и мужчина всегда рядом, а совсем скоро и мама приедет.

Мы вошли в небольшой, но уютный зал, где уже было немало народу, и большинство из них ходили с бокалами в руках. На одной стене располагалась громадная полка, где в каждой ячейке лежала по одной бутылке вина. Прямо от входа находилась барная стойка, справа высокие столы без стульев. Все в кофейно-бордовых тонах. Очень гармонично и приятно глазу.

– Будешь чай или сок? Сейчас организую.

– Можно чай, спасибо.

Захар провел меня к бару, где я присела на высокий стул.

– Макс, привет. Организуй девушке чай.

– Добрый вечер, – парень кинул быстрый взгляд на меня. – Организуем сейчас.

– Спасибо, – Захар повернулся ко мне: – посидишь немного, я быстро поздороваюсь и вернусь к тебе.

– Хорошо. Только, пожалуйста, недолго.

– Не переживай.

Оставшись одна, я осмотрелась, понаблюдала за людьми, стараясь не привлекать к себе внимания. Замечала, что здесь все при статусе, в дорогой одежде. У некоторых надменные лицо, но стоит к ним подойти Захару, как те сразу же становились приветливыми и улыбались. А некоторые молодые девушки даже проявляли большую активность – то руки коснуться, то плеча, а то и вовсе откровенно разглядывали. Еще бы! Захар – красивый молодой мужчина, да и, по всей видимости, не бедный. Разве можно в такого не влюбиться. Правда, насколько я знаю, многие любят мужчин именно за деньги. Какая глупость. Разве можно быть с человеком только из-за толщены его кошелька. А как же душа, симпатия, чувства?

– Вам с лимоном чай?

– Да, пожалуйста.

Через пару минут парень по имени Максим поставил передо мной белоснежную чашку с чаем, пиалу с вареньем, сахарницу и лимон. Я кивнула в знак благодарности и, добавив в чай сахара, сделала глоток. Нет, с лимоном все же вкуснее.

– Не скучаешь?

Рядом присел Захар, и я улыбнулась ему.

– Немного. Как дела?

– Нормально. Пару вопросов осталось уладить и все.

– Выпьешь чаю?

– Я кофе. Макс…

Бармен только кивнул и принялся готовить заказ Захара.

– Ты большой молодец! Уверена, у тебя все получится.

Он пожал плечами, а я продолжила:

– Если это дело всей жизни, то обязательно будет иметь успех. А когда появится на полках магазина?

– Уже через неделю. Если все пойдет так, как ты говоришь, то я планирую открыть магазин.

– Ух ты! Винный?

– Да. Спасибо, Макс!

Захар отпил немного кофе, а затем, протянув чашку, стукнул о мою с чаем.

– За тебя.

– Тогда уж за тебя, и твой успех.

– Спасибо, кроха.

Потом Захар снова ушел решать вопросы, связанные с поставкой и дегустацией. Я старалась его не особо напрягать, понимала, что мужчина работает, и я не могу все внимание забирать на себя. Наблюдала со стороны, иногда ловила на себе его взгляды и улыбки. Второе было особенным для меня. В общем, Захар не оставлял меня без внимания, даже если занимался своими делами, и я его понимала.

Я уже выпила две чашки чая и даже попросила десерт, чтобы не скучать и развлечь себя хоть чем-то. И хоть мне здесь было не особо комфортно, я была рада, что на такое важное мероприятие Захар позвал меня. Значит, для него было важно, что я рядом, и это грело мою душу. Да и как могло не нравится то, что мужчина, который мне симпатичен, хотел видеть меня рядом.

– Привет, малая, – услышала я справа от себя, как раз, когда доела десерт.

Повернув голову, увидела расфуфыренную брюнетку, у которой кажется грудь вот-вот выскачет из выреза платья.

– Мы знакомы? – для приличия уточнила я, полностью повернувшись к ней.

– Нет. Но я видела, ты с Захаром пришла. Как он тебе?

– Вы о чем?

– Ой, а то ты не знаешь…

– Мы не переходили на «ты», простите.

– Че правильная?

Я только хотела уйти, чтобы не слушать эту неприятную особу, как она мгновенно заговорила.

– Сколько он тебе платит?

– Что?

– Ну, за ночь. Или не знаю, как часто ты ему отсасываешь.

От ее слов по позвоночнику побежали неприятные мурашки. Я выпрямилась и взялась за свою сумочку.

– Захар угостил меня чаем, и я…

– Ой, да прекрати, ты что не знаешь, чего хотят такие мужчины. Хотя… – она оценивающим взглядом осмотрела меня с ног до головы, и фыркнув, произнесла: – моль, что с тебя взять.

Ее слова больно резанули по моей душе, но показывать этого я не собиралась. Медленно поднялась со стула и, одарив ее гневным взглядом, тихо произнесла:

– Возможно, вы правы, я моль. Но таких дешевок, как вы, у Захара может быть сотни. Так что не советую обольщаться.

Глава 7

Обсудив насущные вопросы с владельцем сети магазинов, я собирался позвонить водителю и узнать, где он сейчас находится. Полчаса назад я отправил его за Викторией Николаевной, и они уже должны быть на подъезде. Да и не мешало бы узнать, когда Марианна удостоит меня своим вниманием. Шкодница мелкая, обещала же что будет вовремя, а самой до сих пор нет.

Поздоровавшись еще с одним гостем, достал телефон, решив вернуться к Юльке и позвонить уже рядом с ней. И только развернулся в сторону барной стойки, как увидел чью-то фигуру, несущуюся к выходу. Бросил быстрый взгляд к бару, где уже не наблюдал малышку. Зато заметил дочку знакомого бизнесмена нашего города. Она надменно смотрела в след моей Юльки, и у меня зачесались кулаки. Ну стерва! Встряхнуть бы, да времени нет.

Оказавшись на улице, увидел Юлю, спускающуюся по ступеням, а догнать ее смог только у высоких ворот. Резко перехватил за руку и дернул на себя. Девочка впечаталась в мою грудь, и я сразу же обнял ее, чтобы она не вырвалась и не убежала.

– Только не реви. Слышишь меня? Только не реви.

Я гладил ее по голову и покачивался в надежде все же избежать истерики. Но Юлька молчала, только руками обняла меня за талию и тихонько сопела. Я боялся сделать что-то не то, боялся сказать что-то лишнее и напугать ее. Не понимал, что вообще нужно делать в таких случаях. Да ровным счетом я впервые оказался в подобной ситуации, потому что никогда меня не волновали чувства девушек, которые пытались мною манипулировать. Часто закатывали скандалы, кричали, плакали, пытались что-то доказать. Но всегда знали, что уйдут ни с чем, кроме нескольких купюр заграничных банкнот. Всегда был договор. Секс, деньги, и дальше каждый своей дорожкой. Но понимала и принимала это не каждая. Но Юлька была не такой. И больно ей сделали, и эмоции не поддельные, и истерик не закатывает. Стоит молчит, а мне уже от этого душу рвет в клочья. Какого хрена она не кричит? Почему сама не расскажет, что произошло? Чего ждет? Я же не знаю, как это делается. Не знаю, как нужно себя вести, чтобы успокоить девушку. Не сестра она все же мне. С сестрой проще.

Черт! Где Марианна?!

Как успокоить девушку, которая мне не безразлична. Какие слова сказать.

Я прикрыл глаза и, уткнувшись подбородком в ее макушку, продолжил поглаживать уже спину. Готов был стоять здесь столько, сколько потребуется, главное, чтобы Юльке стало легче. Да и на подхвате на дегустации помощник мой.

– Ты меня так сильно прижал к себе, что еще чуть-чуть и раздавишь, – хмыкнула кроха и слегка отстранилась, чтобы в темноте заглянуть мне в глаза.

Млять, что творилось в ее глазах! Хоть мы стояли и поодаль от фонаря, но я все равно мог видеть ее эмоции. Она и переживала, и грустила, и еще в ней что-то было мне необъяснимое. Понять не мог, потому что не знал, что случилось у барной стойки. Что ей могла наговорить та дура? И еще хуже, я не знал Юльку по реакции на ту или иную ситуацию. Я, в принципе, практически ничего о ней не знал.

– Почему ты убежала? Та тварь тебя обидела?

Юлька только прикусила губы, пряча свой взгляд. Но ответить что-то так и не решилась. Не хотела подставлять зажравшуюся барышню?

– Почему молчишь? Ты всегда должна мне говорить, что происходит. Ты должна мне доверять, потому что я твоя защита. Я хочу тебя защищать, слышишь?

Я пальцами взялся за подбородок и повернул ее лицо к себе.

– Кроха?

Она кивнула.

– Говори, что произошло? Что она сказала такого, что ты решила сбежать.

– Она подумала, что я твоя шлюха.

– Что? – я скривился. Из ротика Юльки слышать такие слова непривычно и некрасиво. Не ее это.

– Она спросила, сколько ты мне платишь за ночь.

– Вот сучка! Что еще она говорила?

– Она спросила, как часто… Господи, – Юлька резко прикрыла лицо руками и быстро покачала головой, словно пыталась прогнать непрошенные мысли.

– Тихо-тихо, ты чего, кроха?

– Она спросила, как часто я тебе… сосу. Боже, как мне стыдно, – она всхлипнула, а я от злости сжал зубы.

Сейчас эту мразь, имя которой я даже не знал, спасало лишь то, что она девушка. В другом случае, пошел бы морду начистил. Ну, мерзавка! И посмела же открыть рот в сторону Юльки.

– Малышка, успокойся, слышишь? Не нужно плакать из-за такой дряни как она.

– Ты ее знаешь? – она снова посмотрела мне в глаза, в которых плескалась боль и обида.

– Чья-то там дочка. Имени не знаю.

– Я думала, что она твоя бывшая и приревновала.

От ее слов я рассмеялся, но Юлька не поддержала моего веселья, и в ступоре приоткрыла рот.

– Прости. С чего бы вдруг ко мне ревновать. Она вон какая, а я… моль.

– Это она тебе сказала? Ну, Юлька, нашла кого слушать. Какая же ты моль? Ты только в зеркале в глаза свои посмотри. Ни у кого нет таких шикарных голубых глаз.

– Правда?

– Чистая правда. С этой швалью я разберусь, а тебя прошу больше не нервничать по пустякам. А если она подошла к тебе с такими разговорами, значит…

– Значит, посчитала меня конкуренткой. Только вот какая из меня конкурентка. У нее явно есть посерьезнее соперницы.

– Хм, не понимаю. Ты о чем? Думаешь, что за мной толпы вьются? Не смеши меня, кроха.

– Тебе не понять женских предпочтений, чувств.

– Знаю я их чувства, за кошельком гоняются, стервы.

– Я не такая, я искренне! – прикрикнула она и вдруг замолчала.

Потом резко покачала головой, а я посмотрел в ее глаза.

Юлька замерла и через секунды, поежившись, попыталась выбраться из кольца моих рук.

– Мне пора, извини.

– Что ты имела ввиду? Юльк? – прошептал я, догадываясь о ее мыслях.

– Только то, что сказала. Пусти меня.

– Не пущу, – улыбнулся, понимая, что девочка, кажется, влюбилась.

Склонившись, я лбом уперся в ее лоб и только открыл рот, чтобы сказать кое-что важное, как услышал со стороны звонкий женский голос:

– Захарушка! Прости, милый! Я не специально! Готова отработать!

Я едва не прорычал от разочарования.

Марианна.

Юлька тут же изменилась в лице и руками сжала лацканы моего пиджака.

– Кто это?

– Это сестра моя. Не беспокойся.

Мари подлетела к нам и замерла, с любопытством смотря на Юльку.

– Добрый вечер. Простите, я вам не помешала?

– Сама как думаешь?

– Здравствуйте. Конечно, не помешали, – приветливо произнесла Юля, повернувшись к моей сестре. – Меня Юля зовут.

– Захар, так это та самая девушка? Привет. Очень приятно познакомиться. Брат мне о тебе все уши прожужжал.

– Марианна! – рыкнул я. Ну она умеет взбодрить, мелкая проказница.

Юлька резко бросила на меня взгляд и снова повернулась к Мари.

– Неожиданно как-то.

– Да чего там неожиданного! А вы чего здесь стоите? Ты же еще не уходишь, Юль?

– Я…

– Не уходит! – решил за нее, одарив строгим взглядом. – Я сейчас одну особу выпровожу, и все будет нормально.

– А что случилось? Одна из подстилок здесь?

– Марианна, не заговаривайся.

– Ой, не смеши меня. Так что?

– Дочь одного не безызвестного человека решила, что ей все дозволено.

– А ты с ней того? – скривилась сестра, а я покачал головой.

– Нет.

– Так, все, возвращаемся и идем пить вино.

– Сестренка, Юлю не спаивай, она маленькая еще.

– Я не маленькая, я несовершеннолетняя.

– Точно! Не наговаривай, Захар.

Я только вздохнул и пошел в сторону входа. Если Мари взялась за дело, то хана моим нервам.

Юля.

– Итак, рассказывай, что произошло?

Мы расположились за низким столиком в углу, куда принесли не только чай, но и стулья. Здесь нас видело очень мало людей, зато мы с Марианной смогли наблюдать, как Захар вежливо попросил ту особу покинуть мероприятие. Мне было приятно такое внимание от мужчины, и также мне очень понравилась его сестра. Жизнерадостная, энергичная, а главное – простая, без пафоса и надменности. То, о чем я переживала.

– Марианна, а можно сначала я задам вопрос?

– Стоп, – она подняла руку ладонью вперед и тут же продолжила: – называй меня просто Мари. Мне, конечно, очень нравится мое имя, но уж слишком долго оно звучит.

– Хорошо, Мари, – я улыбнулась и на миг задумалась, прикусив губу.

– Не нервничай. Ты чего? – она положила руку на мою ладонь, и я снова нервно улыбнулась. – Ты можешь мне доверять.

– Я… просто хотела спросить, у Захара много девушек, да?

В ответ девушка меня одарила просто широченной довольной улыбкой. А в ее глазах заиграли чертенята.

– Теперь мне все ясно. У Захара бывают дамочки, но на одну ночь. Думаю, ты понимаешь, для чего они.

– А он когда-то любил? Ну, чтобы по-настоящему.

– Ммм… никогда не видела его более счастливым, чем сейчас.

От услышанного я замерла, не отводя от глаз Мари взгляда.

– То есть, у него сейчас есть девушка?

– Ну, на счет этого сложно сказать что-либо, но то, что он свободное время проводит с тобой – это факт.

Я даже губы изнутри прикусила, чтобы не выдать свою радость.

Господи, его сестра говорит, что Захар свое свободное время проводит со мной! Ни с какой-то девушкой, которая может ему дать больше, чем я, а со мной!

Поднесла чашку к губам и сделала глоток чая, пряча свой взгляд. Не могу передать свои эмоции, то, что я сейчас чувствую. Может, конечно, и глупо с моей стороны радоваться этому, но…

– Ты красивая, Юль, и не можешь не нравиться моему брату, – вырвала из мыслей Мари, и я наконец-то посмотрела ей в глаза. – И он тебе нравится. Ты влюбилась, я вижу.

– Захару нужна взрослая девушка, и это точно не я.

– Тебе же не всегда будет шестнадцать. Так что, если у вас это взаимно, не отталкивай его. Всему свое время, милая.

Я кивнула, а потом заметила на входе маму.

Она присоединилась к нам за столик. Захар принес целый поднос бокалов с вином для мамы и Мари, а мне предложил вкусный капучино. Я уже, конечно, напилась на сегодня чая, но сидеть скучать тоже не хотела. К тому же, когда вместе с капучино принесли небольшую тарелочку с безе, я и вовсе стала самой счастливой девушкой в мире. Я очень любила безе, и, как Захар угадал мои предпочтения, понятия не имела. В любом случае, мне было очень приятно.

А еще мне нравилось, что мама подружилась с Марианной, и они вместе, и словно со знанием дела, дегустировали вино. Это был удивительный вечер. Мне было очень приятно, что Захар пригласил нас с мамой на важное для него событие, и в то же время он часто сидел с нами.

Домой засобирались в десять часов, потому что маме завтра нужно было на работу. Я решила ехать с ней. Понимала, что Захару нужно работать и больше времени уделять гостям.

– Братик, хочешь я останусь? Помогу тебе, может, с чем-то, – предложила Мари, когда мы пошли на улицу.

– Нет, езжай отдыхать. Я рад, что ты приехала на важный для меня вечер. А скоро должен Гриша подъехать, если что поможет.

– Ладно. Мы с дядей Васей, да?

– Да, уже должен был выехать.

– Захар, спасибо Вам за приглашение. Прекрасный вечер. И у вас вкусное вино.

– С меня презент. Я рад, что Вы приехали.

– А мне остается сказать спасибо за чай и кофе. Ах да, я обожаю безе.

Все рассмеялись, и только Захар смотрел на меня с загадочной улыбкой на губах, и его глаза выражали интерес. Это немного смущало.

На парковку въехала нужная нам машина. Остановилась, потом открылась водительская дверь, и из салона вышел мужчина лет пятидесяти.

– Девочки, запрыгиваем, не стоим на месте, а то простудимся, и мне придется вам лекарства возить.

Я хмыкнула и увидела немного смущенную улыбку мамы. Так-так, это что-то новенькое.

– Дядь Вась, Вы, как всегда, бухтите и бухте. Нет, чтобы помочь красивых девушкам.

– Помогу! Отхлестаю по попе за короткие юбки.

Мы с Мари глянули на свои платья и, переглянувшись, пожали плечами.

– Не обращай внимания, дядя Вася у нас – дядя Злюка.

– Ничего подобного, – отметила мама, – очень даже добрый человек.

– Ммм… – пропела Марианна, удивленно посмотрев на брата.

– Он хороший, просто любит бухтеть. Не со зла, – пояснил Захар, на что я кивнула, и мы вместе пошли к авто.

Уже лежала в постели, когда мужчина, как всегда, прислал мне сообщение с пожеланием «спокойной ночи». Я улыбнулась и ответила ему тем же.

А утром увидела сообщение от Веры, в котором она звала меня в клуб на танцы. Пропустить нас могли смело, ибо у подруги имелись там знакомые.

Тогда почему бы немного не развлечься?

Глава 8

– Вер, а ты уверена, что нас пропустят?

Мы стояли на улице около клуба, где на входе все проходили фэйс-контроль. Мне кажется, сюда таким бедным, как я, просто так не попасть. Хотя я, конечно, могу ошибаться. В конце концов, ну не полезут же они в карманы наличие денег проверять и подавать запросы в банки, чтобы узнать сколько у меня на счету средств. Хотя у меня и счета в банке нет. Хм, вот балда. Куда меня фантазия привела. Это же абсурдно. Как и то, где я сейчас нахожусь.

– Давай уйдем?

– Ты чего? – громко прокричала подруга, так как из-за грохота музыки плохо было слышно присутствующих. – Сейчас проскачем и пойдем тусить.

– Я не думаю, что это хорошая идея!

– Да не надо вообще ни о чем сейчас думать. Наслаждайся!

И она схватила меня за руку и потянула ко входу.

– Парни, привет. Я от Шаха, мы с ним договаривались.

Один из охранников приложил руку со смарт часами к губам и, произнеся пару слов, кивнул.

– Проходите. Ваш столик на втором этаже, третий справа.

– Спасибо, красавчик.

И Вера снова дернула меня за руку, потащив во внутрь. Уже стоя в огромном зале, набитом молодежью и не только, я выдернула свою руку, посмотрев на Веру недовольным взглядом. Ну следы же будут!

– Ты без настроения? – спросила она и двинулась к нашему столику.

– Мне здесь не очень нравится.

– Да брось ты! Ну что тебе здесь не нравится, Юльк? Красиво, музыка орет, сейчас коктейльчики закажем, а там глядишь, и парнишек подцепим.

– Пфф… – я только вздохнула, и когда мы добрались до нашего столика, я с удовольствием плюхнулась в кресло.

Не мое это. По крайней мере, с Верой мне почему-то не было спокойно. Никак не могла найти баланс.

То, что в этом заведении было пафосно и очень дорого, поняла сразу. Здесь буквально каждая деталь кричала о дороговизне, не говоря уже о крутых вип-кабинках. А уж как разодеты дамы с надменным взглядом, и того смотреть тошно. У одних юбки, открывающие ягодицы, у других из лифчика того глядишь грудь вывалится. Я не ханжа, но и это не красиво! Да это даже не сексуально! Пошло, вульгарно, но не сексуально, точно.

Я хмыкнула про себя и осмотрела свои черные брюки дудочки, и серую кофточку из люрекса. Да уж, у меня только открытые плечи можно посчитать сексуальными… хотя, разве такое бывает. Плечи, как плечи.

– Два Космо, пожалуйста! – произнесла Вера, схватив за рукав парня-официанта.

Тот посмотрел на нас с подозрением и, кивнув, удалился из поля зрения.

Чуяла моя пятая точка – что-то здесь не то. Или просто не по возрасту.

– Вер, мы вроде сюда потанцевать шли, а ты напитки заказываешь. Ты хоть представляешь, сколько они стоят?

– О, Господи, Юль, ты можешь успокоиться и хотя бы один вечер не зудеть мне на ухо! Отдохни, расслабься. Мой друг нас угощает!

Вот это мне и не нравилось.

– А ты рассчитываться чем будешь? – зло прорычала я, начиная уже беситься от ее тупости.

Вера, приподняв бровь, посмотрела на меня как на дуру. Хмыкнула, облизнув губу, и повернула голову к какому-то мужчине.

– Ты сейчас серьезно? Ты собралась…

– Да расслабься. Шуток не понимаешь.

– Ну-ну.

Все я как раз понимала и переживала неспроста. Я не носила розовые очки и знала, что за все в этой жизни надо платить, как и за напитки в этом заведении. А бесплатный сыр только в мышеловке. Потому я старалась ничего не пить, за что Вера на меня смотрела словно на дурочку. Хотя я для нее, наверное, ею и являюсь.

Подруга то и дело флиртовала с молодым парнем восточной внешности. А он сам постоянно поглядывал в мою сторону. И это мне не нравилось еще больше, и чтобы не нагнетать, я ушла танцевать. Вскоре и Вера присоединилась, держа в руке новый бокал с коктейлем.

– Эй, подруга, ты чего киснешь?

– Сказала бы сразу, что тебе с парнем встретиться надо, так я бы и не пошла. А так получается, непонятно зачем здесь нахожусь. «Юлька, пошли в клуб, оторвемся», – передразнила ее сообщение. – И что? Сама скучаю, а твой бойфренд на меня всю дорогу пялится.

– Ты сейчас серьезно? – с удивлением уточнила Верка, крикнув во все горло.

Я кивнула и продолжила танцевать, больше не слушая, что говорит подруга.

За столик мы вернулись спустя минут сорок. Благо, наше место было пусто.

– Пусть заплатит за нас, а потом я его нахрен пошлю, – сообщила Вера, дефилируя к своему креслу.

– Вера-Вера, зачем тебе все это?

Она схватила свой бокал и жадно потянула через трубочку алкогольный напиток. В ее взгляде читалось явное недовольство.

– Зачем мне все это надо… Гулять хочу, отрываться! Молодая я, Юльк, как и ты! Только вот у тебя твой спаситель есть. И я хочу мужчину!

– Причем тут мой спаситель?

– Да ладно! А то мы не видим, как у тебя глаза горят. Да и частенько он к тебе наведывается. Расскажи, было че? – она улыбнулась и локтем ткнула меня в бок.

– Ничего не было. Я тебе уже говорила, он взрослый мужчина и иногда просто нас проведывает. Мы с ним друзья, не более.

Господи, хорошо мне хватило ума не делиться ни с Верой, ни с Агатой мыслями о своих чувствах. Иначе было бы все очень плохо. И так странно, что она еще в школе не раструбила, что меня спас взрослый красивый мужчина. Угу, видела я, как она смотрела на Захара, желая охмурить. Только вот не тут-то было, мой он. Никому не отдам. Я так решила.

Сама про себя хмыкнула. Слышал бы Сарбаев мои мысли. Точно бы высмеял!

Мда уж, и зачем я сюда поперлась, и как поскорее свалить?

– Друзья… а сам небось мечтает о том, как тебя разложить…

– Вера!

– Добрый вечер, девушки. Развлекаемся?

Я тут же подобралась, испуганно посмотрев на удостоверение, протянутое незнакомым мужчиной. Сглотнула и волосами попыталась прикрыть голые плечи.

– Привет, мальчики. Вы нас с кем-то перепутали, мы не шлюхи. Просто сидим отдыхаем.

– Мы ничего не перепутали. В отделение поступил звонок, что в клубе малолетки гуляют. И нам сказали, что это вы.

– Мы не малолетки, мы…

– Вера, ну ты и дура!

Я так увлеклась чтением удостоверения и занервничала, что не сразу поняла, кто стоит рядом с полицейским. Я уже начала придумывать ходы отступления, или как выйти из сложившейся ситуации с наименьшими потерями, либо наказаниями. А меня вдруг громко окрикнули:

– Юлька! Ты слышишь?

– Захар? – удивленно похлопала ресницами и тут же прикрыла ладошкой рот. – А как ты здесь оказался?

– Риторический вопрос, – буркнул он, одарив меня недовольным взглядом. – Сиди здесь, сейчас домой отвезу. Капитан, на минутку, – обратился он уже к незнакомому мужчине.

– Вот это да! – восторженно протянула Вера, смотря в спину удаляющихся мужчин. – А че это он приехал? Сам с ментом, или они по отдельности?

– Мне кердык… – произнесла в полголоса и, схватив бокал, отшвырнула трубочку и осушила половину содержимого.

– Ты чего?

– А ты его лицо видела? Он же злой.

– Ну и что, – пожала плечами и тут же округлила глаза и перевела на меня уже искрящийся взгляд, – или что, боишься, что накажет? По попке, например, отшлепает.

– Вот дурочка. Последний раз говорю – мы с Захаром друзья! Точка.

– Да уж, мчался бы он за тобой среди ночи в клуб. Тоже мне, друг! Какому другу охота будет вытаскивать пьяную подругу из-под мужика? Ой! – вдруг запищала она, и я вздрогнула.

Над Веркой навис Захар. Злой, уставший и вдобавок небритый. То есть, с щетиной больше обычного. Он выглядел очень устрашающе, отчего я сжалась и спиной уперлась в спинку дивана.

– Девочка… припевочка. А ты часов нихрена не попутала, а?

– Юльк, это к тебе обращается. А!

Сарбаев резко схватил Веру за волосы на затылке, и та вскрикнула и зажмурилась от боли.

– Не заставляй меня лишний раз повторять, припевочка. Я очень не люблю глупых людей. А у тебя вообще привилегия – малолеток не обижаю. Так я не понял, ты расскажешь, как вы сюда попали, и какой бес попутал сюда прийти?

Господи, я уже сто раз пожалела, что пришла сюда. Мало мне было непривычной обстановки, так теперь еще и злой Захар добавился. Он меня прибьет. Нутром чую – прибьет. Один его вид говорил о том, что ждать пощады не стоит.

– Да мы… мы просто хотели оторваться, и…

– З-захар, пожалуйста, отпусти ее. Вера ни в чем не виновата, – дрожащим голосом попросила я и тут же получила в ответ немного взволнованный взгляд.

Как ему это удается? Только что он был в гневе, а на меня смотрит…

– Кроха, мы с тобой потом поговорим, – спокойно ответил он и снова вернулся к подруге.

– Захар, прошу, отпусти ее.

Как бы иногда не бесила Вера, но мне не понравилось, что Захар повел себя с ней так грубо.

– Говори! – рыкнул он, смотря на подругу.

– На входе стоит охранник, мой знакомый, – боковым зрение я увидела маячащего мужчина позади Захара, – он сказал, что пропустит меня. Сделает вид, словно сообщает Шаху о моем приходе. И так мы оказались внутри.

– А что же ты, девочка, подставляешь моего сотрудника? Тебе восемнадцати нет, – заговорил тот самый мужчина, который пришел пару минут назад и стоял за Захаром. – Вы своими башками думаете, что творите? Дуры! – я вздрогнула и прикрыла глаза, тяжело сглотнув.

Когда же закончится этот ужасный вечер.

– Шах, полегче. Здесь Юлька.

– Прости. На выход, девочки. Жду в гости через два года.

Вера, словно позабыв, что минутой ранее в нее метали молниями, распушив хвост, аки квочка, гордо поднялась с дивана. Перехватив сумочку, подмигнула мне и продефилировала к выходу. Мужчина по прозвищу Шах последовал за ней. По всей видимости, хотел лично убедиться, что она покинет его заведение.

Меня же обжигал взгляд Сарбаева.

– Не стреляй глазками, Юлька. Я очень злой.

Он завалился на диван напротив меня и хмурым взглядом посмотрел мне в глаза.

– Вера так и хочет тебя подставить, а ты этого не замечаешь. Я понимаю тебя, ты юная, наивная, только вот подставлять под удар не позволю. Больше никаких вылазок с ней.

– Маме не говори, пожалуйста.

– О чем? О том, что у тебя подруга дрянная?

Я пожала плечами, прикусив нижнюю губу.

– Это место не для тебя. Тем более пока что.

– А когда мне исполнится восемнадцать?

– Без меня тебе здесь нечего делать. Это вам повезло, что время еще не позднее, а то нашли бы приключения.

– Захар? – к нам подошел Шах.

– Да?

– Позвони мне завтра после обеда. Нужно уладить несколько вопросов.

– Хорошо, Шах. Благодарю.

Молодой мужчина, кстати, очень красивый, бросил на меня внимательный, но короткий взгляд, и не задерживаясь, покинул нашу компанию.

– Я маме сказала, что у Верки ночевать буду. Что мне теперь делать?

– Можешь у меня переночевать. Мне все равно надо по делам, вернусь только к утру.

– Прости, – виновато опустила глаза. Мне действительно было стыдно.

– За что?

– За то, что пришлось оторваться от своих дел. Ты, кстати, откуда узнал, что мы здесь?

– Проведать тебя поехал. Ты же мне ни слова не сказала, что смываешься из дома, стрекоза. А я по маминой наводке к Верке, а там уже сказали, где вы.

– Ясно. Прости.

– Чего ты поперлась в этот клуб?

– Тебя позлить хотела. Твою реакцию увидеть, – соврала я или просто придумала. Я сама не знаю зачем приехала. Понимаю только одно – не стоило этого делать. Захару проблем прибавила.

– Увидела? – буркнул жестче, чем требовалось. Я кивнула. – За мной!

– Куда?

– Туда где матрёшки с бубном танцуют. Пошли! Иначе дяде Васе тебя передам, на перевоспитание!

– К дяде Васе не надо. Я его на расстоянии люблю, – хмыкнула я и, забрав сумочку, поспешила за Захаром. И только у выхода успела взять его за руку.

– Так и слышу за спиной шипение змей, – уже более расслабленно произнес мужчина, а я нахмурилась.

– Ты о чем?

Он кивнул на наши руки, а я победно улыбнулась. Ну да, в чем-в чем, а в том, что дамочки сейчас желают повыдергивать мне волосы, я уверена. И словно решив испытать судьбу, прижалась к Захару еще ближе.

– Юлькааа…. Выпорю. Ремнем!

Глава 9

Оказавшись в квартире Захара, я замерла на пороге гостиной, с восторгом рассматривая интерьер. Наша с мамой квартира была очень уютной и обставлена в меру наших возможностей, но вот Захара… Здесь с первого взгляда было ясно, что мужчина обеспеченный и делает все, чтобы создать уют и красоту. Несмотря на то, что он холостяк. Возможно, здесь побывала рука Марианны?

– Ты чего? Боишься? – прошептал на ухо Захар, а я отмахнулась от него и, скинув обувь, прошла дальше.

– Я любуюсь. Красиво у тебя. Марианна помогала?

– Да нет. Я покупал квартиру полностью укомплектованную.

– Понятно.

– Чаю? – у Захара зазвонил телефон. – Прости, я на секунду.

Я кивнула и прошла по гостиной, с упоением рассматривая комнату. Маме бы здесь понравилось.

Присев на диван, решила подождать Захара. Мне и так было стыдно перед ним за случившееся, а уж ходить без него по квартире и вовсе неудобно.

Мужчина наверняка до сих пор злится на меня.

На высоко квадратном столике около дивана, возле лампы, лежала какая-то книга. Я приподняла ее, но углубляться не стала. Что-то касается бизнеса. Сарбаев немало времени уделяет развитию, и уверена, у него в доме найдется еще не одна подобная книга.

– Извини, по делу звонили. Кушать, пить хочешь?

Я пожала плечами, сама пока до конца не поняв, чего мне хочется.

– В общем, в кухне все найдешь, если захочешь. Еда в холодильнике, чай на полке. Пойдем комнату покажу.

– Ты все-таки уходишь?

– Да, есть еще дела. Ты же не боишься сама дома находиться? Я могу сигналку поставить?

– Ладно. Спасибо.

– Вот, здесь можешь ночевать.

Мы вошли в просторную комнату с нежно-голубым и белым дизайном. Красиво, стильно и комфортно. А кровать! Да она огромная!

– Здесь шикарно.

– Рад, что тебе нравится. А теперь мне пора.

– Спасибо тебе, Захар. Ты точно мой Ангел-Хранитель.

– Это вряд ли, кроха. Но вот предупреждать меня о таких дела стоит.

– Хорошо.

Захар щелкнул меня по носу и прошел к выходу. Я наблюдала за ним, пока он обувался, а в голове то и дело вертелась мысль, что нужно извиниться. Из-за меня он бросил все дела, примчался, возможно, на другой конец города, и в добавок пришлось оставить меня ночевать у себя в квартире. Но я правда не могла вернуться домой сегодня. Тогда пришлось бы рассказывать маме про клуб. А значит, заставлять ее нервничать.

– Захар, ты извини, что так получилось.

– Повезло, что Шах – мой друг. В другом случае, не знаю, что было бы.

– Верка дура, сказала, что в курсе о ее приходе.

Захар хмыкнул и, поправив куртку, посмотрев мне в глаза:

– Шах – серьезный дядя, и с такой пигалицей, как твоя Верка, точно дружбу водить не станет.

– Почему пигалица? Я тоже?

– А ты кроха. Все, закрывай на замок. Проснешься, я буду дома.

Я кивнула и улыбнулась Захару прежде, чем он закрыл двери.

Щелкнув замок, я выдохнула и наконец-то сняла с себя легкую курточку.

Не знаю почему, но дома у Захара я чувствовала себя комфортно, не как гость. Снова осмотрелась, полюбовалась красотой и вскоре ушла спать. Есть не хотелось. Я была сыта Веркиными выкрутасами.

А дома меня ждал новый неприятный сюрприз.

Поднявшись по ступенькам, я остановилась около своей квартиры, взглядом застыв на двери. «Юлька, малолетняя шлюшка» гласила надпись. От неожиданности отступила назад и спиной уперлась в перила. Сумка рухнула на ступени.

– За что? – прошептала себе под нос и вздрогнула, когда замок щелкнул и дверь открылась.

– Юленька, ты чего, милая?

Значит, мама еще не видела этого позора.

– Мам, я не знаю, кто это сделал и… за что.

– Ты о чем?

Она не сразу поняла мою истерику и только после кивка посмотрела на дверь.

– Вот же скоты поганые! Это кому так неймется, а? Тварюки общипанные. Ну, поганцы, узнаю кто, уши оторву.

– Мам, я не такая. У меня никогда никого не было.

– Юленька, ты что думаешь, я поверю в этот бред? У меня мозги на месте, и я свою дочку знаю. Не думай об этом и внимания не обращай. Придурки, они и в Африке придурки. Пойдем, – она взяла меня за руку и потянула в квартиру, – пойдем-пойдем, чая попьем.

– Мам, нет. Давай, пожалуйста, сначала отмоем это. Я не хочу, чтобы все видели.

– Конечно, доченька. Беги переодевайся.

Я кивнула и тут же порывисто бросилась маме в объятия.

– Только не плачь, девочка. Я не переношу твоих слез.

Отстранившись, вытерла мокрые дорожки с щек и резко закивала.

– Не буду, не буду, мамуль.

Я ушла в свою комнату, чтобы переодеться. Но когда достала из кармана телефон, подумала о Захаре. Сообщить ему или не стоит? Не скажи я ему сама, он узнает от мамы, та точно скрывать не станет. А Захар будет злиться, что я от него это скрыла.

«Ты занят?»

Отправила сообщение и, отложив телефон начала переодеваться. Сарбаев ответил, когда я была уже в домашнем костюме.

«Для тебя нет. Что случилось?»

«Наберу.»

Вдох-выдох.

– Слушаю, кроха. Что-то случилось?

– Привет, Захар. Да, я… ты извини, что я тебя беспокою.

– Говори, что произошло. Опять этот ублюдок со своим дружком?

– Нет, я не знаю, кто это.

– И? Говори, Юль! – рыкнул он, и я через телефон поняла, что Захар начинает злиться.

– У нас на двери надпись появилась. Плохая.

– Степан пидорас? Ой, прости. Так что там написано?

– Там написано, что я шлюха.

– Да бл*ть! Уроды! Не вытирай, Юлька, я сейчас приеду.

– Жду тебя.

От обещания Захара приехать мне стало легче. Я словно знала, что только он может меня защитить. Меня и маму. И я была очень благодарна ему за это.

Захар приехал быстро. Осмотрел двери, сфотографировал их, не знаю зачем, и пообещал вечером вернуться. А я интенсивно принялась все вытирать. Потребовалось больше двух часов, чтобы дверь выглядела, как раньше. Не знаю, кому это понадобилось, но он определенно больной придурок.

– Юль, не переживай ты так об этом. Но мы-то знаем, что ты у меня порядочная девочка.

– Как бы там ни было, все равно мне кто-то хочет насолить… – я устало рухнула на стул в кухне, опомнившись, что даже руки не успела помыть.

– Ты догадываешься, кто это мог сделать?

Я пожала плечами и, поднявшись, направилась в ванную:

– Мамуль, заваришь чаю?

– Конечно, доченька.

Вымыв руки, я забрала из комнаты телефон и, убедившись, что закрыла входную дверь на замок, снова вернулась к маме.

– Сегодня с тетей Аней разговаривала, – начала мама, а я нахмурилась, – она сама позвонила.

– Удивлена.

– Я тоже. Но она была не в лучшем настроении.

– А что случилось? – я знала, что случилось, но хотелось услышать версию тети Ани, а точнее ее сыночка.

– Говорит, что Степен в сизо. Рука сломана. То ли подрался, то ли влез куда. Но я не удивлена, – мама махнула рукой и переставила чашки на обеденный стол, – сколько у него разных ситуаций было. Он же пакостливый, всегда людям гадости делал. Работать не хочет. Вот, наверное, и влез куда-то, где по шапке дали.

Я хохотнула и тут же прикрыла рот ладошкой. Знала бы мама, кто ему по шапке дал. Но говорить ей о случившемся я не хотела. Она бы переживала, что Степан мог мне что-то делать, а лишнее волнение маме ни к чему.

– Значит, заслужено получил, мамуль. Даже мало, я бы сказала! Тетя Аня сколько его на себе тянет? Ему двадцать восемь, а он за чужой счет живет. Позорище. Мне было бы стыдно.

– Аня винит себя во всем. Считает, что где-то не доглядела. А тут еще тюрьма. Три года могут дать ему.

– Ну, посидит, подумает. А там, может, к тому времени, как на свободу выйти, мозгов прибавится.

– Дай-то Бог, а то Аню жалко.

Я была согласна с мамой, тетю Аню жалко, но не ее сына. Степан мне знатно нервы попортил, и если бы не Захар, то дружок моего братца от меня бы и мокрого места не оставил.

Захар. Этот человек так много мне помог, что мне порой становится неудобно перед ним. Но как же я рада, что он снова и снова возвращается в наш дом. И боюсь представить, что однажды он влюбится и… не найдет времени для меня.

Интересно, а я бы могла ему понравиться?

Захар приехал около восьми вечера. Мама сразу же предложила ему поужинать. Я помогла накрыть на стол, а затем она оставила нас одних. Пока мужчина ел, я сварила ему кофе и тихонько подставила чашку ближе к нему.

– Юлька, не мельтеши, присаживайся.

Я кивнула и села по левую руку от него.

– Обрадовать нечем. Я не выяснил и вряд ли смогу узнать, чьи это художества. Дело в том, что написано через трафарет, и сама понимаешь, никто не скажет чьих рук дело. Разве полиция по отпечаткам, но уже поздно.

– Да нет, Захар, это было бы глупо идти в полицию из-за такого.

– Глупо не глупо, а ты присмотрись к Верке. У меня чуйка, что это она была.

– Зачем ей это?

– Завистливая она. Или ты еще не поняла, что никакая она не подруга тебе.

– Господи, я даже подумать не могла, что она может такое сделать.

– Я не утверждаю, кроха. Но нужно быть на чеку.

– Я понимаю. Я постараюсь держаться от нее подальше.

– Умничка. А вот начиненный перец очень вкусный.

– Мама старалась, – я улыбнулась, потому что понимала, Захар не лукавит, – положить добавки?

– С удовольствием.

Я взяла его тарелку и прошла к плите за добавкой. Пока накладывала, чувствовала на спине жгучий взгляд, и едва не уронила один перец. Стало жарко. Я не понимала, откуда во мне это ощущение, но я четко знала, что Захар смотрит на меня. Кажется, я скоро буду за километр его чувствовать. Ну вот как, как я могла в него влюбиться? Он же мне все равно никогда не ответит взаимностью.

– Захар! – произнесла громче, чем следовало бы, и поставила перед ним тарелку. – Захар, а… можно я задам тебе вопрос.

Присела рядом и схватила свой телефон, чтобы хоть чем-то занять руки и скрыть свое волнение.

– Задавай, кроха.

– Только ты ничего не подумай, ладно? Обещай, – я взяла его за руку, и он посмотрел мне в глаза, словно в душу заглянул. Но мне нравилось, что Захар воспринимал мои слова всерьез.

– Обещаю.

– Ладно. Скажи, ты бы… ты бы смог, ну предположим, смог бы влюбиться в такую, как я?

Боже, меня словно кипятком окатило – я это сказала. Так страшно и волнительно мне еще никогда не было.

Захар улыбнулся и, перехватив мою руку, сжал в своей ладони.

– Почему у тебя могут быть сомнения на этот счет?

Я пожала плечами и хотела отнять руку, но он не позволил.

– Так смог бы?

Сарбаев помассировал каждый пальчик, словно пытался меня успокоить. А потом, снова посмотрев мне в глаза, тихо произнес:

– Ты станешь моей, как только тебе исполнится восемнадцать.

Утро понедельника наступило слишком быстро. Но я, окрыленная тем, что случилось накануне, влетела в класс, ничего не замечая вокруг. Так счастлива была, как кажется, никогда. Хотя, я-то, по сути, впервые влюбилась, да еще и в кого? В самого Захара Сарбаева! Мамочки, да он же на двенадцать лет старше меня.

– Юлька, Юлька! – меня потрясли за плечо, и я выплыла из своих мыслей.

– Не Юлькай, ты же знаешь, я этого не люблю.

Я и вправлю не любила, когда меня так называли, и разрешать это делать только одному человеку. Захару. У него «Юлька» звучало как-то по-особенному.

– Оу, прости, я не знал, что ты такая цаца.

– Мирон, чего тебе? – хотелось, чтобы он скорее отлип от меня, и я могла снова подумать о приятном.

– Сорока на хвосте принесла, что ты у нас эскортом занялась.

– Чегооо? – удивленно протянула я. – Ты совсем уже? Ты вообще в своем уме?

– Хм, странно. Верка сказала, что ты в субботу в клубе мужика какого-то ублажала. Да еще в компании его друзей.

От услышанного я выронила сумку. Верка сказала?

Глава 10

Голос Юльки в трубке меня насторожил. Она едва не плакала и просила, чтобы я подъехал к остановке, которая находится за углом школы. Если это снова Верка, я ее отдам псам, на растерзание. Малолетняя дрянь!

Я бросил все свои дела на Гришу и рванул за Юлей, желая поскорее убедиться, что с ней все в порядке. На бедную девочку каждый день валятся какие-то неприятности, к которым она сама не имеет никакого отношения. Просто все что-то от нее хотят, и меня это ужасно злит. Кроха живет своей спокойной жизнью, радуется пустякам, а всем что-то от нее нужно. Сначала Гринич со своим приставанием в парке, потом пидорас Степан, который загремел в тюрьму на три года. А теперь еще малолетка эта, Верка. Ну тварь, так и нарывается, чтобы я показал ей, каким могу быть злым.

Завернув на проспект, внимательно всматривался в остановки, но пока что не видел Юльку.

Где там эта школа…

Телефон пикнул, издавая звук сообщения. Я тут же решил посмотреть, вдруг малышка мне написала точное место нахождения. Но нет, это было сообщения от оператора мобильной связи.

Сука!

Проехав еще пару сотен метров, наконец-то увидел школу и сразу же за ней нужную остановку. Юлька сидела на скамейке с опущенной головой. Ее тело дрожало, а вот мое напряглось. Убью. Убью гниду, которая посмела обидеть.

Резко затормозил и, не глуша двигатель, рванул к девчонке. Она даже голову не подняла.

Присел на корточки и пальцами взял за подбородок. Юлька резко распахнула глаза, испуганно посмотрев на меня.

– Это я, не волнуйся. Не волнуйся, Юлька, – мазнул пальцем по губам и снова вернул взгляд к ее глазам. – Что случилось? Расскажи мне.

– Увези меня отсюда, пожалуйста.

Она всхлипнула, и по ее щеке покатилась слеза.

У меня внутри разбушевался огонь. Кто бы ни обидел мою малышку, урою! Всю жизнь жалеть будет, если вообще оставлю жить.

– Увезу, милая. Увезу. Ты скажешь мне, что случилось?

– Пожалуйста, давай потом.

– Конечно.

Я помог подняться ей, ощущая, как сильно дрожит хрупкое тело. Довел до авто и усадил на пассажирское сидение. Вернулся за руль и повернулся к Юльке. Ее глубокие голубые глаза были наполнены болью. Крепко сжал кулаки и, сделав глубокий вдох, громко выдохнул.

– Отвезу тебя домой.

– Нет, пожалуйста, Захар, не надо домой. Мама сегодня выходная. Не хочу, чтобы она видела меня такой.

Я кивнул и, нажав кнопку сплит-системы, тронул машину вперед.

– Ты замерзла. Сейчас будет тепло.

Прибавив газу, торопился скорее добраться до квартиры. Юле нужно было выпить горячего чаю, отлежаться и прийти в себя. Потом она мне все расскажет. Я знаю, что скрывать не станет, но ей нужно время, которое я ей, естественно, дам.

Бросил на нее быстрый взгляд. Отвернулась к окну и прикрыла глаза. По щеке снова катились слезы.

– Бл*ть! Юля, не заставляй меня ругаться! Не плачь! Ненавижу, когда ты плачешь. Понимаешь?

– Почему так долго ждать? – вдруг спросила она, повернувшись и застыв на мне взглядом.

Я недовольно вздохнул. Понимал, о чем она говорит, и мыслями в который раз за день вернулся ко вчерашнему разговору.

«– Ты станешь моей, как только тебе исполнится восемнадцать.

Не знаю, как давно это решил. Но определенно не собирался отпускать Юльку. Повяз я в ней. Под кожей она у меня, в сердце. Хочу, чтобы всегда рядом, а главное – полноценно. Не только улыбки и взгляды. А чтобы объятия и поцелуи. Все на полную катушку. И я готов ждать, хоть два года, хоть пять. Хочу полностью ее в свою жизнь.

– Что значит стану твоей? – дрожащим голосом уточнила она, смотря на меня из-подо лба.

– То и значит. Как только тебе исполнится восемнадцать, я заберу тебя к себе. Будем жить вместе.

– Жить? – удивленно воскликнула Юлька и тут же прикусила губу.

– Я влюблен в тебя Юлька, и отступать не намерен.

– Господи, я не верю, что это ты говоришь, – она прикрыла лицо ладонями и резко покачала головой, словно пыталась прогнать наваждение.

– А ты? Скажи, что ты чувствуешь. Только не обманывай и не скрывай. Я же тебя насквозь вижу.

– Нет, я… я не буду ничего говорить. Я не верю.

– Почему? Я тебя хоть раз обманывал?

Она резко посмотрела мне в глаза:

– Нет, не обманывал.»

– Так надо, малышка. Так надо, – выплыл из воспоминаний и, достав из пачки сигарету, прикурил.

К моему дому мы ехали около пятнадцати минут. Девочка успела успокоиться и, кажется, даже уснула. Глаза открыла только на парковке.

– Где мы?

– Ко мне приехали. Отлежишься, отогреешься, а дальше расскажешь, что произошло.

– Захар, – она рукой коснулась моего предплечья, и я замер, смотря ей в глаза, – спасибо тебе. За все.

– Не за что благодарить. Идем.

Я забрал ее сумку, дождался девушку на улице, и мы поднялись на мой этаж.

– Проходи. Примешь душ?

– Да, хотела бы согреться.

– Занимай свою комнату, там в ванной все найдешь.

Она кивнула, а я отправился на кухню готовить чай.

Кажется, пора в квартиру покупать куда больше продуктов и прочих бонусов, потому что Юлька теперь будет у меня частым гостем.

Отыскав в холодильнике малиновое варенье, добавил пару ложек в чашку с чаем. Положил две дольки лимона и задумался о десерте. Мда уж… к чаю у меня точно ничего нет. А надо!

Нужно будет об этом поговорить с Марианной, она мне точно поможет.

Поставив чашку на блюдце, посмотрел на время. Должна уже искупаться. Постучал в двери и вошел в комнату. Вовремя я. Юлька лежала в кровати, укутавшись в халат и теплое одеяло.

– Ты уже?

– Угу, – кивнула она, высунув носик.

– А я чай принес. Прости, безе у меня дома нет.

Она покачала головой:

– Полежи со мной. Прошу.

– Хорошо. Только сначала чай.

Присев около девушки, протянул ей чашку. Она вздохнула и выбралась из-под одеяла, спиной улегшись на подушки.

– Ты слишком много обо мне печешься. Я чувствую себя неудобно от этого.

– Вообще-то мужчина обязан защищать свою женщину. Сестра она, мама, неважно.

Юлька посмотрела на меня из-под опущенных ресниц и, улыбнувшись, едва заметно кивнула.

– Согрелась уже?

– Угу. И чай вкусный, спасибо!

– Мне надо позаботиться о том, чтобы в квартире был десерт для тебя.

– Нет, не вздумай ничего покупать из-за меня.

– Ну, знаешь ли, это я уже сам решу. Ты мне лучше скажи, что произошло?

Юлька тут же помрачнела и, сделав еще глоток чая, отставила чашку на тумбочку.

– Ты не отстанешь, да?

Я покачал головой, убирая с ее лица прядку волос.

– Я знаю, кто оставил надпись на двери.

Я напрягся. Вот это услышать вовсе не ожидал.

– Поделись?

– Вера.

– Не удивлен. Она сказала?

– Она всем в классе наговорила на меня, что я занимаюсь эскортом.

– Вот мразь!

– Сказала, что я в клубе мужчину ублажала при его дружках. Я так поняла, она имела в виду тебя.

– Я этой твари устрою веселую жизнь. И не посмотрю, что она девчонка, да еще и малолетка.

– Захар, я больше не хочу в школу идти. Они все смеются надо мной.

Я застыл взглядом на ее лице и, прищурившись, задумался. Позволю ли я ей пойти в эту школу? Конечно, нет. Не после того, что произошло. Я найду ей нормальную школу и проверю каждого ученика ее класса. И похер, что это будет не так просто. Я больше никому не позволю издеваться над моей малышкой. А Верку с ее дружками я проучу. Будет коза знать, как пакостить хорошим людям.

– Ты не пойдешь больше туда. А с мамой твоей я поговорю.

– Спасибо тебе.

– Ложись отдыхай. Тебе нужно поспать, чтобы не думать о подобной херне. Верка того не стоит.

– Ты обещал со мной полежать.

Я прикрыл глаза и, выдохнув, кивнул. Знала бы Юля, как сложно мне даются такие решения.

– Ложись.

Обошел кровать и, не поднимая одеяла, разместился поверх него, рядом с девушкой.

– Ты боишься меня, Захар? Или…

– Никаких «или», Юлька. Ты девушка, малолетняя девушка. А я взрослый мужчина. Понимаешь?

– Угу, – она вздохнула и повернулась на левый бок, ко мне лицом. Положила ладошку под щеку и прикрыла глаза.

А я, как дурак, лежал и любовался ее чистым, не тронутым косметикой лицом. Нежная кожа, румяные щеки, длинные ресницы. Моя особенная девочка. Как много еще предстоит нам пройти, и как долго еще ждать твоего совершеннолетия.

Как же у Верки хватило ума навредить подруге, да еще и Юльке, такой чистой доброй девчонке?

Юлька вздохнула, вызывая на моем лице улыбку.

Я дождался, пока она уснет, и пошел на кухню, собираясь сделать важный звонок.

– Шах, привет, – я клацнул кофе-машину и прошел к окну.

– Захар? Привет. Что-то стряслось?

– У меня к тебе есть просьба. Поможешь?

– Вещай.

2 года спустя.

Юля.

– Ты точно завтра приедешь? – снова уточнила у Захара, глядя на него через экран.

– Приеду, Юлька. Как же не приехать? Моя девочка завтра станет взрослой.

– Ты только из-за этого, что ли?

– Не выдумывай. У тебя День Рождения, и я хочу быть рядом. Правда жаль, не получится вернуться днем.

– Я буду ждать тебя и ночью. Мы не виделись уже полгода. Это не честно.

– Прости, малышка. Работа отнимает много времени, а если это прибыльный бизнес, то еще больше. Зато теперь я смогу быть рядом.

– И больше никогда не уедешь?

– Только с тобой.

Я улыбнулась. Так сильно мне не хватало Захара рядом. И хоть мы каждый день созванивались по видеосвязи, живое общение ничто не заменит.

– Что тебе привезти в подарок?

– Себя, Захарушка, только себя.

– Ну, понятно, в общем. Сам придумаю.

– Хорошо.

– Как твоя учеба?

– Все хорошо. Мне нравится моя группа, все нормальные ребята. Есть и хулиганы, но все приветливые.

– Я в этом не сомневался, – хмыкнул он, и бросил взгляд на наручные часы. – Юлька, мне пора. Сегодня еще одна важная встреча.

– Ты завтра мне позвонишь?

– Естественно. Что за вопросы?

– Ладно. Спокойной ночи, Захар.

– Спокойной ночи, малышка.

Я отключила связь и грустно вздохнула.

Последние полтора года Захар часто уезжал по делам. Не знаю, действительно ли ему нужно было налаживать бизнес в другом городе, или же он просто старался держаться от меня подальше. Я его понимала и не смела упрекать. Как бы там ни было, я очень благодарна мужчине за все, что он для меня делает. И это я не только о его защите.

В прошлом году я поступила на бюджет на исторический факультет, по специальности история и археология. И как бы сильно я не старалась поступить сама, все равно не добрала баллы. Мне было очень обидно, но Захар и здесь сгладил ситуацию. Помог поступить, да еще так, чтобы никто и не подумал об этом.

Господи, я до сих пор не верила, что уже завтра стану взрослой, и Захар сможет забрать меня к себе. Мы оба так сильно этого ждали.

Отложив телефон, довольная, посмотрелась в зеркало и, подмигнув себе, пошла на кухню.

– Мамуль, да не выдумывай ты сильно с едой, Захар все равно будет поздно. Не получается у него раньше. А мы с тобой можем тортик поесть, да чай выпить.

– Ох, Юляш, так тетя Катя с Сережкой приедут же. Поздравить тебя хотят.

– Ой, правда? Тогда давай я буду тебе помогать.

Мы с мамой вместе нарезали салаты, готовили закуски, и я постоянно ловила на себе ее взгляды. Понятия не имела, о чем она думает, но стоило мне ее поймать за подглядыванием, как она мне улыбалась. Наверняка мама догадывалась о моем настроении. Да, к слову, я и не скрывала радости от возвращения Захара. Так долго ждала этого, и вот, наконец-то свершится.

Мама знает, что мужчина планирует забрать меня к себе, но я стараюсь пока не говорить с ней на эту тему. Немного волнительно и страшно.

– Я хочу еще торт испечь. Зачем нам магазинный, когда мы и сами с руками.

– Я согласна, мамуль. Почему бы и нет?

– Ох, Юлька, светишься вся.

– Мам, ты как Захар. Тоже Юлькой меня зовешь.

– Это любя… – она пожала плечами, а я улыбнулась.

Да, Захар тоже так говорит. А вот когда из его уст звучит обычное «Юля», значит, он злится. Как-то у нас сложилось так, не знаю почему. А вот я его продолжаю звать Захарушка. Нравится мне очень, хотя он не в восторге от такого прозвища.

За эти два года, несмотря на то, что мужчина часто в отъездах, мы с ним сблизились. В общении, в родстве душ. Нам казалось, что мы знакомы едва ли не всю жизнь, и роднее человека уже не сыскать. Ну, конечно, помимо наших родных. И все это время, как бы ко мне не пытались подкатывать парни, Захар четко давал мне понять, чтобы я даже не думала ни в кого влюбляться. Смешной такой! Как я могу? Ведь уже люблю его.

Размешав салат, я убрала его в холодильник, а сама, схватив апельсин, нарезала дольками и половину протянула маме.

– Сладкий, – довольно пропела я, ощущая во рту апельсиновый вкус.

– Угу. Хорошие в этот раз попались.

– Мамуль, а ты меня отпустишь к Захару?

Мама как-то напряглась немного, но, посмотрев мне в глаза, тут же ответила:

– Вот пусть об этом поговорит со мной сам Захар.

Глава 11

Время до встречи с Захаром тянулось ужасно медленно. Словно кто-то свыше решил испытать мои нервы на прочность. Я и так уже извелась вся, пока у нас гостили тетя Катя с Сережей. Нет, безусловно я была им рада, но, когда ты ждешь человека, которого не видела долгое время, да еще и с которым вас связывают платонические отношения, каждая минута ожидания становится сложнее. Ты постоянно смотришь на часы, считаешь каждую секунду, лишь бы любимый мужчина поскорее к тебе приехал. Особенно когда ты знаешь, что сегодня может случиться ваш первый поцелуй.

Стоило мне подумать об этом, как губы начали покалывать, и я покраснела.

Захар звонил мне с утра. Поздравил с днем рождения и пообещал, что обязательно приедет вечером. Снова пытался узнать, что я желаю получить в подарок, а мне ничего не нужно было. Только его рядом. Сейчас это мое самое большое желание.

В целом, день проходил отлично. Хорошее настроение, подарки, множество поздравлений, добрых слов. Помимо родных меня поздравили ребята из университета, и днем мы все вместе ходили в кафе. Правда, Захар об этом не знает, но я думаю, он против не будет. Одногруппники у меня все хорошие, а главное – простые, без пафоса и зависти. Мне уже хватило Верки два года назад.

Часы показывали девять вечера, когда мы провели родных до машины. Обнявшись с мамой, мы стояли на улице и взглядом провожали автомобиль, пока он не скрылся за углом.

– Такой сегодня чудесный день. Спасибо тебе, мамуль.

– А мне-то за что, Юляш?

– За жизнь, мамулечка. Разве этого мало?

– Я рада, что у меня выросла такая чудесная дочь. И я очень хочу, чтобы твоя жизнь сложилась счастливой.

– Обязательно так и будет, – я поцеловала маму и положила голову ей на плечо.

Любила наши вечера. Обожала секретничать с ней и не переживать, что она кому-то расскажет. Мама – это самый верный друг, который никогда не предаст и не обидит. Моя мамочка, самая родная и любимая, самая нежная и красивая.

От нежности я прикрыла глаза.

– Захар не звонил?

– Еще утром с поздравлениями.

– Что-то он еще не приехал.

– Угу, говорил, что будет поздно вечером. Раньше не получается.

– Уже, наверное, дождаться не можешь? – я поняла, что мама улыбается, и сама улыбнулась.

А как же! Я даже волноваться начинаю, не то, что просто жду.

– Да, мамуль, очень жду его.

– Если обещал, значит, скоро приедет. Пойдем?

– Угу.

Мы поднялись в квартиру, убрали со стола оставшиеся блюда, вымыли посуду и решили посмотреть телевизор. Голодные мы не были, а чай оставили на попозже.

Я бросила взгляд на часы. Стрелки показывали половину десятого.

Я уже не на шутку начала волноваться. То, что Захар не передумал, я была уверена. Волновалась о том, чтобы все было с ним хорошо.

– Кажется, мы уже видели этот фильм, – отметила мама, а я только пожала плечами.

Настроение начало пропадать.

– Юлька, не грусти. Скоро приедет твой Захар.

– Да, приедет, конечно.

Я снова улыбнулась, и мое сердце едва не остановилось от неожиданно прозвучавшего звонка в дверь.

Сарбаев, гад такой! Я думала он сначала позвонит мне по телефону, сообщит, что приехал. А я побегу его встречать. Но нет, он уже за дверью. Я сердцем чую – это он.

– Мам, как я выгляжу?

– Как всегда прекрасно. Беги, не заставляй ждать. Сама уже извелась.

Я резко закивала головой и, поправив свое платье темно-зеленого цвета, побежала открывать двери.

Вдох-выдох.

Быстрый взгляд в глазок и очередной выдох. Сердце пропустило удар.

Я щелкнула замок и, открыв двери, замерла.

Передо мной стоял высокий, красивый мужчина в костюме. Захар. Мой Захар.

Он стал крупнее, мужественнее, черты лица немного грубее. И взгляд… выразительные серые глаза с жадностью разглядывали мое лицо.

Никто из нас не мог первый произнести слова. Кажется, мы обе не верили, что наконец-то, спустя долгие полгода, встретились. Стояли смотрели друг на друга и дурели. Впитывали каждую частичку тела, каждую клеточку, вдыхали немного позабытые и, в то же время, до боли знакомые запахи.

Вот он. Передо мной. На расстоянии вытянутой руки. Нет, даже ближе. Практически вплотную. И весь мой.

Мое сердце колотилось в бешенном ритме, дыхание сбилось от волнения, и я, кусая нижнюю губу, на миг прикрыла глаза. И тут же ощутила, как он порывисто сгреб меня в свои объятия. В нос ударил невероятный запах его парфюма. Запах, который навсегда будет ассоциироваться у меня с Захаром Сарбаевым. Ошеломляющий, сбивающий с ног, дурманящий мое сознание.

Я руками крепко прижала его к себе, положив ладошки на крепкую спину.

Это он. Он обнимает меня, со всей силой, желанием и жадностью. Он теперь не боится это сделать, а я с радостью принимаю его объятия.

Мой Захар. Такой большой, надежный, горячий. Такой настоящий, не через экран телефона.

Я зажмурилась и носом втянула его запах. Глубоко, протяжно, чтобы убедиться, что это не сон.

Мужские руки крепко сжали мою талию.

Я слышала его громкое, такое же, как мое, сбившееся дыхание. Слышала и ощущала на своей шее.

Никогда прежде не испытывала ничего подобного тому, что испытываю сейчас. Это что-то новое, глубокое и сильное. Это то, что так долго нельзя было доставать из глубин души и сердца. Это наши чувства. Мои и Захара.

Я знала, что он так же безумен мною, как и я им. И если раньше мы молчали об этом, то теперь можно было говорить, можно было показывать, не боясь, что кто-то что-то заподозрит.

Мы так долго ждали этого дня. Мы считали месяца, недели, дни… и вот сейчас спустя долгую для нас разлуку мы наконец-то можем обняться не просто как друзья, а как любящие, истосковавшиеся друг по другу люди. Теперь наконец-то мы можем проявлять свои чувства.

И потому первые минуты встречи мы стояли на площадке и обнимались, просто боясь разорвать тактильный контакт, о котором так долго мечтали. Мы просто наслаждались касаниями и запахами, мы сходили с ума от того, что можем чувствовать друг друга.

И главное, теперь я себя ощущаю рядом с Захаром не просто девочкой, которая вряд ли ему понравится. Уже нет, потому что все это не так. Теперь я ощущаю себя рядом с ним красивой, женственной и нужной ему.

– Моя Юлька.

– Захарушка.

Он хмыкнул и носом уткнулся мне в макушку.

– Никогда не перестанешь так меня называть?

– Неа, – я зажмурилась и носом уткнулась в его шею. – Мне так нравится.

Захар заключил мое лицо в свои ладони и, приподняв его, посмотрел в глаза:

– Как же я скучал… теперь буду всегда рядом.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Он склонился и нежно, практически невесомо коснулся моих губ.

– Вы долго будете стоять в дверях? – услышали мамин голос и, посмотрев друг на другу, улыбнулись.

– Добрый вечер, Виктория Николаевна.

– Добрый, Захар. Проходите в квартиру.

Мы зашли в прихожую. Захар прикрыл дверь и снова обнял меня, порывисто, да так жадно, что я еле выдохнула.

– Ох, молодежь, – хмыкнула мама и ушла на кухню.

– Захарушка, ты меня смущаешь.

– Я тебя заберу сегодня. Ты знаешь об этом?

Как он прошептал? Мурашки по коже прошли, и тело бросило в жар.

Я смутилась и, посмотрев в его глаза, тихо произнесла:

– Будешь сам об этом с мамой разговаривать.

– Буду, – кивнул он и, резко развернув меня, прижал спиной к двери.

Захар навис сверху и, неотрывно смотря мне в глаза, медленно склонился.

Каждое его движение вызывало в моем теле трепет. Было немного волнительно, но в то же время не терпелось, чтобы Захар скорее меня поцеловал. По-настоящему.

И словно услышав мои мысли, он коснулся губ в нежном поцелуе. Сначала просто прикосновение, и жар его губ, а затем он обхватил мою верхнюю губу и слегка потянул. Глаза прикрылись. Я не знала, что нужно делать, ведь никогда ранее не целовалась с мужчиной.

А Захар, отпустив, языком мазнул по нижней губе и, обхватив затылок рукой, прижал меня к себе крепче. По телу все еще бегали мурашки и кажется становилось очень жарко.

Я руками коснулась мужских плеч и услышала гортанный рык. Распахнула глаза, потому как Захар перестал меня целовать.

– Дома научу тебя целоваться, – произнес он хриплым голосом, а я опустила взгляд.

– Тебе не понравилось, да? Я вовсе не умею целоваться.

Захар не отпускал меня, левой рукой за талию прижал к себе и улыбнулся.

– Понравилось. Просто хочу, чтобы ты тоже полностью ощущала удовольствие, и не была скованна от того, что рядом мама. Пойдем, не будем заставлять ее ждать.

Я кивнула и провела Захара в ванную комнату, а сама прошла к маме.

– Счастливая?

– Очень, – кивнула я, до сих пор находясь в какой-то прострации. Мысли витали там, в нашем поцелуе.

Я неосознанно коснулась пальцами губ, только сейчас поняв, что они немного покалывают. Но мне это нравится, как и щетина Захара.

Пока он мыл руки, мы с мамой накрыли на стол. А потом любимый зашел на кухню с пакетом в руках.

– Там шампанское и фрукты.

– Да что вы, Захар, не стоило… – мама пожала плечами со смущением принимая пакет.

– Там ничего такого. Но вот просить покормить, буду. С дороги очень проголодался.

– Конечно, присаживайтесь.

Сарбаев открыл шампанское и разлил по бокалам. Мы все присели за стол, и Захар, подняв свой бокал, произнес:

– С твоим праздником, Юлька. Будь здорова, малышка, а счастье я тебе сам организую.

Я улыбнулась ему в ответ. Стукнувшись бокалами, я отпила немного шампанского, и пока Захар ужинал, то и дело смотрела на него. Так сильно скучала по нему, что пыталась разглядеть каждую черточку, боялась что-то не заметить. Хотела как можно дольше находиться с ним рядом.

Какой же он красивый!

За столом мы просидели около часа.

Захар рассказывал, чем конкретно занимался вдали от родного города. Что делал в свободное время, которого у него оказалось очень мало. А мама в свою очередь расспрашивала о дальнейших планах. И таким образом дошли мы до самого главного.

– Виктория Николаевна, я надеюсь, вы отпустите сегодня Юльку со мной?

Вот вроде говорила маме об этом, и Захар не раз кидал такие намеки, но, когда это прозвучало из его уст, да напрямую обращением к маме, меня бросило в жар. Было немного волнительно, ведь, по сути, я не знала ее решения.

– С сегодняшнего дня Юля – совершеннолетняя девочка, хотя по-прежнему для меня маленькая. Но она вправе принимать решения сама.

– Я давно уже приняла решение, мамуль.

– А я его поддержу, – улыбнулась она и коснулась моей руки.

– Я рад, что вы умная женщина, и не препятствуете нам.

– А с чего я должна вам препятствовать? Вы, Захар, зарекомендовали себя умным, надежным мужчиной, с которым моей дочери не будет страшно. Я вижу, что у вас взаимные чувства. А для меня главное счастье моей дочери.

– Мамулечка, спасибо тебе большое, милая моя.

– Но обидишь ее, на порог больше не пущу.

– Не обижу, Виктория Николаевна. Даже не думайте об этом.

Мама кивнула, а я поднялась со стула и обняла ее со спины.

– Так люблю тебя.

– И я тебя, доченька, люблю.

В двери позвонили, и я с непониманием посмотрела на маму.

– Я сейчас, – произнес Захар и вышел из кухни.

А уже через две минуты вернулся с двумя большими букетами роз. Нежно-розовые для мамы и темно-бордовые для меня.

– Не было времени никуда заезжать, потому попросил брата завести.

– Как? Гриша был здесь? Нужно было пригласить его за стол!

Я хотела подняться и догнать Григория, но Захар меня остановил.

– Обойдется. Сегодня это наш праздник. Знаю я брата, начнет подстегивать меня, дразнить.

Я хихикнула:

– Можно подумать, ты не нашел бы что ответить.

– Нашел бы. Потому сегодня без него.

Я понимала, что Захар имеет в виду. Он хочет, чтобы наш вечером был вот такой, личный. Ведь совсем скоро мы уедем отсюда, и когда он выпустит меня из своей квартиры, я понятия не имела.

– Езжайте, – произнесла мама, заметив, что мы не можем оторвать друг от друга взгляд.

– Сначала поможем тебе здесь все убрать, – я поднялась и стала убирать тарелки, но мама остановила меня, взяв за руку.

– Доченька, езжайте. Я сама уберу.

– Но мамуль…

– Юль, отдыхай, – она улыбнулась, а я снова смутилась, но кивнула.

– Спасибо тебе, – и тут же повернулась к Захару, – что мне взять с собой?

– Ты разве чемодан не собрала?

– Нет.

– А зря. Ну ничего, ты главное себя бери, остальное подождет.

Из квартиры мы вышли спустя пятнадцать минут. Все это время колени била дрожь, а в душе зародилось непередаваемое волнение. Захар сказал, что меня ждет сюрприз, и я очень волновалась из-за этого.

Мне, в принципе, было непривычно идти рядом с мужчиной в новом статусе. Но я понимала, что в этот момент ощущаю себя взрослее. Мы уже не друзья, мы пара, и это очень необычно.

– Мы едем к тебе? – уточнила у Захара, когда мы вместе уселись в его авто.

– Ко мне. Дома тебя ждет подарок.

– Мой подарок – это ты, – хмыкнула я, за что меня наградили поцелуем.

– Нет, это ты мой подарок.

Глава 12

– Теперь ты будешь жить здесь, – прошептал Захар, стоя позади и руками сжимая мои плечи.

Я спиной прижалась к его груди.

– Ты хочешь, чтобы я жила с тобой?

– Ты сомневаешься в этом? Или думаешь, что я теперь тебя отпущу?

– Будешь держать меня в заложницах?

– Нет, просто ты сама не захочешь уходить.

Массируя мне плечи, он таким образом расслаблял меня и, кажется, даже соблазнял. Мне было очень приятно. И снова волнительно. Мы наедине в его квартире, я совершеннолетняя, и, между нами сильное притяжение. Мы оба знали, чем закончится сегодняшний вечер, но я все равно пыталась прогонять от себя эти мысли, чтобы сильно не переживать.

– Пойдем, выпьем.

Мы сняли с себя верхнюю одежду и прошли в просторную гостиную. Захар включил приглушенный свет, а я подошла к панорамному окну, из которого отлично просматривался ночной город. Как же красиво. Все в огнях.

– Выпить мне не помешает, – хмыкнула я и руками обняла себя за плечи.

Захар принес уже открытую бутылку вина и два бокала. Поставил их на столик и наполнил. Один подал мне.

– Ты всегда меня боялась, и сегодняшний день не исключение, – произнес он, смотря мне в глаза.

Я облизнула губу.

– Это не так, я… боялась тебя только в первые дни знакомства.

– А сейчас? Чего боишься?

Я отпила вина, оттягивая свой ответ. Да и сказать толком не знала что. Я боюсь заняться сексом? Или что? Я боюсь, что тебе не понравится?

– Юлька, ты чего?

Он пальцами поднял лицо за подбородок, и я снова от волнения прикусила губу.

– Я у тебя здесь в качестве девушки в первый раз, и… – снова отпила вина. Вкусно очень.

– И?

– Боже, Захар, зачем ты меня сейчас спрашиваешь об этом?

Я отвернулась и отошла к окну, не понимая, что я должна сказать ему. Правду?

– Так, это уже никуда не годится. Ты боишься оставаться со мной наедине?

– Я не боюсь оставаться наедине. Я боюсь…

– Я понял. Ты боишься близости со мной.

Господи, меня словно водой холодной окатили. От его слов стало так… стыдно. За мое поведение.

– Да, Захар! – прикрикнула я, поворачиваясь к нему. – Я волнуюсь, что тебе что-то не понравится. Я ведь ничего не умею.

Он хохотнул и, отпив вина, отставил бокал на столик.

– Ты очень ошибаешься, – медленно подошел ко мне и заключил лицо в свои руки, – ты самая большая искусительница. Даже понятия не имеешь, как меня соблазняешь.

– Как? Я же ничего не делаю.

– Это тебе так кажется, моя любимая девочка. Ты меня соблазняешь одним своим видом.

– Как ты сказал?

– Любимая девочка.

– Господи, я не верю, что все это происходит со мной, – я прикрыла лицо ладонями, пытаясь скрыть свое смущение, но Захар не позволил закрыться.

– Я же говорил тебе, что ты будешь моей, и ты уже моя. Я люблю тебя, малышка.

– Это так странно слышать, и в то же время приятно.

– Мне тоже много что странно, и непривычно, но все это поправимо.

– Я тоже люблю тебя, Захар.

Ладонью коснулась его щеки. Щетина слегка покалывала, но мне это нравилось. Было в этом что-то особенное, личное, только наше. Глаза в глаза, губы к губам и одно дыхание на двоих.

– Я тебе подарок приготовил…

– Зачем, Захар? Ты и так уже сделала самый большой подарок. Приехал ко мне.

– Ну я же не мог с пустыми руками заявиться?

Он чмокнул меня в нос и прошел к двери, где стоял его чемодан.

– Гриша привез мои вещи сюда. Я ничего не успевал. И так слишком поздно к тебе приехал.

Я отставила свой бокал и направилась к Захару. Мне хотелось быть с ним рядом как можно дольше, и каждая секунда, когда мы не касались друг друга, нагоняла на меня страх. Страх очередной разлуки.

Захар как раз присел около чемодана, когда я, склонившись, обняла его за шею, носом уткнувшись в макушку.

– Ты чего, девочка?

– Соскучилась, Захарушка. Ни на миг не хочу без тебя.

Он поднялся, увлекая меня в объятия.

– И не надо без меня. Мы теперь всегда будем рядом, – тихо прошептал он и выставил руку, демонстрируя на ладони черную бархатную коробочку.

– Ты чего?

– Выходи за меня замуж?

У меня челюсть отвисла от услышанного. Я так удивилась, что таращилась на Захара, не веря, что мне сейчас сделали предложение. Во рту пересохло, дико захотелось пить, а еще… еще хотелось, чтобы меня ущипнули и сказали, что это не сон. Не хочу, чтобы, проснувшись, оказалось, что мне все приснилось. Слишком хорошо сейчас и страшно, что все рухнет в одночасье.

– Малышка, ты чего?

– Мне это все снится, да? – уточнила я, смотря в глаза Захара.

Он улыбнулся.

– Нет, кроха. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Сарбаев открыл коробочку и надел мне на палец красивое колечко со сверкающим камнем.

– Подошло. Значит, хорошо тебя изучил. Так, что? Ты будешь моей женой?

– Ты сумасшедший, – я прикусила губу и, улыбнувшись, бросилась ему на шею. – Так люблю тебя.

– Звучит, как согласие, – прошептал мне на ушко, а я, отпрянув, заглянула в его глаза.

– По-другому быть не может.

– Ура! – рыкнул он и с жадностью впился в мои губы.

Я сразу немного растерялась, но уже через несколько секунд расслабилась и позволила Захару быть главным. Приоткрыла рот и тут же ощутила его язык на своем языке. По телу побежали мурашки, в животе запорхали бабочки, и я инстинктивно прижалась грудью к мужчине. А он в свою очередь продолжал жадно меня целовать, удерживая голову за затылок. Мне перестало хватать воздуха, но отстраняться я не желала. Руками обхватила его голову и почувствовала его вторую руку у себя на талии. Он распластал ладонь, поглаживая мои ребра, и медленно потянул платье вверх.

Я не мешала ему, не хотела, чтобы он останавливался. И лишь когда он сам отстранился, чтобы сделать глубокий вдох, я с жадностью заглянула в серые глаза:

– Если так… то ты просто обязан выполнить супружеский долг.

– Не могу тебе отказать.

Захар подхватил меня на руки и понес в ванную комнату.

– Ты… ты хочешь со мной принимать душ? – выдохнула я ему в губы.

– Да, я хочу сам намылить твое тело.

Я тут же покраснела, пряча свой взгляд у него на шее.

– Так не годится, малышка, – он поставил меня на пол в ванной и приподнял лицо за подбородок, – только что ты сама хотела исполнения супружеского долга.

– Но… это же совсем другое, и…

– Я уйду, если ты попросишь.

В его взгляде читалась серьезность и уверенность. Захар не шутил. Если я попрошу, он действительно выйдет. И именно это заставило меня передумать. В конце концов, сколько я буду стесняться и закрываться от него? Все равно хочу, чтобы сегодня все случилось. Да и Захару я доверяю, как себе. Он ни разу меня не обманул, не подставил и не причинил боли. А значит, пора немного расслабиться.

– Нет, – все же произнесла я и руками схватилась за его запястья, – не попрошу.

– Не бойся меня. Я последний, кого тебе стоит бояться.

– Я не боюсь тебя, Захарушка. Я просто волнуюсь.

– Все хорошо, малышка, – он склонился и оставил на губах нежный поцелуй.

– Да.

– Поможешь мне с рубашкой?

– Я? Мм, да, помогу.

Дрожащими пальцами я принялась расстегивать мелкие пуговицы. Из раза в раз кадык Захар дергался, вызывая во рту сухость. Я пыталась не смотреть на него, но шея… шея у любимого очень сексуальная, то и дело манила меня. В голове даже мысль проскочила мазнуть по ней языком. Но я тут же попыталась прогнать ее. О чем я думаю? Разве такое делают?

Последнюю пуговицу я кажется оторвала. Но не обращая на это внимания, сделала глубокий вдох. Передо мной застыл мужчина с оголенной грудью.

Господи!

Я никогда не видела его таким… да еще настолько близко.

Гладкая кожа, твердая накачанная грудь, и опаляющее мое лицо дыхание Захара. Я не могла прекратить рассматривать ни грудь, ни шею. Пыталась уловить каждую частичку его тела, боясь упустить даже малейшую деталь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.