# Морнингсайд

Юлия Обрывина

" – Город заброшен.

– Заброшен? О, нет. Город жив. И вскоре вы сами убедитесь в этом".

К врачу-психиатру попало дело загадочной и опасной пациентки. И он вынужден провести сеанс, чтобы уточнить причину ее расстройства.

Но что, если она пришла не за лечением, а за справедливостью?

1 часть мистического триллера с элементами детектива "Темный Сиэтл".

## Морнингсайд


Дисклеймер

Уважаемые читатели! Действия рассказа разворачиваются в придуманном автором городе Морнингсайд, по сюжету расположенном на северо-западе США.

Все события и персонажи вымышлены. Любые совпадения случайны.

## Глава 1


Фрэнк Морган


Кабинет главврача психиатрической клиники Фрэнка Моргана, г. Сиэтл.

19 апреля 2025 г. 9:00.


Запись в медицинской карте №4789

Пациент: Бе́ттани Лью́ис, 19 лет

Лечащий врач: нет

Предварительный диагноз: шизофрения (?)


Главврач открыл карту, чтобы в сотый раз перечитать историю болезни некоей Беттани Льюис, но никак не мог найти в ней саму болезнь. Лишь домыслы и показания семьи, не подтвержденные фактами.

Для пациентки с шизофренией она вела себя слишком разумно, и с тех пор, как попала в больницу, у нее не наблюдалось ни бреда, ни приступов агрессии из-за внутренних голосов, на которые жаловалась ее мать.

Словом, по всем признакам девушка была здорова. И, если бы от нее не отказались четыре лучших психиатра, а после, без объяснения причин, не уволились и покинули Сиэтл, Фрэнк бы выписал ее домой.

Теперь же ему пришлось разбираться с кучей нестыковок и главной проблемой в ее загадочной истории. Дело в том, что Беттани упорно молчала о событиях, которые предшествовали ее помещению в клинику. А Морган был слишком занят административной работой, так что поставил перед собой серьезную задачу. Он решил провести единственный сеанс, чтобы понять, куда отправить пациентку: домой или же на интенсивное лечение.

Встреча с Беттани началась, как обычно. Сначала в кабинет вошли две медсестры, по комплекции не больше самой пациентки, а затем подвели ее к креслу напротив врача. Женщины, в отличие от него, не видели в хрупкой девушке ничего пугающего, поэтому спокойно оставили ее в кабинете и вышли. А Фрэнк невольно замер, ощущая, как по спине бежит холодок.

Глаза Беттани казались неестественно блестящими, хотя она не принимала лекарств. Кожа была бледной, почти прозрачной, с едва заметным голубоватым оттенком. Длинные каштановые волосы, спутанные в колтуны, небрежно свисали с плеч, а на висках проступали темные вены, несвойственные девушкам ее возраста.

Когда пациентка села напротив врача, ее зрачки расширились, заполнив всю радужку, а затем сузились до крошечных точек. Движения были плавными, почти гипнотическими, словно она находилась не в кабинете, а в глубоком трансе.

“Итак, Беттани”, – начал Фрэнк, открыв папку с записями. – “Вы все еще слышите голоса?”.

Несколько секунд она молчала, явно наслаждаясь моментом его неведения, но вместо ответа врач услышал резкий скрежет по стеклу приоткрытого окна.

«Черт!» – прошептал он, вздрогнув от неожиданности.

Это была всего лишь ветка дерева, растущего рядом с клиникой, но она умудрилась создать очень неприятный звук, будто что-то острое хотело порезать стекло надвое. Кроме того, врач обратил внимание на сильный ветер, поднявшийся на улице, и с недоумением подошел к окну.

Утром он, как обычно, смотрел прогноз погоды, который не предвещал осадков и тем более бури. Лишь жару и небо без единого облачка. Однако, едва Беттани переступила порог кабинета, снаружи началось какое-то безумие.

Штормовой ветер, возникнув из ниоткуда, гнул деревья и бросал на прохожих сломанные ветки. Закручивал провода линий электропередач так туго, что те чудом удерживались на столбах. А дождь, обрушиваясь на город из черных туч, затапливал коллекторы и превращал дороги в бурные реки.

«Откуда взялась эта буря?» – подумал врач, закрыв окно. – «Может, я сошел с ума, но…мне нужно убедиться, что этого не было в прогнозе».

Взяв в руки телефон, Фрэнк сделал вид, что хочет позвонить кому-то, а сам быстро открыл новости и обомлел.

“Прогноз не изменился: солнце и жара. Судя по карте, в Сиэтле не должно быть ни облачка! Что тогда происходит?”, – спросил он про себя.

– Погода – явление непредсказуемое. Так, доктор? – наконец, произнесла Беттани, заметив смятение психиатра.

– Я бы хотел, чтобы вы рассказали о голосах, – максимально вежливо и профессионально продолжил он, вернувшись к пациентке.

Сдержать нарастающее напряжение ему помогла природная рассудительность и стремление найти всему логическое объяснение. Так что Фрэнк откинул все догадки, связанные с вмешательством паранормальных сил, и объяснил ошибку в прогнозе временным сбоем в сети.

Только пациентка не собиралась раскрывать врачу свои тайны и вновь задала вопрос, заставший его врасплох.

– У вас есть дети?

– Это не имеет отношения к делу, Беттани, – строго ответил он. – Давайте вернемся к вашему состоянию. Откуда появились эти голоса?

– Расскажите мне о них, – не слыша просьбы психиатра, продолжила Беттани, неестественно склонив голову набок. – Как их зовут, какие они?

– Их двое, сын и дочь, – желая наладить контакт, наконец ответил Фрэнк и постарался снова вернуться к разговору о болезни пациентки: – Теперь вы ответите?

– Голоса начались с поездки в Мо́рнингсайд, – произнесла она почти шепотом, но отчего-то ее собственный голос, отражаясь от стен, превратился в неприятный писклявый крик, заставив мужчину прикрыть уши.

Конечно, это не помогло избавиться от ужасного вопля, но немного приглушило его, оставив Моргану возможность думать и слышать собственные мысли.

«Как такое возможно?» – вопрошал он, чувствуя, как каждый жест и взгляд Беттани ввергает его в оцепенение. – «За годы практики я видел много пугающих вещей. Но чтобы вместо обычной беседы с набором стандартных вопросов собирать в кулак волю и мечтать поскорее сбежать…Такое случилось впервые».

– Насколько я знаю, этот город заброшен, – тихо продолжил Фрэнк, дождавшись, когда в голове начнет стихать гомон, и сразу же вздрогнул от резкого стука.

«Проклятье», – пробурчал он, глядя на дверь за спиной пациентки.

Он точно знал, что она не открывалась, а соседние располагались слишком далеко от кабинета Моргана, чтоб издать такой шум. Но доводы логики вновь оказались сильнее очередной галлюцинации, и дабы избавиться от сомнений, Фрэнк подошел к двери и запер ее своим ключом.

При виде очередного бессмысленного действия врача, что, поддавшись манипуляции Беттани, начал сходить с ума, девушка едко усмехнулась.

И в этой усмешке не было ничего человеческого.

– Заброшен? О, нет. Город жив. И вскоре вы сами убедитесь в этом, – сказала пациентка и продолжила допытываться: – Как зовут ваших детей?

– Почему вас это так интересует? – спросил Фрэнк, теребя край папки с историей ее болезни.

– А почему вас интересуют голоса?

– Потому что я ваш врач, но до сих пор вы не сказали ни слова о них.

– Потому что никто из ваших коллег не отвечал мне, – в пику доводам психиатра произнесла Беттани.

Поняв, что девушка не намерена говорить больше, чем того хочет, Морган задумался. Он не хотел растягивать сеанс надолго, ведь после его ждали неотложные дела. Поэтому он решил пойти самым простым путем и вновь попытаться установить прочный эмоциональный контакт с девушкой.

– Хорошо, Беттани. Их зовут Миа и Ко́ул, – стирая пот со лба, вызванный ее дерзким взглядом, протянул он.

– Коул… Красивое имя, – на удивление нежным и радостным тоном ответила она, наконец, скрыв напор и желание обескуражить Фрэнка. Однако ее спокойствие продлилось не более минуты, а затем девушка снова изменилась в лице и продолжила: – Моего парня звали так же.

– Вы знаете, где ваши друзья и ваш…парень? Ваши показания могли бы помочь полиции найти их.

– Они исчезли.

– В Морнингсайде? – предположил врач. – Так, что же там случилось, Беттани? Расскажите. Вам сразу станет легче.

«Бах!» – очередной стук двери прервал их разговор. Но в этот раз его дополнили вполне физические вещи, которым врач больше не мог найти рационального объяснения.

Дверь, словно живая, начала открываться сама по себе, неистово хлопая о проем и с еще большей скоростью распахиваясь. При этом ручка оставалась неподвижной, а на пороге не было ни намека на чье-либо присутствие.

Заметив искаженное ужасом лицо Моргана, девушка расхохоталась, и ее смех быстро заполнил все пространство кабинета. В нем угадывались нотки десятка голосов: мужских, женских и даже детских, что, сливаясь в единый хор, вызывали волну мурашек по телу мужчины. Свежий воздух, проникающий с улицы, вмиг превратился в удушливый и тяжелый, будто кабинет наполнила вода. А Беттани, насладившись всей палитрой страха и смятения Фрэнка, продолжила нагнетать:

“Слишком поздно. Даже вам не под силу остановить то, что уже началось. Но я расскажу, как это было”.

«Ай! Какого хрена?» – без стеснения вскрикнул врач, почувствовав на шее нечто похожее на когти. Только обернувшись, никого не увидел и снова устремил испуганный взгляд на пациентку, размышляя: «Там точно кто-то был! Я знаю! Но как это возможно в век технологий и науки…Как она это делает? Или же это не она?

## Глава 2


Беттани


6 месяцев назад.

5 автомагистраль, ведущая на север штата.

Пятница. 18 октября 2024 года.


Сиэтл остался далеко позади, и вскоре мы свернули на узкую дорогу, ведущую к Морнингсайд. Коул, мой парень, с которым мы встречались с первого курса колледжа, вел машину, а я до хруста выкручивала пальцы, потому что сильно нервничала.

Еще бы! Кто в здравом уме согласился бы на столь безрассудную затею, как провести выходные в какой-то заброшке? Видимо, я была не в себе, когда Элис прислала мне сообщение утром, вот и не смогла отказать.


“Я со знакомой парочкой еду в Морнингсайд на пару дней. Говорят, там реально жуткий дом. Ты с нами?” – гласило смс от подруги.


“Конечно”, – ответила я и снова легла спать, и только спустя час беспрерывных ерзаний поняла, какую глупость сделала.


Только было уже поздно, потому что Элис рассказала об этом Коулу, и тот уже обрывал телефон восторженными сообщениями.

Обычно я старалась держаться подальше от всего, что так любят показывать в фильмах ужасов. И вот…оказалась в старенькой Тойоте, что могла заглохнуть в самый неподходящий момент.

“Может, развернемся?” – в который раз спросила я, глядя на накрапывающий дождь и мрачные деревья, мелькающие за окном. – “У нас впереди целая неделя учебы, а мы тратим выходные на ночевку в каком-то дурацком старом доме”.

В ответ Коул лишь усмехнулся, сдвинув темные брови, продолжил внимательно следить за дорогой.

Вообще-то, его серьезность и высмеивание таких ситуаций всегда приободряли меня. Даже просмотры страшилок с ним превращались в фестиваль комедий, но тогда его оптимизм не принес мне ничего, кроме еще большего страха. Ведь я точно знала, как Коул ведет себя в такие моменты. Поэтому быстро догадалась, что он явно нервничал, просто не хотел показывать слабость.

Конечно, как мог чего-то бояться капитан команды по регби! Он и меня-то выбрал, потому что мы знакомы с самого детства. А так, скорее всего, отрывался бы с очередной популярной блондинкой где-нибудь в Майами-бич.

– Детка, ты такая сексуальная, когда нервничаешь, – прервав тишину, издевался он, но заметив мой хмурый взгляд, добавил: – Да ладно тебе. Будет весело. Свежий воздух, неплохая компания и немного адреналина. Тебе нужно развеяться, а не сидеть над учебниками дни напролет.

– И ты знаешь тех двоих?

– Более менее. Джош – нападающий нашей футбольной команды. Заносчивый придурок, конечно, но с ним хотя бы не скучно. Мы учимся в параллели, и приходится часто пересекаться на занятиях. А Мишель – типичная тусовщица и черлидерша.

– Прекрасно…Спортсмены и их вечные спутницы. Что я здесь забыла?

– Не будь занудой, – со смехом вздохнул он, но наш забавный разговор быстро сошел на “нет” от одного лишь взгляда на череду дорожных знаков, появляющихся из темноты.

“До Морнингсайда 15 миль” – гласил один из них, но эта выцветшая надпись выглядела не как приглашение, а как насмешка, потому что под ней кто-то безумно остроумный нарисовал череп с костями.

“Очень обнадеживающе…”,– пробурчала я, пытаясь найти другую тему для разговора, только бы прервать давящую тишину.

Вероятно, Коул хотел того же и включил радио. Только звуки металла и дикого вопля, что резко ворвались в салон, совсем не способствовали спокойствию.


“Я убью тебя и снова воскрешу, потому что ты только моя…” – орал вокалист.


От этой сумасшедшей симфонии я вздрогнула и потянулась к переключателю, в то время как мой спутник ограничился коротким:

– Черт! Прости, детка, я не специально.

– Богом клянусь, если еще что-то произойдет, я побегу отсюда на своих двоих!

– Ничего не будет, – успокаивал Коул, притормозив у обочины. – Мы просто мирно проведем время в сельском колорите, а если тебе не понравится там, уедем и остаток выходных проваляемся в постели. Идет?

– Обещаешь? – спросила я, зарывшись лицом в ворот его куртки.

– Конечно. Мне меньше всего нужно, чтобы ты сходила с ума по пустякам, – ответил он и снова вырулил на трассу.

Чтоб прийти в себя, я откинулась на кресло, надела наушники и включила на планшете расслабляющую музыку. А заодно постаралась не искать в темноте силуэты чудовищ, мертвецов и всего такого.

Правда, моей выдержки хватило на сорок минут, пока за окном не начали мелькать заброшенные фермы, покосившиеся заборы и старые рекламные щиты с выцветшими надписями.

Это был какой-то мазохизм, но я не могла отвернуться и, как завороженная провожала взглядом тонущий в грязи город. В котором, казалось, даже время остановилось.

– Телефон! – резко вскрикнул Коул, чтобы вернуть меня в реальность.

– Кто это может быть? – спросила я и, покрываясь мурашками, начала искать мобильник в рюкзаке, только не могла найти его.

Его звук, становясь все громче и противнее, угрожал оставить нас обоих без слуха, а вскоре начал орать так, что та песня по радио в сравнении с его сигналом оказалась рок-балладой.

– Черт, Бэт! Ты достанешь его или нет? – раздраженно вскрикнул Коул.

– Я ищу, но не…– замялась я, увидев, как на экране магнитолы загорелось название радио “Рок”.


“Это дорога в ад, и скоро я буду там жариться вместе с кучей чертей и наслаждаться своей смертью…”