Виталий Свадьбин
КиберМиха. Полукровка

От автора.

К вниманию читателей фантастика в жанре «киберпанк» и «попаданцы». В книге будут присутствовать некоторые отличия от реальной истории. Просьба к читателям, не забывать, что к их вниманию представлен вымысел автора. Автор взял на себя смелость максимально приблизить события в параллельном мире к истории нашего мира, в Средние века. Имена и фамилии реальных исторических персонажей изменены, либо оставлены для художественного смысла, а также для правдоподобности фантастического повествования. В книге пересекаются технологии инопланетного мира с примитивными технологиями Средних веков. Желаю приятного чтения всем любителям фантастических вымыслов.

Предисловие.

Галактика UDFj. Звёздная система Альфа Фор.

Президент Академии наук Тройного Содружества, профессор Салюс, находился в своём кабинете и просматривал результаты проверки экспериментов по внедрению в кровь гуманоидов микроскопических альфаробов¹, которые будут регенерировать клетки органов тела гораздо быстрее, чем это делают микроскопические бетаробы², которые изобрели тысячу лет назад. В крови Салюса именно бета-робы. Его срок жизни не бесконечен, ограничивается в тысячу лет, а свои пятьсот лет Салюс уже прожил. Президент ТСАН³ довольно откинулся на спинку кресла, нажал на кнопку вызова старшего секретаря. Дверь бесшумно отъехала в сторону, на пороге кабинета появился старший помощник и секретарь Фидес.

– Фидес, в каком состоянии находится линкор «Метеор»? – спросил президент.

– Всегда в рабочем и готовым к полёту, но в сберегающем режиме «НЗ⁴», – чётко ответил помощник.

– Прикажи загрузить на «Метеор» всю экспериментальную партию альфаробов, про запасное оборудование для размножения микроорганизмов не забудь, – распорядился Салюс.

Фидес поклонился и вышел из кабинета, дверь за ним плавно закрылась. Салюс свернул файл, и нажал на значок «Совершенно секретно», на визуальном экране. Теперь доступ к файлу могут получить только члены Совета ТСАН. Шифрование секретов делается на таком уровне, что в данное время просто не существует приборов или биосеток⁵, которые смогли бы вскрыть такое шифрование. Салюс встал с кресла, чтобы размять ноги, подошёл к окну и посмотрел на территорию научного центра через окно. А в голове закрутились воспоминания его личного восхождения до вершины должности Президента ТСАН.

Родился Салюс в звёздной системе Бета Фор, закончил гимназию, потом колледж, а вслед за этим институт, получив научное звание доктора наук по физике, биологии и химии, он смог подать заявку на поступление в академию, которая находилась в звёздной системе Альфа Фор, на планете Тита. Поступить в такую академию мог только один гуманоид из ста, подающих заявки. Салюс оказался лучшим в своей сотне. Жизнь в академии началась, изучение научных трудов, работа младшим научным сотрудником, потом просто научный сотрудник, а ведь ему тогда было уже пятьдесят лет. Но главное он стал титаном⁶, законным гражданином планеты Тита. Госпожа Удача, в очередной раз, повернулась к нему лицом, Салюс попал в группу инженеров-биологов, которые создали новую добавку в кровь – бетаробы. Все участники разработки таких микроорганизмов и стали подопытными в применении новых бетаробов. Эксперимент прошёл удачно. Салюс получил возможность прожить тысячу лет и очередную должность – старший научный сотрудник. По карьерной лестнице двигался постепенно. До кресла президента ТСАН, Салюс добрался, когда ему исполнилось четыреста пятьдесят лет. И вот уже полвека он руководит планетой Тита, которая является, по своей сути, центром всех научных разработок Тройного Содружества. Именно в ТСАН хранятся все секреты науки. Дверь в кабинет вновь открылась, Салюс обернулся. К нему пытался прорваться начальник СБ⁷ ТСАН генерал Квирин, а старший помощник Фидес пытался его задержать, но безуспешно. Салюс махнул рукой помощнику, чтобы не мешал. Фидес поклонился и вышел за дверь, которая тут же закрылась.

– Чёрт бы тебя побрал, Фидес, – вслед помощнику выругался генерал.

– Генерал, ты такой разъярённый, будто началась война, – произнёс Салюс.

– Именно, профессор. Пятый космический флот варагов⁸ ворвался в систему Альфа Фор, а это говорит о том, что пограничный флот Тита разгромлен. Через несколько часов вараги будут у планеты Тита, не думаю, что наши форты на орбите придержутся долго, – нервно сообщил Квирин.

– Империя Вар развязали войну с Тройным Содружеством? А начать решили с нас, зная, что здесь можно поживиться техно-секретами, – то ли спросил, то ли утверждал Салюс.

– Так и есть, Салюс. Мы сможем продержаться сутки. Я отправил сообщение в Содружество, но помощь подоспеет максимум через пять суток, более спокойно доложил генерал.

– Мы сможем вырваться с планеты, если используем линкор «Метеор»? – спросил Салюс.

– Пока дивизион СБ сдерживает врагов, плюс помощь фортов на орбите, то да, скорей всего вырвемся, – ответил генерал.

– По протоколу мы обязаны уничтожить новые разработки и оборудование, чтобы они не достались врагу. А также все экспериментальные экземпляры подлежат уничтожению. Как минимум то, что не сможем погрузить на линкор. Сколько у нас времени, генерал, только точнее?

– Десять часов не больше. Как только флот варагов подойдёт к планете, они возьмут его в кольцо, через которое прорваться будет почти невозможно, – ответил генерал президенту академии наук.

– Тогда не будем медлить. Эвакуировать всех научных сотрудников в первую очередь, в том числе часть охраны. Подозреваю, что за нами отправят погоню, а если догонят, то попробуют взять на абордаж. Из научных сотрудников плохая защита звездолёта, но для этого подойдут сотрудники службы безопасности. Поторопитесь генерал, а я соберу весь материал и кристаллы памяти, – распорядился президент.

Генерал Квирин резко развернулся на каблуках и покинул кабинет президента. Эвакуация началась. Из службы безопасности генерал Квирин брал только две гвардейские роты десантников, иначе не получится разместить научный состав и обслуживающий персонал Титы. Линкор «Метеор» был готов к вылету через девять часов сорок пять минут. А ещё через пять минут исследовательский звездолёт стартовал с космодрома ТСАН. На борту звездолёта находились пять тысяч человекоподобных титанов.

Однако командующий 5-м флотом варагов оказался непрост, он предусмотрел, что титаны попробуют эвакуировать свои научные разработки. Командующий варагов послал пять линейных фрегатов, чтобы перекрыли все возможные пути отступления. По этой причине линкор «Метеор» наткнулся на трёх противников, которые тут же открыли огонь из своих дальнобойных орудий. Имперцы очень воинственны, что-что, а воевать они умеют. Линкор попал под накрытие, а от второго залпа вражеских орудий получил повреждение. В это время в рубке исследовательского звездолёта находились трое. Командор Эвр, профессор Салюс и генерал Квирин. Звездолётом управлял ИИ-Л, искусственный интеллект, класс линкор, который сразу доложил электронным голосом.

– «Внимание. Повреждено автоматическое управление генератора межпространственного прыжка в другие Галактики. Рекомендую переключится на ручное управление. Рекомендую действовать по протоколу».

– И что сие значит? – спросил профессор у командора звездолёта.

– Придётся выходить на прыжок в системе ручного управления, профессор, – как-то нервозно ответил Эвр.

– Нет гарантий точности прыжка. Мы можем заложить одни координаты, а выскочим из прыжка в непонятном месте. Такое уже бывало на моей памяти, окажемся в какой-нибудь глубокой заднице, – выругался генерал, который разбирался в управлении звездолётами.

– И что нам делать? – спросил профессор.

– Молиться на удачу или каким-нибудь богам, если среди нас есть верующие, – отозвался командор Эвр, и переключил управление с автоматического на ручное.

И всё же титаны успели заложить координаты одной из планет, в системе звёзд Содружества. Произошёл прыжок из одной Галактики в другую. Однако никто не ожидал, даже не подозревали, что повреждение управления генератора приведёт к незапланированной смене координат.

– Займите места в креслах пилотов и пристегнитесь, мы заходим в прыжок, – распорядился командор, профессор и генерал быстро последовали его приказу.

Солнечная система. Беглецы находят приют.

Как только исследовательский линкор выскочил из прыжка, командор Эвр перевёл кресло из лежачего положения в сидячее. И сразу стал набирать комбинации на клавиатуре управления рубкой, чтобы понять в какие координаты Дальнего Космоса они выскочили.

– Чёрт. Повреждение оказалось более серьёзным. Мы не попали туда, куда планировали, – Эвр продолжал делать диагностику штурманских показаний.

– Куда же нас занесло? – спросил профессор, принимая сидячее положение.

– Со своими желаниями надо быть осторожней. Генерал пророчил глубокую задницу, вот мы и попали в дальний уголок Космоса. Сейчас мы находимся в Галактике Млечный Путь. А если точнее, то в Солнечной системе. Я запускаю беспилотные зонды, через десять часов мы поймём, какие здесь имеются планеты. А главное, есть ли здесь планета с атмосферой, – Эвр вновь начал манипулировать клавиатурой управления.

– Эвр, мы сможем починить управление генератором прыжка? – спросил более практичный генерал.

– Скорей всего нет. Как минимум в ближайшие годы. Диагностика ИИ-Л показывает, что блок управления непригоден для ремонта, а запасных частей у нас нет, – через несколько минут ответил командор на вопрос генерала.

– У нас есть полевые лаборатории, можно собрать что-то на замену, – решился подсказать профессор.

– Может быть, если сможем найти кристаллы «чёрной дыры». Именно такие кристаллы используются в управлении генератором прыжка. А я, профессор, пока не наблюдаю на штурманской карте какой-либо «чёрной дыры», – ответил Эвр на предложение профессора.

– Будем реалистами. Надо исследовать звёздную систему, если есть планета пригодная для жизни, начать на ней устраиваться, – добавил более практичный генерал Квирин.

В этот же день принято решение о создании Совета, который берёт на себя руководство всеми спасшимися титанами. В Совет вошли командор Эвр, профессор Салюс и генерал Квирин. Через трое суток корабельного времени Совет собрался в рубке исследовательского линкора.

– Хотелось бы послушать Эвр, каковы результаты поиска зондами в этой звёздной системе, куда мы угодили, – предложил высказаться командору Салюс.

– Звездная система Галактики Млечный путь. В памяти нашего ИИ-Л есть старые карты. Итак, звезда по спектральной классификации относится к типу «G», Жёлтый Карлик. Во внутренней области системы имеется четыре планеты, пояс астероидов и карликовая планета, в поясе астероидов Церера. Во внешней области этой звезды ещё четыре планеты и порядка пятнадцати объектов, с которыми придётся ещё разбираться, на предмет полезности для нас. Третья планета от звезды имеет атмосферу пригодную для проживания живых существ. На этой планете имеются гуманоиды. Предлагаю отправить туда разведку. В экипаже нашего линкора есть соответствующие специалисты. Отправим один из корветов. Нужны добровольцы из десанта и научной группы, которых можно будет высадить на планету и собрать более точную информацию, заодно собрать данные по языковому общению аборигенов, – закончил доклад командор.

Ни профессор, ни генера не возражали, в это же день к планете, которая из космоса имела голубой цвет, вылетел корвет-разведчик с сформированным экипажем и десантом на борту.

Между делом линкор приблизился к красной планете, где встал на рейд. На планету красного цвета отправили роботов-разведчиков, требовалось выяснить какие полезные ископаемые можно добывать на этой планете. Через две недели корабельного времени пришло сообщение от корвета-разведчика, которого отправляли к голубой планете. Командор Эфр первым расшифровал сообщение и вызвал в рубку звездолёта Салюса и Квирина.

– Господа, есть более уточнённые данные. На планете проживают аборигены, гуманоиды. В некотором смысле внешне походят на нас. Если пользоваться нашей метрической системой длины и высоты. То их рост колеблется от 1,6 метра до 2 метров. При этом у нас даже женщины имеют средний рост два метра, а наши мужчины достигают двух с половиной метров. Для нас они будут казаться низкорослыми. Местами аборигены живут кочевыми племенами, но некоторые смогли развить свою цивилизацию достаточно неплохо. Тем не менее в большинстве случаев, на планете сохраняется рабовладельческий строй, аборигены достаточно воинственны, ведутся междоусобные войны, – докладывал Эвр.

– Есть ли религия? Как они называют себя сами? – сыпал вопросами профессор.

– Религия имеется – многобожие, в большинстве образований гуманоидов в группы. Общее название аборигенов – люди, в единственном числе называется человек. Но между собой они разделяются в соответствии с названием местности. На планете пять континентов, имеются острова, вся остальная площадь планеты покрыта водой. Имеется шестой континент, который полностью покрыт льдом, расположен на южном полюсе планеты. Северный полюс покрыт льдом, замёрзший океан. Если опираться на температурный режим, то на планете найдётся пять шесть мест, где мы бы могли устроить свои базы. Себя мы можем выставить богами, аборигены это проглотят. Например, ваше имя, генерал у местных аборигенов означает бога войны. Совпадение или нет, не берусь судить, предлагаю подождать следующего сообщения от разведчиков, – предложил Эвр.

– Я бы предложил направить второй корвет, чтобы осмотреть те места, где мы сможем организовать наши базы. К тому же нам потребуется расшифровать методы общения гуманоидов между собой, преодолеть языковой барьер, – предложил генерал.

– В этом не будет проблем, у нас есть методы расшифровки через искусственный интеллект. Не удивлюсь, если найдётся что-то в старых информационных базах. Господа, а ведь наш слуги гомуны⁹ очень похожи на местных аборигенов. Мы вполне реально сможем запустить процесс селекции. Разместить нашу обслугу среди аборигенов, таким образом получим агентов влияния. Думаю, быть богами вполне приятное занятие, – ухмыльнулся профессор.

Решение было принято Советом единогласно. Второй корвет отправили для разведки мест по координатам. Началась подготовка запуска агентов из обслуживающего персонала, а в последствии развитие агентурной сети. Совет начал готовиться к операции по внедрению на планету, которую местные аборигены называли Солнцем. Вскоре разведывательный десант выяснил, что летоисчисление у аборигенов считается, как 101-й год, но не удалось понять от какой точки идёт расчёт. Основную базу предполагалось поставить в горах, недалеко от города, который аборигены называли Рим. Титаны не планировали захватить планету и править на ней, им больше понравилась роль богов, которым местные люди будут поклоняться. Гомуны становились жрецами в храмах римских богов. Шли десятилетия, которые складывались в века. Римская империя под присмотром богов-титанов становилась непобедимой. От связи гомунов и людей стали рождаться дети, которых называли полукровками. Мальчиков полукровок забирали в армию, так как они были сильнее, быстрее и более обучаемы, нежели простые люди. Процесс слияния людей и пришельцев набирал обороты. Когда полукровка достигал успехов на военной службе, его отводили в горы, где он получал посвящение от божественных титанов. С этого момента он сам считался гомуном, переставая быть полукровкой. Также полукровки могли сделать карьеру, начиная служить послушником жреца, а потом пройти посвящение титанами, стать гомуном и жрецом. Все чистокровные титаны получили вакцинацию альфаробами, теперь их жизненный срок увеличился в несколько раз. Но ни гомуны, ни титаны не были совсем бессмертными. Если отрубить голову, то даже титан умирает. Правда среди людей таких храбрецов не находилось, чтобы потягаться с «богами».

2025 год. Зона СВО. Михаил Громов.

Мишка Громов родился в городке Темрюк, Краснодарского края, в 1990-м году. Матери в то время был семнадцать лет, а отцу двадцать пять. Отец работал на коньячном заводе, попивал горькую, постепенно спиваясь. Когда Мишке было два года отец замёрз по пьяной лавочке, зимой в сугробе. Мать, прихватив двухлетнего Мишку переехала к бабе Зине в пригород. Имелся у бабы Зины домик возле устья реки Кубань. Через полгода после смерти отца Мишки, мать познакомилась с приезжим в командировку мужчиной, из Владивостока. А осенью, оставив Мишку на руках пенсионерки Зинаиды Макаровны, своей матери, укатила с новым своим возлюбленным на Дальний Восток. Так и рос Мишка под присмотром бабы Зины. По характеру бабушка Зина, без сомнений «бой-баба», про неё порой так и говорили: «БТР, а не баба». Из Мишки бабушка растила мужика, как умела. В лихие 90-ые годы не голодали, свой огород, река рядом, где всегда водится рыба, но и лишнего в доме не было. Мать с Дальнего Востока время от времени высылала денежные переводы. Когда Мишке исполнилось десять лет, баба Зина отвела его в секцию рукопашного боя, которую организовал отставной майор Тимофей Фёдорович Чёрный. Служил Чёрный то ли в разведке, то ли в спецназе, об этом никто не знал. Но только потерял он там руку на какой-то боевой операции. Первые годы, как вышел в отставку майор жутко пил. Семьи у него никогда не было, вот и заливал себя алкоголем. Остановила от пьянки майора именно баба Зина, как она это сделала, соседи так и не узнали. Только открыл Тимофей Чёрный детскую секцию борьбы по рукопашному бою. В то неспокойное время часто открывались такие школы или секции. Пробовали местные бандиты привлечь Чёрного, чтобы тренировал бойцов группировки, но майор отказал. Авторитеты банды не успокоились, стали угрожать, а потом вдруг резко умерли, кто от сердечного приступа, а кто-то от кровоизлияния в мозг. Люди не дураки, догадывались, что причиной такой болезни сердца у молодых бандюков стал отставной майор. Так и тренировал Чёрный пацанов, плату брал разную, кто сколько мог, тот столько и платил, а желающих тренироваться у Чёрного хватало. Брал не всех, только тех, кто соблюдал правила. Нет наркотикам, нет участию в преступных группировках. Мишка рос крепким парнем, не повезло ему с родителями, зато бог наградил крепким здоровьем. Когда пришёл призывной возраст, отставной майор сам сходил в военкомат, в результате Мишка попал служить в спецназ ВДВ. Успел поучаствовать во 2-ой Чеченской войне. К тому времени баба Зина умерла. После дембеля Мишка первое время крутился в секции Чёрного, поддерживал свою физическую форму, да пацанов помогал тренировать. С матерью контакт не налажен, у той новая семья и уже двое детей. Мишка и не стремился к контакту с родительницей, не помнил он её толком, только по фотографиям. После своего отъезда, мать так ни разу и не появилась в Темрюке.

Когда начались тревожные события в Крыму и на Донбассе, после 2014-го года, Мишка подался в Крым, а потом на Донбасс. Кроме майора-отставника Чёрного никого из близких не осталось у Михаила, так что ничего его не держало на родной Кубани. После Крыма уехал добровольцем в Донецкое ополчение. Так и воевал там восемь лет, попутно освоил программирование у местных умельцев, начал хорошо разбираться в компьютерах. А в 2022-ом году подписал контракт с Российской армией. Теперь он воевал в роте разведки в зоне СВО, заместителем командира взвода. За время исполнения своего долга перед страной был два раза ранен, награждён орденами и медалями. В марте 2025-го года группу разведчиков, которой командовал старший сержант Михаил Громов окружили украинские нацисты. Сдаваться разведчики не собирались, отбивались до последнего патрона, а потом до последней капли крови. Последний свой решительный бой, Михаил Громов провел с врагами, вооружившись двумя штык-ножами, уложив в рукопашной схватке ещё четверых врагов, пока не получил три пули в спину, от чего сознание Мишки померкло, а душа покинула тело.

7 век, 670 год. Северный Кавказ. Граница римлян и хазар.

Восемнадцать лет ранее событий, которые будут описаны, у кочевых народов Болгарии был один из ханов кочевников Кубрат, который стал каганом Великой Болгарии в 632-ом году. Как и все приличные ханы имел несколько жён, от которых рождались дети, дочери и сыновья. Дочерей хан Кубрат отдавал своим военачальникам в жёны, чтобы породниться и тем самым усилить свою власть. Одну из его дочерей, шестнадцатилетнюю Хатун выкрали хазары и продали в наложницы гомуну, римскому жрецу Акросу. Акрос овладел девственницей, как только она подросла, невольница понесла от жреца плод. Через девять месяцев девушка родила мальчика, произошло это в 654-ом году. Хатун с младенцем жила в одном из римских храмов. Как только малыш немного подрос, Хатун решилась на побег. А бежать собиралась в ханство отца. Она слышала, что отец стал только сильней, вокруг него становится всё больше воинов. Хатун не знала, как с ней поступит отец, но и оставаться в храме не желала. В 655-ом году она совершила побег, к этому времени были накоплены средства, чтобы заплатить за еду и лошадей в дороге. Побег удался, за три месяца Хатун добралась до кочевья отца. Кубрат выслушал её, не перебивая.

– Как ты назвала сына? – спросил Кубрат у дочери.

– Михар, – ответила Хатун, не поднимая головы и продолжая стоять на коленях перед отцом.

– Пусть так и будет. Мальчика я возьму на воспитание, все узнают, что у кагана Кубрата есть ещё один внук Михар. Тебя выдам замуж за одного из своих ханов тысячников. Его имя Чорпан, он немолод, но верен мне, – принял решение каган Кубрат.

Никто не посмел возразить большому кагану Кубрату, когда узнали, что в семью принят ещё один внук Михар. Мальчик рос со своими сверстниками, в три года его посадили в седло. А в пять лет он уже попадал на скаку из лука в плетёную корзину. В 665-ом году Кубрат умер. Трон отца занял старший сын Батбаят, но правил всего три года. Сыновья Кубрата не последовали его завету, разделили Большую орду и каждый пошёл своей дорогой. Полководец и хан Чорпан увёл за собой пятьдесят тысяч кочевников, а ушли они на Северный Кавказ. С ними ушёл внук Кубрата Михар. Теперь молодого хана называли Михар Кубрат Дуло, сотней он начал командовать, когда ему исполнилось четырнадцать лет. А в шестнадцать хан Чорпан дал ему триста всадников. С одной из своих сотен Михар решил пощипать римлян, чтобы разжиться золотом, а заодно блеснуть храбростью в орде. Но орешек оказался не по зубам. Конные легионеры окружили сотню Михара, перебили почти всех болгар, спасшихся не было, нашли даже тех, которые смогли затаиться в степи. А вот за молодым ханом Михаром образовалась погоня.

За полукровкой Михаром больше двух часов гнались римские всадники. Михар, как мог, погонял своего скакуна, но ранен конь, две стрелы угодили в заднюю холку, теряет силы. И вот конь Михара пал. Михар подхватил свой лук, саблю и колчан со стрелами и бросился к ближайшим скалам. Через каждый тридцать шагов он резко оборачивался, пускал стрелу в своих врагов. Надо сказать, что ни одна стрела не пропала даром. Но беда в том, что стрел мало, а врагов значительно больше. Когда была потрачена последняя стрела, Михар побежал быстрее, напрягая свои силы. Но конные легионеры не желали отпускать молодого хана. Нашёлся и у римлян меткий стрелок из лука. Стрела пробила бедро Михару. Он остановился, обнажил саблю, лук взял в левую руку, им можно парировать удар меча. Михар оскалился, сейчас он походил больше на загнанного волка, который готов продать свою жизнь подороже. Легионеры окружили молодого хана, выставив перед собой копья. Один из легионеров, тоже бывший полукровка, а после посвящения у титанов стал гомуном, получив новое имя Клавдий. Клавдий командовал сотней всадников в легионе и гордо носил звание тессерарий¹⁰.

– Ну-ка дайте я разомнусь с этим щенком, не мешать мне, – громоподобно приказал Клавдий.

Михар встал в стойку, отведя саблю чуть назад. Клавдий крупнее и выше, а значит можно рассчитывать только на свою ловкость. Лук у Михара крепкий, составной, зараз его не перерубить, сможет парировать удар. Клавдий резко ускорился. Вжих! Свистнул клинок легионера, рассекая воздух. Михар подставил лук, но меч римского воина прошёл через препятствие, словно парировали удар тряпкой. Клавдий разрубил лук и попутно отрубил часть руки у Михара, по локоть, кожаная броня не спасла молодого хана от увечья. Кровь брызнула из культи. Михар зарычал от ярости, понимая, что сейчас потеряет сознание. Молодой хан кинулся на опытного легионера, но Клавдий легко парировал удар сабли своим мечом, а свободной рукой нанёс удар в челюсть мальчишке. Михар постоял несколько секунд раскачиваясь, и рухнул на землю, потеряв сознание.

Глава 1.

7 век. 670 год. Северный Кавказ. Полукровка.

Я начал приходить в сознание от того, что кто-то из бутылки поливал моё лицо. Стоп! Мне в спину стреляли, я хорошо помню боль в спине, только потом потерял сознание. Или умер? Или что? Что там, япона мама, произошло? В меня стреляли из автомата, когда я ловко резал наёмников. Да это были точно наёмники, что-то кричали на своём языке, вроде польский и английский. Потом удар в спину, звук автоматной очереди и темнота. Я не должен был выжить. Но, клянусь соседским поросёнком, похоже выжил. Я открыл глаза, сразу почувствовал боль в левой руке, а ещё жутко ныла левая скула. Надо мной стоял…Что за хрень? Я вижу легионера. Настоящего, чтоб вас, легионера. И этот тип замахнулся мечом, чтобы что-то отрубить от моего любимого тела.

– Стоять! – прозвучал басовитый приказ, только пока не знаю чей, кто-то крикнул со стороны.

Легионер остался стоять с поднятым мечом, потом медленно опустил свой «великовозрастный» ножик, отступил на шаг в сторону. Я смог рассмотреть подходящего… Монаха? Да чтоб вам в берцы кошки насрали. Точно монах. Чтоб я так жил. Передо мной монах, который топает в мою сторону. Почему я решил, что это монах? Да, хрен его знает. Балахон на нём какой-то странный, типа сутаны с капюшоном. Хотя креста на пузе не видно. Если этот монах, чтоб его черти в кипящей воде полоскали, исповедует легионеров, то что? А то, что легионеры не страдали любовью к Иисусу Христу. У них вроде многобожие. Это что значит? А значит передо мной не монах, а жрец. Или ещё какой служитель божественного культа. Когда жрец чуток приблизился ко мне, подошёл совсем близко, он показался каким-то совсем огромным, как Останкинская башня в Москве. Или это так, кажется, пока я лежу на земле? Да нет, он точно здоровый. Мимо рядовых легионеров проходил, которые спешились и стоят рядом со своими лошадками. Жрец их на полголовы выше. Ух! Чёрт! Как рука ноет. Я повернул голову в сторону левой руки. Мать моя женщина! Какая-то сволочь ополовинила мою левую руку. Что за бред в моей голове? Культя перевязана верёвкой, чтобы кровью я не истёк. Рубль за сто, что это легионерская гнида мне руку оттяпала, который тут мечом замахивался. Вот же гадский папа. Так, а мне ведь положены выплаты за потерю руки и пенсия. Стоп! Какая на хрен пенсия? Какие выплаты по контракту? Здесь же легионеры стоят. Что, наёмники ВСУ резко заделались реконструкторами? Я вообще где? Что за глюки в моей голове? Додумать жрец мне не дал, он схватил меня за ушибленную челюсть. Ай, чтоб тебе на старости лет стакан воды не подали, как больно-то. Хватка у жреца будто в тиски мою морду зажал. Посмотрел слева, потом справа. Чего он там увидеть хочет? Что за беспардонность? Что, ни разу русского десантника не видел, собака сутулая? Креста на тебе нет, грешник!

– Не трогать волчонка, он полукровка. Упакуйте его, прижгите рану, чтобы точно не загнила. Клавдий, шевели своих легионеров, здесь задерживаться не стоит, авары или ещё какая тварь прискачет, – распорядился жрец и пошёл куда-то в сторону.

Эй дядя, куда пошёл? Ты кого, пёс в сутане, полукровкой назвал? Я родовой кубанский казак. У меня хоть только правая рука, но я ещё ногами махать неслабо умею. Ты чего, жук навозный, русского десантника оскорбляешь? За базар ответишь. Хотел выкрикнуть я, но моя пламенная речь пронеслась только в голове, а легионеры услышали только мычание. Здорово мне похоже врезал этот Клавдий. Пока я думал, где я, что со мной и прочие мысли прикидывал, принесли раскалённый ножик, прижгли мне рану. Здесь я сдерживаться от боли не стал, а загнул такой смачный русский мат, что у легионеров должны были уши повянуть. Но я этого не увидел, потому что потерял сознание.

Моё сознание плавает в какой-то мгле. Ничего вокруг не вижу, ничего не слышу. Только из глубин памяти поднимаются воспоминания. Мой батя замёрз в сугробе по пьяни. Когда немного подрос задал вопрос бабушке.

– Бабушка, а мой батя алкашом был, раз замёрз в сугробе?

– Кто тебе такую глупость сказал? Покажи пальцем на этого болтуна, я ему гляделки враз выцарапаю.

– А какой он был, отец-то?

– Твой отец был добрым казаком, сильным и жилистым, статью крепкой вышел, что твой бугай. Если в его породу пойдёшь, тоже будешь крепким, – отвечает бабушка Зина.

Вспоминается внешность бабушки, высокая и крепкая, характер железный. Жили мы на окраине города Темрюк, у самой реки. В том месте, где недалеко устье Кубани. Мать нашла ухажёра и отвалила на Дальний Восток. Даже не могу вспомнить, как она выглядит. В памяти всплывают только её руки и грудь, которой она меня кормит. Когда подрос до школьного возраста, стал самоутверждаться. Драться никогда не любил, сколько помню себя. Но приходилось это делать ежедневно, чтобы отвоевать своё место под Солнцем. В десять лет бабушка отвела меня к отставному майору. Кстати, тоже без левой руки, где-то в горячих точках потерял. Вот когда я понял, что даже однорукий тренированный боец может натворить дел. Начал меня тот майор тренировать. В драках дела пошли куда веселее. К старшим классам я подчинил под себя всю школу, в городе меня знали и не трогали. А сам я редко задирался. Бабушка умерла от сердечного приступа, когда я в Чечне воевал. Дембельнувшись, немного потусовался в городе. Работал у своего учителя и тренера младшим тренером. А потом свалил на Донбасс. За восемь лет многое повидал. Горе людей, когда убивают детей или родных. Сам немало вражеской крови пролил. Но нет у меня злобы к украинскому народу. Вот нацисты совсем другое дело. Те нелюди, если ещё не хуже. Неожиданно мои воспоминания оборвались и потекли совсем непонятно чьи. Вижу лицо восточной женщины. Красивая, глаза чуть раскосые, волосы, как смоль чёрные. Что-то ласковое мне поёт и грудью кормит. После этого всплывают виды какой-то толпы всадников, отары овец, табуны лошадей. Табор что ли цыганский? Да нет, какие-то кочевники. Меня садят на коня. Потом будто я скачу по степи с гиканьем и визгом. Стреляю из лука. Какой-то кочевник учит меня фехтовать саблей. А точно меня? Чьи воспоминания?

Воспоминания оборвались от боли в левой руке и челюсть болит ужасно. Я сразу пришёл в сознание. Чёрт, да меня же с лошади сбросили. Я ударился культей и лицом, как раз тем местом, по которому какая-то гнида стукнула. Вот сдаётся мне, что сделал это Клавдий, грёбаный легионер, только не помню, как произошло. Я сел на пятую точку, правой рукой прижал культю. Тут мой взор упал на правую руку. Стоп! Рука-то не моя. Я пошевелил здоровыми пальцами, шевелятся. Но рука точно не моя, выглядит по-другому. Или моя? Или что? Я переселился в чужое тело? А других предположений нет. Глянул на ноги. Какие-то сапоги странные. Мягкая кожа, каблука нет, от слова «совсем». Штаны имеются. На мне то ли кафтан, то ли халат. На правой руке кожаные наручи, точнее одна штука, левую-то оттяпали. Точно я попал в чьё-то тело, похоже молодое тело. Волосы на голове длинные, увязаны в хвост. Я что, чёртов попаданец? Читал я парочку таких книжек. Только там всё в царевичей, да в князей попадают. А здесь в кого попал? Мне-то за какие грехи такая невезуха? Сунули в чьё-то тело, к тому же без левой руки. Полукровкой обозвали. Стоп! А легионеры при чём? Я что, в Древний Рим попал? Ну надо, нет? На хрена меня в Древний Рим сунули? А где мой любимый «калаш»? Я что теперь луком пользоваться должен? Может прикажете начать камнями бросаться, как пещерные люди? Да великовозрастным ножиком махать? Ну хорошо, пусть саблей. Всё равно не айс. Нет, ножевому бою я обучен. Но ведь сабли и мечи длиннее простого ножика, пусть даже боевого. И как здесь выживать прикажете? Эй, кто там наверху? Отвечать на мои вопросы будут? Похоже нет. Я плюнул. Точнее хотел сплюнуть, но от жажды слюна так загустела, что даже через губу переплюнуть не смог. Вытер подбородок от не сплюнутой слюны здоровой рукой, осмотрелся. Легионеры уже костёр запалили, что-то там сейчас в кастрюле с ручкой варят, хотя это у них котелок, а не кастрюля. Ага, вижу ручеёк совсем рядом. Воду увидел ещё больше пить захотел. Попробовал встать, но меня сразу за плечо усадили обратно. Ага, сзади охранник стоит. То-то так воняет, а я понять не могу от кого. Даже стал грешить, что от меня.

– Эй, народ, я пить хочу. Пленника поить положено и кормить, эй, долбодятлы?

Но спросил я похоже на русском языке. Никто ничего не понял. Сразу схлопотал подзатыльник от охранника, а рука у него тяжёлая.

– Говори на нормальном языке, мы знаем, что владеешь римским, – проворчал охранник.

Странно, но я его хорошо понял. Я повернулся, и показывая пальцем целой руки на свой рот, произнёс, что хочу пить. Охранник меня понял. Крикнул какому-то легионеру, тот сбегал и принёс воды из ручья, в какой-то котелок. А прокипятить воду никто не думает? Но похоже никого здесь не волнует, что я буду пить. Жажда она такая, прижмёт из грязной лужи напьёшься. Будем надеяться, что у нового тела хороший иммунитет и очень крепкий желудок. Утолив жажду, я решил поразмышлять о жизни новой и похоже скорбной. Начинаем делать выводы. Только индейцы наступают на грабли, я же не индеец, а вовсе простой кубанский казак. Как минимум в уме. А здесь, я полукровка. Что-то легионеры болтали, я уже краем уха услышал, что смесь какого-то жреца с гомуном. Кто такие гомуны мне пока непонятно. Больше слушаем разговоры. На русском языке лучше не выражаться, не понимают, да ещё радостно подзатыльники раздают. А моя голова, теперь-то точно моя, совсем не боксёрская груша, голову поберечь надо, пригодится. Как синхронизировать знание языка парня, роль которого я выполняю, и знание языка римских легионеров? Возможно, мне в этом поможет медитация. Погружаться в такое состояние я умею. Благо в прошлой жизни специально йогу посещал, чтобы научиться. Я устроился поудобней, сев в позу «лотоса», положил оставшуюся руку на колено, прикрыл глаза. Погрузился в медитацию, в таком состоянии находился минут десять, если не больше. Легионеры меня не беспокоили. Слава богам, пришло осознание. Я решил попробовать говорить на языке легионеров.

– Меня кормить будут? – задал я вопрос, обращаясь к охраннику.

– Конечно будем. Не подыхать же тебе с голоду, тем более жрец Плиний не одобрит, он на тебя какой-то интерес имеет, – ответил охранник.

Отлично. Получается не только говорить, но я имя жреца узнал. Значит Плиний. Эх, Плиний, Плиний, чего же тебе надо от полукровки? Хотелось бы понять заранее. Заныло бедро, когда я решил сесть поудобней. И тут я только заметил, что у меня одна штанина, точнее бедро перемотано тряпкой. Ух ты, а я из-за боли в культе и не обратил внимание на все остальные повреждения. Значит ещё и нога ранена. Интересно, как здесь раны обрабатывают? НЕдеюсь не только листом подорожника. Я повернул голову на своего сторожа, он присел на землю, но глаз с меня не спускает. Прикрыв глаза, я попробовал отстраниться от боли. Кто бы мог подумать? Я попаданец. То, что я читал в прошлой жизни как-то не так было. Там герой переживал и хотел обратно вернуться. А я вот не переживаю. О чём переживать? Меня там совершенно точно убили. Семьи у меня не было, детей тоже. Бабушка умерла давненько. Мать? А что мать? Из своих тридцати пяти лет, я её наблюдал всего два года, когда титьку сосал грудничком. А потом она так и не соизволила появиться, да хотя бы для того, чтобы посмотреть какой сын вырос. Я даже во время подписания контракта, своего учителя и тренера указал, как самого близкого человека. Пусть Тимофей Фёдорович выплаты за меня получит, да ордена ему мои передадут. Нет, не о чем и не о ком мне переживать. Будем здесь устраиваться, если получится. Пока я размышлял, монах, тот, что жрец, подошёл к нам с какой-то сумкой. Он кивнул головой моему сторожу. Легионер встал, подошёл и легко повалил меня на спину, да я и не сопротивлялся. Догадался, что мне раны будут обрабатывать. Легионер прижал коленом мою руку к земле, жрец дал ему тряпицу, которую смочил какой-то жидкостью. Мой сторож навалился на меня, приложив влажную тряпку к лицу, через пару минут я уснул. Похоже что-то вроде наркоза, как обрабатывали раны, я по понятной причине не видел.

Видимо наркоз повлиял на мозг тела, потому что потекли воспоминания Михара. Точно знаю, что теперь меня так зовут. Итак, я проживаю в орде хана Чорпан-дорхана, сам являюсь маленьким ханом. То есть родословная имеется. Одна из жён Чорпан-хана, моя родная мать Хатун. Сам я внук некогда сильного кагана Кубрат-хана из рода Дуло. Из памяти всплыло то, что моя мать Хатум была наложницей жреца Акроса. Мать сбежала, вернулась к своему отцу. А дед, каган болгар, Кубрат признал меня своим внуком. Орда Чорпан-хана входит в Аварский каганат, где правит большой каган Рустам-хан. Земли Аварского каганата простираются чуть севернее Причерноморья, Приднепровье и почти до Волги. А точнее от Волги до Дуная. Юг под Римской империей. Если я ничего не путаю, то к этому времени Римская империя должна была угаснуть, не исчезнуть совсем, но потерять былую мощь, а главенство должна держать Византия. Здесь и сейчас такого нет. Византия есть, но она всего лишь провинция Римской империи. В этом должна точно должна иметься причина, может даже тайна. Просто я ещё не разбираюсь в местных реалиях. Под аварами ходят славяне, те, что от правого берега Дуная. А вот болгар подминает под себя Римская империя. По Северному Кавказу проходит граница Византийской провинции и Аварского каганата. Вот они здесь и воюют между собой. Интересный расклад получается. Я, конечно, не историк, далёк я от историка, но в школе учился. Явно что-то пошло не так. Рим не развалили, как и саму империю. Наоборот, Римская империя в силе, но в северные земли не лезет, наверное, хватает дел на юге. Кто сейчас император Римской империи? Пацан видимо не знал, раз память ничего не подсказывает. Это не страшно, попробую завязать разговор с теми легионерами, которые меня куда-то везут. Бац! Это что? Бац! Ай. Да это мне кто-то леща отвешивает, чтобы я очнулся. Бац! Я открыл глаза. Надо мной стоит, точнее почти сидит минах, ну или жрец. Всё никак не привыкну.

– Очнулся? Это хорошо, раны я твои обработал, заражения не будет. О побеге не думай. Будешь пытаться сбежать, упакуем и поедешь поперёк седла. Наш путь на полуостров Таврида, что находится через пролив у крепости Керчь. Оттуда пойдём в Феодосию, там есть большой храм поклонения младшим богам титанам. Верховный жрец храма примет решение, что делать с тобой, – по каким-то причинам объяснил жрец Плиний.

– Ты жрец. Почему не служишь в храме, там было бы спокойней? – решился я спросить жреца, чтобы попробовать наладить диалог.

– Моя служба в легионе, так решили младшие боги титаны.

– Почему меня не убили, пусть даже я полукровка?

– Указ императора Римской империи Ираклия Первого: «Буде обнаружен полукровка, живота не лишать, пленить и передать в храм. Там направить в легион или в послушники». Таков указ, а нам положено его соблюдать, если подтвердиться, что в тебе есть кровь гомунов, – ответил Плиний.

Ух ты, как интересно. Значит гомуны ценятся младшими богами титанами. И дадут мне два выбора, послушник или легионер. То есть служитель богов или военный. В послушники меня точно не тянет, остаётся стать солдатом.

– Свою родословную я немного знаю. Моя мать была наложницей жреца Аракса, но сбежала к своему отцу кагану Кубрату, пока он был жив, – решил я поделиться тем, что всплыло в моей памяти.

– Аракс!? – воскликнул Плиний.

Чего это он так возбудился? Знает, наверное, Аракса. Плиний над чем-то размышлял, что подтвердили дальнейшие слова Плиния.

– Я знаю Аракса. Но как он допустил бегство наложницы? Тем более она дочь кагана Кубрата. Об этом следует доложить жрецу в Феодосии, хорошая новость, – со слов и восклицаний Плиния, я понял, что ценность моей шкурки немного подросла.

Больше ни о чём говорить со мной Плиний не стал, он поднялся, велел легионерам меня накормить и подобрать лошадь из тех, что захватили у кочевников, а сам отошёл к Клавдию. У них завязалась беседа, но мне было не слышно, о чём они говорят. Меня покормили, какой-то бурдой из пшена и отварным мясом. Похоже конина, которую незамысловато пожарили прямо на костре. Что интересно пища была подсоленной, даже чувствовалось немного перца.

– Когда тронемся в путь? – решил я спросить у своего сторожа.

– Утром, на рассвете, – коротко ответил легионер.

Пил я воду, разбавленную вином, наверное, в целях защиты от антисанитарии. Спать меня уложили возле костра, где сидел один из легионеров, которые несли ночную вахту. Утром мне подобрали лошадь, и мы тронулись в дальнейший путь, к проливу между морем Меотида и Скифским морем. Здесь название на Азовское и Чёрное, морям ещё не поменяли. Как минимум, я так понял. Мне предстоял неблизкий путь верхом, в компании легионеров-пограничников, в качестве почти пленного.

Интерлюдия 1. 770 лет назад. Горный массив Олимп.

Прошёл год по земному времени, как исследовательский звездолёт «Метеор» прибыл в Солнечную систему. Совет титанов, пока из трёх представителей Высшей власти определились с методом внедрения в цивилизацию планеты Земля. Принято решение играть роль богов у аборигенов из Римской империи. Пришельцы посчитали, что империя подходит им по многим параметрам. Хорошо развивается, имеет силу и мощь. Но главное здесь комфортные места для проживания. Боги аборигенов, в соответствии с легендами, жили на территории горного массива Олимп. Именно сюда и прибыли два члена Совета, генерал Квирин и президент Салюс. Они стояли на склоне горы, рассматривая каскад мелких водопадов реки Энипеа.

– Красивое место. Но это всего лишь горное ущелье, здесь будет непросто устроить большую базу, чтобы вместить всех наших, – произнёс Квирин, любуясь природой.

– Этого и не потребуется. Согласно легендам, здесь обитают некоторые боги, например греческий бог Зевс, но не живут постоянно. Вот и мы будем здесь нести боевое дежурство, ну или служебное дежурство, если тебе так понятней, – пояснил Салюс.

– Возникает вопрос, где устроим основную базу-городок? – спросил Квирин

– На планете достаточно крупных островов, где мы сможем построить город и научный центр. Десантные боты имеют возможность летать в атмосфере, на них будем перемещаться, плюс на «Метеоре» есть три десятка малых ботов, которые рассчитаны на десять мест. Идеальный способ транспорта, – дал ответ Салюс.

– Я вижу ты уже продумал, как нам внедряться в общество местных землян. Кстати, название планеты странное, – Квирин поднял камушек и бросил в один из бассейнов водопада, наблюдая за падением камня.

– Именно. Есть план, с которым я тебя ознакомлю. Отправим паломников, которые предпримут усилие для строительства храмов нужных нам богов. На этой планете ценится золото, что меня честно сказать удивляет.

– Чем сейчас занят Эвр? – спросил Квирин.

– Эвр будет прилетать на планету только для отдыха. Забот у него хватит. Установить добывающие и перерабатывающие комплексы. Нужно будет наладить производство. Да хотя бы тех же запасных частей для нашей техники, запчасти имеют способность изнашиваться, даже из сверхпрочных материалов. Кроме всего прочего он отправит технических роботов на геологоразведку в Пояс Астероидов, думаю там найдётся немало нужных нам ископаемых.

– Тем не менее нам нужна стратегия внедрения в местные общества.

Салюс не сомневался, что генерал будет предлагать внедрение в нескольких местах, он хорошо знал Квирина.

– Так и сделаем. Квирин, разработай стратегию внедрения сам, к тому же ты изучал методы в военной академии. Но нам с тобой пора вернуться к боту, отправимся на корвет, а там примем все нужные решения. Потребуется время ожидания, пока наши беспилотники, оснащённые устройствами сбора информации, соберут все нужные нам сведения. Тем временем, я представлю титанов, у которых уровень «старший научный сотрудник», – предложил Салюс, а Квирин согласился с ним.

Они вернулись к боту, который доставил их в это красивейшее место, чтобы вернуться на корвет.

Пока десантный бот преодолевал расстояние от поверхности планеты до разведывательного корвета, который стоял на рейде, на границе атмосферного слоя планеты и космического пространства Ближнего космоса, генерал Квирин успел просмотреть карты, на которых отображены все участки суши планеты. После стыковки бота к корвету, Салюс и Квирин направились в каюту, предназначенную для обработки информационных материалов, это было наиболее просторное помещение на корвете. В данный момент кают-компания была пуста. Квирин расположился возле пульта работы с информацией, включил визуальный экран и вывел на него всю карту планеты Земля. Затем включил дополнительный визуальный экран, на котором отразились карты Ближнего космоса. Салюс тем временем расположился в удобном кресле.

– Квирин, предвижу твои вопросы. Ты хочешь понять, где будут расположены ППД¹ и ПВД²? Эвр уже прорабатывал этот вопрос, обратись к ИИ-К, там есть информация, которую Эвр оставил для тебя, – предложил Салюс, наблюдая за действиями Квирина.

Квирин хмыкнул и последовал совету Салюса. ИИ-К уже обработал информацию, на экранах загорелись зелёные точки, которые, с точки зрения искусственного интеллекта корвета, считаются наиболее вероятными по большинству параметров.

– Квирин, прежде чем сюда подойдут титаны, и мы приступим к распределению должностей в Верхней палате и Нижней палате Совета, хочу сообщить тебе, что эксперимент по созданию вакцины альфаробов мы успели закончить ещё на Тите, – вновь заговорил Салюс, пока Квирин работал с картами.

– Продолжай, – заинтересованно ответил Квирин, но от карт не отвернулся.

– Тебя в своё время инициировали бетаробом, так что пояснять, что это такое я не стану. Итак, альфаробы могут работать над регенерацией клеток примерно в два три раза дольше. Что позволит увеличить срок жизни по такой же формуле.

– Ты хочешь сказать, что все инициированные смогут прожить до трёх тысяч лет? – спросил Квирин, развернувшись на своём кресле.

– Предположительно так должно быть. Конечно, этого никто не проверял, но результаты работы с живыми клетками показывают именно такой результат. В точности анализа я не сомневаюсь. Когда-то, при изобретении бетаробов, тоже были сомнения, но они рассеялись с течением времени.

– Салюс, а у тебя сохранились штаммы гаммаробов? – неожиданно спросил Квирин.

– Естественно. Более того, у нас в архиве сохранились штаммы дельтаробов, которые позволят, за счёт регенерации клеток, увеличивать срок жизни до ста лет гарантировано, а то и дольше. Почему ты об этом спрашиваешь, обычно ты не интересовался такими разработками? – спросил Салюс.

– Я и не готовился ранее к захвату планет без применения военной силы, хотя в академии меня такому учили. Дело в том, что мы можем применять инициирование местных аборигенов. Точнее не всех аборигенов, а только правителей лояльных нам. Раз уж будем играть роль богов, то соответственно должно иметь место чудо, – озвучил свою мысль Квирин.

– Квирин, ты читаешь мои мысли, сознайся? Я уже думал об этом. Пришёл к выводу, что делать это необходимо. Чудеса для людей будут не только в увеличении жизненного срока. Есть много такого в биологии, что мы сможем предложить, как «боги». Например, мы можем вылечить любую болезнь, которая может существовать на этой планете. Особенно это будет выглядеть эффективно, если появится эпидемия какой-то болезни, когда гуманоиды умирают в большом количестве. Такие действия проводили, когда Тройной Содружество аннексировали отсталые планеты. Уверяю тебя, у нас в биологической базе много чего такого, что местные аборигены примут как божественной влияние, – улыбнувшись ответил Салюс.

Квирин хмыкнул, но никак комментировать не стал, он развернулся обратно к своим картам, продолжая работать над будущей стратегией внедрения титанов в мир этой планеты. Салюс, в свою очередь, стал готовиться к разговору с титанами, которые выбраны кандидатами на должности в Верхней и Нижней палатах Совета. Салюс имел опыт управления планетой, так что он занимался разработкой той стратегии, которая позволит занять место местных «богов» на долгие века.

Через час корабельного времени в кают-компанию стали входить титаны из категории старших научных сотрудников. Среди них был только один сотрудник из службы безопасности, заместитель Квирина, полковник Протей. Как только появились титаны, Квирин погасил визуальные экраны и развернулся от пульта управления. Совещание начал Салюс, первым взяв слово.

– Господа, здесь, в кают-компании, собрались кандидаты на должности в Верхнюю и Нижнюю палаты Совета. Все вы знаете, что произошло в мире Тройного Содружества. Нам пришлось эвакуироваться. К нашему всеобщему сожалению повреждён генератор прыжка. Так что вернуться назад у нас нет никакой возможности. В связи с этим принято решение осваиваться на этой планете, она единственная, в данной звёздной системе, вполне пригодна для жизни гуманоидов, то есть нас. На планете имеются жители, которые отстают от нас в развитии на несколько тысяч лет, даже по местному планетарному времени. Хотя для нас разницы никакой. Наше время, к которому мы привыкли, полностью совпадает со временем этой планеты, – произнёс Салюс.

– По какому признаку проводили выбор кандидатов, что являлось решающим фактором для занимаемой должности? – спросила одна из титанов по имени Помона.

– Вне всяких сомнений, что все старшие научные сотрудники достойны получить должность в Верхней и Нижней палатах Совета. Потому выбор мы сделали, основываясь на именах, которые вы получили после того, как стали титанами, – ответил Салюс.

– Хотелось бы более подробных пояснений, если возможно, – с места произнесла Палес.

– Дело в том, что на планете Земля развита религия. Земляне верят в богов, потому что не имеют другого объяснения некоторым явлениям, в том числе природным. Та местность, с который мы начнём свою экспансию, в плане религии имеет свою конфессию. Проще говоря, у некоторых из вас совпадают имена с именами местных богов. Это и явилось основой выбора, хотя повторюсь, большинство из титанов справились бы с этими обязанностями, – ответил Салюс.

– Но если существует несколько конфессий религии у жителей этой планеты, то как быть с другими, Совет будет пополняться титанами? – задал вопрос титан с именем Марс

– Возможно, я этого не исключаю. Но пока мы остановимся на многобожии определённых территорий. Нас не так много, чтобы распыляться на всю планету. Тем более часть титанов займётся руководством добычи полезных ископаемых. Мы прибыли сюда не на одну сотню лет, так что будем готовиться основательно, – ответил Салюс.

Далее произошло распределение должностей. Салюс заранее подготовил программу для каждой должности. Так что сейчас, назначив титанов на определённые направления, раздал им список того, что они должны сделать уже сейчас и того, чем будут заниматься в ближайшем будущем.

670 год. Таманский полуостров. Полукровка Михар.

Утром, когда все собрались в дорогу, Клавдий поговорил с пограничным жрецом Плинием.

– Пастырь Плиний, я не могу оставить участок границы без патрулирования, – виновато сообщил Клавдий.

– Я понимаю, тессерарий, что у тебя прежде всего служба. Выдели мне два десятка и дай опытного декана³, мы прекрасно доберёмся сами, – согласился жрец Плиний.

– Руфус, – крикнул Клавдий, подзывая одного из младших командиров сотни.

Командир десятка Руфус сразу подбежал к начальству, остановившись стукнул кулаком по груди.

– Со своей дикурией⁴ сопровождаешь пастыря Плиния до храма в Феодосии, возьмёшь ещё вторую декурию декана Луция, ты старший, – отдал приказ тессерарий Клавдий.

Руфус вновь ударил себя в грудь кулаком и побежал к декану Луцию, чтобы тому сообщить о приказе Клавдия.

Отряд из двух декурий двинулся в западном направлении, мы с жрецом Плинием вместе с ними. А усиленная турма⁵ тессерария Клавдия направились в обратную сторону. Меня сразу посадили на степную лошадку и поставили в середину колонны. Руфус отправил двоих своих всадников в авангард для разведки, как никак мы едем в приграничной территории, то есть в любой момент существует риск прорыва отряда кочевников. В другой жизни, в своём детстве мне довелось научиться управлять лошадью, всё же рос я на Кубани, да и родом из казаков. Стыдно не уметь ездить верхом. Хотя джигитом я не стал, но всё же. Судя по тому, что я узнал о теле, в которое попал, Михар кочевник. А кочевники учат своих детей управлять конём с трёх лет, в том числе и девочек, но мальчикам уделяется особое внимание, ведь это будущие воины. Думаю, что мне надо просто довериться телу, тогда у меня не будет проблем при езде. А свою пятую точку я не натру до кровавых мозолей. Ехать рядом с жрецом, да не воспользоваться возможностью поговорить – глупость. Вот я и решил рискнуть разговорить Плиния, заодно попрактикуюсь в разговорном знании языка. Подслушав, как Клавдий обращался к жрецу, я решил воспользоваться таким же обращением.

– Пастырь Плиний, не опасаетесь, таким маленьким отрядом продвигаться вперёд, – похоже у меня всё же были искажения слов, так как Плиний поморщился, но явно понял мой вопрос.

– На протяжении всей границы патрулируют местность, такие же отряды, как у тессерария Клавдия. Обычная турма составляет всего три декурии, а усиленная может включать в себя до четырёх, – ответил Плиний.

– Патрулирование ведут по левому берегу Кубани? – не унимался я с вопросами.

– Авары называют эту реку Кубань? Я слышал, что кочевники Кавказа называют реку Псыжь. У нас река называется Кофен, так же отмечено на картах. И да, ты прав, патрулирование ведут по левому берегу реки, – ответил жрец.

– Со мной что будет, если я откажусь идти в послушники или в легионеры? – вновь задаю вопрос.

– Твою судьбу в таком случае решит Верховный жрец храма в Феодосии. Скорей всего продадут в рабство, но могут просто отсечь голову, – спокойно ответил жрец, будто речь идёт о том, что надо отрезать кусок сыра, при этом он ничуть не раздражался от моих вопросов.

– Кому нужен однорукий инвалид? Допустим послушником, ещё куда ни шло, а легионером совсем непонятно, – не умолкал я, замечая, что в процессе диалога лучше понимаю собеседника.

Хорошо, что парень, в которого я попал, знал язык, на котором говорят его враги. Интересно с аварским языком также легко переключусь?

– Наши боги сильны, титаны найдут, чем тебя удивить, если согласишься на божественное посвящение, – ответил Плиний.

– Нет, я не против веры в богов. Но чтобы выросла новая рука? Что-то не слыхал о таком, плохо верится в такое чудо, – выразил глубокое сомнение я.

Плиний усмехнулся, но промолчал, по его морщинам на лбу заметно, что он над чем-то размышляет. Я стал глазеть по сторонам. Как-никак в прошлой жизни я родился в этих краях. Только вот сейчас совсем не узнавал эти места, даже не взялся бы сказать, где мы едем сейчас. Хотя дорога имелась, что меня не удивляло. Когда-то на уроках истории, в школе, я не раз слышал, что римляне уделяли много времени и средств на строительство дорог в своей империи.

– Проникнешься истинной верой, сможешь понять, что заблуждался. Даже жрецы с верой на устах излечивали смертельные болезни, оживляли мёртвых, – вновь заговорил Плиний.

Я ничего не ответил. Что тут скажешь? Было удивительно, если бы жрец не восхвалял свою религию. Когда появилось христианство? Я порылся в своей памяти. Вроде в 1-ом веке до нашей эры. Или в 1-ом веке уже нашей эры? Я особо историей не увлекался, в прошлой жизни, но кое-что читал. Интересно какой сейчас год?

– Какой сейчас год, от чего считают вообще года? – решился я на следующий вопрос.

– По Юлианскому календарю 670-й, месяц юниус. Клавдий говорил про тебя, что ты из знатного рода, да ты и сам подтвердил, что внук Большого кагана болгар Кубрата. Неужели тебе не дали образование? Задаёшь вопросы по таким мелочам, даже у аваров встречаются умные мужи, – заметил Плиний.

Что ему сказать, что я совсем не Михар, а просто казак Мишка? Ну уж нет, обойдётся. А то запишут меня в какие-нибудь силы противоположные их кучке богов, кажется он назвал их титаны. Юниус? Надо понимать, что так они июнь называют. Значит на дворе лето в разгаре.

– Кто проживает сейчас в этих землях? – не утерпел я от следующего вопроса.

Плиний вздрогнул, видимо я вырвал его из очередных размышлений.

– Ты спросил про Таманский полуостров?

– Кстати почему Таманский? – добавил я вопрос вдогонку.

– Кажется происходит от названия каких-то дикарей, точно не скажу, означает треугольник у моря. А проживают здесь греки, им разрешили даже построить города. Большой торговый город Гермонасса, имеется порт, именно оттуда мы и переправимся в Феодосию. Греческая провинция исправно платит налоги, поставляет зерно, овощи и фрукты. Мы сейчас двигаемся вдоль границы. Если сместиться левее к Побережью, там полно зерновых полей. Здесь земля плодородная, а греки хорошие земледельцы и скотоводы. Там имеются храмы многим богам, я сам служил в тех храмах одно время, пока меня не отправили в походные пастыри, – выдал мне информацию жрец.

М-да. Лакомый кусок. То-то стараются авары завоевать этот участок земли, здесь процветает продуктовое изобилие. Мы вновь замолчали. Мне тоже было о чём подумать. Что я имею от сбора информации? Прежде всего, мне придётся делать выбор, иначе срубят башку или отправят в рабы. Оба варианта мне не симпатизируют. Непонятны ухмылки по поводу моей инвалидности. Святоша знает что-то такое, чего не знаю я. Может мне электрический протез поставят? Хотя откуда здесь электричество? Это же седьмой век. Не будем гнать коней. Дождёмся развития событий. Мне, конечно, предпочтительней пойти в легионеры, научат правильно воевать, а потом можно и сбежать от римлян. А можно и не сбегать, если понравится у римлян. В конце концов в прошлой жизни я много лет был военным, так что привык жить солдатской жизнью.

До города Гермонасса мы добирались ещё три дня, ехали средней рысью. На отдых останавливались у греческих крестьян. Я заметил, что к жрецу относятся с почтением. Дают самую лучшую еду, а ночлег вполне сносный. Крестьяне может быть и денег бы не брали, но жрец платит, видимо у него такие принципы. Как я уже говорил, в отношении науки истории, я небольшой знаток. Но даже я заметил некоторые несоответствия. И закралось у меня подозрение, что попал я, конечно, в прошлое, но не совсем в то, откуда из будущего сам. Может это какой-то параллельный мир? А что? Вполне даже может быть, как минимум, исключать нельзя. Но вернёмся к городу. Гермонасса по местным меркам очень даже немаленький городок. Имеется большой рынок, с торговыми рядами. Народу много ходят туда-сюда, суета в общем. Дома построены из камня, вроде ракушечник, если не ошибаюсь. Но есть и просто каменные, а вот деревянных домов я не приметил. Мы практически без остановок проследовали в порт. Кроме одной остановки, трофейных степных лошадок сдали перекупщику. Жрец поговорил с моряками. Капитан небольшого судёнышка взялся перевезти нас в Феодосию. Через час, погрузившись на кораблик вместе с лошадями, мы вышли в залив и направились, минуя пролив, к побережью Тавриды. Руфус со своими легионерами с нами не поехали. Они простились с жрецом Плинием и отправились в обратную дорогу, в своё подразделение.

Интерлюдия 2. Полуостров Таврида. Город-крепость Феодосия.

На склоне восточной части Таврических гор, раскинулся большой торговый город, который построили древние греки больше тысячи лет назад. Назвали древние греки город Феодосия, что означало «Богом данная». В 4-ом веке город разрушили гуны, а в 5-ом веке, он перешёл под контроль Римской империи. В данное время город Феодосия состоял из двух частей. Старый город-крепость расположен на склонах гор, что делает его неприступным для врагов. А новый город растянулся вдоль побережья в Феодосийской бухте. Чуть западнее и выше старого города выстроен храм титанам, богам римлян. Из себя храм представляет крепость, ещё более неприступную, чем старый город Феодосия. В полуденный час на восточной крепостной стене стояли два жреца. Жрец Феодосийского храма аббат Флавий и легионный жрец пастырь Плиний. Они смотрели со стены на город и вели между собой разговор.

– Как дела на северной границе? – спросил Флавий.

– Авары стали чаще нападать на наши границы, храм в городе Германасса постоянно принимает раненых легионеров, хотя многих спасают мои послушники прямо на месте. Но надеюсь, что будет пополнение Греческого легиона, – произнёс Плиний.

– Надо написать сообщение в Рим, Верховный жрец Рима Квинт обещал поговорить с императором Ираклием Первым. За императором должок, он прошёл посвящение, теперь он не знает, что такое болезни и проживёт достаточно долго. Границы Римской империи, первейшая забота императора, – засмеялся Флавий.

– Ираклия инициировали гаммаробами⁶? – удивился Плиний.

– Боги-титаны приняли такое решение. Он не вмешивается в дела храмов по всей империи. С другой стороны, именно боги-титаны привели его к престолу. Я тебе больше скажу, князя вендов Само⁷ тоже боги-титаны одарили благословением, но мы-то с тобой понимаем, что он инициирован гаммаробами, а значит стал долгожителем. От него прямая польза, князь Само сдерживает аварских кочевников. Как, собственно, и царь болгар Аспарух, тоже хорошо сдерживает натиск авар, не без нашей помощи, конечно, но результат есть. К тому же римляне активно помогают Славянским легионом, для того держат солдат в том регионе, – произнёс Флавий.

– Сколько срок жизни после инициации гаммаробами? – спросил Плиний.

– До ста пятидесяти лет, повторно инициировать нельзя, если не применять более сильную вакцину бетаробы, – ответил Флавий.

– Флавий, ты упомянул болгарского царя Аспаруха. Насколько я помню, он сын кагана Кубрата Дуло?

– Так и есть, Аспарух третий сын кагана Кубрата Дуло. Почему спрашиваешь об этом?

– У меня для тебя есть новость. На границе мы разгромили отряд молодого аварского хана Михара. На всякий случай я решил проверить его на чистоту крови, вдруг бы он стал полезен. Но был приятно удивлён. Михар полукровка, как выяснилось он родился от наложницы жреца Акроса, – Плиний даже улыбнулся от того, что смог заинтриговать Флавия.

– Продолжай, ты вызвал неподдельный интерес во мне, – поторопил его Флавий.

– Наложница, что родила мальчика, её имя Хатун, младшая дочь кагана Кубрата. Более того, когда Хатун сбежала с младенцем и вернулась домой, Кубрат признал мальчишку и объявил его внуком. По родству Михар родной племянник царю болгар Аспаруху, и этот молодой хан со мной. Правда его немного попортили, ему отрубил левую руку тессерарий Клавдий, но для тебя это не проблема, – раскрыл интригу Плиний.

Флавий ничего не ответил сразу, он задумался. Казалось, что жрец Феодосийского храма всматривается вдаль, на самом деле он думал, как сможет использовать эту новость с пользой для себя лично.

– С рукой для дикаря проблем не будет, даже здесь сможем поставить ему биопротез. Кстати, как твоя рука? – вдруг спросил Флавий о руке Плиния, так как у жреца тоже стоял биопротез.

– Я доволен, могу сломать кость кому угодно, если прихвачу посильней, – ответил Плиний и полюбовался на свою руку, которая была биопротезом.

– Не отличишь от настоящей. Но вернёмся к твоему дикарю. Я сегодня же свяжусь с Римом, новость невероятно интересная. Пусть в Риме решают, как можно использовать молодого хана. Ты говорил с ним о службе послушником или легионером? По внутренним правилам храмов, мы можем вмешиваться в улучшение тела, когда аборигены проявляют добровольное согласие, чтобы не влезать им в голову. Но тут ещё ситуация осложняется тем, что жрец Акрос родовой гомун, в его родословной нет примеси человеческой крови. А значит дикарь прямой потомок первородных гомунов. Когда вы его схватили, он был ловок? – спросил Флавий.

– Чрезвычайно ловок, убил нескольких легионеров, которых послушникам и мне не удалось спасти. Очень быстро стрелял из лука, да и передвигался шустро, – ответил Плиний.

– Об этом я и подумал. Я сам поговорю с этим молодым ханом, посмотрю на что он согласен. Если даст согласие служить богам или быть солдатом, то проведу операцию, – принял решение Флавий.

– Хотелось бы ещё кое-что добавить. Пока мы добирались в Тавриду, у меня с варваром неплохо наладился диалог. При чём инициатором стал именно Михар. Он мне показался не то, чтобы странным. Скорее образованным. Говорит на римском языке, хотя акцент присутствует. Задавал вопросы, ответы на которые дадут ему возможность понять, что такое Римская империя. К пленению отнёсся совершенно спокойно, как мы его подлечили не знает, его усыпили перед этим, – добавил информации Плиний.

– Тогда сделаем по-другому. Сначала ты поговоришь с ним, я подключусь позже, – сменил своё первоначальное решение Флавий, а так как его сан выше, то Плиний не возражал.

Более на стене жрецы задерживаться не стали, Флавию натерпелось посмотреть на пленника, которого захватили на границе, у реки Кофен⁸.

Глава 2.

670 год. Полуостров Таврида. Феодосия. Полукровка Михар.

Мы прибыли в Феодосию, точнее в порт. Издалека я смог рассмотреть старый город за крепостными стенами. Новый город таких стен не имеет, о чём я сразу спросил Плиния.

– У Рима нет врагов в Скифском море, хотя всё чаще его называют Римским. Ведь по своей сути, Скифское море является внутренним морем Рима. Здесь некому напасть на Феодосию, врагов нет, только союзники, – ответил мне Плиний.

– А как же славяне, венды кажется? Я говорил с рулевым матросом, пока мы сюда добирались. Он сказал, что город-порт Одесса построили греки. А венды завоевали этот город, разве греки не союзники Рима? – спросил я у жреца.

– Княжество Само надёжный союзник. Князь Само отвоевал своё княжество, здесь ты прав. Рим не вмешался, потому что нужно государство, которое будет сдерживать аваров. Потому князю Само позволили получить выход к морю, так решили в Риме, – ответил Плиний.

Интересный расклад получается на политической карте этого мира. Что ещё раз убеждает меня, что я попал в параллельную реальность. В сам город мы не заехали, я смог наблюдать только со стороны, с высоты той степной лошадки, на которую мен посадили в самом начале пути. Что сказать? Город большой, народу много, порт плавно перетекает в огромный базар. Я до этого никогда не видел такого количества торговцев. В основном – это греки. Хотя я не удивляюсь, со слов жреца, полуостров Таврида относиться к Византийской провинции Римской империи. В старый город-крепость тоже заезжать не стали, объехали его по кругу. И вот наконец финиш нашего пути. Храм Римских богов. Я бы выразился точнее, храм-крепость. Ибо здесь стены такие высокие, что я затрудняюсь определить их высоту. Ну точно не меньше двадцати метров. Решился спросить об этом у жреца.

– Пастырь, какова высота стен храма? – задал я вопрос своему то ли спутнику, то ли хрен поймёшь кому.

– Двадцать метров, если тебе знакома метрическая система измерения, – ответил Плиний.

Упс. А вот ещё одно подтверждение, что я непонятно где. Точнее в какой-то мере понятно, что в Римской империи. Но в каком мире, не понимаю. Ну не было в нашей истории в 7-ом веке метрической системы мер. Это я помню хорошо. Чувствую, что меня ожидает ещё много удивительных открытий. Показывать себя умником в моём случае не стоит, кто знает, что на уме у этого жреца.

– Метров? Метрическая система? Не слышал о такой системе, пастырь, – на всякий случай прикинулся я незнайкой.

– Услышишь, если изъявишь добровольное желание служить Риму, – ответил жрец, не собираясь вдаваться в подробности.

Объезжая город-крепость по окружной дороге, обратил внимание на покрытие полотна дороги. Мелкий щебень хорошо утрамбован. Интересно, чем уплотняли покрытие? Если увижу здесь механический каток, то точно обалдею. Но нет, подъезжая к воротам храма увидел с десяток мужчин, которые видимо занимались ремонтом дороги. Часть мужиков подсыпают ямки на дороге совсем мелким щебнем. А вот и «техника», гужевая так сказать. Две мощные лошади запряжены, только не в телегу, а что-то вроде цилиндра, которым уплотняют покрытие дороги. Ещё две лошади, такой же породы, тянут телегу с щебнем.

– Пастырь, кто эти люди? – задал я вопрос жрецу.

– Рабы гражданина этого города. Он обязан следить за состоянием дороги, за что получает плату от городских властей, – ответил Плиний.

Я рассматривал стены, что окружают храм защищая его от неприятеля. У храма высота стен, пожалуй, будет повыше, чем у городской крепости. Но спрашивать жреца об этом не стал. Мы подъехали к воротам. Когда проезжали мимо рабочих, они прекращали работу и кланялись. Понятно, что не мне, а жрецу. Жрец одет в чёрную сутану, с капюшоном, так что его легко опознать от других людей. Ворота открыты, дополнительная решётка для защиты, тоже поднята. Однако четверо легионеров стоят возле ворот. Мы въехали на территорию храма. Жрец Плиний остановился и спешился, я сделал тоже самое. К нам подбежал юноша в такой же сутане, как у жреца, только серого цвета. Он забрал наших лошадей, перед этим поклонившись Плинию.

– Кто это? – спросил я, не удержавшись от вопроса.

– Храмовый послушник, в его обязанности входит ухаживать за лошадьми на конюшне, в том числе забирать животных у ворот, – ответил Плиний и мы двинулись дальше вглубь храмового двора, но уже пешком.

Надо сказать, что территория храма, ой какая немаленькая. Метров двести от входа по обе стороны от широкой дороги стоят статуи, на постаментах. Статуи большие, по четыре, может по пять метров в высоту. Не ошибусь, если предположу, что это римские боги. Почти возле каждой статуи, наблюдаются верующие, видимо люди приходят помолиться.

– Для верующих вход свободный в храм? – спросил я у жреца.

– Безусловно. Люди приходят, чтобы попросить что-то у богов, прочитать молитву и пожертвовать богам монеты, пусть они будут даже медными. Так принято на протяжении нескольких веков, – ответил Плиний.

Верующие не крестились, как это принято у христиан, они прикладывали руку ко лбу, потом к сердцу, после этого кланялись, потом подходили к статуе, что-то оставляли на постаменте.

– Разве здесь не приносят в жертву животных? – вновь задал я вопрос.

– Нет, этого не требуется. Только у дикарей принято обливать кровью жертвы своих богов. У нас любой верующий может принести в жертву животное, но просто отводит такое животное на скотный двор и передаёт послушникам, – разъяснил мне пастырь.

Понятно, а послушники потом уводят животных на скотный двор, хорошо придумано. Статуй богов много, я не стал пересчитывать их. Обратил внимание, что какой-то грек тащит овцу на верёвке, как раз в ту сторону, куда увели наших коней.

– А монахи у вас есть? – мне стало интересно, почему говорят о послушниках, а не о монахах.

– Конечно есть. Монахи храмовые защитники, можно сказать воины. Монахи принимают обет безбрачия, а послушники не дают такого обета. Монахов можно встретить на стенах или у ворот, когда на ночь храм закрывают, – ответил Плиний.

– Я видел грека, он тащил овцу для пожертвования. Разве греки не поклоняются своим, греческим богам? – спросил я, чтобы понять сколько здесь конфессий веры.

– Много веков назад греки поклонялись своим богам, но позже поняли, что заблуждаются. Только римские боги способны на чудо, вылечить безнадёжно больного, спасти город или деревню от эпидемии смертельной болезни, надо только верить богам, и они отзовутся, боги милосердны, – ответил Плиний.

Он что, меня в свою веру пытается агитировать? Говорит-то как торжественно. О чуде каком-то болтает, наверняка фокус-покус. Читал я в книгах, в прошлой жизни, что святоши на разные ухищрения шли, чтобы показать чудо, а верующие совсем в экстаз впадают от чудесных проявлений божественности. Так, что он там про монахов сказал? Храм надёжно охраняют монахи-воины? Значит я видел не легионеров, а монахов.

– Пастырь, у ворот стояли монахи? – решил уточнить я.

– Конечно, я же говорю, что храм защищают монахи-воины, – ответил Плиний, ничуть не раздражаясь от моих повторных вопросов.

В прошлой жизни много раз видел легионеров на картинках. Не думал, не гадал, что доведётся рассмотреть их вживую. На мой взгляд монахи-воины ничем не отличаются от обычных легионеров, которых я видел на границе. Мы подошли к храму, в котором проводят служение, на утреннюю и вечернюю молитву, но в сам храм не зашли. Обошли по кругу. Здесь я сразу рассмотрел огороды, что растянулись вдоль стены, какие-то грядки, наверняка выращивают зелень и овощи. Сразу за храмом свернули к трёхэтажному зданию. У входа нас встретил послушник, поклонился жрецу.

– Алипий, проведи Михара по территории храма, покажи, как живут послушники и монахи, да в обед покорми его в трапезной. Потом отведёшь его в келью, что предназначены для кандидатов в послушники, пусть там ожидает, – распорядился Плиний.

Послушник ещё раз поклонился, а Плиний направился в обратную сторону.

– Можешь называть меня Алипий или просто послушник, священного сана я пока не имею. Что бы ты хотел посмотреть, Михар? – обратился ко мне послушник, как только Плиний ушёл.

– А у вас что, есть священные саны? – удивился я.

– Конечно. Храмом руководит аббат Флавий, тебя привёл пастырь, он походный жрец, служит нашим вездесущим богам в легионах. У пастыря даже свои послушники есть.

– А ты чей послушник, Алипий? – спросил я, так как удивился, что саны совпадают с католическими.

– Мной может распорядится любой викарий или капеллан, а также все, кто выше саном. Послушник самое низшее звено в храмах, – ответил Алипий.

– Ладно, веди меня, Алипий, только сам выбери с чего начнём, – предложил я послушнику, так как мне было всё равно, что он мне покажет.

Алипий повёл меня к стене, где имелась небольшая калитка. Здесь был проход сквозь стену. Пока прошли по небольшому тоннелю в стене, нам встретились ещё две калитки. Через минуту мы оказались на площадке, размером с футбольное поле. Здесь ровными рядами росли фруктовые деревья, яблони, абрикосы и персики. Подошли к краю площадки, я глянул вниз. Высота приличная, скала отвесная, проход один, только тот, которым мы воспользовались.

– Интересное место выбрали для сада. А как же полив водой, таскаете из храма? – спросил я, не понимая, почему именно здесь решили развести фруктовый сад.

– Видишь труба глиняная, а оттуда вода течёт? – послушник показал рукой в угол площадки.

Я не обратил внимания на то место, где действительно из керамической трубы в палец толщиной бежала вода, скапливалась в углублении, а потом по отводу утекала к обрыву.

– Вода родниковая, мы для храма здесь воду набираем, по необходимости поливаем деревья. Место хорошее для фруктов, здесь по утрам всегда солнечно, гора от ветра закрывает, – так объяснил мне Алипий причину того, зачем здесь расположили фруктовые деревья. Я кивнул головой, и мы вернулись на территорию храма. Между делом, я начал расспрашивать послушника о служении храму.

– Алипий, ты сам-то доволен, что попал служить в храм?

– Конечно. Кем бы я был? Простым крестьянином, пусть даже свободным гражданином. А здесь я могу изучать науки, языки разных народов. Когда дослужусь до определённого сана, меня будут учить государственному управлению, – со счастливым лицом, будто выиграл самую главную лотерею в своей жизни, рассказывал Алипий.

– И сколько языков ты знаешь?

– Греческий мой родной язык, римский должны знать все, кто живёт в империи. Ещё знаю славянский и болгарский. Обязательно буду учить персидский. Сейчас изучаю арабский язык. Мало ли куда меня могут направить служить империи и богам, всё может случится. Храмовые жрецы разбираются во многих науках, даже у городского главы всегда есть рядом капеллан, который вовремя даст нужный совет, – расхваливал службу храму мой храмовый гид.

Ну да, ну да. Было бы удивительно, если бы он хаял жрецов. Такое впечатление, что жрецы держат тотальный контроль во всех направлениях, в империи.

– Сколько лет ты, Алипий, служишь в послушниках?

– Я попал в храм в шестнадцать лет, прошло четыре года. Через год меня будут экзаменовать. Если экзамен сдам, то дадут сан викария, – гордо ответил послушник.

Ни хрена себе. Четыре года бегать на побегушках у послушников, чуток старше тебя? Нет, ребята, такого счастья мне не надо.

– О монахах что скажешь, об их службе? – решил я сменить тему, а то Алипий совсем заговорит мне мой мозг и завешает «лапшой» уши.

– У монахов всё проще. Их задача защитить храм, в основном монахов обучают воинскому искусству, иногда отправляют на границу, чтобы они могли получить боевой опыт.

– А что там с безбрачием, что совсем баб нельзя ласкать? – вспомнил я про то, что говорил жрец.

– Жениться нельзя, а иметь отношения с женщинами никто не запрещает. Тупые вояки, совсем не интересуются науками, – по последней фразе я сделал вывод, что Алипий не больно-то ладит с монахами-воинами, явно чем-то они его притесняют.

Подошло время обеда, Алипий отвёл меня в трапезную. А ничего здесь так кормят, жить можно. Овощная похлёбка, крупный кусок ржаного хлеба, козий сыр, вода, явно разбавленная вином. Плюсом яблоки, видимо прошлогодние, так как в этом году урожай ещё не поспел. В общем наелся «от пуза». Алипий отвёл меня в здание, где проживают служители храма. Здесь в отдельной келье, я завалился спать.

Проснулся я от того, что кто-то вошёл в келью. Не знаю чья интуиция сработала, но скорей всего чувство осторожности тела Михара, ведь он жил в достаточно опасных условиях. Значит у него могла выработаться привычка спать в тревожном сне. В комнатку, которую для меня предоставили, вошёл Плиний. Он прошёл к столу и сел не массивный табурет из дерева. Я тоже сел на кровати, которая больше походила на деревянные нары.

– Алипий рассказал мне, что немного объяснял тебе о жизни послушников. Я бы посоветовал выбор сделать в пользу служителя храма Римским богам. Здесь ты вне сомнений получишь хорошее образование. Тебя будут обучать не только наукам, но и владению оружием. Все храмовые служители проходят боевую подготовку. Тебя никто не будет принуждать насильно, только твой выбор играет решающую роль. Теперь расскажу немного о службе в легионе. Начинают там с рядового воина, продвигаться вверх по служебной лестнице можно только в случае, когда легионер отличается в чём-то. Некоторым легионерам приходится служить всю жизнь, только под конец службы они поднимаются на одну ступеньку или на две. Служба непростая, достаточно суровая и тяжёлая. Уйти из легиона можно в трёх случаях. Первый, если воин получил увечье. Он возвращается к гражданской жизни. Как ветерану ему предоставят льготы. Второй, став торговцем или крестьянином, он будет платить меньшие налоги. Со списком привилегий можешь ознакомиться позже. Третий вариант выхода из легиона – это прошение на имя императора. Но должна быть серьёзная причина. Например, легионер откроет мастерскую или мануфактуру, которая будет приносить пользу государству. Однако прошение легионер сможет написать не ранее, чем отслужит пятнадцать лет, – жрец говорил спокойным голосом, не проявляя какого-либо раздражения.

– А оставить службу храму возможно? – спросил я.

– Нет. Служба богам на всю жизнь, в этом я не буду вводить тебя в заблуждение. Но замечу, что жизнь жреца и военного значительно отличается, у жреца всегда больше власти, как и возможностей. Если ты не принимаешь постриг монаха, то всегда можешь завести семью, важный фактор в принятии решения, – продолжил убеждать меня Плиний.

– А если я всё же откажусь от ваших предложений? – всё же спросил я.

– Ты из рода ханов, в тебе течёт кровь гомунов, только поэтому ты до сих пор жив. Иначе твоя голова слетела бы с плеч ещё на границе. Тебе поставят протез и продадут на гладиаторский полигон, проще говоря в школу гладиаторов. Твоя дальнейшая судьба будет предсказуема, убивать на арене или быть убитым на потеху публике. Тебе дадут три дня на принятие решения, покидать келью нельзя, ты же пленный, тем более враг, – как-то разочарованно сообщил пастырь.

Плиний вздохнул, встал и вышел из кельи, оставив меня со моими мыслями. М-да, выбор небогат. Как в анекдоте: «хочешь вступить в колхоз – вступай, не хочешь – попробуй не вступи». Я завалился обратно на жёсткую кровать, подумать у меня есть о чём. И времени всего трое суток. Надо бы сначала для себя понять, чего я хочу на самом деле.

Интерлюдия 3. Таврида. Аббат Флавий. Рим. Кардинал Квинт.

Главный жрец Феодосийского храма аббат Флавий, как и хотел, связался с Верховным жрецом Рима кардиналом Квинтом. Связь обеспечивалась космическими спутниками, которые запущены по орбите планеты. В каждом крупном храме стояли модули ретрансляторов. Доступ к оборудованию имел ограниченный круг храмовых служителей. В Феодосийском храме таковых было четверо. Сам Флавий и три его помощника. Приор Викол занимал должность первого помощника аббата. Храмовый опцион¹ Пимен, который командовал монахами в храме. И капеллан Прокл, именно Прокл контактировал с городскими властями в данном районе. У всех допущенных к модулю ретранслятора установлены биосетки в затылочной части головы. Биосетка – это индивидуальное устройство, выполняющее функции связи и базового хранения информации. Подключение к устройству связи происходило на расстоянии. В помещение с модулем, как правило заходил только приор Викол, для обслуживания аппаратуры. О том, что существует такая связь знали только храмовые жрецы, достигшие определённого сана и заслужившие доверие Верховных жрецов, после обязательного одобрения титанов. Связаться у Флавия получилось достаточно быстро. К связи подключился сам кардинал Квинт.

– «Слушаю тебя, Флавий. Имеются какие-то важные новости, раз ты связался напрямую со мной, да ещё и вне графика?» – заинтересовался кардинал Квинт.

– «Пограничные легионеры пленили молодого хана на границе с аварами. Я бы не стал беспокоить уважаемого Квинта, если бы не одна мелочь. Молодой хан Михар из рода Дуло, приходится родным племянником болгарскому царю Аспаруху Дуло. Но главное то, что он полукровка, родился от связи жреца Акроса и наложницы Хатун, которая приходилась родной дочерью кагану Кубрату Дуло. Этого молодого хана вполне реально использовать в нужной комбинации. Если мне будет позволено, то схему комбинации я вышлю», – поделился своими планами Флавий с высоким начальством.

– «Хорошо. Схему комбинации отправляй. Я изучу, что ты там придумал. Если понадобится, то получу одобрение от титанов, будь на связи», – ответил кардинал Квинт и отключился.

После отключения связи Флавий улыбнулся. Никаких сомнений у аббата не было, что комбинация сработает. Аварский каганат набирает силу, распространяя своё влияние на огромные территории. Всё бы ничего, пусть себе завоёвывают другие народы, но авары никак не идут на контакт с Римом, а это неприемлемо. Вот и подумалось Флавию, что Михара можно использовать каким-либо способом, чтобы усмирить аваров, ведь мальчишка благородной крови. Если не сможет возвысится в самом Аварском каганате, то можно создать что-то другое, что поглотит несговорчивых аваров. А пока можно побеседовать с молодым ханом. Но прежде Флавий решил узнать у Плиния, чем закончилась беседа пастыря и пленного дикаря. Флавий велел одному из послушников пригласить пастыря Плиния в свою келью, которая значительно отличалась от жилых помещений рядовых послушников в лучшую сторону. Через десяток минут Плиний вошёл в келью Флавия.

– Проходи, Плиний, присаживайся к столу. Вина?

Получив согласие от пастыря, что тот не против выпить бокал вина, Флавий кивнул послушнику, который прислуживал аббату. После этого Флавий взмахом руки отправил послушника из своей кельи, разговор должен происходить наедине.

– Есть что сказать? – спросил Флавий, дождавшись, когда Плиний утолит жажду вином.

– Как я уже говорил, пленник не так прост. Он точно не даст согласия служить храму послушником, это заметно по его взгляду. Хотя некоторые подробности он выслушал. Очень сомневаюсь в том, что его можно держать под какими-либо правилами. Он степняк, а значит привык к вольной жизни. Я считаю, что этот молодой хан всегда будет думать о побеге. Есть в его взгляде непокорность. Если тебе, Флавий интересно моё мнение, то я бы его казнил, он вне сомнений нам враг, – вполне искренне ответил Плиний, продолжая делать небольшие глотки вина из бокала.

– Я услышал тебя, пастырь. Можешь возвращаться на границу, за пленника благодарю, я не забуду этой услуги, – сухо ответил Флавий.

Плиний допил вино и покинул келью Флавия. Флавий же решил, что поговорит с пленником через пару суток, пусть повариться в собственном соку, наедине со своими мыслями.

Примерно в это же время кардинал Квинт изучил схему комбинаций, что ему выслал аббат Флавий. Ввести молодого хана в игру за престол Аварского каганата – хорошая мысль. Тем более в то время, когда Аварский каганат стали раздирать междоусобицы, а с востока наступают хазары, которые могут создать сильный каганат. Великий каган Рустам-хан не в состоянии удерживать власть, пройдёт ещё несколько лет и каганат рассыпится на несколько племенных образований. Как политик Квинт понимал, что Аварский каганат играет важную роль в объединении провинций Римской империи. Пока есть общий враг, провинции обязательно будут держаться вместе, а союзники, что составляют буферную зону, могут начать отделяться от империи, ведь они до сих пор не включены в состав империи. Комбинация интересная, об этом стоит поговорить с главой титанов. Основная база ППД титанов расположена на малом континенте в южных морях, а именно на территории Австралии. Можно было бы связаться с президентом Салюсом через спутниковую связь, но лучше всего – это личный контакт. Приняв решение, Квинт дождался тёмного времени суток, чтобы использовать атмосферный флаер-бот для перелёта на южный континент. Таковой имелся в Главном храме Рима. Бот стоял на закрытой территории и тщательно охранялся от посторонних взглядов. Через три часа Квинт попал в резиденцию Салюса. Главный титан принял Квинта безотлагательно, понимая, что только экстренная ситуация заставила Квинта воспользоваться таким транспортом, о котором знали только самые верные титанам гомуны.

– Квинт, предлагаю сразу говорить о деле, которое тебя сюда привело, – решительно заявил Салюс.

Квинт, как персона приближённая к власти, а кроме этого, ещё и кандидат в титаны, знал, что Салюс имеет возраст более тысячи лет. Это говорит о том, что вакцина альфаробов работает, раз позволяет перешагнуть жизненный порог в тысячелетие. Квинт подчинился, он выложил схему комбинаций по внедрению молодого хана в политическую игру Аварского каганата.

– О, боги, мне бы ваши заботы. Сейчас набирают силы религии, на Востоке – Ислам, в то же время на Западе – христианство. Вот о чём надо думать. Наступает пора, когда с Римскими богами следует распрощаться, – с досадой произнёс Салюс.

– Прошу прощения, Салюс. Я так понимаю, что мы все начнём менять политику? – удивился Квинт.

– Именно так. Искусственный интеллект выдал анализ, что христианство будет набирать обороты, как собственно религия Ислама. Мы до сих пор не можем обрести влияние в таких государствах, как Тан и Сун. Тьфу ты чёрт. Я не успеваю запоминать названия образований в Азии, не проходит и сто лет, как они вновь меняют власть и провозглашают новое государство. Но я сейчас не об этом. В Азии много религиозных течений. Сейчас мы пытаемся влиться в ислам и буддизм. А вот в Европе пора склоняться в сторону христиан.

– Мы, конечно, не занимались гонением христиан. Но как сменим направление? Мы потеряем паству, которая свято верит в Римских богов? – до растерянности удивился Квинт.

– Просто. Всё сделаем просто. Начнём поддерживать христиан, вводим в их общество своих людей, схема давно известна, – ответил Салюс.

– Но меня все знают как жреца Римских богов, никто не поверит, что я отказался от своей веры.

– Не смеши меня, Квинт. Ты получишь перевод, инициацию вакциной, а также гражданство титанов. Переведём тебя на другое направление, пора осваивать континенты в Западном полушарии этой планеты, где дикарей хватает. На Совете твой вопрос практически решён, пять десять лет и кардинала Квинта не станет, но пока ты должен оказывать сочувствие и содействие всем христианам. Неподконтрольных лидеров мы позже устраним, поставив на их место своих людей. Что касается вашей с Флавием интриги по поводу молодого хана. То прими мой совет. Отправьте его на арену, на годик или на два. Если выживет, тогда можно воспринимать его, как стоящую фигуру. В этом вопросе я даю тебе возможность решать самому. Как поступишь, так пусть и будет, мог и не прилетать сюда, а обойтись простой связью, – каким-то безразличным тоном отмахнулся Салюс.

– Я хотел получить разрешение на установку этому полукровке биопротезы и биосетку.

– Ну с биопротезами более-менее понятно, а биосетку зачем? – даже удивился Салюс.

– Чтобы держать его под полным контролем, я считаю, так будет надёжнее, – ответил Квинт.

Салюс резко развернулся к своему гостю, посмотрел на Квинта с некоторой усмешкой.

– Квинт, когда-то на планете Тита, я начинал свою научную деятельность, как специалист по разработке новых систем биосетки. Я очень много знаю об этом. Программы можно сбить при хорошем ударе по затылочной части головы, на гране смерти. В таком случае пациент выходит из-под контроля. Его действия становятся непредсказуемыми. Или допусти вариант, что твой абориген сможет разобраться в программе, ведь она у него в голове, и снять ваш блок контроля. Тогда ты получишь очень неприятного противника. Тебе нужна такая проблема?

– Но для того, чтобы что-то сделать с программой или разобраться в ней, следует иметь образование программиста, хотя бы в начальной стадии. Чего у аборигена не может быть априори, даже представлять этого не хочу, – попробовал возразить Квинт.

– Я бы посоветовал тебе не делать этого, зачем создавать себе в будущем проблемы. Какие протезы планируете поставить этому дикарю?

– Биопротезы, на костной основе, он ещё молод, – ответил Квинт.

– Понятно. Ты хочешь, чтобы вместе с возрастом у аборигена росли конечности в соответствии с телом. А также, чтобы протезы на основе металла не бросались в глаза посторонним людям. Даже интересно, как он будет сражаться на арене. Я тебе советую, хотя бы ненадолго отправить его в школу гладиаторов, пока готовите под него основу для дальнейших действий по захвату власти в Аварском каганате. Воинское образование дикарю не помешает, если хотите, чтобы ваша интрига сработала. Кстати, Квинт, тебе известно, что придётся объект инициировать гаммаробами или дельтаробами, чтобы биопротезы росли в соответствии с телом, а это увеличит жизненный срок? – спросил Салюс.

– Да, мне это известно, – решительно ответил Квинт.

– Хорошо, даю разрешение под твою ответственность. Обязательно сообщи, когда твой подопечный выйдет на арену, приеду инкогнито и посмотрю на этот бой, если не потеряю к этому интерес, – усмехнулся Салюс.

Квинт покидал резиденцию Салюса с двояким чувством. Вроде он добился своего, но инициатива может поиметь инициатора, если что-то пойдёт не так. В обратный путь Квинт вылетел с расчётом, чтобы попасть в Рим в ночное время суток. А по возвращению, кардинал Квинт связался с аббатом Флавием, дав ему инструкции, как они поступят с пленником. Для операции с аборигеном на полуостров Таврида вылетела группа биологов, которые проведут нужные операции.

670 год. Римская империя. Таврида. Полукровка Михар.

Итак, мне дали трое суток на подумать. Ну что же, спасибо большое, что сразу не продали калеку в рабство. Я в очередной раз глянул на свою культю. Рана заживала достаточно бодро. А на бедре вообще остался чуть-чуть синеватый шрам. Интересно, чем таким они здесь лечат? Пока не понимаю. И вообще, пастырь говорил о протезе, который будет не хуже моей живой руки. Тогда непонятно, чего они пуляют стрелами и машут мечами, а пороха и огнестрела не наблюдается. Что, порох изобрести сложнее, чем создать протез? Что-то тут не так. Чего-то я не знаю, не хватает информации. В келью вошёл послушник Алипий. Принёс мне обеденную похлёбку, кусок ржаного хлеба и воды. Воды целое ведро. Зачем так много? Я им что, верблюд, чтобы вёдрами пить? Нет, температура здесь жарковатая, но на улице. В келье из-за каменных стен вполне прохладно. Решил спросить об этом Алипия, говорить с ним никто не запрещал.

– Алипий, ты зачем воды целое ведро притащил?

– Смывать в уборной, когда справишь естественные надобности, – ответил послушник.

– А куда всё это дерьмо утекает, у вас что, канализация? – не удержался от вопроса я.

– В выгребную яму, потом послушники выносят это на поля, естественное удобрение полезно для растений, – ответил Алипий и вышел из кельи.

Охренеть. Здесь что, маму вашу, Япония? Я слышал, что в Японии используют человеческие отходы для удобрения почвы. В келье действительно имелось место, отгорожено перегородкой, а там дырка в полу. Могли бы и унитаз изобрести, а то какие-то непонятные протезы изобрели, а на унитаз мозгов не хватило. Я встал с кровати и подошёл к столу. Взял деревянную ложку и попробовал похлёбку. Ага, супчик-голубчик. Не борщ со сметаной, конечно, но есть похоже можно. Выхлебал баланду, съел хлеб, запил водой. Вновь улёгся на кровать, заложив руки за голову, точнее одну руку. Итак, что мы имеем в «сухом» остатке? Я в теле какого-то придурка, которому отрубили руку. А придурок вовсе не придурок, а внук некогда грозного кагана. То, что удалось вытащить из памяти пациента, у него было три сотни всадников, так сказать личный отряд. Неплохо простроился пацан, свои солдаты имеются. Сто бойцов погибли в бою с легионерами. А где остальные две сотни? Справляют поминки по хану? Не смешно. Мне предлагают стать послушником или легионером. Послушником точно нет. Чтобы три года таскать дерьмо за братьями по вере? Увольте, это точно не мой предел счастья. А что легионер? Стать солдатом и воевать за Римскую империю. А что, вполне возможно. Как минимум разберусь, как здесь воюют. Опять же при варианте установки мне протеза. Что такое протезы я знаю, видел у ребят, когда лежал в госпитале после ранения. Как с таким воевать, пока не представляю. А что у меня есть из плюсов, чтобы адаптироваться здесь? Тело, в которое я попал, умело хорошо стрелять из лука. Пастырь говорил, что пацан уложил много легионеров. Допустим, что методом медитации я смогу синхронизировать свой разум и возможности тела, ведь с верховой ездой получилось. Сюда доехали, а я даже задницу себе не натёр. В легионерах наверняка подучат, как там железной и острой палкой махать. Пока гонял в голове разные мысли, наступил вечер. На ужин принесли кашу и хлеб, для попить снова вода. Ладно, не жалуемся, русские не сдаются. После ужина я фактически сразу уснул.

Следующий день у меня прошёл однообразно. Ел, пил, гадил в дырку, что в полу. Пробовал придумать план побега, но ничего умного в голову не пришло. При побеге могут запросто грохнуть, тем более меня об этом предупредили. А умирать я сейчас не собираюсь, как минимум до того, пока не наступит момент, когда можно плюнуть на свою жизнь и забрать с собой парочку врагов. Подождём и посмотрим, как будут развиваться события. Следующий день прошёл так же, как и предыдущий. А вот на третий день появился святоша. На нём была белая сутана, даже без пятен. Какой аккуратный, даже во время еды не обляпается. Сразу видно какой-то маленький босс, вроде шишки на ровном месте. Святоша прошёл без всякого моего разрешения вглубь кельи, сразу сел на массивный табурет. Хотя при чём здесь моё разрешение? Келья-то принадлежит храму, вот он и ведёт себя соответственно, как хозяин.

– Насколько я понимаю, в послушники ты идти отказался. Или передумал?

– В послушники точно нет, не мой вариант, – ответил я.

– В принципе, по тебе принято решение. Тебе поставят протезы, станешь в некотором смысле дееспособным. Ты пройдёшь испытание, потом будут дальнейшие решения по твоему вопросу.

– Какое ещё испытание, мы об этом не договаривались? – попробовал возмутиться я, так как не успел сказать, что согласен пойти в легионеры.

– Уже не важно. Обо всё поговорим после, когда ты станешь полноценным с руками, – заявил этот святоша весь в белом и покинул келью.

Что за инсинуации? Хотел я возмутиться, но увы, жрец уже свалил. Так, стоп. Что он там про руки говорил? Мне поставят протезы? Разве протез не один? Вторая-то рука у меня целая.

– Эй, черти полосатые, кто мне пояснит, что здесь происходит? – покричал я в дверь, которую заперли.

По понятной причине ответа я не дождался. Вечером мне принесли ужин, после приёма пищи я резко захотел спать. Последнее, что успел подумать, похоже мне подсыпали снотворного.

670 год. Таврида. Операция в храме. Эпизоды.

Аббат Флавий вызвал к себе опциона Пимена, чтобы поставить задачу перед командиром монахов-воинов.

– Пимен, я ожидаю гостей из Рима, сегодня ночью. Прилетят на летательном аппарате.

– Мне следует подготовить площадку? – сразу ухватил суть разговора опцион.

– Именно. Сними посты с западной стены, удали всех, кто может стать случайным свидетелем. Сколько у тебя инициированных?

– Два десятка, – ответил опцион Пимен.

– Достаточно. Вот их и поставь, чтобы проследили за секретностью. Ночью проведут операцию с нашим пленником в том здании, что у западной стены.

– Будет исполнено, – ответил опцион, поклонившись, Пимен вышел от аббата.

Гости из Рима прилетели за два часа до полуночи. Встречал их сам Флавий. Он объяснил, что требуется сделать с пациентом, старший инженер-биолог только кивнул.

– Флавий, у вас какой уровень допуска? – спросил старший инженер.

– Третий, – ответил аббат.

– Прошу прощения, аббат, вы не можете присутствовать при операции. Ещё раз уточняю нашу задачу. Мы вживляем биосетку, ампутируем обрубок руки и вторую руку, вживляем биопротез на костной основе, вводим в кровь вакцину гаммароба, так как вакцину дельтароба не прихватили с собой. Нам потребуется примерно шесть часов, ваша задача обеспечить безопасность, – сообщил старший инженер безапелляционным тоном.

Флавий кивнул, ему нечего было возразить. Уснувшего пациента ещё три часа назад доставили в домик у западной стены, где пройдёт операция. Гости привезли с собой ящики, которые таскали сами, не доверив это служителям храма. Среди инженеров были два стажёра, которых взяли с собой для практических занятий. Оба молодых человека таскали ящики с улицы в небольшое здание. Один из стажёров, достал носовой платок из заднего кармана комбинезона, чтобы вытереть пот со лба. Он не заметил, как из кармана выпал листок, сложенный вчетверо. Стажёр совсем забыл, что три дня назад он сдавал экзамен по настройке программы биосетки, и вовремя не избавился от шпаргалки. Шквальный ветер подхватил листок и перенёс его к кустам, которые росли возле самой стены. Стажёры этого не заметили, они продолжали таскать ящики в здание. Операцию провели за шесть часов, как и обещал старший инженер. Биопротезы встали на место от плечевых суставов. Вживили биосетку и настроили её, так, чтобы пациент не мог её перенастроить. Поставили простейший блок на программу, понимая, что у дикаря не может быть образования программиста. Ввели в кровь вакцину гаммаробов. Настройку биосетки поручили стажёрам. А чего, собственно, переживать? Подумаешь какой-то пленник. Стажёр-девушка очень волновалась, и случайно набрала совершенно не ту комбинацию. Испугавшись, что старший инженер будет её ругать, может и от практики отстранить. Она ничего говорить не стала, подумав, если сдохнет дикарь, то одним дикарём будет меньше. Переживать о недоразвитых она не собиралась.

– Мы поставили самую простую модель биосетки, ту, что имелась в наличии. В остальном всё в базовых настройках. Руки у него заработают примерно через сутки, когда нервная система адаптируется. Вакцина поставлена, тоже ничего нового. В биосетке поставили блок, чтобы он не испытывал к Римской империи негативных эмоций. Но если пациент попадёт под удар током, то настройки встанут на базовые позиции, – проинструктировал старший биолог Флавия, прежде чем совершить посадку в атмосферный бот.

– За это можно не переживать, электричества нет даже в Римской империи, а про дикарей я и говорить не стану, – отмахнулся довольный Флавий.

На рассвете летательный аппарат улетел, увозя с собой инженеров-биологов. Стажёр, что потерял шпаргалку, так и не вспомнил о ней. Пациента перенесли обратно в келью, где он проснётся только к вечеру. «Ну вот, теперь можно и поговорить с дикарём». Так подумал Флавий, наблюдая за тем, как бот скрывается в предрассветном небе.

670 год. Римская империя. Таврида. Обновлённый Михар.

Я проснулся от того, что у меня болит голова, будто кто в затылок ударил. Я пощупал рукой, надеясь обнаружить шишку. Ну а что, могли эти черти в сутанах надругаться над моим юным телом? Вполне могли, ведь я уснул, как мёртвый. Ничего не почувствовал, точнее руки ничего не чувствуют. У меня что, руки атрофировались? Я посмотрел на свои руки. Тут же вскочил с лежанки. А руки-то у меня две, стало быть, поменяли мне обрубок на протез. Я стал внимательно рассматривать свою левую руку, пошевелил пальцами. Вроде всё работает, кроме чувствительности. Ущипнул себя. Немного чувствую, но будто рука неживая или полуживая. Согнул руку в локте, полюбовался бицепсом. Решил сравнить с правой рукой. Ух, ты! А руки-то одинаковые. В районе плеч видны шрамы. Вот же собаки горбатые, да они мне обе руки заменили. Для симметрии что ли? Ладно придёт этот «гадский папа» в белой сутане, я об этом его обязательно спрошу. Я встал, походил по келье, помахал руками. Суставы работают нормально, никаких болевых ощущений. Открылась дверь, вошёл Алипий, принёс ведро воды, кашу и хлеб. Ни слова не говоря, послушник всё оставил на столе, ведро поставил у стены и вышел, брякнул замок, запирая дверь. Ладно, война войной, а обед пропускать нельзя. Я сел за стол и съел всё до последней крошки, однако проголодался неслабо. В животе сразу потеплело и я завалился на топчан. После вкусного обеда, по законам Архимеда… Ну в общем в таком духе.

Только чуток задремал, как услышал, что в келью кто-то вошёл. В руках вошедший держал что-то вроде книжки, он осмотрелся и сел на табурет. А, это святошу черти принесли. Ну или кто его приносит? Боги? Не буду возражать. Я сел на временно своём ложе и посмотрел на аббата.

– Теперь можно поговорить. Не надумал вступить в храмовое братство?

– Не, это вы без меня как-нибудь живите. Невместно хану становиться слугой богов, я человек приземлённый. Сам подумай, разве хан может чистить выгребные ямы? Для этого существуют рабы, ну или ваши послушники, так что я пас, – лениво ответил я, зевнув во весь рот.

– Я и не рассчитывал, что согласишься. Для начала сообщу тебе, что протезы твои изготовлены по воле богов из биологического материала…, – начал говорить Флавий, но я его перебил.

– Послушай, аббат, давай без прочистки моих мозгов. Предполагаю, что обладаете вы какой-то серьёзной технологией в медицине, а выдаёте за божественное проявление. Будь любезен, пропусти момент проповеди, – предложил я, на что святоша только хмыкнул.

– Я продолжу. Твои руки в данном случае намного сильней, чем те, которые у тебя были при рождении. Чувствительность рук скоро вернётся, не пугайся. Ты по факту рождения полукровка, а значит сильнее и быстрее обычных людей. Тебе поставили инъекцию, что увеличит твои силу и ловкость, а также повысит регенерацию клеток. То есть твои раны будут заживать быстрее. Теперь скажу то, почему тебе сохранили жизнь и что от тебя требуется. Аварский каганат общий враг для Римской империи и её союзников, а это нас объединяет. Наступает момент, когда сила каганата клонится к закату. Нет того правителя, который бы смог взять всё под контроль, возможен распад, а нам этого не надо, пока не надо. Ты пройдёшь обучение воинским искусствам, будет практика на арене, в боях с гладиаторами, что должно дать тебе огромный опыт поединков. Завоёвывая власть, тебе придётся много сражаться в круге для поединка, – Флавий начал доводить до меня то, чего они хотят от моей персоны.

– А если меня убьют на арене? Гладиаторы не мальчики для битья, вполне могут меня порезать своими ножиками, – спросил я, усмехнувшись.

– Тогда я зря потратил на тебя время, ошибся в своих выводах. Если сдохнешь, твои биопротезы снимут, заодно заберут некоторые органы для трансплантации. Но вернёмся к нашему вопросу. По нашим сведениям, ты занимаешь достаточно высокое положение в орде, а значит имеешь все шансы стать великим каганом. Замечу, дружественным Римской империи каганом, – Флавий улыбнулся каким-то своим мыслям.

Обалдеть, они что, мои органы заберут? А ещё брешет про какое-то божественное чудо. Что за дела? Лицемеры. А главное не стесняется говорить об этом в открытую.

– Аббат, допускаешь мысль, что я, попав в орду, плюну с высокой колокольни на ваши замыслы, стану наиболее непримиримым врагом империи? – спросил я.

– Ты невнимательно меня слушал про общего врага. Именно это и требуется от каганата, чтобы у «заблудших овец» не возникало мыслей покинуть стан пастуха. Это я про союзников. Непримиримым врагом ты не станешь, тебе вставили в голову м-м-м… назовём это «блоком». Непримиримой ненависти ты не будешь испытывать к империи. Напротив, ты будешь любить империю, как мать родную, а в нужный момент, мы можем тебя умертвить, если не будешь действовать согласно нашему плану, – довольно улыбнувшись, ответил Флавий.

– Благодарить за такое я вас не стану, даже не надейтесь, – злобно высказал я.

Вот козёл, сунули мне в башку какую-то хрень, а теперь злорадствует. Ну-ну, смеётся хорошо тот, кто смеётся последним.

– Ну что же, пусть будут гладиаторы. Только жить вместе с рабами я не стану, я не раб и никогда им не буду, лучше убейте. Выступать на арене согласен, думаю вы ещё и золота заработаете на ставках или ещё каким-либо способом. Далее, мне нужен инструктор, точнее ветеран, который будет меня тренировать. Тренировки не только с мечом или саблей, но и с луком, плюс коня мне доброго. И ещё, если я с кем-то подружусь во время боёв на арене, то вы потом такого человека отпустите со мной, выкупите, если потребуется, – решил я не скромничать в своих запросах.

То, что мне откажут или убьют, я сильно сомневался. Святоша сам сказал, что потратились они на меня порядочно. А ещё им нужен результат, по лживым глазам этого аббата вижу, что он примет мои условия. Флавия мои требования ничуть не удивили, он даже глазом не моргнул. А я продолжил.

– Чтобы завоевать приличное место под Солнцем, понадобятся монеты. Готовы вы ещё потратиться на мои расходы в будущем, на мою армию? – решил я запрашивать максимально больше.

– Твои условия приняты. Будет тебе ветеран, который займётся твоим обучением в поединках, смотри не сдохни на арене. В будущем, храм будет финансировать твоё восхождение, но при этом у нас несколько условий, – спокойным голосом говорил Флавий.

– Хотелось бы заранее знать, что за условия.

– Как только у тебя появится войско, ты будешь нападать на тех, кто нам неугоден. Плата будет щедрой, не сомневайся. Мы сообщим в твою орду, где ты и что с тобой. Скажем так, раба сделать из тебя не получилось, вот и отправили на арену умирать. Делается это для того, что твои верные люди, если таковые есть, не теряли надежду на твоё возвращение. Может быть даже они решатся выкупить тебя из гладиаторов, золото, что получим за твой выкуп, направим на твоё развитие. Так что будь готов, через несколько дней, ты отправишься на арену в городе Константинополе. Тебе дадут три месяца на обучение, потом поединки на арене, – закончил разговор аббат и вышел из кельи, оставив меня одного с моими мыслями.

Я прилёг на топчан, сунув руки под голову. Итак, планы мои корректируются. Не всё так плохо, как кажется на первый взгляд. Ещё поживём и покоптим это небо. Научиться махать острым железом, мне действительно не помешает, заодно стрельбу из лука восстановить. Явно мой предшественник очень искусно стрелял, вот и следует вернуть те самые навыки, плюсом нормально научиться на лошадке ездить. Хозяин тела вне сомнений был отличным наездником, всё же он степняк, а значит почти родился в седле. Ну и постараться выжить на этой грёбаной арене. Интересно, если меня убьют святоши точно заберут органы для трансплантации? Или он меня просто запугивал? Тьфу, черти вас забери. Лезет всякая чушь в голову. На следующий день мне разрешили погулять во дворе, даже сопровождающего не дали. Оно и понятно, сунули какую-то «бяку» в голову, в любой момент могут оборвать мою жизнь. Как минимум так считает аббат. Прогуливался я вдоль крепостной стены, разглядывая крепость, в то же время, удивляясь местным строителям. Когда проходил вдоль западной стены, обратил внимание на белый клочок в кустах. Из любопытства подошёл ближе и поднял. Лист бумаги, при чём качество бумаги очень даже приличное. Лист свёрнут вчетверо, я развернул. Какие-то записи, очень похоже на инструкцию или что-то в этом роде. По понятной причине, я прочитать не могу, не знаю пока местной грамоты. Явно бумажку не выбросили, как мусор. Скорее всего кто-то потерял. А вдруг там что-то важное или просто полезное для меня. Обязательно напомню аббату, чтобы дали мне репетитора, грамоту буду учить. Спрятав найденный листок в складках одежды, я направился к своей келье. Врем к обеду, пора подкрепиться. Посмотрим, что там нам местный бог послал на трапезу.

Глава 3.

670 год. Степи Предкавказья. Орда хана Чорпан-дорхан. Эпизоды.

Хан Чорпан сидел в своей юрте, размышлял о судьбе своей орды. После смерти Большого кагана Курбата, он некоторое время служил его старшему сыну Батбаяту, но вскоре убедился, что это не тот хан, которому хочется служить. Слабоват духом по сравнению с отцом. Чорпан имел под своей рукой тумен¹ в десять тысяч воинов. Сыновья Курбат-хана не последовали завету отца, а разобрали войско, создав каждый свою орду. Чорпан-дорхан последовал их примеру, забрав свой тумен, воины которого были верны только ему, и сманив с собой ещё пятьдесят тысяч кочевников. С такой немалой силой Чорпана приняли в Аварский каганат, выделив ему для кормления участок степи, что расположены по правую сторону реки Кобан. Горцы эту реку называют Псыж, а римляне дали название Кофен. Тем не менее места Чорпан-хану понравились. Имелось неприятное соседство с хазарами на восточной границе степей. Но Чорпан-хана это не пугало, хотя стычки с хазарами происходили не менее двух-трёх раз в год. Женившись на дочери Курбат-хана, Чорпан-дорхан не только породнился с каганом, но и полюбил свою жену Хатун. Сына Хатун, Михара, Чорпан признал сразу и объявил его своим наследником. Не рождались у Чорпан-хана сыновья, только дочери от наложниц. А вот Хатун понесла и вскоре родила мальчика, но во время родов умерла сама. Новорожденный ребёнок пережил свою мать всего на две недели. В ярости Чорпан-хан казнил наложниц, которые следили за малышом, по мнению хана, они не уберегли малыша. Но и с наследником Михаром не всё так просто. Отправился Михар в набег на пограничные территории римлян, а взял с собой не весь отряд, в три сотни сабель, а всего сто воинов, да все молодые. В результате, воинов Михара перебили, а сам он пропал. Чорпан-хан послал следопытов на место боя, чтобы поискали следы.

– Мой хан, люди наследника погибли, а вот тела Михар-хана мы не нашли. По следам, похоже, что его взяли в плен, – сообщил командир отряда следопытов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.