# Идеалирум

Валентина Астахова

Идеалирум ‒ город-мечта для ученых. Он манит своими перспективами и дорогими проектами. Отправиться в космос и стать частью закрытого города доступно не всем.

Данила вытянул свой счастливый билет. Но готов ли он отдать свою жизнь технологическому прогрессу?

## Глава 1


Если вы хотите познать секреты вселенной ‒ мыслите

единицами измерения энергии, частоты и вибрации.

Никола Тесла

Принтер бесшумно покрывал листы диаграммами. Страницы отчета ложились ровной стопкой в лоток для бумаги. Душно. Кто бы мог подумать, что стремление к просвещению и знаниям приведут не к просторам космоса, а на стометровую глубину, под землю на границе Франции и Швейцарии? В лабораторию без окон, где даже воздух полностью под контролем технологического прогресса. Осталось совсем немного до завершения распечатки результатов экспериментального дня. Старший научный сотрудник сосредоточил пристальный взгляд на мониторе. На автомате подтянул остывший кофе, глотнул не глядя. Очередная бессонная ночь тяжестью давила на веки. «Только бы не уснуть».

Всю свою сознательную жизнь он грезил наукой, вгрызался в теорию квантовой физики, годами плевал на усталость и недосып, рвался к цели, доказывал свою гениальность. Внезапно погас свет. «Скачок напряжения? Но откуда он, если опыты приостановлены?». Мужчина замер в ожидании, когда аварийные генераторы возьмут на себя роль источника электроэнергии. Резкая вспышка, словно свет тысячи солнц, заполнила помещение. Зажмурив глаза от ослепляющей волны, он вжался всем телом в кресло. Пульс зашкаливал, в горле пересохло. Что бы ни произошло, персонал системы безопасности должен явиться в лабораторию оперативно. Открывать глаза было откровенно страшно, но неизбежно. От светового шока в темноте сориентировался не сразу, выхватывая взглядом очертания фигуры мужчины в белом халате.

– Hi, please listen to me, ― приблизившись, взволнованно бормотал с грубым акцентом неизвестный. Руки его потянулись к плечам ошеломленного сотрудника.

– Стоять! ― на эмоциях крикнул тот на русском, по инерции откатившись в кресле назад.

– Вы говорите на русском?! Я знал, знал! ― Во мраке не было видно лица, но радость отчетливо звучала в голосе визитера. ― Послушайте, остановите все это, вы не должны вновь запускать коллайдер. Это зло для человечества.

– Вы сумасшедший! Кто вы такой? Как вы сюда попали?

– У меня мало времени. Слушайте, просто слушайте и молчите! Сегодня, 13 июля 1978 года мне пришлось решиться на скачок во времени, чтобы предупредить вас о надвигающейся угрозе. Ваши эксперименты, они рвут полотно реальности, искажают плотность времени. Большой андронный коллайдер представляет глобальную опасность. Системы реакций могут генерировать не единичные явления, а экстремальные процессы с угрозой нарушения магнитного поля Земли. Вы сокращаете жизнь человечества.

Научный сотрудник краем глаза заметил лучи света за стеклянными раздвижными дверьми лаборатории. Еще мгновение и бойцы охраны проникнут в помещение. До спасения оставались секунды.

– Время, оно имеет плотность. Нас обманули, ― торопливо рвано твердил неизвестный, ― секунды, минуты, часы и дни ‒ они будут лететь с огромной скоростью, вас приучают к электронным часам, чтобы вы не замечали ускорение бега стрелок. Скорость жизни из-за технического прогресса для обычных людей…

Выстрел прервал его речь без предупреждения. Научный сотрудник, словно в замедленном кадре наблюдал, как пуля ввинтилась в плотную густоту линии света фонаря… прошла навылет, рассеивая вязкую структуру образа мужской фигуры. Явление исчезло, растворилось, испарилось, рассеялось ‒ сложно подобрать слова к тому, с чем столкнулся впервые.

Свет ровным потоком залил лабораторию, процессор коротким писком оповестил о восстановлении питания. Сотрудника вывели из лаборатории без лишних вопросов. Краткое: «Следуйте за нами» ‒ разделило жизнь на «до» и «после». Шаг без вины в роль от талантливого ученого ‒ к человеку, подозреваемому в промышленном шпионаже. А что если пришелец был прав и БАК ‒ угроза?

Изоляция в ожидании вердикта. Без звонков и выхода в интернет. Допросы, исследования, расшифровки записей камер. Но он настаивал на своем: «Был в состоянии шока, не понимал о чем речь, не имею никакого отношения к визуальной голограмме в лаборатории». Ему не нужен был выход в интернет, чтобы понять, кто явился в ту ночь в лабораторию. Дата, которую назвал мужчина в халате, была хорошо ему известна. Знания таились в его прошлом. Он допускал, что ситуация могла быть инсценировкой спецслужб, иначе как объяснить тот феномен, что явление рассеялось. Но тогда, в темноте он отчетливо ощущал запах визитера и его дыхание. Не может симуляция быть настолько осязаемой, на допросах он об этих наблюдениях смолчал.

Мысли в поисках ответа бегали от версии к версии. Вербовка? Это вполне вероятно, ведь совсем недавно для того, чтобы остаться работать, он подал запрос на получение паспорта таланта. Могли ли таким образом его пытаться одурачить сотрудники спецслужб родной страны, чтобы пресечь утечку мозгов и получить по возвращении нужные им данные об успешно завершенном эксперименте? Да, многоходовка казалась слишком запутанной, но и цена информации высока. Его стране нужны его знания для оптимизации внутренних проектов, а тут отличный повод вернуть домой блудного сына. В пользу этой версии шел тот факт, что задействовали его личный триггер: его однокурсники и бывшие коллеги из НИИ знали, что история выдающегося советского научного деятеля пробудила в нем одержимость физикой.

Все началось со школы, когда в седьмом классе задали написать реферат по физике. Именно тогда он впервые наткнулся на описание трагедии советского ученого, который выжил после того, как пучок протонов в синхротроне У-70 прошел через его голову. В тот период в подземном зале научно-исследовательского института проводились эксперименты с высокоэнергетическим ускорителем заряженных частиц. 13 июля 1978 года, именно эту дату назвал мужчина в лаборатории. А что если, все не совсем так, и в тот день ученый, действительно, совершил скачок во времени? Неужели советские исследователи еще в далеком 1978 году достигли прорыва и тщательно скрывали это от международного сообщества?

Для квантовой телепортации требовался идентичный носитель, расположенный в лаборатории и это исключено, все тщательно проверяется. Объект был осязаем, что тоже не вязалось с этой версией. Кротовая нора? Но для подобного туннеля требовалась вторая точка маршрута, не могли в 1978 году предугадать будущее с геолокацией размещения лаборатории БАКа. Перебой с электроснабжением, вспышка. Все это было за гранью его понимания.

Он вспомнил траекторию полета пули, она прошла навылет именно с затылка и вышла слева. Могла ли травма с аналогичной локализацией у пострадавшего быть получена не из-за пучка протонов, а во временном скачке от выстрела? Сотрудники безопасности лаборатории в сговоре со спецслужбами другой страны ‒ это невозможно. Он находится настолько далеко от текущего положения дел в науке? История с открытиями «частицы Бога» ‒ ширма, за которой стоят могущественные представители цивилизации, и игры в воровство времени ‒ не выдумка?

Тщетно прокручивал в голове «дано» и не находил ни одного сплетения обстоятельств, которые дали бы ему ответ, удовлетворяющий систему объективной реальности. Ему сообщили, что время имеет плотность. В изоляции ощущалось, как оно тянется, словно в тот момент, когда пуля прорвала образ, он сам залип в тягучей трясине, которая не хотела его отпускать.

Исчезли грезы о важности диаграмм, развеялись мечты о перспективах. Ожидание решений тех, в чьих руках оказалась его судьба, угнетало страхом за жизнь. Они оставили его в живых, чтобы найти ответы на вопросы, но как только ситуация прояснится, он перестанет быть им нужен. Нет гарантий, что участь гостя из прошлого не постигнет его. Неизвестность сводила с ума.

## Глава 2

Зло не в ядре атома, а в душе человека.

Эдлай Стивенсон

Экстренное заседание совета безопасности.

– Идентифицировать явление нам пока не удалось, но со своей стороны хотим внести инициативу о необходимости ввода запрета доступа к объектам Европейской организации по ядерным исследованиям для российских ученых, в том числе к Большому андронному коллайдеру.

– И как вы себе это представляете? В одностороннем порядке, без аргументированных причин прервать многолетнее сотрудничество с масштабным финансированием проекта с их стороны?

– Политическая напряженность из-за санкций по отношению к России нам на руку, в принятии любых решений.

– Вас только это интересует? Никого не смутило, что на секретном объекте, в закрытой лаборатории просто из ниоткуда появился человек?

– В теории это не совсем человек, иначе, мы бы получили труп в результате оперативного реагирования сотрудников системы безопасности. Духовенству есть что ответить на этот вопрос, если наука не находит решения задачи?

– Мы изначально были против проектов в этих направлениях. Наша позиция остается неизменной. Леон Ледерман обозвал свой труд «чертовой частицей». От того, что редактор переименовал заголовок в «частицу Бога» это не изменило сути дела. Вы пытаетесь проникнуть в тайны мироздания, не понимая, с чем имеете дело.

– С чем мы имеем дело? Это говорите вы, кто по обвинению в ереси сжигал на кострах инквизиции ученых?

– Лично я не сжигал.

– Довольно. Как только речь заходит о России, мы каждый раз впадаем в исторические прогулки, в поисках причин для раздора, а не единения. Что делать с русскими, которые сейчас задействованы в опытах с коллайдером?

– Мы не можем отлучить от исследований более семиста ученых и позволить им вернуться в Россию с результатами полученных исследований. Возможно, провокация с явлением целенаправленно двигает нас к принятию ошибочного решения. Ожидать от русских игр по правилам ‒ бесполезно. История показала, что их сумасбродные идеи базируются не на здравой логике, а на методах разрушения чужих стратегий в зачатке. Они активно занимаются разработкой коллайдера NICA с 2013 года. Информация, которую предоставим им мы, вернув оскорбленных выдворением ученых на родину, бесценна. Мы ограничим доступ им, утратив шанс присутствия и наблюдения на их объекте.

– БАК в перспективе может вызвать энергетический кризис на территории Европы. Это задача первоочередная.

– Вы хотите сказать, что теория, транслируемая голограммой в лаборатории о масштабах катастрофы ‒ не выдумка?

– Знаете, чем отличается гений от таланта? Гений одержим идеей, и черпает вдохновение из канала, связь с которым доступна только ему. Талант вдохновляется окружающим миром. Где гарантия, что гении не приводят в наш мир идеи темной материи под видом технологического прогресса? А теперь представьте, вы планируете бросить вызов тем, чье ущемленное самолюбие может достичь маниакально-депрессивного психоза. Потенциально, и в случае возвращения на родину они опасны, и в случае удержания их здесь после ограничений ‒ это бомба замедленного действия. Они объединятся в машину, способную сломить любую систему государственного управления. Переиграть их невозможно, они мыслят другими категориями. Стратегическая ошибка в этой игре может породить полномасштабную угрозу.

– Ликвидировать незаметно столько людей мы не можем.

– Всех нет. Свидетеля. Другим сотрудникам внушить новую идею, которая создаст иллюзию признания.

– Взять под контроль?

– Да, но не явный. Предложить им участие в закрытом проекте, удовлетворяющем их амбиции. Речь идет о космосе.

– У нас нет доступных для этого инструментов.

– Выслушайте суть моего предложения, прежде чем принять решение. Работу БАКа следует приостановить до выяснения обстоятельств, под предлогом нехватки энергии. А пока внимание научных сотрудников будет сосредоточенно на шумихе вокруг этого, мы индивидуально отберем первых претендентов для резервации…

## Глава 3

То, что в одном веке считают мистикой, в другом становится научным знанием.

Парацельс

Идеалирум

Много лет спустя.

Левитационная капсула бесшумно распахнула свои створы, выпуская из высокоскоростной трубы нового жителя Идеалирума. Сколько километров преодолел пассажир и в каком направлении, определить расчетами ему не удалось, инновационный «пятый способ перемещения» не подвергался огласке в средствах СМИ. Не зная скорость, выяснить дальность маршрута не представлялось возможным. Доверившись пунктам заключенного контракта, он прибыл в место назначения, которое для любого ученого в последние годы казалось раем. Доступ к лабораториям, оснащенным по последнему слову техники, прямое сотрудничество с крупными компаниями, отсутствие негативных факторов социальной среды и экологии обещали плодотворно сказаться на результативности. Многие даже в самых смелых мечтах представить не могли, что им доступен шанс стать частью резервации. А он тут. Счастливчик ‒ один из миллиона соискателей.

Эмоции одерживали верх в ожидании знакомства с автономным городом для ученых, на засекреченной точке просторов космоса. От обывателей тщательно скрывалась любая информация, способная идентифицировать Идеалирум. Город – легенда, доступный избранным представителям научного сообщества. Критерии, по которым проводился отбор, держались в строгом секрете. Приятно чувствовать себя избранным, но сложно ощутить это полнокровно, когда нет понимания, в чем одержал победу.

Гидравлическая платформа спуска мягко коснулась пола, открывая обзор на вход в просторный пешеходный тоннель, оснащенный системами распознавания.

– Сканирование завершено успешно, ― раздался женский голос из динамиков. ― Следуйте по указателям цифрового дисплея.

Даня с интересом рассматривал глянцевые панели, вдохновленный предвкушением новой жизни. Стрелка табло на разветвлении коридора активировала поворот направо, открывая переход в просторное помещение с настенными мониторами.

– Займите удобное положение в диагностическом боксе.

Одна из кабин, расположенных по периметру, включила мягкий неоновый свет.

– Одежду и багаж уберите в камеру, ― последовало новое указание, с автоматическим щелчком отомкнулась дверца хранилища.

Данила неохотно простился с рюкзаком, озираясь по сторонам. В боксе ведется видеонаблюдение, сомнений не было, злило, что придется обнажиться при свидетелях. Стянул толстовку, кроссовки убрал в ячейку. Шагнул к объемному креслу в попытке сесть. Раздался противный сигнал с пульсацией красных лучей.

– Для проведения диагностики вам необходимо полностью раздеться и снять украшения.

Мужчина недовольно исполнил инструкции, с грустью расстегнул серебряную цепь с нательным крестом, бережно спрятал в карман брюк. Он понимал, что процедура неизбежна, только энтузиазма такое приветствие не добавляло. Могли хотя бы на этапе ознакомления с городом выделить живого сотрудника, а не вершить судьбы оповещениями из динамика. Да, он подписал контракт, только это не означало, что лишился стеснения и дискомфорта, характерных для людей. Стоило переступить коридор и сразу нагим в кресло. Такое приветствие ему не по душе.

Кресло плавно обняло тело, спинка откинулась назад, сомкнув на запястьях и икрах Данилы, диагностические манжеты. Сверху из раздвижной потолочной панели опустились очки виртуальной реальности.

– Диагностика займет пятнадцать минут, для расслабления предлагаем вашему вниманию приветственный фильм.

Очки плотно накрыли треть лица, перед глазами открылась панорама Идеалирума.

– Добро пожаловать на территорию Идеалирума. Город возможностей и открытий, ― начал свое повествование гид.

Пронзительный укол в правое запястье заставил мужчину вздрогнуть. Мало того, что он лежит, в чем мать родила, так еще и терпеть без предупреждений эксперименты над своим телом. Даня стиснул в ярости челюсти, чувствуя, как от гнева разгоняется пульс. Кадры визуализации не снимали напряжения, напротив, вводили в еще большее внутреннее сопротивление ввиду отсутствия обзора за текущим положением дел в боксе.

В эти мгновения он искренне проживал раскаяние за совершенный выбор. Заманчивые перспективы, да, но в этих манипуляциях он уже не имеет права на отказ, чувствуя себя подопытным кроликом. Страхи и ассоциации тенью расползались в мыслях, никто никогда не видел людей, вернувшихся из Идеалирума. В научном сообществе этот факт оправдывался тем, что объект засекречен, и документы о неразглашении подписываются до заключения контрактов. А что если ‒ это ловушка?

Минуты тянулись мучительно долго, благо хоть тыкать в него иголкой больше не стали, зато активировалась массажная функция кресла. Зачем им жертву наминать, если в планах испытания над ней?

– Диагностика завершена. Проследуйте в кабину номер пять для обработки.

Данила достал вещи из ячейки, прижав к груди, покинул бокс, озираясь по сторонам в поисках нового этапа радушного гостеприимства. Кабина оказалась рядом. Повторив действия с вещами и ячейкой, он встал в границы антибактериальной рамки, вытянув руки вверх. Бриз капель жидкости с весьма отталкивающим ароматом в несколько этапов оросил тело.

– Обработка завершена. Следуйте за указателями на дисплее в изолятор на время адаптивного карантина.

– А можно мне живого сопровождающего, поговорить по-человечески с кем-нибудь? ― Найдя глазок камеры, возмутился он.

– Мы исключаем контакты с новоприбывшими из зоны прилета до проведения всех мер безопасности.

Изолятор на первый взгляд оказался не таким страшным, если сравнивать его со стандартными инфекционными палатами российских больниц. Возможность принять душ и облачиться в свежую одежду, подкупала. Желание смыть усталость после дороги и липкий слой антибактериальной обработки одержали верх над яростью.