Полина Оверко
Вера

– Раз – глаз… Два – глаз, – пересчитывала я, пытаясь понять, чем является наблюдающее за мной Нечто.

Денно и нощно зрачки двигались, когда двигалась сама, не оставляя ани малейшей возможности скрыться. Каждое движение, каждый вздох, казалось, безаппеляционно порицался. Было страшно… но страх этот произростал не из неожиданной уродливости увиденного, а из, так скажем, подсознательного знания: кара ждёт! Ведь не может следить собственный потолок просто от "неча делать"… Анализируя это и обдумывая каждую еле видимую деталь, пришла к выводу, что есть в этом всем какая-то неосязаемая, и от того ещё более масштабная в своей сути, логика. Связка "побуждение-действие-осуждение-наказание" висела над головой дамокловым мечом, давая понять, что "семь раз отмерь и один – отреж"– не архаичный способ заткнуть рот тем, кто допустил оплошность, а истина в последней инстанции.

Ложилась спать, выключала светильник и каждый раз говорила: "Спокойной ночи!" – а ответной колыбельной мне было утробное дыхание дома, которое навеивало ничуть не позитивные ассоциации. Думалось: " Утром сказала маме "прикольно" вместо достойного ответа – эгоизм? А пропущенный звонок подруги, пока мылась, засчитывается за плохое? Вроде я занята была, но осознала же в моменте, что иначе могу – просто неудобно…". Мысли эти подстраивались под ритм жизни Всевидящего Ока и убаюкивали, давая понять, что наказание если и будет, то нескоро… А я-то верила… Нет, я ЗНАЛА – оно неминуемо. Это знание подарено свыше и даритель, кем бы ни был, видим, как божий день в окне.

Просыпалась – а Оно дышало в унисон с многочисленными голосами города за окном: от звона колоколов и до разговоров в ближайшей лавке – все жило в гармонии с Нечто, а я была сильно лишней, слишком неправильной. Многочисленное потолочное Оно, абсолютно безмолвное, давило масштабом, показывая: я буду делать то, что будет угодно Его молчаливой воле, ибо Око – объективно, а я в своей мерзотной субьективности– ничтожна.

Встав с кровати, я, выводя каждое движение и на всякий случай контролируя мысли, – а то вдруг и это порицаемо? – застелила постель, приготовила завтрак и с ужасом подумала о предстоящих испытаниях, что ждали меня: в гости должны были прийти друзья по ВУЗу…

Не знала, за что хвататься: за мысли о том, что нужно подготовить или за сами приготовления? Что-то же да и будет упущено из виду! Как всегда и как на зло… Решено было убраться: грязное белье, игрушки, "улики" постыдных увлечений – все было убрано с пола, кровати и, хоть и на время, помещено в шкафы. Впихивая вещи в ящики, пыталась выпихнуть из головы мысли о "грешках": знаю же, что не стоит, и все равно занимаюсь и тем, и этим… И нет от сделанного спасения – на то оно и сделанное…

Стук. Как раз вовремя, кажется… Я открываю дверь, обнимаюсь. Обнимаясь, думаю, уместно ли… Провожаю увеселенную горячительными напитками компанию на кухню, где мы ещё пару часов проговорим обо всем наиважнейшем… То есть – ни о чем.

На фоне смеющихся, бесстыже-радостных друзей я выделялась невротической сдержанностью. И понимали это, ясен-красен, все… Что же касается меня, то, неся груз осознанной ответственности перед тем, что нависало грозовой тучей неминуемого отчаяния, я раздражалась от малейшей необоснованной праздности. "Как вы веселитесь, когда в стране бардак и столько горя в людях?!" – мысленно осуждала их и получала невероятное удовольствие от осознания, что им меня не сломить, ведь у меня свидетель причин и вершитель правосудия на потолке живёт. – Ты чего такая странная? – Спросил, уходя, бывший одногруппник, разглядывая моё лицо.

–

Разглядываю твою душу… – ответила я.

Долго ещё слушала, сидя на прогнившем сорокалетнем балконе, их "пламенные речи" про мое сумасшествие. "Сытый голодного не поймёт" – фраза, достойная быть выгравированной на стене вечной славы и почёта, до которой им – как до луны. Когда слушать бессмысленную болтовню пустых людей надоело, пошла заниматься приготовлениями ко сну. Подойдя к зеркалу и взяв щётку с пастой, быстро зыркнула в сторону потолка, как бы обманывая себя, говоря мысленно:" Настолько быстро и незаметно – не считается". Однако не успела отвести взгляд, как стало ясно: нет там Его. Испуганно посмотрев в затертое зеркало во второй раз, я застыла. В голове сразу зароились многочисленные пугающие и не очень мысли: от страха из-за потери вектора жизни и до ощущения, что меня покинули. …А если покинули, значит, – кара грядёт.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.