# Луна кровавого солнца

Анна Эвлин

Когда-то люди правили миром, а вампиры были обречены прятаться во тьме. Но мир изменился. Люди больше не могут жить под солнцем и вынуждены прятаться под землей. И только вампиры могут их защитить.

Но от кого? От чудовищ вокруг или самих себя?

Или же самим вампирам нужна защита от людей?

## Пролог


Кинжал прорезал затвердевшую кожу и оставил за собой аккуратную ровную полосу. Проступившая кровь пятнами расползалась под пальцами. Кайл удовлетворенно оскалился. Клыки слегка царапнули губу. Облизнулся, рванул клинок вниз, по всей длине костного образования. Проклятое палящее солнце превратило в серьёзную преграду кожу на спине существа, некогда бывшего человеком. Отточенными и привычными движениями Кайл прорывал мышцы, связки и сосуды. Кровь хлестала из открытой раны, а он все кромсал и кромсал, обнажая белые кости. Пока бледные даже для вампира пальцы не смогли прорваться, скользнуть внутрь. Сжать, а затем дернуть со всей силы. В одно движение Кайл вытащил наружу весь позвоночник дикого. Треск рвущихся мышц и нервов ласкал уши. Как и хруст ломаемого позвоночника. От костей твари осталась лишь мелкая крошка, просыпавшаяся на ботинки.

– Ну и грязь же ты развел. – Байшу, слегка поморщившись, постаралась отряхнуть попавшую на брюки кровь. – И сам весь запачкался, и меня заодно.

Она недовольно зашипела от пробравшегося в нос ощущения тухлятины. Ни за какие сокровища Вавилона не хотела бы пробовать кровь диких. Так теперь и пятно на брюках останется.

Кайл же с чувством крайнего удовлетворения провел чистой рукой по коротким пепельным волосам, достал из кармана куртки платок и стер кровь с руки и шеи, отбросив его на валявшийся в ногах труп.

– Не я придумал все это. Кто же виноват, что твари только так умирают.

– А тебе и в радость лишний раз мышцы поразмять. – усмехнулась Байшу.

Подойдя вплотную, вытащила свой платок и стерла капли крови на шее друга, до которых он не смог дотянуться. Кайл вновь тряхнул головой, пытаясь избавиться от следов костяной пыли. Из-за нее его и без того бледная, практически алебастровая кожа казалась еще чуточку светлее. Впрочем, что он сам, что Байшу, будучи детьми Луны, невероятно сильно походили на тот истинный облик жуткого вампира из древних легенд людей, который им до сих пор предписывали. Красные глаза в сочетании с бледностью альбиноса и лунного цвета волосами невероятно красиво контрастировали с размазанной повсюду кровью. Хищники, твари, да и только. Хотя, такими представляли их всех, независимо от реального внешнего вида.

Байшу слегка склонила голову, внимательно следя за движениями капитана отряда.

– Ведь наслаждаешься, не отрицай.

Кайл усмехнулся, облизнул клыки, и подмигнул.

– И в мыслях не было. Работа такая, не хуже прочих.

Байшу неожиданно дернулась, огляделась, вслушиваясь. Откинула белоснежную косу, разворачиваясь к источнику шума.

– Кайл, слышу еще троих.

– Замечательно.

Байшу покачала головой. В такие моменты Кайл походил на безумного. И в этом был его особый шарм, привлекший Байшу еще во времена обучения. Впрочем, охотники все были слегка ненормальными, этого даже сам Его Темнейшество Кардинал Минхар не отрицал.

Сейчас оба вампиров сосредоточенно изучали местность в том направлении, откуда донесся шум. Едва уловимый, отстраненный, но для них звучащий как самый громкий крик. Они делали это тысячи раз, как и все прочие охотники, но неизменно сосредоточенно, внимательно, подмечая любые мельчайшие детали. Когда от быстроты реакции зависит твоя жизнь, терять бдительность себе дороже. Даже вампиры могут умереть, если им разорвут глотку когти этих чудовищ.

– Бай, клинок. – Кайл требовательно протянул руку, принимая назад свой меч.

Сама же Байшу, избавившись от чужого оружия, достала из-за спины свое. Оба клинка отливали серебром, сверкая на полуденном солнце словно чистые звезды. Охотиться на диких ночью было несравненно проще, но днем твари хотели есть и потому чаще попадались в ловушки. Особенно те, что мастерски расставлял Ивар, сейчас пропавший из поля зрения товарищей.

Кайл прокрутил клинок в руке. Лунная сталь, сокровище вампиров, единственный металл пригодный для уничтожения диких. Тех существ, от которых не осталось ничего и близко человеческого. Только один единственный инстинкт – убивать всех без разбора. Трое таких сейчас приближались к ним, выступив из-за сухих деревьев. Сгорбившиеся, использующие вытянутые тонкие руки на подобие лап. Когти скользили по пыльной земле, оставляя неглубокие борозды. Лица перестали быть человеческими и больше походили на волчьи морды. Пасти хищно скалились, слюна стекала прямо на землю, пока твари рассредотачивались, пытаясь окружить готовых к нападению вампиров.

По земле из-за спин Байшу и Кайла к чудовищам пронеслись фиолетовые вспышки. Достигнув своих целей, они обратились искрящимися цепями, сковавшими лапы диких. Охотники незамедлительно бросились вперед под довольную усмешку оставшегося позади Ивара. Его ладони переливались фиолетовыми искрами магии, усиливая и затягивая цепи, постепенно отрезая диким вытянутые конечности.

Первое правило охоты, которому учили каждого вампира, отобранного для служения Ордену Темной Инквизиции, предписывало обездвижить противника и лишить возможности напасть. Любым способом. И в этом Ивар был один из лучших. Его сила связывала диких безотказно, всегда. А он любил наслаждаться собственными успехами, каждый раз. Этот не стал исключением. Ивар взъерошил черные волосы, облизнул губу, довольно поправил свой неизменный воротничок пастора, который носил словно в насмешку над верованиями людей, и свободной от создания магии рукой вытащил сигарету.

Кайл тем временем уже вырывал позвоночник одного из чудовищ, вновь дробя его на мелкие песчинки. Байшу проделала тоже самое со вторым, воткнув в него свой клинок едва ли не по рукоять. К третьему подошел Ру, возвышавшийся над дикими подобно скале, какой этот огромный светловолосый двухметровый вампир и был. Каждую операцию третьего отряда охотников именно этот вампир – великан отвечал за защиту всей группы. Если сила экзорцизма Ивара подразумевала более широкий спектр действий, то единственное, что мог Ру – создавать щиты из всего, что только мог для этого использовать. Из воздуха, магии, любого попадавшегося под руку явления или объекта. И его щиты никто не мог разбить, настолько прочными те были. А еще Ру превосходно научился ими убивать.

Здоровяк буквально переломил дикого пополам, даже не удосужившись вырвать из него позвоночник, чем заработал недовольный взгляд Кайла, любившего делать все правильно. Пусть даже требуемый результат был достигнут и диким уже не грозило очнуться.

– Сжигать будем? – поинтересовался Ивар у Кайла.

Тот вновь осмотрел местность на наличие еще каких-нибудь прибившихся существ и утвердительно кивнул.

Когда вампиры стащили трупы в одну кучу, Ивар щелкнул пальцами, посылая в нее фиолетовые искры, тут же заалевшие, стоило им коснуться тел. Ру поставил вокруг импровизированного костра барьер, дабы огонь и смрад жженых трупов не долетали до товарищей. Самая неприятная часть их работы, благо не требующая длительного присутствия. Обычно, они уезжали, стоило телам сгореть хотя бы на треть. Кайл любил точно знать, что его группа сделала все необходимое, не оставив после себя мусора. Может оттого они и были если не лучшими, то одними из таких.

Стараясь не вдыхать глубоко, Байшу повернулась лицом к солнцу и зажмурилась. Ругнулась, поморщившись от ярких солнечных лучей:

– Столько лет прошло, а все равно привыкнуть не могу.

Ивар протянул ей очки, которые всегда носил в кармане. На всякий случай, для нее.

– Я бы тоже с удовольствием выходил только по ночам. Мы все же Дети Ночи.

Благодарно улыбнувшись, Байшу прикрыла чувствительные глаза темными стеклами. Стало ощутимо легче. Из всех пятерых в их отряде именно ее реакция на солнце была самой сильной, но что товарищи, что врачи Ордена объясняли это особой чистотой вампирской крови, бежавшей в ее теле. Якобы обычное явление для наследницы вампирской аристократии. Но Ивар, будучи точно таким же наследником, как она, почему-то страдал от палящего солнца в разы меньше, поэтому, возможно, все дело было в силе Луны, коей он не обладал в отличие от нее.

И все равно ни один вампир не жаловался. В отличие от людей, их народ адаптировался и хотя бы могл не прятаться под землей.

В наушниках у каждого послышался писк, а затем чуть надтреснутый из-за приемников голос Марин, все время операции находившейся в припаркованном рядом фургоне, оповестил:

– Ребята, пора возвращаться. Пришло сообщения из Ордена. Нас срочно отзывают по личному распоряжению Кардинала.

Четверо вампиров настороженно переглянулись. Еще никогда за годы службы Ордену Темной Инквизиции их не отзывали с задания через день после отправки. Что-то произошло, и это что-то не предвещало ничего хорошего.

## Глава 1


Третий отряд возвращался домой, в Орден, по ощущениям, целую вечность. Слишком далеко успели на этот раз уехать. Окружавшие пейзажи как обычно не радовали, даже несмотря на то, что возвращаться вампиры пытались немного иной дорогой. Выжженные клочками земли, трухлявые деревья, следы от сожженых тел диких, развороченные и разрушенные дома. Свидетельства давней катастрофы соседствовали с выраженными попытками исправить ситуацию. Не слишком успешными.

До границы купола Нового Вавилона они добрались лишь под утро следующего дня. За ночь, проведенную в дороге, отряд охотников был вынужден остановиться еще дважды, встретив на пути диких. Марин заранее сообщила о прибытии, поэтому третий отряд уже ждали прямо у ворот города. После стандартной проверки личности их пропустили внутрь. Купол привычно переливался, существенно затемняя небо изнутри. И тем не менее рассвет яркими цветами разливался на горизонте, сопровождая фургон и три мотоцикла до ангара Ордена. Из фургона Марин выскочила первой. Она довольно потянулась, потрясла рыжими короткими кудрями, а затем сразу же поймала проходящего мимо техника.

– У нас на третьей частоте помехи. И проверьте второй локатор, там затемнение в квадрате восемь.

Техник торопливо закивал, прекрасно осознавая с кем именно ему не повезло столкнуться с самого утра. Удивительно, как милейшая рыжая вампирша, на вид больше походившая на подростка, внушала страх всему персоналу ангара Ордена, если дело касалось ее оборудования для связи.

– Сама не посмотришь? – пробасил Ру, обнимая невесту, казавшуюся рядом с ним совсем маленькой.

Присутствие великана только больше заставило техника вжать голову в плечи. Марин же ласково улыбнулась, повернулась к Ру и, подпрыгнув, чмокнула в щеку.

– Что же будет после их свадьбы… – осторожно и не слишком громко произнес Ивар.

Байшу беззлобно толкнула его локтем.

– Будто не привык за столько лет. Как жили, так и будем.

Ивар хотел было ответить, но промолчал, заметив приближавшуюся к отряду фигуру Александро. Личный помощника Кардинала нервно теребил край папки в руках. Он так увлекся своим занятием, что в какой-то момент перестал замечать все вокруг, а потому едва не врезался в Ивара. Тут же подпрыгнул от испуга, стоило тому хлопнуть Александро по плечу.

– Ну здравствуй, братец. – оскалился в притворно радостной улыбке экзорцист, намеренно акцентируя обращение.

Александро насупился, проигнорировав слова Ивара, скинул его руку, деловито поправил очки и обратился к Кайлу.

– Его темнейшество Кардинал Минхар ждет вас. Незамедлительно. Прошу за мной.

– Зачем нас вызвали? – нахмурился Кайл.

– Вам все объяснит его темнейшество сам.

Александро, стараясь не смотреть на Ивара, повернулся и повел их к лифтам, доставляющих посетителей прямо в кабинет Кардинала под куполом главной башни Ордена.

– Братец? – шепнула Байшу, оттащив Ивара за спины друзей.

– А я не сказал? – экзорцист взял ее под руку, привычно поглаживая пальцы. – Моя дорогая матушка вышла замуж за его отца, о чем радостно сообщила мне буквально за день до отправки на Охоту.

– Рагна Бьергин вышла замуж и даже не устроила по этому поводу никакого приема? Да еще и за Максвела Корвальда?

– Сам удивился. Но теперь у меня есть новый отчим, сводный братец и чертова уйма вопросов к моей матери.

– Будто бы я в восторге. – прошипел Александро, остановившись прямо рядом с ними и пропуская посетителей в лифт.

– А давайте вы все семейные проблемы решите позже. – предостерегающе рыкнул Кайл. – Операция еще не закончилась.

Байшу мысленно умехнулась. Их капитан не любил бесполезной болтовни во время операций. Кайл сейчас был как никогда собран. Его подозрительность и настороженность могли ужасать даже товарищей, но они никогда даже не могли подумать попрекать его. Ведь благодаря капитану каждый из них все еще ходил по землям падшего и прогнившего мира.

Лифт быстро поднял всех вампиров до нужного этажа. За открывшимися дверями ждал просторный холл – приемная в довольно аскетичном стиле. Стены украшали полотна, изображавшие сцены великой истории народа вампиров. От момента становления королевы Брины первой дочерью Луны и до подписания Великого договора, ознаменовавшего окончание Эпохи первых чудовищ. Здесь же стоял рабочий стол Александро, прямо перед внутренними дверями кабинета кардинала, украшенными резным барельефом луны на ночном небе.

Александро остановил всех, приоткрыл дверь.

– Ваше темнейшество…

Он даже не успел закончить, как кардинал приказал пропустить гостей. Когда все охотники вошли, глава темной инквизиции все еще не поднимал головы. Будь он человеком, ему бы можно было дать лет пятьдесят. Некогда темные волосы покрывала седина. И все равно Зальер Минхар внушал не просто уважение одним своим видом. Когда его темнейшество наконец оторвался от своих бумаг, поднял глаза на гостей, в них не было ни капли усталости, часто присущей лицам в возрасте. В них была сталь, бескомпромиссная сила и власть. Всем и каждому кардинал внушал настоящий страх. Пятеро охотником моментально опустились на одно колено, приветствуя второго по положению вампира Вавилона. Выше него был только король, неизменно подчеркивающий всем свое уважение к кардиналу.

– Перейду прямо к сути. – Зальер сцепил руки в замок, давая возможность охотникам подняться и приготовиться слушать. – Пятая патрульная группа у границ Каргана исчезла около полутора месяцев назад. На расследование инцидента я отправил еще одну группу. Прибыв на место, они, как и положено, начали передавать информацию и вести расследование, пользуясь полной поддержкой солярсов. Но через некоторое время связь установить не удалось и не удается до сих пор. Исчезли бесследно.

– Дикие? – рискнул предположить Кайл.

– Нет. Слишком чисто, если судить по тому, что успели мне передать. И слишком разумно.

– Солярсы? – Кайл нахмурился от столь дикого предположения.

– Я бы тоже так подумал, тем более что по полученным данным их следы присутствуют, кровь в том числе. Вот только не сходится. Ни с оказываемой поддержкой расследования, ни с иными фактическими обстоятельствами. За два дня до исчезновения второго патруля со мной связался Рен Аберайт, нынешний глава солярсов, и сообщил, что точно таким образом была уничтожена и группа его людей. В совершенно противоположной части Карганской границы. Способ идентичен, только следы там принадлежат вампирам. Все это слишком сильно походит на то, будто кто-то очень хочет подставить всех нас и создать напряженную ситуацию. Но делает это крайне неумело, очевидно полагаясь на полное отсутствие хоть какой-то связи нашей стороны с солярсами. И если до момента исчезновения второго патруля я мог бы сомневаться, то сейчас уже более чем уверен в причастности третьей стороны.

Кардинал замолчал и чуть склонил голову, внимательно рассматривая Байшу, будто размышляя о следующем действии. Ей такая заминка совсем не понравилась. Наконец, Зальер вдохнул, и произнес:

– Несколько дней назад была совершена попытка покушения на лидера солярсов. И ровно через сутки – на нашего короля. Прямо здесь, в Вавилоне.

Байшу дернулась, шокированная.

– Брат? Он…

– Все в порядке. Жив, не пострадал. Но, надеюсь, мне не нужно напоминать правила Ордена?

– Я все помню, ваше темнейшество. – Байшу склонила голову, облегченно выдохнув.

Конечно, она помнила. Помнила, что каждый поступающий в Орден вампир почти полностью лишался принадлежности к своей семье и родным, если они у него были. Но взамен обретал новую семью – свою группу. Они ведь даже жили все вместе, чтобы чувствовать и понимать друг друга без слов. Общение с родной семьей допускалось без ограничений. Только осторожность и служба всегда были на первом месте. И если для Детей Ночи все эти правила были не столь существенны и болезннны, то для Детей Луны вроде Кайла и Байшу все было куда как строже. Кайлу в каком-то смысле повезло больше. Он с рождения был сиротой, а иной семьи, кроме их отряда и еще одного важного для него человека, и не знал вовсе. Байшу ни разу не возмутилась и не роптала. Она сама, сознательно выбрала свой путь, пусть ее силы никогда не оставляли ей выбора. Вот и сейчас молчала и ждала продолжения речи Кардинала, как и ее друзья.

– У вас будет несколько дней на сборы, разрешаю посетить родных. Всем вам. – дополнил кардинал, за что был вознагражден благодарным поклоном Байшу.

– Сборы, ваше темнейшество? – поинтересовался Кайл.

– Мы с главой солярсов достигли соглашения, что вы отправитесь в Карган для расследования ситуации. Предположительно на месяц.

– Секунду. – Кайл на мгновение забылся и оперся о стол Кардинала. – Вы хотите, чтобы мы отправились к солярсам, жили там и подчинялись им? Целый месяц?

– Подчиняться вы, капитан Криган, будете, как и прежде, лишь мне, интересам Темной Инквизиции и народа вампиров в целом. Ваша задача выяснить, что там происходит. И совсем уж замечательно было бы прояснить взаимосвязь с покушением на нашего короля.

Кардинал задумчиво, но настойчиво постучал пальцами по столу. Давал понять, что сейчас спустит Кайлу проявленное неуважение, но недвусмысленно выражал недовольство. Капитан поспешил отойти назад к своим товарищам.

– Уже скоро столетие дня, когда три народа подписали Великий договор. И как завещано нашими предками, ровно в этот день лидеры каждого из народов обязаны явиться для подписания нового и подтверждения своих клятв.

– И тут происходят два покушения. Слишком очевидное совпадение. – закончил мысль кардинала Кайл.

– Именно. Я очень не хочу давать кому-либо повод развязывать новую войну. Как бы там оно ни казалось, но для вампиров война ничем хорошим не кончится.

Он повернулся к Байшу:

– Вся информация о покушении на короля под строжайшей секретностью, даже в пределах дворца. Королева-мать распорядилась временно отпустить половину служащих, кроме самых доверенных лиц, и усилить охрану. Его величество по официальной версии вместе с супругой и наследником пребывают в уединении, дабы просить Ночь о защите нашего народа. Версия так себе, будем откровенны. Действовать нужно было быстро, поэтому придумали что смогли. В Ордене о произошедшем помимо вас пятерых осведомлены лишь я и Александро. Но вам нужно поговорить с королем и выяснить детали, пригодится.

Затем окинул взглядом всех присутствующих и добавил:

– Вы мои лучшие охотники. Никому другому я это дело не доверю. У вас пять дней на подготовку и сборы. Как я уже сказал, в Каргане вы пробудете месяц. Если потребуется, останетесь и дольше. И еще. – кардинал вытащил из ящика стола папку и конверт с эмблемой ордена. – Официальная карта территорий солярсов, не самая свежая, но на первое время пойдет. Также официальные данные на основных управленцев, бывших и нынешних, кто договорился о вашем пребывании. Здесь, – он указал на конверт. – на расходы из бюджета Ордена.

Нырнув рукой в другой ящик, достал еще одну папку с прикрепленным конвертом, на этот раз без опознавательных знаков. И она был гораздо толще предыдущей.

– А здесь информация и на расходы от меня лично. Вне бюджета ордена и Инквизиции.

Многозначительно кивнув Кайлу, сложил все вместе, протягивая ему.

– И последнее. Делайте все, что сочтете необходимым, но прошу все же не забывать об основных целях вашего нахождения там. Я бы очень не хотел потерять ваш отряд, равно как и объясняться с королем о нарушении договора и провале операции.

Дождавшись поклона охотников, кардинал жестом позволил покинуть его кабинет.

Александро был на своем месте, разбирая отчеты и почту. Ивар манерно оперся о стол новоявленного родственника.

– Братец, ты же наверняка в курсе, где моя матушка и твой отец?

Помощник кардинала тяжело вздохнул, поправил очки и наконец посмотрел на экзорциста, всем видом выражая, что меньше всего желал бы сейчас с ним общаться и отвлекаться от своей работы.

– Во дворце, где же еще.

Ивар довольно цокнул, и собирался уже уходить, последовав за друзьями, когда его нагнал голос сводного брата:

– Они хотели устроить ужин, когда ты вернешься.

– Что ж, я вернулся. – улыбаясь, сверкая клыками, театрально раскинул руки Ивар, заходя в лифт.

Охотники молчали пока не спустились на пятый этаж. Туда, где находились отдельные кабинеты каждого из отрядов. Пользовались ими не часто, гораздо проще было обсудить все в собственном доме, но для экстренных ситуаций вроде этой место вполне подходящее.

– Звучит как сумасшествие. – Кайл закрыл дверь и обернулся к своей группе, расположившейся в креслах вокруг стола прямо в центре кабинета.

Сам же он опустился в кресло во главе. Вытряхнул на стол содержимое папки с эмблемой Ордена. Карты города, снимки тел патрульных, отчеты о полученных образцах. Вторую папку Кайл пока не вскрывал, решив оставить ее изучение на потом.

– Похоже, мы едем на долго. – разочарованно пробормотал, рассматривая фотографии.

Группа согласно закивала. Каждый мельком просматривал бумаги, пока капитан продолжал:

– У нас всего пять дней. Нужно максимально подготовиться. Мы с Бай поедем на байках. Нам нужна маневренность на экстренный случай. Ру и Марин берут аппаратуру, поэтому на фургоне. Ивар, можешь выбрать что хочешь.

Капитан подтолкнул Марин конверт.

– Вы с Ру идете в снабжение Ордена и берете максимально все допустимое для нашей операции. Подписанное Кардиналом разрешение тоже здесь. Бай, ты сейчас во дворец?

– Я с ней, заодно матушку проведаю. – вклинился Ивар.

– За сегодня успеете?

– Конечно.

– Тогда завтра встретимся под землей, не помешало бы наведаться на рынок. Нам нужен дополнительный запас крови минимум на второй месяц, в идеале бы вообще на три, если успеем достать. По максимуму не хочу принимать ничего от солярсов, а того, что выдаст Орден, будет мало. Кто знает, вдруг задержимся. Берем клинки из лучшей лунной стали, все что есть. И…

Он замолчал, оглянулся на дверь, будто даже здесь его мог услышать кто-то посторонний. Подождал, и все же понизил голос почти до шепота, прежде чем закончить:

– Запас пуль берем тоже. Лучше уж перестрахуемся. А я, пожалуй, наведаюсь на Ринг, поспрашиваю еще. Заодно к Дорану загляну, может у него найдутся нужные нам связи и поставщики прямо в Карган через караван. Да и я сильно сомневаюсь, что никто ничего не знает о нападениях на патрули, уж люди слухи разносят быстро.

– А если люди все же причастны, как думает Канцлер? – пробасил Ру.

– Просто нужно знать, у кого спрашивать. И аккуратно.

– Мне нужны запчасти к аппаратуре. – Марин с несколько брезгливым выражением потрясла списком, который извлекла из конверта. – Здесь половина – прошлый век, слабое.

– Составь список, попробуем достать.

Кайл подождал еще вопросов, и, когда их не последовало, сложил все документы и фотографии обратно.

– Думаю, пока нам этого хватит. Детально план еще проработаем перед самым отъездом.

Ивар поднялся, протягивая руку и поднимая Байшу. Ру и Марин также начали собираться на выход.

– И еще кое-что. – окликнул всех капитан.

Он внимательно осмотрел каждого из присутствующих полыхающими яростью кровавыми глазами.

– Я лично перережу глотку каждому, кто попробует сдохнуть на вражеской территории.

## Глава 2

Байшу любила ощущение свободы, которое дарила скорость. Поток встречного воздуха охватывал все ее тело, скользя по шлему, пока мотоцикл на запредельных скоростях нес вперед. Любимый и неизменный помощник не только на заданиях и охоте, но и в перемещениях по городу. Все еще тот самый первый, подаренный «неустановленным благодетелем» после официального вступления в третий отряд. Всем начинающим охотникам Инквизиция предоставляла оборудование и средства передвижения из имеющегося у нее имущества, но то могли быть не самые новые модели, повидавшие не одну охоту. Но утром перед первым заданием во дворе дома все пятеро вампиров третьего отряда обнаружили не только новенькие мотоциклы на каждого, но и огромный фургон, забитый аппаратурой. Они пользовались ими до сих пор. Даже через годы, ремонты и неоднократные встречи с когтями диких. Вся техника пребывала в отличном состоянии, не в последнюю очередь благодаря Марин, носящейся с ней как с маленькими детьми. Личность отправителя подарков официально установить не удалось. Только всем было очевидно, что подобных средств кроме королевской семьи и, возможно, семьи Бьергин, не имел никто.

Байшу закрыла глаза, откинула голову слегка назад, покрепче вцепившись в куртку Ивара и прижавшись к его спине. В такие моменты она всегда немного улетала из реальности происходящего, как и сейчас. Верно истолковав ее движения, Ивар сильнее выкрутил газ, ускоряясь. У них обоих закипала кровь. И то, что Байшу намеренно дразнила, проскользнув ладонью под куртку и начав пробираться по животу под рубашку, явно не способствовало его спокойствию. В конечном итоге, не доехав до дворца каких-то пару кварталов, Ивар резко свернул в темный закоулок между домами. Заглушив двигатель, стянул шлем, повернулся, чтобы в следующее мгновение притянуть ее к себе и целовать. Бешено, дерзко. Как у них это было всегда. Без обещаний, без попыток заглянуть в будущее, просто сейчас, в этот момент. Теперь уже руки Ивара скользили по ее телу, по талии, животу. Клыки царапнули нижнюю губу Байшу, которую он чуть оттянул вниз. Она выгнулась, прижимаясь ближе, пока Ивар опустился к ее шее, обозначая весь свой путь языком.

На дороге, с которой они свернули чуть ранее, раздался резкий гудок автомобиля, заставивший вернуться в реальность.

– Надо ехать. – пробормотала Байшу, тяжело дыша и не отодвигаясь от вампира.

– Тогда вести придется тебе. – усмехнулся Ивар.

Она рассмеялась, оставив еще один короткий поцелуй на его губах, и пересела вперед. Ивар придвинулся, накрывая собой, обнимая за талию. Байшу протяжно простонала от слишком явно манящего желания.

– Надо было на двух мотоциклах ехать.

– Или закончить начатое.

– Тогда мы вообще не доедем.

Откинулась назад, повернув голову и погладила его по щеке, обещая:

– Вечером.

– Убиваешь, Луна моя. – ухмыльнулся Ивар, надевая ей шлем.

Его Луна. Так ее называл лишь он. С самого первого дня, как в Байшу проснулась сила, слишком напугавшая маленькую девочку.Ивар до сих пор слишком ясно помнил тот день.

Это всегда и у каждого происходило резко, без предупреждения. Никто никогда не мог предугадать, в ком из вампиров проснутся силы Луны, в ком – силы Ночи, и когда. Знали только, что еще ни одного случая пробуждения не было после десяти лет. Потому для служения Темной Инквизиции детей на обучение ремеслу охотников отправляли не позже одиннадцати лет. Вот и маленькая едва отметившая шестилетие Байшу вместе с Иваром просто гуляла по дворцу, направляясь в танцевальный зал на урок музыки. Она вырисовывала изученные па в воздухе руками, как вдруг с пальцев сорвались искры, оставив выжженное пятно на стене. Ивар тотчас сжал руку Байшу, пытаясь успокоить, а затем отвернулся на мгновение, проверяя, не было ли кого поблизости. Когда вновь вернул внимание к подруге, ее золотые волосы уже побелели до абсолютно белоснежных, недвусмысленно показывая, что именно произошло. Ивар тогда сказал, что она теперь сама похожа на маленькую луну, такая же яркая и красивая. И продолжал звать так даже тогда, когда Байшу перестала бояться саму себя.

Байшу улыбнулась воспоминанию и подумала, что она скорее всего не стала бы такой, как сейчас, без Ивара. Но дальше размышлять не стала, потому что байк вновь вошел в поворот. Королевский дворец Нового Вавилона предстал перед ними во всем своем величии. Идеальное исполнение воссозданного образца памятника архитектуры далеких предков. Высокие черные вытянутые башни своими шпилями уходили прямо под купол так, что снизу казалось, будто они царапали его. Зубчатые стены окружали весь дворцовый комплекс. Первые правители Нового Вавилона определенно имели неоднозначное чувство юмора. А иначе невозможно было объяснить, почему они назвали город именно так и создали собственную инквизицию, насмехаясь над человеческой историей. Да еще и королевский дворец выстроили таким, чтобы он ужасал своей схожестью с домами вампиров из древних легенд. Могло показаться, что весь народ вампиров застрял в прошлом, в древних временах еще до появления диких. Именно такое первое впечатление производил Новый Вавилон за счет готического стиля, малоэтажности и довольно большого спектра особняков. Однако, камеры наблюдения тут и там, охрана со сканерами и проезжавшие мимо редкие автомобили возвращали в реальность.

Охрана пропустила не сразу. Каждый входящий на территорию дворца подвергался тщательному осмотру и проверке. Но даже Байшу не помнила, чтобы ее и Ивара, которых здесь с пеленок знал каждый, раньше допрашивали бы о целях визита столь упорно. Потребовалось связаться с Кардиналом Минхаром, подтвердившим, что он отправил двоих охотников на аудиенцию к королеве-матери. Лишь после этого вампирам открыли ворота, позволяя въехать в место, некогда бывшее для них домом.

Что Ивар, что Байшу бывали во дворце неизменно раз в год. На день памяти павших во времена первых чудовищ, который принято было проводить с семьей. В такие дни несколько лет Кайл оставался совершенно один, пока однажды Байшу не отказалась приехать к родным без него. Возражать ей никто не стал. Кайл поначалу ощущал себя чужим и лишним, пусть семьи друзей приняли его как родного. Быть одному для него всегда было проще, однако Кайл был безмерно благодарен друзьям за проявленную заботу. Все трое, казалось, совсем недавно были во дворце.

Оставив мотоцикл во дворе, Байшу и Ивар поднялись по широкой лестнице прямо в парадные двери. Охрана сдержанно кивнула, отворяя их. В коридорах дворца было тихо и безлюдно. Неудивительно, если всех выслали подальше.

– Моя принцесса!

К ним торопливо семенила полненькая светловолосая вампирша лет сорока на вид. Очевидно, об их прибытии уже доложили с главных ворот. Мадам Роз едва не поскальзывалась на мраморном полу, но она была так рада, что вовсе не обращала на это внимание. И все же Ивару пришлось подхватить ее под локоть, чтобы не дать упасть.

– Няня, здравствуй. – приветливо улыбнулась Байшу, обнимая ее.

– Ох, как же я рада! Я по вам очень скучала!

Няня расцеловала Байшу в обе щеки и повернулась ко второму гостю.

– Ивар, дорогой, здравствуй. – женщина потянулась к вампиру, также приветливо обнимая и целуя в обе щеки.

– Добрый день, мадам Роз. Вы все хорошеете с каждым годом.

– А ты все лучше льстишь. – беззлобно хлопнула она его по плечу.

– Совершенствуюсь, определенно. – он подхватил ее ладонь и оставил поцелуй на руке, коварно подмигнув.

Мадам Роз рассмеялась. Она была сначала няней нынешнего короля, через несколько лет стала няней Ивара, сына ближайшей подруги и советницы королевы-матери, а когда к трехлетию мальчика на свет появилась Байшу, то никто не раздумывал, чьим заботам поручить обоих. Мадам Роз была только рада. Она до беспамятства любила каждого из своих воспитанников, считая собственными детьми, коих у нее никогда не было. Точно также она сейчас относилась и к наследному принцу.

Благодаря ей Ивар и Байшу с самого детства были вместе, и продолжали быть, следуя друг за другом. Когда у Байшу неожиданно рано открылись способности Луны, у Ивара следом пробудился Экзорцизм. Когда Ивар отправился на обучение к охотникам, Байшу пошла за ним, не достигнув еще минимального требуемого возраста и не пользуясь положенным любому члену королевской семьи освобождением от обязательств вступления в инквизицию. Никто их не смел разлучить, даже руководство Ордена. Группы охотников составлялись лишь на половину произвольно. В каждой из них должны были быть вампиры, сочетающие различающиеся данные и, по возможности, способности. При этом каждая группа должна была стать семьей. За год общего обучения за будущими охотниками наблюдали, оценивая, у кого с кем может выработаться наиболее сильная взаимосвязь. За тот год Ивар и Байшу единственные сумели найти общий язык с диким и нелюдимым Кайлом, размахивающим кулаками и нападающим за любое слово в его сторону. Марин наоборот была очень общительна, чем притягивала множество взглядов и внимания, а иногда казалась и вовсе назойливой болтушкой. Но она видела каждого насквозь, и из десятков прочих выбрала в подруги Байшу сама, как и представлявшегося всем злобным и страшным великана Ру, на деле добрейшего из их группы. Эта странная, на первый взгляд абсолютно не имеющая ничего общего компания сейчас внушала окружающим уважение, гордость, а иногда и страх, будучи одной из лучших и самых организованных групп. Действительно одной семьей. Мадам Роз не произносила вслух, но каждый раз смотря на двоих своих воспитанников, появлявшихся во дворце слишком редко, чрезвычайно гордилась и радовалась, что все в их жизни сложилось именно так.

Ивар прервал ее размышления, спросив:

– Вы же мне скажете, где моя дражайшая и невероятнейшая мать?

– В саду. С королевой Беатой.

– Чудесно. Пойдем с ними поздороваемся.

– Роз, – Байшу замерла на мгновение, а Ивар быстро сжал ее пальцы в знак поддержки. – Вы же знаете, что произошло с братом?

Няня быстро оглянулась и понизила голос:

– Я знаю не многое, в основном то, что мне рассказал юный принц Брион. И нам всем во дворце запретили вообще распространяться о случившемся. Но из того, что я поняла по рассказам принца, он с родителями гулял ночью по внутреннему саду дворца, когда на них выскочили двое диких.

– Дикие во дворце? Бред какой-то. – рыкнул Ивар.

– Именно. Уж не знаю, выдумал принц все это, потому что испугался, или нет. Слишком невероятно, чтобы эти твари сами пробрались незамеченными прямо в центральную часть города, да еще и во дворец и в королевский сад, мимо охраны. Повезло, что король никуда без оружия не выходит и охрана подоспела вовремя. Но его величество все же успели ранить, а наша королева до сих пор не может спокойно спать. Юный принц был очень напуган, да еще и видел отца всего в крови и до сих пор с опаской выходит в сад.

– И что, никакого расследования, ничего?

– Внутренняя служба занимается, скорее всего. Но в основном все делают вид, что ничего не было. Однако, король с супругой никому не показываются. Официально объявлено, что королевская чета в преддверии столетия подписания великого договора решила уединиться дабы просить Луну и Ночь о мире и на следующие столетия.

– Спасибо, няня. Мы пойдем к матерям, наверняка они тоже с нами поделятся чем-то интересным.

– Будьте осторожны, мои дорогие. И заходите почаще. Я побегу к принцу.

Няня еще раз поцеловала каждого и быстро удалилась, оставив вампиров погруженными в свои мысли.

Рука Ивара скользнула по животу Байшу, притягивая ее к себе. Вторая обняла за плечи. Они простояли так еще несколько минут, молча, потому что ей это было нужно. Он об этом знал, как и всегда. Даже у охотников не идеально стальные нервы.

Своих матерей Байшу и Ивар действительно нашли в саду. Но если кто-либо мог считать, что ее величество королева-мать и ее главная советница были из тех дам, что могли праздно пить чай, наслаждаясь пением птиц, то любой предполагавший подобное совершенно не знал этих женщин и сразу же был бы поднят на смех. Байшу и Ивар застали материей оживленно спорящими о результатах последнего научного исследования потенциальных возможностей применения лунной стали для создания жидкой сыворотки усмирения диких. И когда охотники подошли достаточно близко, Рагна, отчаянно жестикулируя, пыталась пояснить Беате потенциальные выгоды от использования прирученных таким образом диких в хозяйстве, даже намекая на охрану границ Нового Вавилона.

– Ивар, дорогой. – всплеснула она руками и быстро встав, обняла сына.

Экзорцист сдержанно ответил на объятия, от чего лицо его матери несколько посмурнело, а затем почтенно склонил голову, приветствуя королеву.

– Ваше величество, матушка. Рад видеть.

– Присаживайтесь. – Беата позвала слугу, требуя подать закуски.

Даже в свои годы королева была невероятно красива и статна, как и положено особе королевских кровей. Золотые волосы блестящим водопадом разливались по плечам, окутывая вытянутую шею, украшенную колье из сапфиров. Через несколько минут стол уже был уставлен различными вкусностями и бокалами с кровяным ликером. Чистым и выдержанным, из крови какой поставляли исключительно во дворец.

– Вас прислал кардинал? – поинтересовалась королева Беата, стоило всем лишним свидетелям скрыться.

Она никогда не ходила вокруг да около, прямо говоря, что думает, и делая именно то, что говорит. Беата правила народом вампиров вместе с мужем, сама после его смерти и теперь не устранялась далеко во время правления своего сына. Но к ее чести она никогда не поступала наперекор воли короля, поддерживая и помогая, но не перетягивая на себя.

Байшу кивнула, отвечая на вопрос.

– Мы отправимся в Карган, поэтому нам нужно знать, что произошло здесь. Как брат?

– Охотникам не стоит переживать о прошлых семейных связях. – с ноткой укоризны произнесла Беата, склонив голову.

– И все же она переживала. Сострадание всегда похвально, мама.

Раздавшийся из-за спины волевой голос заставил обернуться. Его величество король Байэр отточенными шагами пересекал двор, направляясь к гостям. Левая рука была перевязана и затянута гипсом, и несмотря на внешне идеальное самочувствие, король ощутимо хромал. Король слегка поморщился, стоило Байшу обнять его. Байэр был старше Байшу на десять лет и потому всегда обожал и баловал свою маленькую сестренку. Он гораздо больше походил на мать, чем Байшу. Те же золотые волосы, аккуратно уложенные, тот же точеный профиль и слегка бронзовая кожа. Байшу, обретя силу, лишилась всего этого.

Слуги поднесли для короля отдельное кресло. Когда Байэр приблизился к столу, Ивар, как и положено по этикету, поднялся, приложил руку к груди и склонил голову:

– Ваше Величество.

– Перестань, мы слишком долго знакомы для такого официоза.

Его величество опустился в кресло осторожно, пытаясь не тревожить ногу. Устроившись удобно, он протянул целую руку в приветственном жесте экзорцисту и спросил:

– Я так понимаю, Зальер решил отправить ваш отряд в Карган. Почему вас?

– Врядли для этого были особые причины.

– У него они есть всегда.

– По словам кардинала, – вступила Байшу, – мы одни из лучших.

Байэр мягко улыбнулся, однако взгляд его оставался холодным и стальным.

– Значит вас интересует, что именно здесь у нас произошло.

– В общих чертах мы уже в курсе. – Ивар опустил подбородок на сцепленные руки. – Но что насчет диких?

Король сдержанно кивнул.

– Двое. Один успел загрызть моего охранника, прежде чем мы его убили. Второго смогли поймать, но, как видите, без повреждений не обошлось. Правда, мне кажется, что держать эту тварь в подвале бессмысленно, но ее уже вдоль и поперек обследовали.

– Как они пробрались во дворец?

– Этого мы пока не выяснили. Но точно ясно одно-их сюда кто-то притащил специально. Сами понимаете, дикие нам не ответят, сознаваться в содеянном кто-либо тоже не горит желанием.

– Думаете, замешаны вампиры?

– Без участия не обошлось точно. В Новый Вавилон людям попасть без покровительства и статуса принадлежности слишком сложно, солярсам невозможно вовсе кроме как в официальной дипломатической миссии. Честно говоря, им это все нужно в самую последнюю очередь. Пока все, что мы смогли предположить – тварей практически наверняка доставили караваном, прибывшем как раз в то утро. Скорее всего их как-то усыпили. Перевозчика и всех известных нам находившихся в караване вампиров допросили, но они никакой дельной информации не дали. Допрашивать с пристрастием мы не решились, чтобы не плодить лишний шум.

– Послушайте. – Беата чуть подалась вперед. – Вы охотники, не политики, и мы всегда старались разделять эти две составляющие жизни. Но, к сожалению, сейчас вопрос слишком значим для всего нашего народа. Мы все не хотим повторения Резни. А если Байэр не появится на встрече по обновлению договора, то ничего хорошего для нас не будет.

– Откуда у людей ресурсы на новую войну? Они ведь даже из-под земли вылезти не могут. – прорычал Ивар.

– Все три народа слишком зависят друг от друга. -вставил король. – Нам для жизни нужна кровь людей. Людям необходима пища, которую поставляют солярсы со своих ферм и полей, а также лекарства, что производят в наших лабораториях. Солярсы же получают материалы из подземных шахт. И только в нашей власти убивать диких, обеспечивать охрану каравану и общим промежуточным территориям, чем в том числе поддерживать существование нас всех. И этот симбиоз лежит в основе договора что сейчас, что должен лежать в последствии. Но ни один мир не обеспечит идеальную гармонию, Резня пятьдесят лет назад это доказывает. Что нас, что солярсов все меньше, людей все больше и они все недовольнее. И будем честны, солнце сейчас – едва ли не единственное, что по-настоящему их сдерживает.

– У нас есть купол. – медленно протянул Ивар.

– У нас и для нас. Люди даже здесь не могут находится долго, но заполучить его отчаянно хотят. – Байэр дернул головой и поджал губы. – У вампиров слишком долгая память. Резню некоторые наблюдали воочию. А уж про времена, когда наш народ истребляли, как крыс, рассказывают каждому с детства. Когда мы все жили в тени, прятались и не могли показаться не только на солнце, но и ночью. Потому мы и назвали город Новым Вавилоном-местом, где наш народ обретет новую жизнь. И отдавать его людям, столетиями угнетавшим наше существование, я не собираюсь. Если за прошедшие годы они столь осмелели, что могут думать о выходе на свет и организации покушения на меня, то надо бы показать, насколько они заблуждаются.

– И разрушить и без того хлипкий мир?

– Мир и без того рушится. Проблема в том, что мы не готовы к масштабной войне. Нас слишком мало, даже в сравнении с остатками людей. У них есть одно неоспоримое преимущество-возможность иметь множество детей, даже несмотря на отсутствие солнца. У нас же появление хотя бы одного – уже особый дар великой Ночи. Боюсь, у солярсов проблемы те же. Поэтому помимо прочего я бы очень хотел, чтобы вы присмотрелись как у них там, и что солярсы действительно думают о возможной войне.

– Или предотвратить, или разогреть, если это будет нам гораздо выгоднее. – понимающе подытожил Ивар.

Король слегка улыбнулся, кивнул, а затем задумчиво склонил голову, оценивающе оглядывая экзорциста. Через минуту Байэр с усилием поднялся, придерживая раненную ногу:

– Ивар, отойдем, хочу обсудить кое-что.

Байшу смотрела вслед удаляющимся брату и другу. Даже ее обостренный слух не мог уловить, о чем именно они вели разговор. Или Ивар просто не давал ей этого сделать, оградив своей магией.

– О чем вы хотели поговорить, ваше величество?

– Я хочу, чтобы ты сейчас внимательно меня выслушал, и, надеюсь, понял правильно. – Байэр размял затекшую шею, напоследок обдумывая свои доводы и наконец произнес. – Если со мной что-то случится, Байшу станет наследницей престола.

– Она охотник. По нашим законам мы не принадлежим своим семьям и не можем являться прямыми наследниками ни имущества, ни титулов.

– По законам, которые может изменить только король, что я и сделал еще вчера. Я очень долго размышлял в связи с последними событиями. Мой сын еще слишком мал и даже не достиг десяти лет. Я боюсь, у нас сейчас в целом нет иного выхода на случай моей скоропостижной смерти. И если случится, что ей придется занять трон, то я хочу, чтобы рядом с Бай был кто-то, кто во всем и всегда будет на ее стороне. Ты, Ивар.

– Я и без того всегда на ее стороне, как и весь наш отряд.

– Знаю. Но толку от этого ничтожно мало, если у тебя не будет власти. А власть ты сможешь получить только одним способом.

– Вы что, предлагаете…

– Да. Я предлагаю вам пожениться. Тем более, что твои чувства к ней и без того слишком очевидны.

– Она не захочет, а я не стану принуждать.

– Как и я. Тебя я тоже принуждать не собираюсь. Поэтому и решил сначала обсудить все именно с тобой. А Байшу совершенно точно воспримет идею гораздо более спокойно, если с ней поговоришь ты. Но для начала я хотел бы знать твое мнение.

Ивар обернулся, смотря на Байшу. Женщину, которую всегда любил, с самого детства. И которая, он надеялся, однажды все же сможет полюбить его. Надеялся, пока не понял, что Луна, давая огромные силы, лишает и возможности по-настоящему и полностью чувствовать. Хотя Кайл и Бай были гораздо более эмоциональными, чем некоторые знакомые Ивару лунные, полностью отрешенные от мира. И все же он знал, что Байшу никогда не полюбит его так, как он любил ее. Просто не сможет распознать самого чувства. Потому Ивар поклялся себе быть с ней так, как сможет. И устраниться сразу же, если только в жизни Бай появится тот, кто сможет заставить ее чувствовать. Пусть исполнение этой клятвы практически наверняка означало смерть всего их отряда. И то, что сейчас предлагал ему король, было одновременно сродни величайшему благословению, но и сильнейшему проклятию. Несмотря на это, Ивар знал, что ответит, еще до того, как вопрос был ему задан.

– Я соглашусь. – произнес, окончательно разбивая свою душу. – Если она согласится.

– Конечно.

Король помолчал, а потом искренне добавил:

– Ивар, спасибо.

Экзорцист вздернул бровь, недоуменно глядя на своего правителя. А тот мягко улыбнулся тому, кого всегда воспринимал не иначе как младшего брата.

– Я представляю, что именно означает для тебя согласие на все это. Мне даже жаль, что Бай просто не способна полностью осознать, что ты для нее в действительности значишь.

– Не говорите так, будто меня жалеете. Терпеть не могу быть жалким.

Король рассмеялся:

– Ты какой угодно, Ивар, но уж точно не жалкий.

По-братски хлопнув его по плечу, продолжил:

– Пойдем, надо бы возвращаться.

Байшу заинтересованно смотрела на них обоих. Ивар покачал головой, давая понять ей, что сейчас не место и не время для разговоров. Однако, он как-то странно притих, задумавшись и став не похожим на самого себя.

– Ваше величество. – наконец обратился к королю экзорцист. – Мы можем посмотреть на пойманного вами дикого?

## Глава 3

Двое охотников и король в сопровождении главы его личной охраны Идриса спускались по нижнему этажу дворца в построенные под зданием туннели, где их должны были ждать захваченный дикий и глава исследовательских разработок всего Вавилона. Байшу иногда сбегала сюда от брата, играя с ним в прятки. Туннели пересекали всю площадь дворца, в конечном итоге оканчиваясь выходом в южной части Нового Вавилона прямо в главном здании темной инквизиции. Все, для того, чтобы королевская семья могла скорейшим образом эвакуироваться в случае необходимости. Все, чтобы Резня, произошедшая пятьдесят лет назад не повторилась вновь. Народу вампиров слишком тяжело далось убийство кучкой людей-фанатиков всей правящей тогда королевской семьи Майрон. После этого дед Байшу Бринон, провозглашенный новым королем, распорядился выстроить туннели. Король Байэр не смог придумать более надежного места для содержания отловленного дикого. Чудовище поместили в ложном ответвлении, приковав толстыми цепями по всем конечностям, посадив на уходящий в металлическую плиту ошейник и сковав вытянутую пасть подобием намордника. Само ответвлении огородили двойным слоем решеток, через которые Ивар сейчас смотрел на скалящееся чудовище.

– Как вы дотащили его сюда?

– С трудом. – король несколько неуклюже переступил с больной ноги и поморщился. – Пока убили первого, смогли отрезать этому конечности. Охрана додумалась притащить цепи, мы его сковали, обвязали в металлическую сетку. Пришлось вколоть неимоверное количество транквилизаторов и еще с десяток разных препаратов. Полный список, если нужен, запросите у доктора Алкрада. Он ж лично брал кровь, кожу и все, что только мог, на анализы и изучение.

– Конечности отросли. – заметила Байшу.

– На следующий же день. – Байэр обернулся к Ивару. – Так что ты хочешь проверить?

– Допускаю, что их погрузили в сон на время доставки до дворца. Либо с помощью лекарств, либо магии. Просто хочу посмотреть смогу ли найти хоть что-то.

Экзорцист опустился на колени перед решеткой, растирая ладони друг о друга. Он глубоко вдохнул, закрыл глаза, настраиваясь , и медленно выдохнул. Положил обе руки на плиты вплотную к решетки. Татуировки на руках заискрили фиолетовым цветом магии Ивара, направляясь прямо к дикому под ноги, закручиваясь и раскладываясь причудливым только одному экзорцисту понятным рисунком. Фиолетовое свечение все нарастало, опутывая дикого, заставляя его дергаться и бушевать. Символы с пола поползли по цепям на чудовище.

Все собравшиеся вампиры молчали, наблюдая. Байшу уже неоднократно видела, как Ивар использует экзорцизм, но каждый раз он делал это невероятно завораживающе красиво.

И вот все успокоилось, символы уползли с чудовища назад к Ивару, впитываясь в его ладони. Экзорцист медленно поднялся, сжимая и разжимая пальцы и неверяще мотая головой.

– Дикость какая-то.

– О чем ты? – спросил король.

– Сколько точно прошло дней с покушения?

– Четыре.

– Ивар. – Байшу положила ладонь на плечо друга. – Что именно ты почувствовал?

– Я почти уверен, что он был человеком еще каких-то пять дней назад.

Байэр нахмурился.

– Если допустить такое, то он должен был незамеченным выйти на поверхность, также незамеченным вернуться, проникнуть во дворец и обратиться уже здесь? Или обратиться на поверхности, чтобы его притащили сюда? И то, и другое звучит как полный бред. Кроме того, ему бы пришлось провести на поверхности не меньше нескольких дней для полного обращения.

– И тем не менее, мой король, наш экзорцист почти наверняка прав.

К вампирам из-за угла вышел мужчина в халате исследователя, держа в руках увесистую папку. Доктор Лукас Алкрад, все это время находящийся в тени и наблюдавший за действиями вампира, протянул Ивару результаты исследований и анализов, которые брал у чудовища, именуемого в бумагах как «Объект Д-2». В конце папки нашлись несколько листов и на «Объект Д-1», помеченного статусом «исследовано посмертно».

– Кровь этого чудовища слишком чистая в сравнении с обычными образцами. Первого тоже, но после смерти она слишком быстро приходит в негодность для хоть каких-то оптимальных измерений, поэтому смог выяснить не многое. Но в обоих образцах я обнаружил еще и примеси материала, который не встречал раньше.

– На что-то похоже? – Ивар вдумчиво перелистывал каждый лист.

Доктор Алкрад даже невольно улыбнулся такому зрелищу. Сейчас экзорцист слишком походил на своего пропавшего отца, верного лучшего друга Лукаса, чье место сейчас он занимал. Доктор прокашлялся, возвращая внимание собственного пытливого ума к возникшей загадке.

– Я бы предположил, что на обработанную лунную сталь.

Все присутствующие вампиры обратили на доктора шокированные взгляды. Лунная сталь не просто использовалась для убийства диких. Она была сокровищем вампиров, оберегавших ее месторождения от любого чужого не то что посягательства, от каждого лишнего взгляда. Фактически весь новый Вавилон был построен так, чтобы иметь быстрейший доступ к той части подземных владений Удура, что располагались как раз у нужных шахт. И пусть для разработки самих шахт, а особенно глубинных месторождений, привлекали людей, то вот обработку с использованием магии доверяли исключительно вампирам. Лунная сталь до прямого воздействия на нее силой Луны была просто металлом. Исключительно прочным, позволявшим делать невероятное оружие, но просто металлом. И только внедренная в него магия вампиров позволяла использовать сталь для охоты и убийства диких. Но вместе с тем обработанная она могла быть опасна и для самых вампиров. Раны от лунной стали не затягивались. На солярсов сталь оказывала почти такое же воздействие. Именно это и стало причиной запрета любого огнестрельного оружия всеми тремя расами. Именно поэтому огнестрельное оружие стоило баснословных средств на подпольном рынке Удура.

– Зачем накачивать ей дикого? – задал король вопрос, интересовавший всех присутствующих.

– Не имею соображений, ваше величество. Пока единственное, что могу предположить, что именно из-за этого неустановленного полностью вещества процесс полного обращения вышел ускоренным. Но не имея стартовых данных о том, каким именно был наш объект изначально, что-то достоверно мы определить вряд ли сможем.

– А еще у кого-то есть доступ к очищенной стали. – протянула Байшу. – Причем, скорее всего, именно в процессе ее обработки и до полной выплавки. Готовы металл в кровь живого человека замкнуть будет сложно. Значит, она должна быть жидкой.

– Достань мне информацию на тех, кто руководит процессами обработки и всех, кто занимался ей в день покушения и за два дня до. – отдал он распоряжение Идрису. – В жидком виде сталь хранится не долго, значит ее нужно было либо преобразовать в нечто новое, либо сразу же в первозданном виде вколоть нашему объекту. Второе весьма сомнительно, учитывая насколько она горячая.

– А первое слишком опасно. – закончил мысль короля Ивар. – Потому что, если кто-то получил доступ и научился делать совершенно не понятную для нас ерунду, обращающую людей в диких, то ничем это хорошим не кончится.

Все замолчали, укладывая в голове новую информацию. Чудовище в клетке фыркало, шипело и возилось, пытаясь высвободиться. Перед ней всего-то на расстоянии броска была столь влекущая еда. Но цепи мешали движениям, не давая броситься вперед, разодрать глотки, смакуя приторный вкус вампирской крови.

– И что, пусть сидит здесь дальше? Этот образец вам еще нужен? – обратилась Байшу к доктору и Ивару.

Вампиры отрицательно покачали головами. Все, что только было возможно узнать с помощью имеющихся у него исследовательских возможностей, Лукас уже выяснил. В любом случае он оставил себе образцов на будущее. Экзорцисту же живой дикий тоже больше был без надобности. Ему сейчас требовалось поговорить с кое-кем иного порядка.

Ивар махнул рукой по воздуху, сдвигая решетку. Тварь в металлическом ошейнике глухо зарычала, пытаясь подняться, но цепи не позволяли. Байшу бесцеремонно вытащила из ножен опешившего от такой наглости, но не посмевшего возразить Идриса его меч, в несколько шагов обошла чудовище, встала чуть сбоку и положила обе руки на пластину хребта. Жаль, что личное оружие у них отобрали на входе во дворец. Было бы проще. С чужим неудобно.

И все же вампирша воткнула клинок в спину чудовища, надавливая, разрывая плоть, связки. Тварь задергалась, заверещала так, что начало закладывать уши. Но Байшу уже добралась до позвоночника, выдергивая его рукой наружу. Дикий издал последний вопль, обмяк, развалившись безвольным телом, у которого Байшу следующими движениями все же отсекла голову. На всякий случай.

– Сожгите сами, хорошо? – как ни в чем ни бывало, вампирша возвратила меч капитану стражи, стряхнула с рук кровь и пошла наверх, намереваясь найти какую-нибудь чистую одежду.

Ивар ухмыльнулся смотря ей вслед и обратился к несколько озадаченному поведением сестры королю.

– Боюсь, вампиры решат, что вы их оставили на абсолютно сумасшедшую королеву.

– Они ее полюбят. – весело сощурился Байэр. – Нашему народу давно не хватало дозы контролируемого безумия.

## Глава 4

Выпад вправо вышел вынужденным и каким-то неуклюжим, но отлично позволил Кайлу уклониться. Воздух удушающими волнами спирал легкие, густея с каждой секундой проведенной вампиром в этом забитом помещении, наполненном запахами пота, крови и ощутимо осевшего на языке буйства желания разного сорта. Жажды победить, желания обладать и даже сломить стоящих на пути к своеобразному величию подпольных развлечений Удура. Гул толпы вокруг нарастал так неистово громко, что закладывало уши. Но Кайл на ринге никогда и не полагался на слух. Здесь его обостренное вампирское чувство наоборот мешало, сводя с ума. Он ведь даже слышал, как мужчина в третьем ряду полез под юбку разносящей напитки девице, заставив ту зашипеть.

Кайл тряхнул головой, сосредотачиваясь. Ведь противник на ринге это не дикие, бездумно бродящие в поисках очередной жертвы, а наоборот, живые, осознанные люди. Однако, одно чудовище здесь все же сегодня присутствовало.

Он сам.

Металлический привкус крови в воздухе дурманил голову, заставляя желать испить ее. Вампиру пришлось глубоко втянуть воздух сквозь сжатые зубы, чтобы успокоиться. Не к лицу капитану третьего отряда терять голову столь глупым образом. Тем более в этой дыре. Но Кайл был слишком опытным охотником, чтобы поддаваться возникающим потребностям прежде, чем завершить дело. Сейчас он «охотился» на человека напротив.

Кайл всегда дрался отчаянно, бешено. Мелкий бесенок, никогда не знавший своих родителей, живущий в темных углах и подворотнях улиц. Даже в Новом Вавилоне были отбросы общества. И Кайл учился выживать там, среди точно таких же потерянных отбросов, находящихся на грани между вампирами и людьми. Но Луна оказалась к нему благосклонной, одарив своей силой. Пусть узнал он об этом убив троих приставших к нему в попытках поиздеваться охотников. Ему было десять. Вместо суда Кардинал отправил его учиться. К таким же мелким вампиренышам, еще не достигшим зрелости. И он научился, став сильнейшим среди действующих охотников, приходящим сюда, в трущобы Удура каждый раз, как требовалось выпустить пар. А заодно и получить ценнейший товар, какой только мог бы быть – информацию. За ней он пришел сюда и обязательно получит.

Но позже. Сначала можно и развлечься.

А толпа вокруг ликовала, все громче, все яростнее требуя продолжения.

Люди. Алчные, дерзкие, самонадеянные существа, мнящие себя хозяевами положения даже не обращая внимания на те обстоятельства, в которых существовали без малого сотню лет. Хотя по началу они и вели себя гораздо более смирно, особенно после Резни.

Шутка ли, если привычная жизнь полностью утрачивается в мгновение, а вампиры отказываются предоставлять защиту в отместку за безумства одного из людей. Тогда это стоило людям почти трети населения.

И тем не менее все еще находились те, кто отчаянно жаждали смерти вампиров. Или хотя бы победить одного на ринге. И те, кто готов был платить за зрелища подобного рода. Кайл же не давал им шанса ни на то, ни на другое. Деньги ему не были нужны, хотя будь он сейчас тем мальчиком, каким был раньше, то ни за что не поверил бы этим словам.

Людская злоба витала в воздухе, наполняя и заряжая драться дальше. Выбросив руку резко вперед, вампир кулаком прошелся прямо по правой стороне челюсти соперника, чья голова дернулась, как у игрушки. Но мужчина устоял и даже попытался провести ответный выпад, зацепив уплотненной частью на перчатке бровь вампира. Кайл усмехнулся. Собственная кровь потекла по глазу прямо на губы и подбородок. Достал же, тварь. Вампир медленно слизал языком капли, зацепив клыки. Ему однозначно сегодня нужна кровь, изголодался безумно. Кайл наблюдал, как человек на той стороне ринга еще раз дернул головой, приходя в себя. Противник расправил плечи, принимая удобную стойку и готовясь к новому удару. Крепкий на этот раз попался, но сопротивление только раззадоривало, разжигая интерес и делая победу слаще. Правда что-то настораживало Кайла. Его противник был излишне взвинчен. Недопустимо для профессионального бойца, а с другим Доран бы Кайла не поставил. Он как никто знал обо всех возможностях вампира, еще с их детства.

Горло драло. Нужно выпить крови, а значит пора заканчивать представление. Под потолком мерцали лампы, такие же, как и по всему Удуру. Жалкая попытка сымитировать солнечный свет. Но лучшее, что могло быть доступно в жизни под землей, в глубокой темноте. А вампиры любят темноту. Кайл сделал несколько шагов вперед, присел, обманывая. Затем развернулся, ударил в живот, в грудь. Еще, еще и еще. Пока его не начали оттаскивать от уже валявшегося в собственной крови человека. Еще живого.

Кайл зубами сдернул перчатки, уходя с ринга. Подальше от беснующейся толпы.

– Великолепен как всегда. – высокий темноволосый мужчина, все время боя аккуратно державший в руках куртку Кайла, ободряюще похлопал вампира по плечу, приобняв и наплевав на сразу же размазавшуюся по нему самому кровь. – Я не думал, что ты вернешься так быстро. Да еще и сразу на ринг.

– Я тоже на это не рассчитывал. – Кайл в ответ ударил своим кулаком по кулаку Дорана, поддерживая устоявшуюся у них традицию. – И все же рад быть здесь.

– Выпьешь?

– Конечно. Где потише. Надо поговорить.

Доран кивнул и скрылся на время, оставив распоряжения своим работникам. Он владел своим клубом уже восемь лет, получив его в наследство от некогда владевшего заведением мастера Хайра. И за все это время человек без родных, без связей, не имевший за плечами ничего, кроме собственной любознательности и невероятной смекалки, да точно такого же безродного друга вампира, превратил некогда заурядный бар на окраине Удура в самый посещаемый клуб, специализирующийся на ставках, подпольных боях и прочих, не всегда законных, развлечениях. Обетованный темный рай для всех желающих увязнуть во тьме. Настолько удручающе отвратительное место сборища всех пороков и сосредоточие интереса, удовольствий, исполнения желаний, на что власти Удура смиренно закрывали глаза за свой определенный процент. И заманчивое членство постоянных клиентов. А Вавилон не вмешивался, потому что не желал, но при этом при необходимости получал через Кайла свое.

Кайл с Дораном познакомились случайно. Вампиру тогда едва исполнилось восемь и он пробрался в поезд каравана, спустившегося в Удур. Привыкший жить один, дикий и совершенно неуправляемый вампиреныш отважился на приключение. Каждого, заходящего в поезд каравана, проверяли очень тщательно. И потому Кайлу пришлось спрятаться в отделении для транспортировки продуктов среди ящиков, поставляемых из Каргана. Удивление от первого взгляда на незнакомый вампиру город под землей быстро сменилось на интерес, когда такой же мелкий как он мальчик попробовал украсть несколько овощей из ящиков. И он был практически схвачен за руку там же на месте, но Кайл вовремя успел увести мальчика от охраны, напугав их одним своим видом. Человек представился ему Дораном. Двое совершенно разных и таких не похожих из-за своей принадлежности к разным расам, но такие одинаковые в одиночестве и жизни. И оба – добившиеся практически нереального для своего положения.

Кабинет Дорана можно было назвать аскетичным. Здесь не было ничего вычурного, ничего говорящего о достатке. Все исключительно ради эффективности, полезное для работы. И отдельный небольшой диван для Кайла. Вампир даже не вспомнил бы, когда здесь появилась мебель исключительно для него. Просто всегда было так. В доме Дорана была комната для него, здесь в кабинете – все, для удобства вампира. Даже свет приглушен специально, чтобы не травмировать глаза. Точно также в доме третьего отряда была комната для Дорана, а в кабинете Кайла – место, удобное для друга, подальше от любого воздействия солнца, если бы он однажды решил прийти к ним. Мужчина тем временем забросил куртку вампира на кресло, достал графин с темной алой кровью и подвинул вампиру заботливо наполненный бокал.

– Свежайшая. – улыбнулся Доран. – Взята час назад.

Кайл выпил залпом, удовлетворенно прикрыв глаза и развалился на диване. Облизнулся от удовольствия, чтобы не растерять ни капли. Свежая кровь вызывала чувства столь же яркие, пьянящие и неописуемые, какие вызывал хороший секс. Плохого было повсеместно предостаточно, как и крови, замороженной, превращенной в ликер для длительного хранения. Прокормить кровью целую расу вампиров та еще задача, с которой во многом справлялись с помощью научных изысков. Но свежая давала совсем иной заряд эмоций. Пить прямо из людей было запрещено, кроме случаев, когда вампир брал человека на свое попечение. И каждый знал как для людей это было опасно, ведь остановиться вампиру сложно. Однако, положение принадлежности вампиру давало неоспоримые преимущества, включая право проживания в Новом Вавилоне, а еще неустанный медицинский и исследовательский контроль врачей. Такой смертный был у Байшу, правда, она старалась их менять хотя бы раз в год. Вкус начинал приедаться, ведь кровь неумолимо портилась от солнца. Иногда она делилась им с друзьями, для членов одного отряда такое допускалось. Кайл не особо любил мужскую кровь, женская всегда приятнее, мягче. А еще он мог быть несдержан. И потому приходить сюда на ринг было проще, Доран всегда находил для вампира лучшее без вреда для людей, беря только необходимый минимум. Для единственного близкого, которого имел и которого считал братом, мужчина был готов на все.

Доран внимательно следил за вампиром, устроившись в кресле напротив и распивая вино. Дождался, пока Кайл удовлетворенно выдохнет, успокаивая унесшееся вскачь от наслаждения сердце, и спросил:

– Так что случилось?

– Это мой вопрос. – вампир чуть приоткрыл глаза. – Ничего странного, необычного здесь?

Доран непонимающе сощурился, чуть склонил голову.

– Ты обычно не говоришь загадками. Выходит, что-то произошло наверху, но сказать прямо ты не можешь.

Кайл допил кровь, отсалютовал пустым бокалом, подтверждая предположение, и протянул другу, тотчас наполнившему его кровью снова. Доран задумчиво забарабанил по столу пальцами.

– Насчет чего-то наверху я не слышал. Даже если что-то и происходит, то под землей об этом вряд ли бы стали распространяться. К тому же любой мошке известно, что ты мой друг. Но люди, что приходят ко мне на бои, на ставки или еще за чем, говорят, что в шахтах последнее время не спокойно. Много тех, кому там не нравится, с годами легче ведь не становится. К тому же все мы постоянно сдаем кровь, а это сил не добавляет.

– Я предлагал тебе…– укоризненно склонил голову Кайл.

– И как и раньше я отвечу, что не нужно, хоть я и благодарен, ты ведь знаешь. Но я не смогу там, на поверхности. Да и от солнца все равно не спрятаться. А здесь, – он раскинул руки, обозначая так свое влияние, – здесь я могу очень многое, в том числе помогать тебе. Не представляешь, сколько должников готовы откупиться информацией или кровью, которую ты, кстати, пьешь сейчас.

– Вкусная. За что она тебе должна?

– Брат проиграл. Не мне, я вытащил, но раз такое дело решил тебе понравится и оставил временно, под твои вкусы в самый раз. Могу и саму девицу привести, если хочешь.

– Позже.

– Так вот. – Доран оглянулся, хотя кто мог бы находиться в его личном кабинете кроме них двоих. И все равно мужчина понизил голос. – Ползут слухи о выходе на поверхность. Надолго. Я никогда не придавал особого значения, болтают и болтают, несбыточные мечты растущие из старых легенд о великой людской цивилизации на поверхности. Но теперь…

– Как? Способов ведь нет, насколько мне известно?

– Солярсы ведь как-то живут. Ты думаешь, за сотню лет никому не приходила в голову идея поэкспериментировать? Научились же ваши на магии создавать браслеты для живущих в Вавилоне и лекарствами воздействие солнца глушить хотя бы в части. В старых шахтах иногда пропадают люди, слышат вой и голоса. Я бы не удивился, что особо рьяные идеалисты держат там диких для экспериментов. Даже больше, где-то там по слухам есть прямой выход на поверхность, в обход каравана. Но, повторюсь, все это по большей части слухи. Сам я не проверял, нужды не было. Хотя попалось мне тут кое-что интересное.

Доран прошел к столу, достал из ящика коробку и перебросил Кайлу.

Вампир выудил из коробки бутылек с таблетками белого цвета, переливающимися почти как лунная сталь на солнце. Кайл покрутил бутылек, потряс, рассмотрел со всех сторон. Никаких опознавательных знаков, ничего примечательного, что хоть как-то помогло бы определить для чего нужны таблетки.

– Не знаю, что это за ерунда, никогда не видел. Один боец прямо на ринге упал в приступе, начав захлебываться в собственной крови. Позже осматривал его вещи, а он это притащил в сумке. Но если хочешь попробую разузнать больше.

– Не стоит. Не хочу чтобы ты рисковал.

Вампир задумался, сделал еще один протяжный глоток.

– Доран, мы уезжаем, всем отрядом. На долго.

– Далеко?

Кайл лишь кивнул. Он был не вправе говорить прямо, надеялся, что Доран сам поймет, сложив простые вводные. Об отправке на очередную охоту Кайл сообщал всегда прямо. Доран нервно размял пальцы, догадываясь, что все вопросы, осторожные увертки и недосказанность были не случайны. Кайл вообще мало что делал случайно.

– Не нравится мне все это. Пугаешь, друг мой.

– Если не появлюсь через два месяца, бумаги на официальное наследование у тебя есть. Пусть ты был против, но разрешение на проживание в Вавилоне с полными правами как моего единственного родственника я тебе тоже достал. Еще кое-какие распоряжения на непредвиденный случай оставил в Ордене.

– Сделай так, чтобы все это мне не пригодилось.

– Уж постараюсь. Но мне кажется, что не так все просто. И вряд ли станет лучше.

– Говоришь так, будто стоит собирать вещи и бежать.

– Я бы не исключал такого исхода. Я не готов ручаться, что ты не пострадаешь за связь со мной. Поэтому будь осторожен, хорошо?

Доран предельно серьезно воспринимал слова того, кого считал братом. Он уже начал в мыслях просчитывать все, что нужно сделать за обозначенные два месяца на случай экстренной ситуации. Оценив предварительно ситуацию, сдержанно кивнул.

– Буду, обязательно. Когда отбываете?

– Через четыре дня. -Кайл вытащил из кармана куртки сложенный лист со списком аппаратуры от Марин. – Сможешь достать?

Доран быстро просмотрел список и нахмурился:

– Если вам выезжать через четыре дня, значит у меня не больше трех. Часть могу достать хоть завтра, что-то даже у меня на складе найдется. Но с остальным…Попробую что-нибудь сделать, но влетит в крупные траты и не обещаю результат.

– Не проблема, скажи сколько.

Доран привычно отмахнулся. Он никогда не брал у Кайла или его отряда денег ни за одну из выполненных для них просьб. Правда пятеро вампиров все равно ухитрялись компенсировать. Если не финансово, то договорившись о личном послаблении для их друга. Когда Доран понял, что обязательную сдачу крови проходит в три раза реже, чем все остальные люди, он точно знал, кого нужно за это благодарить. Мужчина спрятал список.

– Заглянете завтра, сам я это все к вам наверх не потащу. – закусил губу на мгновение, прежде чем спросить.-Останешься?

Кайл усмехнулся, понимая, на что намекал друг, и все же подыграл, ответив:

– Если кровь еще есть.

Доран расхохотался, хлопнул Кайла по плечу, но поднялся, вышел в коридор, а через несколько минут вернулся с девушкой. Стройная, красивая брюнетка вызывающе улыбнулась вампиру, закусив губу, заигрывая. Но вампир все равно чувствовал страх, который она тщетно пыталась скрыть. Людям всегда было страшно, пусть интерес и побеждал. И все же все люди прекрасно понимали, что с подобных "свиданий" могли и не вернуться, ведь никто не в состоянии влиять на несдержанного и одурманенного кровью и желанием вампира. С Кайлом за двадцать три года его жизни лишь раз случалось помешательство, которое он был не в состоянии проконтролировать. Повторять ему отчаянно не хотелось. Взглядом Кайл зацепился за кровь на своих руках. Облизнулся, вставая и подходя к девушке, пристально вглядываясь в ее лицо. Самому Кайлу, как и Дорану, было плевать на вид сбитых рук, окровавленные ладони, которые вампир просто даже не задумался очистить.

– Страшно? – Кайл внимательно всматривался в юное лицо. Красивое, в его вкусе. Доран как всегда все идеально устроил.

Девушка вместо ответа широко распахнула глаза. Не от страха, от предвкушения. Страх смешанный с вожделением читался в ней. У каждого в Удуре были свои тайны и запретные желания. Кайл усмехнулся, принимая такой ответ, и вновь устроился на диване. Она пересекла комнату, опустилась к вампиру на колени, задрав юбку. Деланно несмело провела рукой по его голой груди и потянулась к губам, откинув волосы в сторону. Вампир не стал тянуть, давая девушке то, что она желала. То, чего сейчас желал он сам. Кровавые глаза опасливо и вместе с тем вызывающе сверкнули. Клыки цеплялись за мягкие губы, разрывая чувствительную кожу. Руки скользили по телу, снимая одежду слой за слоем. В какой-то момент девушка обернулась к двери. Туда, где владелец кабинета собирался ускользнуть, оставив их одних.

– Господин Доран. – позвала, наклонив голову, стоило мужчине положить ладонь на литую ручку. – Не присоединитесь?

Кайл облизнулся, предвкушая действительно приятную ночь.

## Глава 5

Ночь в Новом Вавилоне расцветала светом огней, медленно вспыхивающих на улицах и зданиях. Вампиры в силу своей природы всегда любили ночь, пусть сейчас солнечный свет не был для них серьезным препятствием к нормальной жизни. Привычки, однако, искоренялись с трудом. Пусть век жизни вампиров во все времена был сопоставим с человеческим, но память народа была куда крепче. Жители Нового Вавилона высыпали на улицы, кто прогуляться, кто отправлялся работать. Гул от автомобилей стихал, заменяясь топотом ног и оживленными разговорами прогуливающихся по улицам вампиров.

Но в доме охотников третьего отряда было тихо. Только отсветы уличных фонарей пробивались в окна, разгоняя кажущуюся пустоту. Кайла не было, да и никто не ждал его возвращения. Он всегда уходил к Дорану, стоило им вернуться с очередной охоты. Ру и Марин предпочли остаться у своих родных, наверняка атаковавших их вопросами о будущей свадьбе прямо с порога. Слишком волнительное событие для каждого вампира, ведь для любого из них брак был непреложным обязательством. Все во имя сохранения расы. Благо пока им еще разрешали делать выбор самим.

Сейчас Байшу была в доме одна. Почти.

Она ступала голыми ногами по холодному полу, отчетливо слыша каждое свое движение. Шла медленно, выверенно. Ждала.

Проходя мимо комнаты Ивара, не показывавшегося с самого возвращения домой, вампирша ощутила нестерпимый пронизывающий холод, сковывающий ноги. Колючий и обжигающий, угрожающий порвать кожу. Так бывало в те редкие моменты, когда Ивар применял особо сильный экзорцизм, позволявший ему даже заглядывать за пелену смерти. Но он никогда не делал этого просто так, по личной прихоти, а значит сейчас Ивар был где-то там, не здесь.

Байшу даже забыла на мгновение, куда и зачем шла. Невольно отпрыгнула, когда очередное замогильное дуновение ласково и вместе с тем угрожающе коснулось щиколотки.

Раздался стук в дверь, уже повторный. Байшу нахмурилась, на секунду засомневавшись, не толкнуть ли ей дверь и не пойти к другу. Но все же решила не мешать, спустилась по лестнице и поспешила открыть, пропуская ночного гостя в дом. На пороге стоял мужчина, еще совсем молодой парень. Высокий, с вьющимися светлыми волосами, этот человек мог бы сойти за ангела, если бы таковые существовали в их мире.

– Моя госпожа. – Мин низко поклонился, от чего куртка чуть приоткрыла шею, заставив Байшу облизнуться.

Мин был ее человеком, дававшим Байшу пить свою кровь вот уже почти семь месяцев. И пока ей все еще нравился вкус. Как и любой человек, принадлежавший вампиру, Мин получил право жить в Новом Вавилоне. Всех таких людей обеспечивали жильем, едой, специальной усиленной защитой от солнца в виде браслета, пропитанного магией вампиров, как раз видневшегося на руке парня. А еще всех таких людей регулярно проверяли на воздействие солнца. И пусть его официально не находили, но Байшу, как и прочие, была уверена, что побочные эффекты есть. Они не проходили даже спустя сотню лет после первых чудовищ. Кровь у человека медленно менялась, пусть сейчас это происходило гораздо медленнее. И все равно вампиры не переносили хоть сколько-то загрязненной крови. Тех людей, что сохраняли безукоризненные показатели чистоты своей крови, называли «канонами» в противовес «ереси», тем, чья кровь была уже не пригодна для питания вампиров. Потому Байшу и меняла людей в среднем раз в год. Мин знал, что и его время в Вавилоне однажды закончится. Но сейчас она позвала, а он пришел, как и должен был.

Вампирша молча пропустила его в дом, а Мин быстро поднялся к ней в спальню. Может и хорошо, что Ивар заперся в своей спальне, Мин ему совершенно необъяснимым образом не нравился.

Все мысли оставили Байшу, стоило ей почувствовать на языке вкус человеческой крови. Осталось только ощущение блаженного забытья, разливающееся по горлу, проникающее в сердце, наполняющее силой и энергией каждую клеточку. Но помимо этого было и что-то иное. Оседающее на небе кисловатое ощущение, не свойственное чистой крови. Ощущение, моментально разрушившее очарование пиршества. Байшу резко отстранилась и выдохнула. Не должно быть такого. Скосила взгляд на парня, недоуменно хлопающего глазами.

– Госпожа? Что-то не так?

Вампирша вытерла большим пальцем губы, подумав о необходимости запросить у Инквизиции отчет о последней проверке крови Мина и помотала головой.

– Нет, ничего. Хватит на сегодня, я устала.

– Уверены? Вы обычно…

– Да, хватит.

Парень собрался и быстро ушел, как делал это всегда, стоило Байшу насытиться его кровью. Перед самым уходом он поежился от пристального провожающего взгляда вампирши, буквально прожигающего насквозь. Она не видела, как Мин разочарованно закусил губу, понимая, что тщательно выстроенный план, очевидно, провалился. И за такое спасибо ему никто не скажет.

Облизнув клыки, Байшу переоделась и упала на кровать.

«Становлюсь излишне мнительной. Или нет?»

В свете последних событий не удивительно. Ей предстояло очень многое обдумать. Но именно сейчас очень хотелось спать. А еще увидеть Ивара, который все не показывался. Вампирша закрыла глаза, погрузившись в сон, не продлившийся долго. По ощущениям она прикрыла глаза всего лишь несколько минут назад, но проснулась от удушающего ощущения и раскалывающейся головы. Такое иногда случалось, когда она голодала слишком долго. Но такое состояние совершенно не вязалось с фактом того, что Байшу пила кровь совсем недавно. Хотелось пить. Накинув тонкий шелковый халат, она спустилась вниз. В ярком лунном свете белые волосы сияли еще ярче, разливаясь водопадом по черному шелку. Тишина окутывала дом, пока она неспешно спускалась по лестнице на кухню.

– Не спится?

Тихий голос не напугал. Он обволакивал, ласкал, как сама ночь. Ивар курил на веранде, куда выходили высокие стеклянные двери с кухни. Он расположился в любимом кресле, закинув ноги на стол. Из одежды на вампире были только домашние брюки, а луна с неба очерчивала каждый узор выбитых на теле татуировок. Всклокоченные в беспорядке черные короткие волосы, проколотые в четырех местах уши, пирсинг в правой брови, забитые татуировками шея и руки как и раньше не вязались с тем образом «благочестивого служителя церкви», который вампир так любил изображать и которым постоянно всех шокировал. Но сейчас мужчина выглядел самим собой, по-домашнему, таким, каким его всегда знали друзья. И все же излишне настороженным и беспокойным, сверля взглядом темное ночное небо.

Байшу невольно выдохнула с облегчением. Она не могла бы вспомнить, когда Ивар сбегал и прятался так же, как сегодня. Но и требовать от него объяснений не хотела, потому вытащила из холодильника две банки с кровяным ликером и направилась к нему. Ночь пахла прохладой, только что прошедшим дождем, мокрой травой. Она хотела сесть в кресло рядом, когда Ивар перехватил вампиршу за руку и усадил к себе на колени. Затушив сигарету в стоящей на полу пепельнице, открыл банку, делая глоток, а затем по обыкновению притягивая Байшу к себе в коротком поцелуе.

– Что случилось? О чем ты говорил с братом, что потом весь день не показывался. – спросила она, отрываясь.

– На черта тебе этот смертный придурок? – перевел тему Ивар.

Байшу рассмеялась.

– Питаться-то мне нужно.

– Спишь с ним?

– Ревнуешь?

– А если да? – рука мужчины скользнула по ее животу, под халат, нащупала резинку белья.

– Врешь.– выдохнула вампирша.

Ивар рассмеялся прямо ей в шею, скользнув клыками по коже.

– Может я просто хочу быть единственным, кто касается твоего шикарного тела.

– С чего ты взял, что я позволю.

Еще один короткий смешок.

– Я попробую убедить. – еще один поцелуй, на сей раз в основание шеи. – Так все же, спишь или нет?

Байшу улыбнулась, зацепив носком стопы ногу Ивара и аккуратно погладив.

– Не сплю. Не в моем вкусе, не понравится.

– Со мной значит нравится.

Не вопрос, утверждение.

– С чего ты вообще об этом заговорил?

– Не поверишь. – Ивар заговорщически подмигнул вампирше, однако в голосе его звучала столь не привычная серьезность и даже усталость. – Ты спрашивала, о чем я разговаривал с королем. Он предложил мне подумать о браке. И недвусмысленно намекнул, что наилучшим вариантом было бы жениться на тебе.

От удивления Байшу закашлялась, слишком глубоко глотнув ликера.

– Ты же шутишь?

– Он уже успел прислать официальное предложение из дворца.

Ивар сделал несколько движений пальцами, материализуя на ладони конверт с символом королевского дома – луной на ночном небе в ореоле звезд. Вампирша вытащила из конверта письмо и вчиталась в строчки. Закончив, она выругалась и вернула бумаги, которые Ивар тот час растворил в воздухе.

– Почему ничего не сказал мне?

– Не хочет слишком давить, поэтому решил сначала поговорить со мной. Но не самый плохой вариант, если подумать. – произнес он, рассматривая Байшу и чуть склонив голову.

– Ну уж нет. Я замуж не собираюсь.

– Всем однажды придется. Особенно нам с тобой. Ру и Марин вон быстро сообразили.

– Ру и Марин другие, не как мы с тобой. Мы слишком любим свою независимость.

– А еще мы чертовы аристократы, моя Луна.

Байшу посильнее запахнула халат, поерзав удобнее устроилась у Ивара на коленях, прижавшись к нему.

– Но ты прав. Вариант не самый плохой, уж точно лучше любого договорного брака, какой нам могут устроить. Вот же ж угораздило родиться в королевской семье.

– Зато у нас шикарный дом. – рассмеялся Ивар, снова целуя Байшу в шею. – А всю эту историю надо будет обсудить на досуге.

– Вернемся с задания, тогда и обсудим. Или есть еще что-то?

– Бай… – голос Ивара тонул в окружающей темноте. – Я согласился. Поэтому решение за тобой.

– Почему?

– Ты прекрасно знаешь, почему.

– Ивар, мы договаривались, что наши так называемые отношения никогда не станут мешать нашей дружбе.

– И никогда не нарушали эту договоренность. И ни один из нас ничего и никогда не требовал у другого, и сейчас не требует. Но это же не значит, что мне запрещено любить тебя.

Его губы накрыли ее, а она подалась вперед, отвечая. Обвила руками шею, прильнув как кошка, но отстранилась, чтобы спросить:

– Ты поэтому не выходил?

– Я разговаривал с Ночью.

Байшу замерла, недовольно сощурившись и дожидаясь продолжения. Однако, его не последовало.

– Ты давно этого не делал.

– Я и сейчас бы не стал. Оно само.

– И?

– И все равно твой смертный меня бесит. – Ивар отстранился на мгновение, вновь переводя тему.

Байшу знала, что в таких случаях экзорциста лучше не доставать. Сам все расскажет, если захочет. И потому она ответила:

– Все равно что-то странное происходит с его кровью.

– О чем ты?

– Не знаю пока. Почувствовала нечто…Надо будет запросить отчет, проверить. Так что можешь найти другого.

– Вернемся – обсудим. – вернул вампир ее же слова. – Ты мне кое-что обещала, если помнишь.

Байшу звонко рассмеялась в ответ на манящую улыбку Ивара. Он поднял ее, усаживая на стол перед собой, распахнул халат, медленно и восторженно проводя руками по груди, животу, опускаясь на колени. Всегда так делал, любуясь и восторгаясь ей, самой желанной и единственной нужной ему женщиной на свете. Пусть между ними всегда были глубочайшая дружба и секс, не более. Или ей так казалось. Белоснежные волосы вампирши разметались по столу, когда она опустилась на него. Клыки Ивара царапали кожу, смешивая удовольствие с краткими вспышками боли. Ей нравилось, а он об этом знал. Точно также как ее продирало до дрожи каждый раз, как в моменты их близости вампир шептал на ухо «Моя Луна». Потому проговаривал все это специально, каждый раз заставляя судорожно выдыхать от его тона. Сейчас же он не мог произнести ни слова, потому что поддерживал мягкое тело под бедра, лаская языком между ног.

Лизнув последний раз, Ивар распрямился, стягивая вниз брюки. Нарочито медленно, давая ей рассмотреть каждую мышцу его тела. Байшу приподнялась, обвивая его руками и прижимаясь грудью, когда он вошел в нее. Подхватив под бедра, придвинул вплотную к себе, заставляя выгнуться и снова опуститься спиной на стол. Сцепил ее руки своими, до красноты сжимая запястья. Ивар двигался в ней резко, быстро, чтобы потом снижать темп. Каждое движение все медленнее, протяжнее, и вновь резко до раздирающего горло хрипа, чтобы заставить Байшу ерзать, безмолвно моля о большем. Ему нравилось в такие моменты чувствовать определенную власть над ней, всегда непокорной, сильной. Но оба были в жизнях друг друга слишком долго, чтобы понимать, что ни один не причинит другому настоящей боли, равно как и не позволит кому-то еще. Только поэтому Ивар вел себя так, а Байшу позволяла. Только так она забывала, кем была.

Его движения, поцелуи, укусы вызывали дрожь. Ее стоны растворялись в ночном воздухе.

Ветер обжигающим холодом цеплялся за кожу на груди Байшу, замораживал оставленные на ней следы языка Ивара.

Они дышали вместе.

Они умирали вместе.

Каждую секунду в руках друг друга.

Окончательно теряя контроль, Ивар поднял Байшу к себе, пробрался пальцами в волосы, двигаясь все резче. Они яростно целовали друг друга, пока вампирша не закричала. Пока Ночь не запела.

Ивар уперся лбом в плечо Байшу, восстанавливая дыхание, слишком долго не отпуская ее из рук.

Отстранился, вновь закурил, выдохнув в лицо Байшу дым между губ с очередным поцелуем, а затем передал ей сигарету. Она не двигалась, пока Ивар возвращал на место съехавший халат, вновь покрывал медленными размякшими поцелуями шею. Невольно засмеялась, когда он подхватил ее на руки, опускаясь в кресло.

Двое погрузились в молчание, наблюдая за тем, как под куполом собираются тучи. Как первые капли падают на землю, растворяя сигаретный дым, тонкой струйкой поднимавшийся ввысь.

Унося во мрак Ночи все произошедшее.

Байшу переплела их руки, улеглась на плечо вампира, пока он медленно гладил ее волосы.

Заговорила, нарушив блаженную тишину:

– Я не знаю, что такое любовь, Ивар. Луна дает силу, но забирает почти все чувства, сам знаешь. И я никогда не любила, никого. – Она повернулась к нему, ласково убрала черные налипшие на лоб волосы. – Но то, что в моей жизни значишь ты, наверное, максимально похоже на любовь. Поэтому давай вернемся живыми, и тогда я соглашусь. Я и так всегда считала, что проживу с тобой всю жизнь. Просто сделаю это официально.

– Даже если только ради этого я верну тебя живой. – прошептал экзорцист, еще сильнее притягивая ее к себе.

Байшу осторожно поцеловала вампира.

– Не сомневаюсь. Но сперва нам нужно еще спуститься в Удур.

– Завтра, моя Луна. На сегодня с нас приключений хватит.

## Глава 6

Никто уже и не помнил в действительности, с чего именно все началось. Картину в общих чертах восстанавливали по оставшимся записям воспоминаний предков, докладам ученых и тексту Великого договора, известного наизусть абсолютно каждому живому существу. Все соглашались, что падение мира началось задолго до первых солнечных чудовищ. Но никто так и не определил с чего же именно.

Одни утверждали, что с болезни, которой по-началу никто не придавал значения. А она за несколько лет извела половину человечества, вынудив оставшихся в живых на постоянной основе принимать лекарства, хоть немного спасающие разум.

Другие парировали, что основополагающим событием стоило считать первую солнечную вспышку, вспыхнувшую на небе столь ярко и сильно, что кожа начинала плавиться. Вспышка была короткой, всего-то несколько минут, но последствия оказались длительными. Солнце, когда-то служившее источником жизни, начало убивать. Одного за другим.

А потом появились дикие. Бывшие люди, сходившие с ума от укоренившейся в генах болезни, сжигаемые солнцем до такой степени, что на глазах превращались в чудовищ. Они теряли облик, все больше походя на зверей. Желавших только убивать.

И тогда солнце обрушилось на землю нестерпимой жарой, огненным дождем, вызывавшем все больше и больше природных катастроф. Мир рушился, не оставив людям иного выхода, кроме как уйти под землю во имя спасения. Но некоторые отказались, неведомо каким чудом переживая изменившийся солнечный свет. Они откололись, создав новую расу. Не имеющую ничего общего с людьми, кроме внешнего вида. Солярсы.

Мужчина поморщился. Он уже в десятый, наверное, раз пробегал глазами по фрескам, выложенным на стенах в Соборе трех рас. Величественное сооружение, разделенное на две части, выстроенное вампирами и людьми дабы чтить великий договор. В ту часть, что предназначалась для вампиров на поверхности, люди старались не попадать, а вампиры так и вовсе не отличались верой во что-либо. А вот подземная часть получилась весьма удачным пристанищем для временных встреч.

Изображения истории этого мира будто с укором глядели на мужчину. С того самого дня, когда он впервые попал в Собор. Ему тогда было шесть. Он внимал каждому не высказанному слову, каждой зарождавшейся мысли. Он знал, что ему предначертано возродить величие людей.

Любой ценой.

И теперь он нес бремя возрождения своего народа на плечах как полноправный, единственный лидер Удура. Цель, подкрепляемую верой всех оставшихся людей, столетие заточенных в земных недрах. До боли ненавидел всех этих переродков, бросивших людей под землей. И вампиров, нагло пользующихся нежданным превосходством, шатающихся по его городу, как у себя дома. Терпел, потому что так было нужно.

Пока что.

Вместе с тем верил, что каждый человек ценен, важен и способен помочь в достижении общего идеала. Даже такой как Мин, отчитываемый сейчас прямо перед ним.

Второй удар пришелся Мину по уже порядком опухшей щеке. Первый повалил с ног. Аякс всегда бил четко и сильно. За одно это уже был ценен.

Парень же продолжал тихонько подвывать, всхлипывая и оправдываясь.

– Они должны были вернуться через две недели, не раньше. К тому моменту Восход уже должен был бы полностью раствориться. Мы ведь все рассчитали. Это все случайность…

– Из-за этой «случайности» теперь все, что мы планировали последние годы, может пойти к чертям. Вам ведь говорили не принимать, и тебе, и всем вампирским канонникам. – Аякс побагровел от злости. Он так сжал челюсти, что зубы противно скрипнули, вытираясь друг об друга. Неприятно.

– Да она и не поняла ничего.

– Ну конечно. Понадеемся на то, что вампиры глупые, конечно же.

Смешно. Нервный смех господина на секунду озадачил всех собравшихся. Он все еще молчал, не осуждая Мина, не пытаясь приструнить Аякса. Только медленно и величественно прохаживался от одной стены к другой, разглядывая фрески и пребывая в собственных мыслях. И этот скользкий смешок был первой выраженной эмоцией с того момента, как Мина притащили в комнату.

Не к добру.

Аякс нервно взъерошил волосы, стараясь не отвлекаться от проблемы в виде парня перед ним.

– Все, хватит. Тебе придется исчезнуть.

– Но как же…Завалить следующее тестирование?

– Тогда она точно поймет, что здесь что-то не чисто. И не только она, еще и вся остальная Инквизиция заинтересуется, а нам этого не нужно.

Аякс вздохнул, поднял взгляд к потолку и благоговейно прижал руку к сердцу:

– Всякому новому порядку придется растоптать старый. А для этого нужны жертвы. И стать одной из них – судьба, достойная уважения.

Он ведь действительно в это верил.

Мин не успел отреагировать, когда еще один удар прямо по затылку лишил его чувств. Аякс последовательно приложил пальцы правой руки к губам, к сердцу, затем ко лбу и произнес:

– Во славу чистого солнца.

Мужчина, оторвавшийся от созерцания фресок и наконец остановившийся прямо перед телом, тяжело и горестно вздохнул. Пряди рыжих волос упали на его плечо, когда он выжидательно и оценивающе склонил голову набок.

– Во славу чистого солнца. Но друг мой, ты слишком топорно работаешь.

– Господин Алукард…

– Не надо.

Не задумываясь, Алукард обошел распластавшее тело парня, легко наступая в местами разбрызганную от побоев кровь. Несколько раз цокнул языком и вновь покачал головой.

– Теперь что? Не потащим же мы его через половину Вавилона под землю…

– Простите, мой господин.

– Надо спрятать подальше. Сделаем вид, что он срочно уехал к родным в Удур.

– На это нужно разрешение его вампира.

– Его вампир отбывает в Карган. Питалась она вчера, значит за пару дней и не вспомнит. Злоупотреблять не в их породе. – недовольно поджал губы, осматривая пятна крови на каменном полу. – И приберись. Еще не хватало раскрыть себя из-за тупого придурка.

Сложил руки на груди, размышляя.

– Сколько еще человек из зверушек принимало?

– Семеро. Но их пока никто не подозревал.

– Пока. Если с одним возникла столь щекотливая ситуация, то и с другими может. Пусть в следующий раз каждый постарается добыть образцы крови своих вампиров. Не все сразу и по чуть-чуть. Мы должны проследить, есть ли хоть какой-то эффект. – Он исподлобья посмотрел на Аякса. – Надеюсь их всех не стоит учить, как соблазнить своего вампира и поиграть с ним в определенные игры?

– Нет, конечно.

– Чудно.

– Господин, – Аякс неуверенно переминался с ноги на ногу. – Будут распоряжения по их королю?

– Пока нет. Слишком рискованно сейчас что-либо затевать. Да и со вторым гораздо больше шансов. Хотя, этот третий отряд нам существенно осложняет ситуацию. Но пока придерживаемся плана. У нас еще полгода. А еще я бы с огромным удовольствием переговорил с тем человеком.

– Доран Дуэр?

– Да. Вызови его ко мне. Когда вампиры отбудут.

– Сюда?

Алукард смерил помощника оценивающим взглядом, явно выражавшем неодобрение и даже презрение к полному отсутствию элементарной сообразительности. Как вообще Аякс умудрился столько лет с ним продержаться? Наверное, потому, что не в пример сегодняшнему, обычно не задавал вопросов, а выполнял приказы подобно послушному псу. Им и был, в общем-то. И Алукарда это более чем устраивало. Он снисходительно улыбнулся, разъясняя помощнику очевидные любому младенцу истины:

– Конечно же нет. Официально, в магистрат. А пока придется терпеть кровососущих тварей, болтающихся по нашему городу. Как и всегда.

## Глава 7

При всем своем ужасном виде и состоянии, в сравнении с Новым Вавилоном Удур впечатлял размерами. Почти вдвое больше города вампиров и все равно слишком тесный. Жизнь под землей привносила в обыденность свои особенности. Дома здесь были редкостью, столь необычайно роскошной, что позволить их себе могли единицы. Большая часть жилищ представляли собой природные широкие колонны, изрешеченные окнами и овитые лестницами. Переброшенные между такими колоннами мосты складывались в паутины над улицами и площадями, ведущими к одному – станции прибытия каравана. Для живущих в нем людей город был почти что тюрьмой с единственным выходом через поезд. Когда наконец-то пришло понимание, что находиться на солнце люди больше не в силах, лишь старые подземные катакомбы и древние руины стали для них спасением.

И клеткой.

За прошедшие десятилетия люди сделали невероятно многое для восстановления своей цивилизации. Правда, столь же многое оказалось утеряно безвозвратно. Как технологии, так и те, кто мог бы их воссоздать. Привычный мир исчез, отбросив человечество в своем прогрессе на несколько веков назад. В хаосе беспорядочных попыток выжить, приспособиться и начать практически с нуля было единственным доступным решением.

Сохранившие себя вампиры, существовавшие с людьми бок о бок веками, могли лишь частично компенсировать утраченное. Ведь люди не обладали магией, такой привычной и свойственной вампирам.

Именно на магии сейчас держалось все в Новом Вавилоне. И тем не менее именно последние подвергались истреблению.

И все же Удур был по-своему удивителен и прекрасен. Здесь не было дворцов, что теперь лежали руинами на поверхности. Не было привычных для вампиров автомобилей, мотоциклов и прочих машин, используемых для охоты. И в целом сложившийся быт и культура чем-то напоминали то, что было свойственным людям в столетиях до технического прогресса. Лошади, паровые машины, по большей части работающие на заводных механизмах. Электричество максимально заменено на огонь, разжигаемый в стеклянных колбах. Ученые вампиров через несколько десятков лет после подписания великого договора сумели создать для людей стекла, пропускавшие совсем небольшую часть солнечного света. Теперь они накрывали отдельные сектора потолка подземного города. Но открывать их было разрешено только для прогрева и освещения тех скудных культур, что могли быть выращены здесь, под землей. Все еще слишком боялись перспективы превращения в чудовищ. Поэтому в городе практически всегда царил полумрак. И ярким пятном в нем горели огни большого рынка.

Большой рынок Удура был действительно большим, занимая почти пятую часть общей площади города, сочетая в себе полнейшие противоположности. Сюда караван поставлял товары, сюда приходил каждый житель. Сюда свозили оружие, изготавливаемое в рудниках.