Евгения Кузнецова
Гость

Глава 1   Непогода

1

В июне 20… года друг по институту Роман Михайлов пригласил меня провести несколько дней отпуска с ним и его семьёй в коттедже неподалёку от Адлера в тихом месте на берегу моря. Там Михайловы жили каждый год с мая по октябрь.

Я знал почти всю семью Романа: родители и старшая сестра были у нас на вручении дипломов в Институте экономики и права. Дипломы, по иронии судьбы, ни мне, ни другу после не пригодились. Я стал всерьёз заниматься фотографией, он решил получить второе высшее и пошёл учиться на режиссёра. Была у него ещё младшая сестра Александра, которую все называли Алей. Сейчас студентка третьего курса. Она училась кажется на филолога. Я про неё много слышал, но никогда не видел ее.

Роман позвонил как-то неожиданно и позвал в гости. Я лёгок на подъём, поэтому согласился сразу. Взял билет на поезд и через пару недель мы уже обнимались на вокзале. В тот день объявили штормовое предупреждение и вся округа от моря до гор тонула в серой влажной дымке. С моря летел порывистый ветер. Стоило нам сесть в машину, как виды за окнами заслонила стена дождя.

Всю дорогу мы говорили о работе: о фото- и видеосъёмках. Потом Роман затронул тему личной жизни. Спросил, не появился ли у меня кто-нибудь.

– Нет, – честно ответил я.

– А у тебя? – спросил я из вежливости.

Роман покачал головой. Я не удивился. Он всегда был сосредоточен на делах и чувствам уделял мало внимания. Не помню, чтобы мы вообще когда-либо обсуждали женщин. Но мне показалось, мой ответ его обрадовал.

Из-за ливня дом мне рассмотреть не удалось. Он превратился в размытое светлое пятно. Мы быстро забежали внутрь. Оказалось, что вся семья уже сидит за столом.

В обеденной комнате было светло и просторно. И как-то спокойно. Интерьер минималистичный и современный. Чувствовался приятный запах цветов.

Хозяина и хозяйку я сразу узнал. Даниил Романович всё такой же приятный, чисто выбритый полноватый мужчина с мягким взглядом голубых глаз. Роман на него очень похож, только на тридцать лет моложе и на столько же килограммов легче. Ирина Дмитриевна, ослепительная для своих лет стройная блондинка, очень просто и изящно одетая. Вере, старшей сестре Романа, было около двадцати восьми, но выглядела она моложе. Ухоженная, тоненькая, с безупречными манерами. Внешне – вылитая мать. Как я знал, она успешно занималась дизайном интерьеров и недавно вышла замуж. Муж сидел здесь же. Плотный, но симпатичный мужчина лет тридцати пяти, с небольшими залысинами. Его звали Константин Белов и он работал в строительстве. За столом как раз шла речь о том, какую молодой семье лучше приобрести квартиру.

Рядом с Верой сидела незнакомая мне рыжеволосая дама, с бесчисленными рядами ярких бус и браслетов на шее и запястьях. Немолодая, но тщательно следившая за собой. И поза у неё, и манера говорить, и конечно, наряд, требовали внимания. В ее облике проскальзывало что-то восточное… Может, грузинское, или абхазское… Ее представили как Клару Валерьевну – близкую подругу Ирины Дмитриевны.

– Что за чудный юноша! – Тут же впилась она в меня взглядом. Глаза у Клары Валерьевны были зелёные, блестящие, щедро накрашенные тушью и золотыми тенями.

 Она сразу начала проявлять ко мне интерес и разговор с молодоженов быстро перебежал на нас. Мне к тому времени уже принесли горячее и налили красного вина. Усадили меня почти напротив Клары Валерьевны и она бросилась атаковать меня вопросами.

– Я хочу всё знать о вас, Игорь (она почему-то обращалась ко мне на вы)! Вы же фотограф? Я слышала от Ромы. Вы знаете, что у меня свой выставочный зал? Вам это интересно?..

Клара Валерьевна говорила нервно и чуть задрав подбородок, от чего выглядела слегка высокомерно. Блестящие рыжие волосы она то и дело откидывала за спину и не сводила с меня ярки глаз.

– У вас, должно быть, увлекательная жизнь, – продолжала она, не дав мне ответить. – Это закономерность. У всех фотографов должна быть интересная жизнь! Вы крутите романы с моделями? Ладно, можете не отвечать! Это закономерность…

– Я снимаю в основном природу, – всё-таки вклинился я в монолог.

Она видимо не ожидала и захлопала длинными ресницами.

– А я думала вы фэшн… То есть фэшн-фотограф. Ну там, знаете, недели моды… и все такое…

– А что, фэшн-фотографы устраивают выставки в галереях? Я думал они больше по глянцу…

– Но это, конечно, да… – растерянно кивнула Клара Валерьевна. – Я просто… Думала… Вы оттуда… То есть, не будет пикантных сплетен и новостей? А кого-нибудь из звёзд вы снимали?

– Я как-то больше вдохновляюсь звёздами на небе, – ответил я, наблюдая горькое разочарование собеседницы.

– Его за это ещё в институте Лунатиком прозвали, – вставил Роман. – По ночам не спал, а всё фотографировал…

– Просто я сова. Не могу ложиться рано, – объяснял я. – В последнее время у меня режим совсем испортился. Раньше трёх не засыпаю.

– Я помню как ты на парах храпел!

– Хм, ну, я то по ночам не сплю по другим причинам, – хихикнула Клара Валерьевна, снова переводя внимание на себя. Она прикрыла глаза и загадочно улыбнулась.

– Кто на этот раз? – спросила с иронической улыбкой Ирина Дмитриевна. – Очередной бедный художник?

– Никого! – как-то обиженно протянула Клара Валерьевна. – Это я в общем… Для сведения… – и она опять взглянула на меня. – А вы сами откуда?

– Из Воронежа.

– А что Герман? – вдруг спросила Ирина Дмитриевна.

– Причём здесь Герман? – тут же вскинулась Клара Валерьевна. – Что ты вечно с этим Германом носишься! Кто твоя подруга, в конце концов, я или Герман?

Ирина Дмитриевна заулыбалась.

– По моему он очень достойный мужчина, получше всяких там "загадочных художников". И влюблён в тебя уже давно. Ты бы к нему присмотрелась…

– Он мне и так в галерее надоел! Что к нему присматриваться? Герман отличный деловой партнёр, этого не отнять. Но в остальном… прост до неприличия! Знаю, ты осуждаешь все мои попытки наладить личную жизнь. Но вот представь, перед тобой какой-нибудь изысканный деликатес и пресный чёрный хлебушек, что ты в рот положишь?

– Деликатесом и отравиться можно, – заметила Вера. – Особенно когда не знаешь из чего он приготовлен и насколько свеж.

– Вы все сговорились!

– Ну тогда я тоже пресный хлебушек! – почти смеялся муж Веры, Константин.

– Ваш последний деликатес обобрал вас тысяч на сто кажется… – снова заговорила Вера. – Вы бы о себе подумали. Дались вам эти молоденькие проходимцы. Вы что от них всерьёз ждёте любви?

Но Клара Валерьевна упрямо стояла на своём:

– Ни за что не выйду за Германа! Кто ищет, тот всегда найдёт! И я найду! Я верю! Есть и порядочные… Вот вы, Игорь… – снова накинулась она на меня. – Вот вы же порядочный, сразу видно! Вот вы бы в меня влюбились?

– Я, пожалуй, тоже хлебушек… – пробормотал я. – Заурядный и пресный.

– Фотограф не может быть никаким хлебушком! Вы нарушаете закономерность! Вы же творческая личность! Вы… Вы… Вы это специально!

Я пожал плечами.

– Нет, честное слово! Он самый настоящий чёрствый завалявшийся сухарь! – Пришёл мне на помощь Роман.

– И это весьма печально! – горько вздохнула Клара Валерьевна. – Ну неужели же в вас совсем нет никакой порочной изюминки? А? Никакой тайны, никакой странности? Какая-нибудь пикантная связь… Вы клептоман, возможно?..

Константин Белов уже хохотал.

– Ну же? Ну пожалуйста, обнадёжьте меня! – молила Клара Валерьевна.

– Ничего у меня такого нет, – вздохнул я, подыгрывая. Мне стало ясно, что с этой женщиной невозможно говорить всерьёз.

– Тогда моё лето потеряно! – Клара Валерьевна отпила вина из бокала. – Но что там моё лето… У вас потеряна вся жизнь! И вас не спасут ни ваши прекрасные чёрные глаза, ни чудные волосы кофейного цвета, ни чистая белая кожа… ничто вас уже не спасёт… Вам необходима тайна! Женщин это притягивает…

– Все тайны рано или поздно раскрываются, – серьёзно проговорила Вера. – И что остаётся? Подлое нутро?

– Нет, не все подлые! – Упрямилась Клара Валерьевна.

– Ваши были все. Вас жизнь ничему не учит. Вам только одни пройдохи и попадаются.

– Это видимо карма…

– А вы не смотрите на них! – уговаривала Вера. – Вы присмотритесь к тем, кто вас любит… К Герману… Ну, или, к кому-нибудь ещё… Те то вас не любили… Неужели, вы сами себя не любите?

– Да сколько можно про Германа! – только и услышала Клара Валерьевна. – Давайте о чём-нибудь другом! Где Аля, кстати? – она кивнула на пустой прибор.

– Приболела, – ответила Ирина Дмитриевна. – И настроения нет. Мы тарелку на всякий случай поставили.

– Да брось! Это она из-за него! – махнула на меня Клара Валерьевна. – Это она из-за вас, Игорь. Не любит чужих. Будет теперь сидеть в комнате и ни за что не выйдет.

– Я схожу, приведу! – Выскочил из-за стола Роман.

– Да-да, приведи! Тут нечего пугаться! Твой друг милое, совершенно безобидное существо…

2

Роман вернулся вместе с младшей сестрой, которая брела за ним, недовольно поджав губы.

– Ну, вот она я, довольны? – проворчала Аля, садясь на свободный стул.

Аля не была похожа ни на кого в семье. Медовая шатенка с тёплыми ореховыми глазами. Чуть вытянутое лицо в форме сердца, острые скулы и подбородок, высокий лоб. Вся чистенькая, аккуратная, свежая. Но не только одеждой и причёской, а сама по себе, изнутри. Очень светлая с розовым оттенком кожа так и сияла. Одета Аля была в просторный голубой свитер и голубые узкие джинсы. Вообще, как я потом заметил, она предпочитала свободную мешковатую одежду светлых пастельных тонов: белую, голубую, розовую.

Нас представили друг другу и Аля адресовала мне скупой кивок. Мне показалось, она вздрогнула, увидев меня. Но, возможно, только показалось… Она не задавала мне никаких вопросов и вообще в мою сторону не смотрела. Ела мало. В основном складывала из салфетки какие-нибудь фигуры. Аля казалась расстроенной и скучающей.

– Аля, Аля! Ну расскажи нам про Барселону! – скоро пристала к ней Клара Валерьевна. – Вы знаете, Игорь, наши девочки только две недели как вернулись из Испании?

Роман, кажется, упоминал об этом…

Я кивнул.

Аля взбила рукой волосы, которые спускались чуть ниже подбородка и вздохнула.

– Вы как будто сами в Барселоне не были, тётя Клара… Там всё тот же Гауди и тот же Колумб на башне…

– Это стела, а не башня, – поправила Вера.

– Какая разница! – простонала Аля.

– Мне интересно узнать твои впечатление! – с деловитым видом проговорила Клара Валерьевна. – В твои годы мир видится совсем иначе. Вы познакомились там с кем-нибудь? На Рамбле полно уличных артистов! Да и вообще молодых людей там немало… А испанцы такие… горячие..

Мне показалось, что Аля задрожала. Стакан с водой, что был у неё в руке, так и заходил ходуном. Но кроме меня этого похоже никто не заметил.

– Почему у вас в голове одни мужчины? – воскликнула Аля. – Что, других тем не существует?

– Колючий ребёнок! – улыбнулась Клара Валерьевна.

Она имела право обижаться на дерзости Али, но не могла. Я её понимал. Аля была очень обаятельной, она даже злилась и возмущалась как-то мило.

– Просто, если что-то произошло, ты обязана рассказать… – мечтательно произнесла Клара Валерьевна. – Сегодня такой вечер!..

– Даже если что-то и было, я не стану говорить при посторонних… И при папе с Ромой… и вообще… вы невыносимая озабоченная хищница! Выйдите уже замуж за своего Германа и успокойтесь!

Клара Валерьевна аж подскочила на стуле. Константин Белов снова захохотал. Вера выглядела довольной. А родители перебросились смешливыми взглядами. Один Роман сидел мрачнее тучи.

Аля бросила на стол вилку и выбежала из комнаты.

– Точно что-то было! – проговорила глядя ей в след Клара Валерьевна.

– Если и было, она ни за что не скажет, – улыбнулась Ирина Дмитриевна.

– Да не было ничего! – оборвала Вера. – Что вы на неё набросились, тётя Клара! Жить не можете без пикантных историй! Не свои, так чужие…

– Нет, было!

– Ничего не могло быть, – устало вздохнула Вера. – Вы же знаете её характер, она с новыми людьми плохо сходится… Давайте правда о чём-нибудь другом поговорим!

– Гениальная мысль! – воскликнул Роман. – Поговорите, а мы выйдем пока… Покурим… Игорь, пошли!

Я не курю, но возражать не стал. Мне хотелось поскорей отделаться от Клары Валерьевны. Она хоть и забавная, но общение с ней утомляло.

Мы вышли на просторную террасу, которую со всех сторон обложили потоки ливня. Море пенилось и шипело, набрасываясь на серый галечный пляж.

– Ты слышал, что они говорили? – тут же спросил Роман.

– Они много чего говорили. Эта ваша Клара вообще экземпляр…

– Да ну её! Я про Алю… И про Барселону… Про то, что у Али там с кем-то могли возникнуть отношения… Это правда, короче…

– И что? – изумился я. – Зачем ты мне об этом рассказываешь?

Я старался оставаться невозмутимым, но известие о том, что Аля закрутила в Барселоне роман, меня сильно расстроило, ведь я уже успел ей заинтересоваться. Я никогда не имел особой популярности у женщин. Возможно, из-за отсутствия той самой "порочной изюминки" про которую без конца твердила Клара Валерьевна. Но мне показалось, что Але никакая "порочная изюминка" и не нужна. У нас было что-то общее. Я сразу определил в ней мечтательного интроверта.

Роман нахмурился, видимо стараясь подобрать слова. Его взгляд буравил стену дождя.

– Смотри! – вдруг вскрикнул он, указывая в сторону моря. – Там кажется человек! Точно… Там кого-то на берег выбросило!

Забыв про наш разговор, мы побежали со всех ног по пляжу и вымокли до нитки в несколько секунд. На гальке у берега действительно кто-то лежал. Приблизившись, мы увидели высокого темноволосого мужчину в свитере и брюках черного цвета. Его кожа казалась совсем бледной и посинела от холода и воды. Но он был жив – шевелился и что-то бормотал.

Мы подняли несчастного на ноги и повели в сторону дома.

Появление спасённого в коттедже Михайловых вызвало настоящую бурю страстей. Казалось, только и ждали чего-то такого. И теперь день точно удался.

Ирина Дмитриевна тут же побежала за одеялом и сухой одеждой. Вера и Константин помогли новому гостю устроиться на диване. Даниил Романович принёс бутылку коньяка, а Клара Валерьевна без устали твердила какой наш спасённый красавец.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.