JiNxX JiNxX
Песнь Хаоса

Глава 1. «Падение небес и нити судьбы»

Falling like angels

Out of the dark and into a dream

Come all ye faithful

Light up the sky for all to see

We're falling like angels

– День сегодня хороший, – стражник сощурился, смотря на чистое голубое небо.

– Вот бы на рыбалку, – второй мечтательно разглядывал спокойное море, думая о рыбацкой деревне, расположенной неподалёку. – Может и сходить. Вечером.

– После смены, – кивнул страж.

Золотой Берег был превосходным местом для размеренной жизни. Море всегда было дружелюбным и щедрым. Песок сверкал под лучами солнца. Множество небольших деревень пестрили крышами невысоких домов. И главный прибрежный город – Броафаст, окружённый зелёными холмами, радовал глаз невысокими башнями. Путешественники любили безопасные долины и тёплые берега, добродушных простых людей и царящую идиллию.

Стража сменяла друг друга, каждый раз отвечая, что на посту спокойно. Изо дня в день текла жизнь со своими радостями и печалями. Солнце поднималось, освещая берег, и заходило, обещая точно такой же день.

Однако сегодня всё было по-другому для одного человека. Им был Эйнар, который уже как неделю расхаживал гордой походкой по родному городу в звании главы стражи. От увеличившейся ответственности он ещё больше распалялся, желая принести пользу Золотому Берегу. Были у него светлые волосы, выгоревшие под лучами палящего солнца, и глаза орехового цвета. Лицо его выражало добродушие, однако не стоило обманываться. Эйнар был превосходным воином, способным проявлять решительность в нужные моменты.

Ещё с детских лет он проявлял себя с самой лучшей стороны: отзывчивый, добрый, открытый. Все в округе знали и любили его. Кто поможет отнести тяжёлые ящики? Кто укажет дорогу? Кто заступится за слабого? Конечно, Эйнар. Поэтому никто не сомневался в том, что он станет стражником, чтобы, будучи взрослым, помогать своей маленькой родине.

Идя по улице, Эйнар постоянно отвлекался на чей-то оклик. Махал рукой в ответ, кивал и желал хорошего дня. В местных лавках ему с удовольствием делали скидку, выбирая самый лучший товар. Кто-нибудь другой мог бы от такой благодати и внимания совсем забыться, однако не Эйнар, который не брал больше, чем дают, и ни в коем случае не собирался пользоваться положением.

Знакомые год назад начали намекать, что пора бы и жениться. А что? Эйнар имел хороший заработок и репутацию, ещё годик другой и точно станет главой стражи. Вот только он не торопился. Кто-то думал, что он ждал ту самую, кто-то считал, что его геройскому уму было не до того. А Эйнар всего-навсего впадал в ступор, когда разговор доходил до дел сердечных. И, честно, как-то не задумывался над столь деликатным вопросом.

Итак, в начале речь шла о двух стражниках, которым не терпелось снять форму и расслабиться под тёплыми лучами. Как раз к их разговору подошёл Эйнар, проверяющий посты.

– И, действительно, славный день, – широко улыбнулся Эйнар. – Однако и полдень не пробило, чтобы мечтать об отдыхе.

– Да, мы просто, – заколебался стражник.

– Так, посмотрели, что ясно, да как бы не подумать о рыбалке.

– У вас спокойно? – спросил Эйнар, прерывая оправдания.

– Так точно!

– На территории чисто!

Эйнар удовлетворённо кивнул и опустил взгляд на берег. Свежий бриз приятно щекотал лицо. Но вдруг раздался гром, от которого оба стражника подпрыгнули. Один из них указал в ясное небо, посреди которого с грохотом раскрылся сверкающий портал, пропуская огромный летающий корабль. Его мерцающий в свете корпус бросал зловещую тень на кристально чистые воды моря внизу. Щупальца-двигатели беспомощно извивались в воздухе. Корабль вилял в воздухе, точно управление было потеряно.

– Защити нас Хельм! – воскликнул стражник.

Эйнар сощурился, рассматривая незнакомый механизм, вспоминая про иллитидов, про которых он читал в детстве. Корпус корабля был усеян рядами светящихся глаз, которые следили за падением, а из его центрального отверстия вырывались потоки густого чёрного дыма. Всё скрипело и кренилось. Море отражало огнистые блики и гигантскую тень, отбрасываемую судном. Курс его постепенно смещался в сторону берега.

– Немедленно предупредите всех об опасности! – скомандовал Эйнар, обеспокоенно смотря на берег, где располагалась небольшая рыбацкая деревушка.

День и вправду был ясным.

***

После резкого толчка Телль Амакиир стукнулась лбом о стекло капсулы, служившей ей своеобразной тюрьмой. Сколько она пробыла во сне трудно было сказать. Что можно было знать наверняка, так это то, что вокруг творилось нечто из ряда вон выходящее. Тряска с трудом позволяла держать равновесие. Громкие звуки скрежета и падения обломков сбивали с толку. Телль попыталась сдержать панику. Её ноги не ощущали привычной земли. Где бы она ни была, это что-то летело и терпело крушение. Устройство корабля не напоминало ей ничего из того, что она видела: трубки, механизмы, пьедесталы с кнопками, панели, на которых горели фонарики. Лесных эльфов подобные технологии пугали. Телль попробовала пробить дверь, но она была запечатана снаружи. Если приглядеться, можно было увидеть знаки и завитки на корпусе. Эльфийка не знала их. Оттого приготовилась принять свою участь. Ей оставалось лишь наблюдать, отвлекаясь на сотрясения корабля.

Тем временем в зал вбежал человек. Его лицо выглядело рассеянным, а движения чересчур размашистыми, как будто тело не до конца понимало, кто им управляет. Он подскочил к панели, зацепил рычаг. Потянулся к кнопке, но между лопаток прилетел метко брошенный топор. В следующее мгновение в поле зрения эльфийки возник чернобородый гном, жестом, подзывающим к себе спутника. Уперев ноги в тело существа, он вытащил своё оружие. Следом появилась дроу – тёмный эльф из глубин Подземья, чьи глаза горели красным, выделяясь на светло-сиреневой коже. В отличие от своих собратьев у неё были не белые, а тёмные длинные волосы, заплетённые в две косы. На поясе блестел чёрный кинжал с рукоятью в виде паука. Она что-то ответила гному, после чего осмотрела зал с капсулами.

Телль решила воспользоваться шансом и, несмотря на не очень хорошие истории о дроу и вражду их рас, позвала на помощь. Со всей силы она заколотила кулаками по стеклу, зовя к себе. Дроу остановила взгляд на ней и подошла ближе, с любопытством рассматривая капсулу.

– Помоги мне!

– Нечего нам отвлекаться! – проворчал гном. – Идём! Если не доберёмся до рубки, считай, никто не выживет.

Однако дроу не торопилась, продолжая изучать символы.

– Мы тратим время! – закричал гном.

– Заткнись! – резко ответила дроу, метнув в гнома уничтожающий взгляд. Быстро осмотрев знаки, она сделала печальное заключение, которое из её уст звучало цинично.

– Я могу кое-что попробовать, – дроу бегло пробежалась по символам. – Однако, вероятнее всего, ты поджаришься заживо.

– Мы поможем, если доберёмся до рубки! – настойчиво напомнил гном. После очередного сотрясения, дроу кивнула спутнику, и они направились дальше по коридору.

Так Телль снова осталась в одиночестве, гадая, повезёт ей в этот раз или нет. Капсула по-прежнему не открывалась. Корабль подскочил вверх, встретив невидимую преграду. Стена на противоположном конце зала разлетелась. Вихри воздуха и брызги обеспокоенного моря ворвались внутрь корабля, который наклонился в сторону. В такой ситуации в капсуле казалось намного безопаснее. Телль напряглась, услышав странный скрежет, после которого дверь капсулы чуть приоткрылась. Молясь Миликки, эльфийка вцепилась в дверцу. После очередного толчка, капсула, точно потеряв соединение с корпусом корабля, начала крениться. "Уж лучше в капсуле упасть в море", – подумала Телль, в душе которой загорелась надежда и решимость. Корабль снова подскочил в воздухе. И капсула полетела прямо в дыру в стене.

Телль пришла в сознание. Руки мёртвой хваткой держались за стенки капсулы. Тело продолжала пробивать дрожь. Выбравшись наружу, эльфийка сощурилась изумрудными глазами, привыкая к солнцу. Море покачивало своеобразную лодку. Невдалеке высились башни города. Самое страшное происходило ближе к берегу. Обломки корабля разлетелись по нему, тут и там виднелись горящие тонкие деревья. Сам же исполин терял высоту, устремив оставшуюся часть корпуса на один из холмов. Телль вспомнила про гнома и дроу, что пытались найти рубку. Смогли ли они выжить? Кто-нибудь помимо неё ещё спасётся?

Корабль врезался в землю, превращая местность в бушующий пожар из обломков. Переведя дух, Телль опустила руку в воду, обратив внимание на запястье с отметиной. Знаки напоминали те, что были на капсуле. В центре клейма находился открытый глаз.

Небольшие волны начали слегка подталкивать капсулу, направляя её к берегу.

***

Фаэли часто задумывалась о загадочной и непредсказуемой силе судьбы, которая плетёт замысловатую паутину жизни. Для некоторых она проявляет небывалую щедрость и благосклонность, выкладывая путь к успеху золотыми нитями, позволяя с лёгкостью герою взобраться прямо на вершину славы. Другие вынуждены бороться с обрушивающимися на их головы невзгодами, словно судьба смела сор с остатков плетения более удачной жизни. Однако Фаэли никогда не причисляла себя к фаталистам и была уверена, что судьбу всегда можно изменить, имея желание. Ничего не предопределено. И у каждого есть возможность проложить собственный путь. Хотя, женщина допускала, возможно, у кого-то и были строго определённые судьбы, но что происходило с тем, кто шёл наперекор?

В идеальных представлениях Фаэли у всех были равные возможности для раскрытия своего потенциала, независимо от происхождения.

Детство Фаэли прошло в бедности и единственным выходом на тот момент было вступление в скромную, но набирающую обороты гильдию Ящеров, занимающихся контрабандой. Арбалет сам по себе удобно устроился в руках, а решительность не позволяла оглядываться назад. Год шёл за годом, работы всегда было достаточно, как и золота. С главой гильдии были хорошие уважительные отношения, да и с парой знакомых было весело пропустить кружку эля, однако в последнее время женщина начала оглядываться. Как бы сложилась её жизнь, если она не сбежала из нищеты? Также в ней и осталась или смогла бы открыть небольшую пекарню? Может, у неё была бы семья: трудяга-муж и непоседливая дочь, может, даже собака. В такие моменты Фаэли не понимала, откуда просачиваются столь ветренные мечты и старалась держать мысли при себе. Однако, когда дела гильдии внезапно пошли под откос, решительность пошатнулась. И чего ждать теперь?

Полгода назад на гильдию Ящеров как будто свалились все возможные несчастья. То их чуть не поймали стражники Золотого Берега, то чаще начали наведываться гоблины, оставляя слишком много ущерба. Потенциальные клиенты в ту же секунду испарились, ведь никто не хотел рисковать. Так заказов стало меньше, а вместе с ними и прибыли. Их логово, расположенное в пещере, начало пустеть. Многие начали уходить в другие организации, кто-то, как Кэльторн, лесной эльф, упрямо сидели на месте. Ему было всё равно где и на кого работать. Так что пока Ящеры существовали, он оставался с ними. Гардару мозги заменяла тяжёлая булава и он, скорее всего, поступит так, как ему скажет Кэльторн или Освальд.

Но Фаэли больше не могла с ними оставаться. Освальд, почуяв её желание покинуть гильдию, тут же начал обрабатывать разговорами свою лучшую наёмницу, это у него выходило хорошо. Женщина колебалась, но с каждым днём твёрже осознавала, что хочет двигаться дальше. Может, податься в город? Сбережений хватит, чтобы встать на ноги. К тому моменту найдёт честную работу.

Фаэли уже начала собирать вещи, когда Освальд радостно объявил об одном важном заказе. Он клялся, что всё устроил лучшим образом. Дело пустяковое, зато им неплохо заплатят, а это позволит восстановить плачевное состояние Ящеров.

– Послушай, Освальд, я не верю, что один заказ исправит наше положение.

– Зануда, – скривился Кэльторн. – Порадовалась бы.

– Чему? – резко спросила женщина. – Что мы на коленях ползаем, только чтобы заказ отхватить?

– Посмотрю на тебя, когда попробуешь к честной жизни вернуться, – насмешливо ответил Кэльторн. – Как там дела? Уже присмотрела домик на морском побережье? Или заложенного арбалета не хватит на мечту? Эй, Гардар, пойдёшь на новоселье?

– Не люблю воду, – тяжело ответил Гардар.

– Фаэли, Фаэли, – Освальд покачал головой, как бы показывая, что никогда не опустится до такой степени, – заказчик сам вышел на меня.

– Так чё надо достать? – в отличие от своих лесных собратьев эльф никогда не отличался изяществом и лёгкостью.

– Один артефакт, – главарь гильдии неохотно делился подробными сведениями. – Надо всего лишь порыться в одних руинах на Золотом Берегу. По факту для этого дела нужен только маг, поскольку артефакт, скорее всего, спрятан иллюзией. Но на всякий случай мне хотелось бы иметь поддержку.

– Гардару нельзя туда, – могучий воин задумался на пару минут.

– А это верно, – согласно кивнул эльф. – И тебе, кстати, тоже, Освальд. Помнишь, полгода назад чуть им не попались. А этот…их новый глава стражи дотошный, говорят, что мухи мрут. Постоянно рыскает и вынюхивает нарушителей закона.

– Мы пройдём тихо-мирно мимо Броафаста, – заготовлено ответил Освальд. – Прикинемся обычными путешественниками.

Все прекрасно знали, что хафлинг умел находить общий язык с самыми разными людьми от хмурых охранников до жадных купцов, так что большую часть соратников это устроило.

– Фаэли, ты с нами? – тон не принимал возражений. – Последнее дело и хорошая награда.

***

Адди, а именно так звали ту самую дроу на корабле, очнулась на берегу. Оглушённость по-прежнему не позволяла сосредоточиться. Кряхтя, она доползла до тени, где находиться было приятнее, чем под прямыми лучами солнца. Непродолжительный отдых дал немного сил. Сев, дроу первым делом проверила чёрный кинжал на поясе. Затем она выругалась на языке Подземья, отогнув рукав и рассмотрев клеймо.

Золотой берег был изрезан обломками, плавился от костров. Адди осмотрела местность, представляя, куда идти дальше. В одной стороне находился город, скрываемый клубами дыма. Видимо, придётся идти туда. Но сперва отдых.

Адди потёрла виски, вспоминая произошедшее на корабле. Вместе с Грогом, гномом, она добралась до рубки. Однако взять управление так и не вышло. Пока гном отбивался от монстров, размахивая топором, дроу тщетно пыталась разобраться с механизмом управления корабля. Интуитивно она как будто знала, что нужно делать, но в суматохе на горящей и падающей махине, было сложно сосредоточиться. Один рычаг вызвал странный щёлкающий звук, после которого ближайшие пустые капсулы открыли дверцы. Сложнее всего было управиться с самим полётом, чтобы перенаправить его хотя бы в море. Адди держалась, как могла, но отрубленное щупальце монстра влетело прямо в лицо. Глупая причина для падения. Повезло хоть с врождённой способностью дроу к левитации, которая она практически не пользовалась на поверхности, – это смягчило падение.

– Ну, и денёк, – раздражённо прошипела она под нос, поднимаясь. За гнома дроу не переживала и была абсолютно уверена, что этот неугомонный берсерк выживет наверняка.

Впереди показались руины. Следом за открывшимся видом послышались звуки борьбы. Визгливый писк, бьющий по ушам, резко оборвался. Вывернув из-за поворота, Адди вышла на открытую местность.

Эльфийка с бронзовой кожей вытащила нож из мозгоеда, чьи щупальца продолжали шевелиться. Рядом лежали два подобных существа. И мёртвый человек, видимо, рыбак, застигнутый врасплох.

Заметив чью-то тень, Телль подскочила, приняв боевую стойку. Но, узнав в незнакомке пытавшуюся её спасти дроу, смягчилась.

– О, ты, – эльфийка смутилась, поняв, что не знает, как разговаривать с представителем враждебной расы, – та дроу, что пыталась помочь мне.

Напомнив себе о манерах, Телль поспешно убрала нож, найденный у несчастного рыбака, чтобы не оттолкнуть собеседницу.

– А у тебя, – Адди опустила взгляд на убитых монстров, – изумительная тяга к насилию.

– Я защищалась, – поправила Телль и, махнув в направлении падения своей капсулы, добавила. – Мою капсулу прибило недалеко отсюда. Я видела, как эти твари напали на бедного рыбака, но не успела ему помочь.

Эльфийка замолкла, ощутив странный зуд на месте клейма, который перешёл в жжение в темени. Вибрация усиливалась пока не столкнулась с чем-то подобным. И в следующее мгновение перед глазами Телль пронеслись кадры: чернобородый гном, первый выбравшийся из заключения, с топором подбегает к ней, помогая выбраться; бег по коридорам; рубка; открытие капсул. Дроу до последнего пыталась поменять курс падения.

– Ты, – отходя от видения голос Телль был тише обычного, – тоже это почувствовала?

Несмотря на явное замешательство, дроу выглядела задумчиво. Похожая связь была с братом-воином ещё в те далёкие времена, когда они пытались выжить в Мензоберранзане. Но ничего подобного она давно не испытывала. К тому же эта связь была иной, какой-то инородной.

– И увидела, – кивнула Адди и отогнула манжет, показывая клеймо. – Это похоже на телепатию.

– Ощущается, как связь, как в, – Телль задумалась, – как в рое пчёл, да? Думаешь, это из-за клейма?

Несмотря на небольшие габариты, дроу удавалось произвести впечатление серьёзной и сосредоточенной личности, которая внушала уважение. Это не была привычная карикатура на тёмных эльфов. В её взгляде не было высокомерия, наоборот, в нём читалось безразличие, уходящее куда-то вперёд в пространство задумчивости. У Телль это вызывало ассоциации с философами и мыслителями, которым не был интересен физический мир, и они большую часть времени проводили в мире идей. Наверное, поэтому она сразу прониклась к незнакомке.

– Можно сказать и так, – после короткой паузы медленно произнесла Адди, как будто продолжая размышлять. Но яркий свет заставил её поморщиться, как от лёгкого покалывания – находиться под солнцем было неприятно. До сих пор. Сколько лет прошло после первых ожогов, кожа успела адаптироваться, но глаза по-прежнему резало от боли.

– Я не особо в этом разбираюсь, – быстро заговорила Телль, – и сперва по кораблю я подумала об иллитидах, однако…

– Ни одного из них ты не видела, – резюмировала Адди. – Это не они.

– Но корабль…

Адди красноречиво посмотрела на собеседницу. Было ясно, что это была очередная загадка, на которую нельзя было ответить сходу.

– Ладно, – не желая спорить, Телль согласилась, решив, что дроу, которые имели больше контактов с иллитидами в Подземье, знать лучше. – В любом случае, это клеймо, как бы вернее сказать, странное. Как будто магическое. Значит, нам нужен тот, кто специализируется в этом.

Адди не спешила отвечать или поддерживать разговор потерпевших крушение.

– Я видела город, когда подплывала к берегу, – эльфийка поняла, что теперь инициативу стоит взять в свои руки. – Хотела забраться повыше да посмотреть дорогу. Но, как оказалось, и на берегу небезопасно.

Дроу перевела взгляд в указываемом направлении. Мозгоеды.

– Вижу, к чему ты клонишь.

– Я не претендую на компанию, но у нас одна проблема в виде клейма. А вместе мы по крайне мере сможем защитить друг друга.

– Либо вместе погибнуть, – пессимистично добавила Адди.

– Можешь звать меня Телль, – эльфийка протянула руку, думая о том, принято ли так знакомиться у дроу. – Телль Амакиир.

Адди проигнорировала жест, однако не поскупилась на кивок.

– Впервые встречаю настолько дружелюбного лесного эльфа.

– Ну, – Телль смутилась, – ты же пыталась помочь мне выбраться из капсулы и сейчас ты по-прежнему ведёшь со мной разговор и не пытаешься унизить или убить. Этого достаточно.

Адди вновь окинула эльфийку скептическим взглядом. Та была выше её, загорелая, с блестящими самой жизнью изумрудными глазами. Тёмные волнистые волосы небрежно спадали той на плечи. Коричнево-зелёный охотничий костюм был обычным и как будто специально был сделан с расчётом на неприметность.

– Пойдём, попробуем осмотреться, – дроу направилась по единственной тропе, поднимающейся вверх, и добавила. – Меня зовут Адди.

Они поднимались на небольшой холм, рассматривая последствия аварии. Одинокие почерневшие деревья горели оранжевыми искрами, которые постепенно угасали, как и жизнь в них. Обломки корабля. Лужи крови. Картина приводила в ужас Телль. "Столько ран, столько боли," – думала она, слушая голос природы. Адди, напротив, нисколько не выдавала сочувствия. Её отрешённый взгляд лишь поверхностно коснулся окружения.

– Как думаешь, многим удалось спастись? – спросила Телль, прерывая гнетущее молчание.

– Как минимум, двоим.

– Ты помнишь, как оказалась на корабле?

– Я всё помню, – также безучастно ответила Адди.

Невдалеке виднелись останки одного из отсеков корабля, на котором снующими тенями мелькали мозгообразные существа. Решив не попадаться им на глаза, спутницы тихо направились в обход. Они продвигались медленно, озираясь и замирая при каждом звуке, не подозревая о еще одном существе, затаившемся среди обломков впереди и пронзившем воздух противным визгом.

– Близко лучше не подпускать, – посоветовала Телль, жалея об отсутствии лука.

– Я и не собиралась, – спокойно ответила Адди. – Прикрой меня.

Телль отбивалась от первого монстра. Обвившееся вокруг ноги щупальце, она резким взмахом отрубила ножом и сверху нанесла критический удар. Подняв голову, эльфийка оторопела – дроу спустилась вниз, подзывая к себе оставшихся существ, готовых наброситься в любой момент.

– Что ты, – крик оборвался, когда в ответ ей показали стоять на месте. "Либо это безрассудство типичное для дроу, либо она решила умереть", – думала Телль, внимательно следя за происходящим, готовая в любой момент подоспеть на помощь.

Между ладоней Адди возник чёрные клубы материи. Произнеся заклинание, она вскинула руки вверх. И в следующее мгновение её и окружающих монстров накрыл чёрный туман, из которого один за другим вырвались щупальца, бросающиеся на чудовищ. Слышались лишь жалобные визги.

Когда туман растворился, монстры лежали на земле, Адди усмехнулась и игриво помахала эльфийке, предлагая спуститься.

– Дроу колдун?

– А что? – переспросила Адди с холодной дразнящей усмешкой. – Помимо страшных дроу, вам рассказывали о плохих колдунах?

– Нет, – Телль замахала руками, как бы отгоняя от себя стереотипы.

– Да брось, – дроу высокомерно приподняла подбородок. – Разрушительной магии бояться невежды. Хаос – это всего лишь одна из сторон, которой мы можем пользоваться.

Телль слышала об этом направлении магии и не то, чтобы оно пугало её, однако по описанию свидетелей никогда не приносило добра. Считалось, что колдуны поклонялись могущественным повелителям из преисподней, которые взамен верной службы даровали могущественные и уникальные силы. Но с первого взгляда Адди не казалось фанатиком и хладнокровным убийцей, хотя во взгляде, и сейчас Телль это увидела, горел потусторонний огонёк. Смотря прямо на спутницу, она заметила тёмные веснушки на носу и щеках.

– Спасибо, – поблагодарила Телль. – За то, что разобралась с этими противными монстрами.

– Наверное, – Адди сконфузилась, видимо, ей было непривычно принимать благодарность, – пожалуйста.

Из разрушенного части корабля, изрезавшую землю, было два пути. Один извилистой тропкой поднимался слева, а второй, каменистый, – шёл прямо. Поблизости не раздавались визги и шорох, поэтому Телль смело заявила, что поблизости подобных тварей оказаться не должно.

Осмотрев обломки в надежде найти что-нибудь полезное, эльфийка разочарованно вздохнула. Но тут она заметила пустую разбитую капсулу.

– Здесь приземлился ещё кто-то, – подытожила она, считая, что каждый заслуживает помощи. – Думаю, следует его найти.

– Зачем? – для дроу эта позиция казалась странной.

– А если он ранен?

– Был бы ранен, не ушёл далеко, – возразила Адди.

Телль посмотрела на ближайший скалистый подъём и на тропу.

– Скорее всего, они обе приведут вон туда, на холм. Оттуда заодно посмотрим, как дойти до города. Знаю, возможно, это не входит в твои планы, но давай разделимся и встретимся наверху.

– Хочешь найти того бедолагу? – осуждающе фыркнула Адди.

– Но мне же ты помогла. По крайне мере пыталась. Мы должны по возможности помочь.

– Я никому ничего не должна.

– Ладно, – смирилась Телль с упрямством спутницы. – Просто поднимайся наверх по тропе, а я пойду по другой и попробую узнать, что случилось с человеком. Крушение произошло недавно, здесь трупа нет. И, уверена, следы от него остались.

– Уверена, что хочешь этим заниматься? – Адди была настроена скептически, не понимая, как можно беспокоиться о ком-то, кого ты ни разу не видел.

– Я следопыт, так что, считай, находить следы я научилась раньше, чем говорить.

Адди пошла по тропе вперёд, выходя на нетронутую крушением природу. Здесь зелёная трава безмятежно перешёптывалась о необычном дне. Деревья печально клонили макушки, оплакивая своих сородичей. И гулял прохладный ветерок, зовя выйти к склону, с которого открывался чудесный вид на изумрудную долину. Свернув, дроу замерла, заприметив впереди чей-то силуэт.

Незнакомец был высок и широкоплеч. Бледная кожа контрастировала с чёрным костюмом. Узоры, вышитые золотыми нитями, украшали ткань, а из рукавов выглядывали кружевные манжеты. Завидев дроу, он замахал руками, зовя на помощь. Однако, будучи натурой недоверчивой, Адди не торопилась вестись на озабоченный тон. К тому же он не был человеком. Его тонкие и чуть заострённые черты лица явно были унаследованы от эльфов, но изогнутые рога и красные глаза выдавали примесь тифлинга. Полукровка? Не будь последних черт, можно было бы принять за обычного высшего эльфа.

Несмотря на потрёпанный вид, ему удавалось сохранить вид с иголочки одетого аристократа. Под глазами залегли тёмные круги, свидетельствующие об усталости и измождённости. Тёмно-рыжие короткие волосы с зачесом были слегка взъерошены.

Не стоял бы он посреди дороги, ведущей на холм, Адди бы и пальцем не шевельнула, однако другого пути не было.

– Мне нужна помощь. Вон там, в траве, – полукровка показал в сторону кустов, – я загнал ту тварь. Можешь её убить? С остальными же у тебя получилось.

Адди скептически посмотрела на широкие плечи незнакомца и внушающий рост, думая о том, что он смотрел (или следил?) за тем, как она справилась с мозгоедами. Его глаза искрились интеллектом и озорством, придавая загадочное и притягательное очарование.

– Сам убивай. Судя по виду тебе это по силам, – не желая задерживаться, Адди направилась дальше по тропе.

– А я-то рассчитывал на твою доброту, – разочарованно вздохнул полукровка.

Бесшумно он подскочил к дроу со спины и приставил кинжал к горлу, следом повалив на землю. Однако Адди была не из жертв. И хоть враг оказался необычайно тихим, заставив её врасплох, она не потеряла боевого духа. Борьба продолжалась недолго. И вот, улучив момент, дроу укусила противника за предплечье. Отскочив друг от друга, они поднялись, не спуская подозрительных взглядов.

– Видел, как ты свободно разгуливала по кораблю, пока я сидел в капсуле. Что вы со мной сделали? – стоило красивой маске упасть, как появился весьма требовательный и мрачный тип.

– Меня поймали так же, как и тебя, полукровка, – Адди выбрала тон общения для уровня недалёких болванов. – Я не причиню тебе вреда. Пока что.

– Какая наглая! – полукровка драматично взмахнул рукой. – Ай!

Знакомое жужжание в темени соединило на мгновение их разумы, показывая последние моменты спасения с корабля. Только образы в голове незнакомца были окутаны тенью. Город. Ночь. Тёмные закоулки. И всё исчезло.

– Теперь соизволь убрать клинок.

Телль увидела их, когда незнакомец убрал клинок за пояс.

– Вот видишь, – обратилась к ней дроу, – жив и здоров. Теперь ты спокойна?

– У тебя тоже есть эта отметина? – Телль продемонстрировала клеймо. Полукровка отогнул манжет и издал нечленораздельный звук, явно не выражающий восторга.

– Конечно! Как же иначе? – незнакомец драматично заметался из стороны в сторону, нервно смеясь. – Куда ещё чуднее?! Ну?! Что с нами сделали? Мы превратимся в монстров? Станем рабами? Из нас полезут щупальца?

– Скорее, первое, – холодный раздражённый тон Адди пресёк дальнейшее представление.

– Мы как раз собираемся в город на берегу, – Телль указала примерное направление. – Найдём там целителя и избавимся от этой метки. Ты мог бы пойти с нами.

– Присоединиться к стаду? – незнакомец улыбнулся краем рта. – Я о таком не думал. Хм, однако с этой штукой, чем бы она ни была, стоит разобраться. Что ж, тогда вперёд, – опомнившись, он обратился к дроу. – А я-то собирался украсить окрестности твоими кишками. Приношу свои извинения.

– Думаю, извинений будет недостаточно, – Адди гордо приподняла подбородок, прожигая его взглядом.

– Извини, цветы и вино закончились, – язвительно ответил полукровка. – Но могу представиться – Айи Эльдоран.

– Приятно познакомиться, Телль, – эльфийка кивнула в приветствии. Адди лишь проворчала в ответ. Только не хватало ещё одного раздражителя.

Втроём они забрались на холм и, осмотревшись, пошли по нужной тропе. Телль уверенно шла впереди. Адди старалась идти в стороне.

– Мне всё же не даёт покоя то, что я увидел в твоей голове, дроу, – болтовня Айи не прекращалась. – Ты обрушила корабль на это богом забытое место. Столько разрушения от рук одной маленькой дроу. Можешь представить, сколько жертв? Сколько крови. Боли.

Адди проигнорировала вопрос, не собираясь оправдываться. У неё не было шансов предотвратить падение корабля. Может, дело было в неисправном управлении и напавших мозгоедах, а, может, дело в её особенности создавать разрушения везде, где она появляется.

– Просто хотел сказать, что я восхищён. Сам бы с удовольствием разобрал на мелкие кусочки это паршивое место.

Телль медленно остановилась, увидев вдали четверых спорящих людей. Худой нескладный эльф что-то упрямо доказывал своим спутникам, то и дело показывая в сторону крушения корабля. Светловолосая женщина с арбалетом хмурилась – предложение ей явно не нравилось. Между ними стоял невысокий и коренастый хафлинг, одетый в потрепанную кожаную куртку и мешковатые штаны. И на первый взгляд его можно было принять за обычного сельского жителя, однако острые черты лица с узкими карими глазами, постоянно бегающими в поисках новых возможностей, говорили о не совсем честном способе заработка. Его курчавые русые волосы, зачёсанные назад, открывали лоб, усыпанный мелкими морщинками. Над всеми тремя спорящими возвышалось могучее тело воина, закалённое в бесчисленных битвах; его лицо, изборожденное шрамами, свидетельствовало о пережитых им испытаниях и сражениях. Но больше всего Телль напрягла шипастая головка булавы в его руках. Сделанное из тёмного железа, оружие было покрыто пятнами ржавчины.

– Эта махина упала прямо с неба, – повторял эльф Кэльторн. – Что это, если не подарок судьбы? Мы в раз разбогатеем.

– Как же руины? – напомнила Фаэли. – Думаешь, заказчику понравится наша задержка? Я не для того рисковала, чтобы в последний момент взять и сорваться не пойми куда. Освальд, ну, хоть ты ему скажи.

За последние дни нервы женщины натянулись сильнее. Они ничего не знали о заказчике. С ним общался только хафлинг и постоянно уходил от ответа. Секретность, казалось бы, обычной вылазки в руины нагоняла напряжение.

– Вот увидишь, – погрозил Кэльторн, – не мы, так кто-то другой найдёт корабль. Гардар!

– Ну, тут вроде недалеко идти, – кивнул воин.

– Но у нас есть заказ, – в другой ситуации Освальд был бы не прочь поживиться на разрушенном корабле. – И мы ответственно к нему подойдём.

– Но мы ответственные, – согласился Гардар, на что эльф злобно заворчал.

– Сперва руины, – настояла Фаэли. – А потом катись к своей мечте на морском берегу.

– К тому моменту, – Кэльторн после спокойного начала резко воскликнул, – там ничего не останется!

Эльф резко умолк, заприметив необычную троицу.

– А вот и конкуренты пожаловали!

Телль пообещала своим спутникам договориться с подозрительной компанией и подошла ближе.

– Что ты слышала? – Фаэли направила арбалет в сторону миловидной эльфийки. Не хватало им конкурентов.

– Н-ничего, – немного опешив от холодного приёма, Телль показала, что не собирается сражаться. – Мы потерпели крушение и просто идём до ближайшего поселения.

– Так вы с того корабля? – глаза Кэльторна жадно заблестели. – Там есть, чем поживиться?

– Не думаю, что это хорошая идея, – Телль оглянулась. Из-за холма по-прежнему валил дым. – Там полно монстров.

– Вот видите, – Фаэли опустила арбалет и победно взглянула на эльфа, а затем, требуя принять решение, уставилась на хафлинга.

– Но как вы выжили? – поинтересовался Освальд.

Телль успела расслабиться, видя, как враждебность уступает место любопытству. Однако Адди не разделяла её мнения. Уж больно подозрительный взгляд у хафлинга. От таких потом получаешь нож в спину.

– Везение, полагаю, – равнодушно ответил Айи. – Так вы готовы глотку порвать любому из-за каких-то побрякушек?

– А ну повтори, – набычился Гардар, приподняв булаву.

– Спокойно, Гардар, – дал команду Освальд.

– И что помимо монстров там есть? – Кэльторн по-прежнему надеялся услышать о несметных богатствах.

– Мозгоеды, – огрызнулась Адди. – Которые ищут таких, как вы. Хотя, наверное, мимо них вы пройдёте спокойно.

– Думаешь, самая умная? – Кэльторн потянулся за клинком на поясе. Не важно, слышали они что-нибудь о руинах и артефакте, следовало избавиться и от свидетелей, и от чересчур борзых дроу.

– Ну, на данный момент, – Адди проигнорировала красноречивый взгляд Телль, умоляющий помолчать, – я иду от катастрофы. Так что да.

– Впрочем, мы вас ни в коем случае не осуждаем, – дипломатично добавил Айи. – Ступайте, куда вздумается. Кто знает, может, настоящие монстры – мы.

– Полукровке лучше знать, – Кэльторн достал меч и кивнул воину, давая команду активировать боевой режим. Айи пропустил колкий намёк о своём происхождении, чем больше разозлил эльфа. Но того жестом остановил хафлинг.

Освальд был слабым волшебником, но компенсировал этот недостаток своими дипломатическими навыками и организаторским талантом. Именно благодаря его чутью гильдия Ящеров быстро поднялась и разрослась. Последний период, конечно, оставлял желать лучшего, но не всегда же быть белой полосе.

– Послушайте, – Телль повысила голос, чтобы привлечь внимание, – мы не напрашиваемся на конфликт, нам просто нужно попасть в город.

– Пусть идут, – наконец вынес вердикт Освальд.

Гардар расстроенно опустил булаву.

– Ты свихнулся?! – вопреки бурному недовольству Кэльторн убрал клинок в ножны. – Отпустить? Их?

– Пусть, – Освальд многозначительно посмотрел эльфу в глаза, – идут.

Фаэли убрала арбалет, позволяя пройти странной троице. Лесная эльфийка, дроу и непонятная помесь тифлинга. Если хафлинг их отпустил, то это неспроста. Когда компания удалилась на достаточное расстояние, Освальд предложил сделать небольшой крюк.

– Неподалёку проходили стражники Броафаста. Надо передать им весточку.

***

Пока соратники изображали потерпевших крушение на заднем плане, Фаэли вдалбливала в голову молодого стражника описание недавно повстречавшейся им компании, добавив про себя предсказуемое обвинение в сторону тёмных эльфов. Эйнар сперва недоверчиво выслушивал женщину и косился на остальных, пытавшихся особо не светить своими лицами. Но где-то на пятый круг заверений проникся болью потерпевших крушение и даже предложил помощь. Однако Фаэли сослалась на плохое самочувствие друзей.

– Боюсь, они не смогут быстро передвигаться, а вам, – Фаэли в который раз сделала акцент на слове, – необходимо догнать дроу и её приспешников.

Остальные стражники терпеливо ждали приказа.

– Я оставлю вам часть людей.

– Нет-нет, – спешно перебила Фаэли. – Они вооружены и очень опасны. Вы же знаете, насколько опасны дроу? Думаете, справитесь? А полукровка? Скалится так, аж кровь в жилах стынет.

После дополнительных уговоров страж принял самостоятельное решение немедленно кинуться в погоню за самыми опасными существами на свете. Фаэли вслед помахала рукой.

– Вот непробиваемый, – перевёл дух Кэльторн, вставая с земли. Сидеть и корчится от боли ему надоело ещё на втором кругу объяснений.

– Отличная работа, – похвалил Освальд и достал карту с отмеченным местом. – Идём, руины должны быть неподалёку.

***

Оставшийся путь до города, чьи башни постепенно приближались, Телль думала о том, что разговор мог пройти более гладко, если бы не вмешались двое спутников, оказавшимися теми ещё занозами. Может, они пока и не замечали, но дроу и полукровка стоили друг друга. Одна умная и язвительная, а другой – задорный шутник. Впрочем, жаловаться было не на что, да и ситуация закончилась более-менее удачно.

Однако, вопреки ожиданиям, дорога стала петлять, а местами горящие обломки создавали лишнее препятствие, заставляя обходить. Так солнце начало клониться к горизонту, когда у последнего, по расчётам эльфийки, поворота, их остановила стража во главе с молодым человеком.

– Я – Эйнар Де'Вастарр, глава стражи Броафаста, – объявил он. – И вы арестованы.

– П-постойте, – Телль выступила вперёд, – это какая-то ошибка.

– Надеюсь, вы проявите благоразумие и не будете оказывать сопротивления.

– Нам всё равно нужно в город, – тихо произнёс Айи, пожав плечами. Телль не могла не согласиться с ним.

Глава 2. «Грош цена твоим словам»

Face it your highs turning to dust now

Don't you think it's time to find another path in life?

Because you, my friend, just waste your time here

Day by day, and night by night

When will you accept what might have been will not arise?

Заросли рощи, прятавшиеся прямо под отвесом скалы, удачно прятали остатки руин. Если бы случайный путник забрёл сюда, то в лучшем случае увидел пару разрушенных колонн и покрытых мхом камни. Даже мысли не закрадывалось о наличии входа.

Поэтому Фаэли при первом взгляде слегка растерялась. Она больше доверяла чутью Освальда, а не заказчику, который любезно пометил примерное место входа в подземелье.

– Лучше бы мы пошли к кораблю, – уверенно заявил Кэльторн. – Весьма надёжно. И по крайне мере понятно, что искать.

– Мы ответственные, – повторил Гардар.

Освальд тем временем как будто измерял шагами расстояние. Он внимательно всматривался в окружение, пытался убрать поросль с камней, чтобы найти заветную дверь. Наблюдая за спором эльфа и воина и периодически поглядывая на хафлинга, Фаэли отдыхала под тенью дерева, отчасти радуясь, что их приключение практически подошло к концу. В подземелье им могут угрожать только ловушки, которые наверняка вышли из строя под гнётом времени. Хотя с чего она взяла, что там обязательно должны быть ловушки? Фаэли внимательно осмотрела оставшиеся колонны и камни, пытаясь воссоздать в воображении то, что некогда здесь находилось. Был ли это храм, скромная обитель для уставших путников или тайное логово разбойников, было трудно сказать, поскольку никаких опознавательных знаков не осталось. Да и место давно заброшено и забыто.

– Эй, Гардар! – довольно позвал Освальд, наконец найдя что-то похожее на вход. – Мне нужна твоя сила!

Гордо улыбнувшись, мужчина с булавой наперевес подошёл к главарю контрабандистов и уставился себе под ноги. Повисла пауза. Покачав головой, Освальд постучал ногой по некогда каменному полу, изборождённому трещинами.

– Бей.

Кэльторн отошёл в сторонку, а Фаэли прикрыла уши руками. Гардар замахнулся булавой так, что засвистел воздух, и со всей силы ударил по самой большой трещине. Освальд, стоя на безопасном расстоянии, вытянул шею, смотря на результат.

– Отлично, продолжай!

С каждым тяжёлым ударом в стороны разлетались маленькие осколки и камушки. Земля под ногами дрожала. И постепенно разлом стал увеличиваться. Гардар вовремя отпрыгнул, когда с грохотом камень провалился вниз, образовав дыру. Освальд заглянул, видя лишь темноту, однако пробившийся свет давал возможность рассмотреть очертания комнаты.

– Нам туда? – Кэльторн склонился над дырой в земле, прикидывая, что не так уж и глубоко прыгать. Хафлинг ответил не сразу, как будто пытаясь почувствовать нужное направление.

– Да, – уверенно и бодро ответил Освальд и посмотрел в сторону Фаэли. – Идёшь?

Та кивнула, но вышло неуверенно. Видимо, оглушил звук смертоносной булавы.

– Или боишься? – подразнил Кэльторн.

– Конечно, нет, – Фаэли покачала головой, отгоняя наваждение. – Просто задумалась.

Все немного удивились, спустившись под землю. Пока хафлинг помогал с помощью простого и единственного, по его мнению, фокуса зажечь факелы, Кэльторн, благодаря острому эльфийскому зрению, успел осмотреть помещение.

Единственный источник света проникал через проломленную булавой дыру, отбрасывая блеклые лучи на старые стены, покрытые вековой плесенью. Сырой воздух был пропитан запахом затхлости и распада. В углах стояли глиняные горшки, изъеденные шкафы с покосившимися дверцами пустовали.

Когда зажглись факелы, Фаэли облегчённо вздохнула: мрачность места напрягала. Бытовая обстановка также подействовала успокаивающе. Хафлинг на правах главного смело шагнул в следующий за хлипкой дверью коридор. Однако и там кроме паутины и затхлости ничего не было. Они прошли в соседние комнаты, не найдя ничего интересного И пока Фаэли тревожно озиралась по сторонам и потихоньку успокаивалась, Кэльторн лишь сильнее разочаровывался.

– Я надеялся, что здесь будет, чем поживиться, но в трущобах и то больше полезного, – проворчал он, вспоминая про упущенную возможность обобрать целый корабль.

– Не грусти, Кэль, – Гардар опустил тяжёлую ладонь тому на плечо, отчего эльф чуть не прогнулся.

– Я не грущу, – сдавленным голосом ответил эльф и, выбравшись из-под поддержки воина, недовольно продолжил, – просто, когда я отправляюсь в некие руины, я ожидаю увидеть нечто большее, чем горшки и плесень.

Оставалось лишь догадываться, какой артефакт был спрятан в этом месте. Хафлинг выглядел сосредоточенным, поэтому Фаэли решила его не беспокоить. Гардар тем временем объяснял эльфу, какое ответственное дело лежит на их мускулистых плечах, свято веря, что артефакт позволит им вновь поднять дело Ящеров. Кэльторн долго отмахивался от каждого аргумента, но наконец устал спорить и предложил поскорее найти загадочную вещь.

Постепенно шаг хафлинга замедлялся, на заострённом лице читалось недоумение. Его не могли обмануть. Место точно то самое. Но эльф был прав – даже в самом неблагополучном районе можно было найти что-нибудь ценное. А здесь – абсолютно ничего.

– Похоже на складские помещения, – задумчиво произнесла Фаэли. – В храмах такое постоянно встречается. Помнишь храм Ильматера?

Гардар почесал затылок – кроме Талоса ему не было необходимости знать других богов.

– А вообще похоже, – согласился Кэльторн. В тот раз он воспользовался люком, чтобы через склад выбраться прямо на кухню. Повар был в лёгком шоке и потерял сознание.

И, правда, острое зрение эльфа заприметило что-то в тени. Едва заметный под слоем паутины рычаг не сразу бросался в глаза. Однако, к разочарованию Кэльторна, рычаг заклинило, и никакие усилия сместить его вниз оказались тщетными. Увидев затруднения соратника, Гардар отпихнул того в сторону и, используя грубую силу, заставил механизм заработать.

В тот же миг раздался гулкий грохот. Стена задрожала и, скидывая с себя слой пыли, заскрежетала, открывая потайной ход. Фаэли натянулась по струнке, испугавшись, что активируется ловушка, однако после грохота подземелье погрузилось в глухую тишину.

– Именно поэтому, – Освальд прибавил гордости голосу, – я не хотел отправляться один.

Ход выводил в просторный зал. Пол был покрыт замысловатой мозаикой, но её рисунок был скрыт под слоем грязи и пыли. Воздух здесь был ещё более отвратителен, чем в коридоре. Фаэли зажала нос и с любопытством огляделась. Ничего знакомого не проступало сквозь тень. Гардар закашлялся, вдохнув слишком резко. А вот Кэльтрон, казалось, перестал замечать неудобства. Его глаза жадно загорелись, предвкушая найти сокровища.

Посреди зала стояла разбитая статуя, её фрагменты были разбросаны по полу. Освальд напрасно напрягал зрение, пытаясь угадать знакомые черты. Изображение древнего и забытого бога было стёрто навсегда.

Фаэли склонилась над одним из осколков, который раньше был головой статуи. Оставшаяся часть представляла собой скол – большой глаз под изогнутой бровью и острые черты скул, под которыми виднелась тень ямочки, видимо, лицо изображало усмешку. Женщина не знала, отчего поёжилась, и предпочла не заострять внимание, пока воображение не сыграло злую шутку.

– Дверь, – Освальд указал на рельеф, скрывающейся прямо за статуей.

Пройдя через массивную дверь, контрабандисты оказались в следующем зале, но поменьше. В слабом мерцании факелов они заметили несколько резных картин на стенах, изображающих сцены древних ритуалов. Но и здесь с трудом можно было разобрать детали. Чувство опасности нарастало в груди Фаэли. Что бы ни показывали картины, она нутром чуяла, что там не изображались животные на поляне, освещённой солнцем. Что-то грязное и ржавое жадно въелось в картины.

Когда сапоги ступили на скрытую платформу, та сдвинулась вниз. Женщина испуганно замерла на месте, не зная, что делать дальше – бежать или стоять. Тяжёлая дверь за их спинами захлопнулась. И вдруг со стен вырвались потоки пламени. Огненные шары, размером с человеческую голову, летели со свистом и ревом, рассекая воздух. Кэльторн сбил испугавшуюся женщину с ног, тем самым спасая от огня. Он чувствовал, как горячий и раскалённый воздух едва коснулся щеки. Хафлинг, благодаря своим небольшим габаритам, пригнулся и отскочил в сторону.

Гардар оказался самым нерасторопным, но ему удалось избежать смертельной встречи с огненным шаром. Закашлявшись, Фаэли постаралась встать на дрожащие ноги, но Кэльторн оттолкнул её в сторону и начал быстро осматривать стены.

– Рычаг! – крикнул он, указывая на стену, возле которой прятался хафлинг. Освальд, кивнув, осторожно подобрался к нему и насел всем весом. Но тот упрямо не поддавался. Огненные шары врезались в стены, разбивались об пол, оставляя чёрные следы. Гардар, не думая ни минуты, кинулся на помощь.

Оглушённая Фаэли отползла к каменному возвышению, решив укрыться за ним. И внезапно грохот прекратился. Женщина осторожно выглянула, боясь увидеть мёртвых соратников или очередной огненный шар. Но всё стихло. Кэльторн поморщился, коснувшись ожога на лице.

– Давайте поскорее закончим с этим, – раздражённо бросил он, не желая комментировать свой вид.

Фаэли быстро осмотрела себя и, убедившись в целостности, перевела дух. Встав и подняв погасший факел, она дождалась, пока хафлинг вновь его подожжёт. Направив свет на каменную плиту, женщина начала рассматривать алтарь. Его массивные мраморные плиты, покрытые паутиной и мхом, восходили к потемневшему своду. Тени танцевали по его граням. И хотя обычно такое место имело следы жертвоприношений, однако на плитах не было ни одного следа крови. Поверхность алтаря была изрыта тонкими полосками, как будто кто-то скрёб камень, цеплялся за него, как за жизнь, и резал. Их перекрывали странные извивающиеся символы, которые вызывали нарастающее чувство тревоги. Каждый их изгиб скрывал в себе тайные знания, унесенные во тьму. Пустота, простирающаяся вокруг, внушала страх – навязчивое ощущение, что что-то ждёт на границах видимости, готовое пробудиться, как только сойдёт завеса забытья.

Фаэли вздрогнула, когда её тронул эльф, выводя из оцепенения. Образ алтаря ему также не нравился, но тратить время на его рассмотрение не собирался.

– Так что это за место, – во рту пересохло, Фаэли потребовалось время, чтобы задать вопрос.

Хафлинг в ответ лишь пожал плечами.

– Может баалисты баловались, – равнодушно предположил Кэльторн, стараясь не поддаваться панике.

– Баал – бог убийства, – не согласно покачала головой Фаэли, – тогда бы алтарь был в крови и было много…

– Трупов, – закончил тем же тоном эльф. – Изуродованных до неузнаваемости трупов.

– И символа нигде нет. Это, – женщина не могла подобрать слов, – странно.

Гардар тактично не вмешивался в разговор. Хафлинг устало вздохнул и повернулся к спутникам.

– Давайте сосредоточимся на нашем деле. Потом будете религию обсуждать.

– Так что же мы ищем? – вопрос прозвучал резче, чем рассчитывал эльф, его терпение было на пределе. – Будешь дальше молчать, пока мы не поджаримся? А этот твой заказчик без имени? Он предупредил тебя о ловушках? Ты сам-то знаешь, что ищешь? Или просто бредёшь наугад?

Хотя Фаэли и была согласна с негодованием спутника, однако считала, что сейчас было не лучшее время для ссор. Она посмотрела на своего босса, давшего ей возможность выжить и обеспечить себе более-менее приличную жизнь, и впервые разглядела морщинки усталости. Череда неудачных событий для гильдии всё же отразились на хафлинге. Кэльторн неумолимо наседал, требуя ответы.

– Меня бесит играть в эти игры. К чему охотиться за эфемерным прошлым, когда есть настоящее?

По кивку головы босса Гардар легко поднял эльфа в воздух, тот забрыкался, пытаясь освободиться.

– Освальд! – Кэльторн замотал в воздухе ногами. – Мы чуть не погибли! Признай, что никакая побрякушка с этой свалки не восстановит Ящеров.

– Тише, – Гардар покачал беспокойного эльфа, как плачущего ребёнка.

Фаэли невольно вздохнула, чувствуя, как напряжение в комнате нарастает, словно надвигающаяся буря. У всех накопилось прилично негативных мыслей. Хоть Кэльторн и делал беспечный вид, как будто не замечая бед гильдии, на самом деле он был зол. Он до последнего не хотел признавать, что в скором времени ему придётся покинуть их логово.

– Это всего лишь временные трудности, – безапелляционный тон Освальда ударил пощёчиной эльфа и тот перестал сопротивляться.

– Теперь ты это так называешь, – с грустной усмешкой заметил он. – Признай, что гильдии нет. Постоянные нападки гоблинов истощили наши запасы и силы, стражники постоянно ходят по округе и вынюхивают наше место, мы растеряли всех клиентов.

Хафлинг мрачно выслушал нападки и наконец разрешил Гардару отпустить эльфа.

– Да, гильдия испытывает трудности, – уже ровным тоном повторил Освальд. – Но я создал её, я был у самого основания и не позволю разрушиться, обещаю.

Фаэли сжала губы, начавшие дрожать. Как они докатились до такого состояния? Она верила словам хафлинга, знала, что он пойдёт на всё, чтобы защитить своё детище, но хватит ли ему сил?

– Я никогда не подводил, – продолжил Освальд, смотря прямо в глаза эльфа. – Так поверь и сейчас.

Кэльторн молча кивнул.

***

В окружении стражи потерпевшие крушение корабля вошли в Броафаст, ловя на себе любопытные и напуганные взгляды жителей. Перешёптывание волнами разливалось по округе. Народ был напуган недавним происшествием и был уверен, что видели виновников катастрофы. Для стражи это были всего лишь хитрые контрабандисты. А Эйнару просто выполнял свой долг и не путал мысли домыслами.

Перед входом в здание охраны порядка Айи задержался.

– То есть никакой вежливости?

– Тебе что, особое приглашение нужно? – грубо спросил стражник.

– Эм, да?

В ответ полукровку затолкали внутрь и, связав руки, оставили вместе со спутницами за прутьями камеры. Айи что-то бормотал о манерах и захолустье, которому не знакома городская жизнь, однако было видно, что что-то его отвлекло. Он то и дело удивлённо озирался, точно попал в пряничный домик, усыпанный сладостями, которые можно есть без последствий.

– Эй, ты, – окликнул стражник, напрягшийся от дикого взгляда заключённого, – в порядке?

– Я могу, – голос Айи перешёл на торжественный тон, – врываться в чужие дома.

– Об этом расскажешь старшему следователю.

Адди мрачнее тучи сидела на скамье, скрестив руки на груди и посматривая исподлобья на всех. Телль, наоборот, стояла, вцепившись в прутья решётки, упорно доказывая Эйнару допущенную ошибку.

– С вами поговорит следователь Ван. Всё ему и выскажете, – невозмутимо произнёс Эйнар.

– Да послушай ты, – не унималась Телль, – нам нужен целитель. Мы потерпели крушение, чудом выжили. Нам нужна помощь, а не чёртов допрос, дурачина!

Эйнар переглянулся со стражником. Кивнув ему, он начал открывать дверь.

– Давайте по очереди.

– Чур я первый! – выскочил Айи, которого тут же скрутили и повели на допрос.

Дверь с щелчком закрылась. Телль продолжала буравить взглядом стражника.

– Не волнуйся, скоро и ты пойдёшь, – ответил Эйнар и отвернулся.

Тем временем Айи расположился на стуле напротив следователя, приготовившего чистый лист бумаги. Это был мужчина средних лет, уставший от служебной волокиты. Ежедневная рутина потушила страстный огонь справедливости, оставив место скупости на слова и желанию, как можно скорее отделаться от нагрянувшей проблемы в месте, где их обычно не бывало.

– Рассказывайте.

– О чём?

– О крушении. Знаете, пострадала рыбацкая деревня неподалёку. А вы целы и невредимы. Или, может, вы те самые контрабандисты.

– Увы, мне нечего ответить, – печально вздохнул Айи. – Меня похитили. Ночью. А потом. Я увидел свет. Такой тёплый, яркий до рези в глазах, но в то же время приятный и тёплый до дрожи.

– Ты издеваешься?

– Я описываю свои ощущения. Но прочь эту чушь, верно? Вас интересуют только сухие факты. Хорошо. Факт: вы принесёте свои извинения, отпустите меня и моих спутниц.

– Да кто ты такой?

Айи сделал знак ждать. Делая пасы связанными руками, ему всё-таки удалось выудить из внутреннего кармана пиджака перстень с летучей мышью. Он положил вещь на стол с победным видом. Однако нужного эффекта не произошло.

– Серьёзно? Это такое захолустье? – Айи на мгновение растерялся, но неожиданно почувствовал знакомую вибрацию и зуд на месте поставленной метки. Он посмотрел прямо в глаза следователя и позволил появившейся внутри силе повести его мысли вперёд.

– Этот перстень – знак самого влиятельного человека, который известен во всем в Асаомонте и ближайших краях. Смекаете?

– Д-да, – завороженно произнёс следователь Ван, не отводя взгляд.

– Теперь расскажите, что произошло.

Лицо мужчины просветлело. И он монотонно начал рассказ. После крушения стражники отправились разведывать территорию и искать пострадавших. Обнаружив сожжённую деревню и обломки корабля, часть стражи и местных жителей-добровольцев, остались искать выживших. А Эйнар с небольшим отрядом отправились обратно в Броафаст, по дороге встретив четверых спасшихся путешественников, утверждающих, что корабль принадлежал некой дроу, которая и устроила весь кошмар. Этому никто не удивился. По большей части раса тёмных эльфов не славилась доброжелательностью, а после войны с эльфами и вечного проклятья, они ушли жить в Подземье. Зачастую именно их видели в союзе с другими враждебными существами типа гоблинов.

Также стражникам описали двоих спутников дроу, которые подозрительно ошивались рядом с руинами. И по подслушанному разговору было ясно, что они контрабандисты, решившие залечь на дно.

После рассказа следователь снова стал серьёзным и сосредоточенным. Он отрешённо взглянул на чистый лист, на котором, видимо, должно было что-то написано. Затем увидел перстень. Его глаза испуганно округлились.

– Ох, – выдохнул следователь, точно осознав самую большую ошибку в своей жизни. – Прошу прощения. Я. Мы. Мы не признали. В-встретить в такой дали…

– Всё хорошо, – понимающе произнёс Айи, убирая перстень. – Вижу, вы исполняете долг, как и я свой. Как только вернусь в Асаомонт, то непременно напомню о доблестных блюстителях правопорядка в.… где мы, кстати?

– В Броафасте, ваша милость, Золотой Берег. Самое спокойное и мирное место на земле. Тихая гавань нашей бурной жизни.

– Именно так и передам! – бодро заверил Айи, как бы невзначай показывая связанные руки. Следователь, охнув в очередной раз, снял путы. – Итак, господин следователь. Мне и моим спутницам нужно к целителю.

– Его у нас нет.

– Как? Везде есть целители! Как вы здесь живёте? Ах да, у вас же здесь тихая гавань.

– Прошу прощения, – следователь Ван подскочил, чуть не уронив стул, – у нас не так часто встречаются болезни магического характера. К тому же в роще Уланд полно целителей и друидов. У них там что-то вроде святилища. Идти дня два, а верхом никак.

Для остальных, не присутствовавших на допросе, время текло медленно. И они только догадывались, о чём идёт беседа и почему тянется. К тому времени Телль устало осела на скамью рядом с дроу. Ну, ничего. Вот сейчас она встретиться со следователем и скажет, что она арфистка с важной миссией и посмотрит, как быстро перед ней извинятся за задержку.

– Приношу свои извинения, – следователь Ван, вышедший из кабинета, приказал Эйнару отпустить заключённых. – Вышла ошибка. Но мне всё объяснили.

Телль непонимающе посмотрела на мужчину, ожидая, что вот-вот тот рассмеётся, однако вместо этого под гневные возгласы и упрёки Эйнара её вместе с дроу выпустили.

– Ван, это та самая дроу, что нам описали, – не унимался Эйнар. – Ты не можешь её отпустить.

– Может, – хитро ухмыльнулся Айи.

Следователь Ван отдал распоряжение стражнику позаботиться о гостинице для столь важных персон. А Эйнару сделал выговор за неподобающее поведение и попросил задержаться для очень важного разговора.

К добру или к худу, Телль пока не могла сказать точно, их по непонятной причине не просто отпустили, а разместили в отдельных номерах гостиницы, обеспечив сытным ужином. Айи так и не объяснил, с чего они вдруг стали важными, вместо этого он поведал о предстоящей дороге до рощи Уланд, где они найдут целителя.

***

В глухой тишине контрабандисты продолжил путь, вглядываясь сквозь тусклый свет факелов в безвыходную темноту.

Освальд старался держать моральный дух группы. Каждый его шаг был полон решимости, и Фаэли, шедшая рядом, отметила, как его уверенность выстраивает щит для её сомнений.

– Ещё один вход, – шепнул Кэльторн, указывая на тускло освещённое помещение в конце коридора, где едва заметный свет пробивался сквозь трещины. Арка вела в небольшую келью, где на стенах висели пыльные свитки, а книги, затёртые годами, располагались в неопрятных шкафах. На полу, покрытом толстым слоем пыли, находилась старая лежанка, обилие подушек на которой свидетельствовало о долгих ночах, проведённых в раздумьях.

– Здесь кто-то жил, – произнесла Фаэли, остановив взгляд на раскрытой книге. Хафлинг заметно напрягся. Гардар остался у входа, боясь своим могучим телом нарушить многовековой покой ушедшей души.

В тёмном углу едва виднелся силуэт, привлёкший внимание Кэльторна. Приблизившись, он обнаружил скелет, одетый то ли в монашескую рясу, то ли в балахон.

– А вот и житель.

Фаэли отвлеклась от эльфа и скелета, чтобы поближе рассмотреть свитки, надеясь найти подсказку появившимся вопросам. В чей же храм они пробрались? Но и здесь встретились те же символы, что и на алтаре. Вглядываясь в окружение, женщина неуверенно отступила, как будто стараясь отгородить себя от стен, исписанных незнакомыми символами и формулами. Кем бы ни был мертвец, он был безумен, расписывая стены кровью. Кэльторн тоже это заметил, но сохранил спокойный вид.

Освальд касался каждой книги и свитка. Как найти артефакт, скрытый иллюзией? Как ему ответили, нужно обладать магическими способностями, даже самыми незначительными, чтобы увидеть Плетение. Хафлинг сосредоточился, не обращая внимания ни на Кэльторна, стащившего амулет со скелета, ни на бледную Фаэли, решившую постоять вместе с Гардаром.

Сначала он почувствовал лёгкое покалывание. В ушах зашумело. Освальд напряг все силы, чтобы зацепиться за магический импульс. И вдруг как будто щёлкнул переключатель. Освальд настороженно приоткрыл глаза, прислушиваясь к тревожным звукам. По лицам спутников он понял, что никто больше их не слышит.

Шёпот становился всё чётче, окутанный невидимой фатой тайны, он призывал к себе, маня своими заклинаниями. Хафлинг шагнул ближе к полке, с которой исходили эти чарующие звуки, и увидел, что на её поверхности много пыльных томов и свитков, но лишь один из них, с потрёпанной обложкой, источал ту самую ауру магии, которую он искал. Освальд ощутил, как его сердце забилось чаще, и осторожно протянул руку, едва касаясь обложки.

В этот момент нарастающий шёпот словно обрёл форму, превратившись в полупрозрачные фигуры, которые колыхались в воздухе подобно призракам. Освальд собрал всю свою концентрацию, стараясь прочитать возникшие в воздухе символы. Неведомая сила вырывалась из книги, подобно дикому бешенному зверю. Освальд почувствовал, как в его венах закипает энергия, но продолжил концентрироваться, напоминая себе о цене за этот артефакт. И, наконец, как будто весь храм затаил дыхание. Хафлинг произнёс слова, что ускользали от понимания, обращаясь к самой сущности книги. Иллюзия рассыпалась бликами, осветив на мгновение фиолетовым светом келью.

Древний артефакт сам упал ему в маленькие цепкие руки. Освальд чуть не потерял равновесия от его тяжести. Устояв на крепких ногах, он быстро схватил тряпки возле лежанки и завернул в них фолиант, не успев как следует его рассмотреть. Дело сделано. И им пора возвращаться домой.

Освальд взглянул на своих уставших спутников и сердце по непонятной причине сжалось от тоски. Потухший взгляд Кэльторна и ожог на лице, растерянная Фаэли и верный делу Гардар. Его семья. Те немногие, кто остался.

Кэльторн внимательно следил за хафлингом и тот, немного поколебавшись, протянул тяжёлый артефакт Гардару.

– Силач справиться с такой ношей?

Гардар с почтением принял завёрнутый фолиант.

Тишина окутала заброшенные коридоры подземелья, словно покрывало из темноты. Выход через зал с огненной ловушкой был закрыт и уставшим спутникам осталось искать другой путь. Шаги Фаэли то замедлялись, то ускорялись, походка была неуверенной, но в глазах читалось сильное желание поскорее увидеть свет. Непробиваемый Гардар шёл вперёд, не видя препятствий, тогда как Кэльторн машинально плёлся следом.

Освальд, прислушиваясь, продолжал делать вид, что сосредоточен на пути, хотя его внутреннее состояние обострилось до предела. С каждым тихим звуком он ощущал, как нечто таинственное, зловещее проникает в его сознание.

Спустя долгое блуждание Кэльторн почувствовал на лице прохладный воздух, выходящий из коридора, и поморщился от чувствительного ожога. Фаэли приободрилась и с надеждой взглянула на хафлинга. Тот лишь рассеянно кивнул в ответ.

Гардар немного отстал от своих соратников – артефакт в какой-то момент показалось неимоверно тяжёлым. Воин остановился, чтобы поудобнее его взять, и только продолжил идти, как резкая острая боль пронзила руку. Обжигающее ощущение нарастало и, не в силах сдержать ярости, он отшвырнул артефакт в сторону, сдавленно рыкнув.

Фаэли подоспела первой, но тут же отшатнулась, ужаснувшись от неприятного зрелища. На предплечье кровоточила рана, напоминающая укус. Её края были неровными, как будто кто-то пытался откусить кусок мяса.

Кэльторн схватился за клинок и принял боевую стойку, решив, что на них напали. Однако по-прежнему мёртвая тень окутывала древние стены. И лишь лёгкая дрожь начала пробегать по земле, перекидываясь на стены и поднимаясь до самого потолка, где рассыпалась тихим зловещим смехом. Холод коснулся спины хафлинга. Он завертел головой, ища откинутый артефакт, чувствуя его зов.

Освальд склонился над свёртком, в одном месте ткань порвалась, открывая кусочек фолианта, но следов крови на нём не осталось. Колебания нарастали.

Вдруг земля под ногами заходила ходуном. Внушительные стены начали трещать и куски камня начали сыпаться на землю, поднимая облако пыли. Казалось, что вот-вот заброшенный храм обрушится на головы несчастным. Вокруг звенело эхо, тревожно напоминая о скоротечности времени.

Кэльторн с одной стороны, а Фаэли с другой подхватили воина и потащили дальше по коридору. Впереди них бежал Освальд, прижимая артефакт к груди.

Со стен, исписанных полустёртыми рунами, сходили тени, создавая обманчивые формы, чтобы поглотить и навсегда оставить в недрах заброшенного храма. Освальд щурился, пытаясь разглядеть, что ждёт в неведомом конце коридора. Остальные сильно отставали под тяжестью слабеющего воина. Гардар до хруста в челюсти стискивал зубы: такой боли он ни разу не ощущал. Как будто некая скверна проникла в его тело и с садистской медлительностью подбиралась к его трепещущему сердцу. Несмотря на страх, Кэльторн вместе с Фаэли тащили тело друга вперёд, не желая сдаваться и оставлять воина на верную смерть. Страхи и надежды, переплетаясь, звенели, как натянутые струны, готовые в любой момент оборваться под давлением отчаяния.

Когда впереди показался свет, Освальд не поверил глазам, но вот он – выход. Хафлинг обернулся. Остальные ещё оставались в лапах смерти. Всё нутро сжалось, требуя вернуться, но тяжёлый взгляд обречённо опустился на свёрток. Если он вернётся…

Артефакт ни в коем случае нельзя было оставлять без присмотра. Проход вот-вот обрушиться и никакого прока не выйдет от его маленького бездыханного тела. Ругаясь и проклиная судьбу, Освальд остался возле выхода.

– Давайте, Ящеры, – пробормотал он.

Грохот странным образом видоизменялся, напоминая шёпот, но хафлинг ждал.

– Где Освальд! – крикнула Фаэли.

– Впереди! Мы слишком отстали! – Кэльторн сбил дыхание под весом воина. – Давай, Гар, давай, ещё немного!

Но тот уже плохо соображал. Дурманящий туман обволок голову. Гардар сделал усилие, чтобы вернуться в сознание. Грохот обвала перекрывал ободряющие голоса друзей.

– Куда он пошёл?

– Н-направо, – неуверенно ответил Кэльторн. Подобно грому пол начал обваливаться, оголяя шипы на дне.

– Налево!

Собирая все оставшиеся силы, Гардар постарался укрепить шаг и ускориться. И как будто это сработало. Кэльторн не отпускал его и продолжал тянуть за собой. Что-то затрещало, накренилось. Что-то чёрное отделилось от стены и с молниеносной скоростью полетело вниз прямо на головы контрабандистов. Фаэли зажмурилась, приготовившись принять смерть. Но она лишь нависла в паре сантиметров. Не обращая внимания на боль и кровоточащую рану, Гардар поймал балку, не давая ей упасть.

– Вперёд, – процедил он. Голос тонул в грохоте. Фаэли замотала головой, отказываясь принять неизбежное.

Гардар почувствовал, как его здоровая рука чуть дрогнула под тяжестью балки, но его решимость крепла. Тепло надежды и холод страха переплетались в сознании, заставляя сердце биться быстрее. Фаэли смотрела на друга глазами, полными ужаса и несогласия. Она чувствовала, как тьма накрывает их, словно облако, почти осязаемое. Но Гардар лишь сжал губы и покачал головой. Он знал, что не сможет долго удерживать балку, и их шансы на спасение таяли на глазах.

Кэльторн схватил Фаэли за руку и побежал дальше по тоннелю, уже видя мерцающий спасительный свет.

Фаэли продолжала уговаривать себя, убеждая, что сильный Гардар бежит следом. Слёзы застилали обзор, и она вслепую бежала за эльфом. Резкий толчок. И яркий свет.

Освальд увидел, как из соседнего прохода выпрыгнули его соратники и распластались на земле, пока проход за ними заваливало окончательно. Гардара не было. Мрак, который окутывал душу, вдруг стал невыносимо густым.

Кэльторн лежал на земле и смотрел на закатное небо, не в силах встать. Гул обрушавшегося тоннеля до сих пор звучал в голове, подобно зловещему эху, подчёркивающего образовавшуюся пустоту. Сознание, что друг остался под завалом, обжигало, как кислотный дождь. Постепенно сковывающий тело шок начал отпускать. Отчаяние разрывало душу на части, пока его поглотила пустота, нарисовав безмолвные картины будущего. Из тёмной пропасти скорби начала подниматься волна злости, насыщенной горем.

Пошатываясь, Кэльторн встал на ноги, отряхивая каменную пыль с одежды трясущимися руками. Его взгляд стал холодным и острым, как лезвие ножа. Резко повернувшись к всхлипывающей Фаэли, он прорычал:

– Хватит ныть.

Судорожно вздохнув, женщина попробовала успокоиться.

Внутри эльфа закипала злоба.

– Это всё из-за тебя, – прошипел Кэльторн, посмотрев на Освальда с ненавистной неприязнью. – Тебя и этого дурацкого артефакта.

Обожжённая половина делала лицо уродливее и злее, напоминая искажённое отражение.

– Это ты во всём виноват, Освальд! – выкрикивал эльф, сжимая кулаки до боли. – Ты со своей непонятной секретностью завёл нас в эту ловушку! Мы не семья и никогда ею не были. В семье не раскидываются жизнями, Освальд.

Хафлинг, осознавая тяжесть ситуации, пытался сохранять спокойствие. Артефакт вибрировал в руках, напоминая о слишком высокой цене. Лицо Освальда выражало искреннюю скорбь, когда он сухим голосом пытался успокоить эльфа. Несмотря на дипломатично выстроенные фразы, это только подливало масла в огонь.

– Не нужны твои извинения! Они не вернут Гарда!

– Наша работа всегда была риском, – Освальд осторожно подбирал каждое слово.

– Но ты знал, на что шёл, признайся, – прервал его Кэльторн, голос дрожал от ярости. – Думал, что всё под контролем? Что тебе сказал заказчик, м?

– Только, что руины давно заброшены, – хафлинг говорил правду. В устах заказчика дело звучало донельзя простым и убедительным.

Фаэли приходила в себя, её глаза невинно округлились, наблюдая за ссорой. Мало того, что один из них погиб, так теперь остальные готовы наброситься друг на друга. Усталость навалилась на плечи женщины. С неё хватит. К чёрту гильдию, к чёрту артефакт, к чёрту прибыль. Поскорее бы убраться из этого проклятого места и уйти, уехать куда подальше в новую жизнь, надеясь, что в кошмарах не будет преследовать до жути чистый алтарь и исписанные кровью стены.

– Мы уже ничего не исправим, – произнесла Фаэли как можно громче.

– Исправить?! – переспросил эльф, переключившись на женщину, горя бешенством. – И что ты собираешься сделать? Уехать и забыть? А ты, Освальд, сложишь нас, как кукол в коробку, до следующего заказа? Гарда больше нет и никакие бессмысленные попытки не вернут его!

Сердце Освальда было наполнено болью и раскаянием. Он был слишком привязан к гильдии и знал, что эльф имеет полное право злиться и обвинять его. Фаэли вздохнула, закрывая глаза. Усталость и разочарование тянули к земле. Она не могла больше терпеть ссору.

– Мы все устали, – сказала она, ее голос был спокойным, но твердым. – Нам нужно отдохнуть и собраться с мыслями.

– Фаэли права, – Освальд с надеждой на понимание посмотрел на эльфа. – Мы ничего не добьемся, если будем продолжать ссориться. Нам нужно найти безопасное место для ночлега, пока совсем не стемнело.

Гнев Кэльторна угас, уступив место скорби. Тот уже не собирался кричать и обвинять хафлинга во всех бедах. В ответ он помотал головой.

– Подальше бы отсюда.

Фаэли помогла подняться эльфу на ноги.

– Дойдём до Броафаста. А дальше ступай куда хочешь, Освальд, я пойду своей дорогой.

***

Несмотря на сильную усталость, Телль ворочалась в постели, мучаясь от бесконечного потока вопросов. Что произошло? Что с ними сделали на корабле? Как Айи удалось убедить следователя? Как избавиться от метки? Возможно ли это? Долго это мучение продолжаться не могло, а потому эльфийка решила выйти на балкон, надеясь, что свежий воздух навеет сон.

В полумраке коридора она не сразу обратила внимание на высокий силуэт, стоящий в дальнем углу рядом с балконом.

– Тоже решила прогуляться? – бледное вытянутое лицо Айи показалось из тени, казавшееся ещё светлее от луны, сияющей на тёмном звёздном небе. Телль вздрогнула, но мгновенно взяла себя в руки.

– И куда же ты собрался посреди ночи? – удостоив полукровку осуждающим взглядом, Телль смягчила тон, напомнив, что, как минимум, два дня им будет по пути.

– Я не обязан перед тобой отчитываться, – Айи оскалился, как будто испытав отвращение.

– Я всего лишь спросила, – Телль поправила тёмные волосы, волнами спадающие на плечи. – Хочешь ты того или нет, но пока что мы идём одной дорогой. И я пытаюсь…

– Быть дружелюбной? – перебил Айи. – Чтобы мы все подружились и стали командой? Уж точно не с дроу, поклоняющейся безумной богине-паучихе.

– Или с полукровкой? – Телль прошла на балкон, решив, что разговор окончен. Айи усмехнулся своим мыслям, но не торопился уходить.

– С полукровкой можно договориться, – произнёс он, решив не добавлять всем известного мнения о полукровках – легкомысленном порождении, чудом появившемся на свет, ошибке природы.

– Ты так и не рассказал, каким образом договорился со следователем Ваном, – напомнила Телль.

– И что изменит мой ответ?

– Простой интерес. Я подумала, – Телль взглянула на клеймо с глазом на запястье, – что раз мы смогли проникнуть в головы друг друга, то почему бы не контактировать подобным образом с другими людьми, у которых такого клейма нет?

– Всё гораздо проще. Сия магия называется "наличием связей", – Айи хитро прищурился. – Я помощник судьи. Это ты хотела узнать?

Айи небрежно поправил тёмно-рыжие завитки волос, потянулся и, сославшись на желание проветриться, удалился, оставив эльфийку в раздумьях.

Телль решила не обращать внимание на своеобразное поведение временного спутника. Что с ним, что с дроу трудно было наладить общение. Оба недоговаривали и как будто вели свою игру. Только дроу это делала тонко, не вызывая вопросов, тогда как Айи разыгрывал целое представление, прося у публики разгадать секрет фокуса.

Меньше всего хотелось думать о произошедшем крушении. А потому она вспомнила своих родителей и младшую сестру, которые где-то далеко в Асаомонте давно не получали от неё вестей с тех пор, как она ушла на задание. Зашуршал небольшой конверт, когда пальцы выудили его из внутреннего кармана. Тонкие брови Телль задумчиво съехали к переносице. С одной стороны стояла печатка с символом, напоминающим арфу, показывающее не только честность эльфийки, но и терпение. Ещё один секрет.

Тусклое сияние бледной луны отразилось от поверхности бумаги, разжигая любопытство и в очередной раз ставя в тупик. По ощущениям Телль, не так много времени прошло с момента её похищения, а это означало, что она ещё успеет добраться до Асаомонта и передать послание.

«Никому не доверяй, никому не пересылай сообщений, – перед глазами возник окровавленный силуэт, – только лично в руки Алетре».

Телль колебалась, чувствуя необходимость любыми способами выполнить обещание доставить секретное сообщение, но клеймо и неясное будущее. А что, если она уже не сможет добраться до Асаомонта, превратившись в монстра? Не увидит родителей, не поспорит с сестрой Кейлет? И как там Дейман? Жив ли он?

Чуть раскосые изумрудные глаза заслезились. Телль спрятала конверт и поспешно стёрла напрашивающуюся слезу. Ни в коем случае нельзя унывать. Потянув за шнурок на шее, эльфийка вытянула кулон в виде головы единорога – знак Миликки – надеясь, что он, как всегда, дарует ясность мысли и направит по нужному пути.

Телль слегка приободрилась, поняв, что запрет на почтовую связь касался исключительно гильдии, и ничто ей не мешало написать пару строк для семьи.

И всё же интересно, что дроу делала на поверхности? Неужели она на самом деле одна из последователей Ллос? Мятежная богиня всегда славилась интригами и кознями во имя мщения и разжигания вражды между союзами. Но Адди не казалась фанатиком, больше походя на одиночку. Тогда каковы её цели?

***

Адди, как заведено у дроу, погрузилась в транс вместо привычного сна.

Она увидела мрачное подземелье, которое освещалось мерцающим светом факелов. Тени метались по стенам, словно голодные волки, и жуткий смех разносился по сводчатым коридорам. Картина сменилась алтарём, покрытым зловещими символами, которые она как будто бы могла прочесть. Затем стены, исписанные кровью, как дневник безумца. Дроу бродила по опустевшим коридорам, напоминавшим лабиринт, чувствуя, что рядом кто-то есть.

А потом дроу услышала зов, который пробирал до костей. Он был тихим, но в то же время властным. От него веяло безумием и, как ни странно, чем-то родным. Зов нарастал, оглушая. Картина перемешалась, превратившись лишь в смесь грязных оттенков. А затем всё прояснилось. Адди увидела небольшой лагерь, расположенный совсем недалеко от Броафаста. Она сразу узнала ворота и возвышающиеся за ними башни города.

Кровавая пелена на глазах и пронзительный крик, пробивающийся сквозь шум бормочущих голосов. Сквозь небольшое прояснение, сконцентрировавшись и направив волю, Адди смогла увидеть ужасную картину.

Сквозь потрескивающий свет костра проступили очертания тела женщины. Светлые волосы раскинулись по земле подобно погребальному савану. Ее тело было расчленено, а потроха вываливались наружу, как будто ее грубо вскрыли. Горло было перерезано, и из него лилась алая струя, окрашивая землю в багровый цвет. Вокруг ее растерзанного тела стояли странные символы, нарисованные кровью на земле. Они напоминали древние руны, давно забытые и непонятные. В воздухе висел тяжелый запах разложения и чего-то зловещего, неуловимого.

Адди потянула себя прочь из транса, чтобы не видеть ужасного зрелища, но после потемнения она увидела другую картину.

На этот раз ворота Броафаста были ближе. Даже слишком. Рядом лежало изувеченное тело мужчины эльфа. Его нескладная форма, словно издевательство над изящной грацией его собратьев, была сломана и изуродована. Лицо напоминало маску ужаса, глаза были вырваны, а рот искажён в безмолвном крике.

Кожа была разорвана, обнажая местами плоть. Кровь, густая и чёрная, как смола, пропитала его изодранную одежду. Эльф, видимо, пытался убежать, но его настигли возле ворот самого мирного города на Золотом Берегу.

Дроу била лихорадка. Щупальца безумия оплетали разум и мучительно медленно затягивали узлы. Собрав силы, она вырвалась из транса, дрожа всем телом и напугано озираясь по сторонам. Но вокруг царила мёртвая тишина.

Глава 3. «Друг мой – враг мой»

Are you listening to the whispering?

Is it sinking in 'cause it's sickening?

Will you take the bait while you suffocate?

'Cause you know, something is creeping in the dark

С утра Броафаст захватила пугающая новость. Тут и там переговаривались о найденных трупах за городом. Их нашла стража во время утреннего обхода. Телль успела возненавидеть местные сплетни, пока отправляла письмо. Говорили, что было найдено

двое – женщина и эльф. Кто-то утверждал, что скоро найдут ещё двоих. "Уж не те ли это контрабандисты", – подумала Телль.

– С этого крушения всё и началось, – причитала пожилая женщина, наводя порядок на прилавке. – Теперь людей находят мёртвыми. Что дальше?

– И почему их должно быть четыре?

– Говорили же, что стражники встретили четверых путешественников.

– Это контрабандисты были.

– Контрабандисты, путешественники. Какая разница? Двое мертвы.

Телль проскочила через рынок, стараясь не слушать голоса остальных обеспокоенных людей и зашла в гостиницу. Первый этаж представлял собой таверну. У стойки хлопотал хозяин, раздавая приказы повару и слугам.

– Утро доброе, госпожа, – поздоровался он с эльфийкой и указал в сторону стола. – Ваши друзья уже завтракают. Могу чем-нибудь помочь?

– Думаю, да, – Телль поставила локти на стойку. – Ночью мой знакомый выходил на улицу.

– Да, страшная выдалась ночка, – покачал головой хозяин, – но, думаю, вы и так уже всё знаете. Хорошо, что он послушал моего совета и решил прогуляться по площади неподалёку. А ведь сперва хотел за стены города отправиться. Вот ведь аристократы чудные.

Поблагодарив, Телль подошла к столику, за которым помимо дроу и полукровки сидел молодой глава стражи. Его лицо выражало полное неудовольствие сложившейся ситуацией.

– Уж не знаю, что ты наговорил Вану, – Эйнар перешёл на угрожающий шёпот. – Но меня не проведёшь. Сначала корабль падает с неба, затем объявляются чудом выжившие то ли контрабандисты, то ли ещё кто. А сегодня утром находят тела.

– И что? – Адди приподняла бровь, выражая максимальную дозу утренних эмоций. Телль про себя отметила утомлённый и слегка отрешённый вид. Плохо спала или жуткие вести её задели?

– Они на месте были готовы нас убить, – дроу не терпелось завершить разговор. – А после вовсе оклеветали. Не удивлюсь, что они сами и перегрызлись.

– Так это точно те разбойники? – уточнила Телль, присаживаясь на табурет.

– Ужасно, конечно, слышать о подобном зверстве, – Айи не выражал озабоченности. – Но они получили по заслугам.

– И что? Нас пришли арестовать в очередной раз? – Телль с вызовом посмотрела на стража.

Эйнар размышлял над тем, сколько можно выдать информации. Конечно, по приказу старшего следователя Вана, он был обязан выдать все факты, а также сопроводить до рощи Уланд. Открытое и дружелюбное лицо лесной эльфийки располагало к себе, но что это прекрасное создание забыло среди молчаливой дроу и заносчивого аристократа оставалось неясным.

– А я слышал, – нарушил сложный ход мыслей стража Айи, – что им перерезали горло. Как думаете, это сделал тот огромный тип с дубиной? Как бы, сами понимаете, выбор невелик.

Уголки губ дроу слегка приподнялись, но она сдержала смех.

– Уж больно ты любопытный, – Телль многозначительно взглянула на полукровку. – И ночью куда-то решил выйти.

– Это было бы слишком низко, – добавила дроу, не сумев сдержать напрашивающуюся шутку.

Как и ожидалось, Эйнар моментально напрягся, готовясь провести задержание особо опасного преступника. Но, во-первых, оживлённая таверна не желала видеть прилюдной поимки убийцы, а во-вторых, полукровка даже мускулом не повёл в ответ на лёгкий намёк на обвинение. Айи вежливо и весьма учтиво пояснил, что, естественно, после столь бурного приключения он захотел прогуляться.

– И, к счастью, хозяин таверны любезно отговорил меня от этой затеи. Эй, может, он специально отвлёк меня, чтобы совершить ночью парочку преступлений?

Эйнар нагнулся за столом, стараясь говорить тихо

– Тела истерзал как будто дикий зверь, но они обескровлены. Это точно не хозяин таверны.

Телль могла поклясться, что после очередного уточнения дроу ещё больше помрачнела. И это также не ускользнуло от проницательного взгляда полукровки, который не к месту разочарованно вздохнул, поняв, что в открытую при страже не сможет задать всех интересующих его вопросов.

– Не хочешь ли ты сказать, – Телль также старалась не повышать тона, – что это дело рук вампира?

– Не исключено.

– Как-то многолюдно для тихой гавани, – как бы между прочим заметил Айи, получив в ответ от стража красноречивый взгляд обвинения во всех бедах.

– В любом случае, – примирительным тоном продолжила Телль, – нам нужно добраться до друидской рощи.

Эйнар снова тяжело вздохнул и рассказал о поручении старшего следователя проводить их компанию до рощи Уланд.

– Не скрою, от такого расклада и я не в восторге, – страж решил говорить честно. – Но иначе вы сами не дойдёте и, скорее всего, заплутаете. А я хочу убедиться, что вы не натворите дополнительных проблем.

По дороге из города Эйнар проводил спутников в оружейную, где предложил выбрать оружие по вкусу, поскольку на дорогах в последнее время стало небезопасно. Телль выбрала лёгкий и гибкий лук, прихватив пару ножиков, которые она спрятала в сапог и за пояс. Адди долго осматривала помещение с максимально осуждающим выражением лица, что немного задело стража, а после вовсе отказалась брать какое-либо оружие.

– Из лука я стрелять не умею, – дроу с большим трудом заставляла себя пояснять и без того очевидные вещи, – а дубинки, которые вы называете мечами, слишком тяжёлые и несбалансированные.

– Ладно, можешь не брать, – со вздохом согласился Эйнар. – Но тогда будь готова, что придётся защищаться голыми руками.

Адди пожала плечами, чем окончательно вывела стража из равновесия. Вместо того, чтобы ввязываться спор, он обратился к полукровке, которому наверняка требовалась помощь в выборе. Но и здесь ему не были рады. Айи уже приметил два парных клинка и пробовал их на лёгкость в пользовании.

Он взмахнул клинками с поразительной лёгкостью, оценивая их баланс и вес. Руки двигались плавно, словно в танце, а лезвия рассекали воздух со смертоносным изяществом. Эйнар наблюдал за представлением с нескрываемым удивлением.

Айи взвесил в руке один из клинков, задумчиво глядя на второй.

– Этот немного тяжеловат, но сойдет. В конце концов, я не могу быть слишком привередливым.

– Где такому обучают? – вопрос стража вырвался случайно, настолько он был поражён.

– Знаешь, – в глазах блеснул озорной огонёк, – моим учителем был бродячий циркач, который был одержим этим знаменитым эльфом-следопытом. Он жонглировал клинками, словно мячами, а затем метал их точно в центр мишени. Этого ему показалось мало, и он решил поймать семь мечей на лету и… Скажем, так, он их поймал, но не руками.

Глаза стража расширились от интересной истории, но тут вмешалась дроу.

– Только ты забыл, что действие происходило в цирке уродов.

– И ты там была? В соседней клетке сидела?

Поняв, что полукровка лишь выдумал историю о циркаче на ходу, страж поругал себя за излишнюю доверчивость. Нет, с этим плутом стоило держать ухо востро. Эйнар мысленно воззвал к Хельму, умоляя даровать силы и терпение для общения с этой парочкой своеобразных типов.

***

На выходе из города пришлось задержаться: уносили тело убитого эльфа, накрытого тканью. Айи заинтересованно проследил за уходящими стражами, несущими носилки. Интересно было бы взглянуть на труп убитого. Был ли это тот самый дерзкий эльф, который встретился им на дороге или другой несчастный путник? Слухов было столько, что не счесть и ему хотелось лично узнать пару деталей. К примеру, правда, что тела были вспороты? Или на их шеях зияли аккуратные ранки от клыков? Но, к сожалению, возможность выяснить чуточку больше не выпало.

Эйнар в сторонке переговорил со стражниками, поставил в известность о своей отлучке и только после этого продолжил путь. Оказалось, что совсем неподалёку был разбит лагерь, где лежала мёртвая женщина. Судя по лицам стражников, работа их успела вымотать.

– Мы исследовали всё вдоль и поперёк, – стражник вытер пот со лба. – Никаких следов.

– Да не поделили они добычи вот и всё, – настаивал второй. – Вот увидишь, один из них точно остался в живых. И теперь линяет, куда подальше, ожидая получить прибыль.

От разговоров Телль становилось не по себе. А они, как назло, доходили до её острых ушей. Тот, кто совершил подобное зверство, был чудовищем. Перерезать горло, вырвать глаза? От подобных мыслей желудок стягивался в комок.

За городом начиналась извилистая тропа. Сначала она круто спускалась вниз, так что приходилось держаться за торчащие ветки деревьев, чтобы ненароком не упасть. Приятный зелёный тенёк сменялся пылающим солнцем, накаляющим скалистую местность. Затем приходилось карабкаться наверх, ненадолго переводя дух в тени. Эйнар то и дело ворчал на отстающую дроу, которая и не думала идти на уступки и огрызалась в ответ.

На самом деле Адди недомогала под прямым светом и под конец пути начала ощущать головокружение, но она до последнего делала вид, что просто не хочет быстро идти и слушаться приказов какого-то человека. Телль хотела предложить ей помощь, но после брошенного презрительного взгляда, оставила затею.

– Сделаем небольшой привал перед последним подъёмом, – Эйнар показал на крутой подъём, вьющийся змеёй к ущелью. – Там за горой возле реки заночуем.

Айи потянулся, щурясь и впитывая весь окружающий свет. Страж по-прежнему пытался справиться с шаблоном избалованного аристократа. Этот за весь путь не выдал ни одной жалобы на усталость, наоборот, ему как будто в удовольствие было отправиться в поход. Безупречное владение клинками также обескураживало, но добавляло каплю уважения молодому воину.

К заходу солнца они разбили лагерь. Спальные мешки разложили рядом с костром. Только Адди начала ворчать и наконец настояла на том, чтобы расположиться подальше от всех. Телль уже не спорила и не задавала лишних вопросов, тогда как Эйнар решил зачитать скучную нравоучительную лекцию о том, как важно работать в команде. Это вызвало лишь очередной язвительный ответ. И стражу ничего не оставалось, как согласиться с решением дроу, пока она не довела его окончательно.

Айи выглядел взбудоражено то ли из-за вечерней свежести, то ли из-за долгожданного отдыха. Адди настойчиво игнорировала его болтовню и, когда почувствовала, что вот-вот придушит полукровку, решила отправиться к реке.

– Отдыхай, играй, молись. Твоё свободное время – это твоя проблема, – произнесла она и удалилась.

– Будем по очереди дежурить, – объявил Эйнар, как можно громче.

Айи тут же вызвался быть первым, объяснив своё рвение привычкой ложиться поздно спать. Никто не возражал, поэтому вскоре все разбрелись по своим углам.

Присев возле потрескивающего костра, Телль обратила свой лучистый взор на стража, который, несмотря на одолевающее желание погрузиться в сон, продолжал мужественно сопротивляться ему.

– И часто ты ходишь до рощи Уланд? – мягко поинтересовалась эльфийка.

– Достаточно для того, чтобы убедиться, что всё в порядке, – буркнул страж. – Не переживай, там полно целителей. И, чем бы вы не болели, – на этом слове Эйнар сделал акцент, как бы показывая, что сомневается в наличии недуга, – в роще найдут способ вылечить.

Нотки недоверия смутили Телль.

– Почему ты упорно отказываешься нам доверять? – в ее голосе прозвучала искренняя озабоченность.

– Потому что вы чужаки, с появлением которых произошло слишком много бед для этого места, – сухо ответил Эйнар.

– Мне жаль, что так вышло, – искренне произнесла Телль. – Я понимаю, ты пытаешься защитить свой дом. И это достойно уважения.

– Да ну? – Эйнар недоверчиво посмотрел на эльфийку, однако в его глазах читалось удивление и заинтересованность. Он лишь напускал на себя суровый вид.

– Моя семья была из кочевых эльфов, – Телль перевела взгляд на языки пламени, удаляясь в воспоминания. – Вернее, всё племя и было моей семьёй. Одной большой семьёй, – повторила печально эльфийка. – Каждый выполнял свои обязанности. Я ходила на охоту и охраняла границы. Мама учила детей, а отец тренировал наших будущих защитников. К сожалению, мы столкнулись с дроу, которых наше соседство не устраивало.

Эйнар недоумевал, как можно после подобной трагедии дружелюбно общаться с одной из представительниц двуличного народа.

– Адди спасла меня, – Телль вспомнила момент крушения. Как знать, может, она бы и не выжила, если бы не дроу. – Я чувствую, что она другая.

Но и эти слова, хоть и были правдивы, вызывали непонимание у простого стража.

– Хорошо. Вот ответь, какие у неё глаза?

– Такие же, как и у всех дроу, – красные, – недолго думая, небрежно ответил Эйнар.

– А я увидела в них глубокую скорбь и боль.

Эйнар замолчал, то ли решив не сопротивляться сну, то ли уйдя в философские размышления о принятии враждебных рас. Телль не особо переживала на этот счёт. Она очень любила лес и пользовалась каждой секундой, чтобы насладиться его соседством. Её одолевал рой мыслей. Вновь переживания за родителей, за гильдию, за свою миссию. Но это таяло, стоило почувствовать запах костра и послушать шуршание ветра, действующего успокаивающе, подобно колыбели.

***

Айи устроился на узловатом стволе поваленного природой дерева. В таком виде он напоминал отдыхающего хищника, который соизволил лениво взглянуть на мимо проходящую дроу. Она возвращалась от реки под дерево, где оставила лежанку.

– Страж явно был на взводе, – произнёс он примирительным тоном. Слова прозвучали как приглашение к диалогу. – Наверно, беспокоится о своей деревушке.

Адди молча смерила полукровку недовольным взглядом, однако остановилась.

– И это понятно, – продолжил мысль Айи, неожиданно вознамерившийся поболтать. – Я и сам не фанат кораблей, падающих на свой дом. Просто сложно влиться в компанию, когда всё так непривычно. Думаю, тебе это знакомо.

– Твоя правда, – ответила Адди, опускаясь на край ствола. Вопреки ожиданиям собеседника, она не стала развивать тему, а просто молча посмотрела в сторону заснувших спутников.

Огонь костра отбрасывал пляшущие тени на лица стража и эльфийки, погрузившихся в сон. Их неровное дыхание сливалось с потрескиванием пламени и шелестом листвы.

Ночь дышала покоем и уютом. Звёзды, подобно бриллиантам, рассыпались по бескрайнему полотну неба. Стволы деревьев подобно великанам окружали скромный лагерь. Тихий плеск воды и пение сверчков создавало умиротворяющую атмосферу. Адди подобная идиллия казалась чуждой.

– Для меня ночь – это бурлящая уличная жизнь, шумные таверны, – Айи взглянул на сверкающие в небе созвездия, наслаждаясь погодой. – Отдыхать, свернувшись калачиком на сырой земле, мне непривычно.

– Постарайся поспать, – безразлично повела плечом Адди. – Могу вместо тебя в дозоре постоять.

– Пока что я не могу заснуть, – отмахнулся Айи. – Столько событий. Нужно их обдумать. Уложить в голове. Так что спи себе спокойно.

– Дроу не спят, а входят в состояние транса.

– Так вперёд. А я посторожу.

Адди покосилась на полукровку, на её лице появилась ухмылка.

– Придётся, значит, и мне с тобой посидеть. Я не люблю входить в транс перед посторонними.

– Если тебе нравится моя компания, – заигрывая, произнёс Айи, – просто так и скажи. Впрочем, – он быстро сменил тон при виде уничтожающего взгляда дроу, – как тебе угодно. Рано или поздно нас сморит усталость.

***

Сознание, некогда острое и ясное, как лезвие бритвы, превратилось в лабиринт теней. Мысли, словно бешеные волки, метались в разуме, рвали на части здравомыслие, оставляя за собой лишь обрывки разорванных образов и идей. С каждым шагом безумие оплетало всё плотнее.

Ноги несли вперёд, не зная усталости. Тело двигалось на автомате, пока разум погружался всё глубже в пучину безумия. Он видел искажённые фигуры в тенях, слышал шёпот неописуемых ужасов на ветру.

Реальность расплывалась и деформировалась, как будто мир стал отражением помутнённого восприятия. Всё знакомое стало чуждым и пугающим.

Он бежал вслепую, без передышки, ведомый чем-то, что лежало за пределами его понимания. Мелькал костёр. Слышался плеск реки и чьи-то разговоры у костра. Но всё это быстро ускользало.

***

В пустошах потерянной души послышался зов. Сначала он был слаб, подобно шёпоту ветра в опавших листьях, едва различимый в гулкой пустоте. Но с каждой проходящей секундой он усиливался, стеная и нарастая, пока не превратился в оглушительный рёв, сокрушающий всё на своём пути, как ураган.

Хотелось сжать голову руками и заглушить нестерпимый шум, но его громоподобные раскаты пронзали плоть и кости, угрожая разорвать изнутри. Зов становился невыносимым, его эхо отдавалось в самых скрытых уголках разума, подобно молоту, сокрушающему хрупкие стены крепости.

Постепенно звук обрёл форму, превращаясь в ужасающие слова, начертанные на языке, который никто и никогда не слышал, но который всё же был до боли понятен.

Зов неумолимо продолжался, становясь всё громче и громче, пока не заглушил остальные мысли и чувства. Он стал единственной реальностью, единственной истиной, заполняющей существо.

Глава 4. «Меньше знаешь – дольше живёшь»

There's hellfire in the chalice

Let your lips touch ground and drink

Sister dearest

Sick of love

Don't you know?

От внимательного взгляда изумрудных глаз не укрылось подавленное состояние дроу. Та как будто погрузилась в размышление на пару тройку уровней ниже. И спрашивать о причине подобного состояния пока что было бессмысленно. Хотя ввиду последнего сна Телль не терпелось обсудить этот момент с тем, кто имел странное клеймо на руке.

Адди очнулась в сумраке надвигающегося рассвета, когда дежурство перешло по очереди до Эйнара, который был любителем рано проснуться и заняться физическими упражнениями. Её измученное сознание всё ещё цеплялось за фрагменты сна. Дело было в клейме, считала дроу, ведь раньше её транс никогда не переходил в сон. Как раз совпадало по времени, начала она сопоставлять факты. Сначала крушение корабля. И первый сон был где? В таверне Броафаста, когда транс впервые в жизни перестал контролироваться. Конечно, когда у тебя выбивают землю из-под ног, начинаешь теряться и паниковать. Теперь же транс перешёл в сон. Адди видела явную связь и только представить могла, как в дальнейшем развернётся эта особенность и прибавятся ли новые. Однако полукровка зачем-то настоятельно отправлял её спать. Может, он знает больше, чем говорит? К тому же дроу напрягало чёткое ощущение чужого присутствия ночью. Как будто что-то или кто-то проходил мимо их лагеря. И поэтому зов, дроу так и не смогла объяснить выстроенную связь, сначала нарастал, а потом также затихал.

Напрасно Эйнар считал, что ему удастся поладить и вымуштровать новоприобретённых спутников. Пока что его попытки воспитать остальных выходили боком. Одна надежда оставалась на лесную эльфийку, которая и помогала, и делала всё вовремя, зная, что им предстоит ещё приличный путь до рощи друидов. Но полукровке вздумалось с утра покупаться, а дроу ходила мрачнее тучи и лишь скалилась в ответ, пытаясь совладать со своими длинными спутанными волосами.

С задержкой они собрали лагерь и отправились дальше. Сперва Эйнар хотел завести нравоучительный разговор и, в принципе, начал журить спутников, как малых детей, за нерасторопность, предварительно извинившись перед Телль, которую, естественно, это не касалось, потому что она серьёзно относится к сложившейся ситуации. Но по выражению её лица страж понял, что ведение заунывных бесед лишь усугубит ситуацию, поэтому решил перевести тему на более приятную.

Улучив момент, дроу сравнялась в шаге с Айи, который выглядел счастливее обычного: видно, природный воздух сказался отлично на его состоянии, хотя тёмные круги под глазами и бледность никуда не ушли.

– В чём дело, маленькая дроу? – игриво спросил он.

– Откуда ты знал, что я усну? – вопрос был чёткий и не требовал посторонних ответов.

– Знание биологии? – Айи посчитал, что их маленькая злобная подруга вздумала провести проверку. – Брось выдумывать интриги, здесь не Подземье.

Услышав разговор, Телль отстала от стража, шедшего впереди.

– Вы тоже сегодня странно спали? – тихо поинтересовалась она.

– Уж не знаю, что странного может быть во сне, – Айи драматично закатил глаза. – Я спал! И это просто чудесно!

– Будь тише, – шикнула Телль. – Я бы не хотела светить клеймом перед Эйнаром, он и без того нам не доверяет.

– Ага, и поэтому мы заговорщически переговариваемся за его спиной, – усмехнулся Айи.

– Телль права, – дроу посмотрела вслед стражу, продолжающему рассказывать о местных достопримечательностях и дорогах. – Стоит быть аккуратнее. И раз уж мы в одной лодке, то стоит говорить о любых проявляющихся симптомах.

– Я хочу есть. Это считается?

– Нет, – эльфийка взглянула с укором на полукровку. – Адди, тебе тоже снилось, как тебя зовут?

– Не помню, – заготовленный ответ прозвучал естественно. – Транс перешёл в сон. Этой странности мне хватило.

Адди умолчала про зловещий зов и то, что следило за ними из чащи леса. Так было не только проще. Дроу хотела как следует обдумать и, возможно, дождаться новой информации, которая могла бы добавить ясности. Также следует с осторожностью относиться к компаньонам, их мотивы и намерения туманны.

– Ну, скоро мы с этим разберёмся, – попробовала ободрить Телль. – Вечером будем в роще Уланд.

Адди вышла из задумчивости и кивнула.

Однако у судьбы были свои планы.

После недолгого привала, компания вышла на более ровную местность. Невдалеке раскинулись необъятные пшеничные поля, колосья колыхались на лёгком ветру. Вокруг, как зелёные островки посреди золотистого моря, виднелись рощицы лиственных деревьев. Их кроны возвышались над полями подобно маякам.

Первые подозрения возникли, когда страж заметил следы гоблинов. По его предложению, все замедлились, внимательно вслушиваясь в звуки окружения. Адди считала это полнейшей глупостью, но тактично промолчала, поскольку была занята своими мыслями. Нет. Не гоблины проходили ночью мимо их лагеря. Это был одиночка. От мысли, что этим неизвестным мог оказаться тем самым убийцей эльфа и женщины, дроу становилось не по себе. А если это был вампир…

С ветром донеслась ругань, хрюкающий противный смех, улюлюканье и визг.

– Гоблины, – констатировал Эйнар с видом бывалого вояки. Без раздумий, он решительно ступил в направлении крыльев мельницы, торчащих из-за верхушек деревьев.

– Постой, страж, – окликнул Айи, – нам вроде бы в другую сторону.

– Мой долг, как стража, – Эйнар вытянулся по струнке, – сохранять порядок на Золотом Берегу. И ты слышал? Кто-то кричал. Мы должны помочь ему.

– А, по-моему, это был отборный мат, – возразил Айи. – Я и части оборотов не знаю.

В проскальзывающей ругани сквозь шум веселящихся гоблинов дроу заподозрила, что знает источник богатого словарного запаса, и в очередной раз выругалась про себя. Если бы каждый раз в мире после её проклятий происходили соответствующие события, то он давно бы самоуничтожился.

– И вообще мы торопимся к целителю, разве нет? – Айи взглянул на спутниц, ожидая поддержки. – Новых проблем нам не хватало для полного счастья.

– Извини, – Телль пошла за стражем. – Но мы должны помочь.

– И кому это геройство сдалось? – скривился Айи и с надеждой взглянул на колебавшуюся дроу. – Ну, хотя бы ты в здравом уме?

Адди вздохнула, что по звуку походило на рычание. Только не хватало выставлять себя героем.

– Ты знаешь, как дойти до рощи? – дроу решила начать сразу с агрессивного вызова. – Нет? Вот и я тоже. Так что кончай ныть и вперёд.

Мельница одиноко возвышалась на полуразрушенными постройками, когда-то представлявшими собой скромное поселение. Полностью сохранился покосившийся амбар и колодец.

Эйнар затаился за остатками каменной стены и чуть высунулся, чтобы разглядеть гоблинов и несчастного, угодившего в их лапы.

К одному из крыльев мельницы был привязан вниз головой чернобородый гном, который, кажется, был ранен. О последнем было пока сложно судить. То ли от испытываемого шока, то ли от природного каменного характера бедолага закидывал своих мучителей отборными словами и фразами, показывая свои глубокие познания в языке. Однако гоблины лишь гоготали и продолжали визжать. Они перекрикивали друг друга, пытаясь предложить вожаку, как поиздеваться над пленником.

– Закидать камнями! Кинуть камень!

– Да чтоб размотало, ха- ха!

– А потом поджарим!

Неподалёку стояла высокая клетка, в которой держали миловидную девушку в ярком наряде. Её звали под стать выбранной профессии – Лира. Несмотря на своё незавидное положение, она, вцепившись в прутья аккуратными руками, пыталась остановить гоблинов, но те лишь дразнили в ответ.

– Немедленно отпустите его! Бедняге плохо! – но в ответ ей пообещали пойти на костёр в качестве ужина. – Уберите руки от лютни, она мне очень дорога!

Гоблин ухмыльнулся и натянул струну. Лицо в форме сердца вспыхнуло румянцем.

– Как можно быть настолько бесчеловечными?!

По клетке постучали дубиной, призывая к тишине. С другой стороны рыгнули. Девушка обречённо вздохнула. Нет, это не та публика. В этом случае ни факты из истории, ни философские измышления не пробьют невежества гоблинов.

– О, боги, – охнула Телль, увидев безумно жестокое представление.

– Беру свои слова обратно, тут весело, – Айи почти высунулся из-за стены, когда Эйнар схватил его за ворот и оттащил обратно в укрытие.

– Многовато, – пробормотал страж, прикидывая, как бы разогнать шайку.

Хорошо. Он, как воин и глава стражи Броафаста, ежедневно тренирующийся на манекенах и встающий спозаранку, что должно было закалить дух, справился бы с десятком другим. Чего можно было ждать от Айи? Да, он показал, что неплохо владеет парными клинками, но как бы эта показуха не вышла боком. Кто знает, может, его на самом деле обучал циркач. И полукровка умеет только жонглировать ими и случайно тыкать ими в себя. Телль уравновешивала стратегические соображения стража, который успел узнать об её навыках охотника. Значит, поддержка сверху будет. Так, а что с дроу делать? На поясе страж давно приметил кривой кинжал с рукоятью в виде паука, но та вряд ли этой зубочисткой окажет достойную помощь в их операции.

– Может, их отвлечь? – предложила Телль, прерывая лучшего стратега на всём Золотом Берегу.

– Ты предлагаешь сдаться и присоединиться к карусели?

– Айи, тебе сейчас лучше помолчать, – раздражённо произнёс Эйнар, продолжая думать.

– Я поговорю с ними, – обыденным тоном произнесла Адди и вышла из укрытия, пока её не успели остановить. А когда на появление гостя обратили внимание гоблины, остальные решили пока что остаться в тени по настоянию Телль, которой силой пришлось удерживать ругающегося Эйнара.

– Эта дроу с ними заодно, – не унимался он. – Вот увидишь, нас сейчас сдаст. А потом сама же и присоединиться к пыткам.

Однако Адди ничего подобного делать не собиралась и надеялась на разумность спутников. Гоблины кинули на неё взгляд и снова переключились на веселье. Кто-то выкрикнул приветствие. Кто-то предложил присоединиться. Вожак вышел к гостье и кивнул.

– Vendui', abban. Чем могу помочь дроу? Или хочешь присоединиться к нам?

Адди глянула на замолчавшего пленника. Кажется, он потерял сознание. Девушка в клетке насторожилась.

– По какому поводу веселье?! – грозно спросила Адди, преображаясь в главнокомандующего целыми армиями.

– Набег на рощу неподалёку, – гордо заявил гоблин, показав жёлтые острые зубы. – Всё по закону, госпожа. У нас есть официальное разрешение.

– Да ну?

– Вы разве не знаете?

Адди нервно сглотнула, надеясь не оплошать. Раз её приняли за свою, нужно идти до конца. Иначе будет худо.

– Грабежи! Разбой! – нараспев прокричал один из гоблинов.

– Да вы так надрались, что еле на ногах держитесь! – заявила Адди, чувствуя, как колени подкашиваются от волнения. – Глядишь, всё забудете.

Вожак гоблинов громко рассмеялся, запрокинув голову назад.

– И чего же желает госпожа?

– Чтобы вы немедленно убрались отсюда, – оскалилась дроу.

– Полегче, дорогуша.

– Полегче? – усмехнулась Адди, уткнув кулаки в бока. – Полегче? Вас отправили устраивать хаос и разрушение, а вы тут пьёте да пленников мучаете?

Вожак разозлился и собирался от задетой гордости устроить взбучку наглой гостье, однако остановился на полуслове, заприметив часть клейма, появившегося из-за приподнятого манжета.

– Так вы из Призванных! Что ж вы сразу не сказали?

Адди сразу смекнула, что дело в странной метке на запястье и приняла ещё более злой вид, точно от полученного унижения она будет рвать и метать.

– Именно. И так вы со мной разговариваете? – клеймо на руке завибрировало, распространяя электрический разряд по телу, охватывая силой. Она коснулась разума вожака и обволокла его.

Девушка в клетке от любопытства вытянула шею, но прутья не позволили высунуть головы и разглядеть происходящее. Неужели спасение?

Гоблины неожиданно стихли, переглядываясь и ожидая слов вожака. Тот, хоть и был явно недоволен, не смел противиться воле заклеймённого, а потому дал знак собираться. Адди облегчённо выдохнула, празднуя победу. Но тут перед носом уходящей шайки просвистела стрела. За ней вторая. Гоблины всполошились, схватились за оружие. И как бы давая им разрешение на бой, из-за стены выбежал Эйнар с боевым кличем и мечом наперевес.

– Oloth plynn dos! – прошипела Адди на языке своего народа, что, конечно, являлось очередным ругательством.

За счёт выпитого алкоголя меткость гоблинов убавилась, однако в противовес добавилась агрессия, компенсирующая проблему с координацией. Телль, отстреливаясь из лука, добралась до клетки и помогла выбраться Лире, та первым делом потянулась за лютней, но просвистевшая над головой гоблинская стрела умерила пыл. Эльфийка кивнула в направлении мельницы, где можно было укрыться. Внутри нашёлся рычаг, отвечающий за движение крыльев.

Эйнар размахивал мечом налево и направо, как будто выкашивая траву. В стороны отлетали самые медленные гоблины. Рядом ловко орудовал парными клинками Айи, добивая оставшихся или нанося коварный удар в спину.

Адди, парировав пару ударов кинжалом, побежала прямо в центр битвы к сломанной повозке, на которой горой стояли ящики. Глаза стража недоумённо округлились, пытаясь просчитать тактику дроу; его крик не привлёк внимания. Однако Телль, уже знакомая с силами колдуньи начала прикрывать той спину, выводя из строя гоблинов.

– Уходите, быстро! – крикнула Телль. Страж отказывался слушать, веря, что самое действенное оружие – это размахивать им. Полукровка оказался проницательнее, поняв, что сейчас произойдёт удар, и оттащил в сторону упирающегося Эйнара.

К тому времени Адди забралась на гору хлама и выкрикнула заклинание. Из пальцев полетели чёрные искры, которые, наскочив на гоблинов, зашипели, окружая их непроглядным чёрным туманом. Те, кто проворнее, пыталась сбежать, но стоило им покинуть смертельный туман, как наскакивали на холодные клинки и стрелы. Остальные без сил и признаков жизни падали на землю, рассыпаясь в прах, после встречи с огненными шарами.

Васильковые глаза спасённой девушки с любопытством наблюдали за сражением. Она, остановив движение крыльев, хотела помочь гному спуститься с мельницы, однако побоялась его отвязывать самостоятельно, чтобы тот при падении не набил дополнительных шишек. Тяжёлые веки под маслянисто-чёрными бровями дрогнули – он пришёл в себя.

Когда всё было кончено, Адди аккуратно спустилась с повозки, умудрившись запнуться, но удержать равновесие. Лира хотела было подозвать на помощь, но внезапно разгорелся спор.

– Откуда нам было знать, что ты нас не сдашь? – Эйнар с трудом представлял себя в роли просящего прощения.

– Я сказала, что договорюсь, – Адди сдерживалась, чтобы не сжечь заживо стража. – И я это сделала. А потом какой-то wael кинулся на них с мечом!

– Не может быть! – на заднем плане восторженно восклицал Айи. – Среди нас настоящий колдун!

– Ну, извини, – небрежно бросил Эйнар, проигнорировав неуместный восторг полукровки. – Мой народ не строит козни и не предаёт.

– Эйнар! – одёрнула Телль, словно мать отчитывает сына за услышанное ругательство. Девушка-бард смущённо переводила взгляд с одного на другого, не понимая, как им совместно удалось разделаться с гоблинской шайкой, если сейчас отказывались слушать друг друга.

– Спустите меня наконец! – закричал гном. – Позже будете выяснять отношения!

Вернувшийся на землю гном, почесал затылок, осматривая своих спасителей. И слова благодарности не спешили появляться. Телль показалась покрасневшая физиономия знакомой.

– Так-так, – гном топнул ногой и обратился к дроу. – И куда тебя на этот раз занесло?

– Пожалуйста, Грог, – язвительно ответила Адди. – И я вновь спасаю твою задницу.

– Ишь какая! – гном сплюнул.

– Вы знакомы? – тучный настрой Эйнара моментально рассеялся, стоило осознать связь между двумя совершенно непохожими существами.

– Да, я помню тебя, – кивнула Телль, – ты тот гном с корабля.

– Грог я, – огрызнулся гном, – а не "тот гном с корабля". А с тобой, verin, будет разговор. Будет, как только я найду, чем запить всю горечь нашей встречи.

Следующий шаг дался гному с трудом. Эйнар вовремя подхватил грузного воина и с трудом сам устоял на ногах.

– Далеко собрался со стрелой? – по-деловому поинтересовалась Адди.

Эйнар не мог позволить продолжать путь до рощи раненому гному, поэтому первым предложил разбить лагерь, чтобы дать возможность тому восстановиться и на следующий день вместе со всеми отправиться в дорогу.

Гном с остервенением берсерка сопротивлялся, но наконец сдался и распластался на импровизированной подстилке. Адди со знанием дела начала готовить место для операции. Оказывать первую помощь ей было не в первой. Лира моментально побледнела от вида раны и торчащей из неё наконечника стрелы.

– Давай ты поможешь Эйнару, – перед ней встала Телль с заботливым видом и ободряюще положила руки на плечи хрупкой девушки, – нужно развести костёр.

Очаровательные васильковые глаза загорелись энтузиазмом.

Айи тем временем бесцельно бродил по окрестностям, брезгливо стирая грязь с костюма. Взглянув на когда-то белоснежные манжеты, он расстроенно выдохнул. К месту операции он отказался приближаться даже на метр, оправдываясь чрезмерной чувствительностью к полевой хирургии, неприятным запахам и особенно к открытым ранам. Однако, чтобы показать свою полезность, он тут же вызвался осмотреть уцелевшие строения и колодец.

Телль присоединилась в качестве помощницы к дроу.

Адди склонилась над раненым другом. Мелкая гоблинская стрела вонзилась в место под ключицей. К удивлению эльфийки, гном нисколько не страдал от подобного положения. Дыхание его было спокойным.

– Грог, терпится?

– А ты как думаешь, эльфка? – сквозь стиснутые зубы процедил гном. – Повезло хоть с врачом.

Телль перевела взгляд на сосредоточенное лицо дроу, промывающей рану. Адди могла покраснеть, не имея рядом окровавленного соратника.

– Не дёргайся! – шикнула дроу.

Адди осторожно достала наконечник стрелы и попросила зажать сосуды, чтобы не допустить сильного кровотечения. Телль чётко следовала всем приказам. Поэтому вскоре раны была промыта, кровь остановлена, а наложенные швы были аккуратными и точными.

– Клеймо, – несмотря на рану, гном был силён духом и без труда мог поддержать разговор. Адди сняла наручи: на запястье также отпечатался открытый гипнотизирующий глаз.

– Лучше об этом молчи, – посоветовала она, кивнув в сторону стража.

– То есть всё-таки возможно, что это всё псионические способности? – Телль вспомнился вечер в Броафасте и то, как полукровке удивительным образом удалось убедить старшего следователями освободить их.

– Не возможно, а так и есть, – Адди разорвала куски ткани от спального мешка для наложения повязки. – Как думаешь, почему гоблины согласились уйти?

Лира была очень благодарна своим спасителям и без остановки щебетала, рассказывая чуть ли не всю свою биографию. Она выполнила все обязанности с особым рвением и уселась на земле, проверяя целостность любимой лютни. Для Эйнара это чудесное создание стало отдушиной за последние сумасшедшие дни. Никто не пытался его унизить язвительной шуткой, не сверлил агрессивным взглядом, а послушать про удивительный город Асаомонт было только в радость.

Спасённая девушка оказалась бардом. Её прямые волосы цвета пшеничного поля струились по плечам, обрамляя утончённое лицо. Слегка вздёрнутый нос, пухлые губы и нежный румянец на щеках придавали ей невинный и очаровательный вид. Но самой поразительной чертой были глаза глубокого синего цвета, как лепестки василька, которые искрились живым умом. Она выбрала жизнь странствующего артиста, собирающего истории и создающего из них чудесные произведения музыки. В этот раз Лира присоединилась к каравану торговцев, державших путь на Золотой Берег, но встретивших гоблинов.

Идиллию общения нарушил Айи, который возник как будто из ниоткуда, напугав девушку-барда. Та смутилась и извинилась за излишнюю впечатлительность. Игнорируя стража, полукровка победно выставил напоказ пыльные бутылки вина.

– Жизнь-то налаживается, – несмотря на наигранный весёлый тон, вид у полукровки был не особо здоровый.

Гном, оживившись, приподнял голову. Адди шикнула на него, напомнив, что про рану. И тот впервые простонал от боли.

Узнав пару новых красочных слов от Грога, Телль облегчённо выдохнула и ушла к костру, где страж вместе с бардом подготовили скромный ужин. Вскоре к ним присоединились остальные. И впервые все герои собрались вместе у костра.

От запаха вина Грог раскраснелся и потянулся за бутылкой, заверив, что это лучшее лекарство. Верилось в это с трудом, однако гном после первого глотка уже был готов ринуться в бой. Пользуясь его воодушевлённым состоянием, Эйнар решил расспросить об обстоятельствах, которые привели к подвешенному состоянию. Оказалось, что гном удачно пережил крушение корабля.

– Так я почуял сразу, что беда, – Грог описывал, как отбивался от страшных чудовищ, защищая дроу, пытающуюся в рубке справиться с управлением. – И нырнул в ближайшую капсулу. А там, как всё полетело! Очнулся уже тут неподалёку, да и дошёл до рощи. Ну, и, как говорится, из огня да в полымя. Гоблины нагрянули под утро. Мы от них отбились, да что взять с целителей? Повезло им, между прочим. Берсерки, как я, на вес золота. Да и друг мой старый объявился, зазнайка ещё тот.

– Гайус в роще Уланд? – на секунду у с виду равнодушной дроу появились эмоции. То ли это была радость, то ли досада от неизбежной встречи.

– По-любому готовится к обороне, – проворчал Грог. – А этих тварей гнать надо.

Эйнар пребывал в недоумении: то есть дроу вела дружбу с гномом и с неким Гайусом, которые были практически боевыми товарищами. Не будь этих компонент, было бы проще судить о фигуре скрытной спутницы, но теперь мир стража пошатнулся. Такие сочетания были редкостью, но если гном называл тёмного эльфа другом, то это говорило о многом.

Грог был неплохим рассказчиком, особенно, если дело касалось эпичного боя. Это настолько впечатлило Лиру, что та в благодарность за спасение решила разнообразить вечер у костра и поведать одну из любимых легенд.

– Этой истории двести лет! – торжественным шёпотом Лира начала рассказывать про трагичную судьбу проклятого барда, которого впоследствии нарекли Тёмным Странником.

Телль поудобнее устроилась у костра, приготовившись послушать историю.

– Говорят, что пару столетий назад в тавернах Асаомонта выступал необычный бард. Множество противоречивых слухов ходило о нём. А виной всему стала его уродливая, почти звериная внешность. Его матерью была прекрасная женщина с ангельским лицом. Но как прелестное создание могло произвести на свет столь ужасное создание, напоминающее ошибку природы? Этим вопросом задавался народ слишком часто, не церемонясь и не выбирая выражений. Поговаривали, что та, чей лик невинен, по ночам сношалась с самим дьяволом. Бедная женщина не выдержала злых слов и лишила себя жизни, рука не поднялась на собственное создание. Так юный бард остался совершенно один. Но насколько его внешность была ужасна, настолько был велик талант к музыке. И вскоре его мелодии разливались по всему городу, а голос завораживал любого гостя таверны.

– Может, он был тифлингом? – предположила Телль, воспользовавшись паузой.

– Кто знает, – пожала плечами Лира, продолжая наигрывать незамысловатую мелодию. – Факты слишком противоречивы, а история произошла слишком давно, чтобы её восстановить.

– Но однажды он встретил ту, что полюбила его душу? – наивно спросил Эйнар.

Айи чуть не расхохотался.

– Конечно, – иронично заметил он, – а потом они наплодили множество страшненьких ребятишек, пугающих народ.

Грог громко рассмеялся, представив как по городу бегают маленькие чертята и бедокурят. Адди предпочла незаметно ускользнуть.

– Всё может быть, Эйнар, – Лира ободряюще улыбнулась стражу и продолжила историю. – Дело в том, что вскоре народ начал замечать одну особенность. Все выступления барда непременно заканчивались трагичной смертью одного из слушателей.

– Тогда уродским была не только внешность, – Айи вновь привлёк внимание грубым замечанием, что повеселило одного гнома.

– Внешность сыграла злую шутку с бардом. А стечение обстоятельств привело к тому, что народ нарёк его голос проклятым.

– И его линчевали на главной площади под радостные визги детей!

– Это тоже неизвестно, – Лира достойно держалась, отражая все нападки полукровки, который так и норовил испортить историю. – По слухам, бард таинственным образом исчез. Кто-то утверждал, что тот дал прощальный концерт, в конце которого он испарился в адских клубах дыма. Кто-то заявлял, что видел его выступающим в тавернах или слышал знакомый голос барда, напевающего свои песни по ночам. Может, он уехал и нашёл ту, что полюбит его таким, какой он есть. Может, не смог жить со своим бременем.

– Может, его зарезали в подворотне, – будничным тоном продолжил Айи, поймав осуждающий взгляд стража. – Что? У всех разные вкусы. К тому же профессия барда лишена романтичного ореола на самом деле. Все эти выступления в грязных ночлежках перед выпившей публикой, от которой несёт перегаром, не особо напоминает жизнь, о которой стоит мечтать.

– Ну, ты же у нас утончённая личность, – вступился в защиту страж, – тебе подавай роскошную жизнь. К чему обращать внимание на простой народ?

– Думается мне, что наша рассказчица убежала из Асаомонта не от лучшей жизни, – парировал полукровка.

– Сидя на одном месте, нового не узнаешь, – мирным тоном ответила Лира.

– Знаешь одну из его песен? – после истории Телль захотелось услышать хотя бы одну из волшебных песен. Лира оживлённо закивала головой, ведь она была поклонницей.

– Я собрала всё, что смогла! – девушка приготовилась исполнить песню, но очередная колкость со стороны полукровки её сбила. Спор начал разгораться с новой силой. И в итоге Айи решил покинуть общество фанатов некоего уродца, жившего двести лет назад.

Когда был восстановлен мирный тон беседы, а Грог заснул в обнимку с топором, зазвучала интересная мелодия, в которую нитью вплелась лёгкая ирония. В куплетах рассказчик как будто обращался к кому-то, задавая тревожный вопрос, как слушатель воспримет откровение об его тёмном прошлом. Здесь было и опасение, что признания оттолкнут собеседника, заставив отвернуться. И рассказчик умолял не быть поспешным в своих суждениях.

Припев, который Лира исполняла чистым и мелодичным голосом, звучал веселее и повествовал о маленькой сладкой лжи, которая возводится как бастион для защиты уязвимых сердец. Как паутина, ложь тонко переплетается в жизни людей, начиная с маленькой, едва заметных нитей. Однако по мере плетения, она приобретает вес, становясь тяжким бременем.

Телль внимательно слушала, размышляя над таинственной фигурой барда, который, видимо, настолько боялся быть отвергнутым и настолько боялся показать свою уязвимость миру.

Второй куплет завершался описанием ослепляющей иллюзии масок, которые позволяют за пеленой лжи скрыть своё истинное «я». Здесь проступал конфликт между желанием избавиться от прошлого и страхом перед раскрытием истины.

– Я бы всё отдала, чтобы побывать на его выступлении, – мечтательно и в то же время с печалью произнесла Лира, когда прозвучали последние аккорды. – Так бы хотела познакомиться и узнать, как ему удавалось писать такие мелодии и тексты.

– Исполнишь ещё что-нибудь?

Лира радостно улыбнулась эльфийке и кивнула.

– Но следующая песня будет моя, – добавила она, – обещаю исполнить другую песню Тёмного Странника в следующий раз.

***

Пока другие устроили посиделки у костра, Адди удачно скрылась в темноте. Её мысли занимали совершенно другие проблемы.

Неподалёку дроу выбрала одну из разрушенных построек. Её стены, некогда выкрашенные в тёплые, гостеприимные тона, теперь были обгоревшими и чёрными. Крыша была частично обрушена, обнажая обугленные балки и покорёженные стропила. Оконные рамы были выбиты и разбросаны по полу. Дверь висела на одной петле. Единственная лестница, ведущая на второй этаж, была искорёжена и сломана.

Внутри дома царила такая же разруха. То немногое, что осталось от мебели, было разбито и перевёрнуто. Здесь ещё оставался запах дыма и гнили. Лучшее место для призыва демона.

Скрывшись от посторонних глаз, колдунья собрала немного пепла и рассеяла по земле, вычерчивая знак вызова. Адди зашептала заклинание, её слова резонировали с самой тканью реальности. С каждым произнесенным слогом дымчатый воздух становился тяжелее, а атмосфера пропитывалась ощущением неземного присутствия. Пепел закружился в вихре, рисуя призрачные фигуры, которые, сплетаясь, чернели и извивались подобно змеям. Тёмный дымчатый сгусток становился всё плотнее, из него полезли такие же щупальца. Тут и там начали открываться зелёные глаза. Много глаз.

– Здравствуй, Хермеус, – с подобающим колдуну почтением поздоровалась Адди, ожидая очевидного вопроса.

– Адди, – у сущности не было рта, но голос доносился как будто из её глубин. – Давно не выходила на связь.

Однако демон решил не спрашивать про последние события в жизни своего последователя. С другой стороны, Хермеус всегда отличался от своего дьявольского вида: его никогда не интересовала жизнь смертных, да и коварным его было сложно назвать. Он всегда находился где-то далеко в своих мыслях.

Даже их первая встреча. Адди тогда только заканчивала Арак-Тинилит и пыталась всеми способами выжить. Она хорошо изучила вопрос сделок с демонами и, призывая одного из них, ожидала, что тот явится в человеческом обличии и будет юлить, чтобы заключить до невозможности дотошный договор. Но вместо этого дроу чуть в обморок не упала, когда в углу комнаты появилась чернота с щупальцами и множеством зелёных глаз. Так человек мог бы испугаться, увидев на дверном косяке своего дома огромного чёрного паука. Приближаться к такому не хотелось ни на метр, чего уж говорить о ведении беседы.

Оказалось, что Хермеус выбрал именно эту форму для связи с физическом миром; далеко-далеко на своём плане Чертогов Знаний он выглядел более презентабельно. Но отличалась не только его оболочка. Хермеус особо не интересовался интригами и кознями у смертных, информации о нём было ничтожно мало, а последователей и того меньше.

Видимо, так сложились звёзды, что именно он нашёл дроу или она его. К слову, сама будущая колдунья не была обычным искателем приключений, жаждущим получить знания или магические способности. Адди обескуражила демона просьбой заблокировать её слишком хаотичную энергию. Взамен она согласилась искать новые знания для коллекции в Чертоге демона. Однако Подземье не то место, где можно бесконечно искать артефакты. Дом дроу, занимавший место где-то в низах иерархии Мензоберранзана, был уничтожен. Виновных не нашли, но, странно, в живых оставили двоих отпрысков дома Хла`харел`афин, что не было принято в обществе тёмных эльфов. Адди на правах старшей сестры думала над тем, как закрепиться и выжить с младшим братом. Жизнь напоминала безумный сон в лихорадку. Хуже, чем родиться мальчиком, по мнению Адди, было родиться старшей сестрой, которой не оставляют выбора и отдают в услужение богини Ллос. Старшие дома вели тонкую игру, пытаясь заманить в свои сети оставленных на произвол судьбы наследников. Наставница в Арак-Тинилит, которая на протяжении всех лет обучения издевалась над Адди, заставляя выкладываться наполную, по окончанию экзамена, оказалось сумасшедшей фанатичкой, верящей, что её воспитанница избранница Ллос. Поэтому Адди с удовольствием сбежала с братом из Подземья, благодаря новообретённому покровителю.

Особо не тратя время на пустую болтовню, Адди оголила правое запястье, показывая клеймо с раскрытым глазом по центру. Один из глаз демона подлетел ближе, рассматривая рисунок.

– Знаешь, что это?

– Хмм, – столь протяжный звук мог трактоваться по-разному, начиная от «не знаю, что это такое, если бы знал, что это такое» и заканчивая «конечно, знаю, но я не вмешиваюсь в дела смертных».

– Все считают, что это иллитиды, – Адди говорила быстро и чётко, – но я не помню, чтобы мне подсаживали личинку, да и цереморфоз уже давно должен был произойти. И вместо этого я сплю, как обычные люди, и слышу непонятный зов.

Демон молчал. Глаза парили в густой дымчатой черноте.

– У тебя новая татуировка? – спросил Хермеус.

– Ты так и не научился шутить, – колдунья застегнула манжет, – попроси уже кого-нибудь найти сборник анекдотов.

– Предлагали только бородатые, но зачем мне борода? – пара глаз с любопытством выглянула наружу, разглядывая костёр и собравшихся вокруг него путников.

– Оу, – в голосе прозвучало умиление, – ты нашла новых друзей?

– Скорее, обузу, – дроу вновь попробовала сосредоточить внимание покровителя на более важных вопросах.

– Это точно не иллитиды, – наконец ответил Хермеус, – но что-то похожее по механизму действия. Уже пробовала руку отрезать?

– Ха, видишь, с каждым разом шутки становятся лучше.

– Благодарю, —щупальца взволнованно заколебались. – Я чувствую поблизости артефакт. Найдёшь его?

– Не думаю, что сейчас получится.

– Тебе будет по пути. Зов укажет путь.

– Так дело не в клейме? – дроу растерялась. – Но почему артефакт слышу

только я?

– Хмм.

– Хм?

Но вместо ответа глаза один за другим начали закрываться, а тьма рассеиваться. Собственно, ничего нового. Беседа с Хемеусом всегда своеобразно строилась и внезапно обрывалась.

Уловив краем уха чьи-то шаги, дроу быстро перемешала пепел, скрывая следы ритуала, и выглянула за стену. Как раз в её сторону брёл раздражённый полукровка, который покинул компанию возле костра.

– Твоё нытьё вконец их доконало? – подтрунивая, спросила Адди.

Полукровка состроил ещё более недовольную и оскорблённую гримасу.

– В отличии от тебя, я сама ушла, чтобы не слушать болтовни.

– Посмотри на них, – Айи облокотился спиной на стену, скрестив руки на груди. – Сидят, поют, как будто дружной компанией отправились в поход. Может ещё за ручки возьмёмся и поводим хоровод? Вон, наша новая подруга сейчас говорит, что является поклонницей того несчастного барда и мечтает с ним познакомиться, хотя он помер двести лет назад.

Что-что, а проницательности ему было не занимать. Затем последовали недурные пародии на реплики каждого из спутников. Вышло забавно, даже мрачная дроу оценила подобную комедию.

– Они пытаются отвлечься от проблем, – колдунья пожала плечами.

– А что ты вообще здесь делала? – опомнившись, резко поинтересовался полукровка. – Твоя лежанка хоть и далеко от остальных, но точно не в этом ветхом строении.

– От твоей недовольной рожи пряталась, – огрызнулась Адди.

– Смотрю, не часто в зеркало на себя любуешься, – в том же тоне ответил Айи. – Так бы знала, что королева недовольных выражений и кислых мин – это ты.

– От королевы нытья слышу.

– С тобой ещё хуже, чем с этой сладкой компанией друзей-переростков, – ворчливо произнёс Айи.

– Потому что могу ответить?

На этот выпад полукровка не смог привести колкого аргумента. Дроу заметила, что его лицо как-то осунулось, а круги под глазами стали напоминать уголь. За весь вечер он так и не притронулся к еде.

– Тебя случаем не ударили по голове?

– Иди ты…

Полукровка спешно удалился в темноту.

Остальные у костра разошлись спать позже обычного. На дежурство заступила Телль, которая решила первым делом пройтись вокруг. Она по-прежнему поражалась желанию колдуньи спать подальше от их скромного отряда. Может, дроу всё же брезгует путешествовать с эльфом и человеком, но как же безопасность? И если гоблины всё ещё рыщут по округе, то им не составит труда к ней подкрасться. Или того, кто… Внутри всё сжалось от воспоминания трупов, найденных возле стен Броафаста.

Успокоив себя, Телль добрела до лежанки дроу. Та явно спала, однако вдруг подняла рукe вверх. Та зависла в воздухе и оставалась в таком положении несколько минут. Затем кисть изящно изогнулась, как будто делая магический пас. После странных движений дроу вроде бы успокоилась. Телль подошла ближе, убеждаясь, что та действительно спит. И вдруг в замершей темноте раздался смешок. Дроу над чем-то хихикала, однако со стороны выглядело жутко. Может, поэтому она предпочитает спать подальше от остальных?

Удостоверившись в спокойном окружении, Телль продолжила обход. К счастью, ни одного следа гоблина или дикого зверя. Только лежанка полукровки подозрительно пустовала. Куда же он ушёл на ночь глядя? Эльфийка настойчиво отодвинула мысль об убитых под стенами Броафаста. Это просто совпадение.

Глава 5. «Изумрудная роща Уланд»

I always get into the night

Mother always warned me such

Being a nocturnal soul

Besides just being simply strange

Spawns from some illness of the mind

'Cause the night, she calls me

She calls me

– До чего громкие эти гоблины, – Айи выглядел бодрым и беспечным. – Вы замечали?

– Это ты к чему? – Эйнар поправил меч на поясе. Они только недавно выдвинулись в дорогу.

– Да их за километр слышно! – рассмеялся Айи. – И как только они охотятся?

– Полагаю, что никак, – несмотря на рану, Грог легко двигал рукой, то доставая, то убирая топор. – Украли тут, вынесли там.

Лира прыснула со смеху, чтобы побыть навеселе со всеми.

Дроу мрачно закатила глаза, поражаясь, что их возможности до сих пор не исчерпаны. Очередная кошмарная ночь лишила её заслуженного покоя, а впереди маячила встреча с Гайусом. Его нравоучения и вопросы, на которые хотелось ответить пренебрежительным молчанием, вновь начинали действовать на нервы. Едва удалось вырваться из одной проблемы, как её вновь закидывает в передрягу.

Солнце пробивалось сквозь листву, бросая золотистые пятна на изумрудно-зелёный ковёр мха под ногами. Стволы деревьев всё больше напоминали древние колонны, поддерживающие зелёно-голубой свод над головой. В гуще рощи царила тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев. Компания не совсем дружная, но довольно колоритная, продвигалась дальше, пока не достигла развилки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.