# Темные тропы разума

Катрин Нестро

«Тёмные тропы разума» – психологический триллер, в котором жизнь и игра переплетаются, а каждый герой скрывает свою правду за маской.

В городке, где все знают друг друга, происходит убийство. Адвоката находят мёртвым после ночной игры в мафию. Детектив Алекс Руперт начинает расследование – и шаг за шагом попадает в лабиринт человеческих страхов, лжи и манипуляций. Игра, которую все воспринимали как развлечение, оказывается ловушкой. Кто-то знает больше, чем говорит. Кто-то хочет остаться в тени. А кто-то – ведёт свою партию с самого начала.

## Глава

Пролог.

– Ты когда-нибудь просыпался и не знал, кто ты?


Не как шутка. Не от похмелья. По-настоящему.


Когда всё вокруг – будто сцена. Актёры на своих местах. Текст выучен.


А ты – единственный без сценария. Без роли. Без имени.


Ты смотришь на свои руки. Узнаёшь их – но не до конца.


Ты смотришь в зеркало – и оно первым отводит взгляд.

И тогда кто-то говорит:

– Ваш ход, детектив.

И ты понимаешь:


Игра уже началась.


Без тебя.


Или через тебя.


Часть первая.

Глава 1.

«Добро пожаловать в ночь»

Комната была окутана полумраком. Тягучим, как старый воск на потрескавшихся стенах. На окнах плотные тёмные шторы, что не пропускают света вовсе. Тусклая лампа над круглым столом, чья светотень резала лица на куски и делала всех одинаково чужими. Свет не освещал – он дразнил. Казалось, за этими стенами не существует ни улиц, ни города, ни мира.

Они молчали. Кто-то держал в руке бокал, кто-то смотрел в пол, кто-то разглядывал свечу, словно ища в пламени ответ, который никто не задал. Один тихо постукивал пальцами по подлокотнику. Другой скрестил руки и уставился в пустоту.

– Значит… это и есть та самая игра? – прозвучал первый голос, женский, неуверенный.

– Похоже на то, – ответил кто-то из мужчин, сухо. Голос был хриплый, как у человека, который либо много курит, либо много молчит.

– И правила? Нам их объяснят?

– Думаю, нет. Это и есть правило, – сказал третий. В его голосе была усмешка. Ленивая, опасная.

На столе – колода чёрных карт. Рядом – чаша с чёрным песком. Ни названия, ни инструкций. Только молчание, поглощающее тиканье настенных часов.

Один мужчина вытянул карту. Другой – тут же подался вперёд:

– Ты что делаешь?

– Игра началась, разве нет?

– Мы даже не знаем, во что играем! – отрезала женщина у стены. В её голосе мелькнул страх, прикрытый раздражением.

Наступила пауза. Пауза, в которой воздух, казалось, можно было разрезать ножом.

– Что-то мне всё это не нравится, – пробормотал кто-то. – Ни черта не понятно.

– Вот в этом и весь интерес, – усмехнулись в ответ.

Где-то позади щёлкнуло – короткий треск, будто кто-то коснулся старого выключателя. Один человек дёрнулся. Кто-то фыркнул. Смех был коротким и неуместным.

На мгновение показалось, что все дышат в одном ритме.


Как будто невидимая рука уже перевернула первую карту.


И кто-то из них сделал шаг за черту…

– Итак, начнём – сказал Дилон. Его голос был слишком спокоен.

Никто не ответил.

– В этой игре нет шансов на ничью. Есть победители. И есть те, кто выбывают.


– Кто нас выбрал? – тихо, почти с вызовом спросила женщина с тёмными глазами.


– Вы – друг друга, – Дилон улыбнулся. – По одному. До последнего хода.

В углу что-то щёлкнуло – то ли старая проводка, то ли звук за стенкой. Несколько человек вздрогнули. Один мужчина кашлянул.


Кто-то передвинул карту на центр.


Кто-то засмеялся – коротко, нервно.


Игра началась.

Никто не знал, что один из них уже мёртв.

Но это было только начало.


Глава 2.

«Шёпот до игры»

Бар «Глостен» всегда открывался ровно в полдень. Сегодня – не исключение.

Старые деревянные двери с лёгким скрипом распахнулись, впуская в тёплый полумрак первых посетителей. Воздух внутри был пропитан смесью табака, виски и чего-то ещё – неуловимого, но неизменно присутствующего в местах, где люди проводят слишком много времени.

Маргарет вошла в бар спустя десять минут после открытия.

– Как всегда, чёрный кофе, без сахара? – кивнул ей Майкл, лениво протирая стойку.

– Ты читаешь мысли, дружище, – улыбнулась она и скинула с плеч пальто.

Уютный полумрак, тёплый аромат свежемолотых зёрен, мягкий гул утреннего радио – всё говорило о том, что город ещё не проснулся. Бар только начинал дышать.

Маргарет заняла своё обычное место – в углу у окна, откуда открывался вид на улицу, окутанную предрассветным туманом. С другой стороны стойки сидела Люси. Бледная, напряжённая, она рассеянно вертела в пальцах стакан с минеральной водой. Казалось, она не здесь, не сейчас. А может, и вовсе не с этой стороны мира.

– Люси? – негромко позвала Маргарет.

Та вздрогнула, будто вынырнув из затянувшегося кошмара.

– Привет, Мэг… Не заметила тебя. Прости.

– Ты вся какая-то… как будто всю ночь кого-то караулила, – мягко сказала Маргарет, присматриваясь.

– Караулила? – Люси усмехнулась, но глаза её не улыбнулись. – Почти. Всю ночь караулила себя. Мысли не отпускали. Плохие сны. Преследуют. Как шёпот из-под подушки.

Маргарет молчала. Люси редко делилась тревогами. Если она говорит – значит, внутри уже пожар.

– Может, просто усталость? – предположила она.

– Нет. – Люси покачала головой. – Что-то в воздухе. Понимаешь? Будто всё натянуто, как струна. И ты не знаешь – лопнет она или заиграет. Но обязательно произойдёт что-то.

Они замолчали. Майкл поставил перед Маргарет кружку кофе, кивнул Люси – та почти не отреагировала.

Маргарет аккуратно сделала глоток. Густой, горький вкус будто подчёркивал тревожную тишину, что вдруг нависла над залом.

Дверь бара медленно приоткрылась. Внутрь вошёл мужчина – высокий, в длинном пальто, с капюшоном, закрывающим половину лица. Он сделал несколько шагов, будто что-то ища взглядом. Его глаза – тёмные, внимательные – скользнули по залу, остановились на Люси и задержались. Полсекунды. Может, чуть дольше.

У Люси по спине прошли мурашки.

Мужчина больше ничего не сказал. Развернулся – и вышел. Дверь хлопнула за ним слишком резко, как удар в тихой комнате.

– Кто это был?.. – прошептала Маргарет.

Люси не ответила. Лишь смотрела в ту сторону, где только что стоял незнакомец.

– Он тебя знает?

– Надеюсь, что нет, – тихо ответила Люси. – Но такое ощущение, будто я знаю его. Или его взгляд. Будто он уже был у меня в жизни. Только я не могу вспомнить – когда и в каком кошмаре.

Маргарет нахмурилась.

– Ты хочешь, чтобы я с тобой поговорила? Или ты хочешь об этом забыть?

– Ни то, ни другое, – Люси отвела взгляд. – Я просто хочу быть готовой. К чему-то. Что ещё не случилось… но вот-вот.

Маргарет положила руку ей на плечо.

– Мы вместе, Люси. Если будет темно – я зажгу тебе свет.

– Спасибо, – одними губами произнесла Люси. – Только боюсь, некоторые тени не боятся света.

Где-то в глубине бара загорелась лампа, и пространство залило тёплым светом. Майкл обернулся через плечо:

– Напоминаю, сегодня вечером – турнир. Будет людно. Постарайтесь не перегрызться за стойкой, девочки.

– Мы же приличные дамы, – бросила Маргарет с улыбкой.

Но внутри неё что-то уже начало скручиваться в тугой клубок. Предчувствие. Или начало игры.


Глава 3.

«До того, как…»

Ночь медленно отступала, оставляя после себя тонкую вуаль тумана, который неспешно растворялся в прохладном утреннем воздухе. Последние капли дождя нехотя стекали с крыш, задерживаясь на деревянных подоконниках, срываясь с карнизов и тихо падая на мостовую, сливаясь в крошечные ручейки. Город пробуждался, словно ленивый великан, нехотя расправляющий свои каменные улицы после долгого сна.

Лёгкий ветер разгонял тяжёлые облака, и в просветах уже робко пробивались первые солнечные лучи. Солнце выглядывало настороженно, будто раздумывая, стоит ли ему полностью показаться после того, что случилось ночью. Но город жил по своим законам – ничто не могло остановить его утренний ритуал.

Луч света пробежал по мокрой мостовой, заиграл бликами в лужах, отразившись в стеклянных витринах магазинов, в старинных фонарях и изящных фасадах домов. Одно за другим зажигались окна – кто-то уже заваривал кофе, кто-то включал радио с утренними новостями, а кто-то просто стоял у окна, задумчиво попивая чай, наблюдая за началом нового дня.

Этот город не был похож на безликие мегаполисы, где серые многоэтажки громоздятся, заслоняя небо. Здесь всё дышало уютом и неспешной рутиной: цветы в вазонах под окнами, глиняные горшки с маленькими деревцами у дверей, деревянные скамейки и столики в маленьких уличных кафе, где можно было присесть с чашкой кофе и понаблюдать за жизнью. Узкие, мощёные камнем улочки, казалось, хранили сотни историй, а старые дома с высокими крышами будто шептали о прошлом.

Ароматы свежей выпечки и терпкого утреннего кофе наполняли воздух, смешиваясь с лёгкой влажностью после дождя. Из местных пекарен доносился запах свежеиспечённых круассанов, а в маленьких кофейнях официанты уже спешно протирали столики, расставляя на них миниатюрные цветочные композиции.

На одной из улиц начинал оживать Бар Глостен – излюбленное место горожан и особенно тех, кто увлекался игрой в дартс. Пока двери оставались закрытыми, внутри уже слышался приглушённый гул: хозяин проверял запасы, давал указания официантам, готовясь к новому дню.

За углом, рядом с маленькой площадью, располагалась цветочная лавка – место, куда люди приходили не только за букетами, но и просто, чтобы вдохнуть аромат свежесрезанных роз, лаванды и пряных трав. Казалось, что цветы здесь могли разговаривать между собой, тихо перешёптываясь о каждом прохожем.

Чуть дальше, в нескольких кварталах от центра, возвышалось серое здание полицейского участка. В отличие от шумных мегаполисов, здесь не было вечной суеты, но этой ночью кто-то определённо переступал его порог.

А ближе к окраине, возле парка, где деревья ещё хранили капли ночного дождя на своих листьях, располагалась школа – здание, полное детского смеха и звонкого гомона. Именно здесь начиналось будущее этого городка.

На улицах уже появились первые школьники – кто-то бежал вприпрыжку, кто-то лениво шагал, а кто-то мчался на велосипеде. На площади неспешно разворачивался ярко-жёлтый автобус, готовый отправляться по привычному маршруту.

А ещё в этом городе был маленький книжный магазинчик. Небольшой, но с особенной атмосферой. Здесь можно было не только купить книгу, но и взять томик из проката, устроившись в уютном уголке у окна. Запах старых страниц и аромат кофе создавали удивительное ощущение покоя.

Но об этом месте мы расскажем позже.

А пока… город окончательно просыпается.

«Журналистка, которая слышит ложь»

Из кухни раздался негромкий звон – кофеварка закончила свою работу. Аромат свежего сваренного кофе медленно растекался по дому, пробираясь в каждую щель, наполняя пространство уютом и теплом.

Он подобрался к спальне, осторожно коснулся сознания хозяйки, и та, едва уловив знакомый запах, медленно потянулась, разминая мышцы после сна.

– Нет ничего приятнее, чем просыпаться под аромат кофе… – лениво подумала она, улыбнувшись уголками губ. – Его аромат пробуждает лучше, чем самый громкий будильник.

Кофе был лишь первым аккордом этого утра. Вторым – запах свежести после ночного дождя, бодрящий и прохладный, словно само утро приносило с собой новый день.

Маргарет встала, подошла к окну и распахнула его. В лицо тут же ударил влажный воздух, насыщенный ароматами мокрой листвы и ещё невидимого солнца. Она сделала глубокий вдох, наслаждаясь этим моментом.

– Прекрасное утро… – сказала она вслух, обхватив ладонями ещё тёплую кружку.

Она сделала первый глоток, и мир окончательно обрёл чёткость.

В её доме всегда царил порядок. На кухне не было ничего лишнего, но в этом минимализме чувствовался уют. Книги стопками лежали на столе, рядом с ноутбуком, на холодильнике висел календарь с красными отметками.

Её взгляд задержался именно на нём.

– О, точно! Последняя суббота октября. Сегодня соревнования по дартсу!

Она хмыкнула, откинулась в кресле и задумчиво постучала ногтем по кружке. Эти соревнования всегда привлекали интересных людей, а где интересные люди – там необычные истории.

– Надо обязательно пойти… Интуиция меня ещё ни разу не подводила.

Маргарет была не просто журналисткой. Она чувствовала новости, словно охотница, способная выслеживать добычу там, где никто не видел ничего примечательного.

Она начинала, как и многие, с прогноза погоды, но её яркая внешность, харизма и безупречная дикция быстро привлекли внимание руководства. Через несколько месяцев она уже вела новостные выпуски, но настоящая страсть Маргарет заключалась не в студийной работе.

Её влекли события, люди, настоящая жизнь.

Маргарет, всё ещё держа в руках тёплую кружку, медленно прокручивала в голове предстоящий день. Интуиция подсказывала ей, что сегодняшний вечер будет не просто очередным турниром по дартсу.

– Что-то в воздухе… – пробормотала она, машинально пробегая пальцами по гладкой поверхности стола.

Ощущение, будто мир замер перед чем-то важным, не покидало её с самого утра.

Она поставила кружку, откинулась в кресле и посмотрела на окно. Капли ночного дождя ещё держались на стекле, лениво стекая вниз, будто не желая расставаться со своим убежищем. На улице всё было по-прежнему мирно: прохожие спешили по делам, кофейни принимали первых посетителей, а машины неторопливо пробирались по мокрой мостовой.

Но что-то не так.

Этот город всегда был тихим, размеренным, почти сонным. Здесь не случалось ничего по-настоящему пугающего. Да, бывало, что в баре кто-то перебирал с виски и устраивал разборки, иногда подростки устраивали мелкие шалости, но ничего серьёзного.

До этой ночи.

Она сделала ещё один глоток, закрыла ноутбук и уже знала – сегодня её ждёт что-то интересное.


«Том»

Том проснулся раньше обычного.

Его сердце билось быстрее, чем всегда. Сегодня он впервые участвовал в турнире по игре в дартс.

Год назад он и подумать не мог, что когда-нибудь станет игроком. Ведь он – Том, обычный водитель школьного автобуса, человек, застрявший в рутине.

Спустившись на кухню, он вдохнул знакомый аромат – мама уже готовила завтрак. На столе стояли свежие блинчики, джем и его любимый горячий шоколад.

– Волнуешься? – спросила мать, ставя перед ним тарелку.

– Немного, – признался Том.

Он родился в обычной рабочей семье. В детстве был нелюдимым, тихим, предпочитал одиночество. Одноклассники смеялись над ним, он сидел на задних партах и мечтал о чём-то далёком, неизведанном.

Больше всего Том любил детективы. Читал запоем, смотрел фильмы, пытался предугадать, кто убийца, прежде чем закроется последняя страница.

После школы он не пошёл в колледж – решил, что знаний у него и так достаточно. Работал водителем школьного автобуса и наблюдал за городом через лобовое стекло. Он знал, кто где живёт, кто с кем встречается, кто возвращается домой поздно…

Всё изменилось в один из субботних вечеров, когда он сидел в баре, уставившись в стакан.

– Чего приуныл? – спросил бармен Майкл.

– Не знаю… В нашем городе так тихо, что кажется, будто это сон.

– Хочешь чего-то нового?

– Да.

– Тогда почему бы тебе не научиться играть в дартс? Я могу научить тебя.

И Том попробовал.

Теперь, год спустя, он стоял перед зеркалом, проверяя свой чёрный джемпер и тёмные джинсы.

Сегодня его первый турнир.

И он не мог позволить себе проиграть.


«Тени в кафе»

Патриссия всегда открывала кофейню рано утром. Она любила это время – когда улицы ещё пустынны, воздух свеж, а внутри витает аромат свежеобжаренного кофе.

Сначала она заполняла кофемашину зёрнами, затем раскладывала выпечку на витрине, поправляла скатерти, расставляла вазочки с цветами. Всё должно быть идеально.

К открытию, как обычно, приходил её помощник. Берни был ужасным соней и никогда не появлялся раньше.

– С добрым утром, Берни! – весело поздоровалась Патриссия, встряхивая его за плечо.

– Ага, и тебе того же, – пробормотал он, прикрывая рот от зевка.

– Давай просыпайся! Нас ждёт хороший день. Помоги мне поправить вон те два столика и стулья.

– Да-да, сейчас… – лениво протянул Берни, потягиваясь.

– Поживее, через пару минут открываю двери. Всё должно быть безупречно!

– Да кому нужна эта идеальность? – ворчливо пробурчал он. – Люди по утрам забегают за кофе и сразу же убегают. Они даже не замечают твою идеальность.

– Неважно, – спокойно ответила Патриссия, вытирая стойку. – Главное, что у нас чисто и уютно. В любой момент могут заглянуть гости и захотеть присесть за столик.

Берни нехотя направился к дальним столам.

– Всё готово, могу открывать? – спросила она, оглядывая помещение.

– Да, давай уже, – отмахнулся Берни. – Там всё равно пока никого нет.

Патриссия перевернула табличку «ОТКРЫТО» на двери и быстрым шагом вернулась за стойку.

Спустя пару минут раздался звон дверного колокольчика. Вошла девушка в длинном платье до колен, поверх которого был накинут вязаный кардиган. Она выглядела худощавой и хрупкой, её тонкие пальцы крепко сжимали сумочку. Подойдя к витрине, она внимательно рассматривала свежую выпечку.

– Доброе утро, моя дорогая Севиль! – тепло поприветствовала её Патриссия.

– Доброе утро, Патриссия, – улыбнулась девушка.

– Ты сегодня первая! Почему так рано?

– Не спалось, – вздохнула Севиль. – Решила занять себя делом. Хотела разобрать книги на полках, давно там не наводила порядок.

– Будешь, как обычно, или предложить что-то новенькое? Может, попробуешь выпечку? Ты же знаешь, она невероятно вкусная!

Севиль посмотрела на круассаны, но тут же отвернулась.

– Они выглядят аппетитно, но… нет. Просто сделай капучино, и я пойду. Может, зайду позже. Сегодня что-то нет аппетита.

– Что-то случилось? – внимательно спросила Патриссия.

– Нет, всё в порядке. Просто вчера снова заходил Себастьян, принёс цветы. Он всё настаивает на свидании.

– И ты опять отказала? – с улыбкой уточнила Патриссия.

– Я отложила ещё на некоторое время, – с грустной улыбкой ответила Севиль, опуская взгляд.

Патриссия поставила перед ней чашку капучино, прислушиваясь к её словам.

– Он тебе не нравится? – осторожно спросила она, наклоняясь ближе.

Севиль провела пальцем по прилавку, словно раздумывая над ответом.

– Он хороший, – тихо сказала она. – Добрый, заботливый. Но я не уверена… Мне кажется, что если соглашусь, то сделаю это не по велению сердца, а из-за ожиданий окружающих.

Патриссия понимающе кивнула.

– Не стоит торопиться. Если он действительно тебя любит, он подождёт. А если нет – тем более нет смысла соглашаться.

Севиль улыбнулась, благодарно посмотрев на подругу. Патриссия кивнула.

– Понимаю. Знаешь что? Давай вечером сходим в бар! Там сегодня соревнования по дартсу. Развеемся, отвлечёмся.

– Я не уверена, что это хорошая идея, – замялась Севиль. – Ты же знаешь, я не люблю шум, толпу, громкую музыку…

– Да ладно тебе! – улыбнулась Патриссия. – Хватит сидеть взаперти в своём бумажном мире! Жизнь – не только на страницах, она вокруг нас! Пора оглянуться. Я уверена, мы отлично проведём время!

– Я даже не знаю… Давай я отвечу позже.

– Хорошо, как знаешь. Но я буду настаивать, подруга! Не могу смотреть, как ты закапываешь себя в книгах.

Патриссия подмигнула и протянула ей стакан с кофе.

– Улыбнись!

– Ты, как всегда, права. Ладно, пойду, займусь книгами. Спасибо за кофе.

Севиль взяла напиток, скромно улыбнулась и направилась к выходу.

Дверной колокольчик звякнул снова.

– Кто заходил? – спросил Берни, выходя из кухни.

– Севиль. Взяла свой капучино, как обычно. И, конечно же, снова отказала Себастьяну.

– Что он в ней нашёл? – фыркнул Берни.

– Не знаю, но мне кажется, он интересуется не только ею, но и её магазинчиком.

– Ага. Думаю, он просто ищет способ что-нибудь подороже продать.

– Вот и я о том же… Надо узнать его получше. И вечер в баре – идеальный повод для этого.

– Ну, я всё равно туда собираюсь. Сегодня соревнования, а я участвую! Так что уйду пораньше, ты же меня отпустишь?

– Конечно. Я закрою кофейню и тоже приду.

Вновь раздался звон дверного колокольчика. Вошёл очередной посетитель.


«Тени между полок»

В одной руке Севиль держала остывший стакан с кофе, в другой – ключи, словно оберег. Ключи от её маленького мира – книжного магазина на углу Одиннадцатой и Пятой авеню, где слова были безопаснее людей.

Замок щёлкнул туже, чем обычно. Рука дрогнула. Она провела пальцем по металлу, будто извиняясь перед дверью, и вошла внутрь. Свет включился не сразу. Лампа в глубине мигнула, словно колебалась, стоит ли освещать то, что прячется в полумраке.

Вывеска за окном зажглась ровным светом. А неоновая реклама на витрине погасла – будто ночь не спешила уходить.

Она шла между полок медленно, почти бесшумно. Книги дышали старыми словами. Иногда она поправляла корешки, но машинально – пальцы сами находили нужный угол, нужное направление. Как будто порядок снаружи удерживал хаос внутри.

На одной из полок торчал томик с потёртым корешком – её любимый. Беззвучно вытащив его, она провела пальцем по надписи. "Унесённые ветром". Её бабушка обожала эту книгу.

У прилавка стояла ваза с цветами. Запах был сладковатый, приторный. Себастьян снова принёс их вчера. Она не выносила лилий. Слишком громкий аромат. Слишком… живой. И слишком личный. Она снова отказала ему. Как и в прошлый раз. И в тот, что был до.

Она не понимала, зачем он продолжает. Скромная, молчаливая, всегда в одежде на грани исчезновения – как будто пряталась от взглядов. Не платье, а занавес. Не кардиган, а доспех.

И всё же он смотрел. Внимательно. Иногда слишком.

Она сняла кардиган, повесила его на вешалку у стены и вдруг заметила – на полу под лестницей, ведущей в подсобку, лежал сложенный лист бумаги. Он был старый, с рваными краями. Дрожащими пальцами она подняла его.

Это был обрывок письма. Почерк – её. Но она не помнила, чтобы писала такое.

«Если кто-то узнает – всё закончится. Ты же обещал, что никто не узнает…»

Рядом, в ящике, она нашла блокнот, почти затёртый. Перелистывая страницы, вспомнила – это был её дневник. Старый, из тех времён, когда она ещё думала, что можно начать сначала. Когда верила… Ему.

Она не произнесла имени. Даже в мыслях. Оно жгло язык, даже молча.

И вдруг – глухой стук. Где-то снаружи. Или в подсобке?

Севиль замерла. Всё в ней будто сжалось в точку. Сердце – не билось, а слушало. Она медленно подошла к витрине.

На улице никого.

Но на прилавке, на месте, где раньше стояла книга о детской психологии, теперь лежала другая. Она не помнила, чтобы брала её.

"Психология тени. Карл Юнг."

Закладка торчала ровно посередине. Красная. Как кровь.

Севиль не прикоснулась к книге. Только смотрела. Долго. Слишком долго.

А потом прошептала еле слышно:

– Ты вернулся?

Внутри неё – что-то зашевелилось. Не страх. Признание.


Глава 4.

«Турнир в баре»

Сегодняшний день особенный для города – последняя суббота октября. Это означало лишь одно: вечерние соревнования по дартсу. В «Глостене» они проходили каждый год и неизменно превращали бар в эпицентр событий.

С наступлением вечера заведение наполнялось толпой. Громкая музыка, звон бокалов, смех и азартные возгласы создавали атмосферу праздника. Официантки едва успевали сновать между столиками, лавируя с подносами, гружёнными пивом и закусками. А Майкл устраивал настоящее шоу, ловко жонглируя бутылками, под аккомпанемент одобрительных криков завсегдатаев. Высокий, чуть сутулый, с густыми длинными волосами, собранными резинкой – Майкл был частью этого заведения, его живым символом.

Любители дартса готовились к этому моменту весь год. Для них это было не просто развлечение – это была проверка мастерства, шанс доказать, кто лучший стрелок в городе. Главный приз, как всегда, оставался неизменным – бесплатное пиво за счёт заведения на целый год.

В судейской коллегии состояли двое: строгий судья и его помощник. Их задача – следить за подсчётом очков, за порядком и, конечно, за теми, кто пытался жульничать. А такие всегда находились. Каждый год появлялся новичок, который нарушал привычный порядок вещей, давая надежду судьям на честную игру.

Соревнования неизменно объединяли людей, стирая границы между статусами и возрастами. Здесь, в «Глостене», в этот день все были равны перед мишенью.

За пару часов до начала турнира в баре уже начинала собираться публика.

– Ну что, ребята, кто сегодня король дартса? – раздался голос из-за ближайшего столика.

Кто-то рассмеялся.

В баре всегда собирались свои: завсегдатаи, пара местных журналистов, несколько бывших спортсменов, которые уже не знали, куда деть свою меткость.

– Ты намерен снова победить в этом году? – спросил Майкл, когда Джери подошёл к стойке, явно намереваясь заказать выпивку.

– А почему бы и нет? Налей мне кружку пива. Всё ещё за счёт заведения, не так ли? – с усмешкой ответил Джери.

Он достал сигареты, швырнул на стойку пачку, пододвинул пепельницу и потянулся за зажигалкой.

– О нет, дружище, в этот раз правила никто менять не будет, – покачал головой Майкл. – Пиво за счёт заведения только для текущего чемпиона.

– Ой, да ладно тебе, – махнул рукой Джери. – Всё равно выиграю, так что наливай!

– Нет, Джери, правила есть правила. Держи своё пиво, но заплатить придётся. Да и не факт, что тебе снова повезёт. В этот раз у тебя серьёзные соперники. Лично я ставлю на Тома.

– На кого?! – Джери недоверчиво прищурился. – На Тома? Ты про этого тюфяка, который катается на школьном автобусе? Да он только и умеет, что за баранку держаться и вечно прятаться в углу!

Он полез в карман за деньгами, одновременно оглядывая зал в поисках соперника.

– Ну не знаю, он сильно преуспел за последнее время. А знаешь, кто его тренировал?

– Кто?

– Я.

Джери замер.

– Ты? Ты, Майкл, учил его играть в дартс?!

– Именно. Я показал ему, как держать дротик, как прицеливаться, как думать, прежде чем бросать.

– Ох, брось, Майкл! Да ты сам ни разу не выигрывал!

Бармен лишь пожал плечами, загадочно улыбаясь.

С каждым часом народу в баре становилось всё больше. Постоянные посетители приходили заранее, чтобы занять лучшие места. Некоторые пытались потренироваться, нащупать баланс между рукой и дротиком. В углу, у тренировочной мишени, собрались участники соревнований. Они разогревались, оттачивая броски.

К началу турнира зал был набит до отказа. Воздух звенел от напряжения.

Бармен продолжал развлекать публику, жонглируя бутылками и ловко обслуживая заказы.

В этот раз на участие заявились десять игроков. Трое из них – признанные мастера. Один – новичок.

Он стоял в стороне, явно нервничая, переминаясь с ноги на ногу.

Судья вышел в центр и громко объявил:

– Господа, соревнования начинаются!

Раздался громкий гудок.

Первым к линии подошёл прошлогодний чемпион – Ричард.

Он взял дротик, прищурился и метнул…


Глава 5.

«Паутина Гринальда»

Дверь в бар распахнулась.

Вошёл Гринальд. Его появление не требовало представления – как режиссёр, чьё имя в титрах, он просто стоял, и всё вокруг будто замирало. С ним были двое мужчин в дорогих пальто. Люди расступались, давая ему дорогу к столику у стены, который уже каким-то образом оказался свободен.

Себастьян оторвался от группы игроков, сделал глоток виски и направился к банкиру. Улыбка была вежливая, но глаза – настороженные.

– Ну, здравствуйте, Мистер Гринальд. Давно не виделись в таком… шумном месте, – проговорил он, подходя к столику.

Гринальд не поднялся, только медленно перевёл взгляд.

– Себастьян. Не думал, что ты до сих пор играешь в дартс. Я то думал, ты теперь продаёшь мечты, а не метаешь их.

– Иногда приятно метнуть что-то по-настоящему, – отозвался тот, улыбаясь. – А не просто рассказывать клиентам, что у них «вид на будущее».

– Тонко. Как всегда. – Гринальд откинулся на спинку кожаного кресла, сцепив пальцы. – Но у тебя ведь всё идёт по плану, верно?

Себастьян прислонился к стойке.

– У каждого свой план, мистер Гринальд. И у каждого – своя цена. Даже за тишину.

На секунду в глазах Гринальда мелькнуло что-то. Или показалось?

– Цена – это вопрос договорённости. Или шантажа. Всё зависит от того, кто сидит напротив.

Себастьян посмотрел прямо на него. Взгляд – как разряд электричества между двумя подступающими грозами.

– Я не торгую шантажом. Я торгую информацией. А это, как вы знаете, товар на вес золота. Особенно, если у кого-то в подвале пыльные скелеты.

Гринальд медленно взял бокал с виски.

– У меня – только коллекционное вино. И никаких подвалов.

– Тогда чего вам бояться? – бросил Себастьян.

Пауза. Из колонок заиграла старая мелодия, будто из другого времени. Гринальд поставил бокал обратно.

– Только дураков, Себастьян. Они хуже шантажистов. Те хоть знают, что делают.

Себастьян оттолкнулся от стойки.

– А я думал, вы боитесь правды. Но, видимо, вы давно её переписали.

– Люди платят мне, чтобы я переписывал то, что им мешает спать, – холодно сказал Гринальд. – А ты, похоже, всё ещё хочешь в эту игру верить.

– Я хочу выиграть, – спокойно сказал Себастьян.

Они посмотрели друг на друга долго. В баре снова закричали – кто-то метко попал в «яблочко».

– Тогда меть аккуратнее, – усмехнулся Гринальд. – Не все цели безобидны.

Себастьян кивнул, отступил и пошёл к игрокам, но чувствовал: взгляд Гринальда сверлит ему спину.


«Игрок без лица»

В тот вечер в баре появился незнакомец. Взъерошенные волосы,усталый взгляд, поношенная одежда – он явно был тем ,о ком наутро будут судачить завсегдатаи.

Он неторопливо подошёл к стойке и жестом подозвал бармена.

– Дввввойной виииски.

Бармен окинул его оценивающим взглядом

– Все в порядке?

Незнакомец махнул рукой, показав, что сейчас не время для расспросов.

–Просто нанааалей выпить. Пожжжаалуййста, – его голос был невнятным. Толи он заикался, толи виски был не первый. Бармен молча налил двойной виски, поставил на стойку и занялся своим делом.

– Да ппооошло все к черту, – процедил незнакомец и осушил стакан одним махом. Стукнул пустым стаканом о стойку, жмурясь от крепости напитка.

– Оу, полегче, братан, – воскликнул бармен, – Нам тут проблемы не нужны. Игры вот вот начнутся.

– Что за ииигры? – переспросил незнакомец.

– Так ты новенький? Давно в городе?

– Не твоё дело.

– Как скажешь, – бармен поднял две руки, давая понять,что проблем нет. – У нас сегодня проходит турнир по дартсу. Видишь сколько народу? Все хотят показать, кто тут самый меткий. А ты играешь в дартс?

– Нет, но я ззззнаю игру поинтереснее, – усмехнулся незнакомец.

– Кстати, меня Майкл зовут, я тут за бар отвечаю. А ты?

– Дииилон.

– Будешь ещё виски, Дилон? – спросил бармен, – И может, расскажешь про свою игру?

– Вииииски -да, про игру – потом.

Дилон решил осмотреться по сторонам. Бар ничем не выделялся: деревянные столы, расшатанные стулья, стойка, затёртая временем. Вокруг много народу, все суетятся, много споров, шума, азарта. На противоположной стороне проводились соревнованиям, судья сидел на своём месте, помощник проводил осмотры и подсчёты, выравнивал мишени, проверял разметку. Толпу отодвинул подальше, что бы не мешала игрокам. Раздался сигнал и второй участник вышел к разметке и сделал бросок....

Все это не особо интересовало Дилона. Его внимание привлекла комната в правой части. Дверь была приоткрыта. Дилон решил осмотреть помещение. Он встал и направился в сторону. Заглянув, он увидел два окна по разные стороны комнаты, зашторенные наглухо тёмными шторами. Посередине стоял большой круглый стол, люстра под потолком отбрасывала мягкий свет, тёмный дуб стола отражал слабое мерцание свечей. Стол был пуст – за ним никто не сидел. Хотя посетителей в баре было немало. Вокруг стола стояли стулья, обшитые красным бархатом. Они выглядели старинными, почти тронными, будто созданными для игры, в которой ставка – нечто большее, чем деньги. Слева, у стены, уютно потрескивал камин, в котором тлели угли. Языки пламени плавно облизывали сухие поленья, отбрасывая по комнате золотисто-рыжие тени.

Над камином висела потемневшая от времени картина с охотничьим сюжетом – стая гончих в погоне за лисой. Пыльная мантия вокруг камина хранила запах копоти и времени. Пахло древесным дымом, сухими листьями, чем-то тревожным, будто за этим уютом пряталось что-то иное – старое, недосказанное.

Дилон сделал шаг внутрь и задержал дыхание. Он уже знал: именно здесь всё будет начато. Или закончено.

– Символическое число тринадцать, —пробормотал Дилан… – Мне подходит.

Он вернулся к стойке.

– Нааоллей ещё виски, Майкл, – попросил Дилон.

Бармен кивнул, он был загружен заказами. Казалось, что его разрывали на части, но он ловко всех успевал обслуживать. Ловкость его рук завораживала, бутылки мелькали в его руках с невероятной ловкостью, так он ловко их переворачивал и крутил, что не проливалось ни единой капли мимо. Гости бара наблюдали, словно зачарованные за этим мини-шоу.

Дилон усмехнулся.

– Вот оно искусство отвлекать внимание. Никто и не замечает как их обманывают. А ведь это тоже своего рода игра…

– Держи, – Майкл поставил перед ним виски.

– Ловко ты их… – заметил Дилон.

– Ловкость рук и никакого мошенничества, – подметил Майкл, подмигнув.

– Меня не обманешь!

– А я и не думал никого обманывать, – продолжал на своём Майкл, – Все дело в ловкости, просто игра рук.

– Ага, именно она, игра, – сказал Дилон, – Мелко играешь!

– Не понимаю, о чем ты? – почти удивился Майкл.

– Ладно, не бери в голову. Слушай, а что за комната? Почему пустует?

– А эта. Комната для игры в покер, но там играет только мистер Гринальд со своей «свитой».

– Интересно, – задумался Дилон.

– А ты что, играешь в покер?

– Нет, не совсем. У меня другая игра. Гораздо интереснее.

– И что же это за игра?

– Ставки высокие, риск огромный, все на кону. Большего сказать пока не могу.

– Звучит интригующе. Прости, но мне работать надо, я позже к тебе подойду.

Толпа шумела. Турнир по дартсу набирал обороты, воздух звенел от криков, смеха и глухих ударов стрел.


«Начало игры»

Гринальд и те двое не стали долго задерживаться на людях, через некоторое время прошли в ту самую комнату. Один из них коротко кивнул бармену, затем дверь закрылась.

Майкл кивнул официантке, та быстренько побежала в комнату. Через пару минут она вернулась с исписанным листком в блокноте, вырвала его и отдала бармену. Бармен прочитал, кивнул, начал готовить напитки. Когда все было готово, официантка отнесла заказ.

– Эй, друг, налей ещё, – позвал он бармена.

– Сейчас, – Майкл поднял палец, давая понять, что нужно немного подождать.

Дилон отвлёкся на закрытую дверь, она не давала ему покоя.

– Держи, твой виски. Что-нибудь ещё?

– Почему дверь закрыли?

– Гринальд со своими играет в покер. Это закрытый клуб.

– И что, совсем не попасть?

– А тебе зачем? Ты же не играешь в покер.

– Я и не хочу играть в покер. Мне нужно помещение. Оно идеально подходит.

– Подходит для чего?

– Для моей игры.

– Опять ты за своё… Когда ты уже расскажешь, что за игра?

– Когда наберу игроков, готовых рискнуть и сделать большие ставки, – Дилон откинулся на стуле и окинул взглядом помещение.

– Неужели? Ты меня заинтриговал.

– Это ночная игра, поэтому помещение необходимо будет ночью. Эта комната по ночам свободна?

– Думаю, да. Мистер Гринальд, обычно играет до полуночи, а потом они молча уходят. Но в эту комнату нельзя заходить, только членам покерного клуба мистера Гринальда. А что бы стать членом клуба, нужно заинтересовать мистера Гринальда, а его интересуют только деньги.

– Я думаю, что моё предложение его заинтересует.

– У тебя есть деньги? Я не говорю о сотне баксов, речь идёт о более крупных суммах. Ты прости, но по тебе не скажешь, что ты обладаешь крупной суммой денег.

– А мне и не нужно иметь много денег. Ты можешь мне устроить встречу с мистером Гринальдом?

– Боюсь, что нет. Прости, там серьёзные люди. Беспокоить их я не стану.

– Не нужно беспокоить, я передам записку через официантку.

Бармен задумался, ещё раз посмотрел на незнакомца сверху вниз, что-то показалось ему в нем такого загадочного, что он не понимал, но ощущения азарта уже нарастало в Майкле.

– Давай попробуем, но только записка. Если они не захотят встречи, я ничем помочь не смогу.

– Попытка не пытка, дай листок и ручку пожалуйста.

Майкл протянул листок с ручкой. Дилон, немного подумав, быстро написал несколько строчек, свернул листок и передал обратно бармену.

Через несколько минут официантка, балансируя с подносом, вернулась к той самой двери. Бармен незаметно подкинул записку рядом со стаканом.

Дилон ждал и наблюдал за дверью. Дверь оставалась закрытой.

Он заказал ещё виски. Дилон уныло разглядывал янтарную жидкость в стакане, но мысли его были не о напитке. Прошёл час. Бармен все так же развлекал публику жонглированием бутылок. Соревнования по дартсу подходили к концу, оставался финальный подсчёт очков. Публика не годовала, как же так. Слышались реплики недовольных. Что-то явно произошло на соревнованиях.

Но Дилону это было не интересно. Его мысли были о записке и дальнейших действиях.

– Они должны согласиться – думал Дилон. – Я все сделал правильно.

Прошло ещё какое-то время, открылась дверь. Показалась официантка. Она подошла к бармену и передала записку. Майкл молча передал её Дилону.

– Ну что там?

Дилон развернул листок, пробежался глазами по строчкам. Уголки губ дрогнули едва заметной улыбке.

– Все хорошо. Он согласился.

Он откинулся назад ,удовлетворенно покрутив в пальцах бумагу.

– Комната в нашем распоряжении. Но при условии, что мистер Гринальд тоже будет участвовать в игре.

Бармен присвистнул.

– Ты либо чертовски везучий, либо безумный.

Дилон положил листок на стойку и указал на него пальцем.

– Я и не сомневался, что его это заинтересует.

– Так, и что теперь? – спросил Майкл.

– Теперь нужно найти ещё игроков.

– А сколько игроков нужно всего?

– Тринадцать человек необходимо для полноценной игры.

– Многовато, – задумался Майкл

– Но двое то у меня уже есть, – подмигнул Дилон.

– А кто эти двое? – удивился Майкл.

– Мистер Гринальд и ты. Ты же заинтересовался игрой? Я не думаю, что ты упустишь такой шанс?

– Я только за! – воскликнул Майкл

– Поможешь мне найти одиннадцать человек?

– Посмотрим… Люди в баре любят азарт. Но мне нужно знать, что за игра, что бы привлечь людей.

Дилон наклонился ближе.

– Мафия – игра, которая затягивает с первой минуты! Блеф, эмоции, психология, азарт и неожиданные повороты – все, что любят игроки.

– Мафия? Не слышал о такой игре.

– Скоро услышишь.

– Ладно, я поспрашиваю. Может кто-то согласиться.

– Тогда договорились, – усмехнулся Дилон, поднимая стакан. – Ночная игра начинается.


Глава 6.

«Начнем?»

Комната была полутемной – ровно настолько, чтобы лица казались незнакомыми, даже если ты знал этих людей всю жизнь. За круглым столом мягко потрескивал свет люстры, приглушённый, будто кто-то нарочно убрал лишнее, оставив только тени. Воздух тянул от камина запахом старых углей и барной древесины.

Игроки собирались неспешно, кто-то с бокалом, кто-то с осторожным выражением лица. Шаги эхом отдавались по старому полу. Всё казалось обыденным, но в этой обыденности чувствовался надрыв, нерв. Потревоженное равновесие.

– Ну что, начнём? – негромко произнёс Дилон, стоя у стены. Его голос был почти незаметен, но именно он стал отсечкой: разговоры стихли, взгляды устремились к столу.


Он стоял в тени, как всегда. Не бросался в глаза, не стремился быть центром. И тем не менее – слышали его все.

– Патриссия, милая, ты ведь сама хотела эту игру, – шепнула Севиль, поправляя ворот кофты.

– Да. Но ты не уходи рано. Ладно? Просто… я чувствую – будет что-то странное, – прошептала Патриссия. Она явно нервничала, хоть и пыталась это скрыть игривым взглядом.

Севиль вздохнула. Её глаза выдали раздражение. Ей не хотелось быть здесь. Она пришла ради подруги и – возможно – ради того, чтобы вырваться из своей привычной угасающей рутины книжного магазина. Но сейчас ей казалось, что она сделала ошибку.

Бармен Майкл молча расставлял бокалы, наблюдая за участниками этого мини театра. Люси закурила, не дожидаясь начала, и откинулась на спинку стула, глядя поверх дыма на Маргарет.

– Тебе не кажется, что мы все здесь как на кастинге в старую пьесу? – спросила она у журналистки.

– Нет, – отрезала Маргарет. – Здесь всё куда интереснее. В пьесах редко бывает кровь. А здесь… кто знает.

Они замолчали.

Стук каблуков отозвался от каменной стены. Томсон – бывший военный, вёл себя сдержанно. Он оглядел зал взглядом, который мог испугать даже тех, кто не знал, что за спиной у него – годы службы.

– Мы все здесь? – раздался голос от входа.

– Почти. Ждём детектива Руперта, – отозвался Майкл.

– А Юджин? – Маргарет подняла бровь. – Он вроде обещал быть.

– Он будет, – без эмоционально ответил кто-то. – Позже.

Севиль вздрогнула, услышав это. Будто кто-то наступил на её тень.

Игра началась. Никто ещё не знал, что это не просто развлечение.

Это был их первый вечер – вечер, когда маски ещё крепко держались. Но под ними уже теплилась правда. Страшная, цепкая. Такая, которая рвёт не сердце – разум.


«Карты на стол»

За столом сидело тринадцать человек. Атмосфера была напряжённой. Мягкий свет от камина отбрасывал тени на стены, делая комнату мрачной и загадочной. Многие из собравшихся оказались здесь впервые, и это только усиливало ощущение тревожного ожидания.

На столе лежали карточки и маски – внешне похожие на маски для сна, но всех их объединял один цвет: глубокий, насыщенный красный.

– Дамы и господа! – раздался бодрый голос Дилона. – Я рад приветствовать вас на нашей первой игре «Мафия»!

На лицах присутствующих промелькнули самые разные эмоции: удивление, азарт, недоумение, раздражение… и страх. Всё это только прибавляло Дилону уверенности.

– Итак, начнём, – продолжил он, выдержав театральную паузу.

– Сейчас я объясню правила, затем раздам карточки. В каждой указана ваша роль. Вы молча ознакомитесь с ней и положите карту на стол лицевой стороной вниз – чтобы никто не увидел.

Он продемонстрировал, как правильно это сделать, перевернув одну из карточек.

– Готовы послушать правила?

– Давай уже, не тяни, – буркнул Майкл, скрестив руки на груди.

– Надеюсь, правила не сложные, и я смогу их запомнить, – тревожно произнесла Люси.

– Готовы! – уверенно выкрикнул Себастьян.

– Лишь бы это быстрее закончилось… – пробормотал Томсон, откинувшись на спинку стула.

– Раз все готовы – слушаем внимательно.

Дилон начал объяснять: что означают жесты, как действуют игроки ночью и что происходит днём. Вопросы посыпались шквалом, но он терпеливо повторил правила ещё раз.

– Надеюсь, теперь всё понятно. Можем начинать!

Наступила напряжённая тишина.

– Я прошу каждого взять маску. Сейчас будет ночная раздача ролей. Будьте внимательны, когда я покажу вам жестом вашу роль.

Лёгкий шорох ткани – и тринадцать игроков скрылись за алыми масками.

– В городе ночь, – объявил Дилон.

Он двигался вокруг стола, совершая почти ритуальные жесты.

– Первый игрок просыпается. Снимает маску и смотрит на меня. Покажите число от одного до пяти. Так. Я показываю вашу роль. Засыпайте.

Одно движение, короткий взгляд – и первая карточка легла на стол.

– Второй игрок просыпается…

Таким образом, двенадцать игроков получили свои роли. Осталась последняя карточка.

– Поскольку нас тринадцать, я тоже приму участие в игре. Возьму последнюю карту, но играть буду как молчаливый игрок – голосовать только за себя и не давать столу никаких направлений. Вы можете убить меня первым ночью или выгнать на дневном голосовании, если посчитаете, что моя игра вам мешает.

Он медленно перевернул последнюю карту и сел на своё место.

– В городе наступает «утро». Маски можно снять.

Дилон улыбнулся и, откинувшись на спинку стула, оглядел собравшихся.

– На дневном обсуждении вы можете познакомиться, рассказать о себе, найти союзников… или врагов.

Игроки обменялись взглядами.

– Первый игрок, представьтесь. Кто вы и зачем вы здесь? – Дилон жестом указал на сидящего слева игрока.

– Томсон. Здесь потому, что вы все подозрительные. И мне это не нравится.

Томсон – человек, которого лучше не беспокоить.

На окраине города, у самого леса, стоит дом. Небольшой, крепкий, построенный не для уюта, а для защиты. В нём живёт Томсон – человек без прошлого, которое можно легко узнать, и без будущего, которое можно предсказать. Он не любит людей и люди не любят его, между ними образовалась взаимная неприязнь. Не то чтобы он причинял кому-то вред, но его молчаливая, напряжённая аура всегда подсказывает – с этим человеком лучше не пересекаться.

Томсон – бывший военный, подрывник. В прошлом специалист по уничтожению, по созданию разрушения в нужном месте и в нужное время. Его жизнь – это цепочка войн и спецопераций и поэтому он ценит так тишину. Не ту тишину, которая расслабляет, а ту, которая позволяет слышать малейший звук, уловить движение, почувствовать присутствие другого. Он скрытен. Ведёт закрытый образ жизни. Никто не знает, была ли у него жена или дети, да и сам Томсон не спешит раскрывать подробности. Может, его семья живёт в другом месте, может, он сам выбрал одиночество, а может, его когда-то оставили. Что-то в его взгляде – холодном, цепком – намекает: он видел слишком много человеческой жестокости, чтобы верить в привязанности. Лес – его единственный сосед. Иногда по утрам он прогуливается среди деревьев. Его высокая, широкоплечая фигура в тёмной куртке выглядит пугающе. Он ходит медленно, размеренно, вглядываясь в глубину зарослей так, словно там может появиться враг. Он не параноик, но бдительность – часть его натуры.

В городе о нём ходят слухи. Одни говорят, что он убил слишком много людей, и теперь скрывается. Другие – что он просто человек, которого предала жизнь. Томсону нет дела до этих сплетен. Он не ждёт гостей, не ищет общества. Он просто живёт так, как привык – наблюдая за миром издалека, но всегда готовый, если вдруг потребуется, снова стать тем, кем он был раньше…

– Очень приятно, Томсон. Игрок номер два?

– Рада всех приветствовать! – раздался звонкий голос. – Меня зовут Люси. Я здесь, чтобы классно провести время.

– Отлично! – Дилон оживился. – Игрок номер три?

– Хемсон. Слежу за порядком.

Помощник детектива сказал это таким тоном, что никто не засомневался: он и впрямь следит.

– Ух ты, как интересно! Хорошо. Игрок номер четыре, ваша очередь.

– Добрый вечер… – почти шёпотом произнесла девушка.

– Погромче, пожалуйста, – раздался голос с другого конца стола.

– Ещё раз добрый вечер, – повторила она робко. – Меня зовут Севиль. Я здесь с подругой, это она меня уговорила. Если честно, я не очень хотела бы тут находиться…

– Перестань! – пнула её подруга под столом. – Будет весело, расслабься.

– Да, расслабься, – подбодрил Дилон. – Мы тебя не обидим. Это всего лишь игра, – подмигнул Дилон.

– А теперь, игрок номер пять, ваше слово.

– Добрый вечер! Или, правильнее сказать, доброе утро, город! Меня зовут Патриссия, и я делаю самый вкусный кофе в городе. Кто не знает? – она посмотрела на Дилона, – Заходите, попробуйте. Кафе на углу. Сюда пришла, чтобы сменить обстановку и расслабиться.

– Обязательно зайду, – улыбнулся Дилон. – Игрок номер шесть!

– Привет, ребята! Я Майкл, бармен. Да вы и так знаете,– Майкл махнул рукой, – Здесь, потому что этот парень очень заинтересовал меня игрой.

– Да, Майкл, мы рады, что ты с нами. Ты точно добавишь в нашу игру драйва! Игрок номер семь?

– Не думаю, что мне стоит представляться. Вы все здесь только потому, что я заинтересовался этой игрой.

– Очень хорошо, мистер Гринальд. Игрок номер восемь?

– Маргарет, журналистка. Здесь, потому что меня заинтересовала новая игра, возможно получиться интересный материал.

Она постоянно записывала что-то в блокноте, готовя материал о новой игре.

– Я согласен с мистером Гринальдом – время не резиновое, и мы здесь уже задержались. Меня зовут Алекс Руперт. Первоначально я планировал просто понаблюдать за соревнованиями, но Майкл убедил меня остаться. Он заверил, что эта игра не только интересная, но и полезная – особенно для тех, кто умеет анализировать, замечать детали и читать людей. Что ж, посмотрим.

– Игрок номер десять, ваша очередь,– Дилон повернулся в правую сторону.

– Всем привет! Меня зовут Юджин. Я адвокат. Если кому-нибудь понадобятся мои услуги – обращайтесь, буду рад помочь.

– Игрок номер одиннадцать?

– Ну что ж, рад, что оказался за этим прекрасным столом. Хотя, признаюсь, без меня игра явно потеряла бы в качестве. – Он самодовольно усмехнулся, окинув взглядом остальных игроков. – И, конечно, особенно приятно видеть здесь одного очень важного для меня человека. – Он подмигнул Севиль, заставляя её смутиться и отвести взгляд. – Себастьян, к вашим услугам. Лучший в этом городе и далеко за его пределами специалист по недвижимости. Если вам нужен дом мечты – знайте, без меня вы его не найдёте.

– Очень приятно, – кивнул Дилон. – Игрок номер двенадцать, представьтесь, пожалуйста.

– Я… я Том. Сегодня мне уже невероятно повезло – я выиграл соревнования по дартсу! – Он улыбнулся, но в голосе чувствовалось волнение. – Честно, до сих пор не верится… Обычно мне не везёт, а тут – впервые в жизни я чего-то добился! – Он нервно потёр ладони, словно сам не знал, радоваться или смущаться. – Майкл сказал, что эта игра для тех, кто любит разбираться в людях, использовать дедукцию, предугадывать события… Звучит здорово! Не знаю, справлюсь ли, но мне правда очень хочется попробовать!

– Как я рад, Том, что ты с нами! – воскликнул Дилон. – Надеюсь, все твои знания пригодятся тебе в игре.

Игроки один за другим представлялись, а напряжение за столом нарастало.

– Доброе утро, город! – встал Дилон. – Меня зовут Дилон, и я занимаюсь организацией мероприятий «под ключ». Свадьбы, дни рождения, корпоративы… и даже похороны.

Он усмехнулся, выждав паузу.

– Итак, мы познакомились. Теперь можете снять маски и присмотреться к своим соседям. Кто перед вами? Мирный житель или хищник, прячущийся в тени?

Город просыпается… и начинает игру.

– Я даю вам пять минут на обсуждение.

За круглым столом – тринадцать человек. У каждого – карта, перевёрнутая рубашкой вверх. И взгляд – напряжённый, отстранённый, ищущий. Все притихли.

Детектив Алекс Руперт медленно провёл взглядом по лицам. Он не прикасался к своей карте. Пока.

Напротив него сидела Люси – обтягивающее платье, распущенные волосы, томный взгляд. Но сегодня в ней было что-то другое. Она почти не двигалась, только иногда водила пальцем по краю бокала. Лёгкая дрожь в запястье. Она нервничала. Или делала вид, что нервничает. Для кого?

Напротив – Том, водитель. Он держал карту, но даже не смотрел на неё. Смотрел на остальных. Руперт уловил это движение: короткое, привычное. Как у того, кто привыкает сидеть за рулём и проверять зеркала. Только теперь зеркало – каждый за этим столом.

– Ну что, – раздался голос. – Начнём?

Это была Маргарет. Журналистка. Спина прямая, голос поставленный, но слишком ровный – как у того, кто тренируется звучать спокойно. Пальцы сжаты на коленях под столом – детектив заметил это мельком, когда она двигалась. Значит, волнуется. Или боится показать, что знает слишком много.

Майкл, бармен, сидел чуть дальше. Он первым усмехнулся.

– А чего начинать? Уже чувствуется: мафия за этим столом есть.

– Это ты о себе? – мягко бросил Дилон. Пальцы его танцевали по краю карты, как пианист по клавишам. Он улыбался, но взгляд – тяжёлый, проникающий.

Детектив не ответил, но отметил: первый, кто переводит фокус – хочет контролировать обстановку. Или отвлечь.

– Имён не называем, – предупредил Гринальд. Его голос был глухим, как под землёй. – Пока просто слушаем.

Он откинулся назад, но в глазах – скрытая тревога. Как будто он уже здесь играл. И проиграл.

– Интересная игра, – проговорила Севиль. – Никто никого не знает, и все молчат. Как в жизни.

– В жизни все делают вид, что знают, – вставила Патриссия. – Но боятся назвать имена.

Детектив наконец коснулся карты.

Он чувствовал не игру – расстановку. Это был не просто круг. Это была сцена. Каждый уже выбрал свою роль – кто прячет взгляд, кто ищет слабость, кто надевает маску.

Мафия ещё не проснулась. Но маски – уже на лицах.

Он приподнял угол карты, не глядя. Просто чтобы почувствовать бумагу. И понял: игра началась раньше, чем они сели за стол.


Глава 7.

«Человек бумаг и протоколов»

После игры детектив отправился не домой, как другие участники, а в участок. У него оставались незавершённые дела, а ещё ему не давал покоя этот новичок – Дилон, что появился в городе так внезапно и затеял странную игру.

Алекс Руперт – детектив с более чем двадцатилетним стажем. Не женат, живёт один в скромной квартире, где всё подчинено практичности: минимум личных вещей, только самое необходимое. Для него дом – не место отдыха, а просто пространство для сна и разбора очередного дела.

Работа занимает всё его время и мысли. Он не умеет расслабляться и не видит в этом смысла. Развлечения, игры, праздники – всё это кажется ему пустой тратой времени. Каждый день у него распланирован, каждое движение отточено годами службы. Он не верит в случайности и полагается только на факты.

Когда-то он работал в другом городе, но одно громкое, так и не раскрытое дело разрушило его карьеру. В итоге его перевели сюда – подальше от неудачи, ближе к новому началу. Но он не забыл, не смирился. Теперь он вдвойне внимателен, вдвойне требователен – и к себе, и к окружающим.

Руперт – человек бумаги и протокола. Он изучает всё до мельчайших деталей, часами копается в отчётах, допросах, уликах. Ему сложно доверять людям, ведь за долгие годы службы он видел слишком много лжи. Это не значит, что он холоден или бессердечен – скорее, просто слишком осторожен.

Он всегда в костюме, даже когда это совершенно неуместно. Из-за этого его костюм выглядит уставшим, как он сам. Его лицо редко озаряется улыбкой, а шутки он либо игнорирует, либо воспринимает слишком буквально.

В этой игре он – чужак. И сам это прекрасно понимает.

Снова бессонная ночь. Седьмой стакан жутко невкусного кофе из кофейного автомата. Детектив устало потёр виски и скривился – голова отказывалась работать, мысли путались, а перед глазами плясали обрывки фраз, показаний и разговоров. Картинка пазла пока не складывалась. Слишком мало информации.

Он сидел за столом, упираясь локтями, а голова почти касалась поверхности. За окном уже светало, но в его мире времени не существовало. Только работа. Только дело. Детективу казалось, что он вот-вот дотянется до истины, но что-то всё время ускользало.

Раздался звонок телефона, разрывая вязкую ночную тишину. Детектив мгновенно взял трубку:

– Детектив Руперт слушает.

На другом конце провода раздался хриплый, напряжённый голос:

– Ты ищешь улики, но забыл о мотивах. Посмотри, кто здесь ради правды, а кто – ради игры. В этой партии выиграет не тот, кто знает, а тот, кто не боится скрывать.

– Что вы говорите?

– Жертва… Игрок номер десять.

– Кто вы?

Тишина. Сигнал сброшен.

Детектив резко положил трубку, его лицо побледнело. Он медленно протянул руку к кофе, в глазах страх и растерянность.

– Это что, игра? – промелькнули мысли в голове, – Или настоящее убийство?

Детектив молчал. Он знал, что этой ночью жертва появится. Всё к этому шло. И теперь у него был новый вопрос – случайность ли это? Или кто-то следует правилам игры, превращая её в кровавый спектакль?

Руперт медленно выпрямился, потянулся за пиджаком и наконец произнёс:

– Время играть по их правилам.

Себастьян. Ночь, которую сложно вспомнить

Себастьян прикрыл глаза и попытался собрать воспоминания, но они ускользали, оставляя лишь отголоски ощущений – жаркие прикосновения, перехватывающий дыхание шёпот, тёплый запах духов и вкус алкоголя на губах. Всё было смутным, но одно он знал точно – ночь была бурной.

Обернувшись, он оглядел комнату. Лёгкий беспорядок говорил сам за себя – в этой спальне совсем недавно кипела страсть. Простыни сбиты, подушка упала на пол, а у окна… Себастьян прищурился. Тёмное пятнышко на подоконнике. Что это? Вино? Губная помада? Или что-то другое?

Он потянулся, чтобы коснуться следа, но замер. В воздухе витал запах, который пробуждал воспоминания – запах её кожи, её дыхания, перемешанного с дымом сигарет. Она была здесь. Но кто она? И почему он не помнит?

Работа как наслаждение

Себастьян привык получать удовольствие от всего, что делал. И его работа – это не просто сделки с недвижимостью. Он играл на желаниях людей, точно знал, какие слова сказать, чтобы они почувствовали себя хозяевами жизни, мечтателями, открывателями новых горизонтов. Он смотрел, как блестят их глаза, когда он говорил: «Этот дом изменит вашу жизнь» – и чувствовал удовлетворение, будто соблазнил человека, довёл его до точки невозвратного желания обладать.

Продажа недвижимости – это искусство соблазна. И Себастьян был его мастером.

Но теперь он сам оказался в плену неизвестности. В его комнате кто-то оставил свой след. Кто-то, кто умел играть так же тонко, как он сам.

Но что, если это была не просто ночь страсти?

Что, если кто-то хотел, чтобы он что-то забыл?


Глава 8.

«Первое тело – не последнее»

Хемсон жил неподалёку от парка и каждое утро совершал один и тот же маршрут: пересекал мост, затем сворачивал на тропинку, ведущую к пляжу у озера. Для него это была обычная прогулка, а для его пса Балта – настоящее приключение.

Балт обожал утренние пробежки. Он срывался с места, натягивая поводок, и мчался к озеру, лишь бы быстрее оказаться в воде. Почему он так любил заходить в воду, Хемсон так и не понял. Но каждое утро пёс повторял свой странный ритуал: заходил всеми четырьмя лапами в озеро, опускал морду в воду и пускал пузыри. Это выглядело забавно, впрочем, как и сам Балт – вечно лохматый, с растрёпанной шерстью, похожий на алабая, но ростом чуть меньше и с закрученным хвостом. Его шерсть была непонятного серо-рыжего оттенка, а глаза… Глаза казались слишком умными для обычной собаки.

Этим утром всё шло как обычно. Но, дойдя до моста, Балт вдруг резко остановился, повернул голову, а затем потянул поводок в сторону оврага.

– Эй, стой, Балт! Куда ты? – крикнул Хемсон, пытаясь удержать пса. – Чёрт, погоди! Что ты там учуял?

Балт задыхался от сдавливающего ошейника, но продолжал рваться вперёд. Когда он добрался до дерева, его нос уткнулся в землю, и он начал рыть.

– Да что с тобой?! – в голосе Хемсона послышалось раздражение.

Но Балт не останавливался. Он судорожно скрёб лапами землю, пока из-под рыхлого слоя не показалась человеческая рука.

На мгновение Хемсон не понял, что именно видит. Сердце ухнуло вниз. В голове металось: «Нет, это не может быть…»

Он сглотнул, отступил на шаг, но тут же взял себя в руки. Быстро одёрнул пса:

– Нельзя! Стоп! Балт, прекрати! Сидеть!

Пёс послушно сел, но скулил, дёргал лапами и рвался обратно к яме.

Руки Хемсона дрожали, когда он достал телефон. Нажал нужный контакт.

– Алло, детектив Руперт, это Хемсон… – Голос предательски дрогнул. Он закашлялся, сглотнул ком в горле и продолжил: – Я был в парке, гулял с собакой… И тут… В общем, вам надо срочно приехать. Мы в овраге, рядом с мостом.

Он отключил вызов и медленно выдохнул.

За годы службы в полиции ему доводилось видеть всякое. Но найти труп? Нет, такого с ним ещё не случалось. Он вспомнил фильмы, где детективы спокойно осматривают тела, обсуждают улики, размышляют о причинах смерти. Как им это удаётся? Как они остаются хладнокровными, когда перед тобой лежит мёртвый человек?

Место преступления было оцеплено красно-белой лентой. Полицейские прочёсывали территорию в поисках улик. Тело откопали и накрыли брезентом.

Детектив Руперт стоял над трупом, что-то изучая в руках погибшего.

Хемсон держал поводок Балта, который продолжал дёргаться и пытался приблизиться к телу.

– Отведи уже пса домой, – безразлично бросил Руперт, не отрывая взгляда от тела. – Он только мешает.

– Да… Да, конечно, детектив! Я мигом! Отведу и вернусь, – выпалил Хемсон, чувствуя, как подкашиваются ноги.

Он развернулся и потащил Балта через кусты обратно. Пёс нервно дёргался, метался, настороженно поводил носом в воздухе.

– Да что с тобой не так?! – рявкнул Хемсон, раздражённо одёргивая поводок.

В голове шумело. Мысли путались. Он не мог поверить в случившееся.

Подойдя к дому, он обернулся. Вдалеке, за деревьями, скрывалось место преступления.

«Я бы всё равно ничего не увидел… Он хорошо спрятал тело. Видимо, знал, что я могу его найти. Или что Балт учует».

Он посмотрел на пса.

– Как ты понял, что там кто-то есть? – пробормотал он, потрепав Балта по голове. – Молодец, ты хороший пёс.

Балт радостно завилял хвостом.

– Ладно, заслужил награду. Сейчас насыплю тебе еды, а сам вернусь на место.

Как только они вошли в дом, пёс бросился к миске с водой, жадно стремясь её опустошить, а затем сел рядом с пустой миской, ожидая еды.

Хемсон, не снимая обуви, прошёл в комнату, остановился у окна и осторожно отодвинул занавеску. Глянул в сторону парка. Там ничего не было видно.

«Никто не должен был его найти… Но Балт нашёл».

Хемсон резко развернулся, открыл шкафчик, достал банку собачьих консервов, вывалил их в миску.

– На, ешь. Ты заслужил.

Пёс радостно зарычал, вгрызаясь в еду.

– А мне пора, – тихо добавил Хемсон, натягивая куртку.

Вышел на улицу, закурил. Затянулся, выдохнул.

И быстрым шагом направился обратно в парк.


Люси. Секреты, которые остаются в темноте.

Люси закрыла за собой дверь, но в комнате всё ещё витал запах чужих сигарет, дорогого виски и чьей-то кожи. Это был один из тех ночных визитов, после которых лучше не вспоминать подробности. Не потому, что было плохо, а потому, что так проще.

Но в этот раз что-то было иначе.

Вспышками в памяти мелькали фрагменты – чужие руки, скользящие по её телу, горячее дыхание у самого уха, чей-то тихий, но напряжённый голос:


– Ты же знаешь, что не должна задавать вопросов, Люси.

Она не знала, кто это сказал. Или не хотела знать.

Тело болело, усталость липкой пеленой оседала на плечах, но главное – она была жива. И этой ночью никто не умер. По крайней мере, она так надеялась.

В квартире было тихо. Люси сняла туфли, бросила сумку на стул и замерла у двери в детскую. Тихонько приоткрыла – внутри спала её дочь. Маленькая, скрутившись калачиком, сжимая в руках потрепанного плюшевого медведя.

– Привет, малышка, – шепнула Люси, чувствуя, как что-то внутри болезненно сжимается.

Квартира была скромной, но уютной. Одна комната – их общая, где стояла небольшая кровать дочери и её собственный раскладной диван. Игрушки аккуратно сложены в коробку, детские рисунки приколоты к стене. Люси сама выбирала цвета для этих стен – мягкий персиковый оттенок, чтобы казалось, будто здесь всегда немного солнца.

Кухня маленькая, но на холодильнике – расписание занятий в детском саду, рядом магниты с какими-то глупыми картинками и список покупок. Люси знала: если бы кто-то зашёл в её дом, он никогда бы не подумал, чем она зарабатывает на жизнь.

Она выпила кофе, села на подоконник и посмотрела в окно. Город просыпался. Но мысли были не о городе.

– Надо встретиться с детективом, – пробормотала она, прикуривая сигарету.

Ведь этой ночью произошло нечто важное. Она чувствовала это кожей.

Только вот что?


Глава 9.

«Утренние новости»

Этот город всегда был тихим, размеренным, почти сонным. Здесь не случалось ничего по-настоящему пугающего. Да, бывало, что в баре кто-то перебирал с виски и устраивал разборки, иногда подростки устраивали мелкие шалости, но ничего серьёзного.

До этой ночи.

Утро Маргарет началось как обычно с чашки бодрящего кофе и поиском интересного материала. Она открыла вчерашние запили с игры в своём блокноте, как взгляд попал на ноутбук, который всё ещё был открыт на новостном портале. Заголовки сменяли друг друга, но один из них задержал её внимание.

«Найдено тело неизвестного мужчины. Полиция выясняет обстоятельства.»

Строчка текста была короткой, но в ней таилось что-то тревожное. Без подробностей, без намёка на причины смерти. Просто факт.

Она нахмурилась.

– Началось…

Журналистская интуиция включилась мгновенно. В таких случаях самое главное – не дать событию затеряться в потоке обычных новостей. Если эта история действительно важна, она должна разворачиваться дальше.

Маргарет быстро закрыла ноутбук и встала. Пора двигаться.

Прямой эфир с места преступления.

На экране – мрачные очертания городского парка. За красно-белой оградительной лентой работают криминалисты. В воздухе витает напряжённость. В кадре появляется женщина в тёмном элегантном пальто, её русые волосы слегка растрёпаны ветром. Она держит микрофон, голос уверенный, но в нём слышится оттенок тревоги.

– Доброе утро, уважаемые зрители. С вами Маргарет Кросс, специальный корреспондент канала "Сити Ньюз". Мы ведём репортаж с места жуткого преступления в городском парке. Сегодня рано утром здесь было обнаружено тело. Как нам стало известно, погибший – Юджин Эйвантс, известный адвокат, чьё имя не раз фигурировало в громких судебных разбирательствах.

Оператор переводит камеру на ограждённую территорию. За лентой стоят полицейские, возле дерева криминалисты что-то фиксируют в блокнотах.

– Детали расследования пока не раскрываются, но известно, что тело обнаружил местный житель во время утренней прогулки со своим псом. Сейчас со мной детектив, ведущий это дело – Алекс Руперт.

Камера фокусируется на высокого мужчину в тёмном плаще. Под глазами у него тени, взгляд сосредоточенный.

– Детектив Руперт, спасибо, что нашли время ответить на несколько вопросов.

– Постараюсь быть кратким, мисс Кросс, – отвечает он сухо.

– Подтверждаете ли вы, что погибший – Юджин Эйвантс?

– Да, личность жертвы установлена. Это действительно адвокат Юджин Эйвантс.

Маргарет кивает, выдерживая паузу, чтобы зрители осознали масштаб новости.

– Какова предварительная причина смерти?

Руперт тяжело выдыхает:

– Окончательное заключение даст судмедэкспертиза, но могу сказать одно – это было преднамеренное убийство.

– Что вам известно о последних днях жертвы?

– Пока рано делать выводы. Но, учитывая сферу его деятельности, у него могли быть враги.

Камера снова показывает место преступления. Полицейские что-то обсуждают между собой.

– Как тело оказалось в парке? Есть ли подозреваемые?

Руперт прищуривается, будто обдумывая, что можно сказать прессе.

– Пока расследование только началось. Но, судя по тому, как было спрятано тело, убийца явно не хотел, чтобы его нашли.

– Однако собака всё-таки нашла его, верно?

– Да. Если бы не пёс, тело могло бы остаться незамеченным ещё долго.

Маргарет делает шаг назад, снова поворачиваясь к камере.

– Итак, детектив Руперт пока не раскрывает деталей, но уже сейчас ясно: смерть Юджина Эйвантса – это не случайность. Кто и зачем убил влиятельного адвоката? Мы продолжим следить за развитием событий и держать вас в курсе.

Камера переводится на Маргарет крупным планом.

– Это была Маргарет Кросс, "Сити Ньюз", в прямом эфире с места преступления. Следите за нашими выпусками. Берегите себя и будьте осторожны.


Глава 10.

«Ферзь или пешка»

Чёрная машина остановилась у дверей банка. Шофер вышел, быстрым шагом обошёл автомобиль и открыл заднюю дверь. Минутная пауза – и из машины вышел мужчина. Он опирался на трость. Костюм сидел на нем безупречно, подчёркивая его крупную фигуру. Идеально отглаженные брюки с ровными стрелочками, до блеска начищенные ботики. Во внешнем виде не было ни одной детали, которая выдавала бы небрежность. Мужчина что-то буркнул водителю и направился к дверям банка. Шофер не стал мешкать -быстро сел в машину и уехал.

–Доброе утро, мистер Гринальд! – поспешил поприветствовать управляющий отделением. Он слегка поклонился и опустил глаза в пол, стараясь не встретиться взглядом с банкиром.

– Почти все уже собрались и ожидают вас в переговорной. Нет только…

– Юджин уже здесь? – резко перебил Гринальд.

– Как раз мистера Эйвантса нет ещё, я не успел вам сообщить, – управляющий нервно сглотнул и ещё ниже опустил голову.

– Который час? – голос банкира окреп, стал почти угрожающим.

– Ровно девять утра, Мистер Гринальд. Вы как всегда точны!!!!

– Так почему не все собрались? Я что, должен ждать? Что себе позволяет этот щенок?

Банкир направился к лифту. Повесив трость на руку, он достал телефон и начал набирать номер. Лифт подъехал, двери открылись. Гринальд вошёл, и двери тут же сомкнулись за ним.

Управляющий выдохнул с облегчением. Затем собравшись, поспешил скрыться в своём кабинете, по пути раздавая указания сотрудникам: кому поправить бейдж, кому привести в порядок волосы, убрать лишнее со столов, а главное всем улыбаться.

Лифт остановился, двери лифта скользнули в стороны. Гринальд вышел, все ещё держа телефон у уха. Гудки продолжались, но никто не брал трубку. Это злило его все сильнее. Он ускорил шаг, даже не заглянув в переговорную, хотя сквозь стеклянные стены видел всех присутствующих. В переговорной сидели Операционный директор (СОО), Генеральный директор (СЕО), Аудитор, Финансовый аналитик. Они обменялись взглядами. Генеральный директор пожал плечами и поспешил встать.

– Пойду спрошу, будет ли собрание. Что-то я не понимаю, раньше он никогда так не делал…

– Подожди, может он за документами, сейчас придёт, – остановила его аналитик.

– Да, ты права. Подождём пару минут.

Генеральный сел обратно и открыл ноутбук. Ещё раз пробежался по отчётам , убеждаясь, что ничего не упустил.

– Кстати… А где Юджин? Кто-нибудь его сегодня видел? – спросил аналитик.

– Нет, – покачала головой аудитор. – Странно, что его до сих пор нет.

– Может они оба у него в кабинете? Решают важные вопросы, которые нам знать не положено? – предположил СОО.

– Возможно,– кивнул СЕО. – Тогда точно не пойду, а то нарвусь на свою голову.

– Я думаю, что они сейчас оба обсудят дела и придут к нам.– заключил аналитик.

В кабинете Гринальда.

Банкир поспешил в свой кабинет. Он продолжал дозваниваться до адвоката, но тот так и не отвечал. Гринальд впервые за долгое время почувствовал, что что-то не так.

«Сейчас не время для игр», – мрачно подумал он.

« Что ты задумал, маленький ублюдок? Ты решил мне так отомстить? У тебя ничего не выйдет. Я до тебя доберусь!»

– Подними трубку, сукин сын! – рявкнул он в телефон, но в ответ раздавались лишь гудки.

Бросив мобильный на стол, он рухнул в кресло, расстегнул пиджак и раздражённо сорвал трубку стационарного телефона

– Живо ко мне в кабинет!

Через пару секунд в дверях появилась помощница. Она стояла с опущенной головой, не понимая, чем вызвана такая ярость.

– Налей мне воды. И почему тут так жарко? Сделай что-нибудь! Ну, что ты стоишь как вкопанная?!

– Да, сейчас! – она подскочила к столику с водой, налила воды и поставила на стол перед банкиром. Затем взяла пульт и убавила кондиционер до 18 градусов.

– Что-нибудь ещё?

– Да! Немедленно дозвонись до Эйвантса, найди мне его! – продолжал бушевать Гринальд.

– И передай этим идиотам в переговорной, что собрания не будет. Пусть никто меня не беспокоит. Как только найдёшь Эйвантса – сразу доложи! Иди, не стой, не действуй мне на нервы!

– Поняла, – помощница кивнула и быстро удалилась, аккуратно прикрыв дверь.

Она прошла в переговорную.

– Собрание отменяется, – сообщала она.

– Что? Почему? – посыпался шквал вопросов.

– Я только передала информацию, – спокойно ответила она и удалилась.

Она прошла на своё рабочее место и начала звонить мистеру Эйвантсу. Но тот не отвечал. Тогда она набрала его жену.

– Добрый день миссис Эйвантс. Это помощница мистера Гринальда. Могу я поговорить с вашим супругом?

– Добрый день! К сожалению, нет. Его нет дома.

– А вы не подскажите, где он может быть ? Это очень важно!