Алексей Мальгрон
Дверь

Глава 1

В тот день Степан Васильевич Соколов проснулся с тупой болью в пояснице – старая армейская травма снова дала о себе знать. Он поморщился, пытаясь разогнуться, и потянулся за упаковкой Диклофенака, лежащей на тумбочке. Таблетки помогали всё хуже, но терапевт в поликлинике только нервно отмахивался: "А как вы хотели, в вашем-то возрасте".

Пока закипал чайник, он ковылял по кухне, собирая завтрак: яйца, колбаса, пара ломтиков черного хлеба. Кошка Тася путалась в ногах и громко орала, требуя свою порцию кошачьего корма. За окном нудно моросил дождь, и капли рисовали причудливые узоры на запотевшем стекле, полностью перекрывая и без того плохую видимость.

Степан Васильевич работал бухгалтером на местном комбинате строительных материалов. В свои пятьдесят три он уже не ждал ничего особенного от жизни – ни повышения, ни прибавки к зарплате. Раз в месяц встречался с бывшими однокурсниками в кафе "Аура", где все величали друг друга по имени-отчеству, а говорили исключительно о ценах на недвижимость и проблемах с позвоночником.

Дорога на работу была, мягко говоря, не очень приятной – автобус опаздывал, зонт сломался еще вчера, а серое небо давило на плечи, как старый долг. Промокший до нитки, он свернул в переулок, надеясь срезать путь через старое кладбище. Именно там он его и увидел.

Человек стоял у покосившейся ограды, словно ждал именно его. На вид лет тридцать пять, в простом темно-синем костюме и белой рубашке. Лицо обычное, но глаза… Глаза были как два кусочка безоблачного неба в серый дождливый день. Но самое удивительное было в том, что он был совершенно сухой, как будто дождь по неведомой причине боялся задеть его своими холодными струями.

– Здравствуйте, Степан Васильевич, – произнес он мягким голосом, хотя Степан был уверен, что они никогда прежде не встречались. – Я знаю про вашу боль. Знаю про бессонные ночи и бесконечные бессмысленные обследования. Знаю, как вы боитесь того, что будет дальше.

Соколов попятился назад, схватившись за сердце:

– Кто… кто вы такой?

– Меня можно назвать Учителем, – человек сделал шаг вперед, и дождь будто отступил от него, огибая невидимым полукругом. – Я могу помочь вам. И не только вам. Я могу помочь всем. Избавить от боли, страха, сожалений. Дать новый шанс.

– Дорого, наверное? – тихо сказал бухгалтер, чувствуя, как холодеют руки.

– Никаких денег. Я хочу только одно – чтобы вы прошли мою Школу. Это не сложно, поверьте. Просто нужно быть готовым узнать правду о себе и о всех нас. И вас.

– Нет, – Степан Васильевич замотал головой. – Нет, я не буду…

В голове настойчиво засела мысль о бесплатном сыре и мышеловке.

– Подумайте, – учитель достал из кармана визитную карточку и протянул ее к дрожащим пальцам бухгалтера. – У вас есть время до вечера. После этого я уйду, и вы больше никогда меня не увидите. Решение за вами.

Карточка была совершенно белой, без единой надписи. Когда Соколов поднял взгляд, незнакомец уже исчез, будто растворился в сером дождливом мареве.

Глава 2

Юрий Николаевич Крылов проснулся рано, как всегда. В его возрасте сон стал менее глубоким, а старые привычки – вставать на рассвете и проверять участок – не отпускали даже в выходные. За окном еще царила серая предрассветная мгла, и тусклый свет фонаря качался на ветру, отбрасывая причудливые тени на занавески.

Он потер лицо ладонями, чувствуя легкую щетину, и вздохнул, вспомнив, что сегодня ему исполнилось сорок пять. И как настоящий, ответственный служитель закона, в первую очередь подумал о том, что надо сфотографироваться на новый паспорт.

Кухня встретила его холодом. Холодильник нудно гудел, как будто жаловался на непосильную работу, а чайник, который он включил, попытался было сразу отключиться. Крылов достал из шкафчика заварку, но передумал: вместо чая решил сделать растворимый кофе.

Выглянув в окно, он увидел лишь пустую улицу. Где-то вдалеке слышался лай собак да шуршали колеса редких машин, проезжающих мимо дома. Обычный день в обычном городке.

Участковый работал здесь почти двадцать лет. Сначала он приехал сюда молодым милиционером, полным амбиций и надежд. Но время и реформы, как это часто бывает, стерли остроту его идеалов. Теперь он был просто полицейским, который решал бытовые конфликты, разбирался с мелкими кражами и иногда помогал заблудшим туристам найти дорогу. Городок был маленьким, и все проблемы здесь казались до смешного банальными. Однако именно эта повседневность, эта монотонность жизни давали ему странное, но удобное чувство покоя.

Когда кофе был готов, Юрий Николаевич сел за стол и достал сигарету. Он курил редко, только по утрам или когда хотелось подумать. Сегодня ему хотелось думать, ведь последнее время город словно охватило какое-то странное напряжение. Люди вели себя иначе: кто-то стал более замкнутым, кто-то, наоборот, слишком разговорчивым. Даже собаки лаяли как-то по-другому: тише, настороженнее.

В дверь постучали.

Крылов вздрогнул, хотя обычно такие звуки его не пугали. Он поставил чашку на стол и подошел к двери. За ней стояла она – Юлия, сотрудница местного ВУЗа. Симпатичная девушка лет тридцати, с темными волосами и пронзительным взглядом карих глаз. Она была одета в сиреневую блузку, перехваченную широким кожаным поясом, чёрные брюки и высокие сапоги. Все это делало ее похожей на валькирию. Юлия всегда казалась немного не от мира сего, но сегодня в ней было что-то другое – какое-то внутреннее сияние, словно она знала что-то, чего не знали остальные.

– Здравствуйте, Юрий Николаевич, – произнесла она мягко, но уверенно. – Можно войти?

Он кивнул и отступил в сторону. Юлия прошла на кухню, будто знала дорогу. Ее шаги были легкими, почти невесомыми. Она села за стол, положила руки на столешницу и посмотрела на Крылова так, будто видела его насквозь.

– Вы слышали о Нем? – спросила она без предисловий.

– О ком? – ответил он, хотя уже знал, о ком речь.

– О Человеке. О Школе.

Крылов молча кивнул. Пачка сигарет лежала рядом. Он достал одну, но не закурил. Просто крутил ее в пальцах, разглядывая девушку.

– Я его помощница, – продолжила она. – И я знаю, что вы думаете об этом. Все думают одинаково: "Это ловушка", "Это сыр в мышеловке", "Бесплатного не существует". Но вы ошибаетесь. Это не ловушка. Это… возможность.

– Возможность чего? – спросил Крылов, наконец зажигая сигарету.

– Всего, – ответила она. – Исцеления. Понимания. Нового начала. Но Школа не для всех. Только те, кто действительно готов узнать правду, могут ее пройти.

– А что там происходит? В этой Школе? – Крылов попытался сделать свой голос равнодушным, но Юлия заметила блеск интереса в его глазах.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.