Рина Эллисон
Вуаль застывших теней

Посвящение.

Эта книга – для тебя, мой читатель.

А еще:

Для всех, кто когда-либо сталкивался с болью, чьё тело или сердце было ранено – словом, ударом, молчанием.

Для тех, кто выживал в отношениях, которые называли любовью, но в которых не было ни тепла, ни света.

Для тех, кто боялся проснуться. Или заснуть.

Для тех, кто бежал. Кто прятался. Кто терял себя и учился собирать по осколкам.

Я написала эту историю не для того, чтобы напомнить о боли – а чтобы сказать:

Ты не один.

Ты не одна.

Ты не слабый.

Ты не сломанный.

Ты – выживший.

Эта книга посвящается тебе.

Ты невероятно смелый. Смелая.

Ты продолжаешь жить. И этого – достаточно.

Я горжусь тобой!

Приятного прочтения!

С уважением,

Рина Эллисон

Пролог.

«Не всякая темнота рождена ночью. Бывает тьма, что дышит, ходит на двух ногах и зовёт тебя по имени.»

– Эльфийские сказки. Том 1. “Новый мир”.

Ночь была слишком тиха. Неестественно тиха.

Как будто весь мир замер, спрятался, затаил дыхание. Даже воздух в комнате казался неподвижным, тяжёлым, будто пропитанным чем-то… старым, гнилым.

Я лежала на спине, не в силах сомкнуть глаза. Одеяло прижимало к матрасу, как свинцовая плита. Сердце стучало – не в груди, а в висках, в горле, в пальцах.

Что-то было не так. Я не знала, что меня разбудило – но знала: я больше не одна.

В комнате было темно, но не слепо – полог кровати едва просвечивал отблеском луны. Все очертания были знакомы, привычны… но внутри меня – буря, дрожь, ужас, который поднимался с глубины позвоночника, заполняя каждую клеточку.

И тогда я услышала шаг. Тихий. Один. По плитке в коридоре. Слишком медленный, чтобы быть случайным.

Моё тело выдало себя – я вздрогнула. Словно сердце дёрнуло за ниточку, и дыхание остановилось на вдохе. Я прикусила губу, до боли, чтобы не закричать в тишину.

Он. Я знала, что это он.

Я чувствовала его приближение, как ощущают яд в вине – едва заметную горечь, от которой немеют губы и отмирает воля.

Он вернулся. Я не слышала и не видела его уже несколько недель.

Но тело помнило. Каждую боль. Каждый удар. Каждый холодный взгляд, разрезавший меня хуже любого лезвия.

Шаг. Ещё один. Ближе. Я приподнялась на локтях. Медленно. Тихо.

Рядом, под кроватью, должен был быть нож. Мой последний кусочек свободы.

Но рука… не слушалась. Как будто сама комната держала меня за горло.

Я смотрела на дверь.

Скрип.

Он подошёл вплотную.

Моя ладонь нащупала нож, но пальцы были скользкими от пота.

Я вспомнила —

Как он держал меня за волосы, когда я кричала от боли.

Как сказал: «Такая сила тебе не нужна. Несправедливо иметь магию только фейри, такие как ты не заслужили ее.»

Как забрал мою силу, как вырывают крылья у птицы, как сомкнулись оковы на моих руках и ногах, которые забрали все, самую маленькую частицу моей силы.

Как ледяное лезвие оставило шрамы на коже, как кровь, что текла по моему телу доставляла ему удовольствие.

Ручка двери повернулась.

Медленно. Глухо. И каждая секунда – как удар сердца перед смертью.

Я затаила дыхание. Грудь горела от того, что не могу вдохнуть.

Если он войдёт… Если он коснётся меня сейчас…

Я не выживу. Я сломаюсь.

Тень в дверном проеме. Вытянутая, высокая, широкоплечая.

Он больше меня в два раза.

И он знает. Он всегда знал, как сделать мне больно.

– Кейра, – раздался голос. Тот самый. Низкий. Медленный. Ужасно… близкий.

Я сжала нож так сильно, что кончики пальцев побелели.

Но я не двигалась. Не дышала.

Может, он уйдёт. Может, это кошмар. Может, если я не шелохнусь, всё исчезнет.

Он сделал шаг внутрь.

Пол треснул под его сапогом.

Я снова почувствовала ту дрожь, которая пронзает до костей – не от холода, от беспомощности.

– Я слышал… у тебя были гости, – прошептал он, и в его голосе была не ревность. Была злость и жестокость. – Я ведь запретил тебе принимать гостей, когда меня нет дома, жена, ты только моя…

Я прижалась к изголовью кровати, и наконец – выдохнула. Тихо. Хрипло. Как раненое животное.

«Я не боюсь тебя…» – хотела сказать.

Но губы дрогнули, и с губ сорвался только хрип. Страх сковал мое изможденное и истощенное тело. Руки потеряли былую силу и нож выскользнул из ладоней, издав громкий звон.

– Ты ждала меня! Я рад, родная – он поднял нож и прошелся пальцами по его лезвию – Острый, умница, я люблю такие! Повернись на живот, я знаю где запечатлеть мою недовольство сегодня.

Я сжала зубы, но не подчинилась. Он хрипло засмеялся и вот уже кровать прогнулась под тяжестью его тела. Закрыв глаза, я стала что есть силы повторять одну и ту же фразу в своей голове: “Я выживу”.

Где-то далеко я услышала другой голос, далекий, мягкий, незнакомый он повторял: “Я найду тебя!”

И я выживу, потому что должна.

Потому что когда-то, где-то, будет другой голос.

Не холодный. Не жестокий.

Голос, который не будет пугать ночь. А будет звать меня по имени – и я повернусь не со страхом, а с надеждой.

Но это будет потом. Не сейчас. Сейчас – я снова в клетке.

Снова с ним.

Глава 1.

«Нас нельзя освободить – нас можно лишь перестать держать.»

– Эльфийские сказки. Том 1. “Война, что рождена тенями”

Гул голосов и тяжёлые шаги за дверью отвлекли меня от чтения. Я не успела обернуться, как распахнулись двери, и в комнату ворвалась герцогиня, окутанная яростью, будто плащом. Её лицо было перекошено – не от горя, а от чистой, кипящей злобы, от такой, которая режет воздух, словно лезвие.

– Это всё ты! Это из-за тебя его убили! Ты мерзкая тварь! Схватите её! – завопила она, дрожа от истерики.

За её спиной двигались гвардейцы в чёрной броне, оружие поблескивало на солнце, а в их руках были наручники из метеоритного металла – особые, к которым даже прикосновение выжигало остатки магии из крови фейри.

Я не успела ничего сказать. Один рывок – и мои запястья захлопнулись в холодной стали, кожа под ними сразу вспыхнула болью.

Я почувствовала, как магия ускользает из меня – тихо, как дыхание умирающего, и оставляет пустоту. Глухую. Пронзающую.

Только вчера Лейле удалось снять с меня прошлые браслеты, и похоже герцогиня не заметила этого. Но эти, эти оковы были прочнее, и я чувствовала боль от того, что снова лишаюсь магии, всего через день после того, как она вернулась ко мне.

Но даже закованная, даже окружённая мечами, я выпрямилась.

Голова поднята, взгляд твёрд. Я не понимала, что происходит. Но я не боялась.

– Я не понимаю, о чём вы, герцогиня. Что случилось?

– Ты… – она задыхалась, губы судорожно дёргались, слёзы стекали по щекам – ты убила моего сына! Моего Дерека!

На несколько ударов сердца всё исчезло. Слова повисли в воздухе, и я замерла.

Дерек… мёртв.

Муж. Тот, кто называл себя моим супругом.

Тот, кто бил. Кто ломал. Кто унижал. Тот, кто переплавил мою свободу в цепи, и каждую ночь шептал мне на ухо, что я его трофей, его сломанная птица.

Он… больше не существует.

Я ничего не сказала. Но сердце – взорвалось тишиной, слишком громкой, чтобы её можно было скрыть.

Там, глубоко в груди, разлилось пьянящее облегчение.

Свобода.

Так выглядит утро, которого ты не ждала. Так пахнет воздух, когда в нём нет страха.

– Как это случилось? – я всё же спросила. Мой голос был ровным, почти ласковым. Слишком спокойным для вдовы.

Герцогиня стиснула челюсти, глаза её метали молнии.

– Его загрыз горный лев! На охоте. На наших землях!

Наверняка ты всё подстроила! Ты же фейри! Это всё – твои чёртовы трюки!

– Зачем мне ждать целый год? – я ответила, даже не моргнув. – Я могла бы убить его куда раньше.

Она взвизгнула, как раненый зверь.

– Потому что ты знала! Ты знала его завещание, что только через год брака ты получишь часть его наследства, если он умрёт. Ты выжидала! Ты проклятая, коварная ведьма! Признайся, это ты!

И тогда, не дожидаясь ответа, она ударила меня. Сильно. Ладонь хлестнула по щеке – сухо, звонко.

Мою голову откинуло назад, волосы сбились в лицо. Но я не почувствовала боли. Только тишину.

Я не отвечала. Я улыбнулась.

И, похоже, этого было достаточно, чтобы окончательно убедить её в моей вине.

– В темницу её! – прорычала она. – И немедленно сообщите королю! Пусть сам решает, как судить убийцу одного из самых влиятельных членов своего совета!

Гвардейцы схватили меня за локти, повели прочь. Я не сопротивлялась.

Я шла по коридорам особняка, где провела последний год в молчаливом аду – и с каждым шагом чувствовала, как стены больше не сжимаются, как воздух становится чище.

Возможно, мне суждено умереть. Возможно, они бросят меня в темницу и забудут навсегда. Но он больше не прикоснется ко мне.

И это уже свобода.

В темнице было темно. Холодно. Каменные стены сочились влагой, и узкое окошко под потолком давало едва заметный свет.

Меня посадили в дальнюю камеру, на каменный выступ вместо скамьи.

Когда они захлопнули за мной решётку, один из них подошёл ближе.

Родерик. Его лицо я знала слишком хорошо – друг Дерека, его оружие, его цепной пёс.

Он плюнул мне под ноги.

– Ты заплатишь. Я говорил ему, чтобы он навсегда лишил тебя магии. Но он не послушал.

– Я не убивала Дерека, – ответила я. – Даже если вы все решили иначе.

Я не пыталась оправдаться. Просто хотела, чтобы хоть кто-то услышал правду – пусть и не поверит.

Он молча развернулся и ушёл. Дверь заскрежетала, закрылась.

И темница вновь погрузилась в тяжёлую, как вода, тишину.

Я осталась одна. Руки всё ещё скованы, запястья пульсируют. Но внутри… внутри было легче, чем когда-либо.

Он мёртв.

И теперь… всё возможно. Даже если сначала – только тьма.

Глава 2.

«Не все шрамы видны. И не все цепи сделаны из железа.»

– Эльфийские сказки. Том 1. “Новый мир”.

Прошло два дня как меня заперли в этой камере, только благодаря окну я могла понять, как течет время. Похоже обо мне забыли или решили дать умереть от голода. Только вчера, когда уже стемнело один из стражников принес мне стакан воды и кусок сухого хлеба.

Воду я выпила сразу, так как жажда была невыносима, а вот насчет хлеба я долго сомневалась, так как сама для себя еще не решила хочу ли жить дальше, да и есть на удивление совсем не хотелось.

Откусив маленький кусочек, я пожевала его и выплюнула – едва ли от него было больше вкуса, чем от пыли на полу. Остальное – отдала мышам, что сновали по углам этой каменной могилы. Пусть хоть кому-то будет утешение.

Я уставилась на свои руки, два маленьких шрама на моей правой руке от среднего пальца до запястья. Они не болели, но жгли памятью. И я вспомнила как получила их.

Моя первая брачная ночь, ночь, когда я была в предвкушении акта любви с моим мужем, я так этого хотела, я еще любила его.

Ночь, когда я потеряла часть себя, включая душу и сердце.

Я верила, что он прижмёт меня к себе, прошепчет, что я его мир.

Я не знала. Не могла знать, что всё было ложью.

Зелёные, как лес после дождя, глаза. Мягкие губы, которые я мечтала чувствовать на коже. Всё это – обман.

Он вошёл в спальню с улыбкой хищника, а не мужа.

И когда он взял меня – это не был акт любви. Это была пытка, пытка болью. Я кричала от боли, а он… смеялся. Ему нравилось.

И тогда он впервые взял нож, чтобы сделать мне больно, я лежала вся в крови и плакала, а он взял мою руку и стал резать ее снова и снова. Он резал меня, как художник холст, с одержимым вниманием.

Кровь стекала на постель, а каждый порез пронзал мою грудь криком, он смотрел как я плачу. Когда я кричала он стонал от наслаждения. Мои страдания доставляли ему удовольствие, он кончил, смешав свою сперму с моей кровью. Потом поцеловал меня в лоб и ушел.

Служанка, вошедшая следом, была белее полотна. Её руки дрожали, когда она перевязывала мои раны. Она молчала не из равнодушия, а из ужаса. Моя рука была так изранена, что мне показалось, что от ладони остались только кости.

И тогда же я поняла, что браслеты, которые дарил мне муж во время нашей церемонии, практически полностью лишили меня магии, а вот снять я их не могла, они были зачарованы чтобы тот, кто их носил, не смог этого сделать.

После первой ночи была и вторая, и третья и еще очень много ночей. Со временем Дерек понял, что резать надо там, где никто этого не увидит, иначе люди задают слишком много вопросов. Поэтому основная часть его «художеств» находилась у меня в области от живота до колен.

Я услышала странный шорох, не похожий на мышей в углу, а потом увидела Лейлу. Она стояла возле двери и сквозь небольшое окно в двери высматривала меня.

– Кейра?! – прошептала она – Я тебя отсюда вытащу, у меня ключи.

– Лейла, как ты узнала? – я подошла к двери как раз в тот момент, когда она открыла дверь. На улице наступила ночь, идеальное время для побега, но от Лейлы с ее опытом и навыками я другого и не ожидала.

– Твоя служанка. Месси. Она нашла меня в деревне. Я оставила её у себя, а сама пришла за тобой.

– И куда мы направляемся? Они послали за королем, чтобы он лично судил меня, если я исчезну на меня начнется охота.

– Я знаю, подслушала разговор твоих охранников. Мы отправимся в Виндраэль, только там смогут защитить тебя, ты ведь наполовину фейри.

– Думаешь этим напыщенным долгожителям не все равно на меня?

– Ну мы можем попытаться, если что мы всегда можем покинуть материк и направится в неизвестные земли.

Мы вышли из темницы, на входе лежали двое охранников, Лейла хорошо их вырубила или подсыпала сильное снотворное, мне было все равно. Мы прошли вдоль стены и вышли в сад, в дальнем углу сада была старая дыра, она выходила к резкому обрыву реки, поэтому ее так и не заделали. Но вот в саду было много стражи, похоже король уже прибыл или был уже близко, раз поместье так хорошо охраняли.

Глаза Лейлы стали похожи на глаза кошки, что позволяли ей видеть в темноте, мое фейское зрение тоже обострилось, мы скрывались в тени кустов и крались, очень медленно стараясь не издавать ни звука. Я увидела, как недалеко от меня заклубились тени, а потом из них материализовался мужчина, он был высок и одет в черное, доспех, капюшон, ботинки и маску, скрывающую всю нижнюю часть лица. Доспех полностью обтягивал его мускулистое тело, он был похож на ассасина, только фигура была слишком мощной для этого.

Лейла тоже заметила его и сделала жесть чтобы я замерла и не шевелилась, я ей доверяла, поэтому остановилась, продолжая наблюдать за ним из своего укрытия. Следом за ним появились еще несколько фигур в таких же черных доспехах и со скрытыми масками лицами.

Мой взгляд вернулся к первому мужчине как раз в тот момент, когда он резко остановился и посмотрел в мою сторону, нас разделяло не менее ста метров и я была хорошо укрыта тенью, но казалось он увидел меня. Его кто-то окликнул, и он повернулся, в этот момент Лейла схватила меня за руку и потащила к дыре в стене, до нее оставалось метров десять.

Мы добрались до нее за минуту и прыгнули в реку. Тут было довольно глубоко, и мы не боялись ударится о дно, но мои руки были все еще связаны. Удар о воду был не сильным, но потоки воды хлынули мне в нос, я стала захлебываться, но я вспомнила уроки плаванья с отцом и дала телу расслабится, а потом как могла погребла к поверхности.

Когда я вынырнула Лейла уже ждала меня и подхватив под подмышки потащила меня к берегу, с другой стороны, но течение было слишком сильным и нас уносило далеко вниз.

Глава 3.

"Истинная свобода приходит не с победой, а с бегством от смерти, в тот миг, когда ты впервые начинаешь дышать по— своему."

– Эльфийские сказки. Том 1. “Война, что рождена тенями”.

Только спустя час, а может и больше, течение позволило нам выбраться на берег. Волны выносили нас, будто нежеланные тени, на узкую отмель посреди дикого леса. Теплая вода реки – единственное утешение в этом хаосе. Лето выдалось жарким, даже невыносимо душным, и течение было тягучим, как расплавленный янтарь.

Лейла вытащила меня на песок, и мы остались лежать, глотая воздух, как утопающие. Легкие жгло, тело пульсировало болью. Я чувствовала каждый камушек под собой, каждую соринку, словно кожа стала слишком чувствительной.

– Мы уплыли дальше, чем я рассчитывала. Придется вернуться обратно, миль на две или три, – сказала она, отдышавшись.

– Ты хорошо подготовилась? – выдохнула я. Говорить было больно, вода до сих пор хлюпала в груди.

– Как всегда, звездочка. Одежда, деньги, припасы – всё спрятано недалеко отсюда. Сейчас. Дай мне руки.

Я протянула скованные запястья. Лейла достала тонкие, как иглы, магические отмычки – редкость с чёрного рынка. С невероятной точностью и сосредоточенностью она вскрыла замки. Кандалы упали на землю с глухим звоном.

Сразу же я ощутила, как магия возвращается в кровь – будто дыхание после долгого удушья. Я исцелила царапины Лейлы, затем – свои. Лёгкость наполнила грудь, и мир снова стал ярче.

– Слушай меня внимательно. Оставайся здесь и найди, где укрыться. Тот мужчина в чёрном – Штормбрук. Королевский ассасин. Чистокровный фейри. Он может выследить тебя даже по дыханию.

– Думаешь, они уже узнали? – я наколдовала тёплый ветер, чтобы высушить мокрую одежду.

– Уверена. Тебе придётся пройти вдоль течения, спрятаться – как я тебя учила. Используй магию, если понадобится. Лес полон чудовищ, прячься в кронах, маскируя запах.

– Я помню, Лейла.

– Я найду припасы и вернусь до рассвета. Если меня не будет – беги в порт. Три дня пути вниз по реке. Найди корабль. Уходи, куда глаза глядят.

– Но Лейла…

– Я найду тебя. Обещаю. Но ты беги.

Она обняла меня – крепко, как мать. А затем растворилась в тени деревьев.

Я вошла в реку и пошла вброд, несмотря на то что сапоги были мокрые и тяжелые. Камни скользили под ногами, и я пару раз едва не упала. Прошла около часа, прежде чем решилась выйти на берег. Сняла сапоги и с помощью магии высушила их.

Луна уже поднялась высоко. Вдалеке на горизонте, над деревьями, вздымались пики Оленьих гор. Они казались серебристыми зубцами на фоне чёрного неба. Пологий берег отступал от реки метров на двадцать прежде, чем начинался лес. Я, стараясь не оставлять следов, добралась до высокого дерева, забралась вверх и устроилась на толстой ветке, скрытой листвой.

Сидя там, я смотрела вниз и вспоминала. Лейла – моя вторая мать. Она воспитала меня после ее смерти, когда мне было семь. Ведьмачка, охотница на чудовищ, не маг, но сильнее многих магов. Её история начиналась у таверны Виндраэля, где она спасла мою мать от чудовища и стала частью нашей семьи. С тех пор она всегда была рядом.

У меня был старший брат – Конан.

В его венах текла кровь фейри, но, если бы вы увидели его впервые, вы бы скорее приняли его за героя древней баллады, чем за сына волшебного народа. Высокий, будто вытесанный из камня исполин, с мощными плечами и гибкостью охотника, он словно вобрал в себя силу леса и грацию хищного зверя. Его лицо было тем, что заставляло женщин терять покой, а мужчин – напряженно сжимать кулаки, не понимая, за что он вдруг стал их соперником. В нём жила опасная, жгучая красота – как у пламени, что согревает, но может сжечь дотла.

Его улыбка… О, эта улыбка могла обмануть даже смерть. И всё же за нею всегда скрывалось нечто большее – неустанная решимость, стальная воля, готовая стать мечом в любой момент. Люди боялись его. Люди уважали его. Но что важнее – люди следовали за ним.

Именно поэтому, несколько лет назад, когда Хейзелфорд оказался на грани раскола, именно Конана избрали своим главой.

Фейри не любят в королевстве людей. Не боятся – презирают. Их считают чужими, ненадежными, слишком красивыми, слишком долгоживущими, слишком магическими, чтобы быть «своими». Мы с братом это знали. Потому и скрывали своё происхождение с помощью магии, как скрывают рану, которая никогда не заживает – из страха, что кто-то воткнет в нее нож.

Я совершила ошибку. Раскрыла правду Дереку.

Я тогда ещё не знала, что человек может улыбаться тебе – и уже мечтать о том, как разорвать твое тело и душу. Его ненависть проросла с этой минуты. Тихо, как сорняк в тени, но с каждым днём – всё крепче. Я увидела её в его взгляде… слишком поздно.

Я погрузилась в воспоминания – и не заметила, как по берегу зашевелилось нечто. Тени сгустились, луна ушла за облака. кто-то рыскал внизу, тяжело дышал, рычал. Я не видела – но чувствовала.

Возможно, это был медведь. Возможно – монстр. Я не знала. Но я знала одно: не двигаться. Я наколдовала ветер, уведя запах в другую сторону, и замерла, вжавшись в кору. Сердце колотилось. Я не была бойцом, и даже моя магия не могла причинить большого вреда, это не огненная магия моего брата.

Я просто сидела. Ждала. Молча. Ветвь подо мной чуть дрожала – от моего дыхания или страха, я не знала. Но я знала – до рассвета я не сдвинусь с места.

Глава 4.

"Не каждый монстр скрывается во тьме. Иногда самый опасный выходит на свет – и носит лицо человека."

– Эльфийские сказки. Том 1. “Война, что рождена тенями”.

Я услышала стук копыт. Несколько лошадей двигались в мою сторону, топча влажную землю у берегов реки. Глухо, ритмично, будто сердце погони. Лес на мгновение затаился, даже птицы умолкли. И я поняла: это он.

Штормбрук.

Весь в чёрном, словно сама тень вырвалась на свободу. Его отряд ехал следом, уверенно, слаженно – как волки в охоте. Я в ловушке. Притаилась на ветке дерева, вжалась в ствол, задержала дыхание.

Лошади выехали на открытый берег. Луна вынырнула из-за туч и осветила сцену. Монстр, скрывавшийся у самой воды, поднялся в полный рост. Огромный. Больше человека вдвое. С клешнями вместо лап, с белыми, как кость, клыками. Он выпрямился, рыча, и лунный свет вылепил на его теле уродливый рельеф. Это было порождение тьмы, не существо – кошмар.

Штормбрук не дрогнул. Он превратился в тень – плотную, живую, обволакивающую. Вспышки клинка мелькали в воздухе, как молнии. Он двигался с такой скоростью, что зрение не успевало за движением.

Монстр взвизгнул. Пронзительно, невыносимо. Уши заложило. Тварь содрогнулась и рухнула на берег. Лужа крови расползлась под ним, темная, густая, как смола.

Я онемела от зрелища. Лейла сражалась не раз, но это было – как танец смерти. Быстрый, совершенный. Я зажала рот ладонью, боясь выдать себя шорохом дыхания.

– Она была тут. Я чувствую это, – голос Штормбрука был низкий, хриплый, насыщенный угрозой. От него мурашки побежали по спине. Я сотворила ветер, чтобы увел запах страха прочь. Если он действительно фейри – он мог почуять даже это.

– Здесь рядом дорога. Тракт ведет от порта к столице. Наверное, она идёт к морю, – произнёс один из его людей.

Штормбрук замер, осматривая лес. Его взгляд остановился… на моём дереве. Моё сердце замерло. Он смотрел прямо на меня. Или сквозь меня? Несколько мучительных мгновений – и он отвернулся, вскочил в седло и направил коня к дороге.

– Едем. Король ждёт. Нужно найти её как можно скорее, – бросил он, и их отряд исчез между деревьями.

Я не двигалась еще довольно долго. Любой шорох в кустах и мне начинало казаться что он возвращается. Только когда первые лучи солнца окрасили небо, я увидела Лейлу. Она шла уверенно, вела двух лошадей и уже переоделась. Новая одежда скрывала ее, будто броня.

Я слезла с дерева и подошла к ней. Мой взгляд упал на тело монстра. Оно уже начинало разлагаться под утренним светом. Кожа лопалась, будто ткань. Пахло гнилью и кровью.

– Ты в порядке? – Лейла обняла меня. Её голос дрожал. – Это был верлок, мерзкая древняя тварь. Кто его убил?

– Штормбрук. Он был здесь. С отрядом. Я чудом осталась незамеченной. Они думают, что я направилась в порт. Если мы пойдем туда, нас быстро поймают.

Я переоделась в сухую одежду и умылась в реке. Мой прежний наряд был порван, испачкан. Новое платье – лёгкое, удобное – напоминало о мире, где не было темниц.

– Откуда лошади, Лейла?

– Купила у фермера. По дороге. Не спрашивай цену – он отдал их почти даром.

– Но как?.. Откуда у тебя деньги?

– Обижаешь, звездочка. Деньги у меня есть. Просто не было повода тратить.

Она достала яблоко, сыр, хлеб, флягу воды. Я взяла, не раздумывая. Съела с жадностью, понимая, что не ела уже несколько дней. Живот заболел и Лейла, улыбнувшись, забрала ее у меня, пообещав, что накормит еще, позже. Потом она произнесла:

– Мы пойдем на восток. Здесь неподалёку есть старая переправа. Направимся в Глейдпорт.

– Ты уверена? Это опасное место.

– Мы там не задержимся, найдем корабль в Виндраэль и направимся туда. В Глейдпорте Штормбрук нас не станет искать.

Глейдпорт страна оборотней, давно закрытая от внешнего мира, морякам разрешают использовать порт для переправки грузов между остальными странами, но говорят, что чужакам разрешают заходить только на две определенные улицы, чтобы пополнить запасы и переночевать. Местные ненавидят всех чужаков и если забрести дальше, чем разрешено, то легко можно остаться без головы.

Я кивнула. Мы оседлали лошадей и тронулись в путь. По склонам, вдоль реки. Солнце медленно вставало за спиной, заливая лес золотым светом. Мы ехали – прочь от страха. В сторону надежды.

Глава 5.

"Когда ты думаешь, что нашёл приют, тьма поднимает голову – и напоминает, что еще не время спать спокойно."

– Эльфийские сказки. Том 1. “Война, что рождена тенями”.

Прошло три дня с момента побега. Мы ехали без остановок, прячась в лесах, избегая дорог. Когда небо стало густо— синим, окрашенным последними отблесками заката, мы добрались до одинокой таверны, приютившейся у старого перекрёстка. Вдали виднелась река, за которой лежал путь к порту. Ещё сутки – и мы в Глейдпорте. Но сейчас мы нуждались в еде, отдыхе и, возможно, в крохе покоя.

– Здесь должно быть безопасно, – пробормотала Лейла, осматривая здание. – Только спрячь волосы под капюшон, Звёздочка. Не хочется привлекать внимание.

Мои волосы… Яркие, цвета индиго, почти светящиеся в полумраке. В них – вся моя суть, фейская. У мамы были черные, у отца – цвета спелой пшеницы, а вот у бабушки, по словам матери, были такие же, как у меня. Среди фейри это считалось нормой: синие, розовые, зеленые волосы – отражение магии.

Когда-то Лейла красила мои волосы в чёрный отваром из редких трав, чтобы не привлекать внимания. Но после того, как Дерек узнал, кто я есть – всё это стало ненужным.

Моя внешность не выдавала ничего сверхъестественного – разве что чересчур тонкие черты лица и раскосые глаза цвета аметиста. Тело же – плотное, земное, женственное. Маленький рост, широкие бёдра, полная грудь. Как у девушек из деревни. Лейла всегда говорила, что я выгляжу слишком по— человечески, пока не заглянешь в глаза.

Мы привязали лошадей и вошли внутрь. В таверне было тихо, только хозяин тер тряпкой стойку. Мы заказали горячую свиную похлёбку и по кружке светлого эля. Жара стояла и снаружи, и внутри, но мы не сняли плащей. Осторожность стала частью нас.

Еда оказалась простой, но после дней на сухом хлебе – казалась божественной. Сытная, густая, с насыщенным вкусом копченостей и специй. Я впервые за долгое время почувствовала, как возвращаются силы.

– Переночуем здесь. Я сняла комнату на первом этаже, с двумя кроватями. Утром двинемся дальше.

– Может, здесь есть мыло и теплая вода? Я мечтаю помыться как человек.

– Спрошу. За хорошую плату наверняка найдётся.

Я только кивнула, когда в таверну вошли трое – двое мужчин и женщина. Судя по одежде и скрипке за спиной, они были странствующими артистами. Они бросили на нас короткий взгляд, не найдя ничего интересного, и устроились в дальнем углу.

Когда мы доели, я почувствовала, как в голове все закружилось. Эль был лёгким, но уставшее тело не справлялось. Я пошатнулась.

Лейла быстро подхватила меня, помогла подняться и отвела в нашу комнату. Я рухнула на кровать.

– Отдыхай, Звёздочка. Я пойду договорюсь о воде. Пить тебе точно нельзя, совсем.

– Я… прости, Лейла, не знаю, что со мной… – язык заплетался, горло пересохло. Она поднесла мне воду.

– Просто устала. Спи.

Я заснула мгновенно. Не знаю, сколько прошло времени, но, когда открыла глаза – в комнате горела свеча, рядом стояло ведро с водой и кусочек мыла. Лейла спала, но, кажется, едва – глаза у неё пару раз открывались.

Я тихо умылась, разделась и вымыла тело. Потом постирала бельё, просушила его магией, оделась и вернулась в кровать. Только после этого Лейла встала, повторила мои действия, и я помогла ей с сушкой.

– Слава Богине что у тебя такая полезная магия Кейра, в дороге всегда можно быть сухим.

– Не всегда, если пойдет ливень она будет бесполезной.

– Учись принимать благодарность, Звёздочка. Твоя сила – особенная.

– Спасибо – да, целительные свойства моей магии не раз выручали всю мою семью. Не сосчитать сколько раз я спасала своего упрямого брата, который постоянно умудрялся что-то порезать или сломать, пока сам не научился целительству с помощью магии, но все равно его магия была слаба, и максимум что он мог вылечить это ушиб или ссадину

Моя магия проснулась во мне в пять лет. Мама успела научить меня почти всему. Она была сильным целителем.

– До рассвета пару часов. Спи, – Её голос стих. Она засыпала.

Но я – нет. Всё, что было до замужества, казалось сном.

Моя жизнь была прекрасна до замужества. Мой отец был очень успешным купцом и сумел заработать приличное состояние, которое сейчас перешло брату. После того как семь лет назад папа умер от болезни сердца брат занял его место, но к тому моменту он уже успел создать свое дело и заработал хорошие связи в городе и округе, за что, шесть лет назад, его сделали главой совета Хейзелфорда. Сейчас, в свои тридцать, он был уже успешнее чем отец.

В честь его назначения тогда организовали огромный прием, куда пригласили всю знать, включая советников короля, среди которых был и Дерек, герцог. Он был на шесть лет старше меня и показался мне удивительно прекрасным, высокий, волосы цвета дуба и глаза зеленые, темные как лес после дождя. Он был очарователен, любезен и обходителен, я влюбилась в него практически сразу. Мы ждали полгода пока брат не дал разрешение на наш брак, он меня тогда отговаривал, рассказывал о дурной славе Дерека, но меня это не остановило. Я думала, что это настоящая любовь, а оказалось, что он был прав.

Конан так и не узнал, что делал со мной Дерек. А вот Лейла – да. Она увидела шрамы месяц назад, приехав на годовщину маминой смерти. Дерек, когда узнал о ее приезде был зол как никогда и выгнал ее, но она не уехала далеко и жила в соседней с поместьем деревне.

Мое внимание привлек шорох. Лёгкий. В углу.

Тени… двинулись. Я ощутила, как гаснет моя магия. Точно так же, как от браслетов. Мой внутренний свет – как пламя свечи – погас.

Я попыталась наколдовать ветер. Ничего. Пустота.

Я вскочила – но не смогла издать ни звука. Рука накрыла мой рот. Вторая сжала талию.

Из теней вышли фигуры все в черном, лица скрывали маски. Я успела увидеть, как трое скручивали Лейлу, меня держал один, вжав в кровать, а второй связывал мои руки и ноги.

Я слышала, как кровь шумит в моих ушах. Потом странный запах окутал меня, и я погрузилась в темноту.

Глава 6.

"Те, кто носят клыки, не всегда хищники. И те, кто в кандалах, не всегда жертвы."

– из трактата "Фейская кровь и её символы".

«Мы куда-то едем? Почему все трясется?»

Я открыла глаза и поняла, что сижу на лошади, большая мужская рука держала меня за талию, спина ощущала тепло чужого тела. Во рту было очень сухо, я закашлялась от чего горло стало болеть. Рука протянула мне бурдюк с водой, не раздумывая я открыла его и сделала огромный глоток, после чего вздохнула от облегчения.

– Как самочувствие?

Горячие дыхание обожгло мою щеку, голос, обжигающий ухо, хриплый и тёплый одновременно. Я попыталась повернуться и посмотреть на того, кто держал меня, но он лишь сильнее прижал меня к себе.

– Не ерзай! Иначе я свяжу тебя и повезу как мешок с припасами.

Этот голос, я поняла кто схватил меня, Штормбрук. Значит он все— таки выследил меня.

– Куда мы направляемся? – я старалась сделать свой голос как можно более непринужденным, чтобы он не понял, насколько я испугалась в этот момент.

– Я чую твой страх, не пытайся меня обмануть таким мягким голосом – он сжал меня сильнее, и я почувствовала, что еще немного и моим ребрам конец, он просто сломает их. – Мы едем к королю. Ты сделала хорошую попытку убежать, но у тебя не получилось.

Страх постепенно стал превращаться в гнев, чувство для меня настолько знакомое и родное, единственное что сопровождало меня последний год.

– Лучше сразу казните меня, ты наверняка уже доказал мою вину. Сожми еще немного и сломай меня, Штормбрук.

Его хватка стала немного слабее, я слышала, как он фыркнул.

– Наоборот, твоя невиновность была доказана в тот же день как я прибыл, никто не собирается тебя убивать или казнить.

Из груди вырвался вздох облегчения, такой громкий, что мужчина сзади рассмеялся.

– Король хочет с тобой просто поговорить.

– Зачем ему со мной разговаривать? Чем я могу быть ему интересна?

– А разве тебе нечем удивить короля? Может то, что ты полукровка? Или твоя необычная магия, тоже не интересна? Поговори с королем, большего от тебя не требуется.

Я осмотрелась по сторонам, пытаясь найти Лейлу. Она ехала так же, как и я, на одной лошади с мужчиной в черном, правда тот был не так высок, как Штормбрук, и ее связали гораздо сильнее, не только по рукам, но и глаза и рот. Голова ее свободно свисала, она еще спала.

– Она сильная и брыкалась, пришлось ее усыпить сильнее чем тебя. Мы будем в столице завтра к вечеру.

– Хорошо, я поговорю с королем, но что будет с Лейлой?

– Вообще— то похищение важного свидетеля очень серьезное преступление – я вздрогнула, поняв, как подставила Лейлу – но если вы просто встретились в той таверне и решили путешествовать дальше вместе, то ее вины нет. Тебе решать.

Он был слишком близко, на каждой кочке его спина и бедра впивались в мое тело. Я чувствовала его мышцы и жар, который окутывал меня. Когда он сжимал руку, что держала меня я ощущала страх, и ничего кроме страха.

– Можешь больше не держать меня, я могу справиться сама, а лучше дайте мне лошадь.

– Ты еще не заслужила мое доверие, и хоть приглашение короля носит дружелюбный характер, я все равно поймаю тебя и доставлю уже как беглянку если решишь сбежать.

– Если король сказал, что я невиновна, то нет смысла бежать, не так ли?

– Да.

Я задумалась, если я невиновна и меня больше не обвиняют в смерти мужа, то зачем посылать за мной его? Лучшего воина и ищейку. что-то тут не сходилось.

Я не видела смысла в том, как нас схватили и везли на «дружескую» встречу с королем. Если только эта встреча не предвещает ничего такого, что заставит меня сотню раз передумать, что согласилась.

Меня явно не просто так они тащат меня к королю и обычной встречей дело не закончится. Тем более он упомянул о моем происхождении и магии.

Магия. Я совсем забыла, и теперь чувствовала, что ее погасили, но как? Браслетов на мне не было.

– Я могу погасить твою магию, не уверен, что она способна кого-то ранить, но лучше перестраховаться. – Он видимо чувствовал, что я ищу магию внутри себя, отсутствие магии – его рук дело

– Ты ведь фейри, ведь так?

– Даже если и так, может хочешь проверить есть ли у меня клыки? – я чувствовала, как он наклонился ниже и его дыхание обжигало мою кожу.

Я вздрогнула, клыки были только у древних фейри, как проклятье, наложенное на их род более тысячи лет назад после союза эльфов и демонов. Первые фейри, рожденные от запрета союза детей света и детей тьмы, пили кровь людей. Именно они создали первых вампиров, их жажда была настолько велика что они пили кровь мертвецов, создав монстров с лицами людей.

Но эльфы нашли способ освободить всех фейри от проклятья, но вот клыки остались, но постепенно клыки стали появляться у детей фейри все реже и те, кто родился в последние триста лет уже, не имел клыков.

Если у него есть клыки, сколько же этому Штормбруку лет?

– Значит ты древний старик, раз у тебя еще сохранились клыки. И как это ты не рассыпался в прах?

– Будешь дерзить мне, я могу и разозлиться, Кейра! Я достаточно силен для древнего старика.

Он сжал меня сильнее, и я была уверена, что услышала хруст собственных костей, но мое имя в его устах прозвучало странно, я почувствовала, что именно это напугало меня, странное чувство.

– Отпусти, ты говорил, что не собираешься меня убивать!

– От пары сломанных ребер не умирают. Обещай, что не будешь дерзить и не попытаешься убежать и я отпущу тебя.

– Обещаю! – я подняла руки в знак того, что сдаюсь. – Отпусти меня, старик, или у тебя есть имя?

– Феникс.

Он опять беззвучно засмеялся, но отпустил, и я смогла вздохнуть полной грудью.

– Приятно познакомится, Феникс Штормбрук, а я…

– Кейра Лайонет, я знаю.

Глава 7.

"Не все охотники ищут зверей. Некоторые ищут ответы. А некоторые – себя."

– из "Песен мёртвых троп", фольклор.

Мы ехали молча. День клонился к закату, когда лошади свернули с тракта, спустились с пригорка и, пройдя через полосу леса, вышли на поляну. Вечернее солнце растекалось медом по траве и стволам деревьев. Здесь, среди колышущихся теней, было решено сделать привал.

– Это медовые долины, всего день пути до столицы. Мы переночуем тут, а на рассвете отправимся дальше.

Голос Штормбрука выдавал его усталость. Мое тело тоже устало от верховой езды и возможность размять мышцы сейчас казалось очень привлекательной.

Лошади остановились. Он спрыгнул первым, а потом, не спрашивая, взял меня за талию и легко спустил на землю. Только теперь я заметила – он, как и остальные воины, носил маску. Но глаза его… они были видны. Ледяные. Светлые, обжигающие, как зимняя буря. И, кажется, он улыбнулся. От этой едва заметной улыбки мурашки пробежали по коже, а страх всадил когти в живот.

Я увидела, как с лошади спустили Лейлу, облокотив на дерево. Она медленно открывала глаза. Я рванулась к ней – и тут же рука Феникса сжала меня, прижимая спиной к его груди.

– Без глупостей, – прошептал он. В голосе его был металл, мой страх только усилился, я не понимала почему он так действует на меня. Он разжал руки, и я побежала к Лейле.

Я стащила повязку с ее лица и рта, и она сделала глубокий вдох, солнце село и сумерках ее глаза из медовых стали желтыми, с переливом в зеленый, а зрачки стали как у кошки.

Воин, что вёз её, отпрянул, выхватил меч:

– Она всех нас перебьет! – крикнул он.

В лагере начался переполох и в мгновение ока Феникс оказался возле нас, приставив кинжал к ее горлу.

– Нет! Не трогай ее! – закричала я и схватил кинжал, приставленный к горлу моей второй матери, попыталась его убрать, лезвие было слишком острым, и я увидела, как из моей ладони стала капать кровь.

Феникс выругался и убрал кинжал, схватив мою руку он легким движением вылечил мою рану, а его глаза, которые сейчас были на уровне моего лица, стреляли ледяными молниями.

– Она никого не тронет, я обещаю – сказала я, глядя ему в глаза – она защищает меня, ей незачем вас трогать если я в безопасности, правда Лейла?

Она кивнула, но ее взгляд был разъяренным, я не часто видела ее в таком состоянии, и даже мне стало немного страшно, хотя я знала, что это ярость направлена на наших похитителей, а не на меня.

– Обещаю, – ее голос хрипел – Кейра ты в порядке?

Ее взгляд метнулся ко мне осматривая на предмет повреждений, я слегка улыбнулась, глядя на нее давай понять, что со мной все хорошо.

– Если она сделает хоть что-то против моих людей я разорву эту ведьмачку на мелкие куски – от того каким голосом он это сказал мои внутренности сжались, он не шутил, Феникс встал и отправился к остальным воинам помогать разбить лагерь на ночь.

Я помогла Лейле развязать веревки, и она встала, разминаясь после долго сиденья в седле.

– Какого черта тут происходит? – Лейла осматривала лагерь и воинов, один стоял рядом с нами. – Ты не похожа на преступницу, которую везут на казнь.

– Штормбрук сказал, что король снял с меня все обвинения и он доказал, что это не я убила Дерека.

– Тогда что мы тут делаем?

– Король хочет со мной поговорить, о чем именно не знаю.

– Я могу вытащить нас отсюда, если хочешь. – она говорила шепотом мне на ухо, но боковым зрением я увидела, как напряглась спина Штормбрука, который разводил в это время костер, а по моей спине прошел холод. Я мотнула головой.

– Не надо, я поговорю с королем, в конце концов я действительно не виновата, а вот за тобой могут начать охоту, я не могу подвергать тебя опасности за решение которые я приняла год назад. – Лейла обняла меня, погладив по голове.

– Ты ни в чем не виновата, звездочка, запомни это. И если чтобы защитить тебя мне придется всю жизнь бежать чтобы уберечь тебя, я готова пойти на это.

Лейла была выше меня почти на полголовы, поэтому в ее объятиях я всегда чувствовала себя ребенком, они окутывали меня и дарили спокойствие, но только не сегодня, я чувствовала, что за нами следят, он следил.

– Вы будете спать в палатке – к нам подошёл один из воинов, высокий, с тёмной кожей, доброжелательным взглядом и мягкой, спокойной осанкой.

Он указал на маленькую палатку, рассчитанную на одного мужчину, но две женщины вполне могли там поместиться.

– Если вам нужно облегчиться я провожу.

Воин, как и все остальные что окружали нас сейчас, обладал фигурой, которая говорила о долгих и тяжелых тренировках или может быть даже боях.

– Мне нужно – прошептала я.

Было похоже на то, что он улыбнулся и в его улыбка была доброжелательной. Он кивнул и показал направление.

– Только недалеко, и помни свое обещание – я слышала голос Штормбрука, но стояла к нему спиной, опять холод по спине. Я кивнула, и была уверена, что он увидел.

Нас накормили сыром и хлебом, а когда солнце полностью село за горы и наступила темнота мы пошли с Лейлой в палатку. Внутри было прохладно, хотя летний зной уже не отступал даже ночью.

– Ты поспи, Кейра, я выспалась, и теперь вряд ли смогу уснуть.

– Я тоже не хочу спать.

Мы сидели в палатке друг напротив друга, судя по движению, что я слышала снаружи, возле нас расположилось около трех воинов, которые видимо боялись, что мы сбежим или еще хуже, что Лейла нападет на них пока они спят.

Тяжелое чувство от предстоящего разговора с королем сдавливало мне грудь, больше всего пугала неизвестность. Я не могла даже представить, о чем мы можем говорить.

Лейла сидела, скрестив ноги, положив руки на землю и закрыв глаза. Я знала, что она делала, слушала что происходит вокруг, направив в землю свое ведьмачье чутьё. Внезапно ее глаза открылись и лицо исказилось от ужаса.

– Гули, – прошептала она – рядом, и их много, очень много. Тебе надо спрятаться Кейра, на дерево быстро!

Она рванула полог палатки и одним движением оказалась снаружи, в тот же момент лезвие клинка оказалось у ее горла, но она держала руки наверху, показывая, что не вооружена.

– Сюда движется стая гулей, Штормбрук, Кейре надо спрятаться, возможно тебе тоже.

– Ты хочешь меня рассмешить? Получается не очень – он хмыкнул, но его голос был ледяным.

– Я серьезно, их слишком много, слушай!

Он замер, не убирая клинка. Я тоже вышла из палатки и возле меня сразу встало двое воинов, от чего я даже вздрогнула.

– Она права, – он выдохнул и убрал лезвие, а через секунду я оказалось на широкой ветке дерева, которое было рядом с палаткой, сильные руки держали меня за талию. Я никогда не встречала магию переноса, эффект от нее был ужасный. Мои внутренности скрутило и, казалось, я сейчас извергну из себя все, включая их.

– Дыши глубоко, когда все кончится я сниму тебя отсюда. – Штормбрук отпустил меня и исчез.

– Дай мне меч, Штормбрук, я тут полезнее чем все твои воины! – я слышала крик Лейлы и наконец услышала их, гули.

Падальщики, создания тьмы и смерти, величиной с волка, но лапами более сильными и проворными, их рот усеян тремя рядами острейших клыков, а острые когти способны разорвать человека пополам. Но самое страшное в них это яд, которым покрыты их зубы. Этот яд смертелен для фейри, один укус и ты труп. Для людей он не был настолько опасен, просто доставлял неудобство. Именно поэтому Лейла сказала мне забраться на дерево, тут они не смогут меня достать.

Я услышала лязг оружия и первые крики боли. Было слишком темно, и я не видела, что происходит внизу, но я заметила светлые волосы Лейлы и увидела в ее руках меч, значит он все— таки передумал, она была невероятно быстрой.

Глава 8.

«Истинная магия не жжёт, не разрушает, не кричит. Она шепчет. Она лечит. Она остаётся.»

– из "Хроник Серебряного Исцеления".

Битва продолжалась слишком долго, я слышала визг гулей, скрежет их когтей, казалось они хотят достать меня. Мой острый слух играл со мной плохую шутку, звуки казались ближе, чем были на самом деле. А потом все резко прекратилось, была полнейшая тишина, я услышала тяжелое дыхание Лейлы и других воинов, кто-то дышал тяжелее чем все остальные, похоже были раненые.

Сильные руки обхватили меня и через секунду я оказалась внизу, желудок отреагировал спокойнее чем в первый раз, а потом я ощутила свою магию, она возвращалась, огонь внутри меня разгорался снова. Штормбрук, которые еще мгновенье назад держал меня, резко отпустил руки и рухнул на землю, запах крови, древней крови – фейри.

Я кинулась к нему, одна из его рук лежала на левом боку, а глаза закатывались, он умирал.

Я не размышляла ни секунды о том, что делать, убрав руку я увидела клык, который торчал в его боку.

– Лейла! Мне нужна помощь, сейчас.

Я направила свою магическую силу, пытаясь сдержать распространение яда, но я не могла вытащить клык, прикоснутся к нему означало смерть и для меня.

Лейла уже стояла рядом, ее одежда была в крови гулей, и я видела пару царапин на ее руке и лице, но они были не глубокими и не выглядели опасно. Она сразу поняла, что нужно и сама вытащила клык, кровь хлынула мне на руки. Я закрыла глаза и сосредоточилась на ране и яде, он слишком быстро распространялся по его телу.

Яд был похож на змея, которые уворачивался от меня и пытался пролезть глубже в тело, внешний мир перестал существовать, я направила всю свою силу, и она обрела форму, как лунный серебряный дракон моя магия проходила в рану, уничтожая остатки яда и затягивая раны.

Последний ядовитый змей был крупнее остальных, и моя магия настигла его в тот момент когда он сражался с черным драконом, окутанным тенью, но дракон уменьшался и слабел на глазах, сделав еще одно усилие я почувствовала что из моей груди уходит весь воздух, как сила покидает меня, но сделав усилие моя магия проглотила ядовитого змея и я провалилась в темноту.

Я плыла в холодной воде, она окутывала меня с ног до головы, дышать было тяжело, и я чувствовала, что теряю силы и еще немного и я уже не смогу выбраться. Магия не отвечала, как будто ее никогда и не было. Но страха я не чувствовала, я знала, что это моя судьба и уже не сопротивлялась, меня окутала тень, она протянула мне свою руку и вытащила. Я открыла глаза.

Первое что я увидела – красивое мужское лицо, с острыми скулами и мягкими губами. Мужчина мирно спал, его глаза были закрыты, а мощная обнаженная грудь медленно поднималась и опускалась.

Его запах ударил мне в нос, сейчас в палатке я чувствовала его так явно. Сандал и гроза – древесный, теплый аромат с пряной глубиной, в котором словно затаилась буря.

Я повернула голову и поняла, что нахожусь в палатке, в который мы должны были ночевать с Лейлой. Сквозь приоткрытую щель я увидела дневной свет.

Я села и еще раз осмотрелась. Мужчина был ранен, его живот на уровне талии был плотно перевязан, но он был жив.

Значит это и есть Феникс Штормбрук.

Без маски его лицо казалось моложе, хотя с фейри никогда нельзя быть уверенным в возрасте, но выглядел он не старше тридцати.

Мысленно потянувшись к своей магии, я вздохнула с облегчением, все в порядке, я чувствовала её силу, а вот мое тело чувствовало себя так, будто я не спала несколько дней, и все это время тяжело работала.

Приложив руку к повязке на его теле, я выпустила магию, я чувствовала, что сама рана еще немного кровоточила, в прошлый раз я не смогла ее полностью залечить, но яда не было. Как и не было угрозы его жизни. Применив чары, я как могла залечила рану, сил хватило только на то, чтобы закрыть рану, но похоже небольшой шрам останется.

Его тело было горячим, этот факт удивил меня, все в его облике до этого было настолько пропитано льдом, голос и взгляд, но не тело.

Я засмотрелось на его спящее лицо, не убирая рук с его груди, растрепанные длинные черные волосы, длинные ресницы, прямой нос, мягкие губы.

Тело покрывали мелкие и крупные шрамы и татуировки на древнем языке фейри, когда-то я учила этот язык, но сейчас не могла разобрать ни слова.

В палатку заглянула Лейла и на ее лице отразилось облегчение, она увидела, что моя рука лежит на его груди и ее брови поднялись вверх.

– Ты как?

– В порядке – прошептала я дай мне воды, хочу пить.

Я убрала руки с его тела, а она протянула мне бурдюк, и я сделала несколько больших глотков, почувствовав, что каждый приносит облегчение.

– Он тоже в порядке, я кивнула в сторону мужчины. – Рана закрыта, он скоро очнется.

– Хорошо если так, иначе пятеро мужчин снаружи снимут с меня шкуру.

– Не снимут, – еле прошептал Феникс.

Я повернулась к нему и увидела, что он смотрит на меня из-под опущенных ресниц. Он осматривал меня, как будто изучал.

– Ты слишком бледная, всю магию потратила? – его голос был тихим и хриплым, но у меня пробежали мурашки по спине, но не от страха, это было что-то другое.

– Похоже на то, последняя ушла на то, чтобы закрыть рану, но шрам останется.

– Не страшно, одним больше, одним меньше. – он привстал, и я протянул ему воду, он осушил бурдюк в одно мгновение, а потом снова опустился на спину. – Спасибо.

Мы с Лейлой просто кивнули.

– Мне нужен час чтобы восстановится и можем отправляться, сможешь передать это Дункану? – он смотрел на Лейлу.

– Да, передам, Кейра пойдем на воздух, тебе надо что-то съесть. Я попрошу кого-то из твоих людей принести тебе еды.

– Пусть Кейра останется.

Лейла одарила его таким свирепым взглядом, что мне стало не по себе.

– Я хочу с ней просто поговорить, ведьмачка.

– Только попробуй что-нибудь сделать, я буду снаружи – прошипела она и вышла из палатки.

Я сидела и смотрела на Феникса, а он смотрел на меня.

Мы оба молчали, просто смотрели друг на друга. Мне казалось, он изучает меня, я видела, как его глаза скользили по мне, а потом остановились и задержались у меня на лице.

Полог палатки откинулся и воин, самый дружелюбный, принес нам миску с едой. Сыр, вяленое мясо, хлеб и два яблока и еще один бурдюк с водой.

– Через час выдвигаемся, – это все что сказал ему Штормбрук, он кивнул и вышел из палатки.

– Твоя магия необычна, Кейра. Я думал ты владеешь магией воздуха, но то, что ты сделала, как спасла меня. Это впечатляет, никогда не встречал таких сильных целителей— магов среди фейри, а тем более полукровок.

Он наконец прервал наше молчание.

– Это единственная магия, которой я научилась быстро, ветер я могу создать совсем небольшой, разве что запах отвести от себя или белье высушить. Такая магия никому не причиняет вреда.

– Или ты просто этого не хочешь? – он взял ломоть хлеба с сыром и съел за один укус, запивая водой.

Мне есть совсем не хотелось, что-то внутри меня не давало мне покоя, но я никак не могла понять, что именно.

– Я никогда не пробовала, – я сделала паузу. – Причинить кому-то вред всегда казалось чем-то ужасным, непростительным.

– Даже врагам? – он явно был удивлен.

– Даже им, – я отвернулась от его пронзительного взгляда ледяных глаз. – Есть те, кто должен вершить правосудие, и это не я. Мне всегда хотелось помогать, лечить, исцелять.

– Ты преуспела в этом, яд гулей в крови фейри очень сложно вылечить, я знал очень искусных лекарей и мудрецов, но даже им это было не под силу. Как у тебя получилось?

– Не уверена, я просто увидела яд и вылечила каждую часть твоего тела что была поражена им. Я видела яд как змея в твоем теле.

– Значит лунный дракон это была ты, а не сон?

– Похоже на то, я всегда вижу лунного дракона, когда лечу сложные случаи. В детстве я любила читать сказки об этих великих целителях и всегда представляла, что он помогает мне. Это всего лишь плод моего воображения.

Он кивнул, и я видела, как он о чем-то задумался. Потом резко встал и вышел из палатки.

Я была обескуражена тем, как резко он прервал наш разговор и почувствовала себя дурой, что рассказывает незнакомцу о своем детстве. Вздохнув и собравшись с мыслями, я заставила себя проглотить кусок сыра и тоже вышла.

Глава 9.

«Покой после долгой дороги – не просто отдых. Это передышка перед бурей, которую ты ещё не видишь.»

– из "Писем из Вермы", неизданное

Через час лагерь был свернут, следы присутствия затерты, костры залиты, и Феникс вновь был в доспехах. Маска вернулась на его лицо – как будто недавняя уязвимость никогда и не существовала.

– Мы выезжаем сейчас, – услышала я голос Лейлы за спиной – мне дали свою лошадь, слава богини.

– Рада за тебя, а на какой лошади поеду я?

– Ты поедешь со мной – голос Феникса опять вернул ледяной оттенок, как будто этого короткого и нормального разговора в палатке даже не было.

– Но я могу поехать сама, или ты не доверяешь мне даже после того, как я спасла тебе жизнь? – в моем голосе была злость, такая сильная что я сама себе удивилась.

– Доверяю, но лишней лошади у нас больше нет, ее успели загрызть гули. Так что придется ехать со мной.

Дорога до столицы тянулась длинным, молчаливым путём. Я сидела в том же седле, прижатая к нему. В прошлый раз я почти всю дорогу проспала, а теперь спать совсем не хотелось, хотя я чувствовала слабость и пару раз чуть не вывалилась из седла, потому что не смогла удержаться. Феникс ничего не говорил, просто прижимал к себе крепче. Ни слова. Ни лишнего жеста. Только дыхание, тёплое и чужое, касающееся моего затылка.

Лейла ехала рядом, всё ещё под наблюдением. Несколько воинов окружали её, и я чувствовала их напряжение, как натянутую струну.

На полпути дорога изменилась – покрылась каменной крошкой, аккуратно рассыпанной купцами, чтобы уберечь телеги. Мелкие камни скользили под копытами. Лошадь под нами споткнулась, седло дернулось, и я услышала тихий, сдавленный стон. Феникс, ему было больно.

Повинуясь инстинкту, я положила одну свою руку ему на колено, а вторую на ту руку, что удерживала меня в седле. И попробовала вылечить его боль, но он резко убрал мою руку со своего колена.

– Не надо, я в порядке – сказал он мне на ухо.

– Я чувствую твою боль. Позволь мне…

– Нет.

Мгновение – и я ощутила, как его магия гасит мою. Осторожно, но решительно. Не до конца – лишь предупреждение. Или… у него действительно не хватало сил.

Я не настаивала. Просто отвернулась и уставилась в дорогу. Пейзаж стал однообразным. И я, несмотря на сопротивление, уснула. Меня разбудил шум толпы, я оглянулась и поняла, что лошади въезжают в город.

Мы въехали в столицу под багряным светом уходящего солнца – оно касалось крыш, будто прощалось, озаряя город янтарным сиянием. Воздух был пропитан ароматами жареного мяса, пряностей, костров и свежего хлеба. Люди толпились на улицах, смеялись, пели, пили вино из глиняных чаш, торговцы выкрикивали цены, дети играли в мраморных переулках. Город жил – громко и беззаботно.

Мы петляли по улицам: узкие переулки чередовались с широкими площадями, мосты перебрасывались между домами, арки открывались во внутренние дворики, полные виноградных лоз и колодцев. Мы выехали на набережную, где река сияла золотом под последним светом, отражая мир и превращая его в сон.

И тогда я его увидела.

Дворец.

Он возвышался над городом. Светлый камень, из которого он был построен, словно впитал в себя отблеск звёзд – он не отражал свет, он источал его. Склоны под ним уходили вниз – ко рву с прозрачной водой, через который перекинут был мост – огромный, из серого гранита, будто вырезанный из самой скалы. Мы переезжали его медленно, будто пересекали границу между реальностью и легендой.

По обе стороны от главного дворца раскинулись сады – с кипарисами и розовыми кустами, с фонтанами, струящимися в каменных чашах. За ними – казармы, строгие и вылизанные, как оружие перед боем. Конюшни и другие здания, предназначения которых я еще не знала.

Дворец поражал своей красотой. Балконы, террасы, лоджии, поросшие плющом и дышащие ветром. Огромные окна, в которые струился мягкий свет. Всё здание будто дышало, будто было живым – ни холодным, ни отстраненным, а полным достоинства и тайны. Башни возвышались, как стражи времени, их шпили терялись в багровом небе.

К нам навстречу выбежал молодой слуга в сопровождении молодой женщины, тоже одетой в форму прислуги.

– Мы получили весть о вашем возвращении совсем недавно – слуга подхватил поводья нашей лошади и помог удержать ее пока Феникс спешивался и помогал мне слезть. – Король сказал, что ждет вас с нашей гостье в своем кабинете, но у вас есть время привести себя в порядок после дороги.

Феникс кивнул, слуга подошел ко мне.

– Меня зовут Лео, госпожа, а это Хлоя – он рукой подозвал ее – Она будет вам помогать во всем что необходимо пока вы гостите в замке, Хлоя проводит вас и вашу подругу в ваши покои.

К нам подошла Лейла, ее взгляд бы зловещим, впрочем, как и всегда, от него Лео и Хлоя вздрогнули, но надо отдать им должное они быстро справились со страхом.

– Приятно познакомится Лео, Хлоя. Меня зовут Кейра, а мою подругу Лейла. Спасибо за вашу помощь.

Я поймала на себе взгляд ледяных глаз Феникса, но так как половина его лица все еще была скрыта маской сложно было понять, что именно означал его взгляд, я просто кивнула ему, отчего его глаза стали очень удивленными. Это совсем сбило меня с толку, благо Хлоя привлекла мое внимание движением руки, она показывала, чтобы мы следовали за ней, опустив голову я пошла следом, стараясь не думать о Штормбруке и его странной реакции на меня.

Наши комнаты находились на втором этаже, где как я поняла располагались гостевые покои, коридор был очень длинным и оканчивался винтовой лестницей. Комната была в самом конце, что вначале немного расстроило меня, но, когда я зашла внутрь мое расстройство растворилось, как и не было.

Дверь вела в гостиную, в которой располагался камин, два мягких дивана и четыре небольших, но мягких кресла, которые стояли возле круглого столика.

Комната заканчивалась огромным окном во всю стену, но окно было еще и дверь на террасу, на которой тоже стоял небольшой столик и четыре стула. Вид из окна открывался невероятный – я увидела сад, усыпанный цветами, далекий и густой лес, который уходил прямо в горы, вершины которых блестели снегами даже сейчас, в середине лета. Я застыла от созерцания этой невероятной красоты.

– Кейра, ваша спальня и умывальня справа, а ваша Лейла слева. – Хлоя показывала нам на двери в наши комнаты.

– У каждой своя умывальня? – голос Лейлы выдал ее, мне на секунду показалось что даже каменное спокойствие Лейлы дало сбой, я улыбнулась.

– Да, в каждой комнате своя умывальня, в которой есть все необходимое, включая ванную и гардеробную комнату.

Лейла рванула в свою комнату, видимо проверять, я зашла в свою, комната была очень красивой, с огромным окном в половину стены напротив стояла огромная кровать с балдахином, в углу был камин и небольшой диван, за которым располагалась дверь, видимо в умывальную. Ванная комната была выложена белой плиткой на полу, а стены украшали причудливые узоры. В центре стояла большая белая ванная, вдавленная в пол, в такой ванне легко могло поместиться человека три. Из нее шел пар, я готова была сразу погрузится в воду, но решила осмотреться, а вот Лейла похоже не ждала, я услышала громкий всплеск воды и смех из ее комнаты.

Возле двери в спальню была еще одна дверь, которая вела в небольшую, но вместительную гардеробную с большим шкафом, туалетным столиком и мягким пуфом. Все было готово ко встрече гостей, мягкие и пушистые полотенца, несколько халатов, баночки с разными мазями, духами и душистое мыло. В шкафу висело несколько простых, но удобных повседневных платьев, а также сменное белье, бриджи и другие необходимые мелочи.

– Я решила, что вам это пригодится – Хлоя улыбнулась, увидев мой вопросительный взгляд – примерьте платье, если вам не подойдет, то я успею подшить его до встречи с королем. В обычные дни дамы в замке носят простые платья и туники с бриджами. Если вам что-то нужно дополнительно, скажите.

– Спасибо Хлоя, я очень ценю это. Могу я сразу принять ванну?

– Да, конечно, а я пока накрою чай в общей гостиной, наверняка вы хотите подкрепиться у вас еще есть время до встречи с королем, а до ужина еще дольше. Если вам нужна будет помощь можете потянуть вот за этот шнурок, и я услышу и сразу приду – Хлоя показала на несколько шнурков, один был возле ванны, а второй возле кровати в спальне.

Когда она ушла я сняла свою одежду и залезла в ванну, вода была приятно горячей и пахла лимонном и мятой. Тело болело от долгой поездки верхом, лечить себя я не хотела, я все еще чувствовала слабость моей магии и хотела дать ей возможность полностью восстановиться.

Искупавшись, я примерила одно из платьев и, как и ожидалось оно оказалось мне слишком длинным и маленьким в груди. Я остановилась на серебристой тунике, светлых бриджах и широком поясе из светлой кожи, слава богине эта одежда не была слишком длинной и хорошо подходила моей фигуре.

Я расчесала волосы и высушила их легким ветром, а потом заплела их в широкую косу, которая теперь лежала на моем левом плече. Вернувшись в гостиную, я обнаружила там Лейлу, на которой до сих пор был банный халат, а волосы были закутаны в полотенце, которое короной лежало на ее голове. Она поглощала маленькие бутерброды и печенье, запивая их чаем.

Все пахло невероятно вкусно, тут был даже мой любимый черный кофе в кофейнике, я налила себе кружку и взяла пирожное с воздушными сливками и ягодами красной смородины. Мы молча ели с Лейлой, наслаждаясь комфортом и вкусной едой.

Глава 10.

«Не все двери ведут туда, куда ты думаешь. Иногда они открываются не в зал, а в сердце шторма.»

– из "Хроник Хейзелфорда".

– Пора вставать, иначе опоздаешь на встречу с королем.

Низкий мужской голос разбудил меня, я открыла глаза и осмотрелась, где я? Что вообще происходит?

Потом я увидела его – Штормбрук.

Он стоял возле подножия моей кровати и слегка улыбался, глядя как я просыпаюсь. В нос ударил запах сандала и бури, и еще что-то, я сделала глубокий вдох и поняла – запах секса. Не могу поверить, что он заявился ко мне после того, как кого-то трахнул, самый ненавистный для меня запах во всем мире, вызывающий воспоминания о почившем муже, я скривилась.

Видимо он забыл, что у меня тоже острое обоняние.

Я села в кровати и судя по тому, как быстро улыбка сменилась хмурым выражением лица до него наконец дошло, что я унюхала.

– Пять минут, я жду тебя в гостиной – он вышел и закрыл за собой дверь.

Я поковыляла в ванну и быстро умылась и привела волосы в порядок, к моему удивлению, возле шкафа стояло несколько пар мягких летних туфель, видимо Хлоя принесла пока я спала.

Я обула те, что более подходили под мою одежду, проверила как я выгляжу и пошла в гостиную.

Феникс, увидев, что я готова сразу вышел, и мне пришлось практически бежать чтобы догнать его, один его шаг был равен четырем моим.

Мы молча шли по винтовой лестнице, потом вышли в длинный коридор, одна из стен которого была и стекла, там располагался зимний сад. Откуда-то лилась прекрасная грустная мелодия, кто-то играл на пианино. Музыка становилась громче с каждым моим шагом. Я увидела мужчину и женщину, что стояли ко мне спиной и я не смогла рассмотреть их, они о чем-то мило разговаривали возле девушки за инструментом.

Девушка была в легком розовом, почти белом платье, ее длинные золотистые волосы свободно спадали на плечи, а пальцы ловко играли великолепную мелодию. Но у меня не было времени рассматривать их. Поняв, что сильно отстала я побежала чтобы догнать Феникса и врезалась в него на полном ходу.

– Черт, – прошептала я, а он только слегка улыбнулся.

– Мы пришли – его лицо озарила натянутая улыбка. – Готова?

Меня скрутил страх, от предстоящей встречи с королем.

Зачем он заставил притащить меня сюда? Что ему от меня может понадобиться?

Нацепив самое невозмутимое лицо, на которое я была способна, я кивнула.

Феникс открыл дверь и пропустил меня в кабинет.

Я сразу увидела его, король Стефан стоял у огромного окна и смотрел куда-то вдаль. Он был высок и статен, его светлые волосы были коротко подстрижены, а на голове была тонкая золотая корона, почти незаметная так как сливалась с цветом его волос, но в них уже проглядывала седина. Я увидела его профиль, прямые черты лица, губы слегка поджаты. Он был очень привлекательным мужчиной, даже несмотря на статус и средний возраст.

Услышав нас, он повернулся. Его глаза, темно— синие, как сапфиры, смотрели на меня с улыбкой. На первый взгляд ему было около сорока лет, но он был в прекрасной форме.

– Ваше величество, – голос Феникса был веселый, что меня сильно удивило, я представляла, что с королем говорят по-другому. – Кейра Лайонет, прибыла по вашей просьбе.

Король шагнул ко мне неспешно, с тем величавым достоинством, что бывает у тех, кто слишком долго живёт под весом короны. Он протянул руку – прямо, ладонью вверх. Это было непривычно: как будто он приветствовал меня как рыцаря, а не как женщину. Я нерешительно вложила свою руку в его.

Вместо обычного рукопожатия он слегка пожал мои пальцы, а затем, наклонившись, едва коснулся их губами. Быстро, но совершенно осознанно. Отпустил.

Я застыла.

За моей спиной еле слышно хмыкнул Феникс.

– Ваше величество… – прошептала я, чувствуя, как уши мои начинают теплеть.

– Мне невыразимо приятно, Кейра, наконец встретиться с вами лично.

– Напитки? – подал голос Феникс из-за моей спины, голос у него был слишком спокойным, чтобы быть искренним.

– Прекрасная идея. Кейра, что предпочитаете? – спросил король.

– Зависит от того, о чём мы собираемся говорить, – ответила я, не скрывая осторожности.

– Мудро. Если бы вы были мужчиной, я бы предложил вам чего покрепче.

– А вы попробуйте предложить и увидим – усмехнулась я. – Ваше величество.

Брови у короля поползли вверх, на лице мелькнуло искреннее изумление.

– Смело. И каков будет выбор?

– Коньяк. Лучше старый, с намеком на дым и дуб.

Где-то рядом явно фыркнул Феникс, но я сделала вид, что ничего не заметила. Честно говоря, сейчас мне нужен был этот терпкий запах, чтобы заглушить едва уловимые ароматы мужчин в комнате – смесь кожи, металла и.… феромонов.

– Я уважаю женщину, которая знает, чего хочет. – Король подал мне бокал, который наполнил Феникс.

Я сделала глубокий вдох, позволив аромату проникнуть в легкие. Смесь дерева, специй и согревающего жара успокоила мое беспокойство. Хоть немного.

– Я должен извиниться, – начал король, – за то, как вас привезли. Надеюсь, отряд Феникса проявил себя достойно?

– Всё прошло… более чем корректно, – ответила я, взяв глоток. – Ничего необычного.

Король перевел взгляд на Феникса и прищурился, изображая гнев:

– Кто ты и что ты сделал с моим самым опасным и нелюдимым воином?

Феникс сцепил руки за спиной, изобразив ангельскую невинность.

– Хотя подождите. Я видела только половину его лица, возможно просто то был другой воин.

Король рассмеялся – по— настоящему, искренне.

Феникс только закатил глаза и прошептал мне на ухо:

– Ты видела больше, чем кто-либо, Кейра.

Мне стало тяжело дышать, жар накрыл меня с головой, щеки стали пурпурными, и мне пришлось спрятаться за бокалом, делая вид что пью. Но воспоминания его полуобнаженного, лежащего рядом возникли в моей голове и все никак не хотели уходить.

Король глубоко вздохнул и сел за свой стол, рукою предлагая мне одно из кресел что стояло напротив.

Глава 11.

«Иногда, чтобы зажечь пламя, нужно протянуть руку в самую тьму.»

– из "Откровений Севера"

– Кейра, наверное, пора уже обсудить зачем я пригласил вас сюда.

Я только кивнула и наконец сделала первый глоток, тепло разлилось внутри меня.

– Когда твой супруг погиб в несчастном случае на охоте. – Он посмотрел на Феникса. – Мы сразу же доказали твою невиновность, в том районе много горных львов и он знал об этом и это была только его ошибка, просто неудачное место для охоты.

Феникс странно посмотрел на меня, изучающе.

– Но нам стало известно твое происхождение, то, что ты полукровка и твоя мать была фейри. Долгое время вашей семье удавалось скрывать это, что похвально, но Дерек узнал и теперь его мать, которая до сих пор считает тебя виноватой, рассказывает всем об этом. Так что теперь это не секрет.

– Понятно, и узнав о моей происхождении вы решили, что теперь я могу вам в чем-то помочь? К сожалению, моя магия не очень сильна, возможно целительство, так что, если вам нужно вылечить кого-либо я готова попробовать.

– Да, ты можешь помочь, но твоя магия тут ни при чем.

Стефан покачал головой. Он снял перчатку с левой руки, и я увидела, как на его коже расползается сеть тонких чёрных линий – словно ожившие чернила.

– Это проклятье, которое было наложено на моего отца и после его смерти передалось мне.

– Проклятье? – я была удивлена – Могу я прикоснуться?

Он протянул руку. Я склонилась, позволила своей магии коснуться его кожи. Мгновение – и во мне взвился ужасный холод. Внутри короля клубилась древняя тьма, живущая, пульсирующая. Она отбросила меня с такой силой, что я ударилась спиной о кресло.

– Что ты увидела? – голос короля был глухим.

– Тьму, очень сильную. Тот, кто наложил проклятье, был невероятно силен. – я вздохнула, пропуская воздух в свои легкие, чтобы задать свой вопрос, так как знала, что ответ мне не понравится. – Как вы хотите, чтобы я сняла его?

Феникс громко выдохнул, а король посмотрел на меня с сожалением.

– Снять проклятие может только дитя, рожденное от короля и фейри.

Ужас охватил меня целиком. Я замерла, дыхание исчезло.

– Это… шутка?.. – прошептала я.

– К сожалению никто пока не смог найти другой способ и мне приходится обращаться к тебе с такой необычной просьбой. Ты единственная девушка рода фейри, которую я знаю, как мою подданную.

– Почему не обратиться к королю фейри и попросить его организовать политический брак? Насколько мне известно обычно короли так и поступают.

– Я пробовал, король Тайрелл отказал мне. После двухсотлетней войны между людьми и фейри они категорически не хотят заключать никаких союзов с Ареландией, тем более брачных.

– Но у вас есть Штормбрук, – я указала на Феникса – он фейри и вполне может стать отцом для вашей будущей невесты.

Феникс закатил глаза, почему он не может помочь своему королю мне было непонятно.

– Кейра, дети у фейри рождаются крайне редко, даже от союза с людьми, и даже если родится девочка, ей нужно достичь брачного возраста и быть способной зачать ребенка, столько времени у Стефана нет.

Голос Феникса был мягким, но эта мягкость была обманчива, он давал понять, что они продумали все варианты и я была последним. Но сдаваться мне не хотелось.

– Почему тогда вы не предприняли усилия ранее?

– Я не знал о проклятии пока мой отец не открыл мне эту тайну на своем смертном одре два года назад. Он думал, что с его смертью проклятье просто уйдет, но оно касается всего рода и похоже у меня совсем мало времени. Я не знаю сколько, но я уже чувствую его внутри себя, и оно растет.

Я молчала. Мысль о том, чтобы снова отдать свое тело – на этот раз не мужу, а трону – вызывала внутренний крик. Я хотела помочь. Но не такой ценой. Мне нужно найти другой способ.

– Есть записи об этом проклятии?

– Да, – король передал мне небольшой фрагмент пергамента – это единственное что удалось найти у отца в старом кабинете. Проклятье было устным, и его записи по памяти тех, кто слышал его, это общий вариант.

Я взяла пергамент и прочитала:

“Да обрушится на короля, его род и все земли, что раскинулись от заоблачных вершин восточных гор до лазурной бездны южного моря, неотвратимая кара судьбы. Пусть тьма, густая, как смола, поглотит их, вырвав из груди покой, свет и последний проблеск надежды. Настанет час, когда мир их обратится в прах, а будущее померкнет, словно звезда, угасшая в пустоте вечности. Не снять сего проклятия, доколе великий свет, что таится в глубинах, не сольется с тьмой, и дитя древнего бессмертного рода, зачатое королем, не пробудит серебряного зверя, что исцелит мир от скверны.”

– Кто расшифровывал данное проклятие? – я была погружена в свои мысли, продолжая перечитывать пергамент, и сейчас понимала только ту часть что была наиболее очевидной, про рождение наследника короля.

– Мой советник, он служит при дворе магом и мудрецов, его познания очень обширны.

– Тогда как понимать ту часть про свет и тьму и серебряного зверя? Я не думаю, что снять проклятье может просто ребенок, даже если он будет рожден от фейри и короля.

– Мы надеемся, что магические силы, что получит ребенок проявятся рано и тогда наш маг поможет с этой частью.

Феникс подошел ко мне сзади и положил руку мне на плечо, отчего я вздрогнула и так высоко подпрыгнула на кресле, что можно было рассмеяться, если бы не вся эта ситуация.

– Твоя сила Кейра, когда ты лечила меня, это ведь был серебряный дракон? – я уставилась на него открыв рот. – Я помню немного, но битву серебряного дракона с зеленым змеем, что происходила внутри меня я запомнил. Мне показалось что это сон, но похоже это было реальным проявлением твоей магии.

– Я уже говорила тебе, что это просто образ, который я использую, когда пытаюсь вылечить сложные случаи, требующие большого количество магии. Образ из книжки с детскими сказками об эльфах и демонах, картинка, которую я увидела и запомнила.

– Возможно, но он был вполне реален, и я чувствовал его внутри себя Кейра.

Мои эмоции в этот момент были как волны, то ужас и паника, то желание помочь, то полное безразличие к проблемам короля. Но ужаса было больше, ужас от того, что, если я соглашусь меня лишат свободы пока я не рожу ребенка, да и потом я вряд ли смогу оставить свое дитя, так что пока проклятие не будет снято я не смогу покинуть эту страну и этот город.

– Мне нужно время чтобы все обдумать, ваше величество и еще я бы хотела встретиться с вашим магом, чтобы обсудить текст проклятия.

– Справедливо, я не хочу заставлять тебя, в конце концов, ты больше всех потеряешь если согласишься родить мне ребенка, я не смогу жениться на тебе так как ты вдова, но ребенка я могу узаконить, и он получит все привилегии, как и законнорожденный.

Я рассмеялась, хотя из моих глаз хлынули слезы, жертва, меня просят о жертве. Я никогда не получу свободу в этом чертовом мире. Возможно, лет через пятьдесят или сто, когда я буду все еще жить, а король умрет, но я еще не прошла обряд Откровения, и еще не получила свое долголетие. Обычно обряд проводили, когда фейри исполнялось тридцать, время, когда физически и эмоционально они созревали и замораживали свою внешность от старения, и иногда кроме долголетия получали еще и усиление своих чар. Конон прошел ритуал с помощью Лейлы, но существенных изменений в силе не почувствовал, хотя он применял магию крайне редко и мог просто не узнать еще об этом.

Я высушила глаза с помощью легкого ветра, хотя могла поклясться, что Феникс это заметил.

– С Адамом вы познакомитесь сегодня за ужином, он входит в мой ближайший круг, и часто присутствует на ужинах. – Король Стефан смотрел на меня с мольбой во взгляде. – Я дам тебе время. Полгода, не более. Все это время ты будешь тут моей гостьей.

– Что будет если я откажусь?

В кабинете повисла гробовая тишина, ни король ни Штормбрук не отвечали.

Молчание затянулась на несколько минут, пока король не прокашлялся и сказал.

– Я надеюсь, что ты согласишься, а пока мои шпионы и воины будут искать других потомков фейри среди моих подданных.

– Могу ли я в это время самостоятельно заняться изучением проклятия и вариантами как его можно снять? – я надеялась, что смогу разгадать эту загадку, во всяком случае я хотела попробовать. Отец и брат всегда говорили, что я могу решить любую задачу, Конан даже считал, что это мой дар.

– Разумеется, я дам распоряжение чтобы тебя пускали во все библиотеки замка и города, а также архив. И конечно Адам и его знания будут в твоем распоряжении, он точно не откажется помочь тебе, он бьется с этим уже два года.

– Хорошо – я кивнула – Полгода. Меня устраивает.

– Спасибо, что подумаешь об этом. – Король выдохнул, хотя тоже понимал, что я скорее откажусь, но надежда слишком сладка, чтобы от нее отказываться.

– Мой брат уже в курсе, где я и что происходит? – я поднялась с кресла, направляясь вернутся в свою комнату.

– Я уже направил ему письмо, где объяснил, что ты будешь моей гостьей какое— то время и пригласил на праздник Велес, который мы будем праздновать через две недели, так что скоро ты его увидишь и сможешь рассказать ему все что считаешь необходимым.

Я совсем забыла, что скоро все королевство будет праздновать главный праздник лета. Велес – время пьянства, разврата и безудержного веселья и это все в течение целой недели, которая заканчивается великим жертвоприношением Богине, сотни лет назад в жертвы приносили молодых девушек и парней, но с приходом первого короля рода Гримторн, предка Стефана, жертвы заменили на скот – коров и коз.

– Я забыла про праздник, наверняка во дворце его отмечают ярче чем в провинциях. И спасибо что пригласили Конона. Если это все, то я могу быть свободна?

– Останься – попросил меня король – ужин уже скоро. И я знаю, что Феникс хотел с тобой обсудить то, что случилось в медовых долинах, я пройдусь перед ужином, а вы пока поговорите тут.

Он встал, одел обратно перчатку на руку, покрытую росписями проклятья, и вышел из кабинета, оставив нас двоих. Я взяла бокал и одним глотком осушила его. Пока Феникс, который все это время стоял сзади меня, видимо на случай, если я кинусь на короля, садился в кресло напротив меня.

– Что о вашей затее думает возлюбленная короля? – спросила я, глядя на дно своего бокала.

– Она не в восторге, насколько мне известно, так что отсрочка в полгода точно обрадует ее – Феникс тоже сделал огромный глоток, судя по цвету и запаху он пил бренди.

– Насколько я понимаю они уже давно в отношениях – я показала пальцем на нос, похоже он все время забывает об этом. Его лицо посерело, наверняка подумал о том, что я чувствую запах, который идет и от него.

– Да, они давно вместе, и сильно любят друг друга, но из-за дурацких законов он не смог на ней жениться, герцогиня Новелия Перинтон тоже вдова.

– Все слишком запутано, не так ли? О чем ты хотел со мной поговорить?

– Да, слишком запутано, как по мне. – Он глубоко вздохнул – Я хотел поговорить о нападении гулей. В месте, где это произошло расположена крупная фермерская деревня, она обеспечивает продовольствием большой район, а мед что производят там считается лучшим на континенте, и мы продаем его за хорошую цену.

– Думаешь гули могли напасть на фермеров?

– Не думаю, а знаю. Пришло письмо от командира охранного отряда, что располагается там, уже умерло около восьми человек, причина их гибели не известна. Мне нужно вернуться туда и помочь с расследованием.

– Хочешь, чтобы я отправилась с тобой?

– Не совсем, хочу взять с собой Лейлу, ее знания и опыт могут помочь с расследованием. В наших краях нет известных мне ведьмаков, а это работа для них.

Я слегка рассмеялась, понимая, что он просит моего разрешения, как же плохо он знает меня и Лейлу.

– Попроси ее сам, Штормбрук. Она мне не слуга и сама принимает решения что и когда делать, она мне как мать, так что это я стараюсь слушаться, а не наоборот.

– Хорошо. – Он кивнул, а потом повернулся и посмотрел мне в глаза – Почему ты считаешь ее второй матерью?

– Все просто, когда мама умерла от болезни мне было только семь лет, брату было десять и они с отцом были убиты горем. Лейла жила с нами с рождения Конона и всегда была нам как тетя, а вот после смерти мамы заботилась о нас, она прекратила всю свою ведьмачью работу, пока мы не выросли и даже после она старалась быть рядом. И раз уж ты задаешь такие личные вопросы позволь спросить и тебя, почему ты тут, что делаешь при дворе Стефана?

– Я покинул Виндраэль очень давно, после ссоры с отцом, искал место, где мог быть полезен и тогда мой брат, который уже был тут, пригласил меня, и я нашел тут верных друзей и короля, которому сам захотел служить.

– Твой брат тоже тут?

– Да, ты скоро с ним познакомишься, думаю он тебе понравится, он куда более приятный собеседник, нежели я.

Я встала и подошла к столу с напитками, налив себе воды. Что за день, как же хотелось, чтобы он закончился.

– Пошли, я провожу тебя в столовую – Феникс уже стоял рядом.

– Только не так быстро, как в прошлый раз, когда мне пришлось бежать за тобой. Не хочу снова удариться об тебя, да и встречаться с ближайшим кругом короля после пробежки не самая приятная перспектива.

– Им будет все равно как ты будешь выглядеть, они умеют смотреть в суть. Но я обещаю, Кейра, пойдем медленно – его голос прозвучал совсем рядом с моим лицом, а горячее дыхание обожгло мою щеку.

Глава 12.

«В свете свечей затаенные страхи прячутся под улыбками, а истины маскируются под вежливость.»

– из летописей Хейзелфорда

Путь до столовой занял не больше пяти минут, и, как и обещал, Феникс шёл рядом – шаг в шаг, не торопясь. Иногда он указывал на портреты, что висели вдоль стен, и рассказывал, кто изображён: старые герцоги, великие воительницы, забытые художники. Было странно видеть в нём эту сторону – внимательную, почти мягкую. Я слушала и кивала, стараясь не терять самообладание.

В столовой я едва не столкнулась с девушкой, словно сама весна в человеческом обличье. Её золотистые волосы рассыпались по плечам мягкими волнами, ловя свет и рассыпая его вокруг, как пыльцу далеких звёзд. Лёгкий аромат цветов – жасмина и розы – витал в воздухе, как тонкая вуаль.

Я сразу узнала её. Это она играла на фортепиано в зимнем саду, создавая музыку, что до сих пор звенела в глубинах моей памяти, нежная и щемящая, как дыхание первых тёплых ветров.

– Привет! – её голос был лёгким, радостным, словно звон колокольчиков на утреннем ветру. – Меня зовут Розали. Ты ведь Кейра? Очень приятно познакомиться! – Она протянула руку, а её улыбка была настолько открытой и солнечной, что я невольно улыбнулась в ответ.

– Розали – принцесса, дочь короля Стефана, – тихо наклонившись, прошептал мне на ухо Феникс.

Я едва заметно кивнула, чувствуя, как лёгкая тень напряжения скользнула по сердцу, но тут же растворилась в её искренности.

– Взаимно, принцесса Розали, – сказала я, бережно пожимая её тонкую ладонь. – Очень взаимно.

И в тот миг я поняла: передо мной стояла не просто принцесса. Передо мной стояла девушка с сердцем, в котором, как и в музыке, звучала живая душа – теплая, настоящая, не затронутая холодом дворцовых интриг.

Следом ко мне подошел высокий мужчина, с грациозной походкой, будто каждая его ступень была выверена музыкой. Его длинные волосы цвета инея – почти белые, с серебристым отливом – были собраны в низкий хвост, и свет ловил в них каждое движение, создавая иллюзию, что в прядях живёт холодное сияние звёзд, открывая заостренные уши. Уже одного этого взгляда хватило, чтобы понять: он фейри. Такой же, как Феникс, его брат.

Но, как это ни странно, родства я сразу не ощутила. Между ними, как и между мной и Конаном, не было внешнего сходства – только отголосок чего-то общего в глубине взгляда, в осанке, в манере молчать так, чтобы тишина говорила за тебя.

Он был чуть ниже Феникса, чуть тоньше в плечах – не такой массивный, но не менее опасный. Его фигура была жилистой, словно вырезанной из гибкой древесины, и в его движениях ощущалась волчья осторожность: ловкость, опыт и постоянное внутреннее напряжение.

Глаза – насыщенно— синие, как вода ледяного озера под луной. Они не были холодными, скорее – проницательными, и в них сквозила печаль, будто он однажды видел слишком многое и больше не ждал от мира ничего простого.

Черты лица мягче, чем у Феникса: высокие скулы, прямой нос, губы, в которых угадывалась склонность к полуулыбке, но сегодня он ею не пользовался. Его присутствие не подавляло – оно успокаивало. Он не пытался быть центром внимания.

– Кейра, – тихо произнёс он, и даже голос у него был другим – ниже, спокойнее, словно шелест травы под дождём. – Адам, рад познакомиться. Надеюсь, мой брат не доставил вам много хлопот во время вашего путешествия?

– Все было… прилично – выдавила я из себя – приятно познакомиться, Адам.

Он кивнул, я чувствовала, как в его присутствии исчезает тревога. В его взгляде было что-то знакомое – не родное, но… нужное. И в тот миг я почувствовала: этот человек знает о боли не меньше моего. И, возможно, именно поэтому он здесь.

Я повернулась к Фениксу, взгляд которого был направлен на брата и метал в него молнии. Это вызвало мою улыбку, они вели себя точно, как братья, вечно подначивают друг друга.

– Я наслышана о вашем уме и знаниях во многих других областях. – Я протянула ему руку, и он слегка сжал ее, его ладонь была теплой и мягкой, хотя я почувствовала мозоли, видимо от постоянных тренировок, что ж впечатляет, редко маги занимаются еще и практикой военного дела.

– Герцогиня Перинтон, позвольте представить вам мою гостью – Кейру Лайонет, – сказал король, ведя ко мне молодую женщину, чей облик сразу приковал к себе взгляд.

Новелия была красива, как пламя в ветреную ночь: её длинные, тяжёлые волны рыжих волос словно горели в свете факелов, обрамляя лицо с точёными скулами и холодной, почти статной красотой. Пронзительные зелёные глаза встретились с моими – яркие, острые, проницательные. В её взгляде плескались подозрение и плохо скрываемое неодобрение.

И я не могла её винить.

Я прекрасно понимала: стоило мне согласиться на сделку с королём – и я стала бы для неё угрозой. Соперницей. Редкая женщина примет такую угрозу с улыбкой.

Её губы дрогнули в натянутой улыбке, но тень недоверия в глазах осталась. Я почувствовала, как, между нами, на миг натянулась тонкая, хрупкая нить напряжения.

Но затем – лёгкий миг, словно Новелия что-то обдумала – и её лицо потеплело. Глаза смягчились, улыбка стала естественнее. Видимо, она тоже осознала: сделка ещё не заключена. Всё ещё могло измениться.

Она протянула мне руку – тонкую, с длинными пальцами, украшенную лишь обручальным кольцом. Прикосновение её ладони было прохладным, почти изучающим.

– Очень приятно познакомиться, Кейра, – её голос звучал мелодично, но в нём таилась скрытая сталь. – Я надеюсь, мы станем подругами.

Я сдержанно улыбнулась и сжала её руку чуть крепче, чем требовала вежливость.

– Я тоже, герцогиня, – спокойно ответила я.

Похоже, моё первое испытание – войти в ближний круг короля – было пройдено. Я почувствовала это по короткому взгляду Стефана, по лёгкому одобрению в его глазах.

Но внутри меня всё ещё звенела тихая, осторожная струна: между женщинами редко бывают настоящие союзы, особенно если в их центре – сердце одного мужчины.

– Ужин подан, прошу к столу – позвал нас высокий лакей, все направились к своим местам, у меня был выбор сесть возле принцессы или Феникса. Я выбрала принцессу. И только тогда поняла, что Лейлы нет, видимо предвидя мой вопрос Феникс сказал:

– Мне передали что спутница Кейры, Лейла, чувствует себя неважно после дороги, поэтому сегодня она поужинает у себя.

– Жаль, – ответил Адам – мне бы хотелось с ней познакомится, ведьмаков в наших краях я не встречал очень давно.

– Я не думаю, что она будет долго болеть, но дорога была непростая, так что простите ее пожалуйста, ваше величество.

– Конечно, Кейра – ответил Стефан – Мы еще успеем с ней познакомиться, пусть выздоравливает.

Когда я уходила она еще спала, и я даже не подумала разбудить ее и спросить о самочувствии, я начала чувствовать себя неловко. Надо вернуться как можно скорее чтобы проверить, что она в порядке.

Глава 13.

«Некоторые ночи тихи не из-за покоя, а потому что за стенами происходит буря, о которой никто не осмеливается говорить.»

– из хроник Виндраэля

Ужин прошел на удивление спокойно. Я рассказала, что слышала музыку, в зимнем саду, и видела, как принцесса играет на фортепиано – так изящно, с любовью в каждом прикосновении к клавишам. Её глаза засветились, когда я упомянула это. Розали сияла, словно сама музыка текла в её жилах. Она поведала, что готовится к празднику Велес: в этом году король разрешил ей выступить на площади с музыкантами.

Говоря о мелодиях, она буквально лучилась светом. Ей было всего двадцать, и я догадывалась, что Стефан уже подыскивает для неё достойного супруга. Но за ужином этого не касались – возможно, по её просьбе.

Позже я выслушала соболезнования. Слова о «трагической кончине» моего мужа звучали с сочувствием, но каждая такая фраза казалась мне испытанием. Сделать печальное лицо было труднее, чем вылечить смертельную рану.

Когда трапеза подошла к концу, и Розали начала прощаться, я присоединилась к ней, сославшись на усталость после дороги. Мы вышли из зала. Вечер приятно удивил – все оказались вежливы и даже дружелюбны. Король Стефан не оказывал давления, наоборот – дал мне время, хотя тени проклятья на его руке говорили, что для него я не просто гостья.

Как ни странно, дорогу к себе в комнату я нашла легко. Подошла к двери – и вдруг над моей головой появилась мужская рука, открывшая ее прежде, чем я успела дотронуться до ручки.

– Ты молодец, быстро нашла дорогу. – Я повернулась и увидела Феникса.

– Долго ты шел за мной?

– Как только ты ушла я пошел следом, ты не заметила меня?

– Нет, – к своему сожалению – была погружена в обдумывании всего что произошло сегодня.

– Это большое упущение со стороны Лейлы, почему она не научила как определить, что тебя преследуют, ведь это мог быть и не я.

– Она научила меня неплохо стрелять, но вот учиться военному делу было не по мне, она хорошо обучила моего брата, а я предпочитала проводить время в кабинете с отцом или в библиотеке.

Мы вошли в гостиную между нашими с Лейлой комнатами. Запах ударил в нос сразу. Острый, солоноватый… секс. Из комнаты Лейлы доносился мужской смех. Кажется, причина её «недомогания» стала понятна.

Феникс пришел видимо спросить ее поехать с ним, поэтому я, не раздумывая постучала и позвала ее. Прошло несколько минут, когда она вышла в банном халате и уставилась на нас с Фениксом.

– Что такого срочного, звездочка, Штормбрук заставил вытащить меня из постели?

– Да, он хотел спросить тебя кое о чем, – я махнула ему рукой давая понять, что он может с ней поговорить, а сама направилась в свою комнату и плюхнулась на кровать уставившись в потолок. Как же я устала.

Позже, когда Феникс ушёл, не заглянув ко мне, я почувствовала облегчение. Я всё ещё не понимала, как с ним быть. Он то казался почти дружелюбным, то снова становился чужим, ледяным. И всё же… страх рядом с ним оставался. Странный, инстинктивный.

Лейла вошла молча и легла рядом. Обняла меня, прижала к себе. Я хотела злиться, но против её тепла не смогла устоять.

– Как прошел разговор и ужин с королем?

– Король проклят, странным темным проклятьем, и он хочет, чтобы я родила ему ребенка, который избавит его от проклятья, иначе он и весь его род умрет.

– Звучит не очень, и что ты ответила?

– Мы договорились что он даст мне полгода, чтобы решить готова ли я к этому. А пока мы будем жить тут, за это время я постараюсь найти другой способ избавится от проклятья.

– И, если не найдешь?

– Соглашусь, – я глубоко вздохнула – ты же меня знаешь, Лейла.

– Звездочка, я слишком хорошо тебя знаю, ты всегда готова была пожертвовать собой для защиты других. Даже твой брак с Дереком это подтверждает. Ты ведь хотела держать его подальше от других, чтобы уберечь. И не говорила ни мне, ни Конану о том, что происходит на самом деле. За это я тебя и люблю, но больше никогда в жизни не позволю быть в опасности или бессмысленно жертвовать собой. Найди другой путь или через полгода я заберу тебя, и привлеку твоего брата если понадобится.

– Может не стоило тебе рассказывать? – я улыбалась, такой была забота Лейлы, иногда жестче чем мне хотелось бы, но не дающей право на компромисс.

– Я бы все равно узнала, но теперь ты знаешь, что я думаю обо всем этом. Ты заслуживаешь куда больше, чем быть любовницей и рожать детей королю или кому— бы то ни было. С того момента как умер Дерек я поклялась, что никогда не позволю тебе делать то, что ты не хочешь.

– А может я не хочу оставаться тут и жить эти полгода.

– О нет, этого ты как раз хочешь, ты всегда любила решать нерешаемые задачи, а эта сложнейшая из тех, что была в твоей жизни. Только скажи если тебе нужна будет моя помощь.

– Хорошо – я прижалась к ней сильнее – спасибо Лейла, кстати через две недели должен приехать Конан, его пригласили на Велес, устроим свой семейный праздник.

Я почувствовала, как ее сердце забилось чуть быстрее, похоже она скучала за ним не меньше меня.

– Звучит здорово, пошлем всю эту дворцовую знать и будем веселиться как тогда, когда вы были еще детьми.

Она начала петь старую песню. О королеве, что пожертвовала собой ради детей и стала богиней. Я закрыла глаза.

И под её голос – тёплый, родной, полушепот – уснула, как когда-то в детстве. Под защитой тех, кто любит.

Глава 14.

"Истина редко приходит в шуме – она вкрадчиво дышит в тишине, меж строками, в шелесте лепестков и аромате утра."

– "Запах роз и горечь решений", автор неизвестен

На следующее утро, как только первые лучи солнца пробились сквозь кружево портьер, я проснулась и обнаружила на тумбочке две записки. Первая, аккуратным, уверенным почерком, принадлежала Лейле: она уехала в Медовые долины, чтобы помочь Фениксу. Вторая – на пергаменте более светлого оттенка, украшенная вензелями и запахом трав – была от Адама. Он приглашал меня позавтракать с ним и принцессой в саду.

Я быстро умылась, надела тунику цвета топленых сливок и светлые бриджи, и, к счастью, у дверей комнаты наткнулась на Хлою. Она, как всегда приветливая, собиралась привести в порядок покои Лейлы и с радостью вызвалась проводить меня в сад.

Утро было чудесным – из тех, когда каждый вдох напоён ароматом жизни. Сад утопал в буйстве красок и запахов: розы, лаванда, жасмин – всё это смешивалось с влажной зеленью свежескошенной травы. Мы шли по тенистой дорожке, а капли росы мерцали на лепестках, как крохотные звёзды. Беседка, о которой говорила Хлоя, оказалась укрыта каскадом белых и розовых роз. Там, под цветочной аркой, среди невидимых музыкантов из пчёл и птиц, сидели Адам и Розали.

– Кейра! – принцесса увидела меня и помахала рукой приглашая к столу.

– Доброе утро, Розали, Адам – я села за свободный стул.

– Доброе, Кейра, спасибо что присоединились к нам, чай или кофе?

– С утра только кофе, пожалуйста.

Адам улыбнулся и налил горячий черный напиток в кружку и передал мне.

– Я тоже предпочитаю кофе с утра, а вот Розали пьет только травяной чай. – Он улыбнулся, глядя на принцессу, от чего на ее лице появился легкий румянец.

– Не понимаю этот черный горький напиток, который ты так любишь Адам. Кейра почему он так вам нравится?

– Горечь в кофе очень обманчива, и отпугивает с первого раза, но, если его распробовать… Каждый глоток – это целая палитра ощущений: сначала легкая горчинка, потом раскрываются тонкие карамельные или ореховые нотки, а иногда даже что-то фруктовое. Но самое волшебное в кофе – его аромат. Стоит только почувствовать этот теплый, насыщенный запах, как сразу становится уютно, как будто весь мир замирает на мгновение. Это не просто напиток, а маленький ритуал, который сделает день особенным.

– Отлично сказано Кейра, – Адам улыбался, делая глоток кофе.

– Ну хорошо, наверное, надо его распробовать, но он такой противный – Розалия смешно скривила носик, что я даже рассмеялась.

– Это нормально если вам не нравится что-то что нравится другим, мы все такие разные, так что не чувствуйте себя обязанной любит кофе, травяной чай тоже прекрасен, особенно если вы его любите.

Принцесса расплылась в широкой улыбке и кивнула. Она взяла пирожное с воздушными сливками и ягодами и съела его за один укус, похоже она не очень соблюдала этикет и вела себя очень свободно. Поддавшись ее настроению, я сделала также и съела пирожное с красной смородиной – моей любимой ягодой.

– Я слышал, что Феникс и ваша подруга Лейла уехали сегодня в Медовую долину, она чувствует себя уже лучше? – Адам смотрел куда-то в сторону и мне сложно было понять причину такого вопроса.

– Да, спасибо, она чувствует себя намного лучше, тем более ведьмаки довольно быстро восстанавливаются если их хорошо накормить и дать выспаться.

– О, это работает на всех – принцесса улыбалась – я тоже предпочитаю такой отдых всем лекарствам, хотя, к сожалению, во мне нет крови фейри, а способность людей восстанавливаться не идет ни в какое сравнение. Так, мне пора на урок музыки, до праздника остается совсем немного времени, нужно успеть хорошо подготовиться. Кейра мы завтракаем так почти каждое утро, так что присоединяйтесь, грех сидеть в замке в такую замечательную погоду.

Она направилась в замок махнув нам с Адамом рукой.

– Принцесса очень жизнерадостна, это не может не очаровывать. – Озвучила я свои мысли вслух.

– Благодаря ее жизнелюбию, доброте и постоянной улыбке я все еще верю в то, что в этом мире еще есть то, ради чего стоит жить. – Адам говорил немного мечтательно, похоже их с принцессой связывали теплые чувства. – Кейра, вы ведь, наверное, уже хотите обсудить то, о чем вы говорили с королем и Фениксом вчера перед ужином?

– Да, Адам, вы попали в точку. Король сказал, что ваши знания и навыки, а также все что вы успели узнать о проклятии в моем распоряжении, и конечно у меня есть очень много вопросов, но я хотела бы начать с другого.

– С моего родства с Фениксом? – он повернулся, и его улыбка обрела другой оттенок, меня эта улыбка немного смутила, похоже он подумал, что мой интерес связан не с тем, о чем я хотела узнать на самом деле. Конечно, Феникс был очень красив и наверняка женщины сходили от него с ума, но меня он не привлекал, он слишком самоуверен и заносчив.

– Точнее с того, что вас двоих привело сюда? Фейри редко покидают Виндраэль, и в Ареландии люди не очень их приветствуют, так почему?

– Наши с Фениксом отношения с отцом всегда были непростыми, именно поэтому Феникс покинул дом еще задолго до моего совершеннолетия. А вот во мне отец всегда хотел видеть воина, хотя моя тяга к знаниям и магическим исследованиям была сильнее его желаний. Я покинул дом, как только стал достаточно самостоятельным и направился в разные страны и университеты, изучая все что к чему мне давали доступ.

Когда я получил образование во всех известных учебных заведения, то стал преподавать, получив место профессора в военной академии в южном городе Хартвуде. Там я и познакомился со Стефаном, он был еще ребенком, когда попал в академию и за время обучения мы сдружились, а когда он стал королем то он пригласил меня к себе. Вот и вся моя история. С Фениксом все было сложнее, но думаю он сам тебе расскажет если спросишь.

– Мое знакомство с королем было коротким, но он произвел на меня довольно хорошее впечатление, я не увидела в нем жажды власти, присущей королям. Поэтому вы стали его другом? Или это ваша заслуга, Адам, ведь получается вы были с ним с момента детства.

– Возможно я и приложил усилия чтобы показать ему разницу между королем, за которым хотят идти и тем за которым идут по принуждению или из страха. Но он изначально был умен, добр и храбр, я лишь добавил его характеру огранку.

Я сделала глоток кофе, и приятная горечь растеклась внутри меня, придавая мне сил.

– Почему король— отец скрывал правду о проклятии? Ведь его можно было бы снять гораздо раньше.

– Не уверен, но думаю, что он хотел уберечь сына и пытался сам снять проклятье. Я даже видел, что тридцать лет назад он издал приказ, который разрешал фейри спокойно селится в землях людей, покупать и возделывать землю, создавать производства. Но мало кто принял его приглашение.

– Слишком сильна людская ненависть и страх.

– Именно. Он до последнего верил, что сможет сам со всем разобраться, но не сумел. И после его смерти проклятье переместилось на Стефана.

– Его татуировка на руке, это ведь и есть проклятье?

– Да, ты очень внимательна Кейра, ты поняла какой это язык?

– Нет, к сожалению, я свободно владею четырьмя языками, но эти письмена мне не знакомы.

– Это древний язык, язык первородных демонов, что населяли нашу землю тысячелетия назад. Он очень древний, даже я не знаю его, но я нашел одну книгу, которая сможет мне помочь. Ее доставят завтра в городской архив. Можешь отправиться вместе, если хочешь.

– С удовольствием, мне бы хотелось изучить этот древний язык.

– Тогда завтра я возьму тебя с собой в город, а заодно покажу еще одно проявление проклятия – дерево крови. Оно появилось совсем недавно, и все больше разрастается и привлекает внимание.

– Как вы о нем узнали?

– Оно выросло на самой оживленной улице, где расположены ремесленные лавки и рестораны. Так что люди сразу заметили новое дерево.

– А как тогда вы поняли, что оно связано с проклятьем?

– Стефан, он когда его увидел сказал, что оно источает кровь, хотя всем остальным оно кажется совершенно обычным. Я проверял его с помощью магии и ритуалов, но ничего не смог найти, но он продолжает твердить что дерево кровоточит.

– Это довольно интересно, что ж информации с каждым днем становится все больше, возможно вместе мы сможем помочь королю…

– Без жертвы с твоей стороны, я понимаю Кейра, я изначально был против этой затеи, но Стефан ухватился за тебя как за спасательный круг. Так что помогу тебе, чем смогу помочь.

– Спасибо Адам! Король говорил, что я могу воспользоваться библиотекой, подскажите, где я смогу ее найти? Не думаю, что смогу найти то, что вы еще не знаете. Но мне нужно чем-то занять себя.

– Конечно, пойдем, я провожу тебя. Сегодня заседание королевского совета, и я не смогу составить тебе компанию, но вот завтра у нас будет больше времени.

Я кивнула и Адам проводил меня в библиотеку, которая превосходила размерами все библиотеки известные мне ранее. Я почувствовала, как очутилась в сказке, стеллажи с книгами уходили под самый потолок, я видела двадцать рядов, а за ними были еще и еще. Через каждые два ряда были окна высотой во всю стену, поэтому в дневное время здесь было очень светло.

Я прошлась вдоль рядов и обратила внимание что каждый ряд был пронумерован и имел краткую информацию о содержании книг на полках внутри. «История Миров», «Экономика и География», «Магические исследования», «Философия», и многие другие. У библиотеки был хозяин, тот кто ухаживал за книгами и содержал все в чистоте и порядке. Пройдя внутрь, я нашла его, точнее ее. Седая пожилая женщина сидела за столом и перечитывала старые пергаменты, она подняла свои уже слегка мутные серые глаза и улыбнулась.

– Ты должно быть Кейра! Очень приятно, я Стелла, библиотекарь и архивариус короля. Стефан предупредил меня что ты придешь и попросил помочь со всем что тебе может понадобиться.

– Очень приятно Стелла – она протянула мне свою морщинистую руку, и я пожала ее, она обхватила мою ладонь обеими своими руками и сжала ее. Теплота пробежала по моим венам.

– Знания твоя стихия, Кейра, о я чувствую это.

Она отпустила мою руку и широко улыбнулась.

– Что ж, тогда пора начинать искать, как думаете?

– Давно пора, – он слегка кашлянула – с чего ты хотела бы начать?

– С книг о проклятиях и первородных демонах, у вас найдется что-то такое?

– Есть пара книг, не много, конечно. Но это хорошее начало. Я сейчас принесу.

Стелла скрылась в рядах книг, ее походка была легкой и почти бесшумной, довольно необычно для женщины такого преклонного возраста. Она сказала, что знания моя стихия, каким— то непостижимым образом она смогла это понять. Возможно, отголоски магии.

Раньше среди людей тоже можно было встретить магию, ведь до войны браки между фейри и ними не были редкостью. Но после войны все, кто был связан с фейри переехали из Аредандии в другие земли, и магия практически угасла, сейчас редко, но встречаются люди, обладающие особыми способностями.

Стеллы не было около десяти минут, а когда она вернулась она катила небольшую тележку, доверху наполненную разными книгами.

– Я нашла то, что ты просила, и еще добавила несколько от себя, возможно они тоже пригодятся. Тут недалеко есть большой стол и удобное кресло, а еще ты можешь попросить Хлою принести сюда еду и напитки, но пожалуйста будь аккуратна с книгами.

– Спасибо, Стелла!

Я взяла у нее тележку и покатила к столу, на который указала архивариус. Я смогла разложить все книги по темам и начала с тех, в которых рассказывалось о демонах.

Глава 15.

"Иные города дышат ветром, иные – бурей,

но есть те, что горят в сердце так же ярко,

как пламя в кузнечном горне."

– "Песни мёртвых троп", фольклор.

Утро следующего дня, обёрнутое в лёгкую прохладу сада, снова прошло в компании принцессы Розали и Адама. Принцесса буквально светилась от радости – сегодня во дворец должны были прибыть музыканты, с которыми она выступит на празднике Велеса. Она с живой искренностью рассказывала о своих приготовлениях, перескакивая с темы на тему, словно птичка, не в силах усидеть на месте.

Конечно же, Феникс Штормбрук, верный страж королевской безопасности, лично проверил каждого из прибывших музыкантов, не доверяя никому кроме себя заботу о безопасности юной принцессы.

Когда Розали, сияя, пригласила меня вечером в её гостиную на первую репетицию, чтобы составить ей компанию, я не смогла отказать. Мне подумалось тогда, что её будущему мужу предстоит непростая задача – жить рядом с таким пламенем страсти к музыке, не разделяя её пыл, будет тяжело. Я пожелала про себя, чтобы судьба привела к ней человека, который полюбит не только её улыбку, но и её музыку.

После завтрака мы с Адамом направились в город. На конюшне для нас подготовили две прекрасных лошади, очень послушных и спокойных, что было идеально для шума города.

Блейдстоун – столица Ареландии, был большим городом с собственным речным портом, что позволяло вести торговлю с другими странами и городами, даже без прямого доступа к морю. Река Вейрун была широкой и глубоководной и имела выходы к Сапфировому морю на Юге и Дикому морю на востоке.

Блейдстоун встретил меня жарким дыханием лета – воздух над улицами дрожал от зноя, а каменные стены домов будто впитывали солнце, отдавая его обратно с ленивой настойчивостью. Город, раскинувшийся на широкой равнине у подножия гор, был оживлён и полон звуков – гомон людских голосов, стук копыт, скрип повозок и далёкий звон кузниц сливались в ритм столицы, которая никогда не спит.

Река Вейрун, текущая сквозь самое сердце города, в это время года становилась спасением. Её воды были прохладными, быстрыми, отражая солнечные блики и зелень ив, свешивающихся над берегами. По мостам сновали люди – торговцы, воины, посланники, и даже странники из дальних окраин страны.

Улицы Блейдстоуна были широкими, мощеными светлым камнем, от которого летом почти ослепительно светило. Город был густонаселенным и шумным: лавки, рынки, площади – всё кипело жизнью. Ткани развевались под навесами, уличные артисты собирали толпы, а пахучий воздух смешивал запахи пряностей, жареного мяса и горячей пыли.

Высокие дома с коваными балконами тянулись к небу, а над ними, на горизонте, поднимались горы. Их силуэты были слегка затуманены жарким маревом, но Клык Зимы по— прежнему царственно венчал линию горизонта. Его заснеженная вершина казалась нереальной на фоне палящего лета – напоминанием о вечности и холоде среди этого моря огня и жизни.

где-то через полчаса мы подъехали к высокому, в три этажа, зданию тоже из светлого камня. Здание выделялось на фоне всех остальных на улице, высотой и невероятно красивыми окнами, в которых были витражные стекла. Кусочки стекла разных цветов и форм создавало волшебную атмосферу, такой и должна быть библиотека, в которой погружаешься в другие миры только переступая порог. Я невольно задержала дыхание, любуясь этим местом. Солнце, пробиваясь сквозь витражи, рассыпало по мостовой цветные россыпи света, как если бы радуга сошла на землю.

Библиотека была также книжным магазином и городским архивом.

У входа в библиотеку нас встретил её хозяин и городской архивариус – высокий мужчина с бронзовой кожей и тёмно-карими глазами, тёплыми, как сама земля в полуденный зной. Он был стройным, прекрасно сложенным и облачённым в простую, но дорогую одежду, а улыбка его была настолько искренней, что даже немного сбивала с толку.

Он махнул рукой, приглашая нас подойти.

Адам, не скрывая радости, широко улыбнулся и шагнул навстречу.

– Элиндор! Какой сюрприз! – воскликнул он и крепко обнял мужчину. – В прошлый раз Лира говорила, что ты ещё неделю будешь на Южном континенте!

– Хвала Богине, Адам, – отозвался Элиндор, похлопав друга по спине. Его голос был тёплым, певучим, словно у людей южных земель. – Сапфировое море было спокойно, а ветра были благосклонны. Я прибыл прошлой ночью и, узнав, что ты будешь сегодня здесь, решил сам тебя встретить. Привёз новые книги, старинные свитки – есть, на что посмотреть, обещаю тебе.

– Спасибо тебе, друг, – с благодарностью отозвался Адам, а затем обернулся ко мне. – Позволь представить тебе Кейру Лайонет. Она гостья короля Стефана и моя помощница в исследовании проклятия.

Элиндор шагнул ко мне, протянув широкую ладонь. Его рука была тёплой, почти горячей, покрытая плотной сеткой мозолей, свидетельствовавших о долгой работе. Я сжала его ладонь, чувствуя странное тепло, словно он делился со мной частью своей внутренней силы.

– Приятно познакомиться, Кейра, – его улыбка была ослепительно доброй.

– И мне, Элиндор, – откликнулась я.

– Если ты помогаешь Адаму, значит, ты уже стала частью нашей общей судьбы. Пойдёмте, у меня для вас кое-что особенное.

Он повёл нас вглубь здания, через ряды стеллажей, наполненных книгами с кожаными переплётами, запах которых был густым, словно старое вино. Мы подошли к массивной деревянной двери, за которой оказался его личный кабинет. В углу стояли сундуки —, похоже, те самые, что прибыли с Сапфирового моря. Массивные стеллажи были плотно уставлены книгами и пергаментами, словно волны знаний, готовые обрушиться на любого, кто рискнёт их потревожить.

На большом резном столе аккуратными стопками лежали отобранные книги.

– Вот, – сказал Элиндор, – я выделил всё самое важное для вас. Эти книги могут дать нам ключ к пониманию проклятия.

Мы с Адамом сразу погрузились в беглый осмотр. Имена книг завораживали: "История Империи Демонов", "Проклятья: Известные и Снятые", "Языки Тёмной Эпохи" – всё это было знанием, которое могло спасти или погубить.

Я принялась перебирать их, когда мой взгляд случайно упал на один из стеллажей. Там, будто забытой, стояла книга с серебристой обложкой, слегка отсвечивающей в лучах света. Я осторожно сняла её, пыльные искры разлетелись вокруг.

На обложке было выгравировано:

"Сказки эльфийских сказателей".

Элиндор, заметив мой интерес, улыбнулся.

– Эту я привёз из Глейдпорта. Сначала подумал, что это просто сборник сказок для детей… но, когда взял в руки, почувствовал странную магическую дрожь.

– Я тоже, – подтвердил Адам. – Книга словно дышит, но сколько я ни проверял её, ничего явного обнаружить не смог.

– Но ведь эльфы – это просто сказки? – спросила я, немного смущённо. – Их нет ни в одной реальной летописи.

Адам рассмеялся тихо, чуть склонив голову.

– И да, и нет. Иногда сказки – это шрамы древних истин, слишком старых, чтобы поместиться в книгах истории. Кто скажет, что эльфы не существовали, если их песни всё ещё шепчет ветер?

– Можно я возьму её почитать? – спросила я, чувствуя, как сердце стучит быстрее.

– Конечно, – кивнул Элиндор. – Возможно, ты увидишь то, что было скрыто от наших глаз.

Мы погрузились в работу. Прошёл почти час, наполненный шелестом страниц, редкими замечаниями и неспешными беседами.

Но жара делала своё дело – стены, напитавшись солнечным огнём, начинали дышать жаром. Вскоре я почувствовала лёгкое головокружение.

Я взмахнула рукой, призвав лёгкий ветерок. Он, словно заботливые пальцы, скользнул по комнате, освежая наши лица.

Элиндор рассмеялся, благодарно кивнув:

– Кейра, ты – буквально спасение! Но, прости за нескромность, я думал, что ты человек.

Я улыбнулась слабо.

– Полукровка, – призналась я. – Моя мать была фейри.

– Но твои уши… – Элиндор явно замешкался.

– Это просто магия, я всю жизнь училась прятать свое происхождение что уже делаю это не задумываясь, – ответила я тихо, невольно сжимая плечи. – Мой отец считал, что так будет безопаснее.

На мгновение повисло тягостное молчание.

– Мне жаль, Кейра, – наконец сказал Элиндор. – Я всегда завидовал тем, кто носит след своего рода открыто.

Он нахмурился, а затем, с лукавым блеском в глазах, добавил:

– Я столько лет мечтаю потрогать настоящие уши фейри, но этот упрямец… – он указал на Адама. – Ни в какую!

– Потому что некоторые части тела стоит оставлять священными, – парировал Адам с ленивой улыбкой.

Оба рассмеялись, а я лишь закатила глаза. Мужчины… где бы их ни собралось больше двух, непременно последуют шутки ниже пояса.

Но в глубине сердца мне было тепло.

В этом древнем, шумном, палящем городе, среди запахов старой кожи и волшебных книг, я на мгновение почувствовала нечто похожее на дом.

Может быть, всё не так безнадёжно.

Глава 16.

"Есть трещины в реальности, сквозь которые льётся тьма.

И те, кто слышит её шёпот, становятся хранителями древней боли."

– автор неизвестен.

Я отошла от мужчин, позволив себе утонуть в мире книг, запаха старых страниц и шелеста невидимых историй. Ряды стеллажей в кабинете скрыли меня, предоставив уединение, которого мне так не хватало. Но тишина продлилась недолго.

В комнату ворвался аромат – тёплый, густой, обволакивающий, словно ветер, несущий на крыльях жасмин и ваниль. И вместе с ним, как порыв летнего ветра, вошла женщина – красивая настолько, что мгновение я не могла вымолвить ни слова.

Ее кожа цвета оникса светилась в солнечных лучах, словно была отполирована до блеска. Длинные черные волосы, заплетенные в сотни тонких кос, сплетенных в одну, ниспадали на спину тяжелым водопадом. Миндалевидные глаза, глубокие, как ночное небо без звёзд, смотрели с мягкой насмешкой. Легкое льняное платье оттеняло ее стройную фигуру, а тонкий золотой пояс подчеркивает осиную талию.

– Душа моя, – её голос был бархатным, словно теплый плед в зимний вечер, – вы опять засиделись в кабинете. Хотя, чувствую, здесь удивительно свежо… Признайся, Адам, это твои проделки? Навел прохладу, чтобы остаться тут подольше?

Она засмеялась, а ее смех был как перезвон лёгких серебряных колокольчиков.

Я невольно сделала шаг назад за стеллаж, но она, повернувшись, тут же заметила меня. И я, к собственному удивлению, была рада, что её внимательный взгляд нашёл меня в этой полутени.

– Ах вот кто истинный волшебник, – сказала она с искренней улыбкой, – это ты принесла сюда прохладу в такой зной?

Я опустила голову в лёгком поклоне.

– Лира, моя жена, – представил её Элиндор с гордостью в голосе.

– Кейра, – ответила я, чувствуя, симпатию к этой женщине.

Она улыбнулась и еще осмотрела нас.

– Я пришла позвать на обед, он уже накрыт в саду, будем рады если вы присоединитесь, Адам, Кейра?

– Спасибо за приглашение, я бы не отказалась от обеда, мой живот уже полчаса напоминает о себе.

Адам засмеялся, отставив книгу в сторону.

– Кейра, ты ещё не пробовала, на что способна Лира. Я бы ради её стряпни добровольно подписал пакт даже с демонами.

– Очень приятно слышать комплименты от такой заносчивой задницы как ты Адам, научил бы еще своего братца что ли. – Она с Адамом засмеялись, как будто были знакомы всю жизнь. – Пойдемте, иначе твои дети, Элиндор, съедят твою порцию.

Смеясь, мы направились к саду, где под высокой белой беседкой был накрыт стол, ломящийся от блюд. Ароматы специй, жареного мяса, запечённых овощей смешивались в воздухе, словно соблазнительные заклинания. Мой желудок предательски заурчал, заставив Лиру весело рассмеяться.

Вокруг стола суетились дети – трое мальчиков и две девочки. Они гонялись за мячом, пытаясь загнать его в самодельные ворота при помощи длинных палок. Завидев отца, малыши с радостными криками бросились к нему. Самая маленькая, девочка, едва научившаяся ходить, забавно ковыляя, пыталась догнать старших.

Элиндор опустился на одно колено, раскрывая объятия, в которые стремительно влетели его дети.

– Папочка! – пронеслось над садом.

– Присаживайся Кейра, у нас в доме нет привычки соблюдать все правила этикета, так что ты можешь начинать есть, не дожидаясь хозяина. Его слишком долго не было, и дети еще не видели его после приезда – она потрепала по голове малышку, которая спешила к отцу, а потом села и показала мне на стул рядом с собой.

Я села рядом с ней, благодарно улыбнувшись. Лира заботливо положила мне на тарелку понемногу от каждого блюда.

И стоило мне отправить первый кусочек в рот, как я поняла – Адам не преувеличивал. Еда была волшебной: нежная, ароматная, идеально приправленная.

– Лира, это невероятно вкусно, – призналась я, почти влюбившись в её кухню. – Никогда не ела ничего подобного.

– Кушай, Кейра, – улыбнулась она. – Я счастлива видеть, когда мою еду по— настоящему ценят.

Обед проходил в лёгкой, почти семейной атмосфере, где детский смех и неспешные разговоры вплетались в воздух как золотые нити в ткань лета.

Когда трапеза подошла к концу, я с трудом сдерживала зевоту – не от скуки, а от тепла, сытости и умиротворения.

Адам, допив последний глоток воды, поднялся.

– Похоже, нам пора возвращаться в замок, Кейра. И я обещал показать тебе дерево.

При упоминании дерева Лира нахмурилась.

– Проклятое дерево? Зачем тебе туда, Кейра? Даже я, без капли магии в крови, чувствую его зло.

– Я хочу помочь вам в изучении проклятия, – тихо ответила я. – Чтобы понять, нужно увидеть.

Лира вздохнула, её черные глаза вспыхнули заботой.

– Будь осторожна. Это дерево родилось в ночь смерти короля Уильяма. Его ствол вырос за одну ночь… И тогда же я слышала вой белых волков.

Никто не осмеливается приближаться к нему.

Я обещала быть осторожной.

Элиндор велел своим помощникам подготовить сундук с выбранными книгами – его отправят ко дворцу к вечеру.

Мы оседлали лошадей и направились к месту, где росло Проклятое Дерево.

Едва проехав несколько улиц, я увидела его.

На фоне палящего солнца дерево выглядело почти обманчиво обычным: невысокое, с тонкими изящными ветвями, густо усыпанными крошечными зелёными листьями. Но в его облике была скрытая угроза – едва уловимое ощущение чего-то неестественного.

Я спешилась и пошла вперёд, я слышала странный, протяжный и требовательный зов, что исходил от дерева.

Приблизившись на расстояние вытянутой руки, я почувствовала его холод. Он проник сквозь кожу, словно тысяча крошечных ледяных иголок впивались в спину.

Я осторожно протянула ладонь к шершавому стволу.

В тот же миг моя голова пронзила нестерпимая боль.

Я услышала крик – протяжный, не людской, наполненный первородной агонией. Всё вокруг превратилось в бурлящую реку крови. Я задыхалась в её алых волнах, чувствовала, как смерть вползает в каждую клеточку тела.

И вдруг – всё исчезло.

Я открыла глаза, а передо мной склонился Адам. Его лицо было искажено ужасом, руки крепко удерживали меня.

– Кейра! – его голос дрожал.

Я с трудом выдохнула:

– Адам… оно действительно кровавое…

Прошептав эти слова, я почувствовала, как силы окончательно покинули меня, и провалилась в темноту, которая сомкнулась вокруг меня, словно шелковая завеса.

Глава 17.

"Иногда, чтобы найти свет, приходится пройти сквозь самую глубокую тьму.

И только выжившие в этом мраке способны узнать цену своему дыханию."

– из письма короля Тайрелла возлюбленной.

Я очнулась в замке, в своей комнате. Тяжёлое полотно сна, казалось, прилипло к коже, а боль пронизывала каждую клетку тела. Я не знала, сколько времени прошло – день, ночь или целая вечность.

Жар сводил мышцы судорогами, магия, моя верная спутница, молчала где-то в недосягаемой глубине. Хотелось закричать, но из горла не вырвалось ни звука – только безмолвное отчаяние, раскалывающее меня изнутри.

Я снова провалилась в забытье, где не было времени.

Сквозь смуту я слышала голоса – Адама, принцессы, Хлои. Иногда Хлоя помогала мне приподняться, давала напиться бульона или горячего чая, шептала что-то успокаивающее.

Адам приносил странную жидкость в стеклянных флаконах, напоминающую лечебные эликсиры. Я пила всё до последней капли, без вкуса, без воли – просто, потому что меня об этом просили. И снова уходила в сон, который был ближе к небытию.

Мне казалось, прошла целая жизнь в этом беспамятстве, прежде чем я услышала голос, которого ждала.

Голос Лейлы.

Она ругалась с кем— то, голос её был как грохот надвигающейся грозы.

– Как ты мог это допустить?

– Из тебя вышел плохой ученик, раз ты так и не понял, что это остаточное проклятие! Этим эликсиром её не вылечить!

– Лея, я не владею целительной магией, я делал всё, что мог!

– Плохо старался! Что вообще ты тут делаешь?

– Лея…

Я услышала рев, или мне показалось, я не знала. Но наступила тишина, меня окутала темнота, но не такая в которую проваливаешься и ничего потом не помнишь. Или, которую боишься, потому что она приносит ужас и смерть. Темнота была успокаивающей, теплой как одеяло, которым укрываешься ночью, и она дарила покой.

Я почувствовала, как жара отступает, как лихорадочный озноб медленно покидает тело. И вдруг я услышала её шёпот, такой родной:

– Кейра, Звёздочка, я здесь. Я помогу.

Потом были звуки: плеск воды, лёгкий аромат лимона и чего-то терпкого, незнакомого. Меня подхватили, словно я ничего не весила. Запах сандала и грозы окутали меня.

– Положи её в ванну, Феникс, прям в одежде, я позабочусь об этом. Спасибо! – Лейла командовала уверенно, и я почувствовала, как горячая вода окутала моё тело.

Вода была почти обжигающей, но она словно забирала всё зло, впитывая в себя остатки тьмы.

Я услышала, как хлопнула дверь. Тёплый аромат свежих трав наполнил воздух.

– Сейчас, Звёздочка, сейчас всё будет хорошо. – Лейла шептала, словно убаюкивала меня.

Она помогла снять одежду, погрузила меня в воду с настоем лимона, а потом подхватила под руки и вытащив меня из ванны, вытерла меня и помогла одеть в чистую ночную сорочку.

Когда я вернулась в постель, на кровати уже было свежее белье, которое пахло лавандой и солнцем. Лейла протянула мне кружку:

– Выпей до дна и спи. Скоро тебе станет лучше, обещаю.

Я послушно выпила тёплый горьковатый напиток и погрузилась в сон – на этот раз исцеляющий и лёгкий.

Я проснулась от того, что солнечные лучи щекотали веки. Комната была наполнена чистым прохладным воздухом. Сквозь открытые окна доносились ароматы садов и звуки жизни за пределами замка.

Мне захотелось встать, я попыталась встать, но ноги подкосились. Я ухватилась за край кровати, но меня поддержали сильные руки.

Я подняла глаза и увидела Феникса.

Его лицо было осунувшимся, под глазами залегли глубокие тени.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, его голос был тихим, в нём звучала едва скрытая тревога.

– Уже гораздо лучше. А вот ты выглядишь ужасно, – ответила я слабо.

Он ухмыльнулся:

– Ты просто ещё не видела себя в зеркало.

Его шутка вызвала у меня невольную улыбку, но она тут же исчезла, когда он, нахмурившись, поднял мою руку.

На моей ладони чернели незнакомые символы – тонкие, изломанные, словно трещины на льду.

Чёрные буквы окутывали всю кисть от среднего пальца до запястья.

– Что это?.. – прошептала я, сердце замерло от страха.

– Ты прикоснулась к дереву, да? Адам сказал, что ты потеряла сознание сразу после этого. Твоё новое "украшение" напоминает проклятие, но язык символов отличается, как будто они написаны другим языком.

Я кивнула, горло пересохло от ужаса.

– Я видела… реки крови. И слышала крик. Такой, что хотелось умереть.

– Твоё упрямство сведёт меня с ума, Кейра, – его голос был напряжённым, в глазах бушевала буря. – Зачем ты вообще пошла к этому дереву?

– Мне нужно было понять. Я сама попросила Адама показать мне его.

Он вздохнул, опустив голову.

– Ладно. Пойдём, приведем тебя в порядок.

Он подхватил меня на руки, отнёс в ванную и аккуратно закрыл за собой дверь, давая мне уединение.

Когда я вернулась, Лейла и Феникс о чём— то тихо говорили у окна. Увидев меня, они замолчали.

– Покажи руку, звездочка, я убью твоего брата Феникс, и ты меня не остановишь!

– Я первый, Лейла.

Я протянула ладонь.

Она нахмурилась, а Феникс стиснул зубы.

В дверь тихо постучали, и на пороге появился Адам.

– Кейра… как ты себя чувствуешь? – его голос был печален.

– Гораздо лучше. Но будь осторожен – они только что говорили, что хотят тебя убить, – пошутила я, пытаясь разрядить обстановку.

– И справедливо, – печально усмехнулся он.

Лейла повернулась к нему впервые за всё время.

– Посмотри сам, – её голос был холоден.

Адам подошёл, осторожно взял мою руку и поднял её к свету.

– Это не язык демонов… – прошептал он. – Я его не знаю.

– Что это значит? – спросила я.

– Пока не знаю, но теперь мы точно знаем – дерево связано с чем-то куда более древним и опасным, чем мы думали.

Я опустила голову.

– Прости меня, Кейра. Я не смог тебе помочь.

– Ты старался, Адам. Это главное, – тихо сказала я.

Он кивнул, тяжело вздохнув.

– Лира передала тебе корзину с едой, они очень переживали.

– Все, Феникс иди уже поспи, и возьми с собой его, Кейре нужно поесть и набираться сил. Ваша помощь больше не нужна. – Лейла выпроваживала гостей из нашей комнаты.

– Если что, зови. – Нахмурив брови сказал Феникс и потянув Адама за рукав они вышли.

Оставшись с Лейлой, мы вместе позавтракали вкусной едой, заботливо переданной из библиотеки Лирой.

– У меня ощущение что вы с Адамом давно знакомы. – начала я разговор об Адаме, я была уверена, что мне не послышалось что они ругались как старые знакомые.

– Да, мы познакомились очень давно. Еще до знакомства с твоей мамой, честно, не ожидала встретить его тут. И уж тем более не думала, что он Штормбрук младший.

– А где вы познакомились?

– Учились вместе в крепости ведьмаков – Тур-Дурле, он учился для знаний, а я чтобы стать ведьмачкой. Но мы не виделись уже тридцать лет. Хотя я думала, что он хоть чему— то научился.

– Лейла, не злись на него, даже если вы давно знакомы, он не знал, что случится.

Она просто кивнула, но больше ничего не сказала о нем и их прошлом.

Пока мы ели, Лейла рассказала о поездке в Медовые долины. Они столкнулись с вампиром – древним и сильным. Он создавал вурдалаков, и им с Фениксом пришлось задержаться, чтобы очистить город.

Но сам вампир скрылся. Теперь они подозревали, что он направился в Блейдстоун.

Мысль о том, что вампир бродит где-то по улицам города, заставила мою кожу покрыться холодным потом. Вампиры… Создания ночи, смерти и голода.

Феникс и Лейла решили организовать ночные патрули. Сегодня была очередь Лейлы, и она отправилась отдыхать, чтобы набраться сил перед этим.

Я же осталась в комнате наедине с собой. Я достала из сумки "Сказки эльфийских сказателей", подарок Элиндора. И, обняв книгу, погрузилась в мир забытых историй, где среди теней ещё теплился свет.

Глава 18.

"Некоторые истины умирают в сердце, прежде чем успевают коснуться уст. Но память о них продолжает жить – в поступках, в шрамах, в тишине."

– Из книг Хранителей Старого Пути

Прошло три дня с момента, как мне стало лучше, но меня всё— таки заставили провести это время в постели. Порой мне казалось, что дни тянулись бесконечно, но скучать не приходилось: Стелла и Адам почти каждый день приносили новые книги, щедро даря моему уму пищу и забытьё.

Феникс больше не приходил. Они с Лейлой были заняты охотой на вампира. Лейла рассказывала, что им уже попалась первая жертва – девушка из бедного портового района. Кровь из неё выпили до последней капли. Лейла признавалась, что зрелище было пугающим до дрожи в костях. Но выйти на след убийцы им пока не удавалось. Это начинало меня тревожить, словно затаившаяся буря на горизонте.

На четвёртый день я позавтракала в компании принцессы и Адама. Розали сияла от радости, увидев меня на ногах, и непрестанно болтала, как если бы боялась упустить хоть мгновение.

Она была немного опечалена, что я пропустила её репетицию с городскими музыкантами.

– Обязательно составь мне компанию, музыканты такие веселые, мы очень смеялись в прошлый раз. Жан, гитарист, постоянно шутит над остальными, но шутки не злые, а очень смешные. Я думаю, они все тебе понравятся!

– С радостью, Розали, мне жаль, что я пропустила репетицию в прошлый раз, но в следующий я обязательно буду, обещаю!

– Кстати Лира приглашала тебя на обед, я был у них вчера, она очень ждет, когда ты навестишь ее. – Адам подал мне тарелку с моими любимым пирожными со взбитыми сливками и смородиной.

После болезни я очень похудела, пришлось дважды обвязывать штаны ремнем, чтобы они не спадали, поэтому сегодня я не отказывала себе в удовольствии и съела целых два.

– Я обязательно загляну к ним на днях. – Я улыбнулась. – Я как раз закончила читать книгу сказок и хотела бы вернуть её Элиндору.

– И как тебе книга? – с интересом спросил Адам. – Нашла что-то новое?

– Все сказки были мне уже знакомы. Но в этой книге были детали, которых я раньше не встречала. Например, везде говорилось, что эльфы прибыли через разлом миров на драконах. А здесь сказано, что они сами были драконами.

– Да, я тоже заметил это отличие, – задумчиво произнёс Адам. – Но тогда не придал этому особого значения.

Розали, легко и весело попрощавшись, побежала в замок на очередной урок музыки, оставив нас с Адамом вдвоём. Некоторое время мы молчали, наслаждаясь тишиной сада, пока я наконец не решилась задать вопрос, который давно не давал мне покоя.

– Лейла сказала, что вы были знакомы тридцать лет назад в Тур-Дурле. Ты проходил обучение на ведьмака? Это довольно необычно для фейри.

Адам усмехнулся, уводя взгляд куда-то в цветущий сад.

– Да, – сказал он. – Я много, где учился. Но Тур-Дурла была моей первой школой за пределами Виндраэля.

– Но ты ведь не стал ведьмаком?

– Не стал, – признал он спокойно. – Фейри не переносят ведьмачьи мутации. Для нас это всегда смертельно. Но учиться там мне позволили. Вопреки распространенному мнению, в Тар Дурле обучают всех, кто желает постичь искусство защиты и выживания. Стать ведьмаком – это выбор, а не обязанность.

– Значит… Лейла сделала свой выбор.

– Как видишь. – В голосе Адама появилась горечь. – Я тогда не знал, какой путь она выберет. Когда настало мое время покинуть школу, ей оставался ещё один год. Мы расстались – каждый пошел своей дорогой.

Я кивнула, осознавая, как мало на самом деле знала о прошлом Лейлы. Почему она выбрала этот тяжёлый путь? Почему решила стать ведьмачкой? Я никогда не задавала ей этих вопросов. А теперь, глядя на Адама, понимала, что за каждым выбором стоит боль.

– У вас всё непросто, да? – спросила я тихо.

– С ней никогда не было просто. – Он вздохнул. – Но то, какой сильной она стала, вызывает у меня восхищение.

Я почувствовала, что дальше расспрашивать не стоит. Их история была старой, полной трещин и шрамов, и, возможно, не все ответы были для меня.

Мы обменялись короткими, понимающими взглядами, после чего я попрощалась и направилась в библиотеку.

Стелла ждала меня с новой порцией книг, а в сердце уже горела нетерпеливая искра – желание снова окунуться в бесконечный мир знаний. Взяв несколько книг, я решила вернуться в свою комнату, чтобы почитать в уединении.

Глава 19.

"Семья – это не кровь в венах. Это те, кто держит тебя за руку, когда весь мир рушится."

– Из писем старого Хроникаря

Возле двери в наши с Лейлой комнаты я столкнулась с Фениксом. Он стоял прямо перед дверью, уставившись в одну точку, будто вовсе забыл, где находится. Тени под его глазами были глубокими, кожа потемнела от усталости. Похоже, он действительно не спал последние несколько дней, в безуспешных попытках выследить вампира.

Я подошла ближе, положив руку на его плечо. Странно, что он не заметил меня раньше. Он вздрогнул и резко обернулся ко мне, дыхание его на мгновение сбилось.

– Теряешь хватку, Штормбрук, – усмехнулась я. – У меня ведь мог быть нож.

Он попытался улыбнуться, приподняв брови, но на его лице эта попытка выглядела скорее болезненно. И вдруг он начал сползать по стене, теряя сознание. Я подхватила его подмышки, но удержать всё равно не смогла – он был слишком тяжёлым для меня.

– Лейла! Лейла! Ты здесь?! – я закричала, пытаясь удержать его, хотя понимала, что сил не хватит надолго.

Дверь распахнулась, и на пороге появился мой брат.

Конан Лайонет заполнил собой весь дверной проём: высокий, широкоплечий, с золотыми волосами, собранными в хвост, и тёмно-синими глазами, в которых плясали озорные искорки. Его лицо озаряла та самая лукавая ухмылка, от которой мне захотелось броситься ему на шею и расцеловать. Мы не виделись больше года. Но сейчас было не до слёз радости.

– Помоги! – выдохнула я. – Он упал, и я не могу его удержать.

– Кейра, ты всего неделю в замке, а мужчины уже валятся к твоим ногам, – пошутил Конан, подхватывая Феникса – Черт, он тяжелый!

– В мою комнату, – торопливо скомандовала я. – Я не знаю, где его комната, Конан Лайонет, так что придержи свои шуточки!

Он усмехнулся, но промолчал. Из комнаты вышла Лейла, очень удивленная при виде Феникса, которого держал Конан.

– Вот ведь упрямый осёл… – проворчала она. – Я же говорила ему отдохнуть!

Конан затащил Феникса в мою комнату и аккуратно уложил на кровать. Я сняла с него ботинки, укрыла пледом, закрыла шторы, чтобы солнечный свет не беспокоил его. Только после этого мы вышли в гостиную.

Тут я наконец бросилась к брату, обняв его крепко, так, будто боялась отпустить.

– Засранец! Почему ты так долго?! Почему не приехал сразу, как узнал, где я? – я шептала, пряча лицо в его груди, вдыхая запах дома, яблок и корицы.

– И я скучал, Звёздочка, – прижал он меня крепче, его голос дрогнул.

– Я так испугался за тебя, – прошептал он, гладя меня по волосам. – Когда получил весть о смерти Дерека и обвинения… Я помчался в поместье, но тебя уже там не было.

– Лейла вытащила меня, – тихо сказала я. – Мы сбежали.

– Я так и понял, – он вздохнул. – Но потом пришла новость, что король объявил о твоей невиновности… Только никто не знал, где ты.

– Штормбрук привёз нас сюда. Я думала, что меня повесят, а оказалось, что король хотел показать знати, что он на моей стороне.

– Мать Дерека всё ещё пытается облить тебя грязью, – нахмурился Конан. – Но пока безуспешно.

Он наконец выпустил меня из своих медвежьих объятий и осмотрел, увидев узор на моей руке он поднял и стал рассматривать.

– Что это? Когда ты успела сделать татуировку?

– Я и не делала, я прикоснулась к проклятому дереву, и оно оставило мне это.

– Ты с ума сошла??? Зачем вообще было его касаться, Лейла ты куда смотрела?

Лейла стояла, скрестив руки на груди.

– А меня не было, я помогала Штормбруку в деревне недалеко отсюда. Ее не на секунду нельзя оставить одну.

– Все в порядке, правда, не переживайте.

Лейла кивнула и посмотрела на меня укоризненно, но промолчала. Мне так хотелось рассказать брату правду, но страх держал меня за горло. Врать стало почти привычкой.

– Ты надолго приехал? – спросила я.

– До окончания Велеса точно. Потом нужно будет вернуться в Хейзелфорд – слишком много работы.

– А я останусь здесь на полгода, – осторожно сообщила я.

– Полгода?! Что ты будешь делать в замке так долго? Ломать великих воинов?

Я рассмеялась.

– Здесь есть придворный маг. Он занимается исследованием древнего проклятья. Мне позволили ему помочь.

– Ты всегда любила загадки, – с улыбкой сказал Конан. – Так что рад за тебя. А сегодня что делаем?

– Может… библиотека? – начала я.

– Только не это! – одновременно воскликнули Конан и Лейла, засмеявшись.

– Нет, сестрёнка. Я хочу в таверну – есть мясо, пить эль и наслаждаться жизнью!

– Я знаю отличное место, – оживилась Лейла. – Кейре тоже полезно развеяться.

Я согласилась без колебаний. Провести день с семьёй, даже в шумной таверне, казалось мне счастьем.

Перед уходом я заглянула в комнату. Феникс всё ещё спал. Он выглядел спокойным, умиротворённым. Его чёрные волосы разметались по подушке, напоминая ночное небо. Я на мгновение замерла, но сдержала желание коснуться его.

На конюшне нас ждали хорошие лошади. Мы выбрали самых спокойных и отправились в город.

День и вечер пролетели в смехе, воспоминаниях о Хейзелфорде и разговорах о новых бедах. Конан рассказал, что в их городе тоже объявился вампир – сильный, опасный, стали пропадать молодые девушки, кого-то нашли мертвым, а кто-то пропал навсегда. Только огненная магия Конана позволила выследить вампира и остановить.

Новости эти были очень беспокойными, появление вампиров в разных городах Аредандии могло свидетельствовать о том, что Гроусфилд, страна которой правили кровавые ведьмы, войска которых состояли в основном из вампиров и вурдалаков, направили своих шпионов. Похоже они что-то готовят. Надо будет рассказать Фениксу о своих подозрениях.

Эта мысль тревожила меня сильнее, чем я хотела признавать.

В замок мы вернулись уже далеко за полночь. Я была изрядно пьяна – эль оказался коварным – и, пошатываясь, добралась до своей комнаты.

Я была уверена, что Феникс уже ушёл, поэтому с глухим вздохом упала на кровать прямо в одежде… И почти сразу провалилась в тяжёлый, глубокий сон.

Глава 20.

"Иногда самые сильные связи рождаются из самых неловких моментов."

– Из записей мудреца Риандела

Было так тепло, так уютно, что мне не хотелось открывать глаза и тем более вылезать из кровати. Я прижалась к источнику тепла ещё сильнее, надеясь продлить это сладкое забытьё. Но вдруг что-то рядом со мной пошевелилось – и я в ужасе вскочила на постели.

– И тебе доброе утро, – лениво проговорил голос, в котором сквозила тихая насмешка. – Ты ведь сама оставила меня в своей кровати, так почему так сильно испугалась?

Передо мной, удобно раскинувшись на подушках, лежал Феникс Штормбрук. Его глаза, полуприкрытые длинными ресницами, смотрели на меня с ленивой усмешкой, его рубашка что была расстегнута почти до пояса открывала его грудь, расписанную татуировками. Он выглядел чертовски расслабленным, будто находился у себя дома.

– Ты! – я ткнула в него пальцем, возмущение, гнев и затаенный страх бурлили во мне. – Ты упал на меня вчера от переутомления! Я пыталась тебя дотащить и уложить спать! Когда я вернулась ночью, я думала, что ты уже ушёл!

– Ты была так пьяна, что просто рухнула на меня, прижав так сильно, что я не мог двигаться – ухмыльнулся он. – Ты даже не заметила меня? И с кем это ты так напилась?

Тут я почувствовала глухую боль в голове – остатки вчерашнего эля давали о себе знать. Я собрала магию в ладони и тихонько направила её внутрь себя, излечивая похмелье. Лечебная магия была благословением, особенно в период похмелья.

– Черт, не твое дело с кем и как я провожу время… – буркнула я, морщась. – Почему тогда не ушёл?

– Не смог, – он пожал плечами, лениво потянувшись. – Ты свалилась на меня и так крепко уснула, что будить тебя было бы преступлением.

Он вновь улегся поудобнее, заложив руки за голову, и лукаво улыбнулся.

– Я проголодался от нашей перепалки, присоединишься?

Я не знала, чего хочу больше: чтобы он исчез из моей комнаты, чтобы я позавтракала… или чтобы я его придушила. Но тут мой живот громогласно заурчал, предательски выбрав за меня.

Феникс рассмеялся и встал.

– Пока ты думала, твой желудок принял решение за тебя.

– Мне нужно умыться, – бросила я через плечо, направляясь в ванную. – И тебе тоже, рекомендую.

– У тебя десять минут, пойдем поедим с Адамом и Розалией. У них всегда отменные завтраки.

Я захлопнула дверь ванной, проклиная эль, глупость и свою собственную неосмотрительность.

Открыв шкаф, я выбрала светло— голубую тунику с вырезом на груди, куда более глубоким, нежели я носила обычно, а также темные легкие штаны, одежда все еще висела на мне после болезни и мне пришлось одеть тугой широкий кожаный пояс, вот только в нем моя грудь стала казаться больше, чем была на самом деле. Ну и пусть. Пусть этот самодовольный воин немного понервничает. Мне хотелось задеть, посмотреть, как он нервничает, не понятно зачем…

Он уже ждал меня в гостиной…, он успел привести себя в порядок и переодеться. А еще он совершенно потерял дар речи.

– Ты не хочешь сам, где-нибудь позавтракать? Без меня? – холодно бросила я, проходя мимо него в сторону сада.

Он продолжал смотреть на меня, будто забыл, как дышать.

– Ты выиграла, – наконец прошептал он, голос дрожал от напряжения. – Я прошу прощения, что остался. Но… – он тяжело выдохнул – теперь переоденься.

– И не подумаю, – растянула я каждое слово, наслаждаясь его внутренней борьбой. – Мне очень понравился этот пояс. Думаю, он идеально подходит к тунике.

Через мгновение он уже стоял передо мной, нависая, словно туча перед грозой.

– Переоденься, Кейра, – его голос был резким, словно удар хлыста, я вжалась, как будто ожидая удара, он заметил и немного смягчившись, отступил.

– Я знаю, что ты делаешь. И это работает. Ты достаточно опытна, чтобы понимать последствия.

Его глаза – ледяные, как северный ветер – метали молнии.

– Здесь ты потенциальная мать будущего ребенка короля, пока вы не решите иначе. Думаешь, Стефан будет в восторге, если ты станешь разгуливать так, словно ищешь себе развлечение на ночь?

–А что насчет тебя, Штормбрук? – я ткнула в него пальцем – Ты должен был уйти вчера, но остался и что теперь скажет король когда об этом узнает?

–Он не узнает, меня тут никто не видел. Лейла ночью так и не вернулась. Но ты права, это было неосмотрительно с моей стороны.

Его слова ударили в самое сердце. Я вспыхнула, осознав, насколько безрассудно себя веду. Фыркнув, я развернулась на каблуках и с грохотом захлопнула дверь своей комнаты.

Через несколько минут я вышла, уже в более скромной одежде. Молча прошла мимо Феникса, который на этот раз только вздохнул, но больше не пытался меня остановить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.