# Лиз на краю вселенной

Анжела Гордо

Эта отдельная ветвь сериала "Аня и другие звери" следующая за книгой "Тайна Нефритовой жемчужины – начало". Лиз – профессор артефактор, ставшая известной благодаря чужим открытиям. Она не гнушалась красть идеи коллег, прикрываясь своим положением, и годами жила за счёт ума и ресурсов талантливого любовника. Но когда он бросил её и вернулся к жене, Лиз решила отомстить: спланировала авантюру, наняла пиратов и устроила катастрофу в океане, чтобы отобрать у него магический артефакт. Всё пошло не по плану – вместо победы она оказалась с наёмниками в ином мире, полном древней магии, нестабильных порталов и смертельных тайн. Теперь, лишённая старых схем и поддержки, Лиз вынуждена выживать – используя, наконец, не чужие, а собственные знания и талант. Второй шанс – и последнее испытание.

## Глава 1

Магия прямо по курсу

https://www.youtube.com/@AngelaGordo-fantasy

Авторская озвучка по главам и визуальзация героев

https://youtu.be/OeuaMmEjbT8?si=lRNsFdVMIVDM64Fp

Земля – мир в котором вы живете. Вы думаете она ваша? Ошибаетесь.

Понастроили города из стекла и бетона, напридумывали гаджеты,

манипулирующими жизнями целых народов, – это всего лишь

иллюзия контроля.

Думаете, как спасти планету?

Не думайте. Вы здесь ничего не решаете.

Нагадили, за вами приберут. За вами или после вас. Для планеты не

имеет значения. Не вы первые, не вы последние. Свято место – пусто

не бывает. Цивилизаций было как минимум семь. Вот и думайте. Как

они зарождаются.

Кому принадлежат планеты? Кто для нас боги?

Вас окружают существа в которых вы не верите. Они ходят среди вас,

носят вашу одежду, улыбаются вам в ответ, но не обманывайтесь —

они другие. сильнее, умнее, опаснее. Случайное попадание в

аномальную зону, и ты уже на другой планете. Упс.


Воронка


Яростный ветер выл как стая голодных волков. Катамаран лихорадило, как в центрифуге крутой стиралки. Я вцепилась в поручень так сильно, что пальцы свело, будто проклятие “паралич” словила.

– Держитесь, криворукие! – заорала я, перекрикивая ветер.

Четверо пиратов, сопровождавших меня в этой свистопляске на воде, цеплялись за всё подряд – за мачты, за тросы, друг за друга. На лицах ужас и еще что-то, будто их по пьяни записались на курсы младших демонов.

Они явно на такое не подписывались.

Хотя, если уж на то пошло – я тоже.

Небо перед нами пошло волнами, как желе. Свет дернулся, закручиваясь в спирали, будто кто-то нацепил LSD на линзу реальности. Катамаран несло в воронку – огромную, светящуюся, и пугающе беззвучную.

– Мы все умрём?! – завопил один из пиратов, ловя сумку с боеприпасами. Он не успел ее бросить в специальный ящик. На палубе где все прикручено. Дилетант. Благо дело, магические боеприпасы не взрываются сами по себе.

Я промолчала. Внутри вопил голос: «Беги!» – но куда ты побежишь с лодки в океане, гений?

Катамаран дёрнулся. Воронка сожрала небо. Всё замерло. Воздух исчез. Я вдохнула – и не получила ничего. Лёгкие сжались.

Секунда – и мы провалились в пустоту.

Мир, в котором мы были, исчез, как сахар в горячем кофе. Без следа.

Я кричала. Осознала это только когда сел голос. Свет прожёг глаза, и в голове будто кто-то включил вспышку боли.

А потом – тишина. Странная. Тягучая.

Почему я говорю это сейчас, и вслух? Потому что я сейчас одна в камере, и ситуация действительности вывернута настолько, что мой мозг отказывается принимать реальность.

От меня осталась только память. Я и есть память.

Только это связывает меня с моей сущностью, с моим сознанием.

И если я забуду – не будет и меня. Расстворюсь в чужеродном теле. Соберись, Лиз. Так, что было дальше. Ах, да.

Я открыла глаза – и реальность поплыла на второй круг. Всё вокруг стало неправдоподобно красивым. Подозрительно, показушно, до тошноты красиво.

Катамаран качался на волнах перламутрового моря. Небо сверху переливалось – сиреневое, золотистое, аквамариновое. Вдалеке – остров, густо заросший деревьями и сияющий как в рекламе «отдыха мечты за чужой счёт».

Пираты начали шевелиться. Выглядели так, будто только что пережили катастрофу на аттракционе «Американские горки. Версия “Ад”». Ах, да. Именно это мы и пережили.

– Это что, рай? Или очень стильный ад? – простонал кто-то.

Я стиснула зубы, поднялась и огляделась. «Анна» – яхты, за которой мы гнались – не было.

Ни искры, ни паруса.

– Рай, ад… какая разница. Страховка с возвратом у нас всё равно не предусмотрена, – пробормотала я вслух, на автомате.

Катамаран теперь мирно покачивался, как будто всё происходящее – обычная пятница. Сквозь идеально прозрачную воду видно кораллы и… что-то. Движущееся. Большое.

– Ну что, все живы? – спросил Йенс.

– Если не считать разбитую мечту о пенсии в тепле, то нормально, – отозвался Стилет. Худой, вечно на грани нервного срыва довольно молодой парнишка. И, как ни странно, пока ещё вменяемый.

– Ты бы лучше осмотрелся, а не стонал, – буркнул капитан Йенс, поправляя волосы, которые теперь напоминали взрыв на макаронной фабрике.

– Осматриваться тут надо с молитвой. Или хотя бы с просьбой к местным богам, – добавил Тану, поднимая бинокль.

Я выдохнула и попыталась собраться. Голова кружится, мутит, голос сорван. Но лекций тут всё равно не планируется – можно и без голоса. Гораздо хуже то, что моё эго снова влезло туда, куда не следовало.

Вот воистину – не рой другому яму, особенно если этот другой твой бывший.

Интересно, Алекс и его команда на “Анна ” тоже попали сюда? Или проскочили воронку и спокойно пошли ужинать где-нибудь в Индийском океане?

Но сейчас не об этом.

Я на тридцати метровом катамаране "Гарсия"с пиратами, которых пару дней назад наняла ради грабежа. Объект – яхта «Анна». На борту – Александр Орлов, профессор артефакторики, бывший любовник и один из тех людей, чьи гениальные идеи почему-то всегда заканчиваются смертельной опасностью для окружающих. Уточнение: я – окружающие.

А пираты, хоть и двадцать первого века, все равно – проблема номер один. Пока.

Тану, флегматичный техник, то ли филлипинец, то ли с соседних богом забытых островов, проверял судно. Судя по всему он – шаман.

Я присела у борта, всматриваясь в горизонт. Пейзаж до безобразия идеален: гладкая вода, вспышки света под ней, странная тишина – та самая, которая обычно бывает в фильмах, перед тем как всех сожрут. Старые, добрые фильмы, которые смотришь сидя на диване с бутербродом в руке, а не те в которых ты главный персонаж.

Думать приходилось быстро. В этой каше из магии и неизвестности командовать должен тот, у кого хотя бы есть знания о магии. Но и голос. А у меня голос пока что в отпуске. А про мои знания здесь не в курсе.

Я – не капитан. Не член команды. Меня спокойно могут выбросить за борт. Если я не стану полезной. Поэтому включаю полезность на 70 процентов и шепчу себе под нос, но так чтобы меня слышали.

– Для начала – надо узнать, можно ли причалить к этому острову. И желательно – не прямо в пасть к местному чудищу.

Йенс, скрипя зубами, уткнулся в приборы. Реплику мою принял легко. Без вопросов. Даже не попытался поставить меня на место. Это хорошо. Значит, или смирился, или уже начал считать меня полезной. Обоюдно выгодный прогресс.

– Это точно не Индийский океан. Компас крутится, как мой мозг на таможенном досмотре, – пробормотал он.

Я подошла к краю. Снизу вспыхивали кораллы – слишком яркие, чтобы быть естественными для нашего мира. Слишком упорядоченные. Они расположены, как огни на взлетной полосе, как будто их сажали по линейке и светились они как по команде, или по датчикам движения.

– Красиво… подозрительно красиво, – проворчал Стилет, тянущейся к ножу. У него на всё один ответ – сталь и подозрение. В какой-то момент это даже успокаивает.

Йенс вскинул голову. И прямо посмотрел мне в глаза:

– Ты тут вообще была заказчиком лёгкой и быстрой работёнки! Так что объясняй, куда нас занесло!

Меня тряхнуло от капитанского тона и пронзительного взгляда темно-карих глаз, как от прохудившегося электропровода. Но я включила режим «преподаватель начальных классов, столкнувшийся с идиотизмом родителя на собрании», спокойно выдохнула застрявший в груди воздух и медленно, но жестко произнесла:

– Сейчас мы все в одной лодке. Буквально. И нужны друг другу, чтобы выжить.

Тану и Каи переглянулись. Первый раз за весь день – без подколов. Полностью со мной согласны. Приятно, когда разум преобладает над эмоциями, хоть и ненадолго.

– И что делать? – спросил Тану.

– К острову. Может, найдём местный Wi-Fi. Или хотя бы стикер на карте "Вы здесь", – буркнул Йенс.

Каи, всё это время глядевший за борт, внезапно побледнел.

– Э-э… Капитан. А нормально, что под нами проползло что-то размером с парковку супермаркета?

Все резко посмотрели вниз. Под катамараном, в идеально прозрачной воде, скользнула тень. Огромная. Без формы. Без логики. Просто… масса.

Катамаран вздрогнул, будто его тронул кто-то снизу.

– К острову! – взревел Йенс, крутя штурвал.

Тану подключил магические ускорители.

Круто подкована эта посудина!

Оснащение катамарана на миллион долларов потянет. А учитывая, что

капитан и есть владелец, то куда мог вляпаться этот богатенький латинос, что нанялся на откровенный грабеж, за не самые большие денежки, остается большой загадкой.

Судно рвануло вперёд. За кормой начал подниматься туман. Он не полз – он кипел. Словно сама вода испарялась, глядя на то, что внутри него ползёт.

Я, не готовая к манёвру, вцепилась в трос. Катамаран качнуло, и я чуть не ушла в воду. Капитан выпустил пару торпед.

Мой мозг пошел на перезагрузку. А руки не сдавались, и держались молодцом, за какой-то трос.

В этом мире я пока щепка. Костяшка на бурлящей лаве. И единственное, что меня держит – привычка не сдаваться.

Остров приближался.

И он был идеален. Чересчур. Пляж, деревья, дымка над листвой… прямо открытка. Всё красиво, как будто нарисовано для какого-то магического Airbnb. И это не радовало. Красота без меры – почти всегда ловушка.

Катамаран шёл ровно, уверенно… пока не врезался. Мягко, но глухо. В ничто.

– Что за фигня?! – выдохнул Каи.

Перед самым носом вспыхнули тонкие радужные линии. Они запульсировали в воздухе, как в мыльном пузыре, и снова исчезли. Волны разбивались о невидимую стену. Мы – снаружи. И, похоже, это было не «добро пожаловать».


Как обмануть барьер


Катамаран дрейфовал у самого берега, беспомощно подпрыгивая на волнах, как резиновая уточка в джакузи. Прямо перед нами в воздухе мерцала невидимая стена, периодически вспыхивая радужными разводами.

– Ну супер. Стена – невидимая, вода – подозрительная, кто-то под нами скребётся… Осталось только объявить конкурс на самое быстрое утопление года, – мрачно сказал Йенс, хлопая по штурвалу.

Стилет тем временем прищурился, вытащил нож и осторожно ткнул им в воздух. От барьера пошла рябь, а Стилет едва не выронил нож от лёгкого удара тока.

– Опа! Живая. Кто следующий желает получить по лапам? – сказал он, встряхивая рукой.

– Ты ещё языком попробуй. Может, барьер на вкус определится, – буркнул Каи, держа бинокль наготове.

Я стояла в стороне, задумчиво прикусывая губу и изучая узоры, проступающие на стене.

– Это рунический барьер. Очень закрученный. И очень… вредный, – наконец сказала я вслух.

– Как моя бывшая. Только её можно было послать. А стену, судя по всему, нет, – мрачно хмыкнул Йенс.

Тану, всё это время молча проверявший содержимое ящика с инструментами, поднял бровь:

– Ну, технически, если сильно постараться, можно попробовать штурмовать.

Я почувствовала себя на работе с нерадивым студентом и смерила его тяжёлым взглядом.

– Технически – тогда нас спечёт на месте, и наш катамаран превратится в плавучую жаровню.

– Значит, штурм отменяется, – быстро согласился Стилет, пятясь подальше от барьера.

Я, не обращая на них внимания, достала из рюкзака небольшой кристалл – тот самый светящийся накопитель магии, что хранился у меня десять лет для подтверждения магии уровня РА и нелегальных махинаций моего бывшего. Кристалл мерцал в моей ладони, словно живой, подтверждая свою силу.

– Запрограммировать кристалл на разрешённый вход… Это как взломать электронный замок. Только замок непонятный и абсолютно чуждый моему мышлению, – пробормотала я себе под нос.

Я достала пустой кристалл-заготовку и приступила к загадке.

Йенс скрестил руки на груди.

– Лиз, скажи честно. Зачем тебе нужна была гонка за яхтой и пиратство, если ты профессор артефакторики?

Я горько усмехнулась.

– Это уже не важно. Здесь есть магия, а у меня есть знания. Так что… шансы у нас есть.

– И какие? – осторожно спросил Каи.

– Где-то между "сломать ноготь" и "оторвать ногу на мине", – весело отозвалась я и присела у края катамарана. Интересно, чёрт возьми.

Я начертила первый символ и влила в пустышку кроху магической энергии. Затем – руну, способную улавливать электромагнитные волны широкого спектра. Почувствовала, как рабочий кристалл начал нагреваться и менять внутреннюю структуру.

У меня вспотели руки.

Я мысленно представила маг-монитор, который прихватила с работы. Со второй работы – которая в АЗС. Выудила его из рюкзака и подключила рабочий кристалл.

Вот! На мониторе выплыла формула защитной сети этого барьера. Я вписала стандартную формулу входа.

Кристалл вспыхнул мягким голубым светом. Волны магии скользнули по барьеру, но тот упрямо дрожал, как капризный ребёнок на морозе.

– Он не хочет нас пускать, – сообщил Стилет, как будто это не было очевидно.

– Спасибо, капитан Очевидность, – буркнула я. – Сейчас попробуем подкупить.

Я начала нашёптывать кристаллу команды, вплетая в них особые рунические формулы. Магический кристалл дрожал в моих руках, словно собака, учуявшая пирожок.

Йенс подошёл ближе, наблюдая.

– Ты хоть понимаешь, что делаешь? – спросил он с сомнением.

– Конечно. Теоретически. Но даже магической программе требуется время, чтобы код прижился и воспринимался как родной, – не моргнув, ответила я.

В этот момент кристалл дёрнулся, вспыхнул ярче и выпустил вперёд тонкую струйку света. Она ткнулась в одну из рун на барьере – и та дрогнула.

Все застыли.

– Сейчас будет ба-бах? – прошептал Стилет.

– Надеюсь, нет, – ответила я, облизывая пересохшие губы.

– Все назад! – скомандовал капитан.

– Но если будет – держитесь крепче. Или прощайтесь, – добавила я машинально.

На наших глазах руны на барьере начали медленно менять цвет – от ядовито-зелёного к мягкому синему.

Я стиснула кристалл обеими руками и, словно на переговорах с особенно вредным охранником на концерте Мадонны, добавила последние штрихи.

Щелчок.

Шорох.

И барьер перед нами будто растворился, открывая проход к пляжу.

– Та-дам, – слабо выдохнула я и спрятала кристаллы обратно в рюкзак.

– Добро пожаловать на остров. Входим в бухту скорее. Я не знаю, как долго продержится брешь в защитном барьере.

Йенс первым схватил багор и осторожно потянул катамаран к берегу.

– Если ещё раз скажешь, что почти ничего не знаешь, я тебя лично брошу в воду. На перекус местным монстрам, – проворчал он, но в голосе слышалась уважительная нотка.

Стилет, посматривая на пляж, мрачно добавил:

– Ставлю сто баксов, что нас тут тоже никто не ждал. Ну, кроме крокодилов-мутантов, может.

Я ухмыльнулась:

– Сто баксов на то, что они нам здесь вряд ли понадобятся.

Катамаран медленно вошёл в лагуну.


## Глава 2

Остров


Катамаран осторожно ткнулся носом в песок.

– Ну, с почином. Воняет влажностью, неприятностями и чьим-то испорченным настроением, – буркнул Йенс, перепрыгивая на берег и мрачно осматривая округу.

Я подтянула рюкзак на плечо и последовала за ним. В голове шёл серьёзный мыслительный процесс: сколько у меня ещё осталось кристаллов-накопителей с магией «А-спирали»? Понятно, что самый большой – следы былой роскоши на чёрный день. Но есть и обыкновенные. То, что покупала сама, и то, что выдавали на разных работах. По идее, я довольно богатая дамочка.

Стилет шлёпнулся в воду по щиколотку и с выражением глубокой трагедии выпрыгнул на берег.

– Отличное начало. Осталось только встретить аборигенов-людоедов – и день можно считать удачным, – пробормотал он, стряхивая со штанов песок и водоросли.

– Если встретишь – улыбайся и притворяйся десертом. Тогда проживёшь чуточку дольше, – подбодрил его Каи, выползая из катамарана чуть более элегантно.

Йенс хохотнул.

Тану, как обычно, молча проверил берег на предмет явных угроз и лишь после этого ступил на песок.

Остров моей мечты выглядел шикарно. Ослепительно белый песок, гигантские деревья, обвитые лианами, цветы, словно подсвеченные изнутри… И абсолютная, почти неестественная тишина.

– Слишком тихо, – Йенс вглядывался в заросли, словно ожидал, что они сейчас сами на нас набросятся.

– Может, мы первые туристы за последние… тысячу лет? – предположил Каи, приподнимая бровь.

– Или последние, – равнодушно добавил Тану.

Я опустилась на колени у самой воды и провела пальцами по влажному песку. Магия здесь ощущалась густо, тягуче – словно остров дышал ею.

– Это место силы. Странное. И… что-то мне напоминает, – тихо сказала я.

Стилет, вооружившись тонкой палочкой, осторожно ткнул в ближайший куст. Куст угрожающе зашипел и попытался укусить его.

– Отлично. Тут даже зелень пытается меня сожрать. В следующий раз я останусь дома и займусь вязанием! – отступил Стилет.

– Тебе бы не помогло. С твоим везением, свитер тебя тоже сожрал бы, – скривился Йенс.

Каи поднял бинокль и нахмурился:

– В зарослях кто-то шевелится.

– Великолепно. А у нас – два ножа, одна магичка с хитрым рюкзаком и непоколебимая вера в чудеса. Что может пойти не так? – мрачно заметил Йенс.

– Всё, – бодро поддержал его Стилет.

– Пора двигаться, пока нас не сожрали. Лиз, что скажешь? – спокойно предложил Тану.

Я поднялась, отряхивая ладони:

– План есть. Держимся вместе, идём медленно. Ничего не трогаем – особенно то, что шипит, светится или шевелится. И не бегаем. Даже если увидим что-то странное. Здесь могут быть ловушки и такие, что экзамены на боевое отделение в АЗС – прогулкой в зоопарк покажутся.

– То есть бегать нельзя вообще? – уточнил Стилет с лёгкой паникой.

– Можно, – кивнула я. – Но недолго. Тут, если начнёшь бежать, скорее всего, добежишь прямо в портал… или в пасть крокожука какого-нибудь.

Стилет побледнел:

– Я буду ползти. Медленно. И молча.

Я едва заметно усмехнулась.

Катамаран остался позади.

Мы углубились в джунгли – напряжённые, сосредоточенные, остро ощущающие каждое движение.

Йенс шёл первым, багор наперевес. За ним – я, проверяя ауру местности. Далее – Каи с биноклем. Затем Стилет, крадущийся так, будто ожидал, что кусты вот-вот схватят его за штанину. И замыкал строй Тану с вечной миной: «я вас всех предупреждал».

Джунгли встречали нас влажным воздухом, густыми ароматами странных цветов и зловещим щебетом, от которого хотелось красться на цыпочках.

Где-то впереди вспыхнули синие огоньки.

– Это нормально? – шёпотом спросил Стилет.

– Если они не начнут петь и предлагать подписать контракт кровью – вполне, – ответила я тем же тоном.

Шутка слегка разрядила обстановку. Команда встряхнулась и продолжила путь, внимательно осматривая всё вокруг.

Мы вступили на территорию, где каждый шаг мог стать последним… или первым – на пути к тайнам, которые лучше было бы не трогать.


## Глава 3

Следы цивилизации


Джунгли сгущались вокруг, словно нарочно затягивая нас всё глубже. Воздух здесь был вязкий, плотный, наполненный запахами мокрой травы, цветочных ядов и чего-то… знакомого. Старого, древнего, как наша земля.

Йенс шёл первым, аккуратно расталкивая заросли багром.

– Кто придумал идти напрямик через джунгли? Я тут уже три раза запутался в собственной рубашке, – ворчал он.

– Ты сам сказал "вперёд" с таким вдохновением, что мы даже не стали спорить, – невинно отозвался Каи.

Стилет где-то сбоку тихо матерился, цепляясь за каждую лиану.

Я замедлила шаг, чувствуя, как магия в воздухе сгущается, словно подступающая буря.

И вот, наконец, перед ними расступились кусты – и открылся вид.

На небольшом холме возвышались древние руины: полуобвалившиеся каменные арки, поросшие мхом лестницы, и странные плиты, покрытые полустёртыми рунами, вросшие в землю.

– Вот это находочка, – пробормотал Тану, оглядываясь с осторожностью.

– Ага. В таких местах обычно находят два варианта: древние сокровища… или очень древние проблемы – протянул Стилет.

– Лично я ставлю на оба варианта, – буркнул Йенс.

Я подошла ближе, присев возле одной из плит. Руны на ней были необычные – сложные переплетения символов, местами будто переплавленные между собой. Скорее всего синеватые искры, что просматривались сквозь чащу, шли именно от сюда.

– Это место…тоже защищено. Система безопасности. И, скорее всего, до сих пор рабочая, – сказала я тихо.

Голосовые связки еще не пришли в норму, после перехода. Но сил здесь прибавляется с каждым шагом. Бедные наши магические каналы, жившие в среде с отсутствием магии, словно вздохнули и начали постепенно насыщаться живительной магией. Приятно.

Стилет обошёл арку и, не удержавшись, ткнул в стену пальцем.

Щёлк.

Вся команда одновременно замерла.

– Ты только что активировал ловушку, да? – почти спокойно спросил Йенс, не оборачиваясь.

– Ну… – протянул Стилет, отдёргивая руку. – Может быть. Чуть-чуть.

– Чуть-чуть? Это как? Ты хотел умереть только наполовину?

Плиты под ногами дрогнули. С тихим шорохом из земли начали подниматься тонкие каменные шпили, расставляя странную сеть вокруг руин.

– Я хотел просто посмотреть! – оправдывался Стилет, пятясь. – На всех раскопках трогают, между прочим!

– А потом, в лучшем случае, откапывают, – сухо заметил Тану.

Я уже стояла на коленях перед центральной плитой, спеша прочитать активированные руны.

– Тихо все! Ловушка на проникновение! – рявкнула я.

– А варианты "назад" или "пожалуйста, не убивайте нас" имеются? – поинтересовался Стилет, озираясь на растущую вокруг стену из шпилей.

– Теоретически – есть, – кивнула я, хмурясь. – Практически – поздно.

Каи прищурился:

– А у нас вообще есть план "Б"?

– Бежать по прямой и орать, – предложил Йенс.

– Без шансов. Если рванём – нас накроет барьером. Мы внутри защитного круга. Выход – только через активную точку. А её ещё надо найти, – отрезала я, коротко взглянув на них.

Стилет осторожно поднял руку:

– Можно мне сразу начать орать?

– Только внутрь себя, – огрызнулась я, не отрываясь от рун.

Магия места буквально давила – тяжёлая, как надвигающаяся гроза.

– Значит так. Мне нужно минут десять. Не двигайтесь. Не шумите. И… – я метнула взгляд на Стилета, – не трогайте больше ничего, – резко сказала я.

– Клянусь своей коллекцией плащей, что даже не моргну, – поспешно заверил он.

– Это ж надо – у кого-то есть коллекция плащей, – пробормотал Йенс, качая головой.

Мы сгрудилась ближе, напряжённо наблюдая, как я, ловко управляя магией, аккуратно переписываю руны в блокнот.

Время тянулось.

Что-то шевельнулось. И где-то, совсем недалеко, в тенях руин…


## Глава 4

Гости бывают разные


Руны на плите вспыхивали всё ярче. Я спешно переписывала формулы, ощущая, как пространство вокруг начинает дрожать.

– Почти… почти… – шептала я.

– А если не почти? – нервно спросил Стилет.

– Тогда всем нам почти конец, – невозмутимо ответила я.

Последний символ занял своё место. Руны ослепительно сверкнули – и в воздухе перед нами разошлась трещина.

Из неё полезли трое.

Первый – гигантский фиолетовый моллюск в гавайской рубашке.

Второй – ходячий пылесос с глазами на стебельках.

Третий – пушисто-колючее, серо-зелёное чудо с восемью лапами и странной ухмылкой на весь рот.

И все трое были настроены… слишком бодро.

Я могу быть смелой, безбашенной и рисковой – в пределах разумного. Я сразу оценила риски и приняла самое оптимальное решение: взвизгнула от неожиданности и побежала искать укрытие.

Фиолетовый моллюск взвизгнул на похожий манер и, не раздумывая, вытащил что-то вроде мегафона, который мигом превратился в генератор цветной пены. Он навёл его на нашу группу и нажал кнопку.

Первая же струя снесла Стилета с ног, облепив его с головы до пят. Тот завопил что-то нечленораздельное, барахтаясь в густой липкой массе.

Йенс среагировал мгновенно: рванулся вперёд, выхватил свой багор и, как заправский абордажник, снёс пылесосоподобного пришельца ударом в бок.

– Добро пожаловать на Землю, гады! – рявкнул он. – Каи! Тану! Быстро!

Каи попытался обойти моллюска сбоку, но тот, не растерявшись, выплюнул в него желеобразный пузырь. Каи едва успел увернуться и, спасая честь экипажа, засадил моллюску по щупальцу палкой.

Пушистик тем временем ловко прыгал вокруг, выплёвывая липкие синие шары, которые при контакте взрывались хлопком и густым дымом.

– Похоже, они не за дружеским чаепитием пришли! – шепнула себе под нос, прячась за каменной глыбой.

– А кто бы сомневался! – буркнул Йенс, отбиваясь багром от очередной порции слизи.

Надо же у него слух! Может оборотень? Надо будет поинтересоваться позже. И узнать экипаж поближе. Мало ли на земле нашей еще ходит самородков.

Тану схватил камень и метнул его в пушистика, попав аккурат между ушей. Тот взвизгнул, сделал сальто назад и отступил.

Весь бой длился не больше пары минут – хаотичный, смешной и одновременно пугающий.

Но становилось ясно: если ничего не предпринять, нас либо залепят пеной до смерти, либо разберут на сувениры.

Я зарылась в рюкзак и нащупала странный металлический обруч – очередной «бесполезный» артефакт Александра. Я уже не разбирала, что и как, – просто вложила в него всю магию, что оставалась под рукой.

Обруч дрогнул, засветился – и внезапно развернулся в сверкающий серебристый портал.

– Держитесь! – крикнула я.

Из портала вырвался поток ветра такой силы, что моллюсков вместе с пылесосами, пузырями и пенными генераторами моментально засосало внутрь.

Последним в портал полетел пушистик. Он успел перед этим показать всем язык.

Шлёп!

Трещина в пространстве захлопнулась, оставив после себя лёгкий запах озона и ошарашенное молчание.

Стилет, весь в пене, торчал из сугроба с видом выжившего в стихийном бедствии.

Каи стоял, тяжело дыша, с обгоревшим краем рубашки.

Йенс потирал ушибленную руку, но стоял твёрдо – как и положено капитану.

Тану спокойно отряхивал с плеч остатки слизи, будто это был обычный понедельник.

Я стояла в центре поляны, тяжело дыша, с мигающим обручем в руках.

– Что… это только что было? – сипло спросил Йенс.

Я шлёпнулась на ближайший камень.

– Это был… чайник.

– Чайник?! – хором переспросили остальные.

Я пожала плечами:

– На Земле это была подставка под чайник с элементом подогрева. Теперь – спасательная капсула категории «чудо». Правда я без понятия, куда она ведет.

Стилет вылез из пены:

– Всё. Следующий поход – только с чайниками. И без древних руин.

Каи с кривой улыбкой добавил:

– И без порталов. И без моллюсков в рубашках.

– И без меня, – угрюмо вставил Тану.

Йенс рассмеялся коротким, напряжённым смешком:

– Поздно, братцы. Мы только начали.

Он бросил последний взгляд на стихший остров и уверенно шагнул вперёд.

Я вздохнула, сунула обруч обратно в рюкзак и нехотя поднялась.

Нас ждал новый мир.


## Глава 5

Передышка среди руин


Храм оказался полуразрушенным скелетом камня, плюща и ярких цветов, шепчущих что-то недоброе под дуновением ветра.

– Ну, по крайней мере, крыша держится. Ещё пара землетрясений – и будет открытая веранда, – буркнул Йенс, оглядывая потрескавшиеся арки.

– Супер. На свежем воздухе сдохнуть веселее, – отозвался Стилет, вытаскивая какой-то подозрительный свёрток из-за пояса.

Я молча опустилась на обломок колонны. Рядом глухо бухнулся мой чудо рюкзак, набитый артефактами, половина из которых теперь могла сработать… непредсказуемо.

– Перекусим. Потом я попробую зарядить накопители, – сказала я, перебирая в памяти, что у меня может быть полезного в рюкзаке. Не считая кучи продуктов в стазисе и парочки банок кофе.

Йенс достал пакеты с пайком, бросил один Каи, другой Стилету, немного подумал, вздохнул и вынул ещё один для меня.

Неожиданно, но приятно. А мои продукты вообще не пропадут. Пространственный карман в моём рюкзаке, конечно не бездонный. Опытным путём вычислено, что он примерно на 250 литров. И я со всей уверенностью могу вам сказать, что это не много. Но различные консервы, крупы, гречка 5 пакетов, по случаю купленная в Латвии и благополучно забыта в недрах моего рюкзака, вода и не помню сколько, но достаточно много интересных наработок артефактного направления. А еще спальный мешок и несколько смен одежды и обуви.

С моей работой никогда не знаешь, где будешь ночевать завтра. А, так, всё при мне и плечо не тянет.

Тану уже сидел в сторонке, вычерчивая на земле какие-то странные символы, напевая себе под нос.

Стилет, развалившись на обломке статуи, лениво жевал вяленое мясо, метая острый взгляд по сторонам.

– Ну что, сегодня мы уже пережили портал, моллюсков с пылесосами и слёзы древних руин. Как думаете, на ужин будет что-то пооригинальнее? – сказал он с набитым ртом.

– Только если ты сам себя поджаришь, – мрачно отозвался Йенс.

Я открыла накопитель – кристалл в оправе – и подняла его над ладонью. Магия острова потянулась к нему.

Кристалл отреагировал мягким синим светом.

– Здесь магия… свободная. Возможно артефакты будут заряжаться естественным путем, только надо прописать впитывающий элемент, – сказала я вслух, задумавшись.

Тану кивнул:

– Живая. Дышит вместе с нами. Я чувствую, как становлюсь сильнее.

Стилет прищурился, вглядываясь в искрящийся кристалл.

– Хм. Не дурно, – пробормотал он и протянул руку, ловя в воздухе что-то неведомое.

На его ладони вспыхнула искра и над ладонью начала сформировываться огненная сфера.

– На Земле за такой фокус надо было две недели батарейки заряжать, – ухмыльнулся он. – А тут – вон как прет.

Я впервые с интересом посмотрела на него.

– Магус, значит.

– Ну… – Стилет поиграл сферой между пальцами, заставляя её подпрыгивать, как дрессированную блоху. – Немного. Где-то между третьесортным фокусником и первоклассным вруном.

Йенс фыркнул:

– Больше вруном.

Тану молча кивнул, что подтвердило этот вывод.

Стилет только ухмыльнулся.

– Зато я жив. А это, знаете ли, тоже магия. Особенно в нашем бизнесе.

Йенс медленно потёр плечо, где под кожей шевелилась его оборотничья натура. Здесь, в этом мире, она набирала силу, и он это чувствовал каждой клеткой.

Тану продолжал чертить на земле сложные символы, его губы шевелились в беззвучной молитве. Шаман тонко чувствовал течение мира.

Каи сидел спокойно, ел вяленое мясо с видом человека, которого не удивишь ни монстрами, ни порталами.

Для меня всё это начиналось с этого вот рюкзака в далеком доме у моря почти пятнадцать лет назад. Зимняя Юрмала была прекрасной. Александр маняще гениален. А я в свои тридцать пять, прекрасной и юной профессором самого престижного Универа – магусов на Земле. Там, в заснеженной Юрмале мы совершили невозможное и сотворили пространственный карман в этом рюкзаке. Тогда я влюбилась в Сашин талант и пытливый ум. Он показал мне мир настоящей магии благодаря его возможностям доставать уникальные накопители с энергией РА. Мы стали очень богаты и знамениты на весь мир. А потом этот негодяй вернулся к жене, оставил мне все наработки и клиентуру, но бросил бедную Лиз без накопителей. Всё чего мы добились осталось в теории. Деньги я потратила на покупку кристаллов с магией для работы и поддержания былого престижа. Остальное спустила на поиски тайного поставщика Александра. Ничего не найдя я решила отомстить. И вот я … сижу с рюкзаком, в котором прячется моя надежда на выживание.

И вот, я застряла в этом неизвестном мире в компании нанятых мной же пиратов. Александр с Тимуром попали в мою ловушку в океане. А затем мы все попались в воронку аномальной червоточины. Куда их занесло – неизвестно. Я не хочу им смерти. Мне дороги эти парни. Но я здесь, а они – неизвестно.

Ладно, выберемся от сюда, начну новую жизнь. Мне всего лишь была нужна эта чёртова магия высшего порядка. Но, похоже я ее нашла здесь. Если здесь магия такая сильная…

– Кто-нибудь хочет чаю? – спросила я неожиданно.

– Если ты опять полезешь в рюкзак за своим порталом, я просто уплыву отсюда на куске дерева, – предупредил Йенс.

Стилет захихикал:

– Если она вытащит ещё одного кальмара в рубашке, я лично вырежу себе спасательный плот.

Каи, не поднимая головы, заметил:

– Уйти пешком будет быстрее.

Тану пожевал мясо и философски добавил:

– Но не факт, что дальше острова кто-то вообще дойдёт.

Смеяться было странно. Но мы смеялись.

Потому что иначе оставалось только сойти с ума.

## Глава 6

Подземный круг


После короткого отдыха в полуразрушенном храме, где стены хранили запах пыли, влажности и едва уловимой древности, мы решили не задерживаться. Слишком уж подозрительно было спокойно.

Йенс, выпрямив спину и скрестив руки на груди, оглядел всех своим капитанским взглядом – тем самым, от которого даже бывалый моряк задумывался, стоит ли связываться.

– Ладно, хватит сидеть. Пора узнать, что скрывает этот остров. Может, найдём что-то полезное. Или хотя бы не умрём от скуки, – сказал он и, разминая плечи, шагнул вглубь храма.

Каи и Тану двинулись следом – с разной степенью энтузиазма. Стилет плёлся последним, ковыряя носком сапога кость какого-то неудачника.

– Вот ведь… Кто-то явно не успел уйти до того, как началось веселье, – хмыкнул он.

Храм внутри оказался больше, чем казался снаружи: полутёмные залы с высокой арочной крышей, огромные колонны, усыпанные барельефами, изображающими странных существ и сцены, которые никто не решался трактовать вслух.

Я остановилась посреди одного из залов и присела, внимательно вглядываясь в плиточный пол:

– Это не просто узор. Это активатор портала. Или замок. Или всё сразу. Давайте посмотрим, что произойдёт, если…

– Только не говори "ничего страшного". Это всегда звучит как заклинание призыва неприятностей, – тут же вставил Стилет.

Я проигнорировала его и аккуратно коснулась центра рунического круга.

Пол под ногами задрожал. Сначала чуть – как будто что-то тяжёлое вздохнуло глубоко под камнем. Затем в воздухе щёлкнуло, и прямо у подножия колонны сдвинулся плиточный фрагмент, открывая узкий, но крепкий спуск вниз.

– Ну вот, начинается. Сначала моллюски с пылесосами, теперь подземелья. Что дальше? Драконы с аллергией на золото? – пробормотал Стилет, проверяя, все ли ножи при нём.

– Залезай уже. Жаловаться будешь потом, – буркнул Йенс и первым скрылся в темноте прохода.

Подземелье оказалось не таким уж сырым и страшным, как все ожидали. Длинный коридор, освещённый мягким голубоватым светом, исходящим от вросших в стены кристаллов, встречал нас почти по-доброму.

– Мда, у кого-то был вкус. Чистенько, светло… Я бы тут даже квартиру снял. Если б не духи, ловушки и возможный конец света, – заметил Стилет.

Тану шёл вдоль стены, пальцами касаясь символов.

– Эти руны… они рассказывают историю. Похоже, этот остров был частью портальной сети предыдущей цивилизации. Что-то грандиозное. Связь миров, – прошептал он.

– Связь, которую кто-то разорвал. Причём очень жёстко. Может на этой планете не осталось разумных? – добавил Йенс.

На дальнем конце коридора зиял широкий зал с платформой посередине и высокими нишами по бокам. Воздух здесь гудел. Словно знал, что мы пришли.

Я подошла к центру, осторожно достала накопитель и посмотрела на мерцающий кристалл. Он дрожал в руке, словно животное, почуявшее родную магию.

– Мы должны восстановить эту сеть. Это может быть нашим единственным шансом вернуться домой, – сказала я тихо, впервые – без иронии.

– Если мы не сдохнем, конечно, – мрачно добавил Йенс.

– Или не застрянем в каком-нибудь задрипанном измерении, где всё из киселя, – вставил Стилет.

– Или где правят поющие грибы, – хмыкнул Каи, уже осматривая пульт управления у платформы.

– Но ведь вы всё равно пойдёте, да? – спросила я, слегка улыбаясь.

– У нас разве есть выбор? – пожал плечами Йенс.

– Нет, но ты могла бы хотя бы извиниться за портал с моллюсками, – пробурчал Стилет.

– Серьёзно? За моллюсков не извинюсь. Мы тут домой пытаемся вернуться. Я пробую варианты, вы меня подстраховываете. По-другому никак, – возмутилась я.

Свет кристаллов вспыхнул чуть ярче. Машины древнего мира будто прислушивались.

Мы, ругаясь, шутя и кидая друг на друга косые взгляды, принялись за изучение системы.

Нам предстояло запустить механизм, который молчал веками. И если он проснётся – возможно мы попадём домой.


## Глава 7

Отряд не заметил потерю бойца


Внезапно портал вспыхнул ярким светом, и воздух наполнился гудением – таким, будто древний механизм внезапно решил, что дремать хватит. Кристаллы на стенах засияли, отражая пульсации энергии.

– Что за… – начал Йенс, но не успел договорить.

Каи, стоявший ближе всех к порталу, вдруг почувствовал, как его ноги отрываются от земли. Сила, исходящая от портала, втягивала его внутрь, словно невидимая рука.

– Помогите! – крикнул он, пытаясь ухватиться за край платформы.

Йенс рванул вперёд, протянул руку – но было поздно. Каи исчез в ослепительном свете портала, который тут же погас, оставив после себя только тишину и лёгкий запах озона.

Я стояла в оцепенении, глядя на место, где только что был Каи. Руки дрожали. В голове гудело. А внутри – пустота.

– Он… исчез, – выдохнула я.

Стилет, не умеющий справляться с эмоциями иначе как через сарказм, пробормотал:

– Ну… по крайней мере, теперь у нас больше пайков.

Йенс метнул в него такой взгляд, что воздух вокруг чуть не задымился:

– Не время для шуток, Стилет.

Тану подошёл к панели управления порталом, бегло осматривая символы. Лицо его было непроницаемым, но я заметила напряжённые мышцы на челюсти – он был зол и встревожен.

– Похоже, портал сработал из-за нестабильности магических потоков, – сказал он. – Если удастся стабилизировать систему, у нас может быть шанс вернуть Каи.

Я кивнула, глубоко вдохнув. Собралась. Надо было думать, а не паниковать:

– Тогда не теряем время. Я попытаюсь разобраться. Только вот это не та система, по которой нас учили работать. И даже если получится, никто не гарантирует, что портал откроется в то же место. Я даже не уверена, это местная сеть или что-то глобальное. Вселенское.

– На Земле тоже есть порталы в другие миры? – любопытно спросил Стилет.

– Я знаю два действующих. И официальных. Один в Лихтенштейн, второй – на острове Кокос.

– Где, на каком ещё Кокосе? – усмехнулся он.

– Кокос – это остров в Тихом океане. Теперь, понятно, почему к нему нельзя причалить, – задумчиво проговорил Йенс.

Мы вновь собрались вокруг панели. Каждый был на взводе, но никто не собирался отступать. Даже потеря Каи нас не остановит.

– Лиз, а ты была в других мирах? – неожиданно спросил Тану.

Я вздохнула:

– Нет. Чтобы пройти Арку телепорта, нужно что-то серьёзное – приглашение, стажировка в Инферно, либо научная ценность вселенского масштаба. Я не подходила ни под один критерий. Хотя теперь понимаю, что стажировку в Инферно я могла получить. Просто… приоритеты были другими.

– Круто, – сказал он с уважением. И это было искренне.

А я подумала, что да – круто. Особенно если мы вытащим Каи. И выживем.

А пока – обратно к рунной панели. Пора начинать разбираться. Сами мы здесь, или нас кто-то уже ведет.


Пустота и память


Портал молчал. Он больше не светился, не дрожал от магии. Он просто… исчез.

– Лиз! Открой его снова. Быстро! – Резко крикнул Тану.

– Я… – я сделала шаг вперёд, но панель под ладонью ответила только глухим треском.

– Он не подчиняется. Он не отвечает! – мой голос сорвался на визг, и я с силой ударила кулаком по панели.

– Чёрт! – Йенс хотел сказать, но слова застряли. Он знал Каи с юности, когда подобрал его голодным и упрямым, на берегу у Батанта – маленького острова рядом с Новой Гвинеей.

Пятнадцать лет. И вот он просто исчез. Исчез в неизвестном направлении.

Йенс лишь стиснул челюсти и отвернулся от пустого круга, где минуту назад стоял Каи.

Тану подошёл ближе. Его глаза закрылись, ладони опустились к полу – будто он пытался услышать саму ткань пространства. Несколько секунд он стоял неподвижно, пока плечи не начали дрожать.

– Его… здесь нет, не просто в этом зале. Не в этом мире – прохрипел он.

– Что ты несёшь? Может, его просто перекинуло в соседнюю зону? В подвал, в чертоги за порталом… мало ли! – буркнул Стилет, не глядя ни на кого.

– Он ушёл, – сказал Тану. Его голос звучал чужим, ровным, как будто он говорил это не от себя.

– Я больше не чувствую его духа. А мы с Каем… мы учились у одного шамана. Он был просто человеком, но чувствовал сны.

Я стояла на коленях перед панелью, как перед могилой.

– Я не знаю, как это сработало. Я просто хотела активировать портал. Просто. Но он не подчиняется моим рунам. Такое ощущение, будто этот мир выталкивает немагусов. Может, здесь вообще нет места для простых людей.

Тану резко обернулся:

– Это ты его впустила туда?

– Ты что, дурак?! – закричала я на русском.

– Говори на английском, ведьма, мы тебя не понимаем, – пробасил Йенс.

И тут Йенс начал меняться. Он так заволновался, что начал переходить в звериную форму. Его рубашка начала рваться, руки превращались в ласты, лицо вытягивалось.

Народ рефлекторно отступил к стенам. Сцена была не для слабонервных, но нас такими уже не назовёшь. Первый раз видеть, как взрослый человек превращается в морского котика в полный рост – опыт, скажем так, формирующий характер.

Стилет, желая избежать эскалации, прижался спиной к стене. И тут – щелчок. Каменная плита под его ладонью отозвалась вибрацией и мягко ушла внутрь. Стена вздохнула и раздвинулась, открывая вторую часть помещения, залитую мягким голубым светом.

– Это… хранилище. Не библиотека, а скорее… цифровая память, – медленно сказала я, входя первой.

Я поднялась. Во мне уже не было той энергии. Этого парня – Каи – я почти не знала. Меня пугала ситуация, да. Но сам он… Что ж. Я просто не скажу об этом вслух.

– Если Каи больше нет… может, здесь мы найдём хоть что-то. Почему всё вышло из-под контроля. Что это за место вообще. Кто его создал? – пролепетал осипшим голосом Стилет.

Тану не двигался.

– Ты всё ещё надеешься, – прошептал он, глядя на меня с надежной.

– Если бы не надеялась, я бы не пыталась снова активировать этот древний пульт управления, – сказала я, закатывая глаза к потолку.

А на полу в зале остался лежать обалдевший морской котик – без одежды, но с богатым внутренним миром. Он решил взять тайм-аут и немного поразмышлять над своей судьбой.


Библиотека местного пошива


Комната, открывшаяся за стеной, была похожа на внутренности древнего существа – холодного, молчаливого и всё ещё живого. Пол под ногами слегка пульсировал, будто дышал, а стены были утыканы аккуратными гнёздами, в которые были вставлены кристаллы – полупрозрачные, с тонкими линиями света. Они медленно вращались внутри, как замершие вихри мысли.

Пахло камнем, озоном и чем-то… вечным.

– Ну и уют, ни тебе кресла, ни кофемашины. Ни одной феи с планшетом, – пробормотал Стилет, оглядываясь.

Он провёл пальцем по ближайшей панели. От прикосновения один из кристаллов вспыхнул тусклым светом.

– Тёпленький, похоже ещё рабочий. Похож на флешку. Только, видимо, без стандарта USB, – хмыкнул он.

– Если это запись, то её кто-то сюда вложил. Значит, можно и извлечь. Надо просто найти… интерфейс, – сказала я, подходя ближе и беря один кристал в руки.

На одном из пьедесталов у стены светился шестигранный разъём, пульсирующий мягким синим светом. Он как будто звал – тихо, настойчиво, без слов.

– Вот он, наш инопланетный кардридер, – буркнула я и осторожно вставила кристалл.

Сразу же в воздухе над пьедесталом заискрилась проекция – расплывчатая, рваная, как плохой сигнал старого телевизора. Постепенно изображение начало проясняться: сложные схемы, символы, блуждающие линии, будто магия пыталась объяснить сама себя.

– Это… – портал. Или, точнее, его схема. Узлы, потоки, маршруты. Сложно сказать. Похоже на карту, – начал Тану, прищуриваясь.

– Или на шизофренический план эвакуации. Я однажды видел похожее в космоопере. Там был выход "через окно третьего шлюза", – мрачно вставил Стилет.

Йенс всё ещё лежал на полу в центре зала. Его разорванная рубашка висела на одной лапе. Вторая – уже больше ласта – покоилась на животе. Он не двигался. Просто смотрел в потолок, как будто там было написано что-то важное. Или как будто он пытался туда вернуться.

– Он точно дышит? – спросила я вполголоса, бросив взгляд на Йенса.

– Да. Это "котиковая поза наблюдателя". Некоторые оборотни впадают в состояние самосозерцания после первой трансформации, – подтвердил Тану, не отрывая взгляда от проекции.

– Красиво лежит. Я бы добавил тарелочку со льдом и зонтик – была бы сцена абсолютного отпускного дзена, – кивнул Стилет.

– Отпуск у Йенса начнётся, когда мы вернемся домой или хотя бы поймём как это сделать, – отрезала я.

Тем временем проекция над кристаллом становилась всё чётче: на ней вспыхивали узлы портала, словно пульсирующие звёзды. Некоторые были перечёркнуты красными линиями. Один мерцал тревожно-оранжевым, как экстренная точка доступа. Где-то рядом мелькала надпись, составленная из символов, ни один из которых не принадлежал известной мне письменности.

– Это похоже на журнал переходов. Список маршрутов. Записи. И… время, – прошептал Тану.

– Время? – переспросила я.

– Да. Смотри: вот это похоже на обратный отсчёт. Или счётчик. От чего-то.

Стилет присвистнул:

– Надеюсь, это не сколько у нас осталось, прежде чем кто-нибудь придёт за своими исследованиями.

– Или до того, как это место замородится вместе с нами, – добавила я.

Йенс, не шевелясь, громко выдохнул. Как будто всё услышал. Или просто устал от наших голосов.

– Он жив и недоволен. Это уже прогресс, – хмыкнул Стилет.


## Глава 8

Мир вертится вокруг Хроноса


– Этот кристалл – бесполезен без ключей к расшифровке, – нахмурился Тану, глядя, как схемы и символы над пьедесталом продолжают медленно пульсировать.

– Или, вы не знаете как их интерпретировать, – подбодрил Стилет.

Я уже обошла три стены комнаты, внимательно осматривая полки.

– А вот это уже интересно… Здесь метки. Смотрите. Эти кристаллы – другие. Они меньшего размера, и… кажется, подписаны, – пробормотала я.

Стилет подошёл ближе. Один из кристаллов был обмотан тонкой полоской светящегося металла. На нём – выгравированное имя на неизвестном, но повторяющемся языке. То же имя встречалось и на соседних кристаллах – но с разными датами. Некоторые метки включали числа – длинные, почти невозможные: 4.13.7802 5.08.11142 6.10.12951

– Это даты? Погоди, у них тут пятнадцатизначный календарь? – Удивился Стилет.

– Или это вовсе не календарь, а система измерения временного потока, – отозвался Тану, вытаскивая кристалл с надписью и вставляя его в другой “ридер”.

На этот раз голограмма вспыхнула быстрее – и гораздо отчётливее. На экране, повисшем в воздухе, проявилась карта: материки, океаны, континентальные разломы. Над поверхностью вращались орбиты – словно наблюдатель следил за планетой с большой высоты.

– Это точно не Земля, – тихо сказал Йенс, всё ещё не поднимаясь с пола, но впервые за всё время выговаривая слова.

Я вздрогнула. Даже Стилет обернулся, как будто забыл, что Йенс умеет говорить.

– О, наш котик воскрес! Наконец-то. Чуть не поставили табличку: "Внимание, не споткнись об оборотня в фазе экзистенциального ступора"– пробормотал Стилет себе под нос.

Йенс проигнорировал шуточку. Он продолжал смотреть на карту, не двигаясь.

– Я видел этот континент. Во сне. Или в том, что было до.

Тем временем Тану вытаскивал следующий кристалл. И ещё один. Карты менялись. Континенты – дрейфовали. Где-то появлялись новые острова, где-то – исчезали целые регионы. Один из кристаллов показывал мир, покрытый льдом, другой – полностью озеленённый, третий – испещрённый вулканической активностью.

– Это не просто карты. Это хронологические снимки. История мира. В разных временах на протяжении десятков тысяч лет, – прошептала я.

– Это невозможно. Между этой и вот этой картой – пятьсот лет разницы. Но подпись – та же, – сказал Стилет.

– Если это существо живёт долго… или… Или… здесь просто время идёт иначе.

Я поняла, что именно мне это место напоминало. На Земле. В районе Умбы существует закрытая деревня. Бывшее пристанище Поморов. Сейчас там научный закрытый комплекс. И вот там, говорят, время течет со скоростью идентично спирали РА. А это 1:49 по отношению времени Земли. Здесь, похоже такая же ситуация.

Повисла тишина.

– То есть, ты хочешь сказать… – начал Тану медленно, – что в этом мире время течёт быстрее?

– Относительно нашего Земного. Может и также. Относительно РА и ГРА В разы быстрее. Возможно – в десятки раз.

Согласно первому кристалу мы видим, что нас выкинуло далеко за пределы витка А спирали. Соответственно на крайней планете от Хроноса.

– Если судить по записям, этот мир вращается быстрее – значит, мы стареем здесь тоже быстрее, – Стилет заистерил, отшатнулся от кристаллов, будто они начали обжигать.

– То есть, пока мы тусим в библиотеке с призрачным вайфаем, на Земле ещё можно успеть на обед… А здесь уже три поколения сменились?

– Если быть точной, то, скорее всего, эта планета вращается со скоростью 1: 7 относительно Земного времени. А этот остров не движется в нашем понимании вообще.

Йенс тяжело выдохнул:

– А значит, Каи, если он выжил… может быть, уже прожил здесь целую жизнь.

– И умер в ней, – тихо добавил Тану.

Все замолчали.

Только проекция над кристаллом продолжала вращаться – медленно, настойчиво, будто сама библиотека пыталась что-то сказать. Или предупредить.


Лекция на развалинах


Кристаллы над пьедесталом продолжали проецировать изображения – слои времён, карты континентов, сдвиги тектонических плит и миграции цивилизаций. Всё вращалось, как в гигантском атласе эпох.

Стилет почесал висок, не отводя взгляда от очередной проекции.


– Слушай, Лиз… а ты не могла бы, ну… как преподаватель, объяснить нам, что вообще за фигню ты сейчас говорила?


Ты же у нас тут профессор. Расскажи. По-умному. Только так, чтобы мы, простые смертные, тоже поняли, – он махнул рукой в сторону мигающих кристаллов.

Я вздохнула и потерла переносицу.

– Хорошо. Только не перебивайте меня, ладно?

Йенс, сидевший на каменном выступе, обмотанный плащом по-видимому одним из коллекции Стилета, и с видом будды, едва заметно кивнул. Он уже выглядел человеком. Слегка надорванная рубашка болталась на поясе, волосы были растрёпаны, а взгляд – слишком спокойный для того, кто недавно был тюленем.

Я сделала шаг в центр зала, туда, где голограммы разносились над их головами, и начала говорить:

– Представьте себе Вселенную. Не в виде шара или звёздной карты. А как Спираль, вращающуюся вокруг центральной оси.


Эта ось – Хронос. Стрежень мироздания. Источник времени. Или нулевой отсчёт. Там, в самом центре, оно тянется медленно, плавно, почти недвижимо. А чем дальше – тем быстрее несётся поток.

– Типа воронки? – уточнил Тану.

– Почти. Только бесконечной. И многослойной.


В центре – ГРА. Три внутренних витка.


Там живут те, кого мы называем демиургами. Существа, у которых мысль равно материя. Они мыслят – и возникает мир. Им понадобилось семь дней, чтобы создать Землю. Нам – миллиарды лет, чтобы понять, как включить Wi-Fi.


– Следующие витки – РА. Здесь живут существа, такие как драконы, с продолжительностью жизни около 300 лет. Однако, если они перемещаются на внешние витки, например, на Землю, их восприятие времени меняется. Они могут прожить тысячи земных лет, старея в соответствии со своим родным временем.

– Далее идут витки А, где обитают существа с продолжительностью жизни от 200 до 10 000 лет если ты разумное дерево. И, наконец, внешние витки – такие как Земля, где время течёт быстрее всего.

Я сделала паузу, позволяя информации усвоиться. И посмотреть на реакцию своей новой аудитории.

– Важно понимать, что каждое существо привязано к своему витку. Однако, если человек с Земли каким-то образом попадает в виток РА и "прописывается" там, например, через рождение потомства, или магический брак. Он начинает жить по времени РА. Это явление мы называем “парадоксом хроноса”. В этом случае его 70 лет будут равны 70 годам в РА, но на Земле пройдёт в 70 раз больше времени.

Йенс, сидящий неподалёку, задумчиво кивнул:

– Значит, путешествия между витками не только возможны, но и могут кардинально изменить нашу жизнь и восприятие времени. Но обратно возвращаться нет смысла.

Лиз улыбнулась:

– Именно. Понимание структуры Спирали Времени открывает перед нами новые горизонты и возможности.


Осознание


– Значит, нас выкинуло в зону, где время бежит быстрее в десятки раз? – Медленно произнёс Тану.

– Если не в сотни. Если верить подписям на кристаллах, один и тот же исследователь работал здесь как минимум пять веков. А для него, судя по всему, прошло от силы несколько лет, – подтвердила я.

Йенс вздохнул:

– А мне казалось, что я не долго лежал. А это, видимо, была целая эпоха.

Стилет глянул на него:

– Ты, может, и пережил смену ледникового периода, пока валялся в позе философского кота, а Каи нет.

– Лучше быть философом, чем истериком, – парировал Йенс.

– То есть, если Каи… если он попал в поток, не стабилизированный хроносом, то сейчас он может быть… стариком? – подытожил Тану.

– Или наоборот – богом местного масштаба, если выжил и адаптировался, – сказала Йенс.

– Это библиотека для тех, кто изучает этот мир, – догадался Тану.

– Именно. А мы сюда вломились, как дети в архив с хрупкими артефактами, – кивнула я, радуясь снова ощутить себя на месте.

– И нас за это никто не похвалит. Особенно если всё тут записывается, – вздохнул Стилет.

Все замолчали.

## Глава 9

Кристаллы, карты и морской котик


– Ого, это карта мира! Возможно, последние обновления информации, – воскликнул Стилет.

Йенс, всё ещё малоподвижный в коротком плаще, авторитетно заявил:

– Если увидите на карте спа-салон – дайте знать.

Я, игнорируя шутку, продолжила исследование:

– Судя по данным, мы находимся между землями Ксерил и Фар'Тар. А вот эти нестабильные «тёмные пятна» – возможно, просто аномальная зона.

Этот остров, похоже, использовался как станция межпланетного перехода и библиотека для путешественников.

Тану, задумчиво глядя на проекцию, добавил:

– Интересно, как давно здесь никто не бывал? Судя по пыли – уборщица сюда давно не заходила. И роботов тоже не видно.

Стилет, рассматривая другие кристаллы, заметил:

– Ну, если здесь время течёт быстрее, может, я наконец-то смогу отрастить волосы.

Команда рассмеялась, и я, улыбнувшись, сказала:

– Давайте продолжим исследование.


Петля


– Давайте продолжим исследование. Возможно, мы найдём больше информации о том, как вернуться домой, – сказала я чуть громче обычного. Будто мне самой нужно было в это поверить.

Стилет подошёл к следующему пьедесталу и, не дожидаясь команды, вставил очередной кристалл. Проекция вспыхнула – на этот раз это была сложная схема. Линии и спирали расходились от центра, как щупальца разумного осьминога. Слова на неизвестном языке, мигающие символы.

– Это точно не карта для туристов, – пробормотал он.

Тану подошёл ближе, вглядываясь в символы. Его глаза сузились.

– Это… контрольный контур. Центральная сеть активации порталов.

– Отлично, если поймём, как она работает, сможем открыть стабильный путь обратно, – шагнула я к проекции.

Йенс наконец поднялся с пола, поправляя плащ:

– Надеюсь, на этот раз никто не улетит в портал без предупреждения.

Тану покачал головой. Лицо его оставалось сосредоточенным:

– Подожди. Вот это… это ограничитель. Здесь прописан фильтр выхода. Он проверяет соответствие… сущности, – он ткнул пальцем в мигающий символ.

Я замерла, сердце перестало стучать. Это конец! Я к такому не подготовлена. Могу, кое-что. Но перепрограммировать портал высших!

Может яхта “Анна” с чёкнутым Сашкой всё-таки в этом мире?

Иначе нам кранты!

И я уже понимая глубину опы в которую попала всё равно спросила:

– Что?

– Портал не выпустит наружу тех, кто не "зарегистрирован" в системе. Это защитный протокол. Всё здесь настроено на сохранение контекста. Только маркированные могут уходить.

Повисла пауза. Даже Стилет не пошутил.

– То есть… мы заперты? – Медленно произнёс Йенс.

– Пока да, по крайней мере – до тех пор, пока наш профессор не найдёт способ обойти фильтр,– подтвердил Тану.

Я отошла от проекции, как от удара.

– Мы чужие. В этом мире мы – ошибка. Нас не выпустят, как антивирус не выпускает заражённый файл.

– Ну, звучит… вдохновляюще. Кто хочет стать "местным или маркированным"? Есть вакансии на позицию "смертного с пропиской"? – Хмыкнул Стилет.

– Значит, вернуться можно только потеряв себя? – Спросил Йенс.

– Или найдя точку доступа с разрешённым двусторонним каналам, – добавила я.

Йенс прищурился:

– Или найдя того, кто всё это создал. Архитектора. Хранителя. Систему. Позвонить на базу?

Молчание. Все поняли: это будет не просто. Или просто никак.

Я собралась с мыслями. Бороться надо до конца. Иначе сядем тут и умрем. Я повернулась к остальным:

– Надо найти ядро сети. Центр управления. Кто-то, где-то, должен был отметить варианты пропусков.

– Отлично. Новый квест. Записал: "выжить, взломать магическую операционку и не умереть от скуки", – выдохнул Стилет.

Йенс посмотрел на меня и сдержанно кивнул:

– Веди, профессор. Теперь ты у нас и компас, и навигатор, и вирус в системе.

Я вздохнула и сжала кристалл в руке:

– Тогда двигаем дальше.

И мы снова двинулись вперёд – глубже в сердце станции.


## Глава 10

Таракан №9


Катакомбы вели всё глубже. Свет кристаллов становился тусклее, а

воздух – суше. Мне всё это не нравилось, но покер фейс я

держу профессионально.

– Ну вот, мы официально перешли из раздела "приключение" в раздел -

"кладбище", – хрипло выдал Стилет, протискиваясь между

двумя колоннами.


– Это если повезёт. Если не повезёт – в раздел "меню дня",

– пробормотал Йенс.

Я шла первой, держа артефакт, реагирующий на остаточные магические поля.

Он дрожал и мигал чаще. Что-то было рядом.

– Стоп, – сказала я и остановила процессию.

Прямо перед нами открылась полость. Пыль, тишина, обломки

непонятной маготехники, обросшей мхом и трещинами. И в центре,

прислонённый к стене…

– Кто это? – спросил Тану.

– Это… таракан? Большой. Очень… дохлый таракан, – выдохнул Стилет, сделав шаг назад.

Существо было ростом почти с Йенса, хитиновый панцирь треснул

в нескольких местах. Руки-лапки были прижаты к груди, а от головы

в стороны расходились высохшие усики.


Глаза, когда-то, видимо, блестящие, теперь были мутны и осыпались,

как стеклянная пыль.

– Это сектант – Вид ксеноморфы. Существа, живущие на временных

границах А спирали, – блеснула я своими академическими знаниями.

Мой артефакт замерцал сильнее и я прижала его к пластине на

теле существа.

– У него накопитель информации с подзарядкой, – пояснила я

народу свои действия.

Кристалл активировался.

Проекция открылась. Голос был… нечто среднее между скрипом

старого шарнира и перезагрузкой материнской платы.

"Я – Хиил'Каар из роя 9. Охотник, учёный, пилот… "

Проекция показала карту – похожую на ту, что мы уже видели.

Линии порталов. Но один из узлов мигал тревожно-красным.

"Цель выхода сдвинута. Конечная точка зависла в пространстве. Координаты не фиксируются. Портал… укусил сам себя."


"Я пытался выйти на Тару. Барьер острова меня не пустил. Настройки сбились. Я не прошёл верификацию."

– Вот дерьмо! Нас ждёт экзамен по прописке в аду. И почему он говорит на английском, – пробормотал Йенс.

Стилет поёжился:

– И ведь мумию не заплесневело. Не таракан, а реклама долговечности.

Я закрыла проекцию.

– Он говорит на своем языке. И гуманоидам его понять было бы крайне затруднительно. У него в записывающее устройство встроен языковой артефакт.

– Подожди, а почему он умер?

– Думаю, он не умер от голода. Но я не знаю. Отстаньте!


Тану стоял в стороне, молча рассматривая старые магические круги

на полу.

– Он пытался открыть портал. Здесь. Под этой точкой.


Он указал на выбитый в камне символ – руна портального ключа,

изрезанная, переписанная, почти сгоревшая от переизбытка магии.

– Он перегрел узел, слишком мощный импульс в петлю. И сгорел вместе с системой, – пробормотала я, с ужасом осознавая, что мы могли быть следующими. Нафиг. Надо выбираться из лабиринта этого Острова.

– Ну и вишенка на торте, то есть если мы попытаемся сделать то же самое – нас либо испепелит, либо… сотрёт? – Фыркнул Стилет.

Этот мальчишка только что озвучил все мои страшные мысли с такой легкостью, что мне захотелось его удавить. Знаешь, как посланца тухлых вестей.

Йенс подошёл к трупу и коснулся груди.

– Он умер давно. Один. Без выхода. Всё знал, всё пытался, и всё понял слишком поздно.


– Он точно не имел с собой ведьмы с рюкзаком чудес. Всё, валим отсюда, пока не начали чесаться, – буркнул Стилет.

Я сняла с тела учёного из "9 го роя" все его "девайсы". Переводчик мне очень даже пригодится. И скинула всё в рюкзак. Подняла голову и поняла, что команда не отрывая глаз смотрит на мой рюкзак.

Йенс скрестил руки:

– Отлично. Один мертвец был пробной версией. А теперь – главная партия?

Я посмотрела на команду:

– Не совсем. Мы не будем делать то же, что он. Мы свалим с этого острова и поищем нормальный портал. Заплатим кому надо и вернемся домой, даже если нам придется для этого выпрыгнуть в АД.

– Благодарю, мечтаю, чтобы это написали на моей могиле, – хмыкнул Стилет.

– Ты ещё не заслужил могилу, пока только памятную табличку: "Жалобно шутил до конца", – буркнул Йенс.

Мы оставили тело Хиил'Каара в его каменном гробу и пошли наверх.


## Глава 11

Вверх по лестнице в Мир

Катакомбы дышали затхлой пылью. Свет от кристаллов с каждой минутой казался всё холоднее. После находки сектанта я перестала реагировать на это место. Оно было интересным для Лиз – профессора-артефактора, но совершенно чуждым для Лиз – попаданки. Сейчас меня волновали барьер и этот «чудесатый» мир. Название ему – Тар, или Тару. Так его называли здесь. Но не факт, что именно так его зовут местные.

– Всё. На сегодня с меня хватит. Я подписывался на контрабанду, пиратство и максимум – боевичок. Но таракан с личным некрологом – это уже перебор, – буркнул Стилет, вытирая пот.

– Подписывался? Ты в моей команде, тебя никто не спрашивал. Куда я – туда и вы, – усмехнулся Йенс.

Мы поднялись по выщербленной лестнице обратно к поверхности. С каждой ступенью становилось свежее: сначала запах соли, потом ветер. И, наконец – небо.

Нас встретил остров – тот же, но уже другой. После подземелий он казался слишком равнодушным и застывшим во времени.

Йенс первым вышел на открытое пространство. Окинул взглядом лагуну: тот же песок, те же деревья. Катамаран – всё ещё у берега, спокойно покачивался на волнах.

– И что теперь? – спросил он, не оборачиваясь.

Я подошла к краю утёса. Присела на корточки, глядя вдаль.

– Порталы – не наш уровень. Мы не операторы, не системные администраторы, не учёные-портальщики. Это станция. Исследовательская. Всё, что мы нашли, – архитектура, сеть, наблюдение. Но не управление.

Я провела пальцем по земле, рисуя круг.

– Мы не нашли ключ. Но мы узнали, что с этого острова в астрал не выйти. Поищем другой путь.

Тану сел рядом.

– Значит, единственное, что мы можем, – уйти тем же путём, каким пришли.

– Если он ещё работает, – буркнул Йенс.

– Барьер – да. Точка входа, скорее всего, сохранилась. Это замкнутая система. Она не ломается, если её не трогать. Просто мы начали не с того конца, – добавила я.

– Мы полезли в сердце острова, а надо было – в задний двор, – мрачно резюмировал Стилет.

Я кивнула, искренне соглашаясь со Стилетом и сильно удивляясь его прозорливости:

– Всё, что мы узнали, – важно. Но, скорее всего, для кого-то другого. Мы – просто сбившиеся с курса. Наша задача – выйти. Не взломать, не победить, не переписать законы мира. Просто вернуться к катамарану, подойти к тому месту, где вошли… и повторить последовательность. Только аккуратно.

– Ты уверена? – спросил Йенс.

– Уверена, что других реальных шансов нет. Портал, с которым возился Хиил'Каар, был неисправен. Он пытался изменить схему, не понимая, что она не предназначена для ручного управления. Это как ковыряться в квантовом процессоре зубочисткой.

– И что с ним стало? – тихо спросил Тану.

– Его система начала поглощать. Он вложил всю свою магию и энергию, и засох в прямом и переносном смысле.

Я обернулась к команде, внимательно посмотрела на каждого и, сдерживая дрожь, произнесла:

– Мы не повторим. Потому что не будем играть в богов. Мы вспомним, кто мы есть, и уйдём по-человечески.

Стилет присел, уставившись в песок.

– А если точка входа уже закрыта?

– Тогда будем искать новую. Но это лучше, чем пытаться дёргать за рычаги, которые нас даже не видят.


Йенс подошёл к катамарану, обернулся и сказал:

– Ну что, прогулка обратно до точки входа? Кто первый тронет невидимую стену – получает почётное звание «тестировщик-камикадзе».

– Если меня снова ударит током, я взорву этот остров, – буркнул Стилет.

– Только когда отойдём подальше, пожалуйста, – добавила я.

Команда рассмеялась. Нехотя. Натужно. Но всё же.

Катамаран заскрипел под ногами.

– Интересно, сколько мы пробыли на этом острове относительно общего времени этой планеты? – поинтересовался Йенс.

– Это не важно. Важно – какой здесь уровень цивилизации. И социальное устройство. Держи карты, капитан.

Я передала кристалл с картами и «картридер», взятый из библиотеки.

– И много у тебя влезло в твой волшебный рюкзак? – уточнил Стилет.

– Всё, что может пригодиться в пути.

– Уважаю! Вот это "прафессорша"! – воскликнул он и хлопнул меня по плечу.

## Глава 12

Выход через задний проход


Катамаран «Гарсия» глухо застонал под ногами, как капризный кит, которого разбудили слишком рано. Над палубой мягко переливалась защитная сеть, готовая к бою, а Йенс с каменным лицом держал штурвал так, будто собирался протаранить небо.

– Итак, кто у нас главный по невидимым стенам? – Протянул он.

– Я, к сожалению, – откликнулась и неохотно вытащила кристалл, уже порядком опустевшим от постоянного использования.

Надеюсь на этот раз всё будет проще. Барьер нас «помнит». Я вживила кристаллу сигнатуру с той стороны. Осталось найти правильную "щель".

– Лучше бы звучало как-то бодрее, профессор. В прошлый раз меня чуть не сварило током, так что если в этот раз кто-то заорёт «вперёд!», я сделаю вид, что не слышал, – хмыкнул Стилет, повязывая на голове что-то вроде повязки камикадзе.

– У тебя и без барьеров талант к выживанию, – пробормотал Йенс, щурясь на горизонт.

Катамаран медленно подошёл к невидимой, но осязаемой линии барьера.

Снаружи всё выглядело привычно: прозрачная лагуна, мягкие волны, даже чайка где-то каркнула для антуража. Но все знали – тут же, в метре, воздух мог хрустнуть, как сахарная корка, и превратить любого смельчака в тост.

– Начинаем. Кристалл в ладони мигнул. Я провела им вдоль невидимого экрана, словно магическая кредитка по терминалу.

Первые пару секунд ничего не произошло. Потом – мягкая пульсация. Прозрачная рябь, как круги на воде.

– Ага… ага… – Я прикусила губу.

– Это хорошее "что-то"? Или как обычно? – уточнил Стилет, на всякий случай прижимаясь к мачте.

– Пока не кусается. Но шипит, – задумчиво произнесла я себе под нос, когда барьер начал медленно окрашиваться в сине-золотой оттенок.

Йенс потянулся к рычагу.

– Двигайся на счёт три, – предупредила капитана.

– Всегда мечтал услышать это от женщины с кристаллом, – хмыкнул капитан.

– Раз. Два…

– ТРИ!

«Гарсия» рванул вперёд на полной мощности модифицированных моторов, как разъярённый кабан с крыльями .

Катамаран с воем проскользнул сквозь стену. Воздух затрещал, паруса натянуло, пушки щёлкнули защитой, а в корме что-то коротко мигнуло – и вспыхнуло искрой.

– Всё нормально! Это просто остаточная пыльца из местного барьерного артефакта. Он ожил. Или умер, – крикнул Тану из машинного отсека.

Йенс стиснул зубы. Катамаран прошёл сквозь барьер – и оказался в открытом море.

Позади остров оставался спокойным, как ни в чём не бывало. Даже не взорвался, не заискрил, короче никак не отреагировал на наше бегство. Что само по себе уже был успех.

– Мы выбрались, – прошептала я, не веря своим ощущениям.

– И всё прошло без потерь, – заметил Йенс.

– Без потерь? У меня сейчас седые волосы в местах, где у людей вообще нет волос, – заистерил Стилет.

Йенс рассмеялся и с хрустом потянулся.

– Ну что, «Гарсия», дальше по курсу – Ксерил, Фар’Тар или весёлый курорт "Пасть Безумия" в Тёмных Пустошах. Кто за штурвал? – сказал он, похлопав по борту.

– Я! Но если встретим ещё один магический барьер, я сразу даю задний ход, – воскликнул Стилет.

Катамаран плыл вперёд – уверенно, гордо и немного нагло, рассекая водную гладь неизвестного моря.

И теперь – мы действительно могли выбрать, куда направиться.


## Глава 13

Ужин по курсу


Вечер на «Гарсии» начинался плавно. День закончился вылазкой через барьер и облегчением, которого никто не озвучил, но все ощутили – теперь между нами и островом была вода.

Катамаран держался уверенно. Ветра было в меру, море – ровное. Капитан отключил двигатели и катамаран пошел на парусах. Оборудование работало как часы, магическая сеть – в дежурном режиме.

Камбуз на «Гарсии» находился в корпусе у правого борта. Полностью автоматизированный, с холодильной камерой, автономной системой фильтрации воды и атмосферной кухней. В отсеках – герметично упакованные контейнеры с едой. Ничего не болталось, не текло, не портилось.

– Ну что, я не слышу звона ложек и запаха еды, – ворчливо потянулся Тану.

– Кто у нас сегодня главный по кастрюле? – весело спросил Стилет.

– По графику – ты, Стилет

– Я снова? Я ж вчера дежурил! – возмутился Стилет.

– И всё ещё жив, заметь, – спокойно ответил Тану, поправляя сетку над баками.

– А больше некому, если не забыл. Дамочка будет думать, над спасением наших тушек. И по моему опыту говорю, ученой незамужней женщине кухню лучше не доверять.

Стилет что-то пробурчал, но полез на камбуз, где встроенный помощник уже выдал ему варианты: «Тушёный рис с овощами», «Морская лазанья» и что-то подозрительно названное «Омлет Бермудского треугольника».

– Если наши запасы при приготовлении зашипят от переизбытка магической энергии – я выкину их в океан, – пробормотал он.

Я молча сидела у окна в кают-компании, смотрела в даль. Пахло чаем с мятой. Свежим. Капитан с кружкой опустился рядом и разложил карты.

Прозрачные голограммы всплыли над доской. Три маршрута. Три континента или острова, трудно разобраться в нынешней реальности. Три уровня вероятного безумия.

– Завтра – выбор. И надо решить, без дураков в "посмотрим по ветру".

Я не ответила. На меня навалилась такая усталость, что говорить лишний раз не хотелось. Хотелось домой в свою квартирку, в теплую и очень удобную кроватку. А я смотрю на непонятного цвета розоватую воду и мне решать, куда двигаться дальше. Я ткнула пальцем в материк, находящийся следующим по курсу от тёмных земель.

– Самый разумный вариант. Порты, информация, чёткие правила. И контрабандисты, конечно, – сказал Тану, присоединившись сзади.

– Да, торговая республика понятна, – согласился Йенс.

– А я голосую за то, чтобы просто доесть ужин и не строить планов во время еды, – проворчал Стилет, появляясь с подносом.

Он принес – рис, рыбу в соусе, зелень. Просто. Питательно. Без заморочек.

Мы ели молча, как бывает в непонятной ситуации. Но с аппетитом, и с благодарностью нашему ворчливому поваришке.

Мне кажется я не ела целую вечность. И сколько это по времени этой планеты, нам еще предстояло выяснить. И еще, шкурный вопрос. Как долго меня будут кормить. И как мне прописаться в эту странную команду без страха быть проданной или выселенной на берег. Несмотря на то, что я наняла пиратов для совсем неприличного дела, команду я выбирала долго и тщательно. В целом эти пираты были контрабандистами и в особо тяжких не значились. Но по моей команде пошли на абордаж и откровенный грабеж с применением магических пушек и других боевых прибамбасов не раздумывая. Что от них реально ждать, я не знаю. Как же просто было жить дома. Когда самой большой проблемой был недостаток качественных накопителей магической энергии для моего производства. Смешно. Зато магии в этом мире хоть ложкой черпай. Не высший пилотаж. Но жить можно. А с моими знаниями можно даже хорошо.


После ужина Йенс прошёлся по системам, проверяя навигацию. Стилет пошел приводить кухню в порядок, а Тану сел медитировать возле мачты на верхней палубе. Я открыла блокнот и неспешно записала формулы, которые использовала для взлома защитного барьера. Потом вспомнила, что использовала при открытие внутренних порталов. Система другая, но принцип конструирования, как учили в Универе подошёл.

Ночь над морем была ясной. Не ясной была вся наша дальнейшая жизнь.


## Глава 14

✦ Интерлюдия: Добро пожаловать на Туру ✦


Путеводитель для потерявшихся, нашедшихся и – особенно – для тех, кто считал, что покупает тур в рай, а оказался в контрактной западне, где валютой служит магия.

Если ты читаешь это – поздравляю. Ты жив. Пока. А раз ты жив – значит, попал на Туру. Как? Это уже детали. Кто-то просыпается здесь после портальной лотереи, кто-то – после стакана чего-то подозрительного в таверне. А кто-то – по воле демиурга. (Демиург, кстати, тоже не отсюда. И давно потерял влияние на планету.)

Тура – планета-каша. Планета-салат. Планета, где магия, технология и откровенная дурь собрались в одном котле, забыв убрать крышку.

Как всё началось?

По неподтверждённым слухам – тысячи лет назад один портал чихнул, и в эту точку начали стекаться все, у кого были амбиции, неосторожность или кривой компас. Пришельцы с витков A, РA, даже с глянцевых окраин ГРА. И каждый думал: «Вот она, новая земля! Сейчас я тут быстренько – оп! – и буду всем рулить».

Ха. Первым здесь оказался хаос. Он, собственно, и рулит.

Кто тут живёт?

У Туры нет коренных жителей. Все пришлые. Все что-то ищут. Или кого-то прячут. Или от кого-то прячутся.

Фелари – кошкообразные, грациозные, с идеальной шерстью и контрактами на все тяжкие в бархатных папках. Любят роскошь, цитаты, почесать за ухом и владеть всем, на что посмотрят.

Элрины – енотовидные эстеты. Мех – модный, движения – точные, взгляд – из серии: «Я уже понял, сколько ты стоишь». Обожают украшения, артефакты, заклинания на безделушках и крокодилов на цепочках.

Киранты – вы их узнаете. По шрамам. По глазам. По тому, что они не шутят. Никогда. Даже когда режут праздничный пирог.

Сектанты – представьте рой, у которого был абонемент в храм, но что-то пошло не так. Коллективный разум, коллективная злость, коллективная скидка на истребление неверных.

Эукариоты – слизнеобразные дельцы. Скользкие, обаятельные, с миллионом щупалец и одним-единственным интересом – твоим кошельком (и магией, но это потом).

Цефалопоиды – осьминоги с научными степенями. Могут одновременно пить кофе, подписывать бумаги, жонглировать шарами хаоса и спорить о квантовой физике. Не подходи близко – затянут в дискуссию.

Люди… Ну, вы знаете. Люди здесь – как соль. Иногда нужная. Чаще в пищу.

Что здесь работает?

И почему это вообще работает?

Маготехника. Это как стимпанк, только с заклинаниями, огненными котлами, дирижаблями, которые телепортируются не туда, и автоматонами, которые требуют выходной.

Пушки – рунические.

Дирижабли – на эфире.

Газеты – в виде голограмм с криком на весь район: «Скандал в Совете Вольных Народов!»

И денежная валюта – магия.

Кто здесь главный?

Никто. Но если хочешь выжить – запомни три формы власти:

Магическая. Кто сильнее – тот и печёт пироги. Из врагов.

Физическая. Если можешь поднять тролля – уважаем.

Контрактная. Самая страшная. Один неверный подпункт – и ты обязан по гроб жизни, быть донором манны или прислуживать хитрецу, которому ты продал триста лет назад шляпу вместе со своей головой.

На Туре нет справедливости. Здесь есть сделки – подписанные, запечатанные, пропахшие магией и амбициями. Есть материки на которых еще можно жить по-человечески, но до них надо еще добраться.

Последнее напутствие

Если вы попали сюда случайно – не бойтесь, и постарайтесь добраться до Ксерил.

Если намеренно – задумайтесь.

На Туре можно стать кем угодно:

героем,

легендой,

брендом нижнего белья среди кирантов.

Но главное – не оставляйте контрактов без подписи. Особенно тех, что говорят шёпотом, и прописывают мелким шрифтом внизу бумаги .

И добро пожаловать.

(Выхода, кстати, нет. Но это мелочи.)


## Глава 15

Сквозь Пустошь


Катамаран «Гарсия» шёл ровно, как уверенный в себе барон – неспешно, с достоинством и с лёгким сиянием вокруг корпуса. Волны отступали перед ним, признавая магическую силу судна.

– Мы приближаемся к границе Тёмных Пустошей, если, конечно, эти воды хоть кто-то когда-нибудь точно картографировал, – хмуро сказал Тану, вглядываясь в карту.

– Ну, отлично. Мне всегда хотелось умереть от неожиданной морской медузы. Или от вежливого, но хищного кита-адвоката, – протянул Стилет.

– Котики не тонут, – спокойно заметил Йенс и в следующее мгновение… прыгнул за борт.

– Это что, проверка? – я слегка обалдела от таких действий.

– Нет, это тайм аут, – донёсся снизу его голос.

– Мы идем к цивилизации, а капитан – на разведку, – пояснил шаман.

Вода вспыхнула синим светом, и в ней мелькнуло что-то массивное. Но не угрожающее. Скорее – красивое.

Я кинулась на палубу и попыталась всмотреться в глубину моря.

Йенс, расправив ласты, скользил рядом с судном – и лучше видел то, чего мы не могли увидеть с палубы.

Я задумалась и полезла в свой рюкзак. Видео камера, полезная, на магическом кристалле. Отлично, я представила ее и она появилась у меня в руках. Только нырять с капитаном мне не хочется. А вот посмотреть очень даже полезно. Всегда полезно быть в курсе всех событий.

– Стилет, у тебя не найдется длинной веревки, чтобы опустить камеру в воду? – спросила я у самого весёлого члена экипажа.

Стилет почесал затылок и побежал на кухню. Быстро, очень быстро прибежал и протянул мне моток лески. А я и не подумала о ней.

Молодец пацан. Позже мы увидели красоту подводного мира.

Огромные купола подводных руин, светящиеся растения, и фигуры, плывущие рядом.

Существа с гибкими телами, волосами, переливающимися в воде, кожей в узорах – не русалки, а пелари. Водная раса, живущая в магических осколках древней цивилизации. Я о таких читала.

Они не нападали. Но смотрели с интересом на морского котика.

На палубе Стилет вглядывался в воду:

– Кто-нибудь ещё видит, как котик уходит в сторону со стаей подводных дев? Или мне наркоту в вино подсыпали?

Я ничего не ответила. Я чувствовала, как вода вибрирует. Здесь магия была другой – текучей, сильной. Как бы мне это использовать. Я столько раз пользовалась готовыми кристаллами. Что совсем не задумывалась как их наполняют. Можно от мага к кристаллу. Но можно же и от магической среды! Как делали это мои предки ведьмаки.

Йенс всплыл у борта, ухмыляясь:

– Ну что, дамы и господа. Под водой есть руины, маяки и кое-кто ещё. Нам бы лучше не ночевать на месте. Местные не злые, но… они забеспокоились. Пытались остановить меня.

– И что же они увидели в тебе? – усмехнулась я.

– Приятную мордочку и шикарную ласту, конечно.

Тану кивнул:

– Значит, держим курс на северо-запад. К берегу Ксерила. И… без резких поворотов. Здесь магия работает по своим законам. Еще не известно, как наши магические артефакты поведут себя в сдешней среде.

Катамаран плавно развернулся. Ветер наполнил паруса. Впереди начинала маячить фиолетовая дымка заката.

А позади – под толщей воды – пелари ещё долго смотрели нам вслед.


## Глава 16

Карта, которой не существует


Катамаран "Гарсия" шёл по океану, как будто плыл не по воде, а по стеклу. Волны больше не шипели у борта – они поднимались с уважением и отступали, оставляя путь ровным и гладким. Магические потоки – сильные, первобытные висели в воздухе, расслаиваясь на капиляры.

Йенс вернулся на борт не просто с улыбкой, а с тем особым выражением, которое бывает у ученого, увидевшего нечто… старше динозавров.

– Что, морская терапия помогла? – усмехнулся Стилет, закручивая локон за ухо.

– Не то слово, – ответил Йенс, бросая мокрое полотенце на поручень.

Он сел. Лапы ещё не до конца приняли форму рук. Глаза были глубже обычного.

– Только это была не терапия. Это был… апгрейд. Эти пелари – не просто русалки с грудью и хвостом. Они разумные и образованные личности. Они… показывают. Мыслеобразами. Магией, не словами. Очень мягко. Очень мощно. И Ярко.

– И что они тебе показали? – спросила я, не поднимая глаз от монитора с видео прогулкой морского котика.

– Нашу карту, – тихо сказал Йенс.

Он обмотался полотенцем и полностью принял человеческий вид.

– Или, точнее, то, как я её представлял. У меня в голове была та самая схема, которую мы используем для навигации. Они это увидели… и удивились. Нет, обалдели.

Стилет навострил уши: – Подожди… Обалдели от карты? Почему?

– Потому что по ней уже никто не плавает. Тектоника сдвинула материки. Океаны стали морями. Берега – под водой. Пелари живут в бывших городах. Наш маршрут… древний.

– Ну класс! Мы водим "Гарсию" по музейной схеме, – не сдержала я своих эмоций. Хотя сама примерно о таком и представляла. Странно. Гормоны что-то расшалились.

– Мы в океане. Я чувствую. Не море. Не пролив. Настоящий, сильный, живой океан. Где всё ещё слышны старые песни земли и он полон разумного народу, – добавил Тану.

Йенс кивнул:

– Пелари удивились. И глянули на меня как на того, кто идёт в пустоту по памяти. Они даже попытались показать другой путь, но… я не всё понял. Это не язык. Это… ощущение. Как течение под водой.

На мгновение все замолчали. За иллюминатором солнце заходило за горизонт.

Стилет первым нарушил молчание:

– Значит, к Ксерилу мы всё ещё идём. Просто… в обход. Пунктиром, так сказать.

– Нам нужно искать промежуточные точки. Острова. Колонии. Может, даже маяки, если они есть, – сказал Йенс.

Тану поднял глаза. В них плескалась тишина.

– Мир разговаривает. Наконец-то. Слышите? Я – слышу. Земля. Вода. Небо. Они не просто дают путь. Они дают информацию о мире!

Стилет вздохнул, и глаза его блеснули от азарта:

– Ну, значит, играем по их правилам. С карты, которой у нас не существует. С компасом, который крутится как сумасшедший. На катамаране, где одна ведьма, один котик, один шаман… и я.

– Ты – просто весёлый груз, – отрезала я, но уголки моих губ дрогнули и растянулись в незапланированную улыбку.

*

В кают-компании куда я спустилась на ужин повисло уютное, живое напряжение.

Я молчала. Вот и начались первые шахматные партии. В моей голове крутилось не то, как повернуть штурвал, а как сделать это выгодно для себя, любимой. Я не верю в судьбу. Я верю в расчёт.

Я не хочу чтобы меня использовали. Я хочу полноценного сотрудничества. Знания всегда валюта. А я в этом спец.

Стилет ел что-то на вид и запах мясное, болтая ногой и мысленно прикидывая, где на карте может быть следующий остров с таверной, редким камнем или, желательно, чем-то взрывающимся. Я не читаю мысли, но у этого парня все написанно на лице.

Тану не ел. Он слушал. Он был как впервые подключившийся шаман, который наконец словил частоту мира и пытался не заорать от восторга.

А Йенс стоял у поручня. Молчал. Он не мог понять, было ли то, что он чувствовал под водой, страхом… или приглашением или помощью мимо проплывшему путнику.

– Завтра берём восточный курс, – сказал Тану.

– Согласен. Держим "Гарсию" под парусами. Если у пелари было право на сомнение – у нас должно быть право на выбор, – авторитетно заявил капитан.

А если опять встретим кого-то, кто знает что лучше для нас? – осторожно спросил Стилет, глядя на Йенса.

Я взглянула на него и решила влиться в разговор:

– Тогда мы, по крайней мере, сможем сказать, что плыли по своей воле.

Пока было всё не плохо. Тану постепенно освоится с потоком информации, и у нас будет свой интернет транслятор. Найдем землю, как знать сколько уже прошло времени и возможно мы встретим развитой и цивилизованный мир. Узнаем что здесь деньги и чем живут люди. Потом доберемся до межмирового портала и отправимся в Инферно, от туда точно можно попасть на Землю. Нагребу впрок кристаллов. И опять буду в апельсинах. Только уже без чьей либо помощи. Хотя на Земле за это время лет десять – пятнадцать пройдет. А я вся такая молодая. Ещё лучше. Я размечталась идя в свою каюту. Что не говори, а я пока одни плюсы вижу.


## Глава 17

Завтрак с привкусом ностальгии


На палубе было солнечно, ветер играл с парусами, а в кают-компании витал запах готовящейся еды.

Стилет с важным видом стоял у плиты. На нём – тот самый смешной фартук с надписью «Готовлю, значит живу», который раньше носил малыш Каи. порошковый омлет вкусно шипел на сковороде. А запасы продуктов таяли на глазах. Но сейчас это не имело значения.

– Шеф-повар докладывает: завтрак готов, настроение стабильное, – сообщил он и разложил по тарелкам аккуратные порции.

Я, не отрываясь от голограммы с картой, подтянула к себе термо кружку с чаем. Эти балбесы не закупили кофе. Потому что его не пьют. Кто в наше время не пьет кофе? Я немного злилась. У меня в рюкзаке было не только кофе. Просто не хотела всем показывать истинную величину под пространственного кармана своего чудо-рюкзачка.

Йенс, босиком, с полотенцем на бёдрах, сел молча, покосившись на омлет. Все присели, разом притихнув – момент, похожий на мирное утро в любой другой семье, если бы не катамаран, магия и лёгкий запах антисептика из фильтрующих шкафов и Чужой мир.

– Значит так, – нарушил молчание Йенс, ткнув вилкой в тарелку, – что дальше?

– В смысле? Завтракать, – не понял Стилет.

– Я о маршруте. Мы идём по старой карте, через неизвестные воды, и, простите, но всё, что у нас есть – это слова «Ксерил» и «может, там ответы». – Йенс поднял глаза.

– А тебе не нравится? Солнце, море, отличная яхта, компания шикарная… Где ты ещё позавтракаешь под саундтрек третьего измерения? – Удивился Стилет.

– Он прав. Мы не знаем, куда именно придём. Но вектор у нас один: цивилизация. Центр. Сеть. Если и искать следы портальной магии – то там, где ею пользуются. А Ксерил – это торговая империя, – спокойно сказала я.

Тану, не поднимая взгляда, добавил:

– У нас есть две проблемы: нет карты и нет контактов. Нам нужны оба. Значит – двигаться к местам, где ходят корабли, говорят на многих языках и продают информацию.

– И желательно – еду. Не то чтобы я паниковал, но порошковый омлет “Бермудский треугольник” – это диета для психически устойчивых и он тоже скоро закончится, – вставил Стилет.

Йенс вздохнул:

– Просто я привык понимать, куда и зачем иду. Сейчас – не понимаю. Мы все будто бы плывём на автомате.

– Потому что назад – некуда, – тихо добавия я.

Повисла тишина. Даже Стилет на миг замолчал.

– Тогда предлагаю план. Мы держим курс на ближайший подтверждённый архипелаг, высаживаемся, собираем сведения. И решаем – плыть ли дальше к Ксерилу или искать обходной путь. Но делаем это вместе. Осознанно, – продолжил Йенс.

– Звучит разумно. Я за, – кивнул Тану.

– А я за компанию, – весело сказал Стилет.

Я допила чай. Не могу сказать, что он был плох. Очень даже качественный, крупнолистовой, зеленый чай. Но утром предпочитаю кофе. И ладно, перебьюсь если его нет. Кофе был. И эта мысль сверлила мне в голове большую дырку.

– Договорились. Двигаемся – но с открытыми глазами. В каждом пункте – остановка, разведка, сбор данных. Меньше теорий, больше фактов.

Катамаран легко резал волну, направляясь к новой точке – не на карте, но в общем согласии.


## Глава 18

Линия надлома


Катамаран «Гарсия» шёл по курсу, как часы. Безупречный корпус, стабильный ветер, магическая защита включена. Всё шло идеально.

Ровно до того момента, когда небо словно провалилось.

Без предупреждения – как будто кто-то вырвал кусок мира – на горизонте вскрылась чернильная воронка. Волна магии налетела без звука. Бортовые датчики взвыли. Вода под катамараном дрогнула.

– ШТОРМ! Все по местам! Лиз, щит! – Заорал Йенс.

– Уже активирую!

Голос мой был сух, но пальцы дрожали. Это не шторм. Это… сдвиг потока. Вот ведь! Что за фигня?

Катамаран повело. Йенс вцепился в штурвал, удерживая курс вручную. Паруса вздулись, словно за них тянули из другой реальности.

Вспышка – сбоку, как молния. Сгусток энергии пронёсся мимо. Один из генераторов щита мигнул, перегорел. На миг защита ослабла – и катамаран остался голым в центре бури.

– Назад! Щит треснул! – крикнул Стилет, заслоняя Тану.

Шаман стоял, словно в трансе. Он не чувствовал бури. Он чувствовал… нечто другое.

Но буря схлопнулась так же быстро, как появилась. Словно кто-то зашёл, проверил и ушёл.

Тишина. Только шипение системы охлаждения и треск подгоревшего кристалла на корме.

Молчали все. Минут десять. Каждый – в своей тишине.

– Где ты была?! – сорвался Йенс. Он смотрел на меня, но голос его был сорван от чего-то большего, чем злость.

– Почему защита не сработала сразу?! Почему никто не отследил сдвиг?!

Я откинулась на спинку кресла. Вся кровь с лица ушла в пятки и там неприятно щекотало и пульсировало. Разоравшийся капитан, то еще зрелище. Но 25 лет практики преподавания не прошли даром. Мой голос звучал спокойно:

– Потому что я не бог. Я не технарь от порталов. Я артефактор. Я делала, что могла. Хочешь лучше – садись за панель сам.

– Я капитан. Я отвечаю за вас всех! А ты прячешься за кнопками!

– Лучше прятаться за кнопками, чем за чужими ожиданиями, – резко бросила я. Всё таки моя выдержка трещит по швам. Руки с перепугу от этого сдвига еще не отошли. А тут морской котик над телом нависает и в ухо орет.

– А ты, шаман?! – рявкнул Стилет, сжав кулаки. – Ты же с миром связан. Почему молчал? Почему не предупредил?

Тану медленно повернулся к нам. Его взгляд был чужой, отрешённый.

– Потому что это была не буря. Это был зов. Проверка. Я… не мог объяснить. Но это не был хаос. Это было сознание. Оно смотрело.

Йенс выругался сквозь зубы и отвернулся. Он чувствовал, как у него трясутся руки. Не от ярости. От страха. Но он не мог – не имел права – показать это.

Стилет сел прямо на палубу. Уперся руками в настил.

– Отлично. То есть нас кто-то сканировал? Мониторил? Или просто решил дернуть рычаг и посмотреть, кто выживет?

– Мы все на пределе. И знаете что? Это нормально. Это значит, мы живые, – сказала я. Тихо.

Катамаран качнулся. Всё снова стало тихо. Но уже не так, как прежде.

Йенс стоял у штурвала. Он пытался дышать ровно. Его трясло не от холода. Он испугался. Понастоящему. Не за себя – за всех. И это пугало сильнее всего.

Я смотрела на панель. Бесполезно. Я делала всё, что могла, и снова – оказалась виновата.

Тану сидел у борта, глядя в воду. В глубине что-то смотрело в ответ. Он слышал этот голос – не шум, не поток – а именно голос. Он знал, что это не было случайно.

Стилет сидел на полу. Улыбался. Насмешливо, как всегда. Только улыбка эта была слишком приклееной. Он чувствовал: стоит одному сломаться – и паника накроет всех нас с головой.

А ведь мы только сейчас начали осознавать проблему нашего попадания. Мозг начал постепенно отходить от первичного шока. И вот спустя неделю, начался приход.

Катамаран дрейфовал. И каждый из нас – тоже.

Мир показал зубы. И напомнил: мы – всё ещё гости. И не факт, что желанные. И какие здесь монстры обитают, это нам еще предстояло выяснить. А хотелось домой, в теплую постельку и книжку по душевнее.


## Глава 19

Сон. Первая форма


Он стоял на склоне, обутый в тонкие сапоги из чёрной парящей ткани, и смотрел на небо, которое медленно стекало в сторону – будто планета двигалась не по кругу, а по спирали.

Сон – имя, которое он выбрал сам. Из всех гармоник, из всех потоков – он выбрал это короткое слово. Оно было мягким, почти неслышимым. На всеобщем языке оно означало «вспышка перед осознанием». Но ему просто понравилось, как оно звучит.

– Ты чувствуешь что-нибудь? – спросил его куратор, возвышаясь позади, всё ещё в световой форме.

– Да, – ответил Сон, не оборачиваясь. – Здесь пахнет глиной. И воздух… плотный. Он как еда.

– Это гравитация.

– Нет. Это тоска, – поправил Сон.

Он был слишком молод, чтобы быть логичным. И достаточно любопытен, чтобы не бояться своей новой оболочки. Его волосы – золотисто-рыжие, как вечернее солнце, – трепались на ветру. Он засовывал пальцы в пыль, нюхал цветы, засыпал под деревьями и разговаривал со скалами.

Остальные Каэль’риан находили это… нецелевым. Но наблюдали.

– Я слышу их, – сказал он однажды. – Разумных. Они там, за морем. Говорят быстро. Кричат даже, иногда поют. Они похожи на кометы. Только с ногами.

– Их цикл короток. Не сближайся.

– Почему?

– Потому что ты не сможешь забыть их.

В тот день Сон сидел на краю ущелья и пытался нарисовать закат. У него не получалось – у цвета не было формы. Он злился. Рисовал углём по камню, царапая бессмысленные линии.

– Почему они такие… живые? – прошептал он.

Никто не ответил.

Он ещё не знал, что с того момента станет тем, кто нарушит нейтралитет. Кто первым пойдёт к людям, а не от них.

## Глава 20

Сон. Вторая зарисовка


Пока никто не смотрел, он вышел за пределы круга.

Внутри Ара’Лаэна всё имело границу – не линию, а вибрацию. Сон чувствовал её всегда: невидимое поле, натянутое как тонкая нить по вершинам скал и перевалам. Это была не защита. Это была инструкция.

Не выходить. Не прикасаться. Не задавать лишних вопросов.

Он переступил.

– Только посмотреть, – шепнул он, словно оправдывался кому-то внутри.

На этой высоте ветер нёс запах соли. Где-то далеко внизу серебрилась гладь океана, и в ней отражалось солнце, похожее на раскрытую ладонь.

И там – за горизонтом – двигалось что-то чужое. Странное судно.

Белая, гладкая стрела. Слишком прямая. Слишком… не отсюда.

Сон присел, сложил руки перед собой, как учили. Закрыл глаза. Попробовал протянуть нить.

Его касание было мягким – не как у сородичей, что шли мощно, будто хлыстом щелкая по магическим нитям приводя движение воздуха в торнадо. Он просто дышал внутрь пространства. И оно ответило.

– Они боятся. Один из них – солёный.

Он почувствовал Йенса. Плотную, сильную структуру, колышущуюся, как океан. Затем – Стилета. Весёлый, колкий – живой. Он дрожал, как пламя над спиртом. Тану – тёплый камень с трещинами, из которых текла музыка. И Лиз…

Сон открыл глаза.

Лиз была другой. Она не пульсировала – она была сжата, как пружина. Словно что-то внутри неё кричало, но без звука.

Он прислонил ладонь к груди.

– Я хочу… знать, – прошептал.

Слова разлетелись по ветру.

Вечером он вернулся. Не на свой холм, не в пределы долины, – а к Хранилищу Образов. Он знал, что ему рано. Но никто не остановил. Ведь Каэль’риан не ходят туда без причины.

Он вставил руки в проекционные потоки и вызвал образ – женщину с глазами, которые не доверяют миру. Система не выдала запрет. Не послала сигнал старшим. Просто открылась. Это было впервые.

Сон улыбнулся.

– Тогда вы тоже хотите знать, – прошептал он.

Пока старшие обсуждали полёт сезонных сфер и движение хроноса, юный представитель света и мысли сидел под скалой и медленно, аккуратно рисовал лицо, которое не знал.

Он не знал, что имя ей – Лиз. Но он знал, что через неё откроется дверь. Не потому что так сказано. А потому что она – узел.

А он, возможно, станет ключом.


## Глава 21

✦ Паруса и кандалы


– На горизонте судно, – сказал Йенс. Ровно. Без эмоций.

– Одно? – Я приподняла бровь.

– Уже нет. Теперь их четыре. Нет, пять.

Катамаран «Гарсия» мирно рассекал воду. Паруса натянуты, курс стабилен, приборы тихо пели магической гармонией. Но над гладью океана начиналась новая движуха. Пятно на горизонте росло и дробилось – как разлитое вино на белой скатерти.

Стилет поднял бинокль.

– Эмм… а это точно здешний патруль? Потому что у одного из кораблей – флаг с костью.

– Весело, – хмыкнула я.

Только морской войнушки нам и не хватает. Прикинула, что у меня для этого есть. И поняла что, да кое-что достану мгновенно. Но стою и жалею, что не сделала это раньше. Давно надо было перетрясти запасы и прикинуть возможность их использовать. Совсем расслабилась с этой мирной, укачивающей прогулкой.

– Это флотилия. Шлюп, бриг, галеон, ещё один бриг… и фрегат, – произнёс Йенс.

Тану подошёл к борту. Помолчал.

– На том фрегате… люди.

– Ну, логично. На кораблях обычно кто-то есть, – пожал плечами Стилет.

Тану медленно повернулся. Его лицо было как камень:

– Они на цепях.

Тишина упала сразу. Даже ветер будто сбился на вдохе.

Я опустилась рядом с панелью, всматриваясь в форму судов.

– Рабовоз… – Здесь ещё держат людей в клетках? – прошептала я.

Вот тут мне стало нехорошо. По настоящему. Даже стало подташнивать. Куда мы попали? Рабство? Серьезно? Нам мало было попасть в опу вселенной, мало оказаться перед нерабочим порталом и предстоит еще найти нужный. Ещё и это? Где мы так напортачили?

– Держат, их души дрожат. Они не спят. Их страх – как колокол под водой. Глухо, но невозможно не услышать, – подтвердил Тану.

Стилет медленно опустил бинокль.

– Их много. Сотни?

– Думаю, больше. И мы – свежая цель. Они не видели такого корабля, как наш, – буркнул Йенс.

– Им даже не нужно знать, кто мы. Они просто хотят его заполучить. Разобрать. Приручить, – тихо выдавила я. Сказала бы что на моей голове волосы зашевелились, но это ветер их шевелит.

Вдалеке флотилия пошла в разворот. Паруса трещали, как расправленные крылья. Судна выстраивались дугой, перекрывая путь к побегу.

«Гарсия» напряглась – корпус гудел, как струна.

– Йенс, курс на сближение или уходим? – робко спросила я.

– Пытаемся разорвать их стратегию. Если повезёт – уйдём боком.

– А если не повезёт? – выдохнул Стилет.

– Тогда будем очень, очень несимпатичными в бою, – усмехнулся Йенс.


Катамаран резко сменил угол. Сетка защиты вспыхнула на секунду, отбросив первый разведывательный магический импульс.

– Они проверяют щит. Пощупали нас, как рыбу перед покупкой, – сказал Тану.

– Чудесно, я не собираюсь стать филе в их меню, – я стиснула зубы до скрежета. Выудила из своего рюкзака кристал с магическим зарядом среднего объема и усилила все защитные системы этого корыта.

– Эти люди… – Стилет замолчал. Смотрел в сторону фрегата.

– Что? – Йенс не оборачивался.

– Мы не можем их оставить.

– Мы не можем их спасти, – возразила я в зарождающейся панике. – У нас один катамаран. Один магический щит. И четверо туристов, застрявших во враждебной мифологии.

– Это не туризм. Это уже выбор, – вдруг сказал Тану.

– А мой выбор – выжить! Глупо рвать задницу на лоскуты ради незнакомцев и погибнуть с ними на тех реях.


«Гарсия» уходил зигзагом, ныряя между порывами ветра. Флотилия преследовала нас, но с осторожностью – явно не ожидали такой прыти от непонятного судна.

– Пушки не активировать, пока нас не тронут – не дерёмся, – твёрдо заявила я, молясь на благоразумие капитана.

– А если тронут? – спросил Стилет.

Йенс скривился:

– Тогда тронем в ответ. Очень больно. С земным приветом.

– Мы не вернёмся потом. Если сейчас уйдём. Эти рабы – они не просто люди. Они источник их энергии, это сигнал! – тихо сказал Тану.

– Сигнал чего? – я устало посмотрела на шамана.

– Того, как работает этот мир.

Молча кивнула. Продолжая молиться. Пока ещё был шанс уйти.

Но в этот раз – на душе было мерзко.


## Глава 22

Кровь на волнах


– Йенс, мы еще можем оторваться. Забери левее! – коротко бросила я, сжимая поручень.

Есть надежда, что флотилия не успеет взять нас в кольцо. И мы прорвемся. И вот на ту быстро затягивающуюся дыру, я смотрела, совершенно не думая, что не командир на этом корыте. И в этом мире в частности.

– Принято мэм, капитан я, если ты не забыла. Но благодарю за предложение, – буркнул Йенс, уже выкручивая штурвал. Врубая двигатели.

Порыв ветра хлестнул по боковине, и корпус катамарана чуть вздрогнул. Гарсия неохотно шла на разворот, как будто упрямилась. Тану прищурился, всматриваясь в угол паруса – тот уже начинал пузыриться не в ту сторону.

– Сейчас, Гарси… – прошептал он, бросив взгляд на бьющийся флаг на мачте. Он метнулся к шкотам – управляющим натяжением паруса. Руками уверенно, но без суеты, он начал травить одну сторону – отпускать верёвку, и выбирать другую. Парус дёрнулся, хлопнул в воздухе, словно выдохнул. Стилет ловко подхватил конец и сдержав его движение, моряки перевёли парус на другой галс, и тот мягко встал на новый угол к ветру. А затем резко

Катамаран послушно кивнул, плавно развернувшись на сорок пять градусов. Теперь ветер дул чуть сзади, в бок – как надо. Парус надувался ровно, и вся конструкция ожила, будто проснулась от дремоты.

– Вот так, Гарсия… – тихо сказал он, поглаживая деревянный поручень.

Катамаран «Гарсия» не выключая свои двигатели развернулся на сорок пять градусов. Дал рывок. Его паруса поймали поток, помогая двигателю и судно практически летело над морем, на гидрофоилах, срезая траекторию противника. Парусники флотилии – два брига и фрегат шли на сближение, стараясь взять нас в ловушку.

– Сжатие. Нас берут в кольцо, – прокомментировал Стилет, всматриваясь в их манёвр.

– Как в учебниках по морскому рабству. Всё равно успеваем проскочить, – пробормотал Капитан.

У борта, со спокойным лицом, стоял Тану. Он не смотрел на приближающиеся корабли. Он чувствовал их.

– Левый бриг. Паруса в чёрно-красную полосу. Женщины. Пленные. Некоторые… беременны. Закованные в сеть, под рунами, – произнёс он негромко.

Пауза. У меня поток холодного пота потек по спине.

– Второй бриг, обшитый металлом. Там воины. Люди. Им вживляют управляющие гвозди в позвоночник. Они под контролем. Машины с сердцем.

Стилет замолчал. Только губы сжались.

– Фрегат… – продолжал Тану, медленно. – Там дети. Закрытые в колбах. Консервация сознания. Их растят не для жизни.

– Для чего?! – выдохнула я в ужасе.

– Для органов. Доноры магических тканей и еда. Здесь это, кажется норма.

Йенс сплюнул за борт. Лицо перекосилось.

– Значит, если нас схватят, мы – на части. Отлично. Лиз?

– Щит на семьдесят процентов. Один прямой попадёт – продержимся. Второй – под вопросом, – ответила я, глядя в прибор, стараясь абстрагироваться от реальности.

– Не время для героизма и тупизма. Прорвёмся, потом разберемся, – отрезал Йенс.

– Как скажешь, капитан, – Стилет вцепился в фальшборт.

Первый снаряд из якорной пушки промахнулся, разорвав воду рядом. Всплеск ослепил, и «Гарсия» резко пошла в сторону.

Магический гарпун – второй. Визг, искры. Щит вспыхнул, но удержался.

– Держи, держи, держи! – заорал Йенс, роняя поворот. Катамаран заскользил боком.

Матросы повисли на канатах. Перенаправляя паруса.

Флотилия приближалась к нам – медленнее, но с яростной светомузыкой и магическим сиянием.

– Не ожидали. У нас скорость, которой они не видели. Мы ещё вам покажем, что такое земляне!

– И мы для них – не просто случайные моряки. Мы нажива. У них уже счетчик заработанных тугриков яркой пеленой перед глазами, – тихо добавил Тану.

– Кто управляет фрегатом? – спросила я, не оборачиваясь.

– Не человек. Не животное. Гибрид. В чешуе. Пахнет гнилью. Его магия пьёт страх. Он не охотится. Он коллекционирует.

– О, прекрасно, и мы – новинка в его коллекции? – сквозь зубы прошипел Стилет.

– Нет, мы – деликатес, – сказал шаман.

«Гарсия» взлетела на гидрофойлы и начала ускоряться по нарастающей. Сзади гремели снаряды, воздух трещал от зарядов, но пока – мимо.

Катамаран наконец разогнался, и мы полетели на полном ходу.

– Оторвались. Считай, что прошли первый круг ада, – глухо проговорил Йенс.

– А остальные? Женщины. Дети, – тихо бросил Стилет.

– Мы не спасём их, если умрём. Живи. Запомни. Найдём способ – вернёмся, – ответил Йенс жёстко.

Никто не спорил. Ветер был нашим союзником. И страх – тоже. Он гнал нас быстрее. А ещё у капитана, очень заряженный катамаран.

Неудачнику, хватающемуся за любую работу чтобы оплатить долги, такое не купить.

Мы не знали, куда ведёт путь. Но одно было ясно:

И нас будут искать. С этого момента – мы не просто туристы на эко планете. Мы – целый катамаран сокровищ.


## Глава 23

Точка перезагрузки


Катамаран «Гарсия» нёсся по волнам, как зверь, вырвавшийся из клетки. Паруса были натянуты до предела, дизельный двигатель работал на пределе, и даже встроенный магический движок временами собирал вокруг себя сгустки свободной магии, образуя вокруг нашего судна плотную подушку безопастности.

– В нормальных условиях, – буркнул Йенс, вытирая пот с виска, – это было бы романтическим круизом с ветерком. А сейчас – у меня рука дрожит от руля.

– Ну… это ты ещё не видел, как Стилет готовит. Вот там дрожь в руках чечетку на разделочной доске отбивает, – произнёс негромко Тану.

– Я все слышу! Ещё слово, и вы получите рис с овощами приправленный огненным соусом. Буквально, – крикнул с камбуза Стилет.

Смех был натянутым. Но он всё-таки был.

Спустя час, погода поменялась, ветер упал. Тану убрал паруса, я поставила новый кристалл на защитный щит и убрала напряжение на нейтралку. Энегро – сберегаемо. Но об опастности нас известит.

Мы замедлились. Но все еще шли на гидро фойлах и двигателе. Вода здесь была прозрачной, голубой, и казалась почти безопасной.

В кают-компании за ужином стоял тот самый рис и поджаренные в печке лепёшки. Было тихо, даже уютно. Но когда я решила тихо самоустранится к себе в каюту, будто невидимой границей отделяя себя от всех, Йенс поставил чашку на стол и тихо, но отчётливо сказал:

– Так не пойдёт.

Все замерли.

– Что?

– Я сказал, так не пойдёт. Мы в одной лодке. Буквально. И если кто-то из нас знает, как выжить, – он перевёл взгляд на мой плотный рюкзак, который я никогда не выпускала из рук, – то этот кто-то должен, как минимум, делиться. Не секретами, так ресурсами.

– Ты хочешь, чтобы я выложила всё? – голос мой был ровным, и холодным.

– Я хочу знать, на что мы можем рассчитывать. Я капитан, и мне нужно знать боезапас. Даже если он в твоём рюкзаке.

Стилет подлил себе воды, не вмешиваясь, но смотрел внимательно. Тану тоже молчал, наблюдая.

– Я не отказыываюсь. Но я не обязана выкладывать душу, потому что вы вдруг стали тревожиться.

– Никто не просит душу. Только артефакты, – вмешался Тану.

– Я сама не совсем помню, чем располагаю, – коротко бросила я.

– А ты на нашем судне. Это не ультиматум. Это договор. Ты с нами – и у нас должен быть шанс. На выживание. На защиту, – добавил Йенс.

Я молчала. Потом медленно разложила на столе часть содержимого рюкзака:

– Браслет-усилитель. Два запечатанных арте-поля: одно – реактивное, второе – защитное. Подвеска связи и три комплекта к нему – дальнодействие до 400 км. Амулет обнаружения скрытых ловушек, я замолчала и задумалась. У меня было довольно много всего, что оседало в этом рюкзаке. Но я не готовилась к войне. И лет пять не делала ревизии. – Это всё? – тихо спросил Стилет.

– Это всё, что пришло мне в голову. У меня есть кристалы силы и свободные заготовки. Дайте мне задачу и я придумаю, как ее осуществить. Остальное зависит от того, доживём ли мы до завтра, – спокойно ответила я.

Йенс сжал кулак. Отпустил. Взял себя в руки.

– Ладно. Начало есть. Спасибо. Но, Лиз… если дойдёт до боя, я не хочу угадывать, на что мы способны.

– Не хочешь? Тогда не строй иллюзий. Я артефактор. Не стратег. Если всё полетит к демонам – я выберу выживание. Без героизма. И лучше сделаю спасательную капсулу, вместо реакции обморожения или лазарной пушки.

– Подходит, а ты можешь сделать бомбу-парализатор рассеянного действия?– заинтересовался Йенс.

Я неуверенно кивнула, прикидывая принцип действия.

– Просто теперь мы знаем – ты что-то имеешь, и очень много что умеешь. Это лучше, чем пустота и неизвестность, – улыбнулся Тану.

Потом Стилет поднял бокал с водой:

– За чудесный семейный ужин. И за то, что никто никого не взорвал. Пока.

– Поддерживаю, – хмыкнул Тану.

– И за рис без сюрпризов, – поддержала я.

Смеялись уже громче.

Но я, несмотря на улыбку, знала – это был поворот. Я не намерена раскрывать все карты. Но, кажется, мне придется с ними подружиться.

И кто знает, какие из моих примочек придётся разыграть в первую очередь.


## Глава 24

✦ Глава: Прототип тишины


Я закрыла за собой дверь в каюту и прислонилась к ней спиной. Катамаран продолжал уносить нас от погони, но тишина внутри судна была почти гнетущей. В кают-компании спорили, ели, притворялись невозмутимыми. А я посто ушла.

Потому что нужно было думать.

Потому что я – артефактор.

Это слово, произнесённое с иронией в столовой, теперь звучало иначе. Как напоминание. Как возможность.

Я сняла куртку, отбросила ботинки, взяла свой рюкзак, потрёпанный временем – он выглядел абсолютно неприметно и затерто. Но внутри было всё.

"Только бы не почувствовали," – подумала я и сдвинула замки. В воздух вырвался слабый, вибрирующий импульс. Как дыхание механического зверя.

– Тихо, малыш. Не шевелись, – пробормотала я, и рюкзак словно послушался.

Из глубины вытащила коробку. Маленькую, квадратную, из гравитала. Внутри – десять магических накопителей. Небольшие, как монеты, с выгравированными рунными капиллярами. Я бережно провела пальцем по каждому. Четыре полностью заряжены, три – наполовину, два едва дышат, один – пустой.

– Не так плохо, – сказала себе. – Выживу. Если не тратить на глупости.

Далее пошли большие накопители. Пять. Чистые. Пустые. Моя личная заготовка – резервуары, способные выдержать прилив свободной магии. Но без настройки – это просто стеклянные сердца. И, чтобы они заработали, нужны руны. Особенные. Под этот мир.

Я задумалвсь.

В этом мире магия была везде – как влага в воздухе, как электричество в пальцах. Здесь всё текло. Всё соединялось. И именно это делало задачу сложной. Один неверный символ – и накопитель либо лопнет, либо начнёт поглощать собственную энергию.

"Сначала рюкзак," – решила я.

Рюкзак. Моё проклятие и моё спасение. Если кто-то из магов, особенно местных, хоть краем сознания заденет его структуру, – они поймут. Он невозможен. Он против правил. Но все его захотят.

Схема маскировки должна быть сложной. Слепой к взгляду. Глухой к попытке "прослушки". И при этом активной.

Я выудила блокнот и начала чертить. Линия за линией. Слой за слоем. Мысль за мыслью.

А в голове продолжал звучать тихий внутренний голос:

"Ты с ними. Ты зависишь от них. А они зависят от тебя.

Ты не герой. Они тоже достаточно разумны. Надо не просто держаться вместе, надо довериться им. Другой мир, другие правила. Сейчас в приоритете сохранение жизни, а не собственного богатства".

Остановилась, глядя на пульсирующую руническую спираль. Ту самую, которую когда-то начертила ещё в академии – когда только училась прятать свои разработки от других студентов.

Теперь надо кое-что спрятать от целого мира.

Это мой язык. Моя защита. Моя собственность.

И если уж в этом странном, опасном, сбившемся с пути мире можно создавать – то я буду создавать. Не ради спасения. Не ради команды.

Ради себя.

Пусть весь мир горит, лишь бы рюкзак остался цел. И я соответственно.

Я продолжила чертить, пока небо за иллюминатором не покрылось звёздами.


## Глава 25

✦ Лиз. Перезапуск


Я лежала поперёк кровати, закинув ноги на стену. Рядом – раскрытый рюкзак. Обычный, невзрачный снаружи, но внутри – кладезь запретной логики и неофициальной инженерии. Прототип сумки в подпространстве. Один из тех проектов, которые мы якобы разрабатывали в команде. На самом деле – Александр разрабатывал, я утверждала патенты и ходила на приёмы.

Теперь рюкзак был невидимый для всех, кроме меня. Вернее, я его тоже не вижу, но чувствую, как часть себя. Я молодец. Даже энергии прибавилось, вместе с настроением.

– Я же сама артефактор, мать вашу, – пробормотала себе – любимой и фыркнула.

Из рюкзака выкатился крохотный накопитель магии – как яйцо, только с легким фиолетовым свечением. Заряжен. Ещё один – заряжен. Маленькие, автономные. Стабильные.

Я перебрала их пальцами, как старую колоду карт. Десять штук. Работают. И ничего не потратилось! Один маленький! А это значит у меня не просто запас – это боекомплект.

– Так. Проверим большие. Если хоть один сдох – выкину в океан и пойду на минотавра с веслом.

Я вытащила пять крупных накопителей. Пусто. Магия местного мира их не цепляла.

– Рано обрадовалась.

Они были настроены на закачку энергии на Земле. А эта магия сквозила мимо, не «узнавая» форму.

– Рунная обвязка… – пробормотала и провела ногтем по гравировке на одном из корпусов. – Да уж, спасибо тебе, Саша. Сделал красиво, но не адаптивно. Хотя зачем? Можно подумать Саша держал дракона в подвале и скрывал его энергетические данные. Чудак – человек!

Имя сорвалось с языка само. И в этот момент, будто лопнул пузырь.

Вспомнила.

Как мы с ним работали по ночам. Как спорили. Как он придумывал, а я находила, как продать. Как красиво присвоила половину его докладов – и как он не возражал. Как он ушёл – не из-за скандала, не из-за карьеры, а просто домой. К жене. К дочери. Как я десять лет пыталась доказать, что он – меня обворовал. Я засчитала это как предательство. Хотя по факту – он просто перестал быть моим проектом.

– А я? – усмехнулась и стукнула пальцами по накопителю. – Десять лет “мсти”. Ни одного нового артефакта. Только пыль, ярость и кофе без радости на автомате.

– Всё. Хватит.

Я в мире, где магия живёт в воздухе. Она чувствуется в стенах, в парусах, в волнах за бортом. И если кто-то мог научиться ловить магию – то это Я.

Я взяла гравировочное перо, настроила частоту и начала перерисовывать схему накопителя. Под другим углом. С другой идеей.

Пока остальные ели, спали, спорили – я рисовала. И в этот раз – не ради патента, не ради славы, не ради «показать бывшему». А просто чтобы выжить.

Не каждый маг – артефактор. И не каждый артефактор – создатель. А вот я – такой была. Только забыла об этом.

Спасибо – вспомнила.


## Глава 26

✦ Курс на Ксерил


На утро море было спокойным, как зеркало, отражающее безмятежное небо. Катамаран «Гарсия» скользил по волнам, не оставляя ни пены, ни эха тревоги.

Йенс стоял у штурвала, мрачно жуя сухой корж. В его глазах – небо, на лице – недосып. Он вёл судно по звёздам. Не потому что романтика. Просто на данный момент расположение звезд является единственным ориентиром, который можно “присобачить” к нашим картам. Даже если прошло пару тысяч лет, не испарился же материк в стратосферу!

– Осталось примерно два дня до точки, где я надеюсь, нас не ждут пираты, – сказал он и сплюнул за борт. – Потом пойдём вдоль материка. Там должен быть порт. Или хотя бы деревня. Ну, хоть какая-то жаба с торговым складом должна же быть.

Стилет с утра пел. Фальшиво, громко, но честно. Ему нравился этот хаос. Эта свобода. Он готов был сражаться – даже с пустотой.

Тану сидел в тени паруса, окружённый разными оберегами. Он молчал. Вокруг него стояли небольшие камни – ловушки ощущений. Мир говорил с ним. Он ловил отголоски – и слушал.

Я вышла из своей каюты с совершенно другим взглядом на мир. У меня как будто крылья за спиной прорезаться начали. Я величина мирового уровня. Уровня этого мира я пока не знаю, но учитывая местный маг фон, почти уверенна, что артефакторика у них развивается в других диапазонах и принципах. Я здесь точно выживу! В руках – перепрошитый накопитель. Мой!

– Что это? – спросил Йенс.

– Прототип.

Я поставила кристалл на стол. Чтобы капитан мог его лучше рассмотреть.

– Если сработает – у нас будет резерв энергии. Если нет – я сожгу стол. Так что проследи, чтобы никто не крошил сухорями рядом.

– Люблю, когда женщина сразу обозначает границы, – отозвался Стилет.

– Курс какой?

Йенс указал на горизонт.

– Ксерил. Или то, что на карте было Ксерилом. Нам нужно узнать, где мы, кто здесь правит, и как дожить до конца недели.

Я кивнула.

– А потом – домой.

– Да, – отозвался Тану.

– Но сначала – выжить.

И тогда Йенс, впервые за много дней, улыбнулся.

– Ну что ж. Вперёд, в никуда. По курсу – любые неприятности, кроме смерти.


## Глава 27

✦ Остров


– ЗЕМЛЯ! – окрик разорвал утреннюю тишину, заставив альбатросов взмыть в небо.

Катамаран «Гарсия» медленно приближался к берегу, скрытому за густой завесой субтропической растительности. Ветки деревьев свисали над водой, образуя естественный туннель, ведущий вглубь острова.

– Это точно земля? – протянул Стилет, щурясь на берег. – Может, это гигантская черепаха, решившая вздремнуть?

– Если это черепаха, то у неё проблемы с гигиеной, – отозвался Йенс, вдыхая влажный воздух, насыщенный ароматами неизвестных цветов и… чего-то подозрительно гниющего.

Я поднялась на палубу, держа в руках прибор, который издавал тревожные сигналы. Сканирование местности дало неожиданные результаты. Хотя, кому я говорю. Всё что здесь происходит и есть для нас странное и неожиданное.

– Растительность здесь… необычная. Некоторые растения реагируют на движение. Плотоядные виды, возможно.

– Прекрасно. Надеюсь, они предпочитают вегетарианцев, – усмехнулся Стилет.

Тану сидел в тени паруса, окружённый своими камнями-оберегами. Он молча наблюдал за берегом, прислушиваясь к шепоту острова.

– Остров говорит, – произнёс он тихо. – Он не рад нам.

– Ну, это взаимно, – буркнул Йенс, направляя катамаран в узкую заводь, где густая растительность образовывала естественный навес.

Катамаран медленно вошёл в заводь, скрываясь под покровом деревьев. Вода здесь была тёмной, почти чёрной, отражая лишь смутные силуэты.

– Идеальное место для пикника, – заметил Стилет, доставая из-за пояса нож. – Или для того, чтобы быть съеденным гигантским цветком.

Йенс заглушил двигатель и обернулся:

– Нам бы очень помогло выжить, если у тебя есть какая-то защита.

Я стоявшая рядом с приборной панелью, кивнула:

– У меня есть несколько устройств, которые могут помочь. Во-первых, я могу настроить сенсоры для обнаружения плотоядных растений, как обнаружение ловушек. Они реагируют на определённые химические соединения, которые выделяют такие растения.

Я достала из рюкзака. а визуально это выглядело, как материализация в руке фокусника, компактное устройство, напоминающее сканер, и включила его. Экран засветился, показывая карту ближайшей местности с отмеченными опасными зонами.

Что интересно, команда проглотила это шоу с легкостью, не моргнув и глазом, и главное, не задавая мне дополнительных вопросов.

– Во-вторых, у меня три защитных костюма, разработанные для работы в среде агрессивной растительности. Они устойчивы к порезам и укусам.

Я открыла отсек и достала несколько комплектов одежды, напоминающей камуфляжные костюмы с плотной тканью и встроенными сенсорами.

Йенс взял один из костюмов и внимательно его осмотрел:

– Неплохо. Это может пригодиться.

Он повернулся кТ ану, который всё это время молча наблюдал за происходящим.

– Тану, ты что-нибудь чувствуешь?

Шаман закрыл глаза и прислушался к окружающим звукам. Через несколько мгновений он открыл глаза и произнёс:

– Остров живой. Он наблюдает за нами. А в этой части нет поселений разумных. Есть место выше, откуда можно увидеть больше. Там мы сможем понять, куда попали.

Йенс кивнул:

– Хорошо. Поднимемся на возвышенность и осмотрим окрестности. Лиз, подготовь оборудование. Одеваемся.

Стилет усмехнулся:

– Наконец-то немного экшена.

– Стилет, ты остаёшься на катамаране. Лиз и Тану, одеваемся.

Ухмылка с лица Стилета слетела, как буд-то у него отобрали мороженное, будь он ребенком. Он выглядел расстерянным и обиженным одновременно. Даже дреды на его голове начали поддрагивать.

– А если вы не вернётесь? – спросил Стилет совсем поникшим голосом.

– Тогда катамаран твой, – усмехнулся капитан.

Я установила сеть сетку свяжи в рубке, и раскрыла ее. Жаль у меня всего две рации к нему, третью, я не нашла. Настроила их на одну волну. И протянула Стилету.

– Ты будешь на связи. Не балуйся. Если выходить на связь раз в день, хватит на месяц, а то и больше. Дальность выставила на 50 км. Выходим на связь на закате. Аллилуйя, здесь только одно солнце.

– Толковая ты чика, Лиз. Я рад, что попал в эту кашу с тобой, хотя если бы не ты, то не попал бы. Да, – задумчиво произнес Йенс.

Меня аж с делового настроя чуть не сорвало. Как же приятно слышать похвалу в свой адрес. Похоже я старею. Скупая констатация факта, без всякого намёка на доброе ко мне, любимой, отношение. А я уже вся растеклась в лужицу.

Мы высадились на берег и начали углубляться в джунгли, приближаясь к подножию горы, надеясь получить ответы на свои вопросы.


## Глава 28

✦ Поход, как будто просто поход. ✦

Джунгли встретили нас влажной духотой и липкой зеленью. Казалось, сам воздух здесь был густым, как суп, и каждый вдох требовал усилий. Лианы цеплялись за нас, будто пытались остановить, а под ногами корни так и норовили отправить кого-то носом в грязь.

Вдруг раздался резкий щелчок – и пёстрая птица исчезла в пасти местной мухоловки. Цветочек так невинно щёлкнул, будто хлопнул дверцей шкафа, а от бедной пташки остались только перья, плавно падавшие на землю.

– Эти растения явно не веганы, – мрачно прокомментировал Йенс.

– Ты наблюдателен, – фыркнула я. – Держи это качество при себе, может пригодиться, если тебя тоже попытается кто-то слопать.

Он скривился, но промолчал.

Мы шли дальше, и вскоре джунгли расступились, открыв небольшую лужайку. Мягкий свет пробивался сквозь листву, подсвечивая деревья с зелёными гроздьями, похожими на бананы, и пальмы с орехами, подозрительно кокосообразными.

– Местный супермаркет, – довольно пробормотал Йенс, осматриваясь.

– Да, только без ценников, и возможно, с кассиром-людоедом, – ответила я.

– На бананы похожи, но есть подозрение, что внутри может оказаться что угодно, вплоть до зубов, – задумчиво произнесла я.

– Орехи, как думаешь, – они и в джунглях орехи? – продолжил диспут Йенс.

– Но я бы не спешила их раскалывать зубами, если только у кого-то нет титана во рту.

Йенс хмыкнул.

Тану тем временем закрыл глаза и принял вид всезнающего шамана:

– Эти плоды привлекают птиц, похожих на индюков. Они приходят на рассвете. Тогда их можно ловить.

– Отлично, значит, у нас есть шанс поужинать индейкой на мангале, – буркнула я.

Пока мужчины делили роли охотников, я наблюдала за лужайкой. Слишком уж идиллической она казалась. Когда на неизвестной планете что-то выглядит так, словно само просит: «Соберите меня!», – значит, наверняка где-то рядом притаился сюрприз. И сюрпризы тут обычно с зубами.

– В любом случае, хватит болтать. Проверим окрестности и решим, что можно взять. Осторожно, – сказала я,

– Лиз, ты всегда такая осторожная?

Йенс посмотрел на меня с какой-то странной смесью уважения, раздражения и снисхождения. Я так и не поняла. Но, то что он стал на меня засматриваться, или ко мне присматриваться чаще. Это стало очевидным. Раньше он лишь изредка кидал в мою сторону взгляд. Как будто ему было больно на меня смотреть. Ну, оно и понятно. Осуждал. А отказаться финансовое положение не позволило. Где-то его сильно подставили. А тут я нарисовалась. Не каждая женщина сорит деньгами, для взятия на абордаж яхту в океане. Я улыбнулась краем губ.

– Йенс, если бы я не была осторожной, я бы не дожила до этого похода.

## Глава 29

✦ Гага ✦


Анализатор коротко пискнул – плоды безопасны. На вкус похоже на бананы, но сперва – тара. Мы на поляне, вокруг – лианы, широкие кожистые листья и целая коллекция природных «верёвок». Тану предложил простой план: делаем переноски. Отошли от берега мы не далеко. Так что унести побольше можно без проблем.

Пятнадцать минут – и у нас три нормальных корзины: каркасы из упругих лиан, внутри – «подстилка» из крупных листьев, ручки скручены в жгут, чтобы не резали ладони. Йенс работал ножом быстро и чисто, я держала натяжение, Тану плел так быстро, что я не успевала следить за его движениями. Получилось крепко. Мы аккуратно сложили в них первую партию плодов похожих на кокос – не горкой, в один‑два слоя, а сверху уложили связки бананов.

И вот когда всё шло по плану, из кустов выскочило нечто габаритов приличного индюка, деловито выхватило верхний бабан и, не сказав «спасибо», растворилось в зелени.

– Эй! Это наш обед! – возмутился Йенс и рванулся следом.

Мы оставили корзины и двинулись за ним цепочкой. Джунгли здесь плотные: лианы на уровне груди, корневища – как трапы, скользкие. Птица петляла осознанно, оставляя нам «карманы» из раздвинутых веток – заманчивые, но с шипами. Я отметила пару больших мухоловок взглядом и предупредила:

– Правая сторона – не лезть, там зубастый подлесок. И глаза держите выше уровня пояса – есть ветки‑«кнуты».

Тану поднял ладонь, прислушался к лесу, словно улавливая рябь в шуме листвы, и тихо сказал:

– Слева, за лианами с белой корой.

Обошли полукругом. Наш вор сидел на толстой ветке, зажатой между стволами, и держал добычу в клюве, как трофей. Птица нас видела – и это было видно. Не паника, а оценка.

– Йенс, сеть есть? – спросила я.

– Складная, под сбор образцов, – кивнул он, уже вытягивая из чехла тонкую плетёнку с грузиками.

– Тогда по‑простому я отвлеку, ты – крадёшься ближе справа, Тану – сверху прикроешь обзор.

Подняла мелкий камешек, метнула в дальние листья, чтобы щёлкнуло – птица коротко дёрнула головой, и этого хватило. Йенс бросил сеть чисто, без рывка, грузики легли кольцом. Птица трепыхнулась секунду, потом замерла. Не страх – опять оценка.

Мы подстраховали, сняли её с ветки осторожно, чтобы не травмировать крылья. На поляне, в тени, я присела на корточки, глядя в глаза пленнику. Взгляд был слишком… осмысленный для «обычной дичи». Йенс это тоже заметил:

– Умный взгляд. Не нравится мне это слово, но тут оно уместно.

– Потому и аккуратно, – ответила я.

Секунд пятнадцать понадобилось на проверку.

Я активировала портативный сканер – бесконтактно, на расстоянии. Поле, импульс, отклик. График повёлся, как на разумную аномалию: всплески мозговой активности, и связь, которую мозговые клетки сами не генерируют.

– Есть реакция, в теле источник структурированной энергии. Не паразит и не имплант, именно «своя» сигнатура, – сказала я.

Тану сел рядом, положил ладонь возле клюва не касаясь – и тихо, как в храме, произнёс:

– Это фамильяр. Отголосок воли, вплетённый в живое существо. Имя – Гага.

Птица моргнула и выдала мягкое, почти певучее:

– Га‑га.

Йенс выдохнул через нос:

– Прекрасно. Мы догнали «обед», который умеет представляться.

– Потому и не суетимся, снимаем сеть медленно. Если уходит – не держим. Если остаётся – говорим, – продолжила командовать я.

Сняли. Птица встряхнулась, поправила крыло – и осталась. Посмотрела на нас по очереди, как будто отмечая, кто есть кто, и сказала обычным человеческим голосом – с лёгкой хрипотцой, словно после долгого молчания:

– Я – Гага. Проведу вас к месту, где находятся ответы. Но дорога опасна. На острове многое притворяется тем, чем не является.

Мы молча переглянулись. Я кивнула назад, где остались корзины:

– Плоды прячем. Две наверх – на развилку ветвей, одну – в тень, маскируем листьями. Метки ставлю.

Сделали быстро: подвесили корзины на высоте на уровне моего роста, чтобы не утащили с земли, прикрыли листвой, отметили стволы узлами из тонкой лозы – свои метки. Взяли по фляге, проверили ножи, сеть свернули обратно.

Я обернулась к птице:

– Ведёшь – мы идём. Но если по дороге нам снова встретится «обед», который разговаривает, предупреждай заранее.

– Лиз, у тебя всё это выглядит как план, – вполголоса сказал Йенс

– Это и есть план, – ответила я так же тихо. – Идём за проводником, но своим умом не пренебрегаем. Смотрим под ноги, над головой и по сторонам. Всё, что неподвижно, может двигаться; всё, что движется – возможно голограмма или иллюзия.

Гага – будто отметила правильный ход мысли. А я, не меняя шага, мысленно зафиксировала три вещи: где оставили еду, как вернёмся, и что спросим, когда дойдём «туда». По опыту: ответы важны, но ещё важнее – правильно задавать вопросы. И главное, кому!

Гага наклонила голову – похоже, это у неё жест согласия – и шагнула между стволами, куда с поляны вела едва заметная тропа, утрамбованная не лапами – когтями. Мы двинулись следом, дистанцию держим, обзор – секторами. Лес смолк, как это бывает, когда кто‑то важный вошёл в комнату.

Я отметила про себя: у птицы нет суетливости. Держит темп удобный нам, без рывков. Время от времени оглядывается – не для контроля, а чтобы убедиться, что мы поняли: дальше – не здесь. Дальше – глубже.


Мы вошли в полутень следующего яруса леса.

## Глава 30

✦ Глава: Профессиональный гид ✦

Подъём был не подарок. Тропа становилась всё круче, а джунгли будто решили проверить нас на прочность. Лианы свисали сверху, как бесплатные канаты для тех, кто мечтает задохнуться в объятиях зелени. Воздух был тяжёлым, влажным, и каждый вдох казался глотком горячего супа.

Гага сидела у меня на плече, и я почти привыкла к тому, что меня теперь сопровождает персональный попугай-комментатор. Только эта «птичка» оказалась с сюжетом потяжелее, чем можно было ожидать.

– Моя хозяйка была похищена пиратами, продана торговцу и привезена на этот остров— вдруг выдала она.

Я остановилась, повернула голову и уставилась на птицу.

– Извини, что? Торговцы людьми? На этом острове? Отлично. Осталось только дождаться динозавров, и у нас будет полный комплект приключений.

– Разумными торгуют на большей половине островов и даже на континенте. На мою хозяйку обманом одели ошейник, перекрывающий магические силы.

Йенс нахмурился, шагавший рядом:

– Магический ошейник… звучит неприятно.

– Неприятно – это мягко сказано, – буркнула я, уворачиваясь от ветки, которая явно пыталась выбить мне глаз. – Обычно такие штуки “дарят” не ради моды, а ради того, чтобы обезопасить себя и окружающих от силы пленного.

Гага качнула головой.

– С тех пор я не чувствую связи с ней. Возможно, её лишили магии…

Она замолчала. Мы шагали дальше, и я поймала себя на том, что слушаю птичий голос так же, как слушала бы лектора в университете. Тану, идущий позади, сказал тихо, но твёрдо:

– Фамильяр не может существовать без мага.

Гага повернулась ко мне.

– Я очень старый и сильный фамильяр. Но даже у меня есть предел. Когда я почувствовала твою магию, я дала себя поймать. Мне нужна ты.

Я усмехнулась краем губ.

– Ну конечно. «Мне нужна ты». Обычно так говорят женихи на свадьбах, а тут – индюк-фамильяр. Жизнь становится всё разнообразнее.

– Лиз, ты слышала? У нас теперь есть говорящая птица-гид. Что может пойти не так? – вполголоса сказал Йенс

– Хочешь полный список? Я могу расписать по категориям: от «съедят живьём» до «свалимся в яму».

Он только рассмеялся.

Мы поднимались дальше. Тропа сужалась, камни под ногами скользили, приходилось помогать себе руками. Джунгли редели, но это было ещё хуже: солнце било прямо в лицо, заставляя пот струиться по спине.

Я поймала себя на мысли: внизу мы собирали корзины с плодами, для пополнения нашего холодильника. А теперь тащимся вверх для разговора с неизвестно с кем. Кто-то скажет «вот это а сказку попали». А я скажу – «вот это глупость». Но, раз уж мы ввязались, придётся довести игру до конца.

Гага тихо добавила:

– Впереди будет развилка. Идите только направо.

Я закатила глаза.

– Прекрасно. Теперь у нас не только профессиональный гид, но ещё и встроенный навигатор. Йенс, ты рад?

– Более чем, я догадывался, что с тобой скучно не будет.

К полудню дорога превратилась в издевательство. Вверх – почти отвесно, под ногами камни, а корни торчат из утёса, будто когти огромного зверя. Красота, конечно. Особенно если любишь лазить туда, где точно свернёшь себе шею.

Гага вспорхнула на выступ и сказала спокойным голосом, как будто читала афишу:

– Здесь. За этим камнем скрыт древний вход. Я дальше не пойду.

Прекрасно. У нас профессиональный гид, который в самый интересный момент говорит: «А дальше вы сами, я в домике».

Я положила ладонь на грубую поверхность утёса. Камень дрогнул, и под пальцами прошла едва уловимая вибрация – как будто у скалы действительно билось сердце.

– Древняя печать. Что-то вроде энергетического пароля. Попробую синхронизировать кристалл, – сказала я вслух, прислушиваясь.

– А если не получится? – спросил Йенс. Голос у него был вроде спокойный, но руки он всё-таки сжал на рукояти мечете.

– Тогда будет громко, – ответила я и нажала.

Камень с треском разошёлся в стороны. Узкий проход открылся сам, будто кого-то ждал. Изнутри потянуло холодом. Но не просто холодом – в нём была ещё примесь чего-то старого, слишком мудрого и совершенно небезопасного.

– Ну вот, в туристических буклетах такие места обычно описывают словами «уютная пещера с живописными видами». А по факту – морг для наивных путешественников, – пробормотала я.

Тану шагнул первым, как будто в этом и заключалась его работа:

– Это не просто пещера. Это святилище. Я слышу… голос.

## Глава 31

✦ Контакт ✦


– Голос? – Йенс прищурился. – Надеюсь, это не твой внутренний шаман опять решил пошутить.

– Если это шутка, то мне уже не смешно. У камня пульс есть, у воздуха настроение меняется, осталось ещё дождаться, что стены начнут смеяться, – пробормотала я.

Йенс фыркнул, но первым раздвинул ветви и полез внутрь:

– Прекрасно. Мрак, теснота и грибной дух заброшенного погреба. Обожаю твою магию, Лиз.

– Это не магия, а естественная вентиляция. Если ты хочешь, чтобы пахло благовониями, иди в церковь, – ответила я, поднимая кристалл и подсвечивая щель.

– Я бы не отказался от эвкалипта, честно говоря.

Тану прошёл мимо, как обычно невозмутимый, приложил ладонь к стене и тихо сказал:

– Внутри гул. Камень дышит. Пространство правильное.

– Спасибо, что не «пространство чистое». А то звучало бы подозрительно похоже на надгробие, – заметил Йенс.

Я хмыкнула. И ведь прав.

Пещера встретила нас прохладой. Воздух был не затхлый, а сухой, словно здесь тысячу лет назад всё залили и запечатали вакуумом. Ни пыли, ни шороха. Даже дыхание звучало чужим. Стены мягко светились янтарём, от этого всё вокруг казалось старше, чем мы могли себе представить, и куда важнее, чем мы готовы признать.

Йенс провёл рукой по стене и прищурился:

– Лиз, а у тебя бывают геологические галлюцинации? Потому что мне кажется, мы идём не по камню, а по чьей-то костной ткани.

Я всмотрелась внимательнее:

– Это органическая структура. Смешение минерала и чего-то да сих пор живого. Но я не скажу тебе чего именно, даже если дашь список вариантов.

– Каэли, – негромко сказала Гага, и даже её голос стал тише обычного.

Я повернула голову и удивилась. Гага утверждала, что с нами не пойдет. Возможно мы прошли опастный отрезок и она спокойно присоединилась?

– Кто? – переспросила я потеряв нить разговора.

– Каэли. Высшая раса. Архитекторы витков. Они строили так, что даже лёд у них пел. Это, скорее всего, костно-минеральная структура с включением эфира. Живая в момент строительства. И не для смертных.

– У тебя, часом, нет брошюрки? Или хотя бы путеводителя с картинками? – скривился Йенс.

– Могу нарисовать, но вам не понравится, – невозмутимо ответила птица.

Я вздохнула:

– Отлично. Экскурсия без картинок. Именно то, о чём я мечтала.

Мы вышли в круглый зал. Потолок уходил в темноту, стены светились ярче, будто понимали, что на них смотрят. В центре – платформа. Идеальная. Ровная настолько, что глаза отказывались верить: передо мной камень, а не металл.

Я шагнула ближе:

– Это выглядит как…

– Узел сопряжения, здесь соединялись с Хранилищем Образов. Один из немногих уцелевших. И твой образ был в хранилище. Инача вы бы не прошли. А если бы прошли. Наверное не выжили.

Я в ужасе от услышанного, желала этой курице свернуть шею. За какими ответами она нас сюда привела? Если мы гарантированно не прошли бы, или не выжили бы? Не нравится мне эта Гага. Совсем не нравится.

– То есть мы стоим посреди старинного дата-центра? – протянул Йенс.

– Если этот дата-центр умеет разговаривать и менять реальность, то да, – добавила я на автомате, медленно выплывая на поверхность из своих мыслей.

– Всё хуже, чем я думал, – сказал Йенс.

Я сняла перчатку и коснулась центра платформы. Сначала – тишина. Потом вибрация. Воздух дрогнул, как перед бурей, и пространство будто раздвинулось, освобождая место.

Я почувствовала взгляд. Не глаза, но именно взгляд.

– Кто-то есть. Он не рядом, но он здесь, – прошептал Тану.

Световые линии собрались в фигуру. Высокий юноша с рыжими волосами, простым лицом, ничем не примечательным. И всё же от него веяло такой уверенностью, что даже Гага ззаткнулась.

– Ты странная. Откуда? Интересно знать.


✦ Первая мысль – дернуться. Вторая – прикинуться ветошью. ✦


Он возник из света, как будто кто-то запустил в голопроектор слишком пафосный скринсейвер. Сначала – просто фигура. Потом – лицо. Рыжий, высокий, остроухий, с выражением вселенского спокойствия, которое в моей системе координат означает либо "я старше всех вас вместе взятых", либо "я на таблетках, и мне пофиг".

Волосы – как у мага, забившего на стрижку пару столетий назад. Крылья – огонь в чистом виде, красиво, бесспорно, но всё это выглядело так, будто он сам себя иллюстрировал по древней энциклопедии «Существа высших витков. Глянцевая коллекция».

И он… говорит.

– Ты странная, откуда? Интересно знать.

Ага. Прекрасно. У нас тут межвитковый феникс-архивариус с интеллектом формата «угадай страну по глазам». Интонация – как у нейросети, пытающейся завязать светскую беседу. Потрясающе.

Ты странная.

Спасибо, дорогой, а ты совсем не странный. Ни разу.

Откуда?

Да так, с планеты без регистра с жопы вселенной. Сюда попала по скидке в жопу покруче.

Интересно знать.

Тебе – возможно. А мне вот интересно, ты случайно не шёл в комплекте с этой локацией? Или ты тут главный хранитель всего прекрасного, абстрактного и без инструкций?

Я молчала. Он молчал. Гага тоже молчала. Это было настоящее волшебство – ни слов, не движений, только ощущение, что с тобой заговорил… не бог, конечно. Но кто-то, кто чётко знает, что ты – не отсюда. И, кажется, ему это понравилось.

Чем, между прочим, не факт, что стоит гордиться.


## Глава 32

Сон. Первый контакт с инопланетной разумной формой жизни


Если бы у меня был дневник, я бы начал эту запись так:

"Сегодня я поговорил с инопланетной жизнью. Она ругалась мысленно. Я влюбился."


Контакт случился неожиданно. У меня появились эмоции.

Она ступила на платформу – и пространство дрогнуло. Не сильно, не катастрофически. Просто чуть-чуть разошлось в стороны, будто кто-то раскрыл книгу, пролистал пару страниц и решил, что вот – нужная.

Она стояла в центре Узла, в ботинках, покрытых пылью пути, с волосами, слегка торчащими от раздражения. Раздражения, кстати, было много. Оно шло клубами изнутри, как пар из трещины. Вокруг неё кружились мысли, острые, колкие. Она называла меня скринсейвером. Я не знаю, что это, но звучало… с уважением.

– Ты интересная. Откуда? – послал я образ, мягкий, как ветер.

И получил в ответ: Ты всегда так знакомишься? Или это только с теми, кто теряет последнюю надежду и находит только тебя?

Ах. Ирония. Прекрасно. У нас будет весёлый диалог.

Я показал им остров – тот, где они находятся. Название мы ещё не выбрали. У Каэль названия давались не словами, а смыслами. А смысл этого острова пока всё ещё колебался между "место падших разумных", "кармический карман" и "нежелательная переменная".

Остров был настоящим, но сам мир…

Мир этот – в результате сдвига получил зеркальную орбиту.

Сдвинутый.

Замкнутый.

– Парадокс, – передал я.

– Каждый портал уходит в отражение. Уходит – и возвращается. Это зеркало, замкнутое не по воле создателя, а по случайности. Может быть, по забывчивости. Может быть, просто потому что никто не подумал, что такое возможно.

– И никто не заметил? – вспыхнула она мыслью, как лампочка с сарказмом.

– В ГРА один день. Здесь – две тысячи лет. Заметить сложно. Даже тем, кто выше вас. Даже тем, кто выше нас.

Они все поняли. Даже тот, кто до этого делал вид, что просто стенка.

Я не говорил словами. Я не знал слов. Я – Сон. Я – Каэль. Мы обычно не идем на контакт с простыми разумными.


Она стояла чуть впереди остальных.

Мысленно продолжала бурчать.

– Ну отлично. Теперь мы ещё и в ловушке. Естественно. Как же без этого. Похоже карма – вещь непредсказуемая. Спасибо, Вселенная, за это.

Я почти улыбнулся. Почти.

– Ты можешь выбрать, где застрять. Это целый мир с материками и островами. Это уже шаг вперёд, – отправил я в ответ.

И она, кажется, впервые замолчала не потому, что злилась. А потому что… задумалась.

Я показал им мир с высоты моего полета. А они странным образом не удивились. Как будто каждый из них умел летать и видел землю таким образом неоднократно. Очень интересные разумные. А какой интересный у них мир! Я бы хотел там побывать. Впервые за время своего существования, я захотел увидеть другие миры. Это грустно. Это весело. Я буду за ними наблюдать. Так много информации в каждом индивидууме. Я поражен. Надо доложить старшим. Со временем.


## Глава 33

Лиз. Совещание под чужими звёздами

Я всегда знала, что день, начавшийся с того, что ты ступаешь на органическую платформу из окаменелостей и эфира, не может закончиться ничем хорошим.

Но чтобы так?

Мы вышли из пещеры. Воздух был слишком свежим, что навевало на мысль о дожде. Плато раскинулось под звёздами как сцена, на которую только что выбросили очередную труппу неврастеников.

Йенс начал мерить шагами периметр, Тану сел на камень и что-то ковырял в песке ножом, как будто надеялся выкопать оттуда смысл жизни. Гага молчала – что настораживало вдвойне. За время что мы её знаем, она болтала без умолку.

Я достала из рюкзака плоский планшет и вызвала проекцию. Мы в самой жопе этой карты. Как и предполагалось, на виток ниже нашей планеты.

Йенс присвистнул: – Выходит, нас даже на космическую карту не нанесут?

– Только если очень сильно приблизить. Или если мы вдруг устроим катастрофу, – ответила я.

– Главное – вот.

Я показала боковую голографическую вставку:

ПРАВИЛО СЕМИ:

RA : A = 1 : 7

A : Земля = 1 : 7

RA : Земля = 1 : 49

Земля : Тура = 1 : 7

– То есть, если мы здесь пробудем 7 дней, на Земле пройдёт один день. А если год – Земля только-только успеет сделать глоток кофе. Мы здесь застряли. Во времени. В зеркале.

– Парадокс? – переспросил Тану.

– Да. Зеркальный. Все порталы на планете – отражаются от миллиардов зеркальных осколков плотно охвативших эту планету. Ты уходишь – и возвращаешься. Парадокс, который никто ещё не заметил. Потому что в ГРА – один день, а здесь – две тысячи лет. Даже высшие сущности не почувствовали подвоха.

– Тогда почему он – этот Сон – показал это тебе? – спросил Йенс.

Я на секунду замолчала.

– Потому что мы другие. Мы не отсюда. И… мы начали задавать правильные вопросы, или он увидел правильную реакцию, или заинтересовался нашей планетой. Для нас это неважно. Потому что помогать нам он не будет. Не в правилах высших вмешиваться в копошение смертных. Он даже не понимает, что может помочь. И кстати, он помог тем, что дал нам современную карту мира.

Никто не возразил. Даже Гага. Впервые за долгое время – полное согласие.

Я перевела взгляд на небо. Оно казалось ближе, чем обычно. Плотнее.

– Значит, – подвёл итог Йенс, – у нас есть две новости. Плохая – мы в ловушке. Худшая – время не на нашей стороне.

Я вздохнула. Они ничего не поняли. Я уже и забыла, что они не мои студенты.

– Ты так боишься постареть, Йенс? Могу тебя успокоить. Мы будем стареть по времени нашей планеты. Потому что наш ДНК код прописан не здесь. Мы найдём выход. Даже если он не предусмотрен. Потому что в отличие от тех, кто создавал эти миры, мы не знаем, что это невозможно. Существуют же норы пикси? И Церберы скользят в пространстве по другим измерениям. Мы что-нибудь придумаем. А нет, так заживем лучше всех. Это я вам гарантирую.

– Знаешь Лиз, когда ты нас нанимала, ты мне очень не понравилась. Солидная дамочка при деньгах и высоком положении у магусов. А занимается какой-то дичью.

Я согласился только потому, что мы прочно сидели на мели. Наш товар конфисковали и мы задолжали канадским кошкам серьёзные деньги. А все знают, что североамериканское отделение АЗС – сила с которой не пободаешься. Сметут с лица земли и родственников не оповестят.

Я не знаю зачем тебе надо было вступать в морской бой с яхтой “Анна” и я очень зол из-за нашего попаданства. Но раз уж мы сюда попали, я искренне раз, что ты с нами. – сказал свою речь Йенс.

Было неожиданно приятно. И еще то, что они больше контрабандисты нежели пираты. Это несколько меня успокоило. И жесткая пружина державшая меня в постоянном напряжении начала немного расслабляться. Выживем. Найдем приличное место. Обживёмся и найдем путь с этой планеты. Хотя здесь я могу быть очень даже влиятельной и богатой. Что там это Сон показал о мире?


## Глава 34

✦ Глава: Озеро, кусты и ужин ✦


– Хорошие новости, – объявила я, стараясь держать лицо в рамках условного оптимизма, – мы нашли озеро.

– А плохие? – вздохнул Йенс, уже потирая плечо, будто заранее знал, куда от меня получит.

– Оно охраняется.

– Кем?

– Кустами. Плотоядными, – бодро уточнила Гага.

Мы стояли на каменном уступе и смотрели вниз. Сквозь густую листву проглядывала вода – тёмная, глубокая, в ней отражалось оранжевое солнце, садившееся за линию деревьев. Берег казался тихим, если не считать тех самых кустов. Круглые, пушистые, на вид безобидные, они шевелились, будто дышали, иногда тихо щёлкали, словно пряча зубы.

– Уточняю, – сказала Гага с видом научного лектора, – плотоядные кусты активны с рассвета до заката. Потом впадают в сон. Но если рядом запах крови или сильного зверя – могут ворочаться и щелкать своей пастью даже в таком состоянии .

– Отлично, значит, Йенса оставим здесь, – предложила я.

– Я пахну животной силой, а не зверем, – возмутился капитан.

– Шучу, – примирительно сказала я, – не думала, что ты так буквально воспримешь.

Тану стоял рядом, спокойно опершись на копьё, и наблюдал за нашими перепалками с тем видом, с каким старый шаман наблюдает за глупыми учениками, забывшими, что вокруг – лес.

– Тану, тебе приходилось охотиться в условиях потенциальной агрессии со стороны флоры? – спросила я.

Он задумчиво пожал плечами:

– Я учился готовить под пулями и взрывами. Так что, можно сказать, да.

– Тогда на тебя вся надежда, – вздохнула я.

Солнце клонилось к горизонту. Один куст чихнул и свернулся клубком. Другой, тихо пробормотав «бззз», мирно заснул. Мы дождались, пока движение стихнет, и двинулись к воде.

Тану шёл первым, вооружённый копьём, сделанным из палки и магического зонта – наследие прошлого дня, когда зонт спас ему жизнь, а потому теперь считался «боевым». У меня при себе был старый артефакт – самонаводящийся обломок бритвы от Александра, реагирующий на дрожь живого тела. Вообще до сих пор себе удивляюсь. Я дорожила абсолютно всем, что создавал Александр. У него много всякой ерунды, которой он не уделял никакого внимания. Он создавал, пробовал и сразу забывал. А я, аккуратно собирала обломки его фантазии, маркировала и складывала себе в рюкзак, надеясь разобраться в его формулах и принципах. Но за последующие десять лет, мои руки так и не дошли до его разработок и заготовок. Похоже пришло время вскрыть и этот ларчик.

– Вижу цель. Что-то вроде жирного крылатого гуся с тремя глазами, – прошептал Тану.

– Это же почти курица. Значит, можно жарить, – вдохновилась я.

– Главное, не говорить при ней слово «рагу». Местные чувствуют агрессию, – отозвался Йенс, прислушиваясь к шорохам.

– Йенс, не ори «жаркое» в кустах! – шепнула я одними губами.

– Я говорил «рагу», – возмутился он.

Тану метнул копьё. Существо пискнуло, плюнуло в куст и, взмахнув крыльями, взлетело метра на два, после чего с громким стуком врезалось в ближайшее дерево и, оглушённое, шлёпнулось обратно в траву.

– Ужин, – спокойно сказал Тану. – Или завтрак. Зависит от того, как быстро мы его приготовим.

Позже, уже у костра, Йенс, задумчиво жуя, сказал:

– Оно, конечно, странное, но в условиях дикого мира, идёт прекрасно.

– Учитывая, что это первое мясо за трое суток, – согласилась я, – можно считать, ресторан.

– Только вот листья эти, кажется, немного… , – пробормотал Йенс, нахмурившись. – Я вижу запахи. Или слышу вкусы. Или у нас в кустах танцует розовый пудель.

– Гага, напомни, что ты говорила о «малозначительных побочных эффектах»? – спросила я, прищурившись.

– Что они развивают воображение, и делают компанию интереснее,– невозмутимо ответила та.

Костёр потрескивал, разбрасывая искры. Небо темнело, как подгоревший блин. Тану дремал, прислонившись к камню, Йенс с важным видом вырезал из косточки гусеобразного трофея что-то вроде сувенира или будущий дротик. Гага сидела у огня, поджав лапы, и грела крыло, держа в клюве остатки того листа.

Я сидела рядом, глядя на пламя, и думала, что впервые за последние дни не хочется никого придушить. Прогресс.

– Вы знаете, – протянула Гага, задумчиво глядя в огонь, – на Торг’Ра можно купить и продать всё. Что угодно. Даже мясо разумного. Или, скажем, фамильяра.

Мы молча посмотрели на неё.

– Что? – невинно моргнула странная птичка, округлив при этом глаза. – Я просто к слову.

– Ты про город с названием, которое звучит как сырокопчёная колбаса? – уточнил Йенс.

– Торг’Ра, – кивнула Гага. – Прекрасное место. Шумное, красочное. Там даже магия пахнет карамелью и порохом. Все торгуют, все жестикулируют, и никто не читает договоры. Прелесть.

– И что, там действительно можно менять вещи на еду? – спросила я.

– Магические – особенно. Спрос безумный. Даже хлам, если он светится, жужжит или чихает, – берут с руками.

Гага на секунду замолчала, затем сказала тихо, без своего обычного задора:

– Меня тоже продавали, но кое что не учли и я улетела.

– Тебя? – удивилась я.

– Да. Меня и мою хозяйку. Настоящую даму, вельможу высшего круга. Госпожу Бартер. Мы вышли через портал, хозяйка всегда выполняет условия сделки. Поэтому и не сомневалась в себе. А тут не смогла отправить группу сектантов на Туэт

– Туэт? – переспросил Йенс.

– Это другая планета в секторе А, – просвятила я капитана.

– Потом посредник продал её за три амулета и немного сушёного мяса, думал она шарлатанка. Он был горд собой, говорил, что это «лучшая его сделка за год».

Мы молчали. Костёр трещал, а ветер принёс запах ночной влаги.

– Она хорошая, моя хозяйка. Не требовала кланяться. Разрешала читать. Звала меня «девочка». Спасала от моего же любопытства. И… я хотела бы вернуть её, – невозмутимо ответила фамильяр.

Я смотрела на неё и не знала, что сказать.

– Поэтому ты так настаиваешь на городе? – спросил Тану.

– Вы всё равно туда собирались, просто я знаю короткий путь. И знаю, где искать. Он живёт в восточном квартале, большой, жирный, вонючий… – Гага посмотрела на нас и хрипло докончила, – торговец разумными формами жизни.

Йенс отложил косточку и сказал спокойно, но уже без улыбки:

– Ну что ж, кажется, у нас появилась первая местная цель.

Я вздохнула, глядя на огонь, в котором пламя вздрагивало, словно соглашаясь.

– Торговец разумными, говоришь… Что ж. Пойдём выкупать демоническую ведьму. Звучит, как уровень задач на неделю.

Мы сидели на камнях, глядя на гологлобус, как дети, разглядывающие карту аквапарка, в который их забыли взять.

Остров простирался на юге, изгибаясь, как хвост у ленивой саламандры. Мы были на южной стороне, в зарослях и скалах. На северной – город. Светящийся. Торговый. Судя по проекции, обжитой настолько, что магические токи сами складывались в вывески.

– Вот туда нам и надо, – сказала Гага, взмахнув крылом. – Портовый город. Всё продаётся, всё покупается. Даже здравый смысл. Я знаю тропу через хребет – старая, но пройдём.

– И что мы там продавать будем? – мрачно поинтересовался Йенс. – Истории? Психологические травмы?

Я усмехнулась.

– Я – артефактор. Если надо – превращу нож для масла в измеритель магического напряжения Или сделаю декоративную бомбу на случай рыночного конфликта. Нам нужно всего ничего: еда, местная валюта, топливо и шанс не умереть. Мы двинем на Ксерилл.

– И желательно – не продаться по дороге, – буркнул Тану.

– В Тёмные Пустоши не суются даже сумасшедшие. Порталы здесь нестабильны, пейзаж – как в страшном сне, а племена… скажем так, если ты красивый – тебя украдут. Если умный – заставят работать. Если ни то, ни другое – продадут на мясо.

Тану спокойно сказал:

– Значит, на север. Через Фар’Тар. Там есть порталы. Армии. Люди. И законы, которые хотя бы кто-то притворяется соблюдать.

– Сначала – город. Запасы на пару месяцев. Снаряжение. Бабло. А потом – на север.Я кивнула.

Мы поднялись.

Мир, в который мы попали, не был враждебным. Он был чужим и нам пока непонятным.

А любой мир всегда торгуется и мы обязательно будем в лексусе, чем бы он здесь не был.


## Глава 35

✦ Глава: Тропа удачи и прочие проклятия ✦


– Я знаю как пройти быстрее, – заявила Гага с видом Сусанина, который только что нашел спасительный эликсир от всех бед, хотя, скорее всего, это был яд со вкусом райского наслаждения.

Мы сидели на утёсе над озером, костёр догорал, в воздухе летали отголоски жирного ужина и кустовой смолы. Ночь вступала в свои права медленно, лениво – как старый кот, решивший занять весь диван.

– Эта идея не включает больше плотоядных кустов? – спросила я, подозрительно глядя на фамильяра.

– В этот раз – нет. Всего лишь тропа. Короткий путь в город, почти забытая. Что делает её особенно безопасной: никто туда не ходит, – оживлённо затрещала она крыльями.

– Обычно если “никто туда не ходит”, на это есть причины, – заметил Тану, лениво открывая глаза.

– Я пролетала там. Недавно. С воздуха всё выглядело… хорошо.

Йенс тихо хмыкнул:

– С воздуха и болото кажется уютным. Пока ты в него не вляпаешься.

Но мы пошли. Потому что закупаться продуктами нам всё равно было необходимо. А выбирать приходилось между «возможно ловушки» и «точно плотоядные растения в спящем режиме». Так что выхода особо у нас не было.

Заметила, что из-за магического фона этого мира, я чувствую в свои пятьдесят не слишком усталой. Силы потихонечку восстанавливают моё тело и клетки организма стали усиленно обновляться. Это был существенный плюс к попаданию. И настрой у меня был боевой.

Путь начинался в тени. Деревья срослись плотной аркой, листья шептали над головой, но слов не разобрать. Казалось, что если вслушаться, можно понять. Я не стала проверять: последний раз попробовала вслушаться в крик пролетающей над морем чайки, или похожей на нее морской птицы и долго не могла понять. Она издает обыкновенные птичьи звуки, или вполне разумно кого-то зовет. И еще нам надо было спешить. С рассветом вся это чудесноя флора начнет просыпаться и нам придется еще и отбиваться.

– Это похоже на декорации к ужасу, – пробормотал я.

– Осталось только, чтобы кто-то сказал “я точно слышал, как что-то шевелится”, – подыграла мне Гага.

– Я точно слышал, как что-то шевелится, – подтвердил Йенс.

– Ну всё, теперь точно конец, – вздохнул Тану.

Мы двигались медленно. Слишком уж всё было… правильно. Как будто лес ждал. Или наблюдал. Ветки не ломались под ногами, а как будто сами уступали. Тишина звенела.

– Вам не кажется, что мы идём по чужому маршруту? – спросила я, ощутив что-то узнаваемое.

– Это маршрут, и есть, – отозвался Тану, склонившись над еле заметными метками на деревьях.

Он провёл пальцем по одной. Пыль взвилась в воздух. Линия засветилась на мгновение – приглушённо-синяя.

– Это метки охотников, «посторонним не ходить», – сказал он.

– Гага… – медленно протянула я.

– Я не знала! – воскликнула она. Пером клянусь! Я вообще не живу в этой части острова! Просто пролетела здесь вчера. Почувствовав ведьму.

– Качественные ловушки только на кого? – пробормотал Йенс.

Мы пошли дальше осторожнее. Пропустив Тану вперед. Он шаман и он чувствует такие вещи. Да и слишком далеко, чтобы разворачиваться. Нам надо в город и вернуться до того как Стилет начнет психовать на “Гарсия”.

Воздух менялся. Становился суше. Ветки – более ломкие, следы под ногами – твёрже. В камнях прорублена довольно широкая тропа

– Мы приближаемся. И нас, возможно, уже ждут, – сказал Тану.

Йенс резко вскинул руку, давая знак остановиться.

– Тихо. Слышали?

Мы замерли. На ветру – еле уловимый звон. Как будто стекло ударилось о камень. Или кто-то задел спусковой механизм.

– Ловушка, кто-то поставил на этой тропе магическую сеть. Кого они здесь ловят? – Прошептал капитан.

– “Клянешься пером”, да? – прошептала я в сторону Гаги. Она втянула голову в перьевое туловище, но не ответила.

– Ладно. Смотрите под ноги. С этого момента – шаг в шаг за мной. Без самодеятельности, – скомандовал Йенс, и в этот момент он был не контрабандистом, а капитаном. Настоящим таким мужиком.

Первым попался Тану. Не смотря на его чуйку, он все-равно пропустил ловушку. Внезапно из кустов выстрелила тонкая сеть – почти прозрачная, с вкраплениями металлизированной нити. И Тану накрыло.

– Поймали! – взвизгнула Гага.

– Спокойно, – Я рыкнула, не хуже оборотней. И одним движением вытащила артефакт моего бывшего. Это были секаторы. Когда-то Алекс пытался сделать автономную “подстригалку” кустов в саду. Но они тянули слишком много магической энергии. И для нашего мира были нерентабельными. А вот сейчас, этот побочный эффект, нам очень даже на руку.

– Гага, если там ещё одна такая “безопасная зона”, я тебя запеку.

– Я же не знала! Никто не рассказывал, что тут умеют ставить замаскированные силовые капканы! – всхлипнула она.

– Потому что такие вещи – не рассказывают. Это охота, – бросил Йенс.

Я прорезала сеть и обнаружила, что секаторы зарядились.

– Да, Алекс. Воистину не на той планете ты родился. – подумала я о своём бывшем. Хотя и на Земле ты был очень даже востребован.

Через пару минут Тану был на свободе. Немного потрёпанный, с парой царапин, но живой. Мы отдышались. Йенс молчал. Идти дальше никто не хотел. Но нужно было.

Идти – значит выжить. Сдаваться – значит закончить жизнь под тем кустом, или на вертеле какого-то людоеда.

Мы двинулись дальше. И впереди, где-то за деревьями, начали пробиваться огни.

Торг’Ра. Город свободной торговли. Город сделок. И город, где нас уже, вполне вероятно, поджидали неприятности.

## Глава 36

✦ Глава: Город Торг’Ра ✦


Он появился внезапно – за поворотом тропы, между двух изогнутых, будто сплетённых деревьев. Свет, магия, звуки. Торг’Ра.

Сначала было ощущение, что мы смотрим на мираж. Башни, как будто выточенные из янтаря, перекинутые мосты, в которых пульсировала энергия. Улицы – переплетение уровней, подвесных платформ, парящих лодок. И толпа. Бешеная, разноцветная, совершенно чуждая.

Рынок встретил нас как шумный котёл, где вместо еды кипят люди. Вернее, не только люди. Все разумные зовутся люди – но гуманоидами при этом им быть необязательно.

– Гага, а сколько людей здесь живет? – поинтересовался Йенс.

– Город большой, портовый, считай пол острова занимает и с каждым витком планеты разрастается всё больше. Миллион, может больше. Не считала. А еще постоянные корабли в порт приходят. Свободная зона, многообразие товара.

Охренеть. Вот так идешь в странном плотоядном лесу и думаешь, что здесь, на этом острове найдешь максимум каменно – деревянные избушки у моря и небольшой рынок у главного порта. А тут такой город, что все наши представления об этом мире разбиваются об архитектуру виадуков и многоэтажных замков. Лет так на пятьсот наши данные устарели. Снова.

Первым нас чуть не сбил молюскоид – огромный, в пятнистой гавайской рубашке, с хоботом-пылесосом, через который он одновременно дышал, втягивал пар от жаровни у него в лапах и отплёвывался на мостовую.

– Бу-бу-бу, – пробасил он на непонятном, и пролетел мимо, чуть зацепив Йенса своими боками.

– Что сказал этот молюск? – спросил раздраженный Йенс.

– “Смотри под ноги, двуногое недоразумение”. И не называйте их молюскоидами, за это вас могут съесть и меня в придачу – перевела и просветила Гага.

– Как мило. Скажи ему, что если он ещё раз плюнет на мои ботинки, я сам его высушу и съем под пиво,– отозвался Йенс.

– Уже поздно, похоже, он туда и целился, – добавил Тану.

– Это Эукариот. И они живут в островном государстве Эукариот на севере около Фар-Тар.

– А здесь, судя по весёлой рубашечке, это хобото-мордое чмо на отдыхе – прокомментировал Йенс

Потом мы увидели торговца – круглого, пушистого, с короткими отростками. Гага назвала его оркским ежом. Он продавал голографические тени и булькающие стоны. Видимо музыка. А свою широченную дыру в верхней части тела, очевидно пасть, он использовал как вспомогательный элемент к коротким отросткам, видимо лапы. Отвратительно. Меня чуть не вырвало. Я конечно та еще авантюристка, но это многообразие уже перебор. Моя нервная система может и отключить мой перегревающийся процессор.

Дальше были:

Цефалопоиды, у которых щупальца перебирали зелья и закуски одновременно. Головы этих осьминогов имели отвратительную форму и цвет. Но у них имелись глаза на этой голове. И выглядели они более чем разумно. По крайней мере следили за нами эти глаза очень внимательно.

У меня пробежал холодок по спине. Интересно, эти люди питаются человечиной? Мы реально физически слабы перед этим народом. Говорить о каких-то этических нормах здесь, в этом городе не приходится. Мне конечно искренне жаль демонессу – принцессу, старушку Бартер, но своя шкура дороже. Надо сменять несколько интересных вещиц на шарики с магией. Закупить еды на неделю и рвать когти в направлении к северным государствам. Пофиг что там за политическая позиция. Там на севере находятся королевства с гуманоидами расами. Я не расист, но мне искренне не по-себе с этими людьми.

Мы прошли еще один отрезок базара, очевидно Йенс нас ведет по запаху готовящейся еды. Даже я стала чувствовать витающие в воздухе ароматы. Наверное проголодалась. Пахнет жареным мясом и свежей выпечкой. Эти запахи перекрывают все остальные, дойдем и посмотрим что там продают.

Мы проходим мимо лоточников.


Ракообразные существа с хитиновыми наростами, носившие подвесные лотки с амулетами. Гага назвала их циклопами. У них было два обычных глаза на голове. Но посередине был расположен большой круглый зрительный орган. За что и прозвали этих ракообразных Циклопами. Этот удивительный глаз имеет интерференционное зрение. Что улавливает магические поля и очень точно определяет силу заряда в том или ином предмете. А также магическую силу всех одушевленных. И это нас напугало больше всего. Циклоп нас слабых людишек может определить в простейшие. И нас тут же схватят и продадут.

Циклопы имели прямую походку. Реально похожие на человеческие ноги и 4 руки. Голова плавно переходила в тело минуя такую полезную часть нашего тела, как шея.

Молюскоиды, ах извините, Эукариоты с глазными стебельками, торгующие пузырьками ароматов и жидкой магией,

Пара сектантов, у которых на хитиновых наплечниках пульсировали торговые печати – ходили по рядам с каким то артефактом и без слов заключали сделки фиксируя это в кристалле с голопроэктором.

Переход от одного квартала к другому ощущался как смена миров. Один – сухой, шумный, с разноцветными флагами и ароматами жареной еды. Другой – влажный, скользкий, где шептались продавцы, стоя по колено в воде, а покупатели подплывали прямо на магических плотах или морских неразумных.

– Что продаётся? – спросил Йенс.

– Всё, – ответила Гага. – Магические носки. Переводчики языков. Личинки-помощники. Контейнеры времени. Даже… – она понизила голос, – осколки воспоминаний. Ну и еда конечно.

– Что можно продать? – уточнила я.

– Я же сказала. Всё. Главное – чтобы выглядело волшебно, звучало странно или двигалось на магии.

– Ну, у нас хотя бы одно из трёх точно есть, – пробормотала я.

Мы заметили и другое: мы никого не понимали нас никто не понимал. Никто. Только Гага общалась свободно – и не только словами, а иногда мыслеобразами.

– Они говорят на куче языков, – сказала она. – Но я… ловлю смысл. По структуре. По идее. Иногда.

– Иногда? – переспросил Йенс.

– Ну… почти всегда. Вероятно они мыслят не рационально и не адекватно и мои демонические настройки дают сбой. Они могут думать сразу на нескольких языках и о разных вещах. Я к такому не привыкла. Процентов на семьдесят пять я понимаю и использую их словарный запас, но у многих местных там каша. В лучшем случае пойму их имя и чего продает.

Мы посмотрели друг на друга.

– Демонические настройки? – вздохнула я. – Значит, вы со своей хозяйкой тоже эмигранты?

Гага мило кивнула.

– Случайные попаданцы с Альфа Центавра.

Вот это новости, это надо с командой обсудить и узнать у Гаги как можно больше информации. Как её демоническая ведьма по имени Бартер из ой-ёй какого клана попала на эту планету. Хотя мы тоже на нее странно попали.

– Они нас заметили, – сказал Тану показывая на высоких сектантов с крыльями.

Я посмотрела в ту сторону и да, надо уходить. Это мозгоправы их в любом случае надо обойти.

– Пока без последствий, – ответил Йенс. – Но я бы не задерживался.

Мы спешно начали переходить в другой район рынка.


А где-то в самой глубине города, между шелестом сделок и плеском тёплой воды, одна мысль уже направилась в ответ.

– Ты близко, – промелькнуло в голове Гаги.

– Очень близко…

## Глава 37

✦ Глава: Лавка древностей ✦

Лавка выглядела скромно. Узкий вход, тяжёлая занавесь из резных костяных бусин, надпись на двух языках – один из них был всеобщим, другой – нечитаемым даже для Гаги. Воздух внутри был тёплым, как от дыхания камня. Пахло сухой солью, минералами и… памятью.

За прилавком сидел сектоид. Простой. Без металлических вставок и пульсирующих глифов, но с ровной линией хитина, большими прозрачными глазами и неспешными движениями. Он шевелил передними конечностями, перебирая мелкие предметы – осколки, кулоны, амулеты.

Он не сказал ни слова, когда мы вошли. Только слегка наклонил голову и продолжил работу.

– Это архивный тип, – тихо сказала Гага. – Он не торгуется. Он оценивает. То, что примет – возьмёт. То, что нет – даже не заметит.

– Прекрасно. Торг без торга. Истинная магия, – вздохнула я.

Я сняла перчатку, провела рукой по воздуху – и вызвала пару сфер из невидимого рюкзака. Маленькие, гладкие, с мерцающим внутренним светом. Они отозвались мгновенно, будто ждали сигнала. Эти кристаллы мы взяли на том самом острове – закрытом, заброшенном, где библиотеки оставлены без присмотра, а отсутствие времени – воспринимается с ужасом.

Сферы зависли в воздухе. Затем мягко раскрылись, словно цветы.

Одна показала мир с высоты. Древний мир. Не таким, каким он был сейчас. Внутри – ландшафты, которых больше не существовало: храмы на платформах, затонувшие города, величественные башни, исчезнувшие под слоем времени.

Вторая открылась медленнее. Оттуда вырвался светлый импульс – и над прилавком возникла проекция. Голографический интерфейс. Карта. Живая. Можно было приближать, поворачивать, вращать. Там был весь остров. Слой за слоем. Город. Доки. Даже старые магические линии – сейчас исчезнувшие или перекрытые.

Сектоид остановился. Его движения прекратились. Он медленно повернул голову и замер. Мои манипуляции не прошли мимо всевидящего ока этого специалиста. Мне даже показалось, что его заинтересовал сам механизм появления у меня в руках этих артефактов, нежели сами сферы. Но я ошибалась.

Гага молчала. И мы тоже.

Он протянул одну из конечностей, коснулся света. Кристалл мягко отозвался. В голове раздался хрустящий, ритмичный шёпот.

– Подлинно. Редко. Целостно. Старо. – перевела Гага.

– Он купит? – спросил Йенс.

– Он уже считает, – прошептала она.

Прошло около минуты. Затем сектоид выдвинул из-под прилавка мягкий мешочек. Положил его передо мной. Мы осторожно заглянули внутрь: прозрачные слитки, крошечные ампулы с пульсирующим светом, гравированные жетоны.

– Это много? – спросил Стилет.

– Очень. Этого хватит, чтобы жить здесь годами всем нам. Или купить имя с именьем. Или… – ответила Гага.

– Или попасть не туда, вместе с этими богатствами, – добавил Йенс.

Я кивнула. Сферы затихли, как будто поняли, что их приняли. Сектоид наклонился, как в поклоне. Это было всё. Больше слов не требовалось.

А затем кто-то выключил свет.

✦✦✦

## Глава 38

✦ Глава: Где я. Кто я. И что делать. ✦


Сначала была только тьма. Не та бархатная и удобная, которую испытываешь, закрывая глаза перед сном. Эта тьма была вязкая, удушливая и прилипчивая. В ней не было покоя. Только тяжесть и ощущение неправильности и тревоги.

Я не могла открыть глаза, ибо они мне не подчинялись. Я не могла пошевелить даже пальцем, потому что это был явно не мой палец. Я могла только думать и вспоминать. Все что произошло на этой страшной планете. Шаг за шагом. Эпизод за эпизодом. Действия экипажа. Все что видела, что запомнила.

Я выпала из реальности в торговой лавке. И нам там очень много заплатили. За такие деньги на нас могли напасть и обокрасть. И до кучи окольцевать и продать. Но не там!

Я точно знаю, что не умерла. Но явно парализована. Стазис перед продажей на мясо? Нет. Я ведьма. И меня целесообразней выдаивать, а для этого я должна быть в сознании. А еще со мной бы поговорили. Гага первая бы орала, что я артефактор. Не из-за любви к ближнему. А чтобы потянуть время, или может даже на мне заработать.

Гага вела себя странно. Она не договаривала. Но я точно знаю, что фамильяр не может лгать. А значит, то что она сказала, есть правда.

В лавке этого торговца никто не мог напасть. Это закон. А из лавки я не выходила. Но почему я уверена, что что-то упускаю? Последнее что я уловила в воздухе: “Ты рядом?” Я не должна была ничего понять в этих словах, но я их поняла, как почувствовала. Как отголоски памяти. Оттиск души. Поцелуй призрака.

Проходя путь от воронки свихнувшегося портала до базара на Торг’Ра снова и снова, я убеждаюсь только в одном. Эта чертова Гага шла спасать свою хозяйку. И похоже она спасла ее. Но как?

Без хозяйки, она перестанет существовать, но я никогда не слышала что хозяйку можно поменять, по крайней мере отвязку должна сделать сама хозяйка. А та её не отпускала.

Гага сказала что учуяла ведьму и полетела её искать. Зачем ей нужна была ведьма? Поменять хозяйку самостоятельно, она не может! Так зачем ей ведьма? И зачем она потащила нас в эту пещеру?Для ответов. Что проверила? Мой статус? Но я понятия не имею, как я оказалась с допуском в древний храм Каэль. Я очень слабая ведьма!

Гага сказала, что может жить только рядом с ведьмой. Но она не сказала, что рядом со мной! Ей не нужна была я. Ей нужно было мое тело!

Чего же так сильно боялась демоница с А спирали. Здесь – она практически бессмертная богиня! Что пожелала поменяться местами со мной, слабой человеческой женщиной. Не думаю, что она будет обладать моими знаниями. А если и будет, то знания это одно. А вот мышление и опыт это совсем другое. Интересно, а демонические прибамбасы типа понимать и говорить на языке, на котором говорят рядом с тобой? Надо же, уже фантазирую.

Жаль ничего не слышу и не вижу и проверить не могу.

Я даже доступ к опорно двигательному аппарату не имею. Но дышу. Пока. Не знаю, сколько я так пролежала. Может сутки, может месяц. Но я постепенно начала слышать окружающие меня звуки. Затем речь. Недалеко от меня шептались две особы. Они обсуждали сколько я еще намерена изображать из себя трупп. Отлично. Тело у меня демоническое. И похоже, я начинаю с ним срастаться.

Я открыла глаза с трудом. Веки были тяжёлыми, будто к ним привязали камни. Первое, что я почувствовала – неприятный металлический привкус во рту. Затем пришли остальные ощущения. Давило в груди, странно горела кожа, а по телу ползло чужое тепло, будто кто-то закачал внутрь меня расплавленный металл.

Воздух пах сыростью, ржавчиной и отчаянием. Я вдохнула, чуть не закашлявшись. Всё было неправильно: тело, дыхание, запахи.

Медленно, осторожно я приподняла руку и замерла, уставившись на собственные пальцы. Они были длиннее, чем раньше, с тонкими острыми когтями и гладкой кожей цвета карамели. Я никогда раньше не видела таких рук.

– Что за…

Голос прозвучал низко и хрипло. Не мой голос. Точно не мой.

Сердце подпрыгнуло к горлу, а на шею вдруг надавило что-то тугое и обжигающее. Я схватилась за него пальцами и почувствовала холодный металл.

Ошейник. Конечно. Не было бы этого ошейника, пару щелчков и хозяйка Гаги и этого тела проложила бы портал на материк.

О, если я знаю это, то и Бартер в моем теле сможет воспользоваться моей памятью. Но память – это одно. А технические знания и создание артефактов совсем другое.

С усилием я выпрямилась, пытаясь понять, где нахожусь. Это была клетка, не просторная, но и не настолько тесная, чтобы мне не хватало места. Кровать слегка пованивала, но матрац на ней лежал кажется кожаный обработанный какой-то смесью. Надеюсь от неразумного эта шкурка. Решётки толстые, потемневшие от времени и магии. За ними – полумрак, приглушённые голоса и чьё-то тихое, непрерывное перешептывание.

– Эй… – прошептала я, оглядываясь.

Кто-то резко вздрогнул, пошатнувшись от звука моего голоса. Я повернула голову и встретилась взглядом с перепуганными глазами, спрятавшимися в темноте соседней клетки.

– Она проснулась, – прошипел кто-то тихо.

– Кто «она»? – прохрипела я в ответ, чувствуя, как по спине бегут мурашки. – Что тут происходит?

Шёпот стих. Теперь все молчали, только тяжёлое дыхание соседей доносилось сквозь тьму.

Я попыталась встать, опираясь о решётку, и едва не потеряла равновесие. Центр тяжести был смещён, тело отзывалось не так, как я привыкла. Это было чужое тело. Я увидела металлический поднос, с большим трудом нагнулась чтобы поднять его. Красивый, чистый. Выглядит серебряным, гладкий как зеркало.Абсолютно чуждый этому месту. Из отражения на меня смотрела женщина – незнакомая, красивая, чужая. Чёрные гладкие волосы, слишком правильные черты лица, светящиеся в полутьме глаза. Кто-то коснулся моей лодыжки, и я неожиданно отпрыгнула, выронив поднос. Звук его падения гулким эхом разошелся по длинному коридору странного помещения. Не подвал, скорее барак. Я опустила голову в поиске крысы и увидела хвост. Мой хвост. Как теперь с этим жить?

Старушка Бартер.

Я почувствовала, как по затылку прошёл холод.

Одно дело лежать неизвестно где и фантазировать. Другое дело увидеть воочию. Осознание пришло, а вот принятие ситуации никак не хотело подтягиваться. Я осмотрела руки, плечи, ноги. Всё было не человеческое. Я была в теле демоницы или демонической ведьмы, и от одной мысли об этом стало по-настоящему страшно.

– Йенс? Тану? – голос снова дрогнул и сорвался в шёпот.

Никто не ответил. Да, я и не надеялась. Просто вырвалось.

Только из соседней клетки кто-то снова тихо произнёс:

– Похоже эта дрянь все-таки нашла способ сбежать.

– Добро пожаловать в Торг’Ра. Здесь не спрашивают, кто ты. Спрашивают только, сколько за тебя заплатят. А за это тело заплатят, и очень, очень дорого.

Я закрыла глаза, пытаясь не поддаться панике.

Всё было не так. Но самое главное, я обрела демоническую сущность вместе с телом. Я понимаю местных. И любой другой язык, если рядом есть носитель этого языка. Это не магический переводчик. Это сущность демона высшего порядка.

И что предстоит этой Бартер, если она с легкостью поменяла это, практически вечное тело на этой планете, на моё человеческое, слабо – ведьмовское. Но практически и магически бессильное. Я даже в ошейнике чувствую насколько сильно тело Бартер.

Что там Гага, эта облезлая курица говорила о своей хозяйке?

Практически ничего. Что попала по вызову через портал. И не выполнила заказ по договору. А, помню. Сектанты хотели на Туэт. Конечно не смогла! Никто не может. Но демоница должна пробовать, до тех пор пока не выполнит заказ. Она демон желания. Контракт – это её сущность. То есть Бартер ждала участь таракана из девятого роя, из того странного бункера! Это объясняет многое.

Её пленили обманом.

Может она сама заказала ошейник? А что, браслетов здесь не делают? Нет. Это долго. А Бартер начала сходить с ума и терять силы от постоянных построений портала и обратной отдачи – отзеркаливания. Думаю это было больно.

Значит в панике сорвала ошейник с какого-то раба.

Но как только она стала слаба, её повязали, те кто находился рядом. Похоже на правду.

Её продали, как демона желаний. Дорого. Значит планировали заключить сделку и затем снять ошейник. Вот этого она и боялась. Потому что не может взять заказ не выполнив предыдущий.

Но лично я никакого контракта не заключала. И никому, ничего не должна. Значит моя задача, снять этот ошейник до того, как придет мой владелец. И желательно убраться с этого острова.

И у меня не так много времени. Так что начну с добычи информации.


✦ Глава: Сокамерники и незваные союзники ✦

Тишина сгустилась, давила на плечи, будто тяжёлая ткань, пропитанная влагой и чужим дыханием. Я ощущала каждую деталь: холодные прутья клетки, сырой и грязный пол под ногами, тяжёлый ошейник, обхвативший горло. Глаза постепенно привыкли к полумраку, и я смогла различить очертания других клеток, стоящих рядом. В нашем отсеке их было пять или шесть. Но занятых только три.

Моя сущность начала срастаться с этим телом.

– Новая Бартер, значит? – раздался рядом низкий, чуть шипящий голос, и я невольно повернулась в его сторону. В соседней клетке, привалившись к решётке, прямо на полу сидело существо, покрытое мелкой, почти мерцающей в темноте чешуёй. Она внимательно смотрела на меня вертикальными, чуть светящимися глазами. Я ощутила странный холодок в груди от её взгляда. – И каково это, оказаться здесь, в нашем обществе, в чужом теле, демонесса?

Она произнесла слово «демонесса» с лёгкой издёвкой, прекрасно видя, что я никакая не демонесса. Я помолчала, выбирая слова, затем решила рискнуть:

– Ты, кажется, лучше меня знаешь ответ на этот вопрос.

Чешуйчатая слегка оскалила зубы в ухмылке, демонстрируя острые белые клыки.

– Догадливая какая. Это хорошо, – чуть растягивая слова, сказала она. – Догадливым здесь проще. Имя есть?

Я заколебалась на миг, затем пожала плечами:

– Лиз. Моё настоящее имя – Лиз.

– С’тирра, – кивнула она, слегка наклоняя голову. – Настоящее или нет, здесь не важно. Главное – вовремя понять, какова твоя цена, насколько она выгодна для других, и опасна для тебя.

– Цена? Я не собираюсь здесь оставаться так долго, чтобы её выяснять, – ответила я твёрже, чем чувствовала.

– О, да. Никто не собирается, – хмыкнула другая соседка, протянувшая руку из темноты слева. Я вздрогнула от неожиданности, разглядев когтистую, покрытую серебристым мехом ладонь. – Но Торг’Ра всегда решает по-своему.

Голос принадлежал кошачьей, которая, чуть вытянув шею, лениво смотрела на меня ярко-голубыми глазами. Уши её подёргивались в такт словам, выдавая живой интерес.

– Кайли, – представилась она с насмешливой улыбкой. – А ты явно не демон. Говоришь слишком мягко, двигаешься слишком неловко. И глаза… – она прищурилась, – глаза у тебя испуганные и потерянные, а не холодные и мёртвые, как у той высокомерной стервы.

Я тяжело выдохнула. Скрывать очевидное уже не было смысла.

– Ты права. Я не Бартер. И даже не демон. Я понятия не имею, как оказалась в её теле и почему она решила забрать моё.

С’тирра и Кайли обменялись многозначительными взглядами, затем кошачья, тихо мурлыкая, села поближе к решётке, но не касаясь её.

– Дорогая, а что в тебе такого особенного, чтобы демонесса высшего порядка променяла своё бессмертное тело на твоё?

Я отвернулась, опуская глаза. Это был вопрос, который я сама себе задавала уже не первый раз и на который не знала ответа.

– Я – человек с легким магическим налетом! И эта стерва сильно пожалеет, что залезла в мою слабую и старую шкуру, – честно сказала я. И нервно рассмеялась. А мы отсюда сбежим. Вы со мной?

– Ох, какая наивность, человек? – насмешливо прошипела С’тирра.

– Человек – это никто в этом богом забытом уголке. Просто мясо. Как ты собираешься выбираться?

Я резко вскинула голову и посмотрела прямо в её вертиканьные зрачки.

– Я прекрасно знаю, что никто не делает ничего даром. Я прошу не о благотворительности, а о сделке.

Губы Кайли изогнулись в довольной улыбке, она даже чуть хлопнула ладонью по решётке.

– О, вот это мне нравится. Говоришь, как Бартер. И какой у нас будет уговор?

– Если у меня получится найти способ выбраться, я не оставлю вас здесь. Я обещаю.

Кайли слегка приподняла подбородок, оценивая меня, затем коротко кивнула:

– Принято. Впрочем, это не значит, что я сразу побегу спасать твою неуклюжую душонку, подставляя свою. И доверю тебе свою спину.

– Достаточно того, что не выдадите, – чуть спокойнее ответила я, опираясь о стенку клетки. – Это уже поможет.

Кошачья театрально положила руку на грудь, изображая искреннюю обиду:

– Выдать тебя местным? Да за кого ты меня принимаешь?

– За кошку, – коротко бросила С’тирра. – А кошкам верить нельзя.

– В отличие от ящериц, конечно, – мурлыкнула Кайли, многозначительно помахивая пушистым хвостом. – Ты просто сама доброта и честность.

Они снова обменялись колючими взглядами, а я, откинувшись к стенке, ощутила лёгкое облегчение. Пусть они недолюбливали друг друга и меня не жаловали, но теперь, по крайней мере, я была не одна. И, кажется, появилась тонкая нить надежды выбраться отсюда.

– Скажите хотя бы, куда меня могут продать, – тихо попросила я.

С’тирра улыбнулась, но её взгляд внезапно стал серьёзным и холодным.

– Туда, где ты будешь полезна. Бойцовые арены, охрана дорогих дворцов, личные игрушки богачей. Наследники. Биоматериал. Вариантов хватает, особенно для такого тела. Чем опаснее и красивее существо, тем выше ставки.

– О, ставки на тебя будут высокими, – подтвердила Кайли, чуть прищурившись. – Лучше всего убедить покупателей, что ты и правда Бартер. Потому что если они поймут, что ты всего лишь слабая человеческая ведьмочка…

Она замолчала, и её хвост нервно дёрнулся.

– Что тогда? – выдохнула я, чувствуя, как снова нарастает страх.

– Тогда твоя жизнь станет значительно короче и гораздо мучительнее, – закончила С’тирра с совершенно бесстрастным выражением лица.

Я снова глубоко вдохнула сырой воздух и прикрыла глаза, стараясь подавить панику. Ситуация была хуже некуда. Но пока я жива, надежда есть.

А значит, ещё повоюем.

Я глубоко вдохнула, медленно выпуская воздух и стараясь восстановить контроль над чувствами. Паника – плохой советчик. За долгие годы работы профессором артефакторики я усвоила одно железное правило: чтобы решить проблему, нужно собрать всю доступную информацию, расставить её по полочкам и только потом принимать решения.

Итак, начнём.

– С’тирра, – я осторожно повернулась к рептилоиду, она из расы Кирант, изучая её пристальным взглядом, – ты здесь давно?

Она наклонила голову, и её узкие зрачки расширились чуть заметнее, явно оценив перемену в моём тоне.

– Достаточно, чтобы понимать правила. Говори, что именно тебе нужно знать?

Я чуть кивнула, благодаря её за прямоту.

– Кто управляет этим местом? Кто заказывает существ высшего порядка вроде Бартер? Есть ли здесь иерархия, группировки, кланы? Мне нужна любая информация, которая поможет просчитать варианты развития событий.

Кайли, она из Фелари, тихо рассмеялась, устроившись удобнее возле решётки и чуть щуря на меня блестящие глаза:

– Ого. Серьёзно взялась за дело. Неужели рассчивываешь на побег? Каковы твои шансы выбраться из каменного мешка?

– Я профессор артефакторики, специалист по магическим структурам и древним рунам. Мне важно понять механизмы этого места. И далее я смогу определить переспективы.

Кайли замолчала, раздумывая над услышанным. Затем переглянулась со С’тиррой и, словно договорившись без слов, дала той право отвечать первой.

– Торг’Ра – это не просто рынок, – медленно начала рептилоид, чуть наклонившись ко мне. – Это перекрёсток между континентов, созданный могущественными существами много тысячилетий назад. Сейчас правят им так называемые «Торговые дома». Их не так много, но влияние огромно. Они короли морей и завоеватели. Здесь заключают сделки, которые невозможно провернуть на континентах. И Бартер… – С’тирра замолчала, подбирая слова, – она была одним из самых дорогих контракторов. Существо, способное добыть или обменять что угодно и кого угодно.

– Её кто-то переиграл? – я внимательно слушала, анализируя каждое слово. Уже понимая, что услышу дальше.

– Не совсем, – вступила Кайли, покачивая хвостом. – Бартер допустила ошибку в одном из контрактов. Точнее, не смогла открыть портал на другую планету. И таким образом стала должницей Торгового дома. Никто не знает, как на нее умудрились одеть ошейник и у кого ключ от него.

Но, похоже устали искать владельца и решили продать как есть с ошейником и без документов.

А она почему-то решила поменяться с тобой телом. Что весьма странно…

– Почему странно? Выхода с этого мира нет. И нет решения.

Кайли взглянула на меня с неприкрытым любопытством:

– Не буду пока спрашивать, откуда ты это знаешь. Сейчас меня больше волнует вопрос, что в тебе такого привлекательного для Бартер. Любое тело слабо, по сравнению с демоническим. Ты ведьма, и говоришь, что слабая. Будет ли Бартер иметь возможность воспользоваться твоими знаниями, – она внимательно меня рассматривала, будто сканируя взглядом, – не факт. Значит, дело не в силе. Возможно, в чём-то другом, что ты знаешь или имеешь?

– В тебе явно есть нечто важное для Бартер. Вопрос – что именно?

Я задумчиво коснулась ошейника, стараясь игнорировать жжение под пальцами.

– Я не понимаю. Но полагаю, её фамильяр сильно ошиблась с выбором тела для своей хозяйки. Девочки, а вы не в курсе, Бартер может вернуть обратно свое тело?

– Демоны не раскрывают своих секретов.

– А в какое время приносят еду и как попасть в туалет?

– Еду не приносят, ее спускают по трубе в капсуле раз в день. Но Бартер её не ела. А отхожее место на стеной. Приложи лапу и она отодвинется, там же и вода. Мы же элита! У нас даже кровати имеются.

Я решила все опробовать. Сижу на каменном стуле с дыркой. Вода по задней стенке унитаза льётся беспрерывным потоком и судя по свежести воздуха, возможно соленая. Под потолком окно, высота метра два – три. Бартер выше меня по ощущениям на все полметра. Но все равно я пока не понимаю, как забраться к этому окну и посмотреть, что там снаружи.

Так чаша, рукомойник, куда стекается вода, но тут струйка тоненькая, напор никакой. Я подставила ладони и через какое-то время глотнула прекрасную, вкусную воду. В пустом желудке раздался жалобный скулеж. Я хочу есть. Ладно попью еще водички, а там уже и пайка прибудет экспресс методом.

– Так что девченки, сюда обслуживающий персонал не ходит?

Я услышала дружных хохот и чудесное эхо.

У меня создалось впечатление, весь этот чудо комплекс находится в скале.

В результате хорошего отношения к сокамерниками я узнала, что:

“Ящерица” попала сюда как пленница, в результате военных действий. Она здесь месяц. Не продавали её, по всей вероятности, потому что ждали кто победит в военном конфликте. Но судя по всему её клан проиграл. А, “Кошка”, была выловлена в море, после пиратского набега. Фелари-люди богатые, но не щедрые. Поэтому надежда, что за нее внесет выкуп её семья, тает с каждым днем.

Девченки не маги, поэтому у них ошейник обыкновенный, подключен к этой тюрьме. Где находятся ключи, они естественно не знают. Где находится тюрьма не знают. Сюда всех доставляют в бессознательном состоянии. На мне же такого ошейника нет. На мне только антимагический. А значит, я технически свободна.

Мои великие размышления прервал металлический протяжный звук, а затем несколько толчков. Что известило меня о прибытии еды. Открываю крышку, достаю металлический цилиндр, открываю его над своим подносом. Ну, думаю я не Бартер, и не настолько привередлива, чтобы голодать. Эта странная демоница уже две недели ничего не ела. Не успела я сформировать свою мысль, как на поднос плюхнулось…