Любовь Блонд
Ведьмин угол

1. Новые покупатели

Конец мая – время, когда просыпается весь мир. Буйство цвета, звуков, запахов, тепла и мимолетного летнего счастья в северных широтах. То самое время, когда сидеть в душном городе – непростительная ошибка.

Ольга отлично понимала, что прямо сейчас мысли о том, чтобы вырваться из бетонных коробок и провести немного времени на природе, посещают головы миллионов горожан. А где есть мысли – должно быть решение.

Поэтому вместе с супругом Михаилом и сынишкой Андрейкой она с раннего утра отправилась за город. Риелтор подыскала им еще один отличный вариант для строительства базы отдыха. Правда, первые два тоже были якобы отличные. Но на первом месте оказалось, что через весь участок проходит линия электропередач, а на втором объекте (а он был очень хорош!), половина земли принадлежала лесному фонду и называлась страшным словом «заповедный». А это значит, что никаких построек и коммерческого использования.

На этот раз ушлая риелтор поклялась, что никаких обременений на землю нет. Более того, на ней уже пытались построить базу, но что-то у прошлого собственника не срослось. То ли обанкротился, то ли еще какие проблемы. Ольгу это не особо волновало. Цена была приятной, юристы изучили документы максимально внимательно, осталось своими глазами увидеть, что же такое подыскала им мадам.

Впереди было бесконечное шоссе, но Ольга подметила, что почти без пробок. Это уже огромный плюс для будущих гостей. С шоссе они съехали на дорогу поскромнее, проехали небольшой городок. Это тоже плюс – цивилизация под боком. А значит магазины, торговые центры и, возможно, какой-нибудь исторический центр. Свои наблюдения Ольга записывала в телефон, чтобы потом получше обдумать вариант.

За городком их встретили бескрайние зеленые поля, перемежающиеся с густыми лесами. Красота! Природа, свежий воздух, грибы в лесу. Если на полях что-то посадят, а ближе к осени будут убирать в круглые тюки, то у городских красавиц появится отличное место для фотосессий.

Наконец, долгожданный указатель «пос. Александровка 1км». Еще один плюс – несложный маршрут. Гостям важно быстро найти место и не плутать лишний час по округе. Но, если все сложится, то скоро рядом с указателем появится еще один: база отдыха «Лесное», или «Речное», или «Ольгин дом». Над названием она еще размышляла, как и над общей концепцией базы.

Перед въездом в поселок на обочине стояла знакомая красная машина. Мадам Елизавета стояла рядом и с широченной улыбкой махала руками. Вся такая молодая и деловая: строгий костюм, красная папочка в руках, уложенные волосы, макияж, словно на охоту собралась. Интересно, на кого?

– Не нравится она мне, – проворчал Михаил, съезжая на обочину. – Улыбка у нее какая-то… Пугающая.

Ольга ничего не ответила. Ворчание мужа она за общение не воспринимала, поэтому чаще всего просто игнорировала.

– Вам удалось ознакомиться с документами? – Елизавета сразу перешла к делу, едва семейство покинуло автомобиль.

Ольгу такой подход нисколько не смутил. Она сама не любила долгих церемоний с приветствиями и расспросами о том, как добрались. Раз занимаются делом, значит переходим сразу к делу.

– Да, юристы изучили. Пока подводных камней не нашли. Но, если все устроит, проверим еще раз.

– Конечно, конечно! – И снова дьявольская улыбка – сладкая и хищная. – Собственно, вот земля.

Риелтор махнула рукой в сторону поля через дорогу. Оригинальный забор под старину из деревянных жердей опоясывал довольно большую территорию. К воротам подходила гравийная дорога и было видно, что отсыпали ее совсем недавно. Вдалеке, почти у леса, возвышался двухэтажный дом. Провода и столбы шли по границе. Уже хорошо.

Ольга заглянула в телефон, листая документы на участок:

– Площадь три гектара, как и заявлено в документах?

– Да, да, все так. Можно вызвать независимых кадастровых инженеров, если пожелаете. Никаких обременений, никаких сетей, никаких заповедных земель. Все оформлено как полагается.

– Что за дом вон там?

– Предыдущие хозяева начали строить базу, но успели возвести только первый домик. Вроде как для себя. Но все коммуникации проведены! И свет, и газ, и вода. Немного не закончили с внутренней отделкой. Но там мелочи. Я могу посоветовать хорошую бригаду строителей.

– У брата строительная компания, так что благодарю.

– Ой, ну тогда вообще никаких проблем не будет!

Ольга посмотрела на хмурого мужа и молчаливого сынишку:

– Ну что, банда, пойдем смотреть?

Ольга первая ступила на земли будущей базы отдыха. Большая территория, кое-где проложены дорожки, посажены туи и елки. Видно, что прошлые хозяева бодро взялись за реализацию грандиозных планов, но что-то у них не пошло.

Через весь участок шла широкая гравийная дорога как раз к тому самому дому в конце. Большое строение, с внушительной верандой и двумя торчащими дымоходами из крышы, но Ольга уже решила, что точно его снесет. На первое время «сарайчик» подойдет для проживания, но раз уж творить, так творить с размахом!

Елизавета настойчиво звала осмотреть дом изнутри. По ее словам, он достается практически даром, так что в каком бы состоянии он не был, бесплатному коню в зубы смотреть не надо.

Внутри отделку тоже бросили на полпути. Кухню, санузел и две комнаты наверху полностью подготовили к проживанию, а вот гостиную и кабинет оставили на этапе торчащих из стен проводов и наспех приколоченного гипсокартона.

– Да уж… – многозначительно произнесла Ольга.

– Вы не переживайте! Все очень быстро исправляется. Главное – кухня и санузел есть, все подключено. И спальни красивые. Вы видели, какие там кровати? Просто шикарные! Это все остается: и мебель, и гарнитур. Практически заезжай и живи. Так что вам не надо думать, где остановиться во время постройки базы. Согласитесь – это же просто волшебное предложение! – Она подошла к панорамному окну, из которого открывался вид на всю территорию: – И посмотрите, сколько места! Сколько возможностей для реализации ваших задумок! Тишина, простор, свежий воздух! А вон там, возле леса, течет небольшая река. Очень красивая!

– На территории? – прервала Ольга.

– Нет, нет! За территорией, все границы учтены. Я лично проверяла.

Елизавета набрала в легкие побольше воздуха, чтобы продолжить восхваление объекта, но запнулась на полуслове. В дверь кто-то настойчиво постучал. Не дожидаясь разрешения, в дом ввалился некто и прокуренным голосом крикнул:

– Э! Кто здесь!

Михаил напрягся всем телом, Андрейка ухватился за маму, Елизавета так и застыла с открытым ртом. И только Ольга сохраняла мертвецкое спокойствие. Она приподняла бровь и посмотрела на риелтора:

– Что, первые гости?

Несколько секунд замешательства и на лице Елизаветы снова появился ужасный оскал:

– Это Николай! Он тут сторож.

Она выбежала из комнаты на лестницу и крикнула вниз:

– Николай, это вы?

– Ну а кто ж еще?

– Ой, вы нас напугали!

Она поспешила спуститься. Следом направились Ольга с семьей.

На пороге стоял немного поддатый мужичишка в рваной футболке и растянутых спортивных штанах. Щетина на лице и помятый вид кричали о том, что человек давно не начинал день с кофе, предпочитая чего покрепче.

– А вы, собстна, кто? – удивился мужичок.

– Николай, ну как же так, это я – Елизавета. Мы с вами уже знакомились. А это потенциальные покупатели.

– Что, еще одни?

– Не еще одни, а первые! – обиделась риелтор. – Участок только выставили.

Николай махнул рукой:

– Да и эти сбегут.

– С чего это мы должны сбежать? – Ольгу всегда задевали категоричные заявления в свой адрес.

– Так это ж Ведьмин угол. От нас все бегут.

– И в каком месте этот угол, уважаемый?

Николай развел руками:

– Вот здесь. Везде. Александровка и вокруг нее. Уже лет двести наши места так называют. Почитайте в этой, как ее… Визипредии.

В разговор осторожно вмешался Михаил:

– И что же, у вас тут прям настоящие ведьмы бегают?

– Ну да. Одна. Все двести лет и обитает. Честный люд пугает. Только ее никто не видит, но все знают, что она есть.

– Сдается мне, эта ведьма «белочкой» называется. – проворчала Ольга.

– Ой, не обращайте внимания! – расхохоталась Елизавета. – Это старый поселок с историей. А в каждом таком уголке обязательно найдется место и для ведьмы, и для лешего, и даже для русалок. Это же большой плюс: место с богатой историей! Где еще такое найти? Можно будет гостям рассказывать, пугать их даже немножко, тематические вечера устраивать. В городе-то ведьм не бывает, а тут целая одна! Тем более бесплатно!

Ольга еще раз оглядела прихожую и холл. В целом, Елизавета была права. Ступень для старта есть. Можно приехать в дом и до осени навести порядок. Если повезет, то к весне уже открыться и приглашать первых гостей. Да и тема с ведьмами ей понравилась. В голове уже витали идеи: база в духе старины, ресторан а-ля ведьмин подвал с котелками и травками, развешанными на веревках. Банька, речка, деревянные срубы. Здесь же построить небольшую конюшню, благо место позволяет, и устраивать конные прогулки. И живой уголок. Курочки, козочки и всякая скотинка. Чтобы городские могли окунуться в деревенскую жизнь, не отрываясь от ноутбуков и телефонов.

– Нам надо подумать, – строго ответила Ольга. – Банда, пошли.

Уже в машине Ольга сделала записи в телефон и обратилась к мужу:

– Ну, что думаешь, Миш? Есть смысл связываться?

Тот пожал плечами:

– Выглядит неплохо. Места много. А провода в коридоре я и сам изолирую, чтобы главный бандит не добрался.

Ольга повернулась на заднее сидение и улыбнулась сыну:

– Андрей, а ты как считаешь? Проведем тут лето, отпразднуем твои двенадцать лет. Заведешь, наконец, друзей. Наверняка сюда на лето много твоих сверстников приезжает.

Мальчишка в ответ пожал плечами.

– Ты же не боишься ведьм? – спросил отец, глядя в зеркало заднего вида.

– Пап, не говори глупости, ведьм не бывает.

2. Летние каникулы

– Не переживай, Андрюшка, за лето вытянешься и станешь выше всех в классе.

Отец подтолкнул паренька к лестнице, оглядывая знакомый холл уже как хозяин, а не как покупатель. Да уж, жаль будет сносить такой домище, хороший, просторный. Немного до ума довести и будет конфеткой. Но супруга ничего не хотела слышать. Ей не понравились коридоры и маленькие комнатки. Идеальный дом она представляла примерно таким, как на нарисованных картинках: панорамные окна, огромная гостиная с камином и спальня в средневековом стиле со шкурой медведя у кровати.

Следом за ним как раз вошла Ольга, увлеченно болтая по телефону. За ней, на удивление трезвый Николай, тащил чемоданы и пакеты.

Михаилу нравилась местная мода: удобные штаны на резинке, растянутая футболка и шлепки, вместо удушающих рубашек, строгих брюк и вечно натирающих туфель. Ох, поскорее бы переодеться и стать частью местного колорита.

– Сколько же у вас барахла, – ворчал Николай. – Никак весь магазин скупили.

Ольга на мгновение оторвалась от телефона:

– Николай, пакеты на кухню, чемоданы на второй этаж. Миша, помоги.

И снова продолжила щебетать о чем-то невероятно важном.

Михаил не раз замечал, что чертовой коробке у уха она уделяет больше времени, чем собственной семье. Хотя, чего удивляться? И брат у нее такой же. Словно они родились с мобильниками в руках. Но скандалить по этому поводу он побаивался. Ольга и Сергей унаследовали от родителей сумасшедшее состояние и относительно честно поделили между собой. Сергею досталась прибыльная компания, а супруге крупная сумма. Как раз часть наследства она и вложила в покупку земли для базы.

А сам Михаил… Увы, ни солидного состояния, ни высокодоходной компании у него не было. Так что он, вроде как, и считался главой семьи, но по факту всем рулила Ольга. Она могла, ради приличия, спросить мнение супруга, но все равно делала по-своему.

Со временем споры с супругой из-за единогласно принятых решений стали учащаться. Михаил очень старался выглядеть главой семьи, но Ольга лишь смеялась в лицо. Чтобы хоть как-то подавить гнев и разочарование, он пристрастился к пиву. Иногда позволял себе напитки покрепче.

Алкоголь тоже стал точкой преткновения супругов. Михаил осознал – что бы он ни делал, он все равно будет неправ. Поэтому бутылочка пива, а за ней вторая помогали успокоиться и не обращать внимания на властный характер жены.

Зайдя на кухню, он первым делом полез в пакеты за прохладным пивом. Николай зашел следом и с жадным взглядом наблюдал, как новый хозяин открывает баночку и делает первый глоток. Казалось, он вот-вот начнет причмокивать от удовольствия вместо Михаила. Пришлось с ним делиться.

– Хороший у вас теперь дом, большой, – улыбнулся Николай, оторвавшись от банки. – Прошлые хозяева спешили, хотели в следующем году открываться.

– Чего ж тогда все бросили и за бесценок продали?

Николай картинно усмехнулся, задрав подбородок:

– Дык, ведьма ж наша прогнала.

– А-а, ясно. Русалки в речке тоже имеются?

Для Михаила, выросшего в городе, байки про местную нечисть были забавным приложением к земле. Тем более что Ольга очень вдохновилась идеей Елизаветы о том, что земля с историей привлечет больше клиентов, чем просто поле рядом с поселком. «Ведьмин угол» – было одним из названий, которые Ольга выбирала последнюю неделю.

– Про русалок не скажу, но с нашей ведьмой будьте осторожнее. Она своеобразная дама – одним помогает, других наказывает. Хрен поймешь, что у нее на уме. Будет донимать, я вам оберег принесу, у нас многие в домах вешают, чтобы ведьма не навещала.

– Ого, целый оберег? Ну, это серьезная защита.

– Не смейся, хозяин. Легенды ходят, что она раньше детей с ума сводила, хаты жгла, людей морила. Но если ты к ней хорошо будешь относиться, то и она зла не сделает.

– Хорошо – это как?

– Да хрен его знает. – Николай пожал плечами и сделал большой глоток из банки. – Баба моя конфетку оставляет на крыльце. Кто-то по праздникам рюмку выносит, другие вареное яичко. А шоб в дом не заходила, говорю, оберег вешать надо. На такое она не обижается, просто мимо проходит.

Михаил в ответ лишь покачал головой. Может ей еще суши с роллами оставлять? Баба же, они такое любят. Может, от риса с рыбой мифическая ведьма совсем подобреет и поможет базу построить. Молоток, болгарку, саморезы в зубы и вперед, угождать желаниям Ольги. А желания у супруги по пять раз на дню могут меняться.

Внезапно по спине пробежал неприятный холодок. Словно кто-то приложил к позвоночнику кусок льда и медленно вел от шеи до самого копчика. Озноб медленно растекался от спины по всему телу, сковывая мышцы. Михаил поежился, дернул плечами и недовольно посмотрел по сторонам.

– Что-то зябко стало. Кондиционер, что ли, включили?

– Не, это ведьма до тебя дотронулась. Она суженого ищет, всех мужиков у нас лапает.

Михаил представил, что за спиной стоит беззубая старуха с растрепанными волосами, ехидно улыбается и тянет к нему костлявые руки. Стало не по себе. Уж лучше молоденькие русалки, как приятное дополнение к шашлычку и рюмочке. Но никого постороннего на кухне не было.

– И где ведьма?

– Дык, она ж невидимая.

– Значит не ведьма, а призрак.

– Ведьма же! – возмутился Николай. – Призраки человеку сделать ни черта не могут, а эта может. И по легенде она ведьмой была, мне еще прабабка рассказывала, когда я под стол пешком ходил. И как она детей в ее детстве зачаровывала, и как заблудших путников изводила, и как в советское время народный сход был, чтобы церквушку нашу не ломали. Стоит до сих пор, между прочим! так что, городские, не смейтесь над нашим укладом. Она с нами много сотен лет, мы уже привыкшие. Ели хамить ей вздумаете, то она и вас прогонит.

– Я смотрю, вы все на невидимую ведьму списываете?

– Ну так ведь и есть. – Николай поднял банку перед носом: – За пивко спасибо. Зовите, ежели чего нужно будет.

Не успел новый приятель покинуть дом, как со второго этажа послышался недовольный голос Ольги. Она опять за что-то отчитывала Андрейку. Пришлось подниматься, чтобы в случае чего встать на сторону сына.

– Оторвись ты уже от телефона! – причитала она, нависнув над пацаном. – Выйди на улицу, подыши свежим воздухом, познакомься с местной ребятней. Ну сколько можно пялиться в экран?

Михаил едва сдержался, чтобы не пошутить на тему матери и сына. С кого ребенок берет пример? С мамки. А что мать целыми днями делает? Пялится в телефон!

– И правда, Андрей, сходил бы на улицу. Погода отличная. Теперь в твоем владении аж три гектара поля – бегай не хочу.

– Бегать я как раз не хочу, – проворчал мальчик.

– Тогда книги почитай. Вам на лето столько всего задали! – Ольга указала на коробку в углу, забитую книгами.

– Потом.

Женщина наигранно вздохнула, приложив руку ко лбу. Ну как есть – боярыня, только в деловом костюме. Видимо, начала на себя примерять исторические заметки о поселке Александровка.

Следующим действием супруги было резкое изъятие телефона из рук сынишки. Грозный взгляд, руки в боки – все как она любит.

– Будешь телефон получать на два часа в день! И даже не думай спорить!

Как же без спора? Визги, крики, слезы – все, как любит Андрейка.

Михаил решил не испытывать судьбу, чтобы не попасть под тяжелую руку супруги, и спустился на кухню. Еще одна баночка холодного пива не помешает. Пока отпивал, заметил, что кондиционер и правда выключен. Неужто и правда невидимая ведьма коснулась? Тут бы с видимой разобраться.

– Опять пиво хлещешь?

За спиной стояла заведенная Ольга. Теперь она решила докопаться до Михаила. И когда только милая девушка с обворожительной улыбкой превратилась в злющую мегеру? Ей бы еще килограмм тридцать набрать, грязный фартук с бигудями и она превратится в карикатурную, сварливую жену.

– Я еще и шашлык планирую сделать.

– Горелое мясо вредно для здоровья!

– С водочкой все полезно.

– Ах, так вот зачем мы землю купили! Чтобы ты шашлыки жарил и водку пил? Тут база будет! Между прочим, это очень ответственное занятие!

– Ну, так гости же будут шашлык… И водочку. Надо продегустировать заранее, как оно пойдет.

– Нормально пойдет. Все, отсасывайся от банки с пивом и иди составлять схему, что уже сделали прежние хозяева. Сдается мне, тут все надо с землей ровнять и строить заново. А завтра поедем в администрацию: надо связи налаживать. А послезавтра приезжают работники. Дел невпроворот, а он тут пиво хлещет!

Михаил решил не вступать в очередной спор с супругой и молча вышел на улицу. Сигаретка на свежем воздухе была как нельзя кстати. Чистый воздух, зеленое поле, разрезанное дорожками и парковкой, лес под рукой, где наверняка можно погулять с корзинкой. Ляпота!

Но всю красоту портила реальность. Сын ужасно комплексует, что ниже всех в классе. У одного мальчика уже голос ломаться начал, а Андрюшка все на малыша похож. А кто он есть-то? Ребенок!

Жена нашла новое увлечение, а значит пилить еще больше. И отдаляться. Теперь все свое время Оленька будет тратить на возведение базы. Потом на оформление. Потом на гостей. А потом ей все надоест и она придумает новую блажь.

А еще обязательно приедет ее брат – звезда в любой компании. Красив, богат, харизматичен и все девки штабелями вокруг него падают. И Андрейка в нем души не чает. Ведь родной батя не такой веселый, не подарит дорогие игрушки и не придумает тысячу интересных дел.

Мимо Михаила опрометью пробежал сын.

– Эй, ты куда?

– Гулять, блин! Чего еще без телефона делать?

– Не «блинкай» тут! – строго крикнул отец.

– Не буду блинкать! – передразнил пацан и побежал куда-то в сторону леса.

– И не убегай далеко!

3. Незнакомка

Андрей обежал участок по периметру, выискивая хоть что-то интересное. Огромные улитки, кузнечики и бабочки интереса не вызывали. Высокие заросли травы были интереснее, но что там делать одному? Он забрался на столб забора, повисел, раскачиваясь, на перекладинах. Одну сломал, плюхнулся в траву и поцарапал локоть. Мать будет громко орать.

Дорожки из белых камушков, какие-то густые цветы у самой земли, которые прикольно топтать, и горы деревяшек, укрытых толстым синим материалом.

На одну из таких гор Андрей ловко забрался и осмотрел владения. Забор, поле, дом, лес и что-то сверкнуло через густые заросли травы. Он прищурил глаза и, словно заправский капитан пиратского корабля, поднес руки к лицу. Речка! Вот это уже интереснее. Там должны водится лягушки и, вероятно, жабы. Жаб можно потискать и потом все руки будут в бородавках. Мать снова будет ругаться.

Ну и пусть!

Увы, речка оказалась просто широким ручьем. Крутые берега, заросли ивы и всего пару мелких лягушек. Зато можно наблюдать, как журчащая вода несет течением упавших жуков. Мальчику пренепременно захотелось вытащит такого бедолагу на берег и дать ему второй шанс.

Андрей медленно подошел к берегу, разглядывая воду внизу. Высоковато. Но спуститься можно, если зацепиться за какую-нибудь ветку.

– Осторожней!

Мальчик вздрогнул и посмотрел на противоположный берег. Там стояла необычная девушка с длинными, белесыми, словно расчесанная паутина, волосами. Лицо и губы бледные, ручки тощие, даже меньше, чем у мальчика. Длинный белый сарафан сливался с цветом кожи. Одни только яркие зеленые глаза взволнованно смотрели на другой берег.

– Да все нормально! – отмахнулся Андрей. – Тут не высоко.

– Упадешь ведь! Тут сильный поток, унесет и не вылезешь.

– Не упаду.

– Земля у воды мягкая, глупый. Еще от солнца не отвердела. Отойди, говорю!

Андрей закатил глаза и недовольно проворчал себе под нос про надоедливую девчонку. Но послушался, от края отошел. Затем на манер матери сложил руки на груди и плюхнулся на траву, недовольно дуя щеки.

– Скучно! И мама телефон отобрала! Думал жука из воды достать, а тут ты приперлась.

– Я не приперлась, я тут уже была.

Незнакомка улыбнулась и легкой походкой пошла через ручей. Течение ее совсем не беспокоило. Надо же, сама в воду пошла, а его отогнала. Вредина!

Забравшись на берег, она села в травку в двух метрах от мальчика и снова улыбнулась:

– Ты добрый.

– С чего ты взяла?

– Решил спасти жучка. Злой бы не стал помогать.

– Может, я его потом под лупой сжег бы.

– Но это потом. А пока ты хотел спасти, значит, хороший.

Андрей посмотрел на девушку, внимательно разглядывая ее вблизи. Болеет наверно. Слишком уж она бледная. Он однажды видел, как Машке из класса стало плохо прямо на уроке. Она тоже побелела и губы посерели.

– Ты бледная. Болеешь, да?

– Вроде того, – девушка улыбалась и водила тонкой рукой по кончикам травинок. – Я уже привыкла.

– У нас Машка в классе тоже однажды резко заболела. Вы похожи.

– Она поправилась?

Зеленые глаза метнулись на мальчика. В них было беспокойство за незнакомую девочку.

– Аппендицит. В больницу увезли. У нее во-от такущий шрам теперь на животе. – Он раскинул руки, словно рыбак, хвастающийся невероятным уловом.

– Бедняга. Вот же она намучилась.

– Да не, нормально все, – отмахнулся мальчик. – Теперь всем хвастается. Тоже такой шрам хочу.

– Не говори глупостей! Не надо тебе никаких шрамов.

– Надо! У Сашки на брови есть, у Димки на руке. А у меня нет!

Незнакомка сначала заинтересованно посмотрела на мальчика, а потом звонко рассмеялась:

– Это модно сейчас? Надо же, как все быстро меняется. Я только начала привыкать к рисункам на коже, а теперь, оказывается, в моде шрамы. За вами не угонишься.

– Рисунки? Ты про татуировки? Я сделаю, когда вырасту. На всю руку и до шеи. Может даже и на шее сделаю.

– Зачем?

– Чтобы быть крутым.

– А так ты недостаточно крутой?

Андрей насупил губы от злости. Вот же глупая девчонка! Нет, он не самый крутой! Он мелкий, худой и нет даже намека на мышцы. Все его одноклассники уже хвастаются бицепсами, а у него тоненькие ручки, как у маленького. Татуировки и шрамы по-любому сделают его крутым.

– У дяди Сережи есть! На все плечо! И у меня будет. Он мне сам разрешил. Сказал, как исполнится восемнадцать, так он лично меня отведет и сделает. А он самый крутой из всех! И я таким буду.

Девушка протянула тонкий пальчик в сторону дома за забором:

– Ты оттуда, да? Новые хозяева?

– Мама хочет базу отдыха. – кивнул Андрей. – Чтобы люди из города приезжали на природу. Дурацкая идея, но маму не переубедить.

– Из города, говоришь? – Ее глаза загорелись, на лице появилась заинтересованная улыбка. – Это здорово.

– Что именно? Тут же скукота смертная.

– Может я, наконец, суженого найду…

– Кого?

– Жениха.

Мальчик скривил недовольное лицо и протянул долгое, наигранное «фу-у».

– Ты еще маленький и ничего не понимаешь.

– Не маленький! Мне уже одиннадцать, я в шестой класс перешел!

– Ладно, ладно, большой и сильный мальчик. Поверю.

Над полем разнесся знакомый женский голос, зовущий сына домой. Андрей обернулся и увидел маму на веранде, с волнением осматривающую округу.

– Матушка зовет, – грустно улыбнулась незнакомка.

Андрей по-взрослому вздохнул:

– Опять будет за что-нибудь ругаться. Ладно, если что, завтра увидимся?

Глаза девушки снова ярко вспыхнули:

– Если ты не против.

– Не, не против. Все интереснее, чем лягушек гонять. Я Андрей, кстати.

– Таисия.

– Дурацкое имя.

– У тебя тоже так себе.

Про новую знакомую Андрей забыл, едва переступил порог дома. Обед, выпрашивание телефона, споры мамы и папы о жаренном на углях мясе – жизнь снова завертелась, словно волчок. В этот раз мать сдалась на удивление быстро и вернула сыну драгоценную коробку с экраном. Ей самой надо было работать, а сын все время отвлекал.

На следующий день Андрей провел почти все время с телефоном, пока уже отец не выставил его на улицу. Вот тогда-то он и вспомнил о больной девочке, что обещала ждать у ручья.

И она ждала. Сидя на траве в том же месте, где они расстались. Она снова водила бледными ладонями по травинкам и, кажется, что-то тихонько напевала.

Приметив мальчика, ее глаза уже привычно вспыхнули зелеными огоньками, словно в них поселились светлячки.

– Привет, Андрейка!

– Меня так только папка называет, – недовольно проворчал мальчик и плюхнулся рядом.

– Как тебя тогда называть?

– Друзья Дроном зовут.

Девушка глубоко задумалась:

– Андрей… Дрон… – она резко вздернула плечи и улыбнулась: – Ладно, как скажешь, Дрон. Чем сегодня занимался?

Он сел рядом и достал из кармана телефон.

– Видосики смотрел. Ты в «Майнкрафт» играла?

Девушка покачала головой.

– А в «Роблокс»? Что, и в него не играла? У тебя телефон-то есть?

– Я знаю, что это, – она указала на экран. – Телефон, мобильник, сотовый, труба, лопатник, смартфон. Так много названий, но все они означают вот эти светящиеся коробочки. И знаю, что сейчас они есть у всех.

– А у тебя нету что ли?

– Неа.

Мальчик задумался, пытаясь осознать, как это – когда у кого-то нет телефона? У всех же есть. А как она с друзьями переписывается, а видосики смотрит?

– У меня где-то валяется старый. Там батарея совсем плохая, но он работает. Хочешь дам на время?

Большие зеленые глаза превратились в щелочки от широкой улыбки Таисии:

– Ты невероятно добрый. Спасибо, но мне не нужно.

– Скучно же без телефона.

– Иногда – да, очень. Но я кое-что умею. Хочешь покажу?

Не дожидаясь ответа, девушка вскочила и побежала к воде. Легко преодолела высокий обрыв и зашла в ручей по колено. Андрей последовал за ней и осторожно встал у края.

Таисия огляделась, нашла лежащий на воде лист кувшинки и села рядом с ним. Ее нисколько не смущал намокший подол платья, да и погода сегодня была не сказать, что жаркая. Прохладный ветерок нагонял тучи. Андрея заставили натянуть свитер, а она пошла гулять в легком платье. Ну ничего, когда он вырастет, тоже будет ходить в чем захочет.

Пока Андрей размышлял о свободном будущем, девушка дотронулась пальцами до листка. Сначала ничего не происходило, и мальчик уже хотел вернуться к примятой траве, но вдруг листок колыхнулся и из воды показался тонкий стебель. Он рос на глазах, темнея, наливаясь жизнью. На его кончике сначала появилась точка, которая в считанные секунды превратилась в бутон. И, наконец, бутон распустился белой кувшинки.

– Ого! Как ты это сделала?

– Я кое-что умею. Но совсем немного.

– Научишь? А я могу показать карточные фокусы, меня дядя Сережа научил.

За спиной послышался звук шагов и Андрей резко обернулся. В его сторону шли трое ребят и одна девочка. Они о чем-то увлеченно спорили и смеялись. Завидя мальчика, компания сначала притормозила, а потом ускорила шаг.

– Эй, привет! – крикнул самый высокий, быстро приближаясь.

Андрей кивнул, разглядывая незнакомцев. Он пока не понимал, чего от них ждать, но выглядели вроде не агрессивно. Тот, что самый высокий – светловолосый и загорелый – первым протянул руку:

– Ты с базы? – он кивнул в сторону дома.

– Угу. Я Андрей.

– Тёма. А это Лешка, Шурик и Катька. Мы тут окаменелости всякие ищем. Хочешь с нами?

– Это что?

– Ну, всякие древние ракушки, которые в камни превратились. Иногда прикольные попадаются.

Смуглая Катька растянула широкую улыбку, отчего ее лицо засветилось каким-то невероятным внутренним светом.

– Привет! Так вы новые хозяева проклятого поля? Надолго приехали?

– На все лето вроде как.

– Не страшно тут ночевать?

– А чего бояться?

Тема в голос рассмеялся:

– Нашей ведьмы, кого ж еще? Она уже двоих прогнала. И до вас доберется.

Андрей почувствовал неловкость. Он еще вещи разложить не успел, а его семью уже кто-то должен прогнать.

– Мы ничего плохого не делаем! Всего второй день, как приехали.

– Нашу бабку это не остановит, – усмехнулся Тема.

– Она не бабка! Я ее видела! – От визгливого голоса Катьки заложило уши.

– Ну да, конечно. Никто не видел, а ты видела.

– Говорю же, видела! Прошлым летом, в лесу. Мы с мамкой за ягодой ходили и я ее между деревьями видела: вся белая, как бумага, волосы длинные, сарафан до земли. Шла себе, ни на что внимания не обращала. И не старая совсем, примерно возраста моей старшей сестры.

Андрей посмотрел на ручей. Белая кувшинка раскачивалась на неспокойной воде, но Таисии нигде не было. Девушка очень походила под описание, вот только самому Андрею она не показалась опасной или страшной.

– А я от бабки слышал, что она злая старуха. – вмешался Лешка. – Детей с ума сводит, потому что у самой при жизни не было. И ищет женихов, чтобы с собой в загробный мир забрать.

От слов парня, в груди Андрея неприятно кольнуло. Таисия ведь говорила о том, что ищет жениха. И все ведь сходится: светлая, с бледной кожей, ищет жениха… Чтобы убить. Надо же, а ведь он был уверен, что девушка просто болеет, как Машка из класса. А так-то она показалось нормальной, даже веселой, и всякие фокусы показывала. С ней даже можно было бы подружиться, но как с человеком, а не злой ведьмой.

4. Невеста волхва

– Дочь тебе мою?

Батюшка поднялся со скрипучего стула и стал расхаживать из стороны в сторону, цокая ботинками по полу. Напротив стоял Матвей – средней руки купец из соседнего городка – невысокого росту, да с лысеющей головой. Сегодня он оделся хорошо и ладно, хотя ходили слухи, что частенько его видели в кабаках да в дурных компаниях.

Через приоткрытую дверь за тятей и гостем подглядывала Таисия. Самая младшая из четырех сестер зажиточного горожанина Степана Соколова, что любил проводить лето с семьей в селе Александровка у родного брата Василия.

Семья Соколовых в Александровке уважалась и почиталась, ибо отец их, ныне покойный Иван Иваныч, лично оплачивал и руководил постройкой церквушки в деревне, а когда силы еще были, лично помогал с урожаем на полях. Так что уважение семья заслужила и среди равных, и среди крепостных.

Старшие дочери Степана давно были выданы, а младшенькая – Таисия – по возрасту уже в старую деву превращалась. Девятнадцать годков на пороге, а она в девках. А все из-за того, что выбранный батюшкой жених сначала на службу отбыл, да так и помер от дифтерии нынешней зимой.

А ведь девка хороша собой вышла – стан осиный, коса русая до пояса и характером кроткая – лишнего слова не скажет. За ней целая вереница женихов выстраивалась. Батюшка выбрал самого лучшего кандидата, да некому за ним уследить оказалось.

С тех пор тятя усиленно искал подходящего жениха. Вот только в сторону Матвея даже не смотрел. Он, бесспорно, из знатной семьи, да вот только двух жен успел в могилу свести. И, в целом, о семье слухи всякие ходили. Матушку его все злой ведьмой считали, что насылает на добрых соседей болезни и горе. Да и сынка недалеко ушел – и жен схоронил, и других людей вокруг него много разных отошло. За такого любимицу Тасю отдавать?

– Слово даю, в обиду не дам твою дочь. Оберегать буду, лелеять и приданного большого не попрошу.

– А как же первые жены?

– Не вини меня, хозяин. Первая в родах померла, вторая от врожденной слабости. Каждая шрам оставила в душе, что ни забыть, ни замолить.

Степан убрал руки за спину и ходил кругами, даже не глядя в сторону щуплого Матвея. С одной стороны, вариант не самый плохой, исходя из возраста младшей дочки. С другой – вот-вот должен прибыть уважаемый Иван Тимофеевич Никитин. Его сын Григорий – очень гожий вариант, за который можно побороться.

– Поступим так, – Степан остановился посреди комнаты и соизволил посмотреть на жениха. – Скрывать не буду, варианты есть. Жду сегодня купца Никитина с городу, да сына его. Поглядеть на них надо, да потолковать.

Брови Матвея сошлись у переносицы, а губы некрасиво искривились.

– Ах, вот оно чего… Что ж, хозяин, не смею задерживать. Зайду опосля, узнать о решении.

Неудавшийся жених быстро покинул дом. Батюшка вернулся к своим делам, а в сердце Таси поселилась неприятная тревожность. Вдруг Иван Тимофеевич откажет? Тогда ведь тятя в пылу гнева может и за Матвея выдать. А он старый и страшный. И слухи о нем ой какие нехорошие ходят.

После обедни прибыл Иван Тимофеевич и сына Григория привез. Ох и красавец! Статный, широкоплечий, взгляд соколиный, одет с иголочки. А как верхом держался – загляденье. Все девки, от мала до стара, повывалили во двор поглядеть на такого жениха.

Встречали гостей шумно и весело. Батюшка с братом устроил настоящий пир, что грозился перерасти в многодневное застолье. Вот только Иван Тимофеевич оказался мудрым переговорщиком – пил мало, ел много и сохранял трезвость ума. Оглядел он смущенную Таисию в окружении девок и мамок, кивнул и сказал, что даст ответ в скором времени. И про приданное спросить не забыл, очень уж его волновала эта часть вопроса.

Вот только до дому гости так и не доехали.

Утром к Степану Соколову прибежали люди и поведали, что по дороге в город случилась беда: конь Григоря взбесился и сбросил наездника. Тот неудачно упал головой на камень и отдал Богу душу в тот же час. Отец его с горя выл, пока сердце не прихватило. Так и лег рядом с телом сына.

Долго Степан сидел у окна в глубоких раздумьях, поглаживая окладистую бороду. Таисия в это время рыдала у себя. Она уже и свадьбу представила, и жизнь их будущую – светлую и счастливую. И вдруг все снова сорвалось. Заклеймят теперь девицу, ведь второго жениха потеряла.

Матвей же не спешил и выжидал, когда в народе сплетни успокоятся. Пришел на порог дома Соколовых почти через две недели и все с тем же предложением. Степан снова внимательно выслушал жениха, кивая на его сладкие обещания. Вот только в конце-концов отказал. Как потом сам батюшка говорил: не легла у него душа к тому человеку. Вроде и вариант хороший и обещания громкие, да что-то червячок сердце изъедал.

И не зря, как оказалось. Услышав отказ, Матвей тут же посерел, сжал свои худосочные кулачки и выпалил в лицо хозяина:

– Ну и пусть дочь твоя ищет суженого вечность. Пока не найдет – вздоха не сделает!

Степан посмеялся про себя, да поспешил поскорее забыть незадачливого жениха. Все же не зря отказал – была какая-то потаенная злость в том человеке. На внешний вид вроде и хорош, но что-то дьявольское пряталось в его глазах, о чем он Тасе не скрывая и поведал.

Глава семейства погоревал, конечно, по такому гожему варианту, как Григорий Никитин, но рук не опустил. Продолжил искать доченьке достойного жениха.

И нашелся такой. Уже ближе к первым желтым листьям явился приглашенный Федер Михайлович Кузнецов. Богатая семья, хоть и не знатная. Трое сыновей, двое уже женаты, с потомством, да состоянием.

Встречал хозяин гостя хлебом да вином, но, конечно, не так, как Гришеньку. Поскромнее уже был. После долгих хозяйских разговоров, Федер Михайлович дал добро и согласился сына привезти, познакомить с будущей невестой. Все же, договор договором, но и от молодых многое зависит. Не хотелось Семену, чтобы дочь в несчастливом браке жила. Коли не любовь, так хоть взаимное уважение должно быть.

Вскоре и жених пожаловал. Встречали, как и полагается, всем двором. Не ровня Гришке, конечно, но тоже удалой молодец. Курчавый, мордатый, щеки румяные. Походка широкая, взгляд хозяйский. Хорошая партия, что не говори.

И снова вывели нарядную Таисию на поклон к гостям. Сынка широко улыбался, кушая дочку взглядом без стеснения. Значит, с его стороны искра пробежала. Таисия взгляд поднять не смела и лишь мельком увидела горящие глаза будущего мужа.

А тот довольный, в ладони хлопал. «Красавица!» – только и повторял. Не удержался молодецкой пылкости, да позволил себе взять нежную ручку будущей жены, чтобы поцеловать. И только дотронулся, как замер на месте, поежился. Едва ли не пар от мороза изо рта пошел.

– Что-то нехорошо мне, – пробубнил жених, пятясь от Таси.

Румяный молодец сел на лавку, выпил чарку и с испугом смотрел в сторону девушки. Взгляд уже не горел, а пухлые щеки стали медленно бледнеть. Сама же Тася никак не могла понять, что случилось. Даже позволила себе взглянуть на батюшку и гостей. Хозяин дома сам недоумевал.

– Что же не так тебе, сынка? – наконец спросил он.

– Я… Я не знаю. Словно в ледяной прорубь окунули рядом с вашей доченькой. Боязно мне стало, как прежде не бывало.

Долго еще двое взрослых мужчин расспрашивали парня о причинах резкой перемены. Семен лично подошел к дочери и взял за руку, но никакого ледяного дыхания самой смерти не почуял. Обыкновенная, теплая ладонь.

Так и уехали гости ни с чем. Сказали только, что еще подумать надо.

С того самого дня Таисия с каждым днем становилась все грустнее и молчаливее. Казалось, что кто-то сглазил или проклял молодую девушку. Знать бы кто, да спросить, как снять сглаз. Скоро и молва пошла, что младшая дочь Соколова заговоренная – все женихи от нее сбегают сломя голову.

Вот уж девятнадцать годков стукнуло, а новых женихов так и не появилось. Как только в хороших семьях узнавали, кому Степан пару ищет, так сразу отнекивались. Ведь слухи – они такие – впереди ветра несутся. Вскоре вся округа в открытую шепталась о проклятой невесте.

На этой почве Тася совсем захандрила, да слегла. Из опочивальни выходила крайне редко, все чаще лежала, да плакала. А когда не плакала по своей судьбе, то горевала по женихам. Она могла забыться беспокойным сном на несколько дней, а потом бодрствовать столько же. Иногда ходила по ночам, будто призрак, да пугала девок дворовых.

А однажды перестала вставать.

Уж осень на дворе настала, пора бы и в город собираться, а она встать не может. И слабость была не проходящая, а лишь усиливающаяся день ото дня. Лицо побледнело, некогда красивые глаза впали, а русые волосы стали белеть, словно у столетней старухи.

Заботливый отец вызывал самых лучших докторов, но те лишь разводили руками. Списывали на осеннюю хандру, сквозняки, да женские дела. Прописывали микстуры, которые не помогали. Бабки местные ивановой травой растирали, но и от нее толку не было. Даже батюшку из церкви приглашали. Он долго шептал Таисии богословские слова, но они не дали никакого результата.

Так Тася и таяла на глазах, пока однажды вовсе не исчезла.

Зашла как-то утром нянька с теплой водой, а на перине никого не было. Она и так посмотрела и пуховое одеяло потрясла, но никого не обнаружила. Потом девицу искали всем двором, во главе с Семеном и его братом. Но от Таисии и след простыл.

Вот только никому не приходило в голову, что девица все время была рядом. Звала, кричала, пыталась до батюшки дотронуться, но бледная рука пролетала сквозь его кафтан, словно через плотный туман. И голос ее уже никто не слышал.

Поначалу Тася так испугалась, что не могла ни плакать, ни спать. Все время крутилась подле родственников, заглядывая в их стеклянные глаза. Но они смотрели сквозь нее. Она крикнет в лицо дядьки, а тот дальше с батюшкой, да дворовыми общался, поиски организовывал, да указания раздавал.

Так и пропала Таисия Соколова, как сквозь землю провалилась.

5. Самый лучший дядька

Андрей усиленно ковырялся в глине на берегу ручья, выискивая окаменелости. Рядом с ним тем же занимались Тёма и Шурик, а чуть подальше, почти у воды, Катька перебирала разноцветные камушки.

Оказалось, что искать старые ракушки и чертовы пальцы очень даже увлекательно. Правда чаще попадались ржавые пивные крышки и окурки, но это ничуть не смущало. Коллекция Андрейки медленно пополнялась конусообразными камушками с полостями внутри и приросшими к камням ракушками. Мама была совсем не против такого развлечения, только часто ругалась за грязные брюки и футболки. Отец же довольно улыбался – будущий археолог растет!

В руки Андрея попал увесистый комок гряди, внутри которого оказался камень, облепленный ракушками. Какие-то были сломаны, но большинство выглядели очень даже целыми. Он поспешил к воде, отмыл камень от грязи и стал вертеть перед лицом.

Заметя что-то интересное в руках нового приятеля, к нему тут же подбежала Катька и тоже завороженно разглядывала ракушки.

– Ух ты! Где нашел? Тоже такой хочу.

Андрей указал на невысокий обрыв, вокруг которого валялась свежие комки грязи и глины. Катька тут же побежала к нему, но сколько не искала, нашла только половинку чертового пальца и испещренный дырками камушек, словно кто-то миллион лет назад оставил губку для мытья посуды.

– Забери мой, – Андрей протянул расстроившейся Катьке свою находку. – Я еще найду.

– Нет, это твой. Я один раз находила похожий, только намного меньше. А у тебя просто огромный и столько ракушек на нем. А эта, – она указала на большой красивый отпечаток, – вообще огромная.

– Ну и забери. Мне не жалко.

Девочка немного помялась, прикусывая пухлые губки, но все же согласилась принять подарок. В это же время Лешке позвонила мать и строгим голосом велела идти домой, а то время обеда, а он шляется не пойми где. Пришлось бросать раскопки и всей гурьбой бежать в поселок.

Андрею мама пока не звонила, так что можно было еще немного поковыряться в грязи. Все же камень и правда был хорош. И зачем только Катьке отдал? Ну и ладно, найдет еще лучше.

– Я могу показать, где полно такого такого добра.

Мальчик задрал голову и увидел на краю обрыва Таисию. Все такая же бледная и с горящими зелеными глазами. Она смотрела на него сверху вниз и едва заметно улыбалась.

– Не надо, сам найду. – проворчал Андрей.

– Ты чем-то расстроен?

Мальчик поджал губы и продолжил ковыряться в грязи, игнорируя девушку.

– Из-за меня, да?

Андрей нахмурил брови, схватил увесистый комок глины и бросил в девушку. Грязь пролетела насквозь, даже не запачкав сарафана, и упала где-то за спиной Таисии.

– Вот из-за чего! – рявкнул он.

– Ну прости, я думала ты догадался.

Девушка села на зеленый уступ, свесив босые ноги. Она с грустью смотрела на озлобленного мальчика, словно не знала, что еще сказать.

– Могла бы и мысли прочитать.

– Не могу. Мысли людей от меня скрыты.

– Тогда сразу сказать!

– Прости. – Таисия сделал вид, что глубоко вздыхает, но из ее рта не вырвалось даже легкого дуновения. – Здесь же все про меня знают, вот я и не сказала.

– Ага, и все боятся. Говорят, что ты злая.

– Это неправда! Злюсь я только на плохих людей.

– И детей не ешь?

– Нет, конечно! Что за глупости? Молва ходит, что я их с ума свожу, но это тоже неправда. Некоторые дети, как ты например, меня видят и слышат. Раньше я часто дружила с ними, но родители считали, что их детишки говорят с невидимым человеком, значит, тронулись умом. Но это не так! Мы и правда дружили, и болтали обо всем. Когда у детишек начались неприятности, я просто перестала говорить. – Она снова сделала вид, что вздыхает. – Так грустно иногда. Хочется с кем-то поболтать, поделиться историями.

– Говори со взрослыми.

– Не могу, они меня не видят и не слышат. Ты тоже перестанешь, как подрастешь.

Андрей внимательно посмотрел на девушку, изучая бледные губы и зеленые глаза, как у кошки.

– И долго ждать?

– У всех по-разному. Но однажды ты проснешься и перестанешь меня видеть. Это нормально, так у всех бывает.

– Поскорее бы.

– Ну прости. Если хочешь, я больше тебя не побеспокою.

– Хочу, – резко ответил мальчик. – И хочу, чтобы ты никаких женихов в свой загробный мир не забирала.

– В загробный мир? Ты о чем?

– Ребята сказали, что ты ищешь жениха, чтобы забрать его в мир мертвых. Ходишь и трогаешь всех ледяной рукой. Так вот, никого не забирай, поняла?

– Но это не так! Я никого никуда не забираю. Я даже не знаю, что будет, когда найду суженого. Может, снова стану человеком, а может, наконец, умру, как все нормальные люди.

– Ты же ведьма. Ты никогда не будешь человеком.

– Технически я ближе к призраку. А ведьмой меня только местные называют, хотя между собой все чаще соглашаются, что я приведение. Сейчас, знаешь ли, люди образованные и все понимают, но традиции и привычки куда сильнее. Как много лет назад назвали это место Ведьмин угол, так до сих пор и считают меня нечистью. Это обидно, между прочим!

Андрей отбросил кусок глины в сторону, вытер грязные руки об брюки с вскарабкался по отвесному обрыву на уступ. Девушка-призрак молча наблюдала за его действиями и, признаться, немного пугала. Хорошо, что вдалеке был виден дом, где ждали мама и папа. Они в обиду не дадут. А еще совсем скоро должен приехать дядя Сережа. Вот он точно любую ведьму или призрака в бараний рог скрутит. Лишь бы Таисия до него первой не добралась.

– Вот что, ведьма-призрак, – деловито произнес мальчик, копируя поведение матери. – Я тебе запрещаю подходить к моему дядьке, поняла?

– Что такого особенного в твоем дяде?

– Он крутой, вот что. И я не хочу, чтобы ты его трогала своими мертвыми руками.

Девушка пожала плечами:

– Ну ладно, не буду.

– Нет, поклянись!

– Ладно, ладно, клянусь! И без него летом приезжает много мужчин. Не думаю, что твой дядя какой-то особенный.

Андрей сделал несколько шагов в сторону дома, но остановился и посмотрел на Таисию. Она так и сидела у обрыва, опустив голову и плечи, словно что-то разглядывала в воде.

– Не забывай, ты поклялась! – строго произнес мальчик.

Та ответила через плечо:

– Я держу свое слово, не переживай.

Андрей с гордо поднятой головой направился домой. Прямо сейчас он гордился собой, ведь смог припугнуть местную ведьму. Все ее боятся, считают злой старухой, а вот Андрей нисколько не боится, готов и приказать и прикрикнуть. Эх, знали бы мама с папой, как он ловко ее на место поставил!

Но родителям было совершенно наплевать на героический поступок сына. Они снова выясняли отношения. На этот раз точкой преткновения стал внешний вид будущей базы. Мама хотела футуристический дизайн, панорамные окна и всякие современные фишечки, как то биокамины и спальни под потолком. Отец громко протестовал, утверждая, что раз она хочет сделать нечто аутентичное и под старину, чтобы вписаться в название «Ведьмин угол», то дома должны быть из бревна и внутри все из дерева. И никаких окон во всю стену – нужны окошки с резными ставнями, как раньше делали.

Они могли спорить до позднего вечера. А на следующий день дуться и не разговаривать друг с другом. Андрей уже не в первый раз становился свидетелем ругани на ровном месте, из-за чего дома становилось душно находиться. Хотелось убежать подальше, так ведь и там засада – злая ведьма свободно разгуливает.

Мальчик грустно вздохнул и поплелся на второй этаж. Хоть телефон сегодня никто не отнимает, уже радость.

Едва он зашел в комнату, как за окном послышался рев двигателя и громкий шелест резины по гравийной дороге. Ни секунды не думая, Андрей прилип к стеклу, разглядывая большой черный внедорожник, что промчался мимо окна и сделал крутой поворот на извилистой дороге. Из-под колес в разные стороны летели мелкие камушки, а сквозь ревущий двигатель пробивались звуки танцевальной музыки с нереально громкими басами.

– Дядя Сережа! – завопил он на весь дом и бросился вниз.

Выбежав на улицу, он прыгнул в объятия едва вышедшего из машины мужчины. Тот в ответ крепко обнял, поднял над землей и закружив воздухе.

– Э-э, племяш, ты камней наелся? Чего такой тяжелый? – он опустил мальчишку на землю и сделал шаг назад: – А чего такой грязный? Со свиньями, что ли, кувыркался?

Андрей начал взахлеб рассказывать последние новости. Про Тёмку и Катьку, про огромных жаб, что горланят по вечерам, про древние ракушки и больших кузнечиков.

Столько всего хотелось рассказать самому крутому дядьке в мире. И познакомить со всеми. Новые друзья точно оценят его по достоинству – высокий, большой, как боксер, и улыбка как у актера. Как говорил дядька: улыбка важна, на нее все девочки ведутся. Правда, пока Андрей не особо понимал, что в улыбках такого особенного? Часто улыбаются только дураки и дядя Сережа. Но ему можно. Ему вообще все можно. Даже на маму прикрикнуть, когда та доставать начинает.

– Ого, лето еще толком не началось, а у тебя уже столько всего! – засмеялся дядя, улыбаясь мальчику с высоты исполинского роста.

На веранде появились мама с папой, приветствуя гостя. Дядь Сережа большой рукой потрепал волосы мальчика и пошел здороваться с родней, попутно осматривая дом.

– Хороший, большой, – был его вердикт. – Отопление газовое?

– Мне не нравится, слишком много коридоров. – фыркнула мама. – Думаю его снести и построить что-то более современное.

– Да погоди ты, еще успеешь снести, – усмехнулся Сергей.

– И я о том же. – кивнул отец. – У нее какое-то маниакальное желание все сломать.

– Сереж, хоть ты меня выслушай. Я уже все придумала, нужна только твоя голова и нормальные проекты. Я даже примеры нашла, просто потрясающие! Современный этно стиль со всеми удобствами и…

– Э, э, сестренка! Дай хоть дух перевести! Еще успеешь рассказать свои наполеоновские планы. Миш, шашлычок?

– Легко!

– Пивка?

– Вообще отлично!

– Еще один алкаш приперся, – проворчала мама. – Теперь оба из запоя не выйдут. И как с вами что-то строить, если у вас только шашлык и пивище на уме?

– Опять не в духе? – дядя Сережа весело подмигнул отцу.

– Да как всегда. Пошли дом покажу, как раз вчера свет доделал в твоей комнате.

6. Зима сменяет зиму

Икали Тасю долго. Облазили все леса, поля, да ручьи. Подняли на уши Александровку и близлежащие деревни, искали до первого снега. Да так и уехал Семен в город, не найдя ни следов, ни останков.

В тот день Таисия бежала следом за повозкой, в которой ехал батенька, и кричала пуще прежнего. Молила всех святых, чтобы ее хоть кто-нибудь услышал. Но стоило телеге перебраться по шаткому мостику на другой берег реки, как девушка уперлась в незримую стену. Ни жердей, ни кирпича, а пройти дальше невозможно. Она билась руками и хрупкими плечами о невидимый барьер, пока повозка с родным силуэтом не исчезла из виду.

Так она и осталась на этом берегу речки, не способная пробиться через колдовскую преграду.

Таисия шла босыми ногами по свежему снегу. Тело прикрывала тонкая белая сорочка, но она не чувствовала ни холода, ни ледяного ветра. Мимо шли укутанные люди, проезжали скрипящие телеги, носились детишки, ловя ртами первый снег, но никто не обращал внимания на бредущую почти голышом девушку.

Ее никто не видел.

Голод и жажда тоже стали чужды. Внутри нее медленно исчезали любые потребности. Она еще помнила ароматы свежего хлеба и наваристой похлебки, но без радости или предвкушения. Запахи притупились, голод прошел, холод не пугал. Словно она остановилась в каком-то моменте, когда телу и душе ничего не надо.

Она бродила по знакомой Александровке весь день. Вечером вернулась в дом дяди, села на пустую лавку в столовой и слушала, как дядя Василий тихонько общается со своей супругой Наденькой. Та причитала по поводу пропажи Таисии, корила себя, что не усмотрела за девушкой. Василий же в ответ причмокивал сквозь бороду и качал головой:

– Никаких следов девочки, – бормотал он под нос. – Даже собаки след не взяли.

– А Степан-то, Степан… – Наденька поправила платок и кончиком вытерла скупую слезу.

– Ну а что Степан? Он ищет, как может и сколько может. У него в городе вся семья осталась. Может, по весне продолжим, как снег сойдет. Сейчас-то чего уже маяться?

– И будет девица всю зиму под снегом ждать, да зверье кормить? Ой-ой…

– Не буду! – закричала Тася, подскакивая со скамьи. – Не надо меня зверью кормить! Здесь я, родненькие! Ну посмотрите же!

Но дядька с теткой продолжали причитать, не видя и не слыша девушку. Тогда Тася разозлилась, попыталась скинуть со стола посуду, но рука прошла сквозь тарелки и кружки, словно на столе пусто. И скамейка не двигалась, сколько она не пыталась ее пнуть.

Тогда она пошла гулять по дому, трогая и толкая все предметы. Ни один не двинулся, даже легкая бахрома на покрывале. Зато она открыла новую особенность: теперь не надо ждать, когда кто-то откроет дверь – она могла пройти прямо сквозь нее. И сквозь стены. И через мебель. Весь вечер она только и делала, что искала новые преграды, чтобы пройти сквозь них. Даже улыбалась новой забаве.

Но нет такой игры, которая бы не надоела. Особенно, если в ей ничего не происходит.

Следующим делом Тася пошла по комнатам и спальням. Но ничего интересного там не обнаружила. Люди мирно спали, не видя и не слыша гостью. Тогда она пошла по другим дворам. Заходила к крестьянам и знати, разглядывала чужой быт и секреты.

Так, в одной избе бедных крестьян, она увидела два припрятанных мешка зерна. При этом детки сидели у печи и просили у матери хоть корку хлеба. Надо же, странные люди. В другой избе рыдала девица чуть младше самой Таси. Вокруг нее крутились сестры, пытались успокоить, но та лишь громче расходилась в реве. Из слов родни она поняла, что что-то у нее не заладилось с женихом.

– Надо же, так знакомо. – понимающе кивнула Тася, сидя за пустым столом и подпирая подбородок руками. – Не переживай, другой молодец найдется.

И так от двора к двору, от избы к избе. День за днем она бродила по округе, узнавая жизнь людей. Подглядывать, безусловно, не хорошо, но ведь и рассказать об увиденном некому. Хоть встань посреди деревни и кричи дураком – никто не услышит. Иногда она так и делала – кричала посреди дня, как умалишенная. Но толку-то? Все шли мимо, озабоченные своими делами.

Как-то неожиданно зимняя вьюга и вечный сумрак сменились весенней капелью, а за ней и коротким летом. Таисия так и ходила из дома в дом, уже больше по привычке, чем из любопытства. Никаких секретов для нее не осталось. Самые грязные мысли и великие благие намерения вызывали лишь легкую улыбку.

В дом дядьки она ходила каждый день, просто чтобы не забыть родные лица. Уже и не надеялась, что ее заметят, но видела их сама и становилось спокойно.

О батюшки никаких вестей она не слышала, все чаще дядька говорил о какой-то войне. Но кто воевал и против кого Тася так и не поняла. Может пропустила, когда гуляла.

У лета было одно неоспоримое преимущество: каждый день вокруг что-то, да менялось. Всходила рожь на полях и тянулась к солнцу, краснела дикая земляника в лесу и наливались яблоки в садах. Все жило и дышало, радуясь теплу. Кроме Таси. Солнечные лучи не грели, дождливые дни не мочили, запахи совсем исчезли из ее существования, и даже память о них начала стираться.

Батюшка тем летом так и не приехал.

Она часто сидела у шаткого мостка, ожидая увидеть его силуэт в повозке. По деревянному настилу бегали ребятишки, спешили бабы с корзинами, ездили телеги с крестьянами, но тятя так и не появился. Было немного печально, но досада и обида больше не резали душу, а скорее накрывали легким туманом.

Осень наступила так же внезапно, как и весна. В один день Таисия заметила, что слишком много желтого и красного появилось вокруг. Крестьяне вдруг высыпали на поле, печи стали топить чаще. Надо же, при жизни лето казалось бесконечным, а теперь пролетало стремительным стрижем в небе.

Едва земля укрылась опавшей листвой, как пошел первый снег. Люди стали все чаще прятаться по домам, в лес уже ходили исключительно за хворостом. А раз так, то весь лес был в ее распоряжении. Можно было гулять среди темных стволов, слушать скрип веток на морозе и отголоски шепота листьев, что лежали под босымыи ногами.

От скуки Тая бродила вдоль невидимой преграды, очерчивая границы. С юга по реке, с севера по кромку леса, с востока и запада до конца пахотных полей. А в самом центре Александровка, что стала вечным домом.

Однажды в морозную ночь и при яркой луне, она гуляла знакомыми тропинками вдоль преграды. Непривычный шорох заставил остановиться. Облезлый русак резко выскочил из кустов и легко преодолел барьер, недоступный девушке.

А оттуда, со стороны прочего мира, отгороженного невидимой для Таси преградой, ей на встречу шла вереница людей.

Луна освещала мужские фигуры в мундирах разных цветов и фасонов. Одни при параде, другие в грязи, третьи с непокрытой головой. Замерзнут же!

Во главе процессии шел древний старик в теплом тулупе и меховой шапке, из под которой лезли длинные седые волосы. Он держал в руке длинный посох со светящимся концом, не то от свечи, не то от какого волшебства. Со стороны казалось, что он снял с неба звезду, да посадил на конец посоха.

Невидимый барьер старец преодолел без каких-либо трудностей, словно он существовал только для Таисии. Но завидев девицу в одной рубашке остановился и нахмурился:

– Не зябко ли, милая?

Голос низкий, ровный и спокойный. Так могли говорить только очень старые и мудрые люди, чей путь по жизни был так далек, что не каждому под силу его пройти.

– Нисколько, дедушка, я давно не мерзну.

Старик поднял посох ввысь и бесконечная вереница молчаливых мужчин остановилась. Несколько тяжелых шагов по сугробам и дедушка встал вплотную к Тасе, заглядывая в девичьи глаза. Долго изучал, чуть подрагивая белесой бородой.

– Не мертвая ведь.

– Не знаю.

– И стена для тебя? – он кивнул в сторону невидимой преграды.

– Видимо да. Не могу пройти.

– Давно?

– С прошлой осени. Вы первый, кто меня увидел.

– Я все вижу, девица.

– А помочь вернуться к батюшке и сестрам можете? Что пожелаете просите, только помогите. Умоляю!

– Полно, девица, не моли. Чтобы вернуть тебя, надо знать, что черные языки нашептали. А таких знаний у меня нет.

Таисия опустила взгляд, пытаясь вспомнить, кого же могла обидеть. Вот только на ум никто не приходил, ведь сама она из дома редко выходила, только на воскресную, да по двору гулять.

– И у меня нет.

– Ну, подумай хорошенько, кому дорогу перешла? Что помнишь из последнего?

Тася сильно задумалась. Пыталась в памяти найти все мелочи и детали последних дней. Слабость, слезы, забытье. Неудачные женихи и смерти. Расстроенный батюшка, да кривотолки в народе. Получается, все с женихов началось.

– Суженые, – тихо произнесла она. – Батюшка замуж хотел выдать. Первый умер на службе от болезни, второй не успел посвататься, как с коня насмерть упал. А третий испугался и сбежал. Говорил, что от меня смертью веет.

– Вот, уже хорошо. А что было между неудачным падением и последним женихом?

– Ничего. – Тася искренне посмотрела на деда, не припоминая ничего ужасного.

– Подумай, дочка. С ничего людей в твою ситуацию не ставят. Значит было что-то. Может батюшка с кем поспорил? Сестры али близкие позавидовали?

– Матвей! – воскликнула Тася.

Сотни глаз из вереницы служивых обернулись на ее голос. Надо же, они тоже ее услышали.

– Что за Матвей?

– Жених, которому батюшка отказал. У него две жены померли, а он к нему свататься приходил. И тятя говорил… – Она снова задумалась, вспоминая рассказ батюшки после встречи с Матвеем. – Ох, память моя девичья…

– Вспоминай, что сказал. От этого жизнь твоя зависит.

– Чтобы вечно искала жениха, а то не вздохну. Что-то такое… Вроде.

– Вроде или такое?

– Дедушка, я же со слов говорю, сама не слышала. – взмолила Тася и посмотрела на старика страдальческим взглядом. – Молю, помогите! Я домой хочу, к родным. Хочу тепло огня почувствовать и вкус пирогов. Что же я сделала дурного, чтобы проклятой по замкнутому кругу скитаться?

– Тихо, тихо, дочка, – успокаивал старик и потянулся рукой погладить голову девушки, – В каждом черном слове есть подсказка. Может ты и не виновата, но тебе самой надобно выход искать. Так уж звезды сошлись.

– И где он, выход? – взмолила Тася.

– Ну, сама подумай. Раз сказано было, что дышать не будешь, пока жениха не найдешь, значит, надо его найти.

– И где же его искать?

– Как где? – Усмехнулся старик. – Среди людей.

– Так они меня не видят и не слышат, дедушка!

Дед озорно улыбнулся из-под густой бороды:

– А ты к каждому подходи, да ладошкой трогай. Как найдешь того самого, сама поймешь. А на зло не серчай, чтобы новое зло не рождать. Люди разные по земле ходят. Вон, глянь, – он обернулся на вояк: – Я не смотрю с какой стороны они пришли. Мне всех к рассвету свести надо.

Тася взглядом скользнула по бесконечной веренице, плутавшей среди заснеженных стволов и тропок. Так много людей шло за стариком, что конца не видно.

– Зачем им к рассвету?

– Так они же падшие на поле боя. А все, кто пал в бою, рождаются сызнова. Таков древний порядок. Видишь, у любого зла есть подсказка. И ты учись подсказки находить.

Старик в последний раз оглядел девушку с головы до ног и вернулся во главу строя. Посох мягко вошел в сугроб и молчаливое шествие продолжилось. Десятки, сотни, тысячи мужчин шли за стариком, чтобы заново родиться.

Один из них, проходя мимо Таисии, чуть притормозил и посмотрел в ее сторону. Совсем молодой парень, высокий, статный, да форма не то в грязи, не то в крови – не разглядеть. И глаза синие-синие, словно в них летнее небо целиком утонуло.

Всего мгновение, а взгляд ее девушка запомнила навсегда. И порой, глядя в синее осеннее небо, вспоминала того безымянного солдатика. Может, однажды они встретятся, где-то там, где однажды встречаются все люди. Вот только когда это произойдет, Тася не знала.

7. Солнце и вода

– Дядь Сереж, пошли купаться!

Наконец настали жаркие дни, когда вода в местной речке достаточно прогрелась и мама разрешила купаться под присмотром дядьки. На местном пляже собралась вся ребятня и молодежь, стараясь не упустить ни одного мгновения лета.

Тёма с Лешкой пытались переплыть речку. Ширина хоть и была метров семьдесят, но их часто уносило течением в сторону и они, едва отплыв на десяток метров, с воплями плыли обратно. Катька кружилась вокруг старшей сестры и ее подруги, желая отобрать надувной матрас. Их соседка – грузная женщина в цветастом платье, скалой стояла рядом с двумя малышами у берега. Стайки молоденьких девчонок сидели на полотенцах, окруженные вниманием крутых парней на скутерах. Настоящее лето в деревне!

Но все внимание было направлено, конечно же, на дядю Сережу. Бултыхаясь в воде, Андрей видел, как все девушки и женщины поглядывали в его сторону, странно улыбались и перешептывались, прикрывая рот ладошками. Девчонки, все-таки, странные создания.

Зато какая гордость его брала, когда в сторону дядьки бросали завистливые взгляды другие мальчишки. Вот это другое дело. Пусть знают, что у Андрея самый крутой дядька в мире! Это он еще футболку не снял, а то от зависти все бы полопались.

– Ну дядь Сереж, иди сюда! – верещал Андрей, стоя по шею в воде.

Плавать он умел, благо мама в городе в бассейн водила, но очень ему хотелось всем местным парням показать, что дядька именно его, а не сам по себе.

– Бултыхайся, малец, только далеко не уплывай, – кричал дядька с берега и махал рукой.

И чего он в воду не идет? Стесняется, что ли? Да быть не может, дядь Сережа точно не из тех, кто будет кого-то стесняться. На хихикающих, дурацких девчонок пялится, не иначе. Не зря мама говорила, что ему давно пора остепениться и завести жену, а дядька всегда отмахивался и отвечал, что еще не нагулялся, чтобы с одной единственной женщиной себя связывать.

Андрей тоже не хотел с какой-то одной женой быть. Наверняка, когда придет время, у него будет много девчонок, как у дяди Сережи, и они будут так же хихикать в сторонке и поглядывать на него. Но для этого надо чуть-чуть вырасти и накачать мышцы.

Да и вообще, чего о девках думать? Вон, Катька с сестрой на всю речку визжат – матрас поделить не могут. И ради такого жену заводить? Не-не, лучше игровой компьютер и мотоцикл.

Размышляя о смысле существования девочек, Андрей нырнул под воду и поплыл в сторону Тёмки и Лешки. Он уже видел их ноги под водой, хотел подплыть и немного припугнуть, но какая-то невидимая сила подхватила его и потащила в сторону. Андрей сначала греб в сторону ребят, но воздух в легких быстро заканчивался. Тогда он попытался грести вверх, но его все сильнее тянуло на дно. Да как же так?

Была мысль не сопротивляться и доплыть до того места, где река превращалась в ручей с глубиной по пояс, а там уже и до дома рукой подать. Но ведь дядь Сережа будет переживать. Да и плыть до туда очень долго.

Андрей попытался еще раз вырваться из потока и высунуть голову из воды. Один раз удалось, он жадно хлебнул воздуха с водой и снова ушел на дно, повинуясь течению. Попавшая в горло вода потребовала выхода наружу. Мальчик из последних сил держался, даже грести перестал, лишь бы не закашлять в воде.

Неожиданно мутная вода перед лицом исчезла, образовав пузырь вокруг головы. Он сделал глубокий вдох, затем второй и начал кашлять. Пузырь быстро рос, поглощая все тело и вот уже воздух сам выталкивал на поверхность, да причем еще и рядом с берегом, в тину и кусты.

Андрей с трудом выбрался на скользкий берег и, тяжело дыша, упал в кустах. Чистый воздух и синее небо над головой показалось самым прекрасным чувством в его жизни.

– Сказали же тебе, далеко не заплывай. – послышался знакомый голосок из кустов.

– Я не далеко, хотел до пацанов доплыть.

Мальчик перевернулся, еще раз откашлялся и встал на дрожащие ноги, осматриваясь по сторонам. Где-то далеко за кустами слышался детский визг и плеск воды. Далеко же его унесло.

– Это очень тяжело – пытаться совладать с водой и воздухом. Я много лет училась.

Таисия сидела под размашистым кустом дикой малины и разглядывала мальчика. Она казалась какой-то маленькой и измученной, глаза пустые и уже не горели зеленым светом, длинные волосы растрепались. Андрею даже стало ее немного жалко.

– Ты мне помогла?

– Говорю же, я не делаю зла хорошим людям. Да и плохих редко трогаю.

– Спасибо, – прошептал он, стряхивая грязь с плавок. – Только дяде Сереже не говори, а то он расстроится.

– Он меня не услышит. Но за тебя будет переживать, так что беги на пляж.

Андрей сделал несколько широких шагов, но резко остановился и обернулся к грустному приведению:

– Ты же его не трогала?

– Я слово не нарушу, не переживай.

На пляже дядя Сережа сидел в окружении Катьки и ее старшей сестры. И если девочке было не особо интересно слушать взрослых, то его сестра глупо улыбалась и не могла отвести взгляда от мужчины. Чуть не в рот ему заглядывала, глупая!

– Эй, вот ты где! – воскликнул дядя, приметив бегущего племянника. – Я уж волноваться начал.

– Ага, конечно, – проворчал Андрей, зло зыркая на сестру подруги.

Катька с энтузиазмом вскочила на ноги:

– Пошли купаться?

– Не, чета не хочется. Дядь Сереж, поехали домой, я накупался уже.

Дома Андрей закрылся в комнате и тогда позволил себе по-настоящему испугаться. Он же чуть не утонул! Руки мелко затряслись, к горлу подступил ком. Его бы никто не спас. Ведь дядька увлеченно болтал с девчонками, а Тёмка с Лешкой были заняты спорами о том, у кого хватит силенок переплыть реку.

В итоге его спасла злая ведьма, которая вовсе и не злая. Плохая бы не стала помогать, а смотрела бы с берега, как человек тонет, и злобно хихикала.

Получается, теперь он, как настоящий мужчина, должен что-то сделать для Таисии. Вот только чем человек может помочь призраку? Разве что подружиться и слушать ее истории. Поиграть в компьютерные игры с призраком навряд ли получится.

Андрей выглянул в окно, откуда открывался вид на просторную веранду. Дядя Сереж стоял у мангала и жарил мясо, мама с папой сидели в креслах, причем маму было почти не видно за крышей. Зато они все смеялись. Тот редкий момент, когда мама не пилит папу или Андрея. Видимо, дядьку боится.

А в сторонке, за широким столбом, пряталась белесая фигурка Таисии. Она внимательно на них смотрела и слушала каждое слово. Когда родители смеялись, она улыбалась вместе с ними, когда говорили о чем-то серьезном – она хмурила брови, словно пыталась понять их разговор.

Ни дядька, ни мама с папой понятия не имели, что за ними наблюдают. В какой-то момент папа встал с кресла, подошел к краю веранды, где как раз стояла Таисия, и бросил в траву хвостик огурца. Потом потянулся, закинул руки за голову и довольно улыбнулся, глубоко вдыхая пьянящий воздух природы. При этом он смотрел прямо на девушку, но не видел ее! И она смотрела на него, изучая лицо, пуговицы на старой рубашке и блестящий ремень на брюках. Ей, как сороке, все было интересно.

Андрей замахал руками, привлекая внимание призрака. Девушка почти сразу его заметила, метнула взгляд зеленых глазищ на второй этаж и улыбнулась мальчику. Тогда он жестом позвал ее к себе, на что Таисия улыбнулась еще шире и через минуту оказалась в его комнате.

– Ого, вот это скорость. – удивился мальчик. – Через стены умеешь ходить?

– Конечно. И через стены, и через мебель.

– Круто! Тоже так хочу.

– Нет, не хочешь. – строго ответила Таисия. – Чего звал?

Мальчик замялся, вертя в руках зарядку от телефона.

– Слушай, я извиниться хотел, что накричал на тебя тогда, у ручья. И еще раз спасибо сказать за спасение сегодня.

– Не за что.

– Я не против с тобой дружить, если ты правда добрая и не желаешь никому гадости. Это ж я тогда так сказал, за дядьку переживал. Мама говорит, что за ним и так девки нехорошие охотятся. Подумал, вдруг и ты станешь.

– Ох, сколько раз повторять: я слова не нарушаю! Обещала его не касаться – не буду. Он у тебя милый, но я столько мужчин повидала, что честно скажу – не такой уж и крутой. И круче видела.

– Ой, да расскажи! – Андрей скривил недовольное лицо.

– И расскажу! Он у тебя надменный и высокомерный. На девушек смотрит, как на свиней на базаре. Я же видела все на пляже, от меня не скроешь. Да и староват он уже, чтобы в женихи идти.

– Он младше мамы!

– Но намного старше меня. Это же в глазах написано. А мне молодец нужен, а не старик.

– Вас, девчонок, не поймешь! То молодого надо, то старого. Как вы вообще живете, если сами не знаете, чего хотите? – фыркнул Андрей.

– Нормально живем. Вас, мальчишек, тоже не поймешь. То вам коса недостаточно длинная, то стан слишком широк. Вы же все на внешность смотрите и даже не пытаетесь в душу заглянуть. Сто раз такое видела. Тысячу даже! А ведь людей по делам надо смотреть и по поступкам. Вот ты думал, что я злая ведьма, потому что люди нашептали. А на самом деле это неправда. Была бы я злая, стала бы из воды вытаскивать?

– Не стала бы.

– Вот то-то ж. Смотри глубже, это пригодится.

Андрей задумался о словах призрака. Тяжело ей, наверно, приходится. Все вокруг только и талдычат, что она старая, злая ведьма, а на самом деле не старая и совсем не злая.

Дверь в комнату шумно распахнулась и на пороге возник дядя Сережа. Как всегда веселый и с улыбкой до ушей:

– Эй, герой, бросай свои игры и пошли шашлык хомячить.

Дядька даже не смотрел в угол, где сидела Таисия. Но ведь он крутой, значит, знает больше всех на свете. Уж точно больше, чем мама и папа, которые вечно чем-то заняты.

– Дядь Сереж, слушай, вопрос есть. – Андрей закусил губу, не зная, как лучше сказать: – Вот что делать, если кто-то спас тебе жизнь? Просто спасибо сказать достаточно?

– Ого, вот это вопросы! Взрослеешь на глазах, пацан. – Дядька ухмыльнулся и почесал едва заметную щетину на подбородке. – Ну, вообще, если кто-то реально спас твою жизнь, а не просто отмазал от мелких проблем, то и ты должен помочь ему совершенно бескорыстно, если понадобится. Это будет по-мужски.

– Что значит бескорыстно?

– Значит, не ища личной выгоды, – прошептала Тася, поглядывая то на мальчика, то на его дядю.

– Типа, просто так, не требуя ничего взамен, – с умным видом ответил мужчина. – Чего в угол смотришь, мыши бегают?

– А? Чего? Нет, показалось.

– Ну смотри. Мыши – большая проблема в частном доме. Если достают, скажи матери. Вот она визжать-то будет. И давай уже, закругляйся с игрушками, а то зрение испортишь.

Дядька и Тася одновременно улыбнулись. Только дядька вышел из комнаты, а девушка-призрак осталась сидеть в углу.

– Он у тебя смешной, – она перебирала в руках пряди белых волос, словно волновалась. – И видно, что тебя сильно любит.

– Он самый крутой дядька в мире! – закивал в ответ Андрей.

– Ты уже говорил. И, кстати, мышей у вас в доме нет, не волнуйся.

– Ты знаешь все на свете? – мальчик с недоверием посмотрел на Тасю.

– Нет, я многое вижу. Когда живешь много жизней и не можешь ни с кем поговорить, то остается наблюдать. Вот я и брожу, наблюдаю за людьми. Не всегда понимаю, что происходит и как меняется мир, но стараюсь понять.

Мальчик внимательно посмотрел на Тасю и осторожно спросил:

– Ты очень старая, да?

– Наверное. Я первое время считала зимы, потому что они самые долгие и одинокие, но потом сбилась. Но точно не первую жизнь в таком обличье хожу.

– Родители тоже давно умерли?

– Очень давно. И батюшка с матушкой, и сестры, и их дети с внуками. Поместье дяди, где мы каждое лето проводили, давно снесли. Сейчас на его месте большой магазин и базар. А ведь там такой красивый яблоневый сад был, ты бы только видел! И речка была куда шире, это она в последнее время обмелела. Там постоянно рыбаки сидели, сначала с неводами и острогами, потом с палками и веревочками, что тоньше волоса. Я иногда с ними сижу, когда совсем скучно. Они так радуются, когда окушка поймают. Хотя не понимаю, зачем сейчас людям рыбачить? У вас столько еды повсюду.

– Папа говорит, что на рыбалке не столько рыбу ловят, сколько мужики, типа, от женщин отдыхают. Он маме грозился, что тоже рыбачить начнет.

– Ах, вот оно что. – Тася многозначительно покачала головой. – Кажется, начинаю понимать.

– Ну, ты тогда понимай пока, а я пойду вниз, хорошо? Или тоже шашлык хочешь?

– Нет, спасибо, я не ем.

– Правда?

– Ну да, и не пью. Я же призрак. Технически.

8. Суженые

После встречи со странным стариком, Таисия воодушевилась. Ей казалось, что суженый где-то совсем рядом, надо только найти хлопца удалого, да порумянее. А тут как раз рождественские гуляния начались, да дни погожие наступили – морозные и солнечные.

Ходила девушка между баянистами, балалаечниками, да хороводами, все высматривала самого достойного. Наконец, один попался: высокий, шапка на макушке, из-под которой кучерявые русые пряди торчали. А улыбка такая, что все девки вокруг него толпились, понравиться норовили.

Таисия в сторонке не осталась. Осторожно подошла к нему и коснулась покрасневшей от мороза руки. Парень внезапно съежился под тулупом, зубами застучал.

– Что-то похолодало, красны девицы, – обратился он к веселым хохотушкам. – Никак морозы лютые начинаются.

– Не смеши, Ванюш! Посмотри, какое солнце – оно согреет. – рассмеялась одна из них и потащила парня в хоровод.

Тася тоже почувствовала едва заметный холодок на коже. Вот только что все это значило, так и не поняла. Был ли это знак суженого или, наоборот, ошибочное прикосновение? Кто ж разберет в мире мертвых за что отвечает? И старика не позвать – Тася не додумалась имя у него спросить. Но его слова про то, что везде надо искать подсказки, запомнила.

Так и пошла она по веселому хороводу всех подряд мужчин трогать – и молодых и старых. И все, как один, откликались холодом и сами жались от мороза внутри. С дюжину мужчин она перетрогала в тот день, даже стыдливо стало за распутство свое.

На следующий день все повторилось. Только теперь не среди песен и хороводов, а всех подряд, кого на улице встретит. Даже нескольких женщин коснулась в экспериментальных целях, но от них ни холода не было, ни других чувств. И дети тоже никак на прикосновения не реагировали.

К первой капели в Александровке не осталось мужчин, которых Таисия не касалась. К этому времени она уже и сама надежду потеряла. Что-то дедушка недоговорил, вот только что именно – непонятно. Надо искать подсказки? Так она искала, с утра до ночи голову ломала. И по ночам тоже, потому что про сон забыла, как только невидимой для мира стала.

Единственная подсказка – мужчины от ее касаний чуяли холод. Она предположила, что раз так, значит это все не суженые. Но ведь и всех мужчин в большом мире не перетрогаешь. Тем более, если за пределы Александровки не выйти.

Пришлось от горечи и скуки опять скитаться по домам и подглядывать за жизнью других людей. Так она думала напитаться житейской мудрости, чтобы находить новые подсказки.

Вот только в каждой избе мудрость была совсем иного толка. Крестьяне хлопотали перед посевной, а помещики днями напролет думали, как бы побольше монет в карман положить, да жить послаще. Никто из них понятия не имел, что делать невидимой девице и где искать жениха.

Однажды Таисия набрела на крестьянский дом, где возле печки суетился светловолосый мальчик. Он заправски подкидывал поленья и что-то кашеварил в маленьком чугунке. Девушка стояла в уголке, наблюдая за ловкими движениями. Все же крестьянские детишки росли куда быстрее помещичьих. Такой же мальчик в богатом доме едва научился портки натягивать.

В какой-то момент мальчик обернулся, чтобы взять что-то со стола, и замер на месте. Он смотрела прямо на Тасю, а девушка, не скрывая удивления, на него.

– Ты меня видишь? – прошептала она. – Или это я рассудок теряю?

– Вижу, конечно, – кивнул мальчик. – Как ты зашла?

Таисии нечего было ответить. Она так удивилась первому разговору с живым человеком, что на время потеряла дар речь. Ведь почти три года она ни с кем и словом не обмолвилась, а тут такое невероятное событие!

– Ты правда меня видишь? И слышишь?

Мальчик как-то странно побледнел и попятился назад. Потом начал усиленно креститься и бормотать богословские слова наугад. Молитв он целиком не знал, но что помнил, то и говорил.

– Ты чего, мальчик? – насторожилась Таисия. – Я тебя чем-то обидела?

– Знал, что и за мной придешь, – бормотал он в ответ. – Родителей изжила, сестренок изжила. А теперь за мной пришла.

– Да погоди ты, никого я не изживала! Что за глупости!

– Старуха костлявая, что б ты проклята была. Пришла ко мне в обличье девицы, чтобы не пугать. Ну-ка, покажи свое истинное лицо, ведьма проклятая!

– Угомонись ты уже! – зло ответила Тася. – Иди котелок лучше помешай, а то похлебка выкипит.

Мальчик вздрогнул и глянул на печку, там и правда вовсю кипел чугунок, требуя внимания. На несколько минут он отвлекся от девушки, умело подцепил ухватом посудину и поставил на стол. Тут взор его опять упал на Тасю и он отошел на несколько шагов, сверля ее недоверчивым взглядом.

– Тут еще?

– Где мне быть? – растерялась девушка. – И вообще, я уже три зимы разрешения ни у кого не спрашиваю, хожу, где вздумается. Но ты первый, кто меня увидел и услышал, и тут же проклинать начал. Это некультурно!

Мальчонка сжал маленькие кулаки и зло крикнул:

– А родителей моих кулюторно на тот свет сводить?

– Да я сама проклята злым женихом! Мне бы с собой разобраться, а ты на меня кого-то вешаешь! – Таисия резко выпрямилась и огляделась в пустой избе. – Если родители померли, то с кем ты живешь?

Мальчик насупился и долго молчал. Потом все же выдавил из себя:

– Ни с кем.

– То есть? Один? Но ты же еще малец совсем!

– Соседка иногда заходит. Но у нее своих ртов пять штук, не до меня. И я уже не маленький, в этот раз на посевную пойду со всеми.

Таисия села за стол, подперев подбородок бледными руками. Она не могла понять, жаль ей мальчика или нет. Вроде должно быть жалко, но все чувства притупились: ни волнительной радости, ни томящей злости. Словно все застыло посредине и стало безразличным. Только память иногда подсказывала, что надо делать.

– Но ведь одному тебе не выжить, ты слишком маленький. К барину ходил?

– Ходил, а толку? Он на соседку меня повесил. А она так и сказала: было бы что в доме взять, кроме тебя, я бы еще подумала. А у нас мешок овса, да две дохлых мыши по углам.

– Но это ведь неправильно, раз барин сказал…

– Мало ли, что он сказал! Он со своего барского стула не видит, что тут происходит. А тут вот так: некогда соседке за мной смотреть. И не надо, сам справлюсь.

Таисия неожиданно подскочила на ноги и начала расхаживать по избе. В голове рождалась важная мысль, но надо было придумать, как донести ее до ребенка.

– Слушай, мальчик. – Она замерла на месте и внимательно поглядела хозяина. – Давай поможем друг другу? Раз ты меня видишь и понимаешь, то пошли срочно к барину. Ты ему про меня скажешь, а я про тебя словечко замолвлю. Ты же и есть моя подсказка, малец! Поможем друг другу, а я, гляди, снова человеком стану.

– Да будет меня барин слушать, как же.

– Меня будет! Через тебя. Это ж дядька мой, Василий Соколов. Мой батюшка, Степан, ему родным братом приходится.

Долго Таисия уговаривала мальчонка на свою авантюру. Тот даже не скрывал, что барина побаивается. Тот, мол, суровый встал в последнее время, несговорчивый. Да и вообще ему помощь не нужна, он сам со всем справится.

Но все же сломался мальчишка под напором девицы. Одел дырявый кафтанчик, завязался материным платком и пошлим они в дядьке.

Первым из барского дома вышла старушка Февронья. Мальчик строго потребовал позвать барина по важному вопросу.

– Так нет его, в городе барин, – проскрипела старушка.

– В городе? – удивилась Таисия. – Чего он там забыл, интересно.

– А когда вернется? – не сдавался малец.

– Да кто его знает. Он же на похороны брата Степана поехал.

Девушка за спиной замолчала, глядя на то на старушку, то на мальчика. Как на похороны? Батюшка ведь молодой совсем был, здоров и полон сил. Никак всю семью проклятый Матвей проклял.

– А чего передать-то надо, раз вопрос важный?

– А барыня здесь? – не унимался ребенок.

Через несколько минут на пороге появилась Наталья, укутанная в яркий платок.

– Чего тебе? – властно спросила она, задирая нос.

Таисия не узнала родную тетку. Всегда приветливая и улыбчивая, с мальцом она общалась, словно с человеком третьего сорта. И надменный взгляд не прятала.

– Я про Таисию вашу. Передать она вам чего-то хотела.

Он обернулся на девушку, но та стояла как вкопанная, не в силах вымолвить и слова. Все мысли были заняты отцом почившим, да немного осталось на тетку, что изменилась в характере в худшую сторону.

– Эй, ну чего сказать-то надо? – прошипел мальчик.

– Я тебе скажу, чаго! – взревела хозяйка.

Она резко схватила мальца за ухо и, вереща на всю округу, повела вон со двора. Мальчик вырывался, молил отпустить, да вот только хватка у тетки мертва была. Чуть ухо не оторвала. И какими проклятиями сыпала! Таисия в жизни таких слов не слышала. Проклинала, на чем свет стоит, кричала, что племянница померла уже три года как и нечего тут к горю чужому подмазываться. Много чего она вслед мальчику кричала. А тот бежал по раскисшей дороге, утопая в колеях от телег, хныкал и проклинал в ответ Таисию.

Получалось, что нет никакого толку от того, что ребенок ее видел и слышал. Кто поверит, что дух девушки ходит по деревне? Это ж чертовщина. И дружба ее только горем для людей может обернуться.

Долго Тася бродила по лесам вокруг деревни в поисках старика. Хотела, чтобы он помог ей разгадать подсказку, вот только ни его, ни верениц людей она так и не повстречала. А когда вернулась к дому мальчика, увидела лишь заколоченные окна. Внутри никого не было, печь больше не горела.

Она к соседке – но и там его не оказалось. В дом к дядьке – но и там лишь злая тетка, да поседевший Василий. Похоже, слишком долго она бродила, счет времени потеряла. И понять никак не могла: сейчас весна или осень на дворе? Вроде снежок как таял с первой капелью, так и продолжает таять, да вот только листья опавшие по земле стелятся.

Как же она смогла целое лето пропустить?

9. Воображаемый друг

– И, представь себе, раньше девушки не могли выбрать жениха. Кого батюшка найдет, за того и пойдешь. Сейчас, конечно, все изменилось. Столько свободы – делай, что хочешь! Но, смотрю, ругаться стали чаще, расходиться по пустякам. Словно свобода, с одной стороны, счастье дарит, а с другой – еще больше горечи.

– Я дедушку почти не помню, но не думаю, что он мог бы маме что-то указывать. – усмехнулся Андрей, листая ленту видео на телефоне. – Она у меня такая… Сама себе на уме.

– Да, заметила. А папа твой все ей прощает.

– В твое время по другому было? – Андрей, наконец, оторвался от телефона и посмотрел на Тасю, словно ждал от нее ответа на вопрос, почему родители ругаются.

– Ну да, хозяин бы пару раз жену выпорол, да вся дурь ушла бы.

– Блин, ну вы и извращенцы раньше были, – он разочарованно уткнулся в телефон. – Сейчас никто никого не бьет, за такое в тюрьму сажают.

– Да расскажи мне! Зла в людях много. И прежде было, и сейчас осталось.

– Это ты про интернет не знаешь. – усмехнулся мальчик.

Дверь тихонько приоткрылась и в проеме показалась хитрая физиономия дяди Сережи:

– Ты с подружкой болтаешь? Помешал?

– Не, дядь, заходи.

Он бодро шагнул в комнату и плюхнулся на кровать прямо рядом с Тасей. Еще чуть-чуть и спихнул бы ее на пол, если б мог. Но девушка совершенно не обиделась. Наоборот, разглядывала мужчину, как отца на днях. Только, в отличие от других девчонок, она не глупо улыбалась, пытаясь заигрывать с дядькой. Ее больше интересовали ровные швы на футболке и блестящие часы на руке.

Дядька же в это время разглядывал комнату племянника. Легкие занавески в цветочек, тяжелый стеллаж из массива в углу, бра на стене с торчащим проводом, который отец не успел спрятать. Иногда он смотрел прямо в лицо Таисии, но не замечал ее. Андрей даже пару раз напрягся, думал, что призрак вот-вот коснется мужчины, но девушка в последний момент отодвигалась в сторону.

– Так и с кем болтал-то, герой? Ты уж прости, подслушал немного.

– Ни с кем.

– Что, сам с собой?

– Можно и так сказать, – увильнул Андрей.

– Я, когда твоего возраста был, тоже в голове всякие крутые диалоги придумывал. Так что не стесняйся, болтай сам с собой. С умным человеком всегда приятно поговорить.

Андрей отложил в сторону телефон и долго размышлял, не решаясь начать разговор. Дядьку он любил до безумия и никаких секретов от него не имел, но о новой тайне сказать вслух было немного стыдно.

Таисия, глядя на его метания, едва слышно шепнула:

– Не говори. Взрослые всё не так понимают.

– Знаю.

– Чего знаешь? – улыбнулся дядька.

Андрей набрал побольше воздуха и серьезным голос спросил:

– Дядь Сереж, ты в призраков и ведьм веришь?

Мальчик поднял взволнованный взгляд, а Таисия, напротив, опустила зеленые глаза, делая вид, что вздыхает. Дядька сначала усмехнулся, а потом растянул широкую улыбку:

– У тебя под кроватью монстрик живет?

– Нет под кроватью никаких монстров, я ж не маленький! Я про настоящих говорю.

– Ну, я краем уха слышал, что это место называют Ведьмин угол… Ладно, не краем уха, твоя мать мне всю плешь проела этой идеей. Я считаю ее дурацкой, потому что ведьмы и всякие оккультные приколы денег не принесут.

– Но его не просто так называют «ведьмин».

Дядька привычно положил огромную руку на голову мальчика и взлохматил волосы:

– Пацан, единственной ведьмой в жизни будет твоя жена. Может быть даже несколько жен. Пока есть возможность, не думай об этом.

Таисия, не в силах сдерживаться, звонко рассмеялась. Мальчишка впервые увидел, как девушка-призрак хохочет. Но отчего-то ему совсем не было весело. Все эти рассказы взрослых о будущем не смешили, а пугали. Жены-ведьмы, девочки, которые сами не знают, чего хотят, учится надо будет еще больше, а потом усиленно работать, чтобы было за что сходить в магазин и купить продукты. Это ж ад! Кто на такое соглашается?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.